All I want is you

Рунаан и Этари всегда были разными, иногда даже чересчур, из-за чего никто никогда и не представлял их вместе, даже в самых что ни на есть сверхъестественных мечтах. Сложно было представить более противопоставляющую друг друга на первый взгляд пару, чем этих двух. Оба эльфа и выросли в совершенно непохожих мирах, пусть и находившихся всё это время вплотную друг к другу, будь это в географическом плане их материка или этическом плане размышлений. Рунаан всегда рассматривал людей лишь как угрозу своему устоявшемуся окружению и близким, как разрушителей спокойствия и мира между расами. Он искренне жаждал справедливости и правосудия вне зависимости от способов их исполнения, вот и сдирал руки в кровь на тренировках о рукоятки клинков или получая синяки на плечах, неправильно натягивая тетивы луков, но все равно упрямо преследуя лишь одну, кровавую и тёмную, как ночь, цель. В свою очередь Этари, живший в других условиях, сын ремесленника, видел во "врагах", будущих союзников и изобретателей, разумеется, не близких и на века друзей, но и не народ, с которым необходимо начинать войну как можно быстрее и делать так, чтобы она длилась как можно дольше, растрачивая и собственные ресурсы, и теряя чужие, способные пойти на более полезные цели. Он видел в людях хороший потенциал, задатки интересных идей, которые впоследствии воплощал в жизнь и совершенствовал сам - в пример можно привести любой из его предметов оружия, являющимися произведениями искусства, будь то обыкновенные, но очень компактные двойные клинки или те, которые с лёгкостью трансформируются в лук, идеально подходящий по руке владеющего им эльфа. Это вечное столкновение интересов всегда приводило их в разные компании, не давая общих линий, соединявших бы их и всё отдаляя друг от друга, пусть они всегда и жили во взаимном неведении о другом. Ровно до того момента, пока они оба тесно не подружились с Тиадрин и Лейном. И, как ни крути, они стали видеться всё чаще, хотя бы потому, что Тиадрин звала потренироваться всем вместе, используя необычные техники Гвардии. По мере встреч Рунаан с Этари невольно начали пытаться находить общие темы: в конце концов не сидеть же в одиночестве в давящей тишине, пока с нетерпением ждёшь, когда придут остальные эльфы. Как ни странно, их соединило именно оружие. В то время как одного оно привлекало как восхищающее творение из, казалось бы, уже безжизненного и потухшего без обработки металла, другого оно тянуло к себе как изящный способ убийства, имеющий свою грацию и шарм, свои особенности. Один из них научился делать красивое, но от этого не менее смертоносное оружие, а другой всегда с радостью, пусть и скрытой, испытывал его, стараясь не пораниться в очередной раз о какой-нибудь спрятанный механизм, когда случайно запустит его. Рунаан и Этари становились всё ближе, взгляды на жизнь менялись, смягчались или наоборот, становились более консервативными и твёрдыми, как алмаз, но каждому удавалось находить компромиссы с другим, стоило лишь услышать и понять оппонента. Опорных точек становилось всё больше, включая будничные, как любимый тип напитка из лунных ягод, или более тонкие и утончённые, как любимый музыкальный инструмент, заставляющий душу петь и танцевать под луной ночи напролёт. Честное слово, кто бы взаправду подумал, что Рунаану понравится, как Этари играет на флейте, случайно застав его за игрой в глубине небольшого двора с фонтаном после очередной изнурительной тренировки? Точно уж не сам Этари. Тиадрин и Лейн очень удивились, заметив, насколько быстро у них стали развиваться отношения, но вскоре оба эльфа могли похвастаться мыслями о том, что им хочется большего, нежели лишь дружеских отношений. И вновь у них возникла общая точка, которую можно было бы назвать большой проблемой - страх высказаться, обсудить волнующие мысли с глазу на глаз. В этот момент жизни адекватно мыслить удавалось, видимо, лишь Тиадрин, потому как Лейн с самого начала спросил у неё, почесав макушку: "А что делать?", а Рунаан и Этари одинаково пытались избегать объектов своих симпатий, когда другой подходил. Они, ссылаясь на важные дела вроде "Я забыл лунохвоста покормить" или "У меня клинки затупились, давай позже", сразу же убегали к эльфийке за советом. К эльфийке, которая, в итоге просто, устав от постоянных гостей с вопросами, заперла упёртых эльфов в пустом отдаленном от других здании, раньше служившем кому-то домом, давая им наконец возможность, пусть и в неловкости, но все обговорить. Именно этот день и решил их проблему. Аквамарин и авантюрин, соответствующие эльфам, воссоединились, создавая нерушимую связь между Рунааном и Этари. В них всегда было и осталось столько противоречий, сколько звёзд на небе, вскрывающихся по мере их сближения, которые со временем никогда не исчезают полностью, но именно это всегда эльфам и нравилось в партнёре. Их непохожесть делала их лишь ближе и сильнее. Сквозь время совместной жизни, они прорабатывали множество проблем, заделывали щели в понимании мира и собственных желаний, проходили сквозь стены препятствий. Несомненно, Рунаан и Этари значительно поменялись и повзрослели, совершенствуясь, вот только уже вместе. Столь непохожие,при первом взгляде совсем противоположные и отдалённые, они как Инь и Ян дополняют друг друга, выстраивая и открывая полную картину существовашего мира с разных сторон, таким, каким они его видели. Таким, каким он представлялся существам из разных миров.