Да, она изменила мою жизнь.

Не знаю, сколько я простояла в оцепенении, прислонившись к холодной каменной стене. Сердце колотилось с такой бешеной скоростью, будто пыталось вырваться из груди. И я не могла понять, что именно его завело — ярость, унижение или что-то ещё, чего я не хотела признавать даже самой себе. Нужно взять себя в руки. Как-никак, это мой первый вечер в Хогвартсе, и я не собиралась его проваливать. Спускаясь в гостиную Слизерина, я попала в эпицентр хаоса. Музыка гремела так, что дрожали стены, а в густом мареве дыма и мигающего света танцевали десятки тел. — А вот и наша новенькая! Та самая, что с ходу покорила Слизерин! — Блэйз Забини, с красным пластиковым стаканом в руке, поднялся на диван, привлекая всеобщее внимание. Гостиная взорвалась аплодисментами и одобрительными криками. Я ответила улыбкой, чувствуя, как адреналин понемногу вытесняет дрожь из тела. — Итак, выдержишь ли ты наше главное испытание? — Блэйз соскочил с дивана и с театральным жестом указал на стол, где стояли четыре высоких бокала с разноцветными, подозрительно мутными жидкостями. Алкоголь. Пахло сильно и терпко. — Догадываешься, что нужно сделать? — Блэйз дружелюбно обнял меня за плечи. — Приблизительно, — ухмыльнулась я, чувствуя прилив азарта. — Тогда вперёд! — Он отступил в сторону, давая мне дорогу. — Может, хватит? А то сейчас будет бесчувственное тело валяться на полу, — раздался ленивый, растянутый голос. Малфой, развалившись в кресле, наблюдал за происходящим с видом пресыщенного аристократа. — Посмотрим, кто из нас окажется на полу, — парировала я и, не удержавшись, подмигнула ему. По залу прокатился одобрительный гул. Я взяла первый бокал. Жидкость пахла пряностями. Сделав глубокий вдох, я опрокинула её в себя. Огонь ударил в горло, пополз в желудок и тут же отозлся жаром в висках. Мерлин, что они туда намешали? Это был не просто алкоголь. Взрыв. Я резко выдохнула, зажмурившись от едкого вкуса, и принялась за остальные три. В конце, с наслаждением раздавив зубами дольку лайма, я поставила пустой бокал на стол. В гостиной на секунду воцарилась тишина, заглушаемая лишь музыкой. Затем всё взорвалось криками и аплодисментами. — Ещё есть сомнения? — бросила я, чувствуя, как жар разливается по венам. Толпа взревела. Кто-то потянул меня танцевать, но я, отшутившись, отступила к креслу — нужно было дать организму прийти в себя. Я знала, что алкоголь — моя ахиллесова пята. Либо отключаюсь намертво, либо творчу такое, что к утру становлюсь легендой — и не в хорошем смысле. Блэйз подошёл ко мне, его лицо расплылось в ухмылке. — Ничего себе! Я, честно, не думал, что ты решишься. — А что там было? — рассмеялась я, чувствуя, как тело наполняется приятной тяжестью, а мысли становятся ватными. — Военная тайна, — он подмигнул. — Сложная формула. Мы смеялись вместе, и я чувствовала, как барьеры понемногу рушатся. — Ей бы поспать уже, — снова прозвучал голос Малфоя. Он не двигался с кресла, но его внимание было приковано ко мне. — Какой же ты зануда, Малфой! Блэйз, идём танцевать! — скомандовала я, вставая и слегка пошатываясь. — Сейчас, — он кивнул и отошёл к Малфою, что-то ему шепнув.

Pov: Драко.

— Кажется, между вами пробежала искра, — Блэйз хлопнул меня по плечу, нарушив моё наблюдение. — Ничего не пробежало. Она наглая выскочка, которая не знает своего места, — я отхлебнул из своего стакана, не отводя взгляда от Софии. Она танцевала с какой-то дикой, почти животной грацией. Как будто занималась бразильским искусством, а не танцами. И всё это на каблуках, будучи пьяной в стельку. Серьёзно? После четырёх «Убийц дракона»? — А она симпатичная, — невозмутимо заметил Забини. — Ей пора спать. Час ночи, а завтра Зельяварение. Я же говорил — кончится тем, что она рухнет без чувств. — Малфой, расслабься. Хоть веселимся, не как эти зануды-гриффиндорцы. Они уже давно по кроватям. Блэйз скрылся в толпе, а я продолжил следить за Софией. Нужно, чтобы она пошла спать. И почему, чёрт возьми, это волнует именно меня? К моему удивлению, она сама направилась к лестнице, цепляясь за стены. Слава Салазару. Но на полпути её остановил Монтегю. Я встал и прислушался. — Что, уже сдаёшься? Всё самое интересное только начинается! — его голос был хриплым и слишком громким. — Иди сам веселись, — проговорила София, с трудом выговаривая слова. — Мне надо в комнату. — Не-ет, пойдём танцевать! — он грубо схватил её за локоть. Вот и всё. Пришлось вмешаться. — Монтегю, отвали от неё. Если хочет спать — значит, хочет спать. Отпусти, — мой голос прозвучал тихо, но с такой угрозой, что он мгновенно ослабил хватку. — Малфой, да мы же просто... — Мне повторить? — я сделал шаг вперёд. — Драко... — тихо позвала София. — Дай руку... я падаю... Я подошёл и протянул руку, но в этот момент её ноги подкосились. Чёрт возьми. Поймал её на лету и поднял на руки. Она была удивительно лёгкой. Кивнув Монтегю, чтобы тот убирался, я понёс её в женское крыло. Войдя в её комнату, я уложил её на кровать. Руки будто сами собой потянулись к пряжкам на её туфлях. Я снял их и отшвырнул в сторону. — Малфой... — её шёпот был едва слышен. — Что? — я наклонился ближе. — Зачем ты это делаешь?.. То есть сейчас... В смысле... — её мысли явно путались, слова шли медленно и с трудом. Но дело было не в этом. Дело было в том, как она смотрела на меня — будто видела насквозь. — А ты хочешь спать в этом? — я кивнул на её одежду. — Тебе будет неудобно. — Это не должно тебя волновать, Малфой. — Но почему-то волнует, Баскервиль, — прошептал я, глядя на её губы. Моя рука сама потянулась к её лицу. Я отвёл прядь тёмных волос с её щеки, и мои пальцы задержались на её коже. Она была обжигающе горячей. Сердце забилось с такой силой, что я почти услышал его стук. Я наклонился ниже, сокращая расстояние между нами до нуля, и коснулся её губ своими. Это было нежно, почти несмело, но в этот миг всё внутри перевернулось. В ответ её пальцы вплелись в мои волосы, притягивая меня ближе. И в этом не было ни злости, ни вызова — только тихое, обоюдное падение.