DLMLU

⊲ ✦ ✧ ✦ ⊳

      Утром, пока из ванной комнаты доносятся звуки воды и очаровательного пения принимающего душ Чана, Минхо неторопливо собирает свои вещи. У них есть ещё пол дня в запасе перед тем, как отправиться обратно в общежитие и приступить к расписанию, но младший решил позаботиться обо всём заранее. С его плохо высушенных волос на паркет падают маленькие капельки и проходясь по ним голыми стопами, Ли морщит лицо, явно недовольный ощущениями. Он головой крутит из стороны в сторону, пытаясь стряхнуть раздражающую его влагу с кончиков и это на время спасает ситуацию. В сумку летят зубная щётка, так и не использованные за всё время наушники, а так же маленькая бутылочка со смазкой, которую Хо положил в нижний ящик прикроватной тумбы сразу после приезда, пока Чан не видел. Перед тем, как кинуть к остальному багажу, он в руке своей её крутит пару секунд и разочарованно вздыхает. Поездка прошла не так, как Минхо планировал, однако даже так она дала неплохие плоды.       Когда шум, создаваемый лидером, прекращается и дверь ванной открывается, Хо уже заканчивает все дела и теперь полулежит в кровати, играя во что-то на своём телефоне. Выходит Крис буквально в том, в чём мать родила, и только полотенце на поясе прикрывает его.       — О, ты уже готов, — первым говорит Бан. — Рано ты, выезжаем же через часов пять только.       Минхо на шум сразу оборачивается и дар речи теряет. Старший идёт к нему вглубь комнаты, пока с его бледного, рельефного и чертовски притягательного тела стекают тонкие струйки невысохшей воды. Младший видел лидера в таком виде уже сотни раз, но теперь, когда они одни, когда они друг к другу чувства имеют, всё ощущается иначе. Он взгляд отводить даже не думает, мыслительные процессы в его голове замедлились до скорости бредущей куда-то черепахи и крутились сейчас вокруг одного лишь Чана. Тот, ощущая на себе блуждающий, даже в какой-то мере голодный взгляд Ли, довольно ухмыляется и продолжает намеренно не спеша приближаться к нему. Внизу живота уже ощущается приятное томление и старший в этот же момент решает, что немного поиграть с Минхо — это отличная идея. Дойдя до кровати, Бан нагибается, чтобы взять с пола свою сумку с вещами, и активно делает вид, будто он вовсе не заметил того, как охотно сейчас пожирает его взглядом Минхо. Со дна лидер достаёт чистые боксеры и швыряет их на кровать рядом с младшим. Нарочито медленно, как бы давая шанс отвернуться и отступить, Чан к краю обёрнутого вокруг талии полотенца руками тянется и начинает его стягивать. Хо, как и прежде, глаз не отрывает от своего хёна, заворожённый будто, и внимательно следит за его действиями. Когда ткань, прикрывающая все важные места ниже пояса, соскальзывает по ногам Чана к полу, младший наконец осознаёт, что в данный момент происходит и на что он прямо сейчас смотрит. Волной жара по телу пробегается смущение, но даже это чувство не может заставить Ли отвернуться. Прямо напротив его лица сейчас находился ничем неприкрытый член старшего и от этой картины у Минхо перехватывает дыхание. Первые пару секунд он просто бездумно пялится, пока Чан смотрит на него сверху вниз, внимательно вглядываясь в эмоции на лице младшего, но когда в голове запускаются шестерёнки, Ли приоткрывает рот в явном удивлении. До этого момента, Хо приходилось видеть лидера полностью голым только однажды и лишь на пару мгновений, так что открывшийся ему сейчас вид поражает младшего, будто в первый раз. Он прилично длиннее и толще члена Минхо, весь покрыт хорошо очерченными венками, а розовая головка, как кажется младшему, у старшего очень красивой формы. Рот Ли открывается ещё больше, когда до него доходит тот факт, что находящийся прямо напротив лица орган пребывает сейчас в состоянии неполного возбуждения. Каким он будет, когда нальётся кровью и полностью встанет? Узнать ответ на этот вопрос для Минхо сейчас будто становится главной целью в жизни, отчего он садится прямее и подвигается ближе к краю кровати, ставя ноги на пол. Чан от откровенного любопытства, что красовалось на лице младшего, тихо хохочет и тоже двигается ближе к нему, пока не упирается коленками в матрац. Старший одну ладонь на скулу Ли кладёт, нежно оглаживая его милое, теперь покрытое румянцем лицо, и когда большой палец Чана добирается до всё ещё приоткрытых губ Минхо, он не может удержаться от того, чтобы протолкнуть его в красивый тёплый рот. Младший это действие принимает спокойно: смыкает вокруг пальца губы трубочкой и посасывать его легонько начинает, продолжая рассматривать разбухающий с каждой секундой всё больше член. Ли довольно улыбается, когда начинает немного качать головой вверх-вниз по длине верхней фаланги и наблюдает, как от этого действия ствол Чана заинтересованно дёргается.       — Минхо, — голос низкий, хриплый до невозможности. — Я вижу, чего ты хочешь, котёнок. Давай, прикоснись к нему.       До младшего слова лидера доходят спустя добрых десять секунд и Чан даже думает, что перегнул палку и задел Хо сказанным, но когда парень на кровати осознаёт услышанное, то чему-то легонько кивает и двигается лицом ещё ближе к паху старшего, отгоняя все страхи. Лидер положительной реакции очень радуется и в предвкушении даже прикрывает глаза, ожидая наконец ощутить нежные руки Ли на своём члене, но когда чувствует, как его головка погружается во что-то тёплое и влажное, веки распахиваются обратно и, блять. Он видит, как Минхо обвил губами конец его ствола и прямо сейчас посасывал его, будто конфетку.       — Чёрт, Минхо, — выдыхает лидер.       Что же, изначальный план совсем немного поиграть с младшим летит в тартарары. Чан от картины перед глазами и ощущений стонет низко, совсем не в силах сдержать звук наслаждения.       Младший не знает, как ему хватило смелости сделать это. Он просто в одно мгновение почувствовал острую необходимость взять почти полностью возбуждённый член Чана в рот; он просто почувствовал острую необходимость сделать своему единственному хёну приятно.        Хо двигается дальше и берёт немного больше, стараясь не задеть зубами, щёки втягивает, ловя протяжные стоны сверху. В Минхо было до одури сладко, желание вогнать всю длину в его глотку запредельно сильное, но Чан находит в себе силы сдержаться. Нельзя. Ли, как уже понял лидер, неопытен в вопросах секса от слова совсем и подвергать его такому было бы просто напросто неуважительно, а может даже опасно. Поэтому единственное, что он себе позволяет — это запустить всё ещё лежащую на щеке Хо ладонь в его рыжие мокрые волосы и нежно, почти невесомо, надавить на затылок, в немой просьбе моля взять хотя бы немного глубже. Разум сейчас туманом наслаждения окутывается и у Чана вид перед глазами кружится начинает. Минхо руке, направляющей его голову, рад только, потому что теперь его собственные ладони, до этого покоящиеся на боках Чана для опоры, свободны и наконец могут уделить внимание собственному члену, который уже изнывал, упираясь в жёсткую ткань джинсовых шорт. Младший его через одежду гладит недолго, сразу после расстёгивая пуговицу с ширинкой. Когда ладонь проскальзывает в боксеры и обхватывает длину, Хо громко выдыхает через нос, обдавая горячим воздухом чувствительную кожу Чанова члена, отчего у старшего по спине мурашки бегут. Минхо в блаженстве глаза закатывает, когда чувствует ладонью то, насколько он уже мокрый. Ствол в руке скользит гладко, будто не меньше половиной тюбика смазки покрыт и младший принимается двигать рукой по нему в среднем темпе, иногда задерживаясь на головке. Крис рот Ли на себя насаживать продолжает, толкается неглубоко, но даже от этих ласк стонет так громко, что в соседних комнатах наверняка всё прекрасно слышно. И младший не может не посмотреть на лицо своего хёна; он взгляд поднимает и сталкивается со смотрящими на его возбуждение глазами Чана. Когда Минхо видит в выражении лица лидера растерянность, вместо ожидаемого наслаждения, то на секунду замедляет движения ладони по собственной длине, пока рука Бана в волосах сжимается сильнее и младший на это стонет протяжно, посылая по члену, что скользит во рту, приятные вибрации. Старший становится громче прежнего, брови хмурит и глаз от ласкающего себя Хо не отводит, продолжая при этом смотреть отстранённо, испуганно будто. Он толкается в горячий рот ещё несколько раз, после чего узел в животе становится до невозможности тугим и Чан кончает, жмурясь и удерживая голову младшего на месте. Ли внизу от этого немного давится, но отстраняться не думает, позволяет сперме стечь по горлу, проглатывает всё, удивляясь её вкусу.       Когда лидер отпускает его, младший убирает ладонь со своего всё ещё возбуждённого члена и тянется к своему хёну, брови ломает в мольбе о помощи. Он одним взглядом своим ласки просит, надеется, что Чан прикоснётся к нему и доведёт до разрядки, поцелуя его жаждет сейчас больше всего остального на этом свете. Руками Минхо толкает лидера за кисти на себя и сам привстаёт, желая коснутся мягких пухлых губ своими, но Крис неожиданно отходит на шаг назад, а затем ещё на несколько. Лицо старшего бледнеет резко, он на Ли смотрит, будто невидящими глазами и хмурит брови. Но Хо останавливаться не думает, ему внимание Чана сейчас необходимо, он почти физическую боль ощущает от его отсутствия, поэтому встаёт и подходит к нему ближе, на ходу стягивая с себя мешающие шорты.       — Хён, поцелуй меня, — скулит младший и жмётся к Чану вплотную, тянется к его губам.       Бан Минхо и не слышит будто, в голове звенит, а лицо младшего перед глазами плывёт, в растекающиеся цветные пятна превращаясь.       — Пожалуйста, Чанни, помоги мне, — не успокаивается Ли. Его член уже до боли жаждет разрядки.       Лидер отчего-то отрицательно мотает головой, жмуря глаза, и снова отступает назад, пока не разворачивается всем корпусом и не уходит прочь. Бежать — вот, что сейчас нужно. Душащий жар с каждым шагом пожирает тело всё больше и к горлу подкрадывается не предвещающее ничего хорошего ощущение.       — Хён, — зовёт Минхо.       Обращение тяжёлой кувалдой бьёт по голове, но Чан не останавливается; он по памяти идёт к ванной, даже дверь за собой закрывает не до конца. Ноги подкашиваются по пути к туалету и какое-то расстояние лидеру приходится почти ползти. Ослабшими руками он открывает крышку и в одно мгновение оставляет весь вчерашний ужин в канализации. Горло неприятно саднит от кислоты желудочного сока и Крис сглатывает пару раз, в попытке облегчить ощущения. Со лба стекает капелька пота и старший прикладывается им о керамическую поверхность унитаза, восстанавливая сбитое дыхание. Во рту сухо, голова пульсирует острой болью. Что, чёрт возьми, сейчас произошло?       Выходит Чан из ванной комнаты спустя минут тридцать, не меньше, снова обернувшись в полотенце. Минхо встречает его обеспокоенным взглядом, выдыхает весь воздух из лёгких, но говорить не спешит; смиренно дожидается, пока старший одевает боксеры, а потом и майку со штанами. На прикроватной тумбе лежат скомканные влажные салфетки, которыми Ли вытирал последствия своего оргазма, достигнутого с помощью собственной ладони, и младший берёт их, чтобы выбросить в урну у компьютерного стола. Когда старший справляется с одеждой, Хо подходит к нему неспешно, внимательно наблюдая за реакцией, и лицо родное в свои руки берёт, в глаза посмотреть заставляя. Чан теперь смотрит иначе: спокойнее, нежели полчаса назад и младший не может этому не радоваться.       — Что случилось? — почти шепчет Минхо. — Тебе стало плохо? Я что-то не так сделал? Зубами задел?       В ответ лишь мотание головой вправо-влево и тяжёлый вздох.       — Что тогда, хён? Тебя стошнило, я же слышал.       — Не волнуйся, всё хорошо. Желудку наверное не понравились рёбрышки Чанбина. Они были достаточно жирными.       Ли знает, что старший врёт: пищеварение у Чана всегда было сильным и сбоило крайне редко, а тошнило его ещё реже. Но младший решает не говорить об этом; вспоминает вчерашний разговор перед сном, затыкает вопящую в голове тревогу и, не желая давить, произносит тихо:       — Хорошо. У меня есть с собой таблетки от отравления, я могу дать тебе.       — Не нужно, — отвечает Крис и оставляет на губах Минхо лёгкий поцелуй.       Касание бархатных губ и мятный запах зубной пасты кружит голову и все волнующие вопросы в голове Ли улетучиваются. Младший за этим ощущением гонится, как за кислородом утопающий, и притягивает лидера для более глубокого поцелуя. Тот отвечает сначала немного заторможено, но быстро подхватывает ритм Минхо и совсем скоро берёт ведущую роль на себя. Он рот младшего открывает, оттягивая подбородок рукой, и языком в него проникает; проходится по ряду зубов, ласкает чужое нёбо и чувствует на собственном лице, как Хо горячо выдыхает. Чан целует пылко и отчаянно, вжимает Минхо в себя за затылок так, что младшему и вдоха не сделать. Ли в руках майку старшего сжимает, хватаясь за реальность, плавясь от сильного напора. Минхо уверен: если Крис продолжит его так целовать, то закончится это всё тем, что младший позорно кончит в штаны нетронутым. Он отстранится пытается, чтобы полный вдох сделать, но старший на это рычит, не отпускает, нижнюю губу Хо прикусывает так сильно, что во рту сразу разливается металический привкус. Младший шипит, несильно бьёт лидера в грудь кулаком, пытаясь достучатся. Останавливается Чан только тогда, когда Ли уже начинает откровенно колотить его. Лидер отстраняется, продолжая держать младшего в своих объятиях и им обоим требуется время, чтобы немного отдышаться, после чего Минхо вполне оправданно возмущается:       — Ты что, сожрать меня пытался?       Чан сначала молчит, жмётся лбом ко лбу парня напротив, глаза прикрывая, но потом всё же отвечает:       — Прости, прости меня. Я просто… Прости.       Минхо головой качает, брови хмуря, но когда Крис снова касается его губ, в этот раз делая это до трогательности нежно, то тут же расслабляется.       — Будет ранка, — проводя по нижней губе большим пальцем, тихо говорит Чан. — Прости.       — Вечно извиняешься, — вздыхает Ли. — Пойдём завтракать.       Лидер на предложение младшего кивает коротко и тянет того на выход.

⊲ ✦ ✧ ✦ ⊳

      — Уважаемые хёны, я заебался просыпаться от ваших стонов, — встречает Чана и Минхо на кухне Сынмин. — Меня вполне устраивает мелодия моего будильника, знаете ли.       Чан от слов Кима сразу заходится раскатистым смехом, а когда видит красное и крайне возмущённое лицо Хо, то становится ещё громче. Феликс, сидящий за барной стойкой, весельем лидера заражается и хихикает в кулак, пока Чанбин у плиты чуть не переворачивает сковородку с яичницей от слов вокалиста.       — Напоминаю, что сегодня мы возвращаемся в общагу и чтобы я там ваших завываний не слышал. Трахайтесь где-нибудь в другом месте или когда никого рядом нет. И исключительно на своих кроватях, не смейте осквернять диван в гостиной, он и так многое уже пережил, — не унимается Сынмин.       — Тебя забыл спросить, мелкий, — ворчит Минхо, усаживаясь рядом с Феликсом.       Чанбин выкладывает готовые яйца на тарелку и разбивает ещё три для следующей порции, после чего поворачивается к мемберам и серьёзно говорит:       — Но Минни прав. Не все из группы ещё знают, что между вами что-то есть. Мы реагируем на это нормально и рады, что вы помирились, но неизвестно, что на этот счёт думают другие.       Крис сразу в лице серьёзнее становится от слов Со. Если лидер не собирается скрывать свои чувства к Минхо от согруппников, то этот разговор рано или поздно должен произойти. Он тяжело вздыхает и располагается за столом рядом с Сынмином.       — Я понимаю это, Бин. Мы будем аккуратнее и постараемся рассказать остальным о нас как можно мягче, — неотрывно смотря на старшего Ли, отвечает Чан.       Тот старается держать лицо невозмутимым, хотя по кончикам его ушей прекрасно ясно, что Хо смущает обсуждаемая тема.       — Мы можем иногда уводить куда-нибудь остальных, чтобы вы могли побыть наедине. Ещё, Бинни может ночевать в кровати Минхо, чтобы комната Криса была свободна, но тогда вам нужно быть очень тихими, — подбадривающе поглаживая ладонь Хо на стойке, с улыбкой говорит Феликс.       Ли на эти слова младшего руку одёргивает и хмурится пуще прежнего.       — Я отказываюсь обсуждать это. Закройте все свои рты, — с раздражением в голосе выпаливает рыжеволосый.       По кухне снова разносится разной тональности смех парней, потешающихся над недовольством Хо, однако приказ его всё же выполняется и кухня ненадолго погружается в спокойную тишину. Совсем скоро Чанбин заканчивает с приготовлением завтрака. Феликс сразу подскакивает с места и решает помочь ему с сервировкой: тащит столовые приборы, разливает по стаканам напитки и не жалеет для всех льда.       — Боги, твоя мама самый настоящий гений приготовления кимчи, — доедая из небольшого блюда острую капусту, говорит Сынмин.       Чанбин от комплимента смущённо улыбается, хотя похвалили вовсе не его, и громко пьёт из трубочки почти закончившийся холодный сок. Минхо в это время кладёт в рот первый кусок яичницы и недовольно шипит, когда чувствует в уголках губ неприятное жжение. Он касается их своими пальцами и поглаживает, продолжая пережёвывать еду. От этой картины Феликс рядом совсем тихо хихикает и пихает старшего Ли в бок локтем, привлекая его внимание к себе.       — Лучше помазать кремом или бальзамом, хён, — наклоняясь к старшему, еле слышно произносит австралиец. — Это нормально, что они болят, когда твой партнёр, ну… большой. До свадьбы заживёт, знаешь.       Минхо яркую вспышку жара, что проходится по всему телу, чувствует, смотря младшему прямо в глаза. Внутри всё так быстро закипает, что старший Ли не находит ничего лучше, чем встать из-за барной стойки, взять свою тарелку с завтраком и сесть за стол рядом с Чанбином. За спиной танцор слышит низкий смех Феликса и от злости на наглого друга, не глядя на того, поднимает в воздух руку, демонстрируя средний палец.       — Ты чем ему уже насолить успел, мелкий? — усмехаясь, спрашивает у младшего Ли Чанбин.       Блондин в притворном недоумении пожимает плечами и ещё немного хохочет, прежде, чем вернуться к трапезе.

⊲ ✦ ✧ ✦ ⊳

      Спустя несколько часов парни загружают багажник машины своими вещами и отправляются обратно в своё общежитие. Рассаживаются парни точно так же, как и по дороге в дом Чанбина и тот, сев за руль, сразу принимается настраивать кондиционер на такую желаемую сейчас прохладу. Сынмин включает свой плейлист, песни из которого знают и подпевают все сидящие в машине парни и атмосфера внутри салона складывается весьма уютная и расслабленная. Но Минхо этого мнения не разделяет. Мыслями он снова и снова возвращается в события сегодняшнего утра, как делал это всё время после завтрака, и эти воспоминания скребут острыми когтями почти зажившую душу. Глаза Чана, полные смешанных, борющихся друг с другом чувств, одним из которых было ничто иное, как отвращение; сам Хо, покинутый в момент, когда тепло и ласка старшего была так чертовски необходима; металлический вкус собственной крови; судорожное, будто в бреду сказанное родным голосом множество раз «прости». Картинки в голове сменялись одна за другой, терзая Ли поочерёдно, одна сильнее другой. Крис, с момента, когда он с Ли покинул комнату и отправился с ним на завтрак, вёл себя достаточно отстранённо и младший эту перемену сразу заметил, но допрос устраивать Бану не стал, давая тому немного пространства и одиночества. Вот и сейчас старший был почти безучастен: пустым взглядом он смотрит в окно, прислонившись к нему лбом и иногда бормочет себе под нос строчки из звучащих в машине песен. Минхо от пожирающего внутренности отчаяния сбежать пытается, за Криса хватаясь, ищет его внимания; ищет подтверждения того, что всё в порядке и беспокоиться не о чем. Он аккуратно прижимается к нему боком, голову располагая на плече. Отрицательной реакции от лидера не поступает точно так же, как и положительной, и от этого факта хочется прямо сейчас зайтись громким плачем. Ему нужна реакция, нужны эмоции, нужен сигнал. В погоне за успокоением, Ли движется ещё ближе к тёплому телу, он без стеснения привстаёт со своего места и присаживается прямо к Чану на колени. На этот раз старший, вырваный из глубоких раздумий действиями младшего, наконец подаёт признаки жизни: он пыхтит тихо, раздвигает ноги, поудобнее устраивая между ними Хо, и обнимает парня за талию. Но даже этого мало, понимает танцор, когда от нежных касаний в области живота тревога не отступает, а наоборот вгрызается в Минхо сильнее прежнего, как клещ, и пьёт его всего, только густую вязкую тьму после себя оставляя. Младший немного поворачивается корпусом назад, проглатывая ком в горле, и в Чанову щёку тычется, притираясь аккуратным кончиком носа, словно котёнок слепой. Крис выдыхает горячо — то ли от близости Ли, то ли от раздражения. Хо не понимает. А узнать непременно нужно прямо сейчас, потому что он и правда слёзы подступающие чувствовать начинает. Минхо подаётся вперёд и целует первым. Поза неудобная донельзя, но почувствовать губы старшего на своих сейчас так катастрофически важно, будто без этого дыхание младшего в ближайшие несколько секунд навсегда остановится. Руки старший сплетает с его собственными и Хо приоткрывает рот, в мольбе проникнуть в его тепло языком, а Чан, снова жарко выдыхая, повинуется желанию младшего. И только когда Минхо чувствует, как дыхание лидера в поцелуе учащается, нахлынувшие негативные эмоции наконец начинают медленно, но верно отпускать его из своих цепких лап. Он всё ещё заставляет Криса задыхаться. Он всё ещё сводит его с ума.       От этой картины, рядом сидящего Сынмина блевать тянет сильнее, чем от предштормовой качки на корабле, поэтому он отодвигается от парочки как можно дальше и утыкается в свой телефон.

⊲ ✦ ✧ ✦ ⊳

      Тревога не трогает Минхо вплоть до позднего вечера, оставляя его в покое на время съёмки, что была в сегодняшнем расписании. Однако, уже ближе к ночи, когда группа возвращается в общежитие, он ощущает её растущую фигуру совсем рядом с собой в отражении зеркала ванной комнаты. По лицу стекают капли воды и Ли не спешит стирать их, в желании продлить ощущение приятной прохлады, которое они дарили. Руки, что держаться за раковину, отчего-то заходятся мелким тремором и парень ощущает в этом моменте резкую усталость. Эмоций за сегодняшний день Хо получил слишком много и сейчас они тяжёлым грузом повисли на его поникших плечах. Минхо глаза прикрывает на мгновенье, но когда в темноте сомкнутых век яркими вспышками загораются неприятные воспоминания сегодняшнего утра, он сразу их обратно открывает. В отражении на своём лице парень обнаруживает намёки на страх и дыхание от этой картины сильно спирает. Ли медленно вдыхает через нос и выдыхает через рот, поделывая это несколько раз, но лёгким в груди всё ещё очень тесно. Чан. Ему просто нужен Чан. Сейчас. Только он вытащить Минхо из тянущей в пучину мрака воронки способен.       Выйдя из ванной, Ли сразу направляется за Крисом в его комнату. В чате Чанбина, что сейчас ужинал с Сынмином и Джисоном на кухне, ставят перед фактом, что спит он сегодня в кровати Хо, а тот в ответ присылает короткое «Ок» и кидает подмигивающий смайлик.       Зайдя к лидеру, младший запирает на защёлку дверь и ему требуется несколько глубоких вдохов перед тем, как развернуться и взглянуть на лидера. Страх закрадывается в душу Минхо, но он плюёт ему прямо в лицо.       — Выглядишь так, будто убить меня хочешь, — ухмыляется Чан, что сейчас стоял у шкафа, натягивая на себя майку.       — Так и есть, — произносит Хо пред тем, как подойти и взять старшего за руку, утаскивая его в сторону ближайшей кровати.       Бан не сопротивляется, смеётся только от уверенных действий младшего. Лидеру его слегка угрюмое лицо кажется очень милым и он думает, что тот за этой маской, как и всегда, смущение своё прячет. Если бы он только знал, что внутри Минхо сейчас самый настоящий шторм бушует. Ли тяжёлое тело Криса на постель толкнуть пытается, но тот упирается и от этого только немного пошатывается, всё ещё оставаясь на ногах.       — Вот это напор, Лино-я, — подойдя ближе к Минхо, ухмыляется старший. — Так изголодался за день?       Младший дуется на эти слова, брови хмурит в недовольстве и снова пытается пихнуть Чана, но лидер его руки перехватывает вовремя и сам Ли на кровать укладывает. Последний нетерпеливо ползёт по мягкой поверхности выше к изголовью и падает затылком в подушку, за ворот майки притягивая старшего к себе.       — Хорошо, котёнок, — Бан нависает над Минхо мрачной тенью, одной рукой упираясь в место около головы младшего, а второй сжимая изгиб его прикрытой свободной футболкой талии. — Я сделаю тебе приятно.       Хо горячо выдыхает, радуется тому, что лидер его хочет. Он свои ладони кладёт старшему на шею и на себя сразу тянет. Крис рвётся вперёд с улыбкой на лице, захватывает ярко-розовые от несмывшегося стойкого тинта губы в свой плен и с упоением вслушивается в то, как младший в его руках на это уже скулить начинает. Минхо шипит, когда Чан сильно сминает нижнюю губу с небольшой ранкой и немного отталкивает от себя старшего. Тот смотрит на лицо напротив обеспокоено и одной рукой его челюсть в свою ладонь берёт.       — Нуны ругались за это, когда красили тебя? — проводя по пострадавшей губе большим пальцем, спрашивает Крис.       — Нет, но по взгляду было ясно, что они недовольны.       Ухмылка красуется на лице старшего и он наклоняется к уху Хо, жарко шепча прямо в него:       — Что они скажут, если ты придёшь завтра с кучей засосов на шее?       — Не смей, хён, блять, — отвечает Ли, но отталкивать лидера от опасной зоны и не думает, за спину прижимает его к себе плотнее. В шортах уже твёрдо и требовательно стоит и младший совсем легко трётся пахом о парня сверху.       Чан и не думал оставлять на видных местах Минхо свои метки. Знает, что нельзя, поэтому, вместо того, чтобы припасть к нежной коже губами и посасывать её, он широко проходится по ней мокрым языком.       — Такой вкусный.       Минхо под лидером прикрывает глаза в наслаждении и издаёт короткий довольный писк. В голове все волнующие его мысли куда-то улетучиваются и младший облегчённо выдыхает от этой перемены. Теперь там один только Чан и желание быть с ним как можно ближе и ярче. Влажными следами медленно покрывается шея и Ли тает от содрогающих всё тело ласк. Когда Чан поднимает подол его футболки и припадает губами к животу, Хо приходится приложить немалые усилия, чтобы не застонать в голос. Он прикусывает и без того пострадавшую нижнюю губу и жмурит глаза, пытаясь сдержать рвущиеся на свободу звуки. Язык старшего такой горячий и влажный, он так хорошо проходится по шраму и чувствуется нежной кожей, что у Минхо пальцы ног поджимаются. В области паха уже очень влажно, он тянется ладонью к краю своих шорт и собирается запустить её под их резинку, в желании облегчить ощущения в жаждущем внимания члене, но чувствует, как Чан перехватывает его руку и с силой прижимает к матрацу. Минхо этим раздражён очень, мгновениями ранее заглушенные воспоминания о сегодняшнем утре всплывают в голове, будто дежавю, и парень в руках Криса дёргается, вырваться пытается, потому что боксеры сегодня на нём крайне неудобные и чувствительная головка неприятно трётся о них. Лидер на ёрзанье младшего рычит недовольно, сам тянется к его шортам и принимается их стягивать. Летит кусок ткани куда-то на пол и Ли радуется этому факту так сильно, что не может сдержать неуместную сейчас яркую улыбку. Он в нетерпении снова тянет руки к резинке своего белья, но разочарование вновь бьёт по сознанию, когда его руки снова убирают в стороны.       — Хён! — хнычет танцор.       — Блять, Минхо, лежи смирно, — бубнит себе под нос Чан, но до младшего эти слова прекрасно доходят и он разочарованно скулит, уже не пытаясь сдерживать звуки.       Внутри Хо злость закипает на лидера, он несильно ногами его от себя отталкивает, пытаясь вырваться из мёртвой хватки.       — Отпусти меня, хён, — лицо Ли красное от смущения и яростного негодования, голос его дрожит, срывается на последнем слове.       Чан его не слушает, подползает обратно к лицу, параллельно руки Минхо над его головой одной ладонью фиксирует, пока второй резко хватает лицо младшего за подбородок.       — Что, уже не хочешь меня? — старший раздражён, по его голосу это прекрасно понятно и Ли сжаться хочется в маленький клубок под ним. — А несколько минут назад ты был готов оседлать меня.       Крис, видя, как Хо открывает рот для ответа, сделать ему это не даёт: затыкает парня поцелуем в саднящие губы. Язык сразу проскальзывает в рот младшего и начинает активно хозяйничать там. Бан вылизывает каждый миллиметр, делает это жарко, с желанием животным, пока Минхо под ним теряется в своих чувствах. Хочет он лидера в этот момент так же безумно, как и не понимает его поведения, отчего то отвечает на поцелуй робко, то кусает пухлые губы сильно, рычания Чана с его уст ловя.       — Как же ты смог так свести меня с ума, — оторвавшись, шепчет лидер.       Он снова лизать шею Ли принимается, сжимает его бёдра сильно, до отметин, отчего тело под ним дрожит осиновым листом, и толкается тазом в его твёрдость. Младший, уже ничего не понимая и не слыша, сам закидывает ноги на его талию и прижимает к себе ближе. Чан хватает одну из них под коленкой и наклоняется, чтобы жарко, голодно будто, начать посасывать молочную нежную кожу. Яркими оттенками на утро расцветут следы страсти, но сейчас Крис об этом совсем не думает: кусает, лижет, нежно убивает Минхо, который, чувствуя пьянящие разум касания на внутренней стороне бедра, запрокидывает голову и громко скулит. Он снова, но на этот раз неосознанно, тянется руками к своему паху, в очередной раз встречая сопротивление со стороны бдительного Бана.       Минхо громко хнычет, ищет в пространстве лидера и смотрит тому прямо в глаза, в надежде, что тот сможет через взгляд прочувствовать всё его отчаяние.       — Хён, п-пожалуйста, я не могу.       — Чего ты просишь?       Минхо мечется по подушке, ищет где-то спасения, то, за что можно зацепится, за якорь будто, но перед глазами всё плывёт, он только чувствовать сейчас может. Никогда желание не ощущалось так ярко и так губительно.       — Очень хочу, — брови домиком, а тон плаксивый, нуждающийся. — Пожалуйста, Чан, помоги мне.       Чёрт, у Криса от молящего его младшего у самого голова кругом идёт. Член в штанах сильно дёргается, и он уверен, что предэякулят уже хорошо пропитал бельё.       — Скажи мне, чего ты хочешь, котёнок, — отодвигаясь от младшего и снимая с себя спортивки прямо вместе с бельём, спрашивает Бан.       Минхо лидера ногами к себе обратно притянуть пытается, снова трения ища, а тот повинуется, подползает снова вплотную и один раз несильно толкается. Природной смазки у Криса так много, что он сразу пачкает ею боксеры младшего, смешивает с предэякулятом парня снизу.       — Коснись меня, — выстанывает Ли. — Помоги мне, хён.       И Чан пытается. Правда пытается, не может не попробовать; не может отказать такому отчаянному и разбитому младшему. Он с дрожащего тела бельё стягивает, отбрасывает к остальной одежде на полу и снова к Хо прижимается. Ли в лице меняется сразу, уголки губ ползут наверх в расцветающей улыбке. Глазами старший смотрит в раскрасневшееся и тяжело дышащее лицо с полуприкрытыми веками, а затем допускает непоправимую ошибку: опускает взгляд на место, где их с Минхо головки немного соприкасаются и всё вокруг за считаные секунды начинает идти кругом. Снова. Старший жмурится сильно, в попытках прогнать захлёстывающие всё тело тревожные неясные чувства, и тянется к длине младшего, чтобы обхватить её ладонями. Аккуратный член активно выделяет смазку и красиво блестит в не очень хорошем освещении комнаты. Чан подмечает эту деталь и старается держаться за неё, но рука всё равно резко останавливается в пяти сантиметрах от возбуждения Минхо. Танцор, видя это, сам приподнимает бёдра, желая сократить это мизерное расстояние и наконец ощутить прикосновения Бана, но старший ладонь только одёргивает быстро и смотрит на Ли напугано. Младшего этот взгляд будто током прошибает, в голове красным огнём мигает тревога и он из дымки возбуждения вырывается резко, судорожно выдыхая весь воздух из лёгких.       — Хён, — тихо произносит Хо, пока застывший на месте лидер не моргает даже. — Всё хорошо?       У Криса в глазах мутнеет с каждой секундой всё больше, он острую боль в висках ощущает. Желудок изнутри скручивает в тугой узел и старший стремительно с кровати подняться пытается. Его немного шатает, в ушах за тонким писком ультразвука почти ничего не слышно, он шарит руками по полу и поднимает свои штаны, быстро натягивает их на себя, не обращая внимание на то, что делает это задом наперёд. Сквозь охвативший тело недуг он чувствует, как кто-то трясёт его за плечи и зовёт, но ответить он не может: челюсть сводит в желании проблеваться и он пытается проглотить подступающий к горлу ком. Чан не глядя нащупывает трясущимися руками защёлку, проворачивает её и уходит из комнаты прочь.       Лидер едва успевает добежать до уборной. Оставляя всё содержимое желудка в туалете, он параллельно кончает, изливаясь в наскоро натянутые штаны, и от сильно контрастных ощущений на пару мгновений даже теряет сознание.       Минхо страшно. Так страшно, что в этот момент сдержать свои слёзы он не может. В сердце тонкой угловатой линией ползёт трещина и Ли с этим чувством внутри остаётся совершенно один. Опять.