Нелюбимое время

У всех есть цена. Шиди оплачивал молчание прислуги, пока я прохлаждалась на нефритовых руках, успевая заглядывать в это безучастное к происходящему лицо. С ним что-то происходило. Мне в бок, которым оказалась прижата к нефриту, заполошно билось его сердце. Для меня в принципе стало открытием, что сердце этой льдышки бьется. Еще и так сильно. Бесится, что ли? Цзян Чэн зашелся истерикой, когда я стала проситься на руки к Вэнь Нину, поэтому выбор пал на того, кому по моему мнению меньше всего хотелось терпеть мою тяжесть на своих белоснежных ручках. Некстати вспомнилось, как в юности Ванцзи за шкирку вытащил Усяня из бездонного омута, не желая касаться чужака. Это что же, лед тронулся или все потому что правила клана запрещает грубое отношение к девам? « — Молчимолчимолчи», - повторяла себе как мантру, даже не дразнясь лишний раз. Почему-то ситуация мне показалась знакомой, я заикнулась, не носил ли меня Ванцзи прежде на руках, за что получила взгляд, который не смогла перевести в слова. Этот домик Цзян Чэн снял для всего клана и потому здесь никого лишнего не встретишь, и тем не менее он дал четкий наказ носа не высовывать, а затем ушел на собрание кланов. Слуги натаскали воды и я освежилась, а затем загнала мыться призрачного генерала и пока он приводил себя в порядок, залезла в сундук с вещами своего шиди. Конечно, он будет в бешенстве, когда увидит Вэнь Нина в своей рубашке и штанах, но он будет в большем бешенстве, если Цюнлинь станет ходить тут голый, рваные шмотки Призрачного Генерала я спалила от греха подальше. Мысленно прикинув эти перспективы, я похихикала и тут же пожалела об этом. Шея и горло нещадно ныли, напоминая о пережитом ужасе. Осторожно притронувшись к ней, зашипела и отняв руку, вздохнула. — Я нашла тебе одежду, - дойдя до ширмы, закинула рубашку и штаны темно-лиловой расцветки на каркас. — Мантию потом спрошу с благодетеля. Начисто вымытый мертвец посвежел, просто любо-дорого смотреть на него. — Г-господин Вэй, - Призрачный Генерал низко опустил голову, подходя ближе. Я знала, что побыв в тишине наедине со своими мыслями, этот мужчина успел взять на себя груз вины произошедшего. И точно, его взгляд стал еще печальнее, когда скользнул по открытой шее и ключицам, сливающимся в один большой синяк с проплешинами кровоподтеков. — Перестань, - я отмахнулась и подозвала жестом к себе ближе. Как и обычно, Вэнь Нин повиновался. — Сядь, - указала себе под ноги. — Спиной ко мне. Я намеревалась привести в порядок его шикарные волосы. Для начала, вычесать их гребнем и натереть сладко пахнущим репейным маслом. — Господин Вэй, зачем? — Не господин, а госпожа, - легонько стукнула гребнем по макушке Цюнлиня, хихикая. Это явно происки темной ци, волосы мертвеца не были паклей, какой я себе их представляла после мытья. Вэнь Нин не страдал проблемой секущихся кончиков, пряди, словно шелк, скользили меж пальцев и зубьев гребня, и совсем не спутывались. Те же пряди, которые уже впитали в себя масло, заиграли блеском и я невольно засмотрелась, оглаживая лишний раз длину. — У тебя очень красивые волосы. — Госпожа, а что с вашими волосами? — А что с ними не так? Я примерно представляла, какие вопросы крутятся в голове Цюнлиня, но его приоритеты меня развеселили. — Они такие короткие. Г-госпожа б-была з-замужем? Я не сразу ответила на этот вопрос, непроизвольно хмыкая. Замужем. Как сильно сказано. — Скорее, любовницей, - не отвлекаясь от основного занятия, продолжила. — Мы работали вместе, и нет, он не умер, как ты подумал, просто не сошлись характерами и разбежались. Так бывает, когда скоротечная страсть разбивается о рутину повседневной жизни. Давно хотела обрезать, но они ему так нравились, не решалась, в общем. А что, совсем не к лицу? - деланно изображая удивление, широко улыбнулась, чего не мог видеть Вэнь Нин, обращенный лицом к противоположной стене, разрисованной незамысловатым сюжетом цветущей долины. — Н-нет, с-соверш-шенно не так, вы очень, очень красивая, - а чуть тише добавил. — Всегда были. Я не понимаю, господин Вэй. — Госпожа. — Госпожа Вэй, - смущенно исправился Цюнлинь и запрокинув голову, взглянул в поиске моего взгляда. Он был слегка растерян в своей задумчивости. — Как же так вышло, кто вы? Я смотрю на вас и вижу молодую госпожу, совсем чужую и на внешность и на голос; закрываю глаза - ощущаю господина Вэя, чувствую отголоски его силы и зов, который пробудил меня несколько месяцев назад. — У меня нет ответа на этот вопрос, А-Нин, полагаю, что я и то и другое сразу. Вэй Усянь - это мое прошлое воплощение. Я помню почти все, что с ним происходило, что он думал и чего желал, а так же, как оказалось, его привязанности влияют на меня. Ты был ему дорог, Цзян Ваньинь был ему дорог, даже ледышка Ванцзи, представляешь, был ему по сердцу? Я так странно себя ощущаю рядом с ним, - зарывшись кончиками пальцев в волосы у висков, протянула к затылку, расчесывая и распределяя остатки масла, впадая в задумчивость. Странно застрять на стыке двух личностей, так недалеко развить расстройство, а в Цзянху еще не скоро появятся врачеватели душ. — Госпожа позволяет себе вольное общение, вас осудят, - брови мертвеца чуть сдвинулись, выдавая попытку нахмуриться. — Пускай, мне не привыкать, А-Нин, - оттолкнув голову друга, погрузила гребень в черный шелк его волос на затылке. — Максимум, что они могут сделать, это убить меня. — Зачем вы тогда позволили себя убить? Не в бровь, а в глаз. Я и позабыла, что за мягкостью характера скрывается проницательная личность. — Тебя там не было. — Мы связаны, я вас чувствую гораздо больше, чем вы полагаете, госпожа, - Вэнь Нин оторвался спиной от моих голеней и полуобернулся. — Простите, я не смог вас защитить тогда, не смог и сейчас, какой смысл в моем существовании? — Эй-эй, перестань. Не хмурь бровей из-за ударов рока, - я обхватила ладонями лицо Цюнлиня, подушечками больших пальцев огладила проступающие скулы, не замечая сеточки черных вен. Мой разум помнил мальчишку, у которого руки тряслись каждый раз, когда лишнее внимание оказывалось обращено к нему. — Упавший духом погибнет раньше срока, - губы мои тронула ухмылка, и затем выпалила строки, цитируя дальше. — Ни ты, ни я не властны над судьбою. Мудрее будь, смирись с владыкою такою. — Как мило, - дверь в комнату влетела в стену. Вэнь Нин дернулся и попытался отстраниться, но я не позволила. — Меня сейчас стошнит, отпусти его, извращенец. — Не хочу, - фыркнув на шиди, притянула мертвого Вэня к себе ближе. — Может он мне нравится, откуда тебе знать? — Г-госпожа! - протестующе воскликнул Призрачный Генерал, но двинуться не смел без приказа. Тц. Как выбить из него эту треклятую покорность? — Ну вот, так хорошо было, пока ты не явился, а теперь я перестала ему нравиться. Ты разрушил мою жизнь. Как так происходит, сама не пойму, но стоит шиди появиться, как остаточная часть Вэй Усяня доминирует по полной и начинается представление. Кровать, на которой я сидела, приняла мою тушку, стоило только откинуться назад и завести руки за голову, выражая скорбь. Я встрепенулась, когда с порога донесся басистый смешок и неловкое покашливание. Приподнялась на локтях, с досады закусывая нижнюю губу. Братья Лань и глава Не, присутствию последнего я удивилась, уже переступили порог. — О-о-о, я пас, я видела порно, которое начинается точно так же, Вэнь Нин, мы уходим! - я подорвалась с места со скоростью подстреленной утки и метнулась к окну, желая скорее покинуть общество этих господ. Мои планы пали прахом в тот момент, когда на запястье сцепилась рука шиди. — Ай-яй-яй, сломаешь же, идиот, это тело не сформировало золотое ядро. Мужлан! Вот поэтому у тебя до сих пор жены нет, что ты грубиян такой невозможный! Зла на тебя нет! — Человека ты кусок! Ты можешь быть серьезным?! А рявкнул-то как. Замерла аж, как кролик перед удавом, и кивнула. — Хорошо. Нам надо поговорить, но сначала иди оденься, чудовище. Цзян Чэн затолкал меня за ширму. Кажется, кто-то воспринял возвращение шисюна в облике шицзе самым серьезным образом. Настолько, что встал на стражу моей нравственности. Я недовольно скривилась, но промолчала, выталкивая шиди за пределы ширмы. Нижняя часть одежд - удлиненная рубашка, выполненная из легкого струящегося шелка настолько тонкого, что его наличие на коже едва ощущается легкой щекоткой при движении. V образный вырез расположен так, что облачении в следующий слой нижнего, цвета нежно-розового жемчуга, белья не видно. — Вэй Усянь, прикройся, я зайду. Спасибо, что хоть предупредил. Не то, чтобы я смущалась, скорее берегла хрупкую психику главы Цзян от моральных потрясений, вовремя прикрывшись халатом с высоким воротничком. — Твоя шея, нужно наложить мазь. — Так давай я сама. Препираться тут было бесполезно. На то он и Глава Ордена, что умеет в нужное время быть неотступным. Накладывал мужчина мазь в тишине, едва касаясь пострадавшей кожи, а затем наложил тонкие хлопковые бинты, которые вберут в себя излишек мази. Как неловко принимать его заботу, честно говоря, эта мягкость настораживала, потому как память напоминала, что шиди - бомба не замедленного, а внезапного действия. Неизвестно, когда он рванет и по какой причине, а ввязываться в конфликт с этим человеком ей не с руки. Вставал и другой вопрос, и не подумав толком, я шепнула, хмурясь: — Зачем? Почти отчаянно это звучало. Цзян Чэн поднял блуждающий прежде взгляд и тоже нахмурился, но лишь потому что не понимал вопроса. — Забудь. Закончил? Так проваливай, мешаешь. Выставив шиди в очередной раз, я подавила нервный мандраж, запахивая шелковый халат - на сей раз, этот тип ткани плотный и на ощупь бархатный, имевший узоры вышивки по всей длине в изумрудной расцветке, что удачно сочеталось со светлой кожей, медными волосами, вспыхнувшими яркостью на контрасте цветов, и серыми глазами. Еще влажные волосы я не стала убирать в косу. Вэнь Нин своим вопросом напомнил мне, что укороченные волосы у женщины выражают ее незаинтересованность в поиске партнера, что мне только на руку. Пусть и дальше принимают за одинокую вдову. И в целом, прилично, вроде бы, выгляжу. Ах да, короткая куртка из парчи на несколько тонов темнее основного платья с высоким воротом, за которым не видно даже бинтов, была последним атрибутом. После этого я вышла из-за ширмы, отвлекая мужчин от негромкого диалога за чаем. Мужчины располагались за столиком друг напротив друга. Кроме Вэнь Нина. Мертвец, изображая фон, застыл у окна, но я знала, что он прислушивается к обстановке. — Прошу прощения за задержку. Итак, вы хотели поговорить? Честно говоря, мне нечего вам сказать, никому из вас, - набравшись храбрости, я ровным шагом дошла до кровати и опустившись на нее, сложила руки на коленях, держа спину прямо. — Я не могу понять, зачем вы меня спасли, - видя, как Цзян Чэн дернулся на последней фразе, уголок губ дрогнул в ухмылке. — Не дергайся, Глава Цзян, не ты ли хотел серьезного разговора? Так получай, я предельно серьезна. На мгновение в комнате повисла тишина. Кажется, присутствующие совсем не ожидали получить упрек. — Неблагодарный пес, - показательно сплюнул Минцзюэ. — Я говорил тебе, Сичэнь, что это хреновая идея. Пожалуйста, - глава Не махнул в мою сторону рукой, ухмыляясь. — Неблагодарный? - я с трудом сдержала злой смех, клокочущий в груди. — А за что я должна быть благодарна? Лучше бы дали мне умереть, это исправило бы ситуацию! — Так говоришь, будто ты этого хотел! — Нет, но... - я нахмурилась и встав, заложила руки за спину по старой привычке. Десять шагов до ширмы и обратно. Под счет мне легче думалось, эта простейшая манипуляция отвлекала от эмоций, которые сейчас вовсе не нужны, но разрывали что-то внутри на мелкие кусочки. — Меня не должно быть здесь в принципе. Для этого мира Вэй Усянь мертв, и справедливости ради хочу заметить, что я - не он. Не Вэй Усянь. Уже как 27 лет я другая личность, с другой жизнью, с другим жизненным опытом, но все же, он - часть меня, мое прошлое воплощение. Идиоты, которые открыли дверь в другой мир, что способствовало моему переходу Цзянху, разблокировали мою память о прошлом, и это сводит меня с ума. — Нелинейное течение времени? - я оторвала взгляд от созерцания гравюры и перевела внимание на задавшего вопрос Сичэня, но в ответ лишь пожала плечами. У меня были только притянутые за уши предположения, что несказанно бесило. — Почему ты считаешь, что тебе нельзя оставаться здесь? - пока Цзян Чэн и Лань Чжань в рот воды набрали, глава Не задал вопрос, в упор не понимая драмы на пустом месте. — А разве ж мне дадут спокойной жизни? Какой в этом смысл? К тому же, у меня есть, к чему возвращаться в том мире. — А здесь у тебя ничего нет? - не выдержав, рявкнул шиди, за что получил от меня леденящий душу взгляд, выработанный за пять лет работы следаком. — А что у меня здесь, Глава Цзян? Всеобщая ненависть и презрение? Нашли общего врага! Сыта по горло! Я не для того ушла, чтобы возвращаться! Вы все! Вы представить не можете, как сильно я злюсь за это испытание! И ладно он, - я обвинительно кивнула в сторону шиди, а затем обратилась взглядом к Сичэню и Ванцзи. — Но вы-то чего от меня хотите? Вы же тоже ненавидите меня, все вы, черт бы вас побрал. Злость брала надо мной верх, назодя отражение в алых бликах в серой радужке. Понятия не имею, чем бы все закончилось, не опусти на мое предплечье руку Цюнлинь. — Госпожа, - тихо позвал мертвец. Пусть ему и страшно было обратить гнев на себя, но в нужный момент Вэнь Нин чертовски своевременный. — Сколько можно? - тем не менее, я рявкнула уже на Призрачного Генерала, обжигая его яростным взглядом откровенно красных глаз. Энергия обиды клокотала внутри. Ненадолго хватило спокойствия, вызваного прикосновением. — Зови меня по имени, Цюнлинь! — Я не смею, - отрицательно качнул головой мужчина со слабой улыбкой. — Ушла? - шиди, казалось, все остальное прослушал, прочно вцепившись вниманием в эту часть моей проникновенной речи. — Никогда не ненавидел Вэй Ина, - отмер Второй Нефрит. — Я вовсе не желал вам смерти, - Сичэнь, прежде чем ответить, внимательно посмотрел на своего брата. — И мое желание - помочь вам, пусть оно и расходится с мнением Старейшин моего клана. — Я не верю ни единому вашему слову.