ЖИВОТный ужас

      Олечка Арбузова, весьма, взрослая, состоявшаяся молодая дама двадцати шести лет, со своим небольшим бизнесом, и неплохими физическими данными; до сих пор не могла найти себе спутника жизни. Все временные персоны, попавшие под силу притяжения девушки и вышедшие на её орбиту, обычно были больше заинтересованы не сколько в ней, или, пусть даже, в её теле. Всех их привлекал её стабильный заработок, к которому не надо почти прилагать лишних, для партнёров, сил, а также своя трёхкомнатная квартира. Она пыталась даже искать среди других подобных состоявшихся мужчин, но даже там были жадные акулы, которые только искали выгоду, а посему некоторые сами отфутболивали «несостоятельную» невесту. В связи с этим она прониклась симпатией к ещё совсем юному студенту — Артёму, который поселился в университетском общежитии, несмотря на состоятельных же родителей с просторным коттеджем, в котором присутствуют все необходимые удобства, какие пожелаешь. Но он пожелал жить с обычными ребятами в коммунальных условиях. Такой точно не станет искать выгоды. Только если его самого родители не выперли из удобств, и он гол как сокол, однако парень утверждает об обратном. Он ни разу, после первого знакомства в сети, не упоминал ни про её достаток, ни про квартиру. Его больше интересовали обычные, мирские вещи, что она предпочитает, какое у неё отношение к чему бы то ни было, как провела день. Именно это её и зацепило, этого ей так не хватало. Также она опасалась, что парня будет смущать разница в возрасте, но молодой человек уверил об отсутствии подобных предубеждений. Но общение, на первых порах, ограничивалось только переписками, вживую они ни раз за полтора месяца не встречались. По фотографиям в его профиле она поняла, что он очень симпатичный молодой человек, вероятно, культурист, или просто слишком много времени проводит в спортзале. Это, казалось, джекпотом, и в какой-то момент, не дождавшись этого от юноши, она предприняла попытку настоять на живой встрече, устроить свидание в пятницу вечером. Артём согласился, но у него было условие — парное свидание: ему не с кем было оставить свою знакомую, Жанну. Олечка сначала было вспыхнула праведным гневом ревности, но тот заявил, что это его кузина по маминой линии. Тогда теперь самой Оле пришлось искать компанию для его «кузины». Выбор пал на её знакомого, двадцатилетнего Давида, которого она не рассматривала как пару, тот был ещё совсем мальчишкой. Да, больше чем восемнадцатилетний студент. Тот немного поартачился, говоря, мол, это какое-то извращенство и потребительское отношение, но после, когда до него дошло, что и ему перепадёт кое-что, сменил гнев на милость. Однако всё равно считал себя в приниженной позиции, ведь Олечка знает, что идёт с завидным красавцем; а вот Дава не представлял, кого ему подсовывают. Массовая меметичная культура подсказывает, что в подобных случаях красивый друг выгуливает и ищет пару жуткой страхолюдине. Поэтому до «судного дня» Дава оставался на измене.       Свидание было назначено, всё же позже, повторно самим Артёмом, в душевном баре «Наливайка». До часа икс Дава нервно перебирался с ноги на ногу, опасаясь, что его опасения сбудутся. Но он, к счастью для себя, обманулся в собственных преждевременных убеждениях. В компании с высоким красавцем Артёмом была не менее прелестная особа. Она не выглядела как размалёванная, гламурная светская львица Оля, изрядно подготовившаяся к мероприятию. Было в ней что-то бойкое, дерзкое, молодежное. По её виду казалось, что она пришла не на романтический вечер, а на сходку байкеров, что ли. Однако это только привлекало «мальчишку». Ведь она скорее всего не будет излишне и неумело пафосничать и казаться очень серьезной, как Олечка. Олечка же наоборот, чтобы отвечать атмосфере, старалась неумело легкомыслить и казаться очень весёлой. Ибо по-другому сложно представить, чтобы она самостоятельно, по какой-либо другой несуразной причине посетила подобное место. Но если немного распустить патетику и замашки деловой дамы, и вернуться в беззаботную молодость, хоть на пару часов, то пуркуа бы и не па. К тому же она знала, что Тёма ограничен в финансах, не потому что его ограничили родители, а потому что сам так захотел. Возможно, за этим есть некий хитрый умысел, чтобы от него многого не ждали. Кроме особо настойчивых и амбициозных любовниц. Но у Олечки и так уже было то, что ей необходимо для относительно спокойного существования. Она, конечно же, учитывая современные тенденции, могла сама организовать встречу в более представительском месте, там, ну или хотя бы в итальянском ресторане в историческом центре в таком же историческом здании, что старше самого города. Однако у неё не было цели совсем уж унижать достоинство юноши. Он ещё только-только вступил во взрослую жизнь, ему надо дать набрать обороты. Пусть даже так. Эх, походу, Олечка совсем отчаялась.       В самом же баре, к удивлению Оли, было довольно приятно и относительно культурно. Она уже представляла грязную пивнушку с обрыгивающимися лысыми, неприятной наружности, типами с такими же неприятными мыслями и идеями. А тут было довольно уютно и, насколько можно судить, прилично. Адекватные посетители, по большей части молодежь возрастом от Давы до Оли и немножко постарше, сидели за своими местами и культурно проводили время за интересным общением или просто с собой наедине. Никто не буянил и не барагозил. Жанна повела их к одному, известному и знакомому ей, диванчику, где четыре молодых человека расположились в углу и в относительном отдалении от прочих. Где они спокойно, мило проводили время с коктейльчиками. И друг с другом, конечно же. Там они узнали, что Жанна тоже студентка, учится на программиста. И Дава, как бы тоже студент, как бы учится на финансиста, но своё основное время посвящает съёмкам всяких тиктоков и инстаграмов. Олечка же говорит: «дитё малое». Также она себя почувствовала самую малость неловко, ведь остальная троица относительно ровесники. И, такая, с ними «взрослая» тётка. Тётя Оля, можно ещё один Манхэттен и Дайкири? В то же время она наслаждалась компанией, по крайней мере, своего парня. Он был очень душевным и разговорчивым, что все неловкости напрочь сгинули. Бахнув пару Манхэттенов, он стал неостановим, болтал о своей учёбе, успехах, о первом короткометражном фильмеце, где он сыграл одну из важных ролей. Не забыл упомянуть о своём любимом младшем братишке, также добивающимся успехов в своих увлечениях. О, для Олечки, размечтавшейся о жизни в просторном коттедже и сдачи в аренду своей квартиры, этот младший брат мог стать костью в горле. Хотя у неё был свой личный младший брат, только он на её квартиру не претендовал, ибо это целиком и полностью её имущество. И она готова была пустить в своё имущество молодого, горячего любовника, если у них всё сложится. Если у них всё сложится, она заберёт его из общаги, чтобы он там не проводил время со всякими Каспийскими, а согревал её постель, тело и душу. Приходит она, такая, домой с деловой встречи, например, а там в постели её ждёт дожидается крепкий, пылкий юноша, готовый угодить, помочь расслабиться и доставить удовольствие. Походу коктейльчики уже на саму Олечку подействовали благотворно, ведь от отношений социальных она была уже не прочь перейти к отношениям сексуальным. Надо до конца дожать этого жеребца, чтобы иметь чёткое представление, что он из себя представляет. А для этого остаётся только добраться до заветного места.       Вскоре они прибыли в просторную Олину квартиру. Тёма сначала хотел было раскошелиться на два номера в гостинице, но Олечка будучи состоявшейся и мудрой женщиной решила, что доить студента ей не к лицу будет. Тут ведь было целых три комнаты, одна из которых и так, по обыкновению, пустует. Туда можно подселить пару напарников, а сами главные любовники займут, естественно Олечкину постель. Судя по обстановке, Оля готовилась привести сюда мужчину, и Тёму это умилило. На комодах и тумбах стояли многочисленные свечи, ждущие своего часа. Эротично-красные занавески на окнах, походу, шли в комплекте с таким же вызывающим постельным бельем. Конечно, самому мужчине во всем этом разжигающем страсть безумии совершенно не было нужды, он и так всегда готов, но, видимо, Олечка хотела создать нужную ей атмосферу, и привыкла поступать по желаниям. Она велела парню располагаться и чувствовать себя как дома, что, вероятно, женщина уже нафантазировала у себя в голове, а сама она пойдёт подготовится. Освежится, увлажнится, «набазамируется» нежным, вкусно пахнущим лосьоном. Накинет также красный, только понасыщеннее, халат и двинется обратно в спальню, уже не в силах сдерживаться. Да как же тут сдержишься, когда тебя дожидается такой горячий молодой человек? Красавец куда ни глянь, просто отрада для глаз. Олечка уже нагляделась в своё время, у самоуверенного и самодовольного парня чрезмерно богатая галерея собственных снимков, плюс ещё кидаемые им каждый день в личных сообщения. Время милого общения словами прошло, его оставили за дверями этой обители страсти, теперь стоит перейти к диалогу тел. В отличии от Артёма, что Оле совсем незачем знать, хозяйка квартиры слишком долго ожидала этого чудесного момента. И это читалось во всех её чересчур страстных, не в меру напористых и слишком ненасытных действиях. Что было очень удобно парню, ибо изголодавшаяся Олечка сама делала всё необходимое. Некоторое время получаемых ласк спустя, ему надоело просто лежать и получать удовольствие, пока девушка одна усердно трудится над его самой лучшей частью. Тёма ухватил Олю и повалил на кровать, нависая сверху. От такой резкой смены положения и остановки столь занятного процесса, дама слегка сбилась, благоговейно взирая на объект страсти. Теперь взявший инициативу и Олечку в свои руки парень перешёл к активным действиям. Исследовал тело девушки губами, игриво отметив, что она вкусная. После он приступил к самому главному, тому зачем Оля затащила его в постель. Хотя затаскивать его необходимости не было. К тому же он основательно подготовился, у него были свои и лубрикант и контрацептивы. Парень вообще был в ударе, он очень старался произвести впечатление на любовницу и составить правильное представление о своих умениях и навыках. А они были на высоте. Хотя, может Олечка просто истосковалась по любовным утехам, и не могла в полной мере трезво оценить одарённого парня. Да не, глупость какая-то, да и к тому же какая разница? Он прекрасно исполнял свою роль, девушка даже не могла вспомнить было ли ей так хорошо ранее, когда она, ещё будучи юной и воздушной, промышляла разовыми интрижками. Чего уж говорить о проведённой как-то по глупости ночи с Давой. Ой, Оля до сих пор кринжует с этого. Тот даже и близко не стоял с этим образцом мужественности. Так вот, по мнению Оли, Артём идеально справился со своей ролью, не даром он идёт на отлично по всем предметам в вузе. А вот что насчёт самой Олечки? Тут, как говорится, не попробуешь — не узнаешь. А парень уже успел попробовать, и даже прямо заявил ей, что она вкусная. А раз он уже управился и сделал всё, как полагается, то он заслужил десерт. Только поваливавшаяся на постель в расплывающейся по телу неге барышня не могла и помыслить, какую роль для неё определил кавалер. И всё, что она успела, это быстро и громко вскрикнуть, прежде чем погрузиться во влажную темноту.       Пока главная парочка вовсю прыть развлекалась в главной спальне, Дава тоже времени не терял. В отличии от Оли, которая искала не только близость физическую, но и душевную, её знакомый не помышлял подобным, ведь его взяли за компанию. А его компания оказалась вполне ничего, да и походу ей тоже больше было интереснее перейти сразу к главному. Ведь Дава не может больше ничем заинтересовать, и ему об этом никто и не говорит. А он походу от этого не особо и страдает, но всё придёт со временем. А пока пара напарником приступила к своей, вероятно разовой, близости. А может им даже понравится, и они будут регулярно сближаться. Кто знает, каковы они, превратности судьбы. Сейчас ты беззаботно тратишь своё время, полагая, что потом всё наверстается. И не можешь не то, чтобы представить, даже помыслить о своём мгновенном конце. На то преждевременная кончина, и преждевременная, что приходит, когда не ждёшь. И вряд ли Дава ожидал услышать резко стихнувший громкий вскрик Оли за стеной. Он сам только-только отстрелялся и повалился, переводя сбившееся дыхание. Тем не менее, неожиданные и не характерные звуки заставили его тревожиться за свою подругу. В отличии от невинно моргающей слегка выпученными глазами Жанны. И всё же Дава поднялся, нацепил валявшиеся за креслом труселя и пошёл на источник звука, нет а вдруг помощь там нужна какая. Но когда он открыл дверь в Олину спальню, весь альтруизм как цунами смыло. На постели на коленях восседал этот Артём, запрокинув голову. Изо рта у него торчали две человеческие ноги, вернее две женские блестящие в свете свечей голени с хаотично болтающимися ступнями. Также у здоровяка рос и наполнялся живот, который кто-то, вернее сама Оля, толкала изнутри. Тут уж не знаешь кому помочь. Оле уже не поможешь, самого засосёт внутрь. А Артёму помощь-то и не нужна, он сам прекрасно справляется. И когда он прекрасно справился с девушкой, с коварной улыбкой поманил застывшего в дверном проёме Даву. Тот ожил и бросился прочь, не желая присоединяться к здоровяку ни внутри, ни снаружи. Но вместо того, чтобы убежать прочь из квартиры, куда глаза глядят в одном исподнем ноябрьским морозный вечером, он с дуру вернулся в комнату с задремавшей Жанной. Та быстренько вскочила и взбодрилась, когда перепуганный до чёртиков Дава влетел в комнату и громко захлопнул дверь. Постоянно сбиваясь, он постарался детально и красочно описать увиденное. Но как и ожидалось, блондинка отнеслась скептично к его словам, разве что на смех не подняла, спасибо. А вот ему было далеко не до смеха. Хоть он и не понимал, как она может быть столь невозмутима после рассказанного, но ведь если б к нему пришли с подобным заявлением, он бы не поскупился на высмеивание. А сейчас, хаотично метаясь по комнате в поисках одежды и прочего необходимого, ему хотелось разрыдаться. То что он видел — было чем-то невозможным, нереальным. Это в голове не укладывалось. Было бы гораздо проще осознать, если бы Артём прямо на кровати разделал бы Олю, и сидел бы там обмазавшись её кровью. Однако там за стеной большой парень, как спагеттину засосал хозяйку квартиры, и теперь она у него в животе. И вряд ли можно предположить, что её ждёт приятный конец. И ей предстоит пройти через то, через что проходят заточенные Давой ранее чипсики. И его ждёт подобный исход, если он попадёт в сильные руки большого парня. Но пока они сидят в комнате, они словно в консервной банке, вскрывай и ешь обоих. И рано или поздно он их съест. Хотя какие вообще у них шансы, если этот людоед будет ждать их у входной двери, им не сбежать. Однако у Жанны был свой, «гениальный», план: — Ты отвлечёшь его, а я выбегу и позову на помощь. — Почему это я?! Я не хочу умирать! — Ты мужик или где? Ты должен пожертвовать собой, чтобы я смогла сбежать и привезти подмогу! — Нет, так не пойдёт, твоя подмога может слишком поздно прийти! — Ты предлагаешь мне, отдаться зверю? — А почему я?! Это твой кузен, и вообще меня могло здесь не быть, если бы не ты, я бы!.. — Если бы да кабы, то во рту росли б грибы, и был бы не рот, а целый огород… Короче, мотай сопли на кулак и включай мужика, пока он сам за нами не пришёл, и тогда уже будет поздно пить Боржоми. — Можно же позвонить. — Я думаю диспетчер не воспримет твои слова всерьёз, решит ещё, что ты нарик. — Ты я смотрю больно спокойная!!! Давид продолжал в истерике, судорожно перебирая вещи, искать телефон. Но ни стационарного, ни одного из двух айфонов найти он не сумел. Тем временем, раздался лёгкий, дружелюбный стук в дверь. — Ребята, как вы там, можно зайти? — послышался за дверью игривый голос Артёма. — Нет, уйди чудовище!!! — в сердцах крикнул Давид, забившись в дальний угол. — Ты чего, Давочка, я думал мы друзья? — Прикинь, — Жанна подошла к двери, и у Давочки чуть сердце не остановилось, — Он говорит, мол ты Олю сожрал. — Да-а-а… Тебе должно быть померещилось. — ответили из-за двери. — Нет, я знаю, что видел! — Да, брось, ты, это же нелепо. — Жанна сложила руки на груди и ставилась на Даву. Тот поди, сейчас жалко выглядел, даже больше чем обычно. — Тогда скажи, где Оля? — Как где, отдыхает, я её очень сильно вымотал и теперь она без чувств. — Где она?! — у Давы снова поступили слёзы. Откуда-то он понял, что его песенка спета. — Ты прекрасно знаешь где. — развеселился парень за дверью. Давид не оставлял попыток найти свой айфон. Он обстучал все поверхности в надежде, что искомый смартфон лежит, накрытый покрывалом или завалился куда; пока не узрел его в руках коварной блондинки. — Не это ищешь? — помахала она его гаджетом, после чего подошла к двери и запустила Артёма. Тот, всё также в чём мать родила, чрезмерно гордый и довольный собой зашёл в комнату, поглаживая выпуклый живот. Также к нему с этим действом присоединилась и Жанна. «Можно было догадаться.» — проскользнула такая ненужная и бесполезная мысль. Это конец, теперь он точно сгинет. Да ещё и таким не слишком приятным и достойным образом. Можно ещё, конечно, пошуметь, чтобы привлечь внимание соседей. Однако учитывая скорость реагирования и передачи информации от человека к человеку, его это не спасёт. Ибо, когда наряд полиции и доедет до сюда, от Давы уже ничего живого не останется, или эти двое сразу слиняют, как закончат с ним. А Дава не хотел заканчивать в Артёме, он всё-таки человек, а не пельмешка. И как человек, разумный, он ухватил первое что попало под руку и с победным кличем, чтоб наверняка, кинулся на злодеев, собираясь пробить себе путь наружу, к другим живым людям. Но надо думать, что попытка его не увенчалась успехом, и Артём толкнул его обратно в комнату, что тот свалился навзничь, а его «оружие» улетел прочь. Он уже приготовился к худшему, когда здоровяк уселся на него сверху и прижал немалые весом, однако он не ожидал того, что последует. Ведь вместо того, чтобы угодить в пасть Артёма, на что он уже настроился, его с ног начала поглощать Жанна. Он сам для себя не мог определиться, что ему сейчас испытывать. Это какая-то шутка, игрища судьбы от лица двух нелюдей? Он спрятался здесь от ужасного чудовища, как оказывается, в компании не меньшего чудовища. Ну меньшего, по размерам, раз уж только. А если б они не устроили ему такую эмоциональную взбучку, она бы также сожрала его, только пока он мирно и с полной отдачи пребывал в мире грёз. Ох, уж лучше б это был мир грёз, там Даве никак не пришлось бы, медленно погружаясь в рот девушки-блондинки, куда ранее погружался его собственный член; проползать под сидящим на нём большим парнем и контактировать лицом с его гениталиями. Походу, необходимо было унизить его до самого плинтуса. Хотя об этом никто не узнает: как, куда и при каких крайне отвратительных обстоятельствах исчез Дава. А Дава исчез в закрывшемся за ним ртом девушки и с последним, тяжёлым глотком полностью спустился в её нечеловечески разбухший живот. Он был больше даже чем у Артёма. Ну а как же, у него внутри девушка, а у неё парень. Плюс сам Артём был большим и его выпуклое нутро не сильно выделялось. Нежели чем у Жанны. А ещё не будучи спортсменкой, её живот был более бесформенным и отлично передавал все внутренние скитания несчастного Давы. Будто он угодил в сдувшийся резиновый воздушный шар человеческого размера и беспорядочно мечется там, каждым своим движением, оставляя выпирающий выпуклости. В отличии от Тёминого идеального, почти неподвижного шара. — Ну как тебе? — поинтересовался парень, забавляясь бесполезной борьбой Давы. — Как и раньше скажу, лично для себя не нахожу ничего такого особенного, да, прикольно, приятно, однако это всё-таки ваша фишка. — Как знаешь. — Знаешь ли, я тебе не предлагаю использовать своё программирование и отдалённо подключаться к разным устройствам, устраивая диверсии, или управлять домом через умную колонку. — Странные у тебя развлечения, лучше бы людей перепрограммировала, чтоб мы уже могли не прятаться, а они ещё и рады были. — Чья бы мычала, я пока не готова программировать людей, боюсь наделаю глупостей. — Развивай, значит, талант, мы свой вон как развили. — Тёма хлопнул себя по животу, — И, мой актёрский талант, кстати, помогает тебе использовать сейчас наш коронный навык. — Да-да-да, кто хвалится, у того отвалится.       Коля Арбузов получил сообщение от своей старшей сестры Оли с предложением приехать к ней после одиннадцати вечера. Судя по его содержимому и манере написания, она была чрезвычайно расстроена, что её отшил очередной кавалер, и даже посмеялся над ней. Попытка позвонить не увенчалась успехом. Опасаясь что сестра сделает какую-нибудь ужасную вещь, Коля подорвался и метнулся к своей кровинушке. Взведённый парень буквально излучал яркими искрами видимые кванты ярости, оставляющие текущий за ним след, пока он несся по пустым городским улицам. Что за урод посмел, в очередной раз, обидеть его сестрёнку. Не дай Бог они пересекутся, ох, одному из них не поздоровится. Тогда Коля ему преподаст урок, не зря же он занимался боксом в четырнадцать лет. Да, время прошло, но сноровка, вроде, на месте. А вроде — кое-что на бутерброде. Через двадцать минут он уже прикатил к дому и искал парковочное место. Так как уже близилось к полуночи, парковка во дворе была забита местными и ему спешно пришло пристраиваться, не на проезде, но закрывая три других припаркованных средства передвижения. Но ему сейчас было откровенно не до них. Он пулей заскочил в подъезд и поднялся на нужный этаж. Коля предпринял попытку позвонить в звонок, может это оживит обитателей квартиры, даже обладая своим ключом. Отсутствие скорой ответной реакции напрягало и подогревало тревогу молодого человека, сильнее разжигая в нём ярость. Если с его сестрой что-то стряслось, он пробьет этого ублюдка насквозь, одним резким джебом. Скоро, если так будет продолжаться дальше, Коля раскалится до предела, что расплавит всё с чем будет контактировать. Но, вскоре, дверь всё же отворилась и в дверном проёме, вместо разбитой и разочарованной мужчинами сестры, его встретил высокий, занимающий весь дверной проём, раздетый по пояс парень с торчащим вперед выпуклым животом. Коля резко опешил от подобного и мгновенно завис, забыв и зачем приехал, и что хотел сделать, и даже просто, по вежливому, поздороваться. Сначала его поразил габаритный, довольно ухмыляющийся здоровяк, а после его круглый живот. Накал ярости сдуло, будто его и не было. — А где Оля? — спросил сбившимся голосом утративший всю спесь Коля. — Она здесь. — парень провёл рукой по нижней части своего живота, после чего внутри него, что-то в подтверждении слов зашевелилось. Колю словно ледяной волной окатило. Он в ужасе хотел было удрать, но сильные ручищи схватили его раньше и затащили в квартиру, пока он успел пару раз что-то невнятно крикнуть. После этого он, наконец, добрался до своей сестры.