Огня для мисс Агнесс

      Я не закричала.       От шока у меня полностью пропал голос, встав в горле вязким комом.       Словно из воздуха Бессмертный вытащил склянку с прозрачной жидкостью, вату, жгут и шприц.       Я еще раз попыталась рвануться в панической попытке сбежать от этого безумца. Кощей даже не отреагировал.       – Что вы делаете? – едва слышно просипела я, чувствуя, что еще немного и забьюсь в неконтролируемой истерике.       Кощей молча присел на край кровати, прямо поверх одеяла, и плеснул на вату из прозрачного флакона.       Я почувствовала явный запах спирта.       А потом широко провел ею по собственной шее. Покосившись в мою сторону, он жутковато усмехнулся и вогнал иглу в собственную вену.       Я не могла отвести взгляд от шприца, наполняющегося темной, практически черной кровью.       Закончив с этим, Кощей встряхнул шприц, несколько раз щелкнул по нему пальцами, отложил в сторону. А потом я почувствовала, как металлические пальцы подняли мою руку.       – Расслабься, Шери, – посоветовал директор с самым садистским видом, перетягивая мою руку жгутом чуть выше локтя и протирая спиртом. – Ты сама во всём этом виновата. Я же предлагал тебе свою помощь? Ты отказалась! И раз ты не хочешь по-хорошему, то придется лечить тебя насильно.       – Не надо... – просипела я с ужасом, не имея возможности даже повернуть голову, чтобы видеть свою руку.       – Надо, Шери, надо! Я ничего плохого с тобой не сделаю, просто введу тебе свою кровь. Сама же видела, насколько быстра моя регенерация, – в голосе засквозило неприкрытое самодовольство. – Вот эта регенерация и поможет тебе восстановить глаз. Но предупреждаю сразу. Будет больно. Очень больно.       – П-почему?! – от ужаса мой мозг полностью отключился, отказываясь воспринимать хоть какую-то информацию.       Кощей глянул на меня как на идиотку.       – Потому, что я бессмертен.       – Нет, – в моем голосе прорезалась истерика, – Пожалуйста, не надо! Это же бред... это...       – Это, – жестко перебил меня Кощей, – единственный способ для тебя вернуть зрение.       – Нет, нет, нет, нет...       – Не отвлекай, – зло рыкнул он.       Тонкая игла вошла в мою руку, минутная боль. Сквозь пелену слез я взглянула в сосредоточенное лицо Кощея.       Отложив пустой шприц, он вновь глянул на меня и, растянув губы в жутком оскале, произнес:       – С новым годом, Шери.       Первое мгновение ничего не происходило, а потом от места укола начал распространяться жар. Секунда понадобилась ему, чтобы вначале стать нестерпимым, а потом превратиться в мучительную боль, выкручивающую каждую клеточку моего тела. Сердце забилось в горле, кости, казалось, плавились. Я завизжала, срывая голос от боли и страха.       Но заклинание крепко держало меня, все так же не позволяя шевелиться. Только дорожки слез на щеках и хрип сорванного криком горла.       Кощей неожиданно провел внутренней частью перчатки по моей щеке, стирая слезы.       – Терпи, Шерити. Твое тело должно выдержать нагрузку.       Вопрос "А что будет, если не выдержит" застрял в горле, подавленный новым хрипом. Всплеск боли походил на волну, с каждым разом становясь все сильнее.       Дышала я быстро и глубоко, казалось, что если дышать так, то вспышки боли станут меньше.       – Нравится смотреть? – выплюнула я в отчаянье.       Кощей не ответил, глядя на меня с полуулыбкой, сцепив пальцы в небрежном жесте. Просто смотрел, и сейчас я всей душой ненавидела его за этот взгляд, за спокойствие, с которым он наблюдал за моей пыткой. Нет, какая-то малая часть меня понимала, что вряд ли он творит это все ради развлечения... но настолько явно наслаждается происходящим, что я ненавидела его еще сильнее.       Боль, казалось, шла по нарастающей, не имея никакого предела, и только то, что я уже сорвала голос, мешало мне захлебываться криками.       Не знаю, боль или я сама сбросила с себя заклинание, но в какой-то момент меня выгнуло на постели так, что кости затрещали. Я попыталась отползти куда-то, сама не понимая куда и зачем, стремясь спрятаться от боли, но тут же тяжелая, холодная рука прижала меня к кровати.       – Лежать, – приказ, который, впрочем, не достиг моего сознания. Я вцепилась в металлическую кисть ногтями в отчаянной попытке причинить боль, вряд ли осознавая, как ломаю их о металл.       Спасительная тьма накрыла сознание после очередного приступа боли, завершив все.

***

      Свет скользнул по лицу, заставив меня поморщиться и уткнуться лицом в подушку, желая еще поспать... а потом замереть, вспомнив все, что происходило ночью, ожидая новой боли.       Ладонь коснулась волос на затылке, мягко погладив.       – Больше больно не будет, Шери.       Я резко дернулась, села, собираясь то ли забиться в угол, то ли начать кричать... и замерла.       Кощей сидел рядом, на краю кровати, чуть насмешливо усмехаясь... мир больше не был плоским.       Я подняла руку, прижав ее к щеке... махнула перед левым глазом, первый раз за месяц увидев свои пальцы, и почувствовала, как глаза наполняются слезами. Всхлипнула, прижав ладони к лицу, понимая, что сейчас разрыдаюсь от облегчения.       – Шери? Ну что ты, глупая... – Кощей аккуратно убрал мои руки от лица, внутренней стороной ладони стирая слезы, – Я ей зрение возвращаю, а она плачет.       – Спасибо... – прошептала я, все еще сидя с полными слез глазами, а потом подалась вперед, обнимая Бессмертного, уткнувшись ему лбом в шею, чувствуя, как он прижимает меня к себе в ответ. Сейчас я готова была простить ему и боль, и свой ужас... да что угодно.       – Спасибо, – повторила я еще раз, отстранившись и вытирая слезы.       – И стоило отказываться?       – Вы вели себя как маньяк, – хихикнула я, сейчас все это казалось таким глупым, – Я испугалась.       – Ну, скажем так, выходка этой лисьей морды меня разозлила...       – Я почувствовала, – снова улыбнулась я, а потом глянула на спящих клубком Тис и Ала, – А...       – Проснутся скоро... где-то через часок заклинание кончится, – пожал плечами Кощей и поднялся. – Спускайся на завтрак... ну, точнее, уже обед.

***

      Внизу было тихо. Почти все разъехались домой, кроме меня сидела только светловолосая девушка-стихийница, уже закончившая поздний завтрак. Мы не особо общались, пожелали друг другу доброго утра, и она ушла к себе... добрым утром было следующие минут десять. Пока из кухни не вышли Кощей с кофе и следом за ним Яга.       Хранительнице хватило взгляда, чтобы она вытаращилась на меня, с грохотом уронив на пол книги, которые несла.       – Ты что с девчонкой творишь, сволочь отмороженная?       – Я ее спас! – огрызнулся Кощей.       – Спа-а-ас?! – прошипела Яга, набрала в грудь воздуха... и началось. Нет, серьезно, я даже не думала, что она может так орать. "Кабель старый" было самым цензурным определением в адрес Кощея, который, кстати, похоже, воспринимал это как утреннее шоу, с удовольствием наблюдая за разъяренной ведьмой. Если вначале у меня еще было желание встрять и сказать, что все нормально... то сейчас я сидела, не рискуя даже громко дышать.       Пять минут спустя вниз спустилась удивленная Вася.       – Мама! Ты чего? Что случилось?       – Что случилось? Посмотри!       – О... боже! Опять? ОПЯТЬ?!       – Вась, все же хорошо...       – Нет! Ты даже не представляешь, насколько все плохо!       Кощей из-за спины Васи только качнул головой, усмехнувшись... Вася заметила... Что ж, если все, что орали две ведьмы про Кощея, было правдой, то я не понимаю, как его вообще пустили к детям... его не взяли бы и в Азкабан, закономерно опасаясь, что он научит плохому пожирателей.       Пошедшие на второй круг обвинения прервала открывшаяся дверь и появившийся на пороге Поттер с глазами по пятаку. В целом я его понимала, так орать на сильнейшего некроманта позволял себе далеко не каждый. Я вообще была удивлена, что Яга за скалку не схватилась.       – Со мной все нормально! – Воспользовавшись тишиной, вставила я. – Я первый раз за месяц проснулась без боли в голове...       – Ох, деточка, – всплеснула руками Яга, – Знаю, знаю, любовь зла, полюбишь и... – Она окинула Кощея ядовитым взглядом, – Но чтобы настолько зла и в такого козла!       – Так, все! Хватит! – рявкнул Кощей. – Мне надоел этот курятник, и выслушивать ваши истерики дальше я не собираюсь.       – А я бы еще послушал! – вздрогнули, мне кажется, все присутствующие.       – Рус, ты давно тут?       – Уже минут двадцать! Про растление малолетних особо интересно было. Что случилось?       – Он влил твоей дочери свою кровь! – прошипела Вася. Я прикрыла глаза, понимая, что вот сейчас начнется реальный апокалипсис...       – Мм... просил же не делать, – к моему удивлению, Рус не меняя интонации пожал плечами, – И как?       – Глаз полностью восстановлен, – довольно сообщил Кощей.       – Тебе что, реально плевать? – Одновременно с ним завизжала Вася. – Или до тебя не дошло? Так повторю еще раз...       Пока Вася объясняла, я задумчиво смотрела в лицо Руслана... вначале у меня было ощущение, что он настолько привык к маске ледяного спокойствия, что вывести его на эмоции почти невозможно, сейчас же... Рус смотрел на Васю с искренним... непониманием. И, похоже, он действительно не видел причин для столь бурной реакции и не понимал, что она от него хочет.       – Так, все! – Щелчок пальцев, и губы Васи склеились. Кощей повернулся к уже открывшей рот Яге и процедил: – Ни звука. Надоели! Обе. Ты че пришел?       Поттер нервно глянул на меня:       – Я... хотел подсказку к испытанию обсудить. – Я мысленно чертыхнулась. Про нее я забыла начисто.       – Агнесс? – Кощей повернулся ко мне.       – На, – я выхватила из воздуха свиток и протянула другу, – Вернусь – поделишься.       – ВСЕ закончили? – лениво уточнил Рус, – Тогда мы уходим.       – Секунду, я за Алом и Тисом! – я поднялась и сбежала к себе, чтобы разбудить животных.       Ал сонно поднял на меня одну из голов, ткнулся носом и попытался лечь спать дальше.       – Хорошее заклинание, – я вздрогнула, Русу, кажется, надоело ждать меня внизу, – Возьми за ошейник, чтобы контакт был. И медведя этого на руки.       Я кивнула. Руслан положил ладонь мне на плечо, и через пару неприятных секунд я сидела на полу дома.       Рус, отдав пару команд домовому, обернулся ко мне, собираясь что-то сказать, но осекся, глядя на мое лицо.       – Что случилось?       – Мне не нравится, что они спят!       Рус сощурился, прижал пальцы к очкам, а потом пожал плечами:       – Все в порядке, заклинание рассеялось, но остаточный эффект еще действует. От него сразу не отходят. Думаю, сегодня они проспят до вечера. Ал, кушать хочешь?       Цербер мгновенно открыл глаза, зевнул, поднялся и потопал к Руслану, всем видом показывая свою преданность, и остановился, уткнувшись лбами в колени.       – Ну, говорю же, нормально все. Степ, покорми его.       – Сами есть идите! – пробурчал домовой, но в миске Ала тут же появилась еда.       Я, успокоившись и благодарно кивнув Русу, потянулась к столу, чтобы налить себе кофе.       Идиллию прервал Кощей. С хлопком появившийся в комнате и ржущий так, что сравнение "как конь" было неприменимо как излишне мягкое.       – Тебе успокоительное кольнуть?! – не выдержал наконец Руслан, – Какого хера ты ржешь как лошадь бешеная??       – Ты не поверишь! – с трудом выдавил Бессмертный.       – Что ты ничего не принимаешь? Верно, не поверю.       – Вася тебе еще не попыталась позвонить? – вместо ответа уточнил Кощей.       – Нет, а должна?       – Должна! – оскалился Бессмертный. – И расскажет тебе она интересную историю о том, как застала меня в спальне с обнаженным героем магической Британии.       Я поперхнулась чаем, вытаращившись на Кощея, сдерживая подступающее иррациональное бешенство. Воздух в комнате, кажется, сгустился... температура упала на несколько градусов.       Чашка в руках Руслана со звоном разлетелась на куски, и я, обернувшись, поежилась от его выражения лица.       – Что, прости? – шипение.       – Вот это темперамент у обоих. Ну, вообщем, прежде чем она опишет это тебе с точки зрения своего мнения... – Кощей отодвинул стул и сел, явно довольный произведенным эффектом. – Я расскажу полную историю. Несс, помнишь, как в тебя Поттер в лесу врубился?       Десять минут спустя я лежала лицом на столе, уже не в силах смеяться. Нет, я могла понять все, но заполучить на задницу клеймо гоблинов и пойти к Бессмертному личу его сводить... ей-богу, вернусь, спрошу, какого колдуна он на хуй послала, чтобы так не повезло.       – Цирк, – сдержанно усмехнулся Руслан. В этот момент висящее на стене зеркало потемнело.       – Спорим, что Вася, – хмыкнул Кощей. Рус только рукой махнул.       – Слушаю.       – Рус, ты лучше сейчас сядь, – протянула Вася очень довольным голосом.       – Сижу, – прижав ладонь к лицу и судорожно вздрагивая от сдерживаемого хохота, просипел Руслан. Я закрыла глаза, Кощей отвернулся...       – Короче, я стала свидетелем одной картины...       Я не помню, кто не выдержал первым, но Васю прервал прямо-таки неприличный гогот.       – Уже в курсе? – с досадой уточнила она, когда мы успокоились.       – Конечно, солнышко, я же знаю, как именно ты расскажешь, – улыбнулся Кощей.       На этом все события дня и закончились.

***

      Меня рывком вырвали из кошмара, и я с вскриком села на кровати... едва не заехав Руслану головой в нос.       – Что случилось? – хриплым от сна голосом спросил он, щурясь в полутьме комнаты. Растрепанный, на щеке отпечаток подушки, под глазами, в лунном свете, выделяются круги. Меня кольнул укол вины за то, что разбудила.       – Н-ничего, – подрагивающим голосом ответила я, трясущейся рукой убирая волосы с глаз, а потом прижимая ее к виску, пытаясь успокоиться, и уже ровнее ответила: – Кошмар приснился.       Опять эта тварь. Жуткое существо, преследующее меня во снах уже больше месяца, снова пришло, но в этот раз я физически чувствовала его ярость.       Рус опустился на край кровати, обнимая меня.       – Расскажи.       Я вздохнула. Крепкие объятия успокаивали, давая ощущение защиты, но были какими-то... неестественными... механическими. Будто Рус знал, что ему надо выполнить алгоритм, и выполнял его... но не больше.       – Да там ничего важного... и... извини, что разбудила. Я не хотела...       Он тихо рассмеялся, я поежилась от этого смеха, пытаясь понять, что он нашел смешного.       – Несси, сны... это отражение твоего сознания. И иногда они несут предостережения или подсказки.       От такой фразы меня передернуло, успокоил, нечего сказать. Не дай бог меня предостерегает, а еще хуже пророчит встречу с... этим.       Дрожь не укрылась от Руслана. Он отстранился, продолжая обнимать меня рукой, и коротко приказал:       – Рассказывай.       Я вздохнула.       – Ну... мне уже месяц снится какой-то монстр...       – Почему сразу не сказала? – перебил он помрачневшим голосом.       "К психиатру не хотела" – едва не ляпнула я, но прикусила язык.       – Думала, что от усталости.       – Что за монстр? Описать сможешь?       – Ну, я его полностью не видела... глаза красные, ярко светятся... сам словно из тумана... ну, точнее, он точно материальный, я это просто знаю, но шерсть будто туман на спине... морда... не знаю, не могу разглядеть... только красные глаза и клыки... и... ну то ли ветки от него вниз... то ли оно как паук...       У меня мороз побежал по коже, когда я описывала его. Алые глаза, пугающие меня уже которую ночь, снова всплыли в памяти.       Он, выслушав меня, замер со странным выражением лица, уставившись куда-то в пространство.       – Даже так, – наконец произнес он, то ли скривившись, то ли усмехнувшись, в темноте спальни было не видно. – Несси...       – Это что-то плохое? – тихо уточнила я, готовясь к худшему.       Вопреки ожиданиям, Руслан снова рассмеялся, будто ему было весело.       – Нет, совсем наоборот. Он хочет познакомиться.       – Кто?! – нервно вскрикнула я.       Какая еще хтонь со мной познакомиться хочет? Зачем? Я против таких знакомств.       Вместо ответа Рус поднялся с кровати:       – Одевайся. Я кое-что тебе покажу.       И развернувшись, ничего не объясняя, вышел из комнаты, в дверях остановившись и добавив: – И собаку лучше не бери. Испугается.       – Ага, попробовала бы я его взять, – пробурчала я, перелезая через бессовестно дрыхнущее животное, которое всем видом показывало, что в доме родном опасности нет, а нарушать свой сон ради моей придури он не собирается. Да и, похоже, заклинание Кощея все еще действовало, вечером я едва вытащила сонного любимца на прогулку.       Быстро стянув пижаму и надев брюки и свитер, я вышла из комнаты. Руслан уже ждал меня, сложив руки на груди. Одет он был точно так же как и я. И на руках снова перчатки. Нет, я понимаю, что он прячет пальцы... но я-то все уже видела.       – Идем.       Путь по коридорам. Остановились мы у незнакомой мне двери. Точнее, дверь была знакомой, но вот что за ней...       – Агнесс, скажи, ты знаешь, что отличает род от просто семьи магов? – спросил он, прикладывая ладонь к вырезанному на двери узору.       – Устойчивая окраска силы и общее направление магии, – ответила я, глядя, как двери распахиваются, открывая темные ступени вниз.       – Верно, – отозвался он, поманив меня за собой в темный ход.       – А у нас есть чем осветить? – уточнила я, отметив отсутствие светильников.       – Есть, – усмехнулся Руслан, – Магия. Серым, таким, светится.       Вокруг нас действительно замелькали всполохи, и стало заметно светлее.       – В первый раз вижу, чтобы магию Смерти использовали для освещения, – обалдело пробормотала я, следя за ступенями.       – Ну, все когда-нибудь бывает впервые, – пожал плечами он, а потом добавил, будто вспомнив, – На самом деле, если использовать голую энергию, то это несложно.       Мы, спустившись где-то на два этажа вниз, остановились у еще одних дверей. Эти выглядели намного более древними, чем предыдущие. Не старыми, а именно древними.       – Есть еще одна черта, которая отличает старый род, – начал Руслан, положив ладонь на дверную ручку. Из нее тут же выползли шипастые стебли роз, которые обвили кисть, прокалывая кожу. По ладони потекли красные капли. Ну да, магия крови. Вряд ли кто-то чужой сможет сюда войти.       – Подчинись мне и впусти меня, ибо я хозяин по праву крови и магии, – жестким, властным голосом приказал Руслан, лицо не изменилось, словно боль была незначительной помехой.       На миг мне показалось, что стебли роз зашипят в его сторону, но они медленно втянулись обратно, а двери щелкнули и распахнулись.       – Так вот, – заходя внутрь, произнес он будто ничего не случилось, все с той же интонацией. Я осмотрелась, слегка приоткрыв рот.       Мы оказались в сводчатом зале, который словно был выдолблен в скале. Грубые стены, пол и теряющийся в каком-то темном тумане потолок – все это выглядело как природный грот, который люди просто облагородили. Все было из какого-то темного матового камня. Светильники, которые вспыхнули едва мы вошли, освещали все неровным, мертвенно-синим светом.       А по центру... что ж, это был алтарь. Круглый, из черного, натертого до блеска камня, который буквально поглощал свет. Сверху на нем была вырезана сложная, многомерная фигура с углублением в центре.       Я очень живо представила, как по ней должна растекаться кровь во время обряда.       – Нас отличает еще один нюанс, – вернул меня в реальность голос. Руслан стоял у камня, закатав рукав свитера и сняв перчатку. В руке тонкий стилет. Я подошла ближе.       – У старого рода есть покровитель. Тот, кто приходит к тебе во снах, зовется Сущ.       Он протянул руку и резанул себе поперек запястья. Кровь потоком хлынула в углубление, действительно растекаясь по линиям, которые по мере наполнения начинали светиться алым.       Когда фигура наполнилась, Руслан убрал руку. Порез на ней начал стягиваться сам собой, безо всяких заклинаний. Ну да... с чего бы магии рода калечить собственных подопечных.       – Явись ко мне, покровитель и защитник. Явись, ибо я хочу говорить с тобой. Явись, ибо властью своей нарек ты меня Старшим. Явись, ибо взываю к тебе своей властью темного и некроманта.       Светильники тут же потускнели. Температура вокруг упала на пару градусов, а по полу заструился туман.       Сизый, плотный... больше похожий на дым. – Не бойся, – тихий, пустой голос из-за спины заставил меня вздрогнуть. – Он не причинит тебе вреда.       А я... я просто видела, как из тумана собирается нечто...       Оно было высоким. Метра два, навскидку. Высоким, но не большим. Тело чуть больше, чем у Алукарда, действительно покрыто длинным, серым мехом, который, казалось, светился сам по себе. Лапы длиннющие, тонкие и черные, покрытые короткой шерсткой. А морда... это было что-то среднее между мордой волка и лисы. Большие, стоячие уши, крепкая морда с небольшим носом... а потом оно распахнуло глаза.       Большие, ярко-красные, светящиеся отнюдь не в переносном смысле, без зрачка.       Оно неестественно наклонило на бок голову и, клацая когтями по полу, подошло ко мне.       – А я все ждал, когда же ты придешь ко мне, Младшая, – звук был... словно одну запись включили на двух устройствах с секундной разницей. Чуть хриплый, тяжелый голос и явный смех в нем.       – Сущ, ты ее напугал, – вот только в голосе Руслана была насмешка, а не забота... даже не насмешка, а откровенное веселье. В голове все больше формировался вопрос: "Что же с ним не так?".       Сущ фыркнул и наклонился ко мне. Одной головой, слегка расставив лапы.       – Красивая. Сильная... хорошая Младшая... что молчишь-то?       – ...Кхм... добрый вечер... наверное... – пробормотала я.       Зверь издал странный, булькающий звук. Смех, дошло до меня.       А он, отсмеявшись, наклонился еще ниже и ткнул носом мне в лоб.       В следующий момент я стояла... в воде. Даже не в воде. На воде. Черная, гладкая как зеркало, без ряби.       Я огляделась. Озеро. Круглое. Берег виден только самый край, а дальше клубится густой, молочный туман.       – Итак, – я вздрогнула, Сущ стоял рядом со мной. – Здравствуй, Агнесс... или мне называть тебя Шерити?       У меня кровь застыла от ужаса. Он знает... Я перевела на него взгляд. Сущность улыбалась, демонстрируя длинные, острые клыки.       Я шагнула назад. Бежать не бросилась исключительно потому, что понимала, насколько это глупо в его мире. К моему удивлению, существо вздохнуло, совсем как расстроенная собака, и покачало головой.       – Не бойся, Шерити... вреда тебе я не причиню.       – Но я же не Агнесс... – тупо напомнила я, сама не понимая, зачем это сделала.       – Но уже и не Шери. Две души, слитые воедино. Ни одна, ни другая, но нечто среднее. Я хорошо чувствую ее в тебе.       Он продолжал говорить, а я хмурилась все больше. С его словами я была совершенно не согласна... вернее, согласилась бы с ними пол года назад. Тогда действительно даже я сама бы сказала, что не понимаю, Шерити я или Агнесс. Но сейчас я четко понимала, кто я. Спорить с Сущем я совершенно не собиралась. Считает, что я и Агнесс одно целое? Да пожалуйста... натравливать на себя благосклонно настроенного покровителя мне совершенно не хотелось.       – А зачем... кошмары? – тихо спросила я. Сущ вздохнул.       – Я не хотел пугать. Ты закрылась... и сознание само деформировало мои попытки в кошмары... А сегодня... ты вернулась домой, и я почувствовал в тебе кровь... этого!       "Этого" Сущ выплюнул с непередаваемой интонацией, звериная морда скривилась как от отвращения.       – Кощея?!       Сущ брезгливо фыркнул, показывая все свое отношение к директору... странно, Кощей с Русланом, вроде бы, очень близки.       – Ты не знаешь основы магии крови, да? – тоскливо спросил Сущ, видимо угадав мои мысли. Я качнула головой. – То же самое, что и с тобой, он проделал и с Русланом...       Дальше Сущ замолчал, явно не собираясь вдаваться в подробности и объяснения. Он вообще напоминал мне чеширского кота. Непонятные советы, фразы...       – А можно нескромный вопрос? – решилась я.       Зверь склонил голову, будто спрашивая.       – Что с Русланом не так? У него с головой вообще все хорошо?! – вырвалось у меня.       Сущ тяжело вздохнул, в алых глазах мелькнула неперекрытая боль и тоска. Я, непроизвольно, подняла руку и коснулась морды существа. Прежде чем поняла, что делаю.       Сущ удивленно глянул на меня, но подставился под поглаживающую ладонь и, все-таки, ответил:       – Нет. Не все хорошо.

***

      Очнулась я на диване в гостиной. Села, протеревшись и осмотрелась. Руслан сидел тут же в кресле, листая папку с красной пометкой "совершенно секретно".       – Поговорили? – не отрываясь спросил он.       – Д-да... интересный... Сущ – это от "сущьность"?       – От "существо", – Рус отложил папку и глянул на меня, сверкнув стеклами очков. В полутьме особенно хорошо было видно, что зрачок левого глаза не реагирует на свет. Сущ так и не сказал мне, что с ним, только качая головой на расспросы и в конце пробурчав что-то вроде "У упыря бессмертного спроси!".       – Понятно, – я зевнула и глянула на часы. Почти пять утра.       – Иди спать, солнышко, – Рус поднялся и погладил меня по голове, слегка растрепав волосы.       – Угу, только Ала выведу... а то он через час поднимет...       Отошедший от заклинания Цербер не выказал никаких претензий ранней прогулкой, да и Тис довольно носился по снегу, безуспешно пытаясь поймать мячик раньше Ала или хотя бы схватить за хвост, так что до кровати я добралась только спустя час.

***

      Утро началось с раздраженного рычания:       – Да потому, что дай поспать! Я лег час назад!       Я мысленно прокляла и Руслана, и тонкие стены, и то, что спальня Руса находится рядом...       – Чем ты ночью-то занимался? – и Кощея тоже.       Дверь я открыла пинком:       – Какого хрена вы орете?!       От моего вопля оба некроманта вздрогнули и, прервав свою перепалку, уставились на меня.       – Дайте поспать!!! – Слишком много спишь!       – Ровно то же просьба, – фыркнул Руслан.       – Оденься... – одновременно с ним попросил Кощей.       – А вы что-то там, к своему возрасту, еще не видели?! – окрысила я и закрыла дверь, так шарахнув ею о косяк, что стекла зазвенели. Глянула на себя в зеркало... шорты и топик, ничего критичного, потом открыла дверь снова и, глянув на Руслана, поздравила:       – С днем рождения!       И снова захлопнула дверь. Мысленно обозвала обоих идиотами, слыша тихий смех из-за двери, и рухнула в кровать, еще услышав в голове: – Ты совсем дура?       В остальном день прошел тихо и спокойно, не считая Руслана, куда-то смотавшегося вечером, бросившего, что будет утром, и ворчавшего на тему его развлечений домового, а еще того, что моя галлюцинация упорно не желала замолкать, доводя меня чуть ли не до нервного тика.       Я только плечами пожала и, надеясь, что завтра в голове станет тише, пошла спать.       Утром я встала уже ближе к двум часам, засидевшись за книгой. Вообще весь мой режим постепенно сдвигался к ночному образу жизни. Руслан сонно поднялся уже ближе к шести часам, и, судя по его виду и тому, как он пил воду, праздник удался... спокойно все было еще около двух часов, пока потемневшее зеркало женским голосом не взмолилось:       – Руслан Александрович, остановите его!!!       – Кощей? – Руслан отставил чай и в очередной раз отправил на пол Тис. Почему-то панда упорно пытался влезть ему на руки, таскал ему клубнику и всячески подставлялся под руку (в этот раз, к моему удивлению, Руслан отказался от перчаток), напрашиваясь на ласку. Честно говоря, меня это злило. Тис был моим питомцем, но при появлении Руслана полностью игнорировал меня.       – Да!       – Странно, вроде не столько он вчера выпил... Трупы есть?       – Динозавр.       Я поперхнулась пирожным, к счастью Ала, роняя его на пол. Руслан вытаращился на зеркало.       – Чего, блять?! Какой еще, на хе... – Он осекся, глядя на меня, и поправил, – Какой еще динозавр?       – Из лондонского музея. Он скелет поднял!       – А там разве не муляж... – вырвалось у меня.       – Видимо, нет... – вздохнул Рус и отодвинул чашку, едва слышно пробормотав: – Почему я вообще этим должен заниматься в свой выходной?! Пусть наши дипломаты с Англией вопросы решают... идиот великовозрастный... – И уже громче добавил: – Несс, одевайся...       Я, вздохнув, взяла себе еще одно пирожное. Злой, Руслан молча, одним глотком допил чай и, что-то крутя на своих часах, направился к себе. Я еще успела услышать злое: – Какого хуя о том, что он поперся в немагический Лондон, я узнаю уже по факту случившегося пиздеца, а?!       Кажется, вечер резко перестал быть томным.       Полчаса спустя я сидела в кресле, уже готовая. Руслан, злой как черт, в темно-сером костюме (очень знакомого покроя, я мысленно присвистнула, прикинув цену), собранными в пучок волосами и в неизменных перчатках появился еще минуты через две. Тис пискнул, пытаясь прыгнуть ему на руки, но я не пустила, отлично видя настроение Руса.       – Несс, идем, – не терпящим возражений тоном приказал Руслан, протянув мне руку. Знакомое неприятное покалывание по коже, и мы снова оказались в избушке.       – Где? – без приветствий спросил Рус.       – В музее, – с каким-то виноватым видом ответила Вася.       – Замечательно, – ядовито процедил Рус. – Просто чудесно, Василиса Премудрая. Решение достойное прозвища!       И прежде чем вспыхнувшая Вася успела оправдаться, с тихим щелчком исчез.       Я нервно осмотрелась, ежась от напряженной атмосферы. Даже Тис притих, ощущая настроение.       – Что случилось? – в тишине спросила я. – Какого еще динозавра убил Кощей?       Вася истерично хихикнула.       – Не убил... поднял. Скелет динозавра в музее...       – Вы как в музее оказались? – вытаращилась на них я. Яга ядовито фыркнула, развернулась и ушла, явно не желая участвовать в нашем театре абсурда. Вася и Поттер отвели глаза. – Рассказывайте!       – Мы в Лондон гулять пошли...       – И меня не позвали?! – перебила я. Вася снова потупилась. – Да кому ты нужна! – я едва не выматерилась в голос, вздрогнув от неожиданности.       – Да просто выбраться хотелось, – вздохнула Вася. Вот забавно. Вроде Вася одна из сильнейших артефакторов, древняя ведьма... а оправдывается передо мной сейчас как провинившаяся подруга. – Сил нет уже в четырех стенах сидеть.       Я глубоко вдохнула, пытаясь унять иррациональное раздражение, и плюхнулась между ними с Поттером.       – И что теперь?       – Ну... нарушение статуса секретности... разрушения... и хрен знает, что нам Англия за это предъявит, – честно ответила Вася.       – Кощею предъявит? – наконец подал голос Поттер, недоверчиво склонив голову.       Вася только тяжело вздохнула. Еще пять минут мы сидели молча. Тишина давила.       – Гарри, что в свитке, кстати? – чтобы хоть как-то отвлечься, спросила я.       Поттер вздрогнул и повернулся ко мне, честно признавшись: – Я его еще не открывал...       – А какого хрена ты его тогда вообще взял?! – зашипела я, найдя выход своему раздражению.       – Я... я...       – Не нарывайся на рифму. Чем ты вообще занимался, кроме как крутил задницей перед Кощеем?       Поттер побелел... потом покраснел... Вася вытаращилась на меня, явно собираясь что-то сказать, когда с хлопком портала в центре комнаты появился Руслан, буквально держащий Кощея за шкирку. Мы замолчали все. Рус, не обращая на нас внимания, швырнул Кощея на ближайшую скамью. И с раздражением крутанув что-то на часах, приказал: – Все, ситуацию под внешнее управление. Память на досмотр. До последней секунды. С остальным пусть их авроры разбираются.       Он говорил что-то еще, а я, сощурившись, смотрела на Кощея. Он подозрительно не реагировал. Вообще ни на что. Присмотревшись, я заметила блеск в волосах на виске... до меня дошло, что это темная, почти черная кровь.       Вася, напряженно, вытянула руку и щелкнула пальцами перед лицом отца.       – Бесполезно, Вась, – коротко и жестко бросил Руслан. – У него мозг в кашу. Даже с его бессмертием на восстановление понадобится не меньше 20 минут.       Рус вытащил из кармана какой-то флакон, легко открыв Кощею рот, влил зеленую, чуть фосфоресцирующую жидкость и точным, профессиональным движением провел по горлу, видимо стимулируя глотательный рефлекс.       – Как ты его успокоил? – продолжала допытываться напряженная Вася.       – Разрывные в голову кого хочешь успокоят, – хмыкнул Рус. – К слову, не хочешь объяснить, почему ты сказала про динозавра, но тактично не сказала о своем фокусе с роботом, а?       Рус стоял, сложив руки на груди, и ядовито улыбался. Очень-очень недоброй, предвкушающей улыбкой, в которой сквозило откровенное удовольствие от ситуации и неприкрытый садизм.       – Дети, спать! – повернулась к нам Вася. Я едва не задохнулась от возмущения, но Рус холодно глянул мне в глаза и кивнул головой на дверь.