Глава 35
3 октября 2024 г., 19:43
— Проклятье! — Драко подскочил на постели, шальным взглядом окидывая комнату. Сердце в груди билось так быстро, словно он пробежал пару раз вокруг Чёрного озера, а от резкого движения перед глазами всё поплыло.
— Тише-тише, — сильные руки надавили на плечи, и Драко блаженно застонал от приятной прохлады, расползшейся по телу.
Он повернулся на голос. Сидевший на стуле Риддл выглядел уставшим, если не сказать изнеможденным, но не было на его лице той озабоченности, что временами проскальзывала в последние дни.
— Проклятье, оно снято, да? — Драко с силой сжал одеяло пальцами и, затаив дыхание, уставился на губы Риддла. Каждая секунда промедления отдавалась стуком крови в ушах.
— Да, — казалось, на этом слове он выдохнул вместе в Тёмным Лордом. В голове разом стало легко и пусто.
— Мерлин, — Драко прикрыл ладонями лицо. Он так ждал этого момента и вместе с тем не верил, что происходящее — правда. Разве это не слишком легко? И почему Риддл опять, пускай и косвенно, спас его? Было ли хоть что-то, неподвластное ему? Неозвученные вопросы были обречены остаться без ответа. — Сколько я спал?
За окном стояла кромешная тьма, и было сложно понять, сменился ли день, или может даже прошло несколько.
— Чуть меньше суток.
Драко плохо помнил, что ему снилось. Кажется, какая-то мешанина из обрывков ритуала, приправленная фантасмагоричными образами лесных чудищ, вылезших прямиком из книги детских сказок, что он читал маленьким.
В груди вспыхнул фантомный огонь, и Малфой тут же накрыл её ладонью, зашипев. Перед глазами встала яркая картинка того, как кровь буквально выжигала на коже замысловатый символ. Он опустил взгляд. Ничего. На теле не осталось и следа, лишь старые шрамы от Сектумсемпры.
— Это вы залечили? — Драко вопросительно глянул на Риддла.
— О чём ты? — тот непонимающе свёл брови, отчего стало не по себе.
— Ну, — он уже начал жалеть, что спросил. Не хватало только выставить себя сумасшедшим, — во время ритуала мисс Кумало нарисовала символ. Он так жёг, что я был уверен, что останется самое настоящее клеймо.
— Ах вот оно что, — Риддл встал и в задумчивости подошёл к балкону. Дверь распахнулась, и комнату наполнил влажный ночной воздух.
«Похоже, дождь прошёл» — мельком подумал Драко, наполняя лёгкие до отказа.
— Во сне ты пару раз хватался за грудь и стонал, будто от боли. Я пытался осмотреть тебя, но не нашёл никаких видимых повреждений, да и диагностические чары ничего не показали.
— Очень надеюсь, что это временный побочный эффект. Я не настолько терпеливый, чтобы жить с такими приступами. До вас мне далеко.
— Мария заверила, что восстановление займёт буквально день-два, — Риддл отодвинул тюль и присел на край подоконника. Мерный стук пальцев по дереву вторил тихому тиканью часов в коридоре.
— Вас что-то тревожит?
Драко пристально следил за Тёмным Лордом, который, казалось, за считаные секунды успел полностью раствориться в своих размышлениях.
— Мистер Риддл, — окликнул он, всё же намереваясь получить ответ.
Тёмный Лорд едва заметно вздрогнул. Его взгляд вновь обрёл ясность, и он поднял голову, полностью возвращаясь в реальность.
— Ты что-то сказал?
— Я спросил, всё ли хорошо. Вы выглядите озадаченным.
— Извини, просто задумался. Ничего такого, — Риддл отмахнулся и, подойдя к кровати, провёл рукой по щеке Драко. — Если прогноз Марии сбудется, то всё пройдёт, как я планировал. У нас ещё даже останется время в запасе.
— А родители? — в груди тихонько ёкнуло, и он потянулся вслед за ускользающей ладонью.
— Сложно сказать заранее. Я до сих пор не могу гарантировать, что ритуал увенчается успехом. А если он и удастся, то неизвестно, как он скажется на тебе. Возможно, потребуется время на восстановление.
— Без меня вы не сможете его провести? Я-то готов ждать, сколько потребуется, но опасаюсь, что о смерти отца может стать известно кому-то ещё.
— Есть у меня некоторые сомнения. Дело в том, что тот, кто проводит ритуал, должен всем сердцем желать воскрешения умершего. Я хоть и сожалею о смерти Люциуса, но боюсь, что этого может оказаться недостаточно. А вот у тебя явно не будет с этим проблем.
Драко задумался. Заявление Риддла оказалось неожиданным и весьма озадачивающим.
— Хватит ли моего желания, чтобы вернуть вас? — в ожидании он не мигая смотрел в глаза напротив, стараясь заранее предугадать ответ.
— Кажется, это я должен спрашивать, — снисходительно усмехнулся Тёмный Лорд и присел на край кровати. Матрас скрипнул под тяжестью тела.
— Я…, — Драко растерянно потёр лоб, чувствуя, как начинает пульсировать в висках. — Так внезапно. Почему вы не сказали раньше?
— И что бы изменилось? — беззаботность, с которой прозвучали слова, ещё больше поставила в тупик.
— Не знаю. Вы могли бы придумать запасной вариант? Найти кого-то из Пожирателей. Уверен, у них-то уж точно не было бы с этим проблем.
— О, я бы так не сказал. Все действительно верные мне слуги или мертвы, или в Азкабане. А те, кем правит страх, здесь не помощники. Ты, конечно, можешь вспомнить про Лестрейнджей, но, по имеющейся у меня информации, их нет в Англии. Да и сейчас им моё возвращение ни к чему, а они, в свою очередь, не вписываются в мои планы. Не хочется лишний раз следить и стирать кому-то память.
Драко едва не застонал от безысходности. Он совершенно не был готов возложить на себя такую ответственность. Одно дело заклинания, зависящие от твоих способностей, которые можно развить, и совсем другое – внутренние желания. Несмотря на то, что каша из противоречий и сомнений исчезла в тот миг, когда он переспал с Риддлом, чувству, терзающему душу, всё ещё сложно было дать название.
— И знаешь, что-то подсказывает мне, что твоего желания хватит с головой, — Тёмный Лорд подался вперёд, мягко целуя в лоб. Невероятная лёгкость, вмиг наполнившая голову, вытеснила все опасения, оставляя лишь одну чёткую мысль: «у меня получится». — А теперь отдыхай. И не бойся звать, если что-то понадобится.
Риддл поправил одеяло, напоследок ещё раз погладил разрумянившуюся щеку и вышел, тихо притворив за собой дверь.
Светильники погасли, погрузив комнату во тьму.
***
Уже битые 15 минут Драко вертел в руках коробку, не решаясь её открыть. На шероховатом чёрном картоне мелькали оранжевые пятна каминного пламени, языками облизывая острые края. Пальцы пробежались по крышке и даже немного приподняли её… — Что это? Неожиданно раздавшийся за спиной голос заставил выронил коробку. Драко чертыхнулся, подобрал её и, вернувшись к письменному столу, убрал в ящик. Всё это время он буквально чувствовал затылком пристальный немигающий взгляд. — Да так, безделушка от Тео, — отмахнулся он, не желая открывать подарок при свидетелях. По большей части даже не потому, что там могла быть какая-нибудь вредилка. — От Нотта, говоришь. Ковёр поглотил едва слышные шаги, но Драко знал наперёд, что Риддл снова стоит у него за спиной. Каждая клеточка тела вибрировала от его близости, а нервы натянулись словно струны в предвкушении. — И что же там? — тёплое дыхание коснулось шеи, и он закусил губу, сдерживая непрошеный стон. — Не знаю, ещё не успел открыть, — прозвучало чуть сбивчивее, чем хотелось. — Теперь уже и мне интересно. Риддл отвёл прядь волос и легко коснулся губами местечка за ухом. Драко вцепился пальцами в стол. Он с трудом понимал, действительно ли, Тёмный Лорд ревнует, возможно, даже не осознанно, или просто играет с ним. Но ему нравилось ощущать скопившееся между ними сексуальное напряжение, отдающее лёгкими покалываниями на кончиках пальцев. — У меня тоже могу быть свои секреты, — поддразнил он. — Ты настолько глубоко пролез в мою жизнь, что не уверен, что у меня ещё осталось что скрывать. — Не лукавьте. Вы прекрасно знаете, что это не так. Драко склонил голову набок, подставляя шею под поцелуи, и всё же не сдержал тихого вздоха, когда на бёдра легли руки. — Значит, у меня нет ни единого шанса узнать, что там? — пальцы сжали тазовые косточки и притянули вплотную, давая в полной мере ощутить чужое возбуждение. — Я подума-ах…, — Риддл качнул тазом, мигом вытесняя все посторонние мысли. Драко уже разрывался между желанием тут же скинуть одежду и умолять взять его и томительно-сладким удовольствием, разливающимся вместе с кровью по венам. Неспешность будоражила похлеще самых откровенных ласк. И именно сегодня хотелось как можно дольше упиваться волнующей близостью. Он прикрыл глаза, отдаваясь на волю чужим рукам и губам. Чёртов Риддл словно раздобыл где-то карту со всеми чувствительными точками на его теле — каждое прикосновение возносило до небес. Или, вернее сказать, низвергало в ад, потому что в раю для них точно не было места. Но это было неважно. Единственное, что в этот миг волновало Драко — чтобы ласки не прекращались ни на секунду. Риддл то почти невесомо целовал подставленную шею, то царапал зубами, заставляя мелко дрожать и сильнее вжиматься спиной в его грудь. Он гладил бёдра, сжимал бока и совершенно бесстыдным образом смеялся, когда Драко, как слепой котёнок, тянулся за его руками. Но этот низкий, шелестящий, как пожелтевшая листва на осеннем ветру, смех не задевал, а наоборот, разливался теплом в груди. — Вы, наверное, при… — слова обрывались, утопая в судорожных вздохах, — пришли по делу? Риддл оторвался от истерзанной шеи, на которой, должно быть, уже не осталось живого места, и развернул Драко за бёдра лицом к себе. Его шальные глаза горели ярче Адского пламени и утягивали на дно подобно болотной топи, из которой невозможно выбраться самостоятельно. — Единственное дело, которое у меня теперь есть — заставить тебя кричать до сорванного голоса. Драко сглотнул вязкую слюну. Риддл знал, как задеть его за живое и бессовестно пользовался этим. Он мог бы нести самую абсурдную чушь, но сказанная таким томным голосом, она скручивалась тугой пружиной внизу живота. — Не думайте, что это так легко. Я не вчерашний девственник, — Драко хотел бросить вызов, но судя по искривившей рот усмешке, Риддла эти слова лишь повеселили. Тот поднёс левую руку Драко к своим губам и, проникновенно смотря прямо в глаза, поцеловал запястье. Затем ещё раз. И ещё. Спускаясь ниже и накрывая бледную татуировку. — Тем интереснее, — зубы несильно сомкнулись на коже, составляя красный след. — Смотреть, как ты краснеешь, теряешь самообладание. Умоляешь, — колкий взгляд из-под ресниц рассыпался мурашками по спине, — и благодаришь, получив желаемое. Внутри всё трепетало. Каждый жест и пересечение взглядов заставляло сердце замирать. Драко не мог оторвать глаз от идеального лица, от чувственных губ, тонких пальцев, от обтянутой тонкой рубашкой груди, вздымающейся чуть чаще, чем обычно. Он всматривался, изучал, запоминал. Казалось, Риддл делал то же самое, но с особым изяществом. Неспешно касался кончиками пальцев кожи, до умопомрачения нежно целовал скулы, лукаво улыбаясь, когда Драко пытался поймать его губы своими. Он вёл какую-то свою игру, похоже, призванную свести с ума, до предела обострив чувства. Это так сильно контрастировало с их первым разом, что Драко терялся в ощущениях, не понимая, чего ждать дальше. — Не хочу продолжать здесь, — прошептал Риддл, обдавая горячим дыханием шею. — Ты ведь не против сменить обстановку? Совершенно бессмысленный вопрос, заданный только для приличия, сменился тихим хлопком аппарации и скрипом мягкого, пружинящего матраса под спиной. Драко застонал в голос от тяжести и кружащей голову близости навалившегося сверху тела. Он вплёлся пальцами в смоляные локоны и наконец-то коснулся столь желанных губ. Не было ни спешки, ни яростной борьбы, ни жадных укусов. Лишь томный, тягучий поцелуй, просачивающийся сладким ядом в душу. Его наркотический вкус пленил с первого глотка, заставляя забыть о здравом смысле и упиваться отравой до последнего вздоха. Прихватив нижнюю губу и отпустив её с влажным звуком, Риддл отстранился. — Ты сводишь меня с ума, — он говорил так серьёзно, что впору было поверить. — Вы уже говорили это, — с ухмылкой напомнил Драко, оглаживая напряжённые плечи и упиваясь ощущением сильных мышц под ладонями. — И готов сказать ещё сотню раз. Ты думал, что я сошёл с ума, расколов душу, но нет, кажется, это произошло только сейчас. Риддл выпрямился, встав коленями по обе стороны от бёдер Драко, и потянулся к вороту своей рубашки. Пальцы мучительно медленно надавили на пуговицу, проталкивая ее в петлю. Последовавший за этим судорожный выдох отозвался самодовольной улыбкой и ещё одной расстёгнутой пуговицей, открывшей соблазнительную ямочку между ключицами. Драко приподнялся на локтях — не хотелось пропустить даже малейшего действия этого маленького представления, которым Риддл без стеснения наслаждался. Несмотря на то, что они уже видели друг друга без одежды, картина казалась поистине волнующей. Постепенно обнажающаяся фарфоровая кожа приковывала взгляд и вызывала неконтролируемое желание как можно скорее прикоснуться. Драко схватился за собственную рубашку, спеша избавиться от неё как можно скорее, но отдёрнул руку, услышав хриплый и немного строгий голос: — Не трогай — хочу сам раздеть тебя. Несмотря на нетерпение, перечить совершенно не хотелось. Драко шумно выдохнул, вцепляясь пальцами в покрывало, стараясь вернуть самообладание. Но выходило чертовски плохо, потому что Риддл делал всё, чтобы последние крупицы здравомыслия растворились подобно сахару в терпком кофе. Одна его улыбка заставляла сердце биться в тысячи раз быстрее, и ещё не известно, кто кого на самом деле сводил с ума. Рубашка наконец-то полетела на пол. — Иди ко мне. Риддл протянул руку и, подцепив подбородок пальцами, потянул на себя. Драко показалось, словно в этот момент на его шее сомкнулся невидимый ошейник. Собственнический жест накрыл тяжёлой, плотной волной возбуждения. Пальцы скользнули на горло, на мгновение и правда обхватив его на манер кожаного ремешка, слегка сдавливая и давая ощутить чужую власть, а затем спустились ниже. Драко едва не заскулил от разочарования. — Я учту, что тебе нравится такое, — похоже, от Риддла было невозможно ничего скрыть, и это одновременно пугало и заводило. Оголённый разум и мысли делали куда более уязвимым, чем нагота. — Вы не так поняли, я… — попытался отмахнуться Драко, но его протест был прерван коротким, но требовательным поцелуем. — Ты давно должен был уяснить, что мне бесполезно врать. Особенно когда твои желания буквально рвутся наружу, совершенно не поддаваясь контролю, — горячий шёпот осел на губах, заставляя их гореть, — и я собираюсь использовать это самым наглым образом. — Даже если вам это не по вкусу? — О-о, — протянул Риддл, поддевая пальцем подбородок и заглядывая в глаза цвета утреннего тумана, — ты даже не представляешь, насколько сладко твоё удовольствие. Оно как терпкое вино, которое можно без устали пить прямо с этих губ. Вдыхать с ароматом кожи и чувствовать блаженный трепет тела в руках. Разве такое может оставить равнодушным? Драко прикрыл веки и шумно втянул воздух через нос, стараясь успокоиться. Прикосновение чужих рук к коже отдавалось эклектическими разрядами, а голос пробуждал что-то тёмное и тягучее, горячим железом стекающее по грудной клетке и обжигающее почти до боли. — Думаешь, это поможет? — сквозившая в интонации усмешка заводила ещё сильнее, а пальцы, ловко начавшие расстёгивать рубашку, совсем не оставили шансов. Драко уже давно так не думал, но по какой-то глупой привычке ещё пытался сохранить иллюзию контроля, хотя нутро так и умоляло просто отдаться моменту и плыть по течению. Прохладный воздух коснулся кожи, и рубашка соскользнула с плеч. Драко приоткрыл глаза, из-под дрожащих ресниц смотря на Риддла. Тот медленно провёл ладонью от шеи до пояса брюк и облизнулся, когда комнату наполнил несдержанный стон. Явно довольный такой реакцией, он наклонился, осыпая грудь влажными поцелуями. Слегка несдержанными, но ещё далёкими от тех, что могли бы оставить яркие следы. — Сильнее, — взмолился Драко, запуская пальцы в волосы и выгибаясь навстречу губам. Ему хотелось, чтобы отметины не сходили несколько дней, напоминая о ночи, однако Риддл не спешил удовлетворять его просьбы. Он отстранился, обвёл пальцем один из шрамов, а затем повторил путь языком, останавливаясь в паре миллиметров от соска. Рваный всхлип, и такое долгожданное, острое наслаждение. Зубы слегка сжались, обхватывая затвердевший бугорок. — Ме-ерлин, — не сдержался Драко, сильнее стискивая чёрные пряди. Риддл зашипел и в отместку потянул за сосок, одновременно лаская его языком. Перед глазами вспыхнули разноцветные круги, а пах свело от желания. — Хм, не ты ли говорил, что далеко не девственник? — поддел Тёмный Лорд, пытливо вглядываясь в раскрасневшееся лицо. Драко мотнул головой и что-то невнятно промычал в знак протеста. Мысли уже путались, отказываясь складываться в осмысленный ответ. Ему совершенно не хотелось ни спорить, ни оправдываться. Вместо этого он лучше бы предложил Риддлу занять свой рот чем-то более приятным. — Ты слишком торопишь события, — довольство, с которым Риддл произнёс эти слова, было прямо пропорциональны округлившимся от смятения глазами. Драко рефлекторно прикрыл рот руками, краем сознания понимая, что на самом деле он ничего не говорил. — Кто бы мог подумать, что несмотря на твои способности в окклюменции, во время секса ты становишься просто как открытая книга, — Тёмный Лорд надавил на грудь, заставив упасть на постель. — Но мне это даже нравится. В отличие от того, что произносят твои губы, разум куда более откровенен. — И вам даже не хочется швырнуть в меня Круцио в воспитательных целях? — вздёрнув бровь, спросил Драко. — Думаешь, желание получить минет того заслуживает? Тогда, может стоит совместить? Воздух застрял в лёгких. Идея даже звучала дико и больше походила на слишком извращённую пытку, чем на то, что могло доставить удовольствие, однако непостижимым образом заставила член в брюках дёрнуться. — Шучу. Я хоть и хотел заставить тебя кричать, но всё же не так. У меня есть куда более приятные способы сделать это. Приятные для нас обоих, — интонация, которой Риддл выделил последнее слово не давала и шанса усомниться в том, что ему Круциатус вполне пришелся бы по вкусу. Но Драко не стал лезть на рожон и впервые за вечер тактично промолчал, рассудив, что ему же может быть хуже. В конце концов, не на такие игры он настраивался. Звон пряжки вернул в реальность. Полностью сконцентрировавшись на мыслях, Драко даже не заметил, как руки Тёмного Лорда легли на бёдра и ловко выпутали ремень из шлёвок. Гладкая чёрная кожа скользнула в бледной ладони. Небрежный жест показался донельзя вызывающим, и Драко ощутил укол разочарования, когда пояс слишком быстро покинул руку, отправившись куда-то в сторону вслед за рубашкой. Он бы хотел чуть дольше любоваться контрастом и предвкушать всё то, что эти руки и ремень могли бы сделать. — Мне не нравится, что ты витаешь где-то в облаках. Разве не об этом ты мечтал последние дни? — Риддл накрыл ладонью пах, отчего размышления о ремне тотчас вылетели из головы. — Так-то лучше, — довольно заключил он, когда Драко кинул на него укоризненный и вместе с тем жалобный взгляд. Пальцы чувствительно сжали затвердевшую плоть сквозь брюки и пару раз провели вверх-вниз. Возбуждение прошило с новой силой. Оно оказалось таким острым, что граничило с болью. Драко зашипел сквозь стиснутые зубы и выгнулся навстречу, в погоне за столь долгожданным прикосновением. Но, похоже, Риддл решил отомстить ему и убрал ладонь, как только бёдра качнулись вперёд. Губы расползлись в злорадной улыбке. Он бы с удовольствием впился в них болезненным поцелуем-укусом, стирая оскал, но тело почти не слушалось и налилось такой тяжестью, что даже голова с трудом поворачивалась. Довольный результатом, Риддл дразняще мазнул пальцами вдоль ширинки, ловя судорожный стон. — Стоит ли мне помучить тебя ещё немного? — рука замерла над пуговицей, нерешительно кружа вокруг. — Если вам нравятся бессознательные тела в вашей постели, то можете ни в чём себе не отказывать, — Драко пришлось собрать всю силу воли в кулак, чтобы не выпалить вместо этого предательского «умоляю». Риддл хмыкнул и в пару движений сдёрнул штаны вместе с бельём. — Будем считать, что ты сказал именно то, что мне хотелось услышать. Он замер, блуждая голодным взглядом по распростёртому под ним телу. Глаза медленно очерчивали изгибы, пересчитывали шрамы на молочной коже и смотрели столь проникновенно, что перехватывало дыхание. Драко поёжился — он не привык, чтобы кто-то настолько пристально изучал его. Под ярким светом ламп и полностью голый он чувствовал себя слишком открытым. А ещё нервировало то, что сам Риддл до сих пор оставался в брюках. Они словно подчёркивали его превосходство, заставляя щёки наливаться румянцем. И чем тяжелее становилась повисшая тишина, тем сильнее скручивался узел внизу живота. Очередной виток острого наслаждения ударил по нервам, стоило только чужим рукам скользнуть на обнажённые бёдра. Вязкая капля предсемени упала на живот. Риддл рвано выдохнул, явно не упустив это из виду. Расширившиеся зрачки зияли чёрными омутами, на дне которых полыхал огонь желания. Он манил, и Драко сам не заметил, как приподнялся на локтях. Но резкий толчок в грудь вернул его обратно. А вслед за этим из горла вырвался протяжный вскрик — Риддл с довольной ухмылкой обхватил ладонью член и медленно провёл по стволу до самого основания, сжав в конце пальцы тугим кольцом. Он наклонился ниже, обдавая горячим дыханием чувствительную плоть. Драко впился зубами в собственно запястье, потому что был способен в этот момент только на самые отборные ругательства. Влажная головка налилась кровью, и всё, о чём он мог сейчас думать — чтобы эти бесстыдные губы, так любящие мучить его, наконец-то сомкнулись вокруг члена. И его мольбы были услышаны. Жар влажного рта и мягкий язык буквально подвели к грани. Удовольствие накатывало волнами, вторя размеренным движениям, что оставили в голове лишь пустоту. Драко едва сдерживался, чтобы не начать толкаться в эту обволакивающую тесноту. Риддл так и не перестал дразнить: он то касался совсем невесомо, кружа у дырочки уретры, то вбирал почти целиком, но всегда контролировал ситуацию, отстраняясь в нужный момент и не давая кончить. Не осталось ни малейших сомнений, что оргазм придётся вымаливать. — Пожалуйста-а, — простонал Драко, запрокидывая голову от нового разряда болезненного наслаждения. — Больше не могу. Риддл поднял полный скептицизма взгляд, обвёл головку языком по кругу и, обхватив яички ладонью, мягко потянул вниз. Возбуждение немного спало, но раскалённые до предела нервы требовали другого. — Нет, не так, — прозвучало так жалко, что даже стало стыдно. — Умоляю, дайте кончить. Выпустив член изо рта, Риддл облизал припухшие губы и поднялся, нависая над Драко. — Как быстро ты сдался, — лёгкий поцелуй со вкусом собственной смазки ударил в голову похлеще огневиски. — Даже не знаю, стоил ли мне пойти навстречу. Ты так соблазнительно выглядишь, находясь на самом пике. Риддл прижался пахом, давая ощутить собственное желание, и качнулся, больно царапая брюками нежную кожу. — Делайте что хотите, только дайте мне… Палец предостерегающе накрыл губы, не позволяя договорить. — Но ведь это именно то, чего мне хочется. Только представь, каким ярким будет оргазм. Драко попытался возразить, но вздрогнул, ощутив, как другая рука спустилась вниз от мошонки и с нажимом потёрла между ягодиц. — Мерлин, — проскулил он, вцепляясь Риддлу в плечи. И так подходящее к концу терпение теперь просто разбилось вдребезги. Прохлада от заклинания смазки сменилась жаром настойчивых пальцев, уверенно разминающих сфинктер. Они кружили, гладили, надавливали, но пока не проникали внутрь, доводя до исступления. Драко притянул Риддла ближе, вплотную прижимаясь к нему, покрывая поцелуями шею, плечи, руки — всё, до чего он только мог дотянуться, чтобы хоть как-то совладать со рвущимся наружу безумием. Ладони судорожно шарили по спине, ногти царапали кожу, оставляя красные полосы, а тело дрожало в нетерпении. От первого пальца ноги свело судорогой. Риддл спешно пережал член у основания и успокаивающе мазнул губами по скуле. Он шептал что-то на ухо, но слова заглушались шумом крови в ушах. Её громкий стук вторил толчкам, растягивающим тугое кольцо мышц. Драко настолько потерялся в ощущениях, что с трудом мог понять, сколько теперь пальцев было в нём. Бёдра сами подавались навстречу, подмахивали и старались насадиться как можно сильнее. — Еще! — вырвалось из груди вместе с очередным несдержанным рывком. — Ещё? — несмотря на ироничный тон, Риддл выполнил просьбу, добавляя третий палец, и позвоночник прошило электрическим разрядом. — Теперь ты доволен? Ускорившийся темп и более глубокое проникновение не давали даже сделать вдох, заставляя жадно хватать ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Кожа лоснилась от пота, а на глазах наворачивались слёзы — то ли от напряжения, то ли от избытка эмоций. Драко слепо потянулся вперёд и, нашарив чужие губы, мазнул по ним языком, прежде чем скользнуть в приоткрытый рот. Ему казалось, что он распадается на части, растекается скользкой, как смазка между его ног, лужей по покрывалу, что этот неспешный поцелуй высасывает из него душу, оставляя лишь оболочку. Он открыл глаза, в надежде найти поддержку во взгляде напротив, но вместо этого почва ушла из-под ног, кидая прямиком в пытающую бездну, наполненную сладостным грехом. Внезапная пустота откликнулась раздражённым рыком, но Риддл не дал возмущению в полной мере вырваться наружу. Он поднялся с кровати и нарочито медленно расстегнул сначала ремень, а затем и сами брюки, заставляя позабыть обо всём на свете. Драко ошалело наблюдал, как брюки скользнули вниз, открывая тазовые косточки и стройные, подтянутые ноги. Раньше он не замечал за собой подобного фетиша, но сейчас был готов упасть на колени и ласкать губами эти идеальные икры. Риддл подцепил большим пальцем край резинки трусов и оттянул её в сторону, на пару миллиметров оголяя набухшую головку. Рот тут же наполнился слюной. Он дразняще медленно спустил бельё, неотрывно смотря прямо в глаза и явно красуясь. И Драко не мог винить его в этом. Всё, начиная от чёрных локонов, заканчивая налитым, увитым венами членом выглядело идеальным и вызывало эгоистичное желание обладать. Вот только Риддлом нельзя было обладать. Он позволял, подпускал, но не отдавал себя целиком. И медленно подчинял своей воли, окутывая, словно дурманом. Драко смотрел на человека перед собой и отчётливо понимал, что никогда и никого не желал так же сильно, как его. Это было не любовью, но страстью. Пагубной, безудержной и животной. Которой было невозможно противостоять, да и не хотелось. Риддл улыбнулся. Соблазнительно и победно, словно прочитал все мысли, и забрался на постель. — Иди сюда, — он протянул руку и, как только Драко вложил в неё ладонь, притянул к себе, развернув спиной. Пальцы огладили бедро, прошлись щекоткой по талии и принялись вычерчивать хаотичные узоры на груди, вновь возвратившись к пытке медлительностью. Едва ощутимые ласки заставляли нетерпеливо ёрзать, потираясь ягодицами об упирающийся в них член, но Риддл и бровью не повёл, видимо, продолжая следовать своему плану. — Если и дальше будешь провоцировать меня, то я свяжу тебя. Драко обернулся. — Вы очень сильно просчитались, решив угрожать мне этим. — Думаешь? — пальцы сжали сосок и чувствительно потянули, выбивая воздух из лёгких. — Представь: ты такой беззащитный, открытый и полностью в моей власти. Я бы мог мучить тебя целую ночь. А может быть, и вовсе не дал кончить, при этом ни в чём себе не отказывая. — Риддл двинул бёдрами, проскальзывая членом между ног. — Уже не так привлекательно? Слова застряли в горле. Драко вцепился в подушку зубами, борясь с растущим наслаждением от мерных покачиваний. Риддл двигался на грани ощутимого, и именно это безумно заводило. Руки блуждали по телу, кружили у паха, но как на зло не касались члена, ускользая в последний момент. Плечи уже горели от укусов, и даже влажные мазки языка не унимали нарастающего жжения. Драко балансировал на тонкой грани между болью и удовольствием, ожидая, когда же одно перевесит другое. Он завёл руку за спину, нашарил напряжённое бедро Риддла и под приглушённое шипение притянул его в себе вплотную. Капля смазки выступила на головке и с новым толчком сорвалась на изумрудное покрывало. Драко охнул, цепляясь рукой за подушку. Его ногу подхватили под колено, а затем между ягодиц возникло острое, распирающее чувство. Риддл входил медленно, но уверенно, не останавливаясь ни на секунду и всё же давая привыкнуть к наполненности. Скулы коснулись губы, и Драко обернулся, позволяя утянуть себя в пучину поцелуя. Он словно качался на волнах, которые то ласково убаюкивали, то накрывали с головой, заставляя захлёбываться и искать опору в чужом теле. Первое движение рассыпалось мириадой искрящихся звезд перед глазами. Риддл двинул бёдрами назад и, подавшись вперёд, мучительно медленно вошёл до основания, сцеловывая хриплый гортанный стон. Драко понятия не имел, где тот научился такой выдержке, потому что у него в голове осталось лишь невыносимое желание кончить. Рука сама потянулась к изнывающему члену, но властное «не смей», остановило на полпути, заставив чуть ли не расплакаться от бессилия. Тихий скрип кровати перемежался с тяжёлым дыханием и влажными звуками шлепков. Покрывало сбилось и липло к коже. Сильные, размеренные движения сводили с ума. Своей плавной тягучестью они вынуждали извиваться и подаваться навстречу в надежде ускорить темп. Но Риддл крепко удерживал на месте, не давая перехватить инициативу. Он явно наслаждался жалкими попытками Драко и его приглушёнными всхлипами, что рвались наружу против воли. В пояснице уже ломило от напряжения, но Драко просто не мог расслабиться. Бурлившая внутри жажда требовала выхода и буквально начинала разрывать на куски, стоило ему только замереть. Он шарил руками по кровати, пытался дотянуться до Риддла, но ничего из этого не помогало унять агонию. — Пожал… — остатки слова Драко проглотил вместе с жёстким толчком. — Сделайте что-нибудь, это невыносимо. Я больше не… выдержу, — на выдохе простонал он, закатывая глаза — член прошёлся по простате, едва не лишая рассудка. Тихий смешок в загривок, и внутри стало тоскливо и пусто. — Что? Нет, нет, только не останавливайтесь, — Драко растерянно глянул через плечо, но успел увидеть лишь напряжённое лицо, с капелькой пота у виска, прежде чем его перевернули на живот. Голову уткнули в подушку, почти что лишая возможности дышать. Чужие руки сжали ягодицы, бесстыдно разводя их в стороны, а твёрдая плоть мазнула по входу, дразняще надавливая, но почти не проникая. — Чёрт бы вас побрал! — злобно просипел Драко в подушку, приподнимая бёдра навстречу неожиданному и яростно толчку. — Да-а! Шлепок обжёг разгорячённую кожу. — Абсолютно никаких манер, — флегматично ответил Риддл, словно в этот момент неспешно потягивал чай, а не трахался. — Не хотите научить меня им? — Драко вильнул тазом, совершенно не в такт движениям, и зашипел, когда пальцы болезненно сжали ягодицу. Он попытался дотянуться до руки Риддла, но добился лишь того, что его собственную заломили за спину, прижав железной хваткой к пояснице. — А тебе… так… и… не терпится? — Риддл чеканил каждое слово, сопровождая их мощными толчками. — Возможно, мне стоит прибегнуть к идее с Круцио, или ты успел придумать что-то новое? От интенсивных движений Драко не мог выдавить и звука. Из горла постоянно рвались задушенные хрипы, а воздуха едва хватало, чтобы не задохнуться. Он отчаянно старался подстроиться под ускорившийся темп, но всё равно сбивался, стоило только члену внутри задеть чувствительную точку. Собственный уже истекал смазкой, и казалось, что на покрывале образовалась целая лужа. Драко бесстыдно тёрся о кровать, молясь только о том, чтобы эта пытка удовольствием поскорее закончилась. Он чувствовал, что ещё немного и сознание начнёт уплывать. Риддл рыкнул, навалился всем телом, вдавливая в матрас, и проник особенно глубоко, буквально пронзая насквозь. Беззвучный вскрик растворился в воздухе. Каждая мышца напряглась до предела. Оргазм жидким металлом хлынул наружу, лишая зрения и слуха. Он струился по венам, будоража каждую клеточку и затуманивая разум. Драко показалось, что из него вынули все кости, превратив в мягкую тряпичную куклу. Конечности обмякли и совершенно не слушались. Приятная нега разлилась от макушки до самых кончиков пальцев. Он послушно перевернулся на спину, когда рука потянула за плечо, и открыл рот, подчиняясь ласковым, но настойчивым пальцам. Терпкая, жемчужная жидкость брызнула на губы, и Драко обхватил головку, почти что с благоговением выпивая чужое удовольствие. Язык мягко оглаживал ствол, а глаза пристально следили за тем, как напряжение медленно сменяется долгожданным удовлетворением, делая лицо Риддла более мягким. Драко выпустил обмякающий член и облизал губы, собирая остатки семени. Усталость буквально придавливала к кровати. У него хватило сил лишь на то, чтобы повернуться набок и подтянуть к себе край покрывала. Риддл лёг рядом, прижимая к своей груди и нежно зарываясь пальцами во влажные волосы. Неспешные поглаживания навевали сонливость, и Драко поддался им, прикрывая глаза.
