Да, она изменила мою жизнь.

— Ты специально так застегнула? — странно улыбнувшись, Малфой просунул указательный и средний пальцы между пуговицами. Только опустив взгляд, я заметила, что пропустила одну петлю. Из-за этого на рубашке в области груди образовался нелепый бугорок. — Видимо, торопилась... не заметила, — пробормотала я, резко поднимаясь с кровати. Чтобы застегнуть рубашку, я сняла кожаную куртку. От жуткого стыда запылали щёки. Мне стало до такой степени неловко, что я отвернулась от Драко и, стараясь не смотреть на него, нервно начала расстегивать пуговицы. Я не заметила, как Драко бесшумно оказался у меня за спиной. Его сильные, но в то же время удивительно нежные руки легли сначала на мои хрупкие плечи, а затем начали медленно, почти церемонно спускаться вниз. Когда его пальцы провели едва ощутимую линию вдоль моего позвоночника, всё моё тело содрогнулось от внезапного озноба. Его ладони остановились на пояснице, и на мгновение мне показалось, что он просто обнимает меня сзади. Но это было лишь началом. — Ты стесняешься меня? — его шёпот был тёплым и бархатным, а губы тем временем прикоснулись к тому месту на шее, где под тонкой кожей пульсировала сонная артерия. Эта пульсирующая жилка выдавала моё возбуждённое состояние чаще бившимся сердцем. Блондин ухватился за тонкую ткань рубашки в области моего живота, сжав её в своей ладони. Догадаться о его намерениях было нетрудно. — Я же чувствую, что ты еле сдерживаешься, чтобы не разорвать её... — у меня перехватило дыхание, и я выдала то, о чём следовало бы помолчать. — Почему ты до сих пор теряешь время? Эта фраза подействовала на Драко как красная тряпка на быка. В следующее мгновение пуговицы с лёгким щелчком разлетелись по комнате, отскакивая от пола и мебели. Рубашку он стянул с меня одним ловким движением, но не спешил разворачивать к себе, предпочитая оставаться за спиной. Его губы вновь приблизились к моему уху, а пальцы принялись исследовать теперь уже оголённые участки тела — шею, ключицы, плечи — оставляя за собой следы из мурашек. В какой-то момент одна его рука скользнула вниз, едва коснувшись груди и задержавшись на животе, в то время как вторая опустилась ниже, проникла в брюки и, оттянув ткань трусиков, устремилась к самому чувствительному, сокровенному меду. С моих губ сорвался сдавленный, прерывистый стон. Моя рука инстинктивно схватила его запястье, но не чтобы остановить, а словно пытаясь удержать это головокружительное ощущение. Голова внезапно стала тяжёлой, и мне ничего не оставалось, как откинуть её назад, на его плечо. Я неосознанно кусала губы, пытаясь сдержать звуки, пока он запускал в меня свои пальцы, задавая ритм, от которого темнело в глазах. — Теперь я чувствую, как сильно ты меня хочешь, маленькая моя, — Драко дразнил меня, то ускоряя, то резко прекращая движения внутри меня, доводя до грани безумия. А потом и вовсе, с мучительной медлительностью, извлёк пальцы, продлевая эту сладкую пытку. — Прекрати... — мой голос прозвучал томно и немного раздражённо, хотя в глубине души я понимала — Драко наслаждался не только контролем над моими ощущениями, но и самой этой властью надо мной. Он резко развернул меня к себе. Наш взгляд встретился на мгновение — в его глазах читалось торжество и тёмное удовольствие от моей полной растерянности и желания. Затем он кратко, почти по-хозяйски, поцеловал меня в губы. После этого его губы плавно переместились на мои пылающие щёки, выстраивая дорожку из поцелуев к выпирающим ключицам. Пока его наглые, опытные губы исследовали моё тело, его руки уже справлялись с застёжкой моих брюк. Я, совсем потеряв голову, обвила его шею руками, притягивая к себе для нового, ещё более страстного поцелуя, в котором было всё — и голод, и прощение, и отчаянная попытка забыться. В конце концов, брюки сползли на пол. Драко, прижав меня к стене, крепко вцепился руками в мои ягодицы, а его лицо уткнулось в грудь. Его губы выстраивали огненную дорожку к выступу бюстгальтера, и в следующее мгновение я почувствовала слабый, но точный укус, от которого моё сознание окончательно поплыло. Громкий, сдавленный стон, который я уже не могла сдержать, разнёсся по комнате. Мозг отключился. Я не помнила, как мы оказались на кровати. Очнулась я уже от того, что он, поймав мой взгляд, сам начал освобождаться от рубашки, предварительно раздвинув мои ноги и устроившись между ними. Его губы вновь прильнули к моим ключицам, а горячее дыхание обжигало кожу там, где проходила лямка бюстгальтера. Одну лямку он стянул зубами, вызывая новую волну мурашек, а второй рукой, ловко нырнув мне под спину, расстегнул застёжку, окончательно освобождая от преграды. Он накрыл меня своим телом. Одно мгновение — и мои руки оказались прижатыми над головой, зажатыми в одной его могучей ладони, не оставляя ни шанса пошевелиться. Я была полностью в его власти — беззащитная, покорная, жаждущая. Поймав мой полуприкрытый, затуманенный страстью взгляд, он одним пальцем отодвинул в сторону тонкую ткань моих трусиков. От этого простого движения у меня вырвался дрожащий, прерывистый вздох. И тогда он медленно, почти невыносимо медленно, вошёл в меня, вызывая целую бурю противоречивых эмоций — от стыда до всепоглощающего блаженства. С моих губ срывались стоны. Сначала тихие, сдавленные, но чем быстрее и увереннее двигался Драко, тем громче и откровеннее они становились. Я осознавала, как отчаянно, до боли физической, мне не хватало его все эти долгие, напряжённые недели. Отпустив мои руки и переместив свои на мою талию, Драко полностью взял контроль над моим телом и моим надвигающимся оргазмом. Он то ускорялся, доводя до исступления, то почти полностью останавливался, заставляя меня изнемогать от нетерпения. От перевозбуждения я впилась ногтями в его спину, оставляя на коже красные полосы. — Ты... ты наложил Оглушение? — задыхаясь, выдохнула я, вдруг вспомнив об этой практической необходимости. — Не о том сейчас думаешь, — проговорил он с напускной суровостью, и его губы вновь накрыли мои в глушащем всё вокруг поцелуе. Через мгновение я почувствовала их на своей груди — влажные, жадные, чередующие нежные посасывания с лёгкими, щекочущими нервы укусами, которые обостряли каждое ощущение до предела. В какой-то момент моё тело начало выгибаться в немой просьбе, словно у кошки, по всему телу прошла горячая, сковывающая волна, и лишь сердце продолжало бешено колотиться в груди, готовое выпрыгнуть. Я была не в силах открыть глаза, ощущая лишь кратковременную, сладкую дрожь в ногах и слыша собственные прерывистые всхлипы. Когда поняла, что Драко накрыла такая же волна, я ощутила, как он уткнулся лицом в мою шею, беззвучно выдыхая и продолжая легонько, почти нежно касаться её губами.

***

Несколько дней спустя.

Драко сегодня был вызван Тёмным Лордом на задание, поэтому в Трапезный зал я отправилась одна, в окружении чужих и враждебных лиц. Пока я механически принимала пищу, за соседним столом между группой тёмных волшебников завязался оживлённый, почти агрессивный разговор. Они всегда обсуждали что-то громко, не стесняясь, но в этот раз их диалог больше походил на перепалку, готовую перерасти в нечто большее. Я невольно прислушалась, стараясь сохранять безразличное выражение лица. Я всегда была наблюдательной, но здесь, в поместье, этот навык стал вопросом выживания. Вычленяя из обрывков фраз крупицы информации, можно было попытаться предугадать катастрофические и непредсказуемые последствия. — Мы подчиним себе этих жалких магглов! — с плотоядной ухмылкой провозгласил Гойл-старший, входя в зал и хлопая по столу своей мясистой ладонью. — Да что там магглов — весь мир скоро будет ползать у наших ног! — Его слова подхватил издевательский хохот, прокатившийся по залу. Начало разговора я пропустила, но контекст был ясен и без него. Речь шла о грядущем господстве. — Надо тщательнее выбирать союзников, а то однажды мы уже ошиблись в одном... Хотя, он многое сделал вначале, согласись? — Я невольно поджала губы, услышав, как Долохов подхватил реплику Гойла. — Отдать собственного домашнего эльфа в полное распоряжение Тёмному Лорду! Какая преданность! — Неестественный, злобный смех вновь заполнил помещение. В эту же секунду в зал вихрем влетело чёрное пятно, которое мгновенно материализовалось в фигуру Беллатрисы Лестрейдж. С лицом, искажённым яростью, она с силой впечатала в ближайшую стену одного из слишком разболтавшихся Пожирателей, приставив остриё своей палочки к его горлу. — НЕ СМЕЙТЕ УПОМИНАТЬ О НЁМ! — её пронзительный, почти животный крик на несколько секунд оглушил меня и заложил уши. — НИ ЕДИНОГО СЛОВА БОЛЬШЕ! Беллатриса резко развернулась в мою сторону, и её взгляд, полный неконтролируемой ярости, упал на меня. Лицо ведьмы стало багровым от бессильного гнева. — Изначально он ведь тоже был таким же: шестнадцатилетним мальчишкой, счастливым примкнуть к Тёмному Лорду! А ПОТОМ... ПРОСТО ПРЕДАЛ ЕГО! — её неистовая ярость внезапно сменилась истерическим, леденящим душу хохотом, от которого кровь стыла в жилах. — Ты совсем рехнулась?! — фраза вырвалась у меня сама собой, прежде чем я успела подумать. Непредсказуемый ход мыслей волшебницы вызывал не просто недоумение, а леденящий душу страх, от которого по коже пробежала мелкая дрожь. Лестрейдж мгновенно направила свою палочку прямо на меня. Инстинкт сработал быстрее мысли — я резко подорвалась с места, и моя палочка тут же оказалась наведённой на неё. — Не стоит меня недооценивать, Беллатриса, — мой голос прозвучал на удивление холодно и ровно. Я сделала шаг вперёд, аккуратно отводя её палочку в сторону кончиком своей. — Тёмный Лорд не просто так берёт меня с собой. А ты разве не понимаешь? — Я позволила себе зловещую, почти кошачью улыбку. — Я ценнее для него, чем все вы, вместе взятые. Именно поэтому он тогда ничего мне не сделал. Он дорожит моими способностями, а не слепым фанатизмом. — Мелкая дрянь! — прошипела она, её глаза буквально выскакивали из орбит от ненависти. — Тебе повезло, что Тёмный Лорд запретил тебя трогать! Чёрт бы побрал его приказы! С этими словами она с громким хлопком трансгрессировала прочь из поместья, оставив после себя тяжёлую, гнетущую тишину. Сохраняя маску полного спокойствия, я перевела взгляд на двух Пожирателей, всё ещё прижатых к стене. Мне даже показалось, что в их глазах читалась растерянность и лёгкий, неподдельный страх. — Так... значит, действительно был тот, кто посмел предать Тёмного Лорда? — сделав вид, что просто удовлетворяю праздное любопытство, я обратилась к Долохову и Гойлу-старшему. — А тебе-то зачем эта информация? — прищурившись, с явным недоверием спросил Долохов. — Чтобы ты задавал лишние вопросы, — парировала я, не моргнув глазом. — Ты скажешь или нет? Я чётко задала вопрос. Гойл фыркнул. Пожиратели переглянулись, явно сомневаясь, стоит ли делиться такой информацией с кем-то вроде меня. — Регулус Блэк... — наконец, не выдержав, буркнул Гойл. — Кузен этой сумасшедшей. В своё время боготворил Тёмного Лорда, считал его своим кумиром. А потом... что-то там случилось, и он разочаровался. — Гойл понизил голос, хотя в зале, кроме нас, никого не осталось. — Волан-Де-Морт приказал его домовому эльфу, Кикимеру, выпить какую-то гадость. А Регулус, в отместку, подменил кое-что. Украл какую-то ценную вещь у Лорда. Что за предмет — никто из нас не в курсе. — Гойл сверкнул в мою сторону своими маленькими, похожими на свиные, глазками. — И чтоб я не слышал, что ты треплешься об этом, а то... — Замолчи, — резко проговорила я, и моя палочка, описав короткую дугу, задела обоих тёмных волшебников. — Обливиэйт! Я наблюдала, как стекленеют их взгляды, стирая из памяти только что произошедший разговор. Следы заметены. И если то, что украл Регулус, и вправду был крестражем... это меняло всё. — Вот так... гораздо лучше, — прошептала я себе под нос, и на моём лице на мгновение промелькнула довольная, почти торжествующая улыбка. Но улыбка мгновенно исчезла, когда у меня за спиной раздался чей-то кашель — нарочито громкий, явно привлекающий внимание. Медленно, уже готовясь к новой схватке, я развернулась, сжимая палочку, но за моей спиной стоял Драко. Я опустила палочку, с облегчением выдохнув. — Только что вернулся, считай, что ничего не видел, — он поднял руки в позе «сдаче», но в его глазах читалась тревога. — Я так испугалась... даже не узнала тебя. Пока не ходи за мной, мне нужно... В это мгновение из коридора донёсся радостный, почти истеричный крик другого Пожирателя, чей голос я не сразу узнала: — Министерство наше! Мы сделали это! Его жуткий, торжествующий смех вызвал по моей спине колючие, леденящие мурашки. Растерянно, я перевела взгляд с Драко на дверь и обратно. — Быстро к Поттеру, — его шёпот был срочным и властным. Он схватил меня за локоть и подтолкнул к выходу. — Ты в этот раз можешь не успеть... — он прошипел это сквозь зубы, и я заметила, как он непроизвольно потирает своё левое предплечье, где под тканью скрывалась такая же пылающая Метка. Я лишь быстро, испуганно кивнула. Через секунду уже была в своей комнате. Знакомая жгучая боль в левом предплечье скрутила и меня, заставив скривиться. — Гарри, возьми зеркало! Немедленно! — я чуть не вскрикнула от боли, впиваясь пальцами в стол. — Гарри, Министерство! Он захватил Министерство! — в отражении я увидела его лицо, а в мыслях у меня уже вырисовывалось то место, куда нас сейчас призовут. — Бегите оттуда, сейчас же! Волан-Де-Морт знает, где ты находишься! Поттер резко оглянулся, его взгляд метнулся за спину. — А остальные? Орден? — Ему нужен ты!! Только ты! Уходи... — я уже еле сдерживалось, ведь боль становилась невыносимой. — Понял, — его голос прозвучал собранно, и изображение пропало. Я машинально отодвинула рукав и увидела, как Тёмная Метка пылает на коже, её края стали ярко-красными и воспалёнными. В дверях снова появился Драко, его лицо было бледным и напряжённым. — Софи, сейчас! Времени нет! — его голос не терпел возражений. Мы обменялись последним взглядом — взглядом, в котором был и страх, и решимость, и что-то ещё, на что не было времени. Затем, взявшись за руки, мы синхронно трансгрессировали в неизвестность, навстречу Тёмному Лорду и его гневу.