Наруто: Искусство технологий

Наруто открыл глаза. Перед ним возвышались знакомые ворота Конохи. Голова была тяжёлой, словно после долгого сна, но боль в плече была резким напоминанием того, что сон тут ни при чём. — Ты как, Наруто? — спросила Анко, заметив его движение. — Не дергайся сильно, твоя рука у меня в свитке. — Я… справлюсь, — устало проговорил Наруто, чувствуя странную пустоту там, где должна была быть левая рука. Он ощущал её, даже несмотря на то, что физически её не было. — Что будешь делать без одной руки? — спросил Шикамару, хмуро рассматривая друга. — Мне нужна Цунаде, — уверенно ответил Наруто, пытаясь подняться. — Цунаде-сан? — удивилась Анко. — Она медик, а не механик или электрик. — Она нужна, чтобы проследить за состоянием моей человеческой стороны, — пояснил Наруто, вставая на ноги и покачиваясь. — А руку я присоединю сам. Ино расширила глаза от удивления: — Неужели ты и такое можешь сделать? — Это только малая часть моей силы, — спокойно ответил Наруто, поймав взгляд Сая, который тихо записывал что-то в блокнот. Когда Наруто добрался до больницы, Цунаде и Шизуне встретили его тревожными вопросами: — Что с твоей рукой, Наруто? Что произошло? — На миссии оторвали, — коротко пояснил он, стараясь не показывать усталость. — Как ты теперь будешь шиноби без руки? Это очень серьёзно, Наруто, — взволнованно произнесла Шизуне. — Рука у меня, я смогу её вернуть на место. Но мне нужна ваша помощь, Цунаде-сама, — произнёс он решительно. Цунаде молча кивнула, хотя в её глазах было сомнение: — Хорошо. Что нужно сделать? — Отдельная палата и полная тишина, чтобы никто не мог нам помешать. Спустя несколько минут они оказались в изолированной палате без окон. Наруто с трудом одной рукой активировал специальный барьер, обеспечивающий полную конфиденциальность. — Прошу, не пугайтесь того, что сейчас увидите, — предупредил Наруто, глядя на серьёзное лицо Цунаде. Закрыв глаза, он мысленно обратился к своим внутренним союзникам. — Карнаж, Курама, вы готовы? Голос Курамы пророкотал в сознании Наруто: — Ты уверен, что готов, щенок? Это будет не самое приятное ощущение. Карнаж вторил с привычным азартом: — Ха! Я давно хотел попробовать что-нибудь новенькое. Доверься мне, Наруто, я сделаю всё идеально. Наруто распечатал левую руку из свитка, аккуратно прислонил её к плечу. В этот момент из его тела медленно выплыл красный симбиот, мгновенно охватывая место соединения. — Готовься, Наруто, — тихо произнёс Карнаж, начав соединять механическую руку с плечом. В это же время Курама начал стабилизировать чакру и внутренние процессы, чтобы тело приняло механическую конечность. Цунаде внимательно следила за состоянием Наруто, отслеживая каждое изменение его жизненных функций. — Твоя чакра стабильна, Наруто, продолжай, — спокойно сказала она, хоть и была потрясена происходящим. — Спасибо, Цунаде-сама, — едва слышно прошептал Наруто, напрягая всю волю, чтобы не потерять сознание. Процесс занял несколько долгих минут. Когда симбиот наконец завершил соединение, и чакра Курамы успокоилась, Наруто почувствовал сильнейшее облегчение. — Всё готово! — радостно отозвался Карнаж. — Ты великолепен, напарник! — Теперь отдыхай, — проворчал Курама. — Ты выжал из себя все соки, даже моя чакра не бесконечна. Едва услышав слова Курамы, Наруто потерял сознание, рухнув на кровать. Цунаде моментально проверила его состояние. — Он в порядке, — облегчённо вздохнула она. — Просто переутомился. Пусть спит. Цунаде осталась сидеть рядом, тихо наблюдая за юным шиноби. Она не знала, каким ещё секретам и силам владеет Наруто, но точно понимала, что этот мальчишка ещё удивит весь мир. Команды во главе с Анко и Асумой прибыли в резиденцию Хокаге, несмотря на усталость и ранения, полученные в бою. Асуме пришлось наложить повязку на глубокую рану на плече, а Анко перевязала предплечье, скрывая боль за своей обычной дерзкой улыбкой. Они решили, что важнее всего было доложить Минато о выполнении миссии и возникших проблемах. Когда все собрались в кабинете Хокаге, Минато внимательно оглядел шиноби и сразу заметил тяжесть на их лицах: — Похоже, миссия оказалась сложнее, чем мы предполагали? — спросил он с тревогой. Асума коротко кивнул и первым начал говорить: — Именно так, Хокаге-сама. Группу разбойников и наёмников возглавлял Райга Куросуки, один из семи мечников Тумана. Минато слегка вздрогнул от удивления, затем его взгляд стал серьезнее: — Райга Куросуки? Это уже совсем другой уровень угрозы. Рад, что вы вернулись живыми. — Мы тоже рады этому, — с улыбкой ответила Анко, — хотя, если быть честными, нам повезло. У Райги, похоже, были серьёзные проблемы со зрением. Когда мы забрали у него мальчика по имени Ранмару, он словно потерял свою способность чётко видеть. Именно это помогло нам победить. Минато внимательно посмотрел на мальчика, который тихо стоял чуть позади Анко, пряча глаза: — Кто такой этот Ранмару и почему вы решили взять его с собой? Сацуки шагнула вперёд, спокойно объясняя: — Ранмару обладает особой способностью, благодаря которой Райга мог видеть через его глаза. Потеряв Ранмару, Райга лишился значительной части своих возможностей. Мы не могли оставить мальчика в лесу, к тому же он сирота и у него нет никого. Минато улыбнулся мягко и доброжелательно: — Ранмару, добро пожаловать в Коноху. Мы рады, что ты здесь, и если захочешь, деревня станет твоим новым домом. Мальчик робко улыбнулся, впервые подняв глаза: — Спасибо, Хокаге-сама. После этого Асумой был передан свиток с запечатанными мечами Киба, принадлежавшими Райге: — Мы считаем, что лучше, если мечи останутся под вашим контролем, Хокаге-сама, — произнёс Асума, вручая свиток Минато. Хокаге кивнул, принимая свиток: — Это серьёзное достижение, победить одного из мечников Тумана. Вы все отлично справились. Однако, где Наруто? Анко слегка напряглась и шагнула ближе к столу: — Вот об этом я и хотела поговорить подробнее. После завершения миссии на нас напали Анбу Корня. В ходе схватки Наруто был тяжело ранен, ему оторвали левую руку. Сейчас он находится в больнице. Минато замер, в его глазах блеснула тревога: — Как его состояние? — Его жизнь вне опасности, — быстро заверила Анко. — Благодаря его необычному телу он смог выдержать такие повреждения. Минато вздохнул с облегчением, затем голос его стал жестче: — Что будем делать с Анбу Корня и Данзо? Минато помедлил и оглядел молодых шиноби, стоявших перед ним: — Прошу команде 10, выйти из кабинета. команда 10 молча покинула помещение. Минато повернулся к Саю: — Сай, Данзо что-то замышляет против Конохи? Асума удивлённо поднял бровь: — Хокаге-сама, почему вы спрашиваете генина о таком серьёзном? Анко спокойно пояснила: — Когда Сацуки и Наруто выпускались из академии, нам не хватало третьего генина в команду. Данзо предложил своего подопечного из Анбу Корня, и Хирузен-сама вместе с Минато-сама согласились принять Сая. Он был хорошо обучен, и это было лучшим решением для безопасности Сацуки и Наруто. Минато кивнул, глядя в глаза Сая: — Ты можешь ответить мне на вопрос, Сай? Сай начал отвечать, но его лицо исказила боль, и печать на языке засветилась ярким светом. Он не смог произнести ни слова. Минато нахмурился, понимая ситуацию: — Ясно. Значит, напрямую сказать ты не можешь. Хокаге быстро взял чистый лист бумаги и написал на двух краях слова «да» и «нет». Он положил лист перед Саём: — Поставь руку на ответ: были ли те Анбу, которые на вас напали, похожи на Анбу Корня? Сай, не колеблясь, уверенно положил руку на ответ «да». Минато глубоко вздохнул, затем встал из-за стола: — Нам нужно узнать мнение Наруто по этому вопросу. Пойдёмте в больницу. Минато, Асума, Анко и Сай с Сацуки вышли из кабинета и направились к больнице. В коридоре госпиталя царила напряжённая тишина, прерываемая лишь шагами и тихими переговорами медиков. Сознание медленно возвращалось к Наруто. Он открыл глаза и увидел знакомый потолок палаты. Рядом всё ещё сидела Цунаде, скрестив руки на груди и внимательно наблюдая за ним. Наруто медленно поднял левую руку и пошевелил пальцами. Движения были плавными, чувствительность восстановилась. — Вроде бы всё соединилось хорошо, — пробормотал он. Цунаде наконец нарушила тишину: — Наруто, что это была за жидкая черно-красная штука, которая вышла из тебя? Наруто чуть напрягся, быстро придумывая оправдание. — Это... это мой кеккей генкай, — соврал он, делая вид, что всё в порядке. Цунаде прищурилась: — Кеккей генкай? Я раньше не слышала, чтобы у тебя было что-то подобное. Как ты его получил? Наруто опустил глаза: — Это проявилось после того, как я заразился тем вирусом, который превратил меня в киборга. Побочный эффект... но теперь это часть меня. Цунаде долго смотрела на него, будто взвешивая его слова, затем медленно кивнула. — Ладно, я тебе верю. Но, Наруто, это очень серьёзно. Такие способности нужно держать под контролем. — Я знаю, — спокойно ответил он. — Пожалуйста, не рассказывайте об этом другим. — Хорошо. Но только если ты пообещаешь внимательно следить за своим состоянием. Наруто кивнул, внутренне облегчённо вздыхая. Он понимал, что если бы Цунаде узнала правду о Карнаже, она бы наверняка попыталась отделить их друг от друга — а этого он допустить не мог. Внутри своего сознания Наруто услышал знакомые голоса. — Хах, ты быстро соображаешь, напарник, — раздался довольный смешок Карнажа. — Сказка про "кеккей генкай"? Красиво сыграно. Курама фыркнул: — Только не заиграйся в эти игры, щенок. Однажды ложь может вернуться и укусить тебя за хвост. — Я знаю, — мысленно ответил Наруто. — Но пока что у нас нет другого выбора. Карнаж весело хихикнул: — Мне нравится твой стиль. Хитрость — ключ к выживанию. Курама тяжело вздохнул: — Главное — не теряй контроль. Помни: ты — хозяин своей силы, а не наоборот. Вернувшись к реальности, Наруто тихо спросил: — Кстати, сколько я был без сознания? Цунаде, проверяя его пульс, ответила: — Не больше двадцати минут. Ты быстро восстановился, хотя после такой нагрузки я ожидала худшего. Наруто слегка улыбнулся. Цунаде встала, поправляя халат: — Тебе нужно отдохнуть. Если всё будет в порядке, к вечеру тебя выпишут. Но не надейся сразу вернуться к тяжёлым тренировкам, ясно? — Ясно, Цунаде-сама, — послушно ответил Наруто, хотя в глубине души знал: отдыхать долго он не будет. Цунаде вышла из палаты, оставляя Наруто наедине с собой. Он закрыл глаза, снова погружаясь в диалог с Карнажем и Курамой, зная, что впереди его ждут ещё более тяжёлые испытания. Когда Наруто вновь открыл глаза, он увидел, что в палате стало многолюдно. Рядом стояли Минато Намикадзе, Анко Митараши, Асума Сарутоби, Сай и Сацуки Учиха. Все они смотрели на него с разной степенью тревоги и решимости. Минато подошёл ближе, его лицо выражало мягкую заботу, но в глазах читалась серьёзность. — Наруто, — начал он спокойно, — я хочу задать тебе вопрос. Те Анбу, что напали на вас во время миссии... были ли они похожи на Анбу Корня? Наруто кивнул, вспоминая их чёткие и безэмоциональные действия. — Да. Они были очень похожи. Такая же аура, такая же безликая решимость. И у них были печати молчания на языках, — серьёзно ответил Наруто, затем бросил осторожный взгляд на Сая. — А... вообще нормально, что я это говорю при нём? Минато улыбнулся, слегка взъерошив свои волосы. — Нормально. Я хотел бы, чтобы всё было прозрачно. Давно ли ты понял, что Сай из Корня Анбу? Наруто пожал плечами. — Не сразу. Но его поведение... отсутствие эмоций... это выдало его достаточно быстро. Сай стоял молча, слегка опустив голову, как будто признавая справедливость слов Наруто. — А зачем вообще его добавили к нам в команду? — спросил Наруто, с интересом глядя на Минато. Минато глубоко вздохнул и ответил: — Когда тв и Сацуки заканчивали академию, нам не хватало одного генина для формирования команды. Тогда Данзо предложил Сая. Мы с Хирузеном приняли это решение не только потому, что требовался третий член команды, но ещё и потому, что был шанс вернуть Саю эмоции. Если бы это удалось, это бы стало ключом к реабилитации других шиноби из Корня. И, судя по всему, прогресс есть. Сай тихо улыбнулся, почти незаметно для окружающих. Сацуки нахмурилась: — Но зачем вообще нужен этот ваш Корень Анбу? Если их используют так, как сейчас, разве они не опасны для деревни? Наруто повернулся к ней и спокойно объяснил: — Корень Анбу делает ту работу, на которую обычных шиноби не отправляют. Устраняют особо опасных преступников на территории Страны Огня, вылавливают шпионов в Конохе, занимаются разведкой в других деревнях и многим другим. Это грязная работа, Сацуки. Но без неё деревня не выживет. Минато кивнул, подтверждая слова сына. — Всё верно. — Его голос стал серьёзнее. — Проблема не в самой организации. Обычные члены Корня — это лишь инструменты. Они выполняют приказы. Но проблема в том, кто отдаёт эти приказы. Он сделал небольшую паузу, позволив словам осесть. — Данзо и его ближайшие подчинённые — вот корень зла. Они управляют Корнем для своих целей. Нам нужно будет изолировать наиболее преданных ему агентов и дать остальным шанс на реабилитацию. Эти шиноби нуждаются в психологической и моральной поддержке, а не в уничтожении. Наруто задумался. — И что вы собираетесь делать теперь? — спросил он. Минато обменялся коротким взглядом с Асумой и Анко, а затем повернулся к Наруто. — Мы с Хирузеном уже давно собираем компромат на троицу старейшин: Данзо Шимура, Митокадо Хомуру и Утатане Кохару. Доказательства их преступлений должны быть неопровержимыми. Только тогда мы сможем убрать их без риска для стабильности деревни. Сацуки нахмурилась ещё сильнее. — Почему их нельзя просто арестовать сейчас? Минато терпеливо объяснил: — Политика, Сацуки. У этих людей всё ещё много сторонников. Если мы ошибёмся, это приведёт к расколу в деревне. Мы не можем позволить себе гражданскую войну внутри Конохи. Анко скрестила руки на груди, подперев подбородок: — Значит, пока что мы просто наблюдаем? Минато кивнул: — Да. Но мы усилим защиту. За Наруто и Сацуки теперь будет присматривать Анбу лично под моим контролем. Они будут следить за вашей безопасностью и вмешаются, если Корень попытается что-то предпринять. Наруто сжал кулаки. — Я не хочу, чтобы за мной бегали няньки. Я могу за себя постоять! Минато мягко улыбнулся: — И мы это знаем. Но поверь мне, это временная мера. Пока мы не вытащим Данзо на свет. Сай всё это время молча слушал. Теперь он поднял голову и впервые заговорил сам: — Я буду защищать своих товарищей. Даже если против меня встанут те, кто когда-то были моими наставниками. Анко усмехнулась: — Ну, глядишь, из тебя толк выйдет. Наруто рассмеялся: — Добро пожаловать в семью, Сай. Минато сделал шаг назад, давая всем немного пространства. — Хорошо. Отдыхайте. Все присутствующие почувствовали, как воздух в палате словно стал плотнее. Они знали, что впереди — непростые времена, но также знали, что теперь они не одни. Именно в таких моментах и рождаются истинные изменения. День начинался, как и все предыдущие, в полумраке. Сай проснулся в своей комнате — небольшой, строго обустроенной ячейке глубоко в подземной базе Анбу Корня. Здесь не было окон, не было часов, не было ни единого напоминания о мире наверху. Только каменные стены, металлическая дверь и кровать, которая была скорее платформой. В углу стоял стандартный шкаф со сменной одеждой и набор щёток для чистки формы. В воздухе стоял холод и лёгкий запах металла, ставший привычным фоном его жизни. Сай сел на край койки и провёл несколько секунд в неподвижности. Он дышал ровно, глаза его были спокойны, но внутри возникала тень беспокойства. Он уже не первый раз замечал за собой задержку перед утренним ритуалом — словно инстинкты больше не управляли им так безукоризненно, как раньше. Он надел чёрную анбу-экипировку, поверх которой аккуратно натянул гражданскую одежду — светлую кофту, высокую повязку на шею и серые штаны. Всё — как всегда. Всё — как положено. Он покинул свою комнату и двинулся по коридору базы. Другие агенты проходили мимо — без слов, без взглядов, словно призраки. В этом молчаливом мире никто не нуждался в приветствии. Здесь не говорили «доброе утро». В центральном зале его уже ждал один из командиров — мужчина в маске с изображением волка, прямой, как копьё, и столь же бесстрастный. — Сай, — проговорил он глухим голосом. — Задание прежнее. Объект: Узумаки Наруто. Следи. Докладывай способности. Избегай вмешательства. — Принято, — ответил Сай и сделал короткий кивок. Но внутри него снова зашевелилось то, что он давно уже научился подавлять. Он всё ещё следил за Наруто — но не сообщал всего. Он не говорил, что Минато знает о перевороте Данзо. Что Хирузен собирает компромат на старейшин. Что сам Сай всё больше сомневается. Он уже не мог просто смотреть на Наруто и видеть в нём лишь цель наблюдения. Он видел в нём... друга? Нет, ещё не совсем. Но точно — человека, которому он начал верить. Сай вышел из базы через скрытый тоннель, выходящий у подножия холма за жилыми кварталами. Солнечный свет ударил по глазам, заставляя их щуриться. Он поднялся по склону, прошёл через мост, пересёк улицу, полную утренней суеты. Люди шли по делам, шиноби спешили на миссии, дети бежали в академию. Он прибыл к тренировочному полигону, где уже ждали его товарищи — Наруто, Сацуки и Анко. — Ты поздно, — бросила Сацуки, осматривая его с ног до головы. — Я шёл обычным маршрутом, — спокойно ответил он. — Учитывая, что ты двигаешься, как кошка по стеклу, удивительно, что не сломал себе шею, — хмыкнула Анко, поедая своё привычное данго. Наруто в это время уже занимался разминкой. Он был в хорошем настроении — это ощущалось даже без слов. Он подошёл ближе: — Сай, сегодня у нас внутренняя миссия. Проверка склада с оборудованием для исследовательского сектора. Потом патруль на восточной границе деревни. Чисто рутина. Сай молча кивнул. Миссия началась спокойно. Они прошли по улицам Конохи, оглядывая здания и перекрёстки, заходили в доки, разговаривали с персоналом склада. Всё было привычным. Обычным. Но для Сая — не совсем. Он всё чаще ловил себя на том, что замечает, как Сацуки прищуривается, когда кого-то подозревает. Как Анко хмыкает, когда чувствует ложь. Как Наруто смотрит на людей открыто и прямо, будто надеется, что они тоже станут честными в ответ. Это были мелочи. Но именно они заставляли Сая останавливаться. Когда миссия закончилась, команда собралась у тренировочного круга. — Эй, Сай, хочешь спарринг? — предложил Наруто, вставая в стойку. — Пять минут, без чакры. Сай задумался, но кивнул. Они дрались быстро, ловко. Сай использовал точность и расчёт, Наруто — скорость и импульс. Удары летели, воздух звенел от натяжения, но ни один из них не бил в полную силу. Это было... взаимодействие. Не просто бой. Когда они разошлись, тяжело дыша, Сацуки одобрительно хмыкнула: — Уже не деревянный, Сай. Молчу. Анко кинула ему бутылку воды. — Выглядишь, как будто у тебя не только мышцы разогрелись. Сай поймал воду и вдруг осознал: он впервые чувствовал, что жив. Что не просто существует в границах приказа. После тренировки они направились в Ичираку, где Сай впервые попробовал настоящий мисо-рамен. Ему не нужно было есть — он мог просто отчитаться о возвращении. Но он остался. Он слушал, как Наруто спорит с Аяме о вкусе соевого бульона. Как Сацуки ворчит на качество палочек. Как Анко рассказывает очередную нелепую байку о ядовитых растениях. Он не смеялся. Но он улыбался. И это была его улыбка. Вечером, когда он вернулся в свою келью, он снова достал бумагу и чернила. Но вместо отчёта он начал рисовать. Он рисовал их всех — свою команду. Анко, с её дерзким взглядом. Сацуки, в момент, когда она метает кунай. Наруто, с его широким жестом, будто он открывает дверь в новый мир. Он задумался. Он не мог рассказать Данзо всего. Он не хотел. И впервые он не чувствовал за это вины. Он вспоминал слова Минато: «Ты можешь выбрать. Ты не инструмент. Ты человек.» — Я... человек, — тихо сказал он себе. Слова звучали чуждо, как мантра. Но чем дольше он их повторял, тем ближе они становились. И он чувствовал — наступает время, когда он придёт к выбору. И этот выбор он сделает сам. Оставшись один в тишине своей кельи, Сай отложил кисть и взглянул на потолок. Мысли одна за другой стали всплывать в его разуме. Он часто слышал, как люди говорят о семье. О матери, отце, братьях и сёстрах. Но он не понимал — зачем? Зачем создавать семью? Самое логичное объяснение, которое он мог сформулировать, — продолжение рода. Возможно, именно поэтому люди нуждаются в близких. Чтобы оставить после себя кого-то, кто будет носить их кровь и имя. Но в этом не чувствовалось смысла — не для него. Потом он задумался об эмоциях. Злость. Его часто учили избегать её. Контролировать. Подавлять. Но он никогда не понимал, что именно значит «злиться». Как ощущается гнев? Зачем он? Почему другие позволяют себе терять контроль? Может ли злость быть полезной? Или она лишь разрушает? Ответов не было. Он посмотрел на свои рисунки. Его товарищи на бумаге улыбались. Но эти улыбки казались ему фальшивыми. Не потому, что он плохо рисовал — наоборот, техника была безупречна. Но чего-то не хватало. Их настоящие улыбки были другими. Тёплыми. Живыми. Его линии — мертвы. Он провёл пальцем по изображению Наруто и подумал: «Правильно ли я изображаю улыбку?» А потом — «Правильно ли я сам улыбаюсь?» Может, он лишь копирует выражения лиц. Маски. Но настоящая эмоция... она всегда ускользает. Он положил кисть и закрыл глаза. — Когда-нибудь... я узнаю, как это — чувствовать. Не просто существовать, а жить. И в этой мысли не было страха. Только ожидание. Он прислушался к себе, к тишине, которая царила в его келье. Она была абсолютной — и пугающей. Но теперь Сай замечал: ему не хватало звуков. Не шума миссии, не командной речи, а именно — голосов. Он вспомнил, как Наруто смеётся, как Сацуки резко отвечает на его сарказм, как Анко кричит на торговцев из-за просроченного данго. — Это тоже... семья? — прошептал он. — Пусть и не по крови. Он задумался о том, что, возможно, семья — это не генетическая связь, а взаимное принятие. Он не знал, как быть братом. Но, быть может, он мог стать... товарищем? Мысли снова свернули к эмоциям. Он вспомнил момент, когда Наруто покраснел от злости из-за нападения анбу Корня. Тогда он подумал, что гнев — это слабость. Но теперь — теперь он видел в этом силу. Защиту. Гнев Наруто был не ради разрушения, а ради защиты своих друзей. Сай не знал, как это ощущается. Но ему захотелось узнать. Он снова посмотрел на свои рисунки. И внезапно ему стало ясно: его линии не передают суть не потому, что руки не умеют, а потому, что сердце не чувствует. Но оно учится. С каждым днём, с каждым взглядом, с каждым раменом после миссии — он приближается к тому, чтобы рисовать по-настоящему. Сай провёл пальцем по бумаге и тихо сказал: — Я ещё не умею быть собой. Но я хочу научиться.