Глава 7
1 июня 2023 г., 19:59
Примечания:
ОТРЕДАКТИРОВАНО: сентябрь 2025.
приятного чтения!
Отказ от чада – дело хлопотливое и сложное.
Составить соответствующее заявление и сразу перейти на этап судебной процедуры для родителей Ли Минхо не составило труда. Связи в полиции, и не только, они имеют давно, ещё при первой попытке органов опеки забрать ребёнка, потому то Минхо и живёт до сих пор с отцом и матерью.
Жил.
Психологи центра, пытаясь мягко выяснить чувства подростка, беспомощно разводили руками: Минхо не шёл на контакт. А если и отвечал на вопросы, то это было что-то вроде «всё в порядке», «я в норме, не беспокойтесь». Поэтому в палату к нему больше никто не заходил.
И этот «никто» – Хан Джисон.
С того вечера прошли сутки, и практически всё это время Хан был с ним. Когда приносили еду, он выходил, забирал содержимое, и относил к кровати Ли. Также один раз заглянула миссис Хан: только для того, чтобы проверить состояние обоих мальчиков. Сыну она доверяла не меньше, чем себе, поэтому на правах заведующей, позволила только ему находиться рядом с Минхо.
Они мало разговаривали. В основном, обсуждали предстоящие процедуры Минхо. За последние сутки их было всего две: сеанс с психологами Даюн и Суа, работающими с парнем с самого начала его пребывания здесь, и тонометрия глаза. На данный момент осталось только измерить давление, но врач-окулист задерживается на текущем приёме, поэтому Джисон сидит на всё том же стуле рядом с кроватью Минхо. Старшй лежит солдатиком, сложив руки на груди в замке, с закрытыми глазами. Дышит он ровно, и Хан даже бы подумал, что Минхо заснул, пока тот не подаёт голос.
— Надо найти кота.
— Какого кота? – чуть вздрагивает Джисон от неожиданности.
— Суни. Мы его так и не отыскали.
— А, он уже у меня дома, – улыбнулся Хан.
— Дома? – Минхо резко открыл глаза, – когда ты успел?
— Ночью, пока ты спал. Моя мама задержалась вчера, поэтому я успел найти кота и пронести его в здание, к главному входу. Уезжали мы на такси, поэтому мама уже в курсе нового жителя нашей квартиры, – усмехнулся Джисон, медленно постукивая ладошками по своим коленям.
Конечно, он не расскажет о реакции матери, когда она увидела в его руках бездомного кота. Сначала она категорически запретила, аргументируя большой ответственностью и ненужностью питомца в доме. Но услышав, что этого очень хотел бы Минхо... сдалась.
Была, правда, ещё одна причина...
После своих слов Джисон громко чихнул, что заставило Минхо дёрнуться всем телом от неожиданности.
— О-ой, извиняюсь, – Хан также резко шмыгнул носом.
— Ты заболел? – немного обеспокоенно спросил Хо, – вчера сидел в одной футболке, а было прохладно.
— Нет, что ты, у меня здоровье космонавта. Аллергия, думаю.
— Аллергия? На что?
— Кхм. На кошек, – склонив голову, с улыбкой сказал Джисон, следя за реакцией Минхо.
— Ты шутишь? – Хо медленно из лежачего положения перебрался в сидячее.
— Не шучу. У меня с детства такая реакция на кошачьих, да и в принципе на шерсть.
— А зачем ты тогда взял Суни к себе? – Минхо сидел в любимой позе лотоса на кровати, опустив голову, – почему просто не сказал, что не можешь взять?
— Хён, я не мог не взять. Выдел бы ты выражение своего лица со стороны. К тому же, мама сегодня купит таблетки, и чихать я перестану.
Минхо хотел что-то ответить, но не успел: в палату постучали.
— Да? – откликнулся Хо.
— Это я, – открыв дверь, зашла миссис Хан, – как вы тут?
— Всё хорошо, мам, – опередил Джисон ответ Минхо, – ждём вызова к окулисту.
— Сун Хи ещё не освободился? – спросила она, заломив брови в удивлении.
— Да мы уже час, как ждём, – медленно проговорил Джисон.
— Так. Схожу к нему, посидите пока, – миссис Хан быстро развернулась и вышла из палаты.
— Что-то случилось? – спросил Минхо.
— Не думаю. Просто, наверное, задерживается.
Сидели и ждали они, как обычно, в тишине.
Минхо редко начинал разговор сам, а если и начинал, то, обычно, по делу. Джисон же, чаще заговаривал с ним: спрашивал про самочувствие, предлагал с чем-нибудь помочь, найти ему занятие, ну и расспрашивал о прошлом. В большинстве случаев Минхо не отвечал ни на вопросы, ни на предлоги. Но не в этот раз.
— Может, тебе воды принести? – посмотрел Джисон на парня.
— Зачем?
— Попить, хён, зачем ещё нужна вода, – к концу предложения голос постепенно затихал, потому что Минхо смотрел прямо на него. Но, точнее, конечно – сквозь него.
— Зачем ты это делаешь? – спрашивает Минхо, глядя прямо на широко раскрытые глаза Хана, – ты же знаешь, я ненавижу это.
— Воду? – пытается понять Джисон, в ответ растерянно смотря на него.
— Какую воду, Джисон! Может, ты меня ещё и с ложки кормить будешь? Или одевать меня, как трёхлетнего?
Голос Минхо почти пропитался ядом. Джисон, кажется, начинал понимать, в чём дело. Эта тема уже поднималась ранее, но Хан не думал, что это настолько каждый раз злит Минхо.
— Я понял. Извини, – твёрдо произносит Хан.
— Что понял?
— Что тебе это неприятно, больше не буду пытаться... ухаживать, – немного с обидой произнёс Хан.
— Дело не в этом, Джисони, – сказал на выдохе Минхо. Он пожалел о своих словах, особенно в такой интонации, – дело в том, как ты это преподносишь. Помню, ты говорил, что изначально смотрел на меня с жалостью. Сейчас изменилось что-то?
— Хён, конечно.
— Тогда давай я слегка поясню.
Минхо не хотел вот так начинать и продолжать разговор, но он знал, что это когда-нибудь бы случилось. Беспокойство Хана понять можно, но не такому человеку, как Минхо, который пережил трудное детство и подростковый период жизни.
Продолжил тему он в спокойном тоне, лёжа на боку лицом к Джисону, а тот всё время смотрел на него, пока слушал рассказ.
— Понимаешь, Джисони? Я ценю, что ты так заботишься обо мне, но, как бы я ни старался, я не могу так близко тебя подпустить. Ещё и мама... – прервался Хо.
Джисон поджал пересохшие от волнения губы. Он тихонько привстал со стула, не зная, не опасно ли попробовать снова сделать шаг навстречу к парню, но он рискнул. Хан опустился на колени рядом с кроватью Минхо, который всё так же лежал, сложив руки возле лица на подушке, и какое-то время просто рассматривал его черты лица.
— Долго пялиться будешь? – пробубнил Минхо.
Хан знал, что Минхо слышал, как он опустился рядом. Его губы растянулись в улыбке, а в голову ударила внезапная мысль...
Чтобы осуществить свою идею, которая казалась Джисону на данный момент глобальной проблемой, ему пришлось придвинуться ближе к кровати.
— Ты чего шебуршишь…
Минхо не договорил. Его губы накрыли чужие: всего на мгновение.
Он даже не успел осознать произошедшее.
Джисон отскочил от парня, как ужаленный, прикрыв рот руками.
Ему показалось, что он совершил ошибку. Большую ошибку.
В голове крутилось тысячи мыслей с извинениями. Он хотел было уже хоть что-то из себя выдавить...
— Хани... Только не уходи, прошу.
Джисону этого достаточно. Быстро пододвинувшись обратно к Минхо, он сложил свои руки на кровать, рядом с лицом.
Всего слово, и он будет рядом.
Будет шептать слова поддержки и слова... любви. Все-все, которые знает.
Рядом.
— Я тут. Всегда буду возле тебя.
Джисон заметил, как из глаз Минхо скатывались слёзы на подушку. Если бы не они, можно было бы подумать, что Минхо в данный момент не испытывает никаких эмоций.
Хан осторожно прикоснулся к щекам парня, убирая капли солёной воды.
— Скажи, что ты не пошутил, Джисон, – Минхо перехватывает руку Джисона возле своего лица, – пожалуйста, Хани, скажи, что это не шутка...
Минхо сильно зажмуривает глаза, потому что слёз становится слишком много. Поджав губы, он отворачивает голову, отпуская руку Хана, и резкими движениями начинает вытирать мокрые дорожки с лица.
— Хён, хён, всё хорошо, я не никогда не шутил, не шучу и не буду, – немного отодвигая ладони Минхо, Джисон обхватывает его лицо своими, – ты мне стал дорог таким, какой есть. Не ищи в себе плохие стороны, прошу тебя.
Джисон ну очень сильно переживал. По большей части о том, что Минхо его не поймёт, не поверит и выгонит навсегда из своей жизни. В голове пролетали сотни мыслей и версий ближайшего будущего, где Минхо злится на него, не слушает или вообще не отвечает на вопросы. Он боялся, что мог потерять такого удивительного, один на миллиард человека как Ли Минхо.
Так они и сидели: Джисон в своих руках уберегал ладони Минхо, нежно, но уверенно. Каждый думал о своём. В частности, о будущем. Каким оно станет после этих минут, проведённых в палате? Правильно ли это всё? А родители? Причём со сторон обоих парней. Что для каждого из них означают эти действия?
Минхо потихоньку успокаивался, хотя поначалу его немного трясло. Хан ждал. Ждал, пока Хо придёт в себя, пока расслабится.
Стук в дверь.
Ребята молниеносно срываются со своих мест. Джисон прижимает пятую точку к стулу, а Минхо садится на кровать, попутно быстро смахивая оставшуюся влагу с лица. Которое, кстати, умело переключаться на режим «без эмоций». А у Джисона такой суперспособности не было...
— Минхо-хубэ, в кабинет 307 на консультацию к врачу-офтальмологу, – быстро сказала молодая медсестра, немного приоткрыв дверь, и тут же убежала.
Минхо дёрнул головой в сторону Джисона, а он, тем временем, посмотрел на него. Хан встал, поправив складки на одежде. Всегда так делал, когда пытался скрыть нервозность. Затем немного шагнул в сторону Минхо.
— Мне идти с тобой? – спросил Джисон. Он не знал, уместно ли сейчас будет его присутствие рядом, даже если это просто врачебный кабинет.
— Идти, – Минхо сглотнул, что не осталось незамеченным, и нерешительно протянул руку.
***
Хан сидит на высокой кушетке, улыбается, болтая ногами, и смотрит на красивого Минхо. Тот сидел, ссутулившись, на стуле рядом с письменным столом врача. Красоту можно увидеть везде, если захотеть. Вот Джисон и захотел: сейчас он радуется немного лохматым волосам Минхо, потому что он ёрзал на кровати в своей комнате, когда распереживался. И ладошкам его вместе переплетённым улыбается: нервничает. Помимо них в кабинете сидят Джесс – медсестра, и миссис Хан. Вообще, заведующей не обязательно присутствовать при осмотре пациентов, так сказать, но никто не стал задавать вопросов. Всё-таки, ей виднее. — Всем здравствуйте, – в кабинет зашёл Сун Хи – врач-офтальмолог и присел за своё рабочее место, – Ли Минхо? — Да, – немного неуверенно ответил Хо, услышав, что обращаются именно к нему. Такие вещи Минхо быстро научился понимать: когда человек произносит слова в сторону тебя, а когда в другую любую; громкость звука другая, если простыми словами. — Та-ак, Ли Минхо. Ты, значит, у нас с врождённым амаврозом Лебера? — Да, – так же тихо ответил он. Джисон, тем временем, кидал обеспокоенные взгляды то на свою маму, то на друга: на мамином лице искал выражение лица «всё в порядке, всё под контролем», а за Минхо следил, чтобы он чувствовал себя комфортно, насколько то возможно. — Правильно ли я понимаю, что тебе говорили, что болезнь неизлечима? – доктор медленно проговорил каждое слово и внимательно посмотрел на Минхо. — Вы всё правильно понимаете. — А если я тебе скажу, Минхо, что её можно вылечить? – также медленно сказано, но уже с полуулыбкой, которая уже предчувствует эмоции. Минхо встрепенулся, его глаза забегали по полу, но всего на несколько секунд. Он нахмурился, и, кажется, поник. — То я вам не поверю, – чуть ли не огрызнулся Хо на доктора. — Очень зря. Потому что могу сказать со стопроцентной уверенностью, что болезнь излечима. У тебя есть шанс видеть мир, Минхо. В помещении, казалось, не дышал никто. Джисон с мамой смотрели огромными от удивления глазами на врача и на Минхо, прикрыв рот ладошкой. — Вы серьёзно сейчас? – Минхо начинает часто дышать, не веря услышанному, – но как? Как? Я не понимаю... Это ошибка? Или шутка? — Минхо, не нервничай, сделай несколько глубоких вдохов, – успокаивал его Сун Хи, – и вы, семья Хан, тоже. — Я догадывалась, – бодро отозвалась миссис Хан, глядя на доктора с прищуром, и одновременно с этим показывая пальцем на документы, которые хаотично лежали на столе, – ты же с этими бумажками бегал по всему отделению вчера, да? — Да, Исыль. Я хотел тебе вчера сообщить эту новость, но решил, что пусть лучше вы все вместе узнаете. — Просто обалдеть! Извините за выражение, конечно, – миссис Хан не могла скрывать своих эмоций. В то время как Джисон не проронил ни слова, наблюдая за Минхо. Поначалу, тот сидел задумчиво, иногда хмурился, будто споря сам с собой в голове. Потом у него начал меняться взгляд, и парень поднял свой взгляд на Джисона, примерно угадывая, где тот сидит. Хан, тем временем, это заметил и ринулся к нему в объятия. Оба улыбались. — Если тебе интересно, Минхо, я могу объяснить суть твоей болезни, – Сун Хи счастливо наблюдал за мальчиками. Джисон сжимал Минхо, обнимая. — Конечно, да, да, очень интересно, – оживлённо ответил Минхо, попутно высвобождаясь из объятий друга. — Итак. В твоём случае, потеря зрения передаётся по наследству. И, возможно, ты спросишь, почему же тогда твои родители зрячие? – Минхо кивнул, слегка нахмурившись, – а всё потому, что они просто являются носителями гена с ошибкой, а клинических признаков у них может и не быть, как, собственно, в нашем случае. Основной механизм возникновения заболевания можно объяснить тем, что в особо чувствительных клетках глаза происходит нарушение зрительного цикла. При мутациях эти светочувствительные клетки погибают и перестают работать, что ведёт к прогрессирующей потере зрения. Простым языком, у тебя просто перестали работать рецепторы из-за мутации, поэтому зрение сначала долгое время ухудшалось, а потом и вовсе ушло. Но я знаю, как тебе помочь. Минхо, что всё время сидел в кольце рук Джисона и кусал губу, заёрзал. Хан же внимательно слушал и разъяснение Сун Хи, и биение сердца Минхо, ибо пульс стал учащаться, особенно к концу монолога доктора. — Знаешь, что такое генная терапия? – Минхо отрицательно помотал головой, – это единственный метод лечения, который влияет на причину заболевания. То есть неправильно работающий ген, из-за которого возникло заболевание, можно исправить. Операция делается, правда, только в том случае, если эти самые светочувствительные клетки сохранились, так как заново они не создаются. Но могу тебя поздравить. У тебя ещё есть эти клетки, поэтому мы можем провести операцию. Если ты согласен, разумеется. Радость Минхо невозможно передать словами. Внутри словно буря, ураган, вихрь эмоций! Неужели он наконец сможет видеть? Наконец смотреть на мир глазами здорового человека? — Хён... хён, слышишь? Ты будешь видеть! Ты наконец сможешь увидеть природу, мир, цветы, котов и... и меня, – кажется, будто Джисон радуется больше самого Минхо. — Я рад. Правда, я очень рад, я... в шоке, – подаёт голос Минхо, – а... сколько это будет стоить? В таких моментах, наверное, многие с облегчением выдыхают. Потому что если бы он сейчас видел, как Сун Хи поджал губы, а Джесс растерянно посмотрела на маму Джисона, наверное, сильно бы насторожился. Хан непонимающе переводил взгляд с одного сотрудника на другого, но боялся что-то спросить. Поэтому просто тихонько поглаживал пальцами ладони рядом сидящего Минхо, но происходящее старался держать под контролем. — Понимаешь, Минхо... — Нисколько, – перебила доктора Исыль, – генная терапия будет входить в курс твоего уже оплаченного лечения, так как мы нашли проблему во время твоего нахождения здесь. — Правда? – Минхо улыбнулся, крепче сжимая ладони Хана, – да это просто подарок судьбы, спасибо вам большое. Я уверен, операция дорогая, а родители мои ничего больше оплачивать не будут. — Не волнуйся, Минхо, я обо всём позабочусь, и ты будешь полностью здоров и счастлив, обещаю тебе, – сказала миссис Хан, стараясь не заплакать. После воодушевляющей консультации с врачом, Минхо сидит в своей палате на кровати, а совсем рядом, чуть ли не прижавшись вплотную, сидит Джисон. Он человек тактильный и, как бы Ли не старался сопротивляться, всё равно оказывался в крепких объятьях. Но он не мог сказать, что это ему не нравилось, просто вечно недовольный вид у него уже в крови, поэтому «работаем с тем, что есть». — Джисони, – еле слышно обратился Минхо. — М? — А ты красивый? — Что? — Что? — Ну, хён, не знаю, под стандарты красоты вряд ли подхожу. А зачем ты спрашиваешь? — Да так. Вдруг, когда я верну себе зрение, посмотрю на тебя, а ты страшный, как мокрая выдра. — Эй! – Минхо получил толчок в плечо, – сам ты выдра. Я вообще ещё тот красавчик, между прочим. — А девушка у тебя есть? — Нет... — Что и требовалось доказать, выдра. — Да почему сразу выдра?! – Джисон подорвался с места и, взяв подушку, хотел ударить Минхо, – очень грубо, между прочим, с твоей стороны! И звучит бредово. Когда увидишь меня, другая ассоциация в голову придёт. — Это ещё какая? – Минхо лёг, выпрямив руки по бокам, но заметил пропажу. А то, что он это заметил, Джисон тоже заметил... — А вот. Думай и гадай. Фантазируй, – в это время Хан бесшумно пытался скрыть за спиной подушку, потому что видел, что Минхо шарил руками по постели. — Слышь, изобретатель, где моя подушка? – резко перестаёт двигаться Минхо, застыв, словно прислушивается. Джисон нервно облизывает губы и давит смешок, старясь как можно быстрее упрятать предмет поисков. — На кровати, дурак. Где ещё она может быть, – а сам потихоньку продумывает план, как бы беззвучно смотаться. — Ага! Сбегаешь с места преступления! – услышав шорохи сбоку, Минхо успел быстро сориентироваться и схватить ногу Джисона, пока тот старался встать так, чтобы его не было слышно. В итоге Хан чуть не падает, успевая уронить подушку на пол, освобождая руки, и выставить свободную ногу для опоры на полу. Не имея ручной опоры, Джисон полетел вниз, опираясь ладонями на свободные места кровати. Свободные места кровати – по бокам рук Ли Минхо. Джисон, упав, резко задерживает дыхание, приоткрывает рот в испуге, немного радуясь, что его выражение лица сейчас никто не увидит. И тут, неожиданно для самого Хана, его взгляд перемещаются на губы старшего. В голове колоколом бьёт: «слезай!!!», а тело не слушается. Ну вот никак. — Может, слезешь? – кряхтит Минхо, чувствуя половину килограммов от веса Джисона. Тот, тихо "угукнув", пытается слезть, не навредив при этом себе и пострадавшему. Он мнётся, думая, как лучше поставить коленку, чтобы было быстрее и безболезненнее. Хо закатывает глаза и, на ощупь, хватает руку Хана, притягивая себе, обратно. Младший падает всем телом на чужое, успев при этом выставить вторую перед собой, поэтому картина получилась занимательная: Хо лежит на кровати, держа руку Джисона в районе запястья, а тот, в свою очередь, пластом лежит на Минхо. И не знает он, отдёрнуть руку, чтобы избежать неловкости, или вообще поскорее убрать себя с места... Старший действует первым. Свободной рукой нащупывает затылок Джисона и пропускает волосы сквозь свои пальцы. Легонько сжав, притягивает голову ближе к себе. У Хана сердце пропустило удар. Неужели он хочет поцеловать его?! Для Минхо важны чувства дорогих ему людей. Спешка всегда ни к чему, она может, к тому же, только всё испортить. Поэтому, притянув чужое лицо к себе, Минхо своим носом касается чужого. И замирает, закрыв глаза. Джисон, коротко выдохнув, пытается осмыслить происходящее. Это правда с ним происходит? Неужели такой холодный и серьёзный на вид парень будет любить нежные прикосновения? Или может быть Джисон что-то не так понял? В любом случае, он получает дикую дозу адреналина вперемешку с наслаждением. Даже спрашивать ничего не хочется, чтобы не нарушить такой момент. И он не будет. Чтобы было удобнее им обоим, Джисон аккуратно меняет положение: высвободив руку, ложится рядом с Минхо лицом к лицу. Никто из них больше не проронил ни слова.
