Твой, Уильям/Yours, William

Лондон звонит наверху циферблата

После всего этого, разве не улыбнешься мне?

The Clash - London Calling

Она просыпалась, как будто выходила из наркоза, проплывая сквозь самый черный туман беспамятства к сознанию. Сначала она ощущала прикосновения. Её тело лежало, прижатое к большим камням, холодным и влажным. Следующее ощущение, которое вернулось, был звук. Она услышала, как какая-то женщина кричала так, что могла поднять мертвых из гробов. Баффи потрясла головой, пытаясь избавиться от окружающей ее темноты и пульсирующей боли. Медленно свет возвращался в ее мир, но это происходило недостаточно быстро, а громкая женщина продолжала вопить, словно сирена гражданской обороны на стероидах. Неуверенно Баффи поднялась на скользких камнях в режиме автопилота. Низко пригнувшись, она снова запрокинула голову, пытаясь прояснить зрение. Прежде чем она смогла оценить обстановку, девушка уловила вспышку движения, направленного в ее сторону. Широкий плащ колыхнулся, когда рослый мужчина напрыгнул на нее, его рука была поднята для удара. Баффи отпрыгнула влево, но что-то было не так. Она двигалась очень медленно. Дремали ли ее истребительские инстинкты, она могла только предполагать. Итак, она сражалась с крупным мужчиной на дороге, вымощенной большими мокрыми камнями, под ужасный аккомпанемент орущей женщины на заднем плане. Нет. Это ей ничего не говорило. Сейчас было не время для выяснения головоломки. Сейчас нужно было не дать себя убить. Она повернулась лицом к нападавшему, снова поражаясь своим замедленным рефлексам. К сожалению, ее противник не страдал аналогичной проблемой. Его поднятая рука метнулась к ней, как раз тогда, когда она заметила отблеск металла, зажатого в его ладони. Она сделала ложный выпад вправо, но недостаточно стремительно. Лезвие рассекло ее левое предплечье, оставляя за собой внезапную вспышку боли. Кричащая женщина, находившаяся в поле зрения Баффи, каким-то образом смогла добавить еще чуть-чуть громкости. Кровь не останавливалась, ноги не держали. Такого с ней никогда не случалось в сражениях. Никогда. Баффи попыталась повернуться к нападавшему, держа раненую руку другой. Она ожидала от него повторного нападения, но вместо этого она увидела его спину, быстро удаляющуюся от нее. А затем в одно мгновение он забежал в переулок и пропал. Это, как минимум, стало приятной неожиданностью. В этот момент ее ноги были уже на пределе выносливости и преподнесли ей свой собственный сюрприз, повалив ее на мостовую. Очередной первый раз для Баффи. Слишком слабая, чтобы сидеть, у нее не было выбора, кроме как лежать на улице, а ее кровь стекала по мокрым камням. Она достаточно много сражалась, чтобы понять тяжесть этого ножевого ранения. Сквозь горячую пульсацию в ране она услышала человеческие голоса, приближающиеся к ней. Женщина, которая кричала, бросилась к Баффи и опустилась на колени рядом с ней. Нет, неправильно. Она вообще не была женщиной. Она была девочкой, девочкой-подростком. Ее лицо было незнакомым. Голова Баффи превратилось в гнездо боли, и было трудно что-то видеть сквозь дождь, но она разглядела небольшую толпу, которая начала собираться округ нее. Все выглядели так странно в скучной старинной одежде. Женщины в длинных платьях, мужчины в вычурных костюмах. Она моргала, чтобы прогнать туман из головы, и даже это давалось с огромным трудом. Это был не сон. Это не могло быть сном. Ревущая боль, сконцентрированная в руке, давала ей знать, что она не спит. Крепкие руки подняли ее с тротуара и усадили на ближайшую скамейку. Когда Баффи начинала двигаться, она ощущала что-то, что чувствовалось как мокрое одеяло, обернутое вокруг ее ног. Раздражает! Но когда она попыталась скинуть его, то обнаружила, что это была влажная юбка, ее юбка, облепившая ноги от бедер до лодыжек. Когда толпа двинулась помогать Баффи, один мужчина действовал особенно настойчиво. Это был пожилой человек с густыми седыми бакенбардами. Он убрал ее руку от места кровотечения и быстро осмотрел рану. —Как далеко находится ваша резиденция? — спросил он у Баффи… Но кричащая девушка- подросток ответила за нее: —Всего в шести улицах отсюда, сэр. На Аркрайт-роуд. —Очень хорошо. Позвольте мне перевязать рану, и я смогу более внимательно осмотреть ее, когда мы приедем. Баффи уже надоела эта нелепая ситуация. Очевидно, что Власть Предержащие просто облажались. Ненормальный огромный парень напал на нее с ножом. Бесполезная орущая девчонка. Мужчина с бакенбардами, который серьезно опоздал на их Баффи-девочка - парень-лезвие встречу. Это было все неправильно. Как это может быть ее вторым шансом со Спайком? Ничего подобного она никогда не переживала. Она бы определенно запомнила такую «веселую» ночь, как эта. Прямо как с Паркером… шанс попасть в категорию «полный отстой». Она поднялась, рассматривая свои трясущиеся ноги. —Погодите, — сказала она своим самым устрашающим истребительским голосом, — прежде чем мы куда-нибудь отправимся, кто-нибудь собирается… — и тут, не мягко, а с внезапным глухим стуком в мире Баффи все погрузилось во тьму.

***

Баффи очнулась и почувствовала, что она лежит на простынях и укрыта одеялом. Ах, как прекрасно! «Приятная маленькая кроватка для Баффи», подумала она с улыбкой. Девушка потянулась мизинчиками ног. То, что она истекала кровью, когда беспомощно лежала на улице, было сном. Она попыталась откинуть одеяло, чтобы встать с кровати и непроизвольно вскрикнула от пронзившей правое предплечье острой боли. А, может быть, не было сном… Баффи посмотрела вокруг и оценила окружающую обстановку. Выцветшие бутоны роз на обоях, мансардное окно. Комната была оформлена в старинном стиле «Кровать и завтрак», дополнена масляными лампами. Этого определенно не было в туристической брошюре. Джонатан сказал, что Власть Предлежащие отправят ее в прошлое, и все же это никоим образом не было частью ее прошлого. Она никогда не останавливалась ни в одном из этих дурацких отелей типа «Кровать и завтрак». В отелях, которые она предпочитала, было обслуживание номеров, и в комнатах стояли телевизоры с плоским экраном. Не перины на кроватях и пасторальные картины на стенах. И там точно не было бандитов, вооруженных ножами. За дверью Баффи услышала разговор. В одном голосе она отчётливо смогла узнать доктора, который разговаривал с ней после нападения. Другой мужской голос был негромким. Хотя тон был настойчивым, он говорил настолько тихо, что Баффи не могла разобрать его слов. Посмотрев на свою левую руку, она увидела, что рука была искусно перевязана и лежала рядом, как в гипсе. Она пульсировала, как и ее голова, но с терпимым гулом. Чем бы ни было это место, тут знали толк в лечении. Несмотря на гул, она чувствовала себя намного лучше и стала собирать список вопросов, которые задаст первому, кто зайдет в комнату. Баффи начала с самого начала и не собиралась принимать «нет» в качестве ответа. Это был самый странный день в ее жизни, а учитывая ее жизнь, это было потрясающе впечатляюще. Она смогла расслышать, что люди в холле распрощались. Бормотание «спасибо большое» и «воистину» проникло сквозь тяжелую деревянную дверь. И затем, наконец, медная дверная ручка повернулась, Баффи с улыбкой посмотрела в сторону двери, готовая засыпать вопросами его или ее, пока ей не удастся разгадать эту загадку. Это был мужчина. Он был освещен сзади, и она едва могла рассмотреть его лицо. —Ну, вот ты и проснулась, — сказал он тихо. Это был мягкий, спокойный голос, который она слышала из холла. Он приблизился к кровати и полностью погрузился в мягкий свет газового освещения. Она смогла разглядеть черты его лица, и внезапно все вопросы вылетели из ее головы, как стая птиц. Баффи поняла это мгновенно… Она поняла, где она. Она поняла, куда делись ее истребительские способности. Она поняла все о том, что Власть Предержащие всегда могут поймать тебя на мелком шрифте. Его голубые глаза смотрели на нее с такой заботой. Стали видны острые углы его скул, когда она наклонил голову, чтобы посмотреть на нее. Его губы изогнулись в обеспокоенной улыбке. Его волосы больше не были платиновыми. Нет, не так. Его волосы еще не были платиновыми. Волосы этого мужчины были непослушной копной каштановых кудрей. Его черный плащ и черная обтягивающая футболка были за много лет от него. В столетии от него. Этот мужчина был одет в твидовый костюм с жилетом, но она узнает его где угодно. Спайк до того, как стал Спайком. Уильям до того, как стал Уильямом Кровавым. Уильям, когда он еще был Уильямом Праттом. До того, как все это коснулось его, ранило его так сильно. До того, как она его ранила, она поморщилась от этой мысли. О, Власть Предержащие были больными придурками. Отправить ее в это время и место? —Ты проснулась? Эй? — спросил он. Как долго он ее звал? —Простите, — неуверенно начала она. — У меня проблемы…мне нехорошо… по мне просто мурашки бегают. Cпайк… э-э-э, Уильям посмотрел на нее, как будто она только что заговорила с ним на суахили. — Мне жаль, эмм, ты чувствуешь себя нехорошо от… шевеления каких-то маленьких букашек? — спросил он снова взволнованно. — Я немного сконфужена, — сказала Баффи, пытаясь выглядеть так, как будто она не пришла из другого века. Она посмотрела на него и быстро отвернулась. Глядя на него, она чувствовала себя слишком неуверенно, а прямо сейчас ей требовалась вся стойкость, на которую она была способна. Он подошел еще ближе к ее кровати, его длинные пальцы нервно теребили край твидового жилета. —Слова не могут выразить моего сожаления о твоей ситуации, — его тон был настойчивый и искренний. Баффи просто нечего было сказать, ее мир перевернулся. Если она вернулась в это время, какого было ее место в нем? Он, кажется, хорошо ее знал, имел с ней какого-то рода связь, но что это была за связь? Казалось, что Власть Предержащие внесли ее в его жизнь, так же, как в свое время внесли в ее жизнь Дон - с полным набором воспоминаний. Он не был шокирован ее появлением в своей жизни, потому что они изменили его воспоминания. Для него она уже существовала до. —Уверен, что Скотленд-Ярд проведет тщательное расследование, чтобы поймать негодяя, — продолжил он нервно. — Это просто возмутительно, что такое нападение могло произойти в этом районе. Мы с мамой переехали из центра Лондона в Хампстед именно по этой причине. Баффи кивнула, абсолютно не понимая, как действовать дальше. Осмелившись взглянуть на него, она затаила дыхание. Он стоял у ее кровати, склонив свою голову под тем углом, который она так хорошо знала. Там был Спайк, внутри этого Уильяма. И его глаза. За стеклянной преградой его очков она могла видеть эту искру в его глазах. Этот маленький огонек, который появлялся у него, когда он наклонялся, чтобы помочь ей подняться после падения, или когда он начинал рычать и кидался на защиту Дон. В нем было так много знакомого. И все же… в нем столько всего было чужого… То, как он говорил, временами так высокопарно и неуверенно. То, как его руки нервно теребили волосы. Она вяло улыбнулась ему, и он сразу же отвел взгляд, на его лице отразилась неловкость. —Я уверен, что ты чувствуешь себя совершенно измотанной. Доктор Гулл сказал, что ты непременно поправишься, но тебе нужен покой, особенно первые несколько дней. Не зная, что сказать, она просто кивнула в ответ. Тогда он одарил ее улыбкой, которая была самой антиспайковской. Она была сдержанная, формальная и не отражалась в его глазах. —Дженни не пострадала во время нападения, будь уверена, — он запнулся. — Она очень испугалась, подняла крик, и это привлекло внимание властей. Итак, у кричащей баньши было имя, и оно было Дженни. Баффи кивнула. Так как она отвечала молча, он продолжил, похоже, стараясь свернуть беседу как можно быстрее. —Дженни принесет твой завтрак утром. Я оставлю твою дверь приоткрытой на ночь. Если тебе что-нибудь понадобится, пожалуйста, зови. Эта его формальная реакция, в сочетании с вечерними событиями, заставляли ее почувствовать себя такой же побитой внутри, как и снаружи. —Окей, — прошептала она. Глаза Уильяма сузились, и он наклонил голову. —Прошу прошения? — спросил он. —Я поняла, — ответила она. Он коротко кивнул и развернулся, чтобы выйти за дверь. —О, и… — Баффи не знала, как продолжить. Должна ли она ему сказать, что для нее значит снова увидеть его? Кто она для него в этом времени и в этом месте? Как Ангел и Друзилла фигурируют в этой временной шкале? Она подняла глаза и увидела, что он стоит у двери, ожидая от нее продолжения. —И спасибо тебе, Уильям, — сказала она с улыбкой. Не-совсем-ее-Спайк, каким он был, но он все-таки был. И это было все. При этих словах он сразу же отвел свои глаза к стене. Даже в тусклом свете масляных ламп она могла видеть, как вспыхнул румянец на скулах, которые она так хорошо знала. —Ну да, — промямлил он. —Это было самое наименьшее, что я мог… то есть я хочу сказать, что… — он запнулся. —Я уверяю, что ты почувствуешь лучше… себя уже завтра. Спокойной ночи, — сказал он, внезапно покинув комнату. —Что ж, это было странно, — тихо буркнула Баффи, уставившись на бабушкино стеганое одеяло, обернутое вокруг ее ног. Прикрыв глаза и откинув голову на пуховую подушку, она начала ломать голову над этим странным новым миром. Кем был нападавший на нее и имеет ли это какое-то значение? Кем она была для Уильяма и почему он так странно себя повел, когда она назвала его по имени? Разве он не «Уильям»? А затем, во второй раз за день, боль в ее руке и голове объединилась в ужасный хор, заставив отложить свои размышления на полку - пока.