Аметистовый лабиринт

      После ухода Нанами, Томоэ сидел, погружённый в абсолютную тишину. Лис не спешил размышлять о случившемся, поскольку это заставило бы его переосмыслить своё отношение к ней. Неприязнь и презрение остались, но в нём начало зарождаться определённое уважение. За последние пятьсот лет лишь немногим из людей удавалось оказать ему хоть какой-то отпор. Однако он продолжал недолюбливать человечество, считая его слабым, беззащитным и неустойчивым.       На краткий миг Томоэ допустил мысль, что мог бы без труда свернуть её хорошенькую шею, и тогда, вместе с девушкой, исчезли бы и все проблемы. Возможно, он сделал бы ей одолжение. Но как потом объясниться с Микаге? Лис состроил недовольную гримасу. Навлечь на себя гнев божества он совсем не стремился, ведь и так находился в чёрном списке большинства богов.       Хуже всего было осознание того, что столкновение с богом войны, Икусагами, было неизбежным. Его взаимоотношения с ним были весьма специфическими. Икусагами был тем самым богом, что отправился на охоту за лисом. В прошлом Томоэ являлся неукротимым и беспощадным ёкаем, чьё имя было на устах у многих. Вместе с королём ёкаев они сеяли страх и трепет, оставаясь неотъемлемой частью легенд и порождая смятение в обоих мирах. В тот период Томоэ был смертельно ранен клинком Икусагами, но смог выжить благодаря Микаге. Став его хранителем, лис потихоньку привыкал к новой жизни, беспрекословно выполняя свои обязанности, однако так и не сумел постичь тайны человеческих сердец.       В конце концов Томоэ решил, что смерть Нанами будет лишь бесполезной тратой времени. Это означало, что ему придётся переступить через свои принципы. Несколько мгновений спустя он потянулся в карман за телефоном и, набрав нужный номер, поднёс его к уху:       — Господин Томоэ? — отозвался женский голос.       — Я полагаю, со всеми формальностями покончено?       — Да, я уже выезжаю к вам с необходимыми документами.       — Хорошо, я жду.       Около десяти минут спустя в дверь постучали.       — Я могу войти?       — Да.       В кабинет вошла Шизука, держа в руках папку.       — Господин Томоэ, всё готово. С завтрашнего дня вы можете посещать школу.       — Как всë прошло?       — Перечень документов был довольно большой, — призналась девушка, поправив очки. — Сложнее всего было сделать паспорт за сравнительно короткое время. Но я смогла подключить насколько нужных людей и решить данную проблему. Заявление на поступление, фотографии и ваши биографические данные я также внесла.       — Спасибо за работу.       Она подошла ближе и положила папку на стол.       — Господин, могу я задать вопрос? — робко спросила.       Томоэ едва заметно кивнул.       — Для чего это всë? Если я лезу не в своё дело, то прощу прощения.       — Микаге повесил на меня эту проблему, — ответил, вздохнув. — К сожалению теперь я должен сопровождать эту девушку повсюду.       — Что-то случилось? Могу я как-то помочь?       — Пока ничего, но через несколько месяцев она превратится в божество и тогда станет настоящей проблемой.       Шизука печально посмотрела на него.       — Кому и зачем это нужно?       — Это можно назвать политической игрой, рокировкой в высших эшелонах власти, но я никогда и не ждал от богов иного сценария. В конечном итоге, всё устремлено к свержению Оокунинуши, и это не сулит ничего благоприятного, особенно для ёкаев. Мир, который мы поддерживаем с богами, существует лишь на бумаге, и без сомнения, заслуга в этом принадлежит Оокунинуши.       Томоэ убрал папку в один из ящиков и встал из-за стола.       — По возможности тоже приглядывай за ней, Шизука.       — Как прикажете, господин, — отозвалась девушка, грациозно склонив голову в почтительном поклоне. — Не желаете ли чего-нибудь ещё? Быть может, это лишь моё воображение, но мне кажется, что вы подавлены. Если вы позволите, я приглашу ту девушку, что вам угодна. Вам следовало бы расслабиться и отдохнуть.       На бледном лице возникло задумчивое выражение.       — Не нужно, я сам отправлюсь туда.       — Как пожелаете.

***

      Следующие несколько часов Томоэ провёл в чайном домике, затерянном в мире ёкаев. Сидя на татами, лис молчаливо потягивал саке в обществе двух коварных девушек-тануки. Те, словно весёлые пташки, щебетали, стараясь завоевать внимание господина-лиса, но завеса его мыслей была занята чем-то особенным. Прикончив пару бутылок, он с удовлетворением прикрыл веки, утонув в блаженном покое.       — Господин Томоэ, — ласково обратилась к нему тануки по имени Сакурако, когда другая девушка покинула комнату. — Могу ли я что-то сделать для вас?       Лисьи уши, которые он скрывал в мире людей, зашевелились. Томоэ приоткрыл глаза, устремив на неё усталый взгляд. Тануки придвинулась ближе и робко коснулась его руки. Под воздействием тусклого света, его глаза блестели, переливаясь от светло-фиолетового до насыщенного пурпурного. То был блеск, завораживающий, ослепительный, но холодный.       Дрожащими руками девушка притянула его к себе, обхватив за шею. Томоэ не шевелился, рассматривая тануки из полуопущенных ресниц. Она легонько коснулась его губ своими. Что-то щёлкнуло внутри него, под рёбрами залегло мимолётное замешательство. Прикосновение к её губам было приятным, но сегодня ему это было не нужно. Томоэ аккуратно отстранился.       — Не нужно, — игриво провёл кончиком большого пальца по её губам.       — Я сделала что-то не так? — удручённо спросила Сакурако.       Томоэ убрал её руки со своей шеи, одарив мимолётным взглядом. Девушка источала печаль. Большие зелёные глаза наполнялись слезами, которые та больше не могла сдерживать. Её облик, искажённый плачем, рождал в нём бурю негодования и презрения. Почему женские слёзы не сотрясали его сердце жалостью? Он и сам не знал. Томоэ ухмыльнулся, провёл рукой по волосам, отводя несколько непокорных прядей с лица.       — Не плачь. Твоё лицо… я ненавижу, когда кто-то плачет.       Лис, слегка покачиваясь, поднялся с татами и направился к выходу. Только он собрался открыть дверь, как краем глаза уловил, что девушка порывисто вскочила со своего места. Совершив несколько стремительных шагов, она обвила его тело руками, мягко прижимаясь к спине. Этот спонтанный жест застал его врасплох.       — Я прошу вас… — захлёбываясь слезами, кричала тануки. — Не уходите, побудьте со мной ещё немного. Я так люблю вас!       Лис молча стоял, погружённый в звуки её всхлипываний и нервно сжимал костяшки пальцев. Сегодня это уже второй случай, когда на него повысили голос. Неожиданно, как вихрь, он повернулся к ней и прижал к стене. На щеках тануки искрились дорожки слёз, губы превратились в тонкую линию.       — Господин Томоэ…       — Почему-то сегодня все решили, что могут испытывать моё терпение. Какая неосмотрительность, ведь я пребываю в очень скверном настроении.       В его низком, бархатном голосе послышались угрожающие нотки. Ошеломлённая, та даже не сопротивлялась, стараясь не встречаться с ним взглядом.       — Мне не нужна твоя любовь, — холодно заявил лис. — Я устал. Чего ты хочешь?       — Я лишь прошу, чтобы вы остались со мной на одну ночь, — шёпотом промолвила Сакурако. — Обещаю, вы не пожалеете об этом.       Томоэ холодно рассмеялся, сверкнув лиловыми глазами.       — Это та любовь, о которой ты только что говорила? Лучше бы честно призналась, что жаждешь переспать со мной, — произнёс, прищурив глаза.— А ты наглая, знаешь ли.       Тануки молча смотрела на него, не в силах что-либо ответить, как вдруг ручка двери скрипнула.       — Ох, простите, я помешала? — послышался другой женский голос. — Я думала эта комната свободна, прошу прощения.       Бросив на Сакурако последний мрачный взгляд, Томоэ отстранился.       — Ничего, я всё равно собирался уходить.       Когда лис скрылся из виду, женщина-тануки прошла в комнату и остановилась возле Сакурако. Её взгляд выражал недовольство и возмущение. Она упёрла руки в боки.       — Сакурако, такое поведение неприемлемо в стенах этого дома, — строго сказала тануки. — Тебя этому учили? Это один из самых давних и почётных гостей, как ты смеешь неподобающе вести себя? Ты должна нести гостям радость и удовольствие, а не лить слёзы и кричать. Это переходит всякие границы!       Сакурако упала на колени, уронив голову в свои ладони и дала волю слезам.       — Простите меня, сестрица Мизутама, я не хотела опозорить наш дом, я… просто… — она запиналась, шмыгая носом. — Когда я только появилась здесь, господин Томоэ сразу же пожелал меня видеть, и я была так счастлива. Но он никогда не прикасался ко мне. Ни тогда, ни сейчас. Почему?       Мизутама горько улыбнулась, покачивая головой.       — Я знаю господина лиса уже несколько веков, — задумчиво сказала женщина. — Его сердце наглухо запечатано, к сожалению ни одна девушка не смогла покорить его. Как бы не было больно, ты должна перестать тешить себя иллюзиями.       — Я хотела провести лишь одну ночь, я не просила взаимных чувств.       — Вероятно тебя недостаточно, чтобы заполнить пустоту внутри его сердца. Сакурако, это первый и последний раз, когда ты позволяешь себе подобное поведение, больше я не буду тебя предупреждать. Не только как девушка этого дома, но и как ёкай ты должна уважительно относится к подобным ему.       — Почему?       Мизутама тяжело вздохнула.       — Низшие ёкаи должны бояться высших и чтить их, так заведено. А теперь прекрати лить слёзы и отправляйся на отдых, на сегодня твоя работа завершена.       — Хорошо, — ответила Сакурако, вытирая мокрые глаза ладонью.

***

      Глубокой ночью Томоэ, погружённый в мрачные размышления, вернулся в свой особняк. В гостиной его встретила Шизука, её растрёпанные волосы говорили о том, что та только что пробудилась ото сна. Зевнув, девушка мягко поприветствовала хозяина.       — Она пришла в себя? — спросил лис, опускаясь на диван.       Потрёскивание углей в камине действовало успокаивающе.       — Спит уже несколько часов.       — Ты узнала, то, что я просил? — спросил, устремив на Шизуку вопросительный взгляд.       — Да. В её классе около двадцати пяти человек. Самые обычные люди.       — Есть кто-то о ком я должен знать?       — Хм, — она задумалась, нахмурив брови. — У Нанами нет друзей, как впрочем и врагов, ну, за исключением её одноклассника — Исобэ. Кажется он досаждает ей, но не думаю, что об этом стоит беспокоиться.       На мгновение вспышка гнева озарила лицо Томоэ.       — Подумать только, чем я вынужден заниматься! — чуть повысив голос, воскликнул он. — Что ещё?       — С этого года к ним перевёлся весьма известный человек, кажется, его зовут Курама.       — И что?       — О нём мало что известно. Популярный, богатый, на сцене выступает в образе «падшего ангела» с большими чёрными крыльями.       — Крыльями? — изумлённо вскинул брови лис. — Он ёкай?       — Не могу сказать наверняка.       — Хорошо, спасибо за работу, дальше разберусь сам. Я иду спать.       — Рада служить. Желаю добрых снов.

***

      Лис проспал всего несколько часов, но чувствовал себя вполне отдохнувшим. Утром он вышел в сад, чтобы освежиться. Восходящее солнце освещало территорию, но его лучи уже практически не грели. Трава и клумбы были покрыты тонким слоем влаги. Свежая прохлада окончательно разбудила его; ветер легонько вздымал платиновые волосы. Постояв так ещё немного, Томоэ вернулся обратно в дом и устроился на диване в гостиной. В его голове вращались разные мысли. Мало того, что лис был вынужден заботиться о жизни наивной школьницы, так ещё и посещать бессмысленные уроки.       Через несколько минут он вернулся в свою комнату, чтобы переодеться. В белоснежной рубашке и тёмных брюках Томоэ выглядел строго и элегантно. На руке мерцали часы, свидетельствующие о больших деньгах.       — Чёрт… — бросив на них взгляд, выругался вслух лис.— Где эту дурочку носит?       Почти вылетев из своей комнаты, спустился на первый этаж. Пройдя в гостиную наткнулся на Шизуку, которая резко вскочила из-за стола.       — Она что ещё не встала? — спросил, сверля девушку недовольным взглядом.       — Я сейчас же разбужу её.       Томоэ выставил перед собой руку.       — Не нужно. Я сам.       Чуть позже, он обнаружил Нанами сладко спящей в своей постели. На мгновение лис замер, наблюдая за ней. Пара тёмных прядей прилипли ко лбу, неровное дыхание и слегка приоткрывшийся рот вызвали у него сдавленный смешок. Он оглянулся по сторонам, отметив, что комната была хорошо обставлена мебелью и вещами; до Нанами она была почти пустой.       Издав раздражённый вздох, Томоэ подошёл ближе к её кровати и с силой потряс девушку за плечи. Она не просыпалась. В голове уже зрело множество идей, способных моментально разбудить Нанами, как её веки дрогнули.       — Ты опаздываешь в школу.       Через несколько мгновений она полностью открыла глаза и с изумлением уставилась на него. Потерев веки, девушка обнаружила, что это не галлюцинация и перед ней действительно стоял Томоэ. Её лицо искривилось, излучая неприязнь.       — Что вам надо? — резко выпалила, откинув от себя одеяло.       — Мне? Ничего, это тебе необходимо получить образование, дурочка. Живо поднимайся с постели.       — Как любезно с вашей стороны.       — У тебя десять минут. Не смей опаздывать даже на секунду. Я буду в саду.       С этими словами Томоэ стремительно покинул комнату. Девушка нервно вздохнула, с досадой отметив, что уснула в школьной форме. Быстро приняв душ, умывшись и собрав волосы в хвост, окинула взглядом полки с одеждой. Затем извлекла из шкафа новую синюю юбку чуть выше колен и поспешно надела её, попутно застёгивая пуговицы на блузке.       Взяв школьную сумку и ветровку, Момозоно задержалась у стола, на котором оставила коробку с телефоном, подаренным Томоэ. Несколько секунд колебалась, брать или оставить; в итоге выскользнула из комнаты без него. Лис, как и обещал, ожидал в её саду, скрестив руки на груди и сверля недовольным взглядом.       — Долго, — раздражённо выпалил он. — Ты такая неорганизованная. Показывай дорогу.       Нанами кивнула. Школа находилась в двадцати минутах от дома Томоэ. В основном они шли молча, каждый думал о своём. Изредка лис уточнял у девушки кое-какие детали, касательно её школьной жизни. Но между ними всё ещë чувствовалось явное напряжение       Однако какое бы раздражение он у неё не вызывал — девушка не могла не отметить, как хорошо Томоэ выглядел в белой рубашке, обтягивающей его торс. Поймав себя на мысли, что откровенно таращилась на него, Момозоно отвела взгляд. В голове не укладывалось, как такой красивый человек мог быть настолько бесцеремонным, грубым и высокомерным. Может это входило в понятие красоты?       — М-м-м… — задумчиво произнесла Нанами, когда они проходили мимо городского парка. — А где же ваши вещи?       — О чём ты? Какие вещи?       — Учебники, тетради и всё такое.       — Зачем они мне? — выгнув бровь дугой, спросил лис.       — Как? Вы отправляетесь в школу, и вам понадобятся учебники. Разве вы никогда не бывали в школе?       Он вздохнул, надеясь, что если проигнорирует её, то та перестанет разговаривать с ним.       — Какой же вы странный, — не унималась Момозоно.       — Держу пари, ты тоже сюда не за знаниями приходишь, — усмехнулся Томоэ, пряча руки в карманы.       — Что вы имеете в виду?       — Я уже говорил об этом ранее: ты жаждешь внимания, словно утопающий глотка воздуха, и в этом множестве идиотов ищешь себе друзей. Следовательно, твои визиты сюда — лишь развлечение.       — Вы говорите так, словно знаете меня, — буркнула девушка.       — Не требуется быть гением, чтобы узнать тебя. И, да, нас не так воспримут, если ты продолжишь обращаться ко мне на «вы».       — Как пожелаешь, — натянув улыбку, процедила Нанами.       — Что я слышу? — он изобразил притворное удивление. — Ты меня слушаешься?       Девушка ничего не ответила, подавляя растущее раздражение в груди. Решив выкинуть его слова из головы, она перевела взгляд на школьный двор. Некоторые ученики стояли у самого входа, бурно обсуждая события, владевшие их вниманием на данный момент. Нанами заметила как что-то изменилось. Сегодня никаких ухмылок, осуждающих взглядов и шуток. Неужели внимание к её личности поубавилось? Или это из-за Томоэ, идущего рядом?       Как только девушка появилась в классе, на неё практически сразу налетела Ари, увлекая в объятия. Момозоно слегка опешила, но мягко обняла её в ответ. Томоэ проигнорировал их и сел на самую дальнюю парту. С такого расстояния он мог моментально заметить внезапное нападение на Нанами, и заодно изучить весь класс.       Занятие началось через несколько минут. Учитель Хиёри представила классу новичка — Томоэ. Как и полагалось, она задала ему пару безобидных вопросов на которые тот отвечал неоднозначно. Женская половина класса была очарована им, даже Арисава заинтересовалась красавцем. Только Нанами не смотрела на него, считая, что узнай они его ближе, не лицезрели бы с таким обожанием. Момозоно без всякого энтузиазма листала учебник. Когда Томоэ вернулся на своё место, учитель принялась рассказывать новый материал.       На всех остальных уроках он либо спал, либо изучал класс. Ребята подходили к нему, желая пообщаться и Нанами поражалась, видя, как легко тот вступал с ними в беседы. Томоэ вёл себя безупречно и, что самое интересное, доброжелательно. Даже парни жаждали поговорить с ним и у него всегда были наготове нужные слова. Его харизма почти целиком и полностью очаровала Ари, которая совсем недавно оказывала знаки внимания Кураме.       Большинство разговоров, которые они вели затрагивали самые обычные темы: его возраст, увлечения, любовные отношения и прочее. Одни ребята делились с ним учебниками, другие обещали провести краткую экскурсию по школе. В целом внезапное появление Томоэ заинтересовало почти всех.       Нанами злилась, но понимала, что они словно с разных миров. Томоэ красивый, богатый, умный и интересный собеседник. Пусть это и притворный интерес, и на самом деле он не имел желания общаться с ними. А она — самая обыкновенная школьница… Но каким бы красивым и богатым он ни был, какое право имел оскорблять её, принижать и вести себя так пренебрежительно? В конце концов девушка отмахнулась от неприятных мыслей, и после третьего урока вместе с Ари направилась в столовую.       — Как тебе наш новенький? Правда хорошенький?       — Даже не знаю, не обратила особого внимания, — лениво отозвалась Момозоно.       — Серьёзно? — изумилась Ари. — Я должна узнать его контактные данные.       Если Нанами что-то и усвоила, так это то, что, если Ари чего-то хотела, лучше не стоять у неё на пути.       — Я думала ты влюблена в Кураму.       — К слову о нём, что-то его не видно, — они подошли к раздаточному столу. Сегодня в столовой было много народу.       — И правда.       Когда подошла их очередь, девушки заказали рис с курицей, лёгкий овощной салат и йогурт. Они расположились у дальнего столика, который никто не занимал. Нанами огляделась по сторонам, заметив, что Томоэ не было поблизости.       «Наверное, школьная еда не достойна его королевского величества», — подумала девушка, разламывая палочки.       — Я думаю по дороге домой расспросить Томоэ с пристрастием, — заявила Ари, активно пережёвывая салат.       — О чём?       — Хочу узнать его номер и встречается ли он с кем-нибудь. В классе он так и не дал ответ на этот вопрос.       — Я могу узнать для тебя, если хочешь.       — Правда?! — завопила рыжевласка.— Здорово. Ты с ним знакома?       — Вроде того, — неохотно призналась Нанами, отпив немного йогурта. — Так получилось, что мы живём вместе.       Тут-то Ари чуть не подавилась, округлив глаза.       — Что? Это тот самый знакомый, у которого ты остановилась?       — Не-а, Томоэ хороший друг того знакомого.       — А-а-а, подожди, а вы случайно не…       Нанами взмахнула руками перед собой.       — Нет-нет, мы не вместе.       — Ты не будешь против, если я заберу его себе?       — Можешь не спрашивать меня об этом, мы не больше, чем знакомые.       Ученики постепенно расходились, столовая пустела.       — Ты странная, Нанами, — протянула рыжевласка, опуская палочки в салат. — Будь я с таким красавцем, да под одной крышей, то времени даром бы не теряла.       — Тогда вынуждена тебя предупредить, что он очень эгоистичный, самодовольный и в целом сложный человек.       Ари пожала плечами.       — Когда для меня это было проблемой?       Обе звонко рассмеялись. Завершив трапезу, девушки отнесли подносы с посудой на место. Покидая столовую, они ещё немного поболтали и направились на оставшиеся уроки. Несколько учеников, включая Томоэ уже находились в классе. Нанами скользнула по нему коротким взглядом и тут же переключилась на других одноклассников. Те весело обсуждали что-то. Девушку так и подмывало узнать, что именно, но внезапно Ари толкнула её локтём в бок.       — Курама явился, — хихикнула подруга.       Нанами обернулась. В дверях действительно стоял Курама, лучезарно улыбаясь. Некоторые ребята встали со своих мест, чтобы поприветствовать его. Парень сообщил, что у него были дела с менеджером и поэтому освободился только к пятому уроку. Он зашагал к своему месту, но приметив Ари и Нанами, остановился.       — Привет, Нанами, Ари, — улыбнулся молодой человек. — Рад вас видеть.       Нанами вздрогнула от неожиданности, не в силах поверить своим ушам. Курама сам обратился к ней; должно быть, это сон, и она вот-вот проснётся.       — Привет, — ответила за двоих Ари.       — Слушайте, у меня через несколько дней будет концерт и я бы хотел пригласить вас обеих. Остались лишние билеты.       Тут даже у Ари челюсть отвисла.       — Конечно, мы непременно придём, — рыжевласка улыбнулась соблазнительной улыбкой. Курама подмигнул ей.       — Отлично, буду ждать.       Он прошёл к своему месту, одарив их ещё одним взглядом. Накама весело затороторила, пока Нанами приходила в себя. В её душе всегда трепетало желание побывать на концерте Курамы, но даже самый доступный билет оставался для неё недосягаемой мечтой. Однако девушки не успели обсудить эту возможность как следует, потому что прозвенел звонок, заставляя обеих занять свои места.       Томоэ прекрасно расслышал финальный диалог и устремил на Кураму внимательный взгляд. В его памяти всплыли слова Шизуки о том, что он — личность известная. «С какой стороны не посмотри, обычный парень со смазливой внешностью и чего они так вопят и сохнут по нему?» — подумал лис, подперев подбородок рукой.       Удивительно, но оставшиеся уроки пролетали незаметно. Но Томоэ не мог избавиться от ощущения томительной скуки: школьные разговоры его угнетали, создавая впечатление, что юные умы слишком просты и ограничены. Запас его вежливости иссякал, но, прикладывая значительные усилия воли, лис держался, чтобы не послать одноклассников куда подальше. Лишь во время большой перемены, предназначенной для обеда и отдыха, он смог выбрался на крышу здания.       Выходя из здания школы, Томоэ направлялся к Нанами, которая стояла вместе с Ари у ворот. Сунув руки в карманы, неспеша приблизился к ним. Заметив его, обе моментально умолкли.       — Идём? — спросил, поворачивая в нужную сторону.       Ари просияла и поспешила догнать его.       — Томоэ может прогуляемся как-нибудь после уроков? — спросила, заглядывая в холодные лиловые глаза.       Нанами шла позади них, молча наблюдая.       — Я занят, извини, — отрезал лис.       — Ну ты же не всегда будешь занят, — не унималась рыжевласка. — Не дашь свой номер? Мы могли бы предварительно списаться.       Томоэ тяжело вздохнул.       — Ладно.       Что-то ёкнуло в груди Нанами. Она широко распахнула глаза, озадаченная его ответом. Девушка была убеждена, что в своей жёсткой манере, парень отмахнётся от Ари, как от очередной назойливой мухи. Но этого не произошло. Он спокойно продиктовал ей своей номер. Момозоно пришла к выводу, что Томоэ обращался со всеми приветливо и вежливо, кроме неё… Это вызывало глубокое отчаяние и гнев. По дороге домой она погрузилась в водоворот своих мыслей, почти забыв о присутствии Ари, пока та не окликнула её и не попрощалась.       Дальше они шли в полном молчании. Нанами изредка поглядывала на Томоэ, но ничего не говорила. Лис ощущал на себе её взгляд, но кажется, ничего не имел против. Позже, когда оба оказались дома, девушка почти молнией влетела в свою комнату. Затем переоделась в домашнюю одежду и уселась на кровать. Что-то происходило, это было очевидно, но понять, что творилось в мыслях такого человека, как Томоэ, было нелегко.       До этого момента Нанами не осознавала, насколько странными казались обстоятельства, в которых она оказалась. Однако сегодняшнее поведение Томоэ заставило еë задуматься о том, что что-то не так. Сначала она лишилась дома, потом почти мгновенно обрела новый. Встретила Томоэ, и тот сразу же показал ей свою нелюбовь, но не выгнал обратно на улицу. А после и вовсе стал ходить вместе с ней в школу. В довесок, общался вежливо и учтиво со всеми, кроме неё.       Вся ситуация выливалась в какое-то смутное пятно и Нанами страстно желала прояснить всё это с Томоэ. Внутри образовалось ощущение, словно она оказалась в этом доме не случайно. Девушка нервно кусала ногти, когда внезапно её взгляд упал на коробку с телефоном. Она встала и приблизилась к столу. Распаковав её, Момозоно осторожно извлекла совершенно новый смартфон. Он был чёрного цвета, гладкий на ощупь, с обширным экраном. У Нанами перехватило дыхание — она всегда мечтала о таком устройстве.       Первая побуждающая мысль была немедленно его включить, но почти мгновенно её осенила другая: таким образом она снова окажется в должниках у Томоэ. Этого ещё не хватало… Охваченная волной негодования, девушка решительно убрала устройство обратно в коробку и вернулась в постель.       «Чёртов Томоэ», — подумала, зарываясь руками в свои волосы.       Затем резко вскочила с кровати, чуть не свалившись при этом. Захватила с собой телефон, выскользнула из комнаты и направилась в комнату Томоэ.