Аметистовый лабиринт

      Томоэ ощутил её присутствие ещё до того, как Нанами поднялась на второй этаж. Её прерывистое дыхание резко выделялось на фоне густой тишины. Лис, растянувшись на кровати и подперев щеку рукой, недовольно уставился на дверь.       «Когда же она постучит?» — промелькнуло в его голове. Томоэ медленно потянулся, зевнул, а в мыслях уже крутились догадки о причине её визита. Любопытство разгоралось в нём с каждой секундой её промедления. И вот, спустя несколько мгновений, раздался тихий стук в дверь.       — Я могу войти? — донёсся дрожащий голос.       Томоэ тяжело вздохнул, как будто сбрасывая с плеч невидимую ношу, и произнёс:       — Входи.       Нанами медленно открыла дверь и переступила порог. Комната встретила её простором, погружённым в полумрак, но при этом излучающим странный, почти мистический уют. Справа возвышалась кровать, на которой, как неподвижная статуя, сидел Томоэ. Два больших окна, затянутые плотными занавесками, казалось, навсегда остались закрытыми для света. Ткань, тёмно-бардовая, как закатное небо, сливалась с постельным бельём, создавая ощущение вечного сумрака. Возможно, именно такой покой искал хозяин этой комнаты.       Слева от Нанами тянулись шкафчики и полки, отливающие золотисто-коричневыми оттенками. На них царил минимализм: шкатулка с загадочным содержимым, аккуратная стопка книг, баночки с травами и благовониями, а также краски и кисти. Её взгляд скользнул к низкому квадратному столику, окружённому большими подушками. На столе стоял небольшой чайник, а рядом — свечи.       — Можно включить свет? — спросила девушка, продолжая осматривать комнату.       Томоэ встал с постели и, пройдя мимо, нащупал выключатель. Мгновение спустя комната озарилась мягким светом. Девушка облегчённо вздохнула. Лис направился к столу и опустился на подушку, жестом приглашая Нанами сесть рядом. Она подошла ближе, положив на стол коробку.       — Я возвращаю вам вот это, — сказала, стараясь вложить в голос как можно больше твёрдости.       — Сядь со мной, — произнёс Томоэ, не отрывая от неё взгляда, отчего по спине пробежал знакомый холодок.       Нанами понимала, что он проигнорирует любые возражения с её стороны, поэтому молча опустилась рядом. Долгие мгновения лис изучал её лицо, а затем его взгляд скользнул к коробке.       — Не понравился? Могу купить другой.       Момозоно прикусила губу, размышляя о том, как деликатно дать понять, что ей от него ничего не нужно.       — Нет, дело не в этом. Просто мне не нужны от вас подарки.       Томоэ рассмеялся; несколько платиновых прядей небрежно упали на бледное лицо, подчёркивая его беззаботную ухмылку.       — Дурочка, это не подарок, — произнёс ровным, почти бесстрастным тоном. — Это всего лишь небольшая услуга. К тому же, разве мы не условились перейти на «ты»?       — Услуга? О чём вы? — спросила, мгновенно поправившись: — То есть, ты…       — Я уже объяснял тебе, — лис слегка наклонив голову. — Так мне будет проще поддерживать с тобой связь. Почему тебя это не устраивает?       Нанами вспомнила, как сегодня он, вежливый и учтивый, вёл беседы в школе, и волна отвращения захлестнула её почти целиком. Не устраивает? Ещё бы! Его поведение абсолютно её не устраивало, особенно потому, что с ней Томоэ вёл себя грубо и бестактно.       — Да, вообще-то кое-что меня беспокоит. Сегодня в школе я заметила, что ты был необычайно дружелюбным со всеми, кто к тебе обращался.       Он прищурился, пытаясь уловить смысл её слов.       — К чему ты клонишь? — спросил, мысленно возвращаясь к прошедшему дню. Без сомнения, Томоэ произвёл приятное впечатление на окружающих, хотя и не прилагал к этому особых усилий.       — Что я хочу сказать? Ты нарочно притворяешься идиотом, или это твоё излюбленное занятие после остроумных шуточек? — рявкнула Нанами, сверкнув тёмными глазами.       Лис нахмурил брови.       — Почему, Томоэ? Почему с ними ты учтив, а со мной — надменен и холоден? С самого начала ты не раз давал понять, как ко мне относишься. Чем я заслужила это?       Он вздохнул, отметив про себя, что, возможно, был излишне добр с её одноклассниками.       — Значит, это тебя беспокоит? — спросил, расплываясь в призрачной улыбке. — Я вёл себя вежливо потому, что не хотел привлекать лишнего внимания. Или, может, ты переживаешь из-за своей подружки?       Нанами не поверила своим ушам. Томоэ уводил разговор в сторону. Она уставилась на него, поймав пронзительный взгляд лиловых глаз. Ей не нравилось всё это — игривые нотки в его голосе, выражение лица, слова.       — Я говорила не об этом! — воскликнула девушка. — Ты что-то скрываешь от меня, ведь так?       Молодой человек продолжал неотрывно сверлить её взглядом, ощущая нарастающее раздражение. Его рука потянулась к коробке, лежащей на столе. Лис постучал по ней указательным пальцем.       — Позволь напомнить тебе, Нанами, — впервые Томоэ назвал её по имени, и это прозвучало как холодный укор, а не как знак близости. — Пока ты живёшь под моей крышей, ты будешь следовать моим указаниям. Если я сказал, что телефон необходим для связи, значит, ты возьмёшь его и прекратишь эти детские выходки.       Она сглотнула ком, застрявший в горле, и отвела взгляд, чувствуя, как сердце сжималось от бессилия. Нанами уже начинала привыкать к тому, как ловко тот ускользал от её вопросов, оставляя их без ответа. С чего она взяла, что на этот раз будет иначе? Томоэ смотрел на неё с тем же равнодушием, ожидая покорного согласия.       — Если я обязана беспрекословно исполнять всё, что ты велишь, то я вправе знать то, что ты от меня скрываешь.       Изящные брови взметнулись вверх, озарённые тенью изумления. Он явно недооценил её.       — По-твоему, я что-то скрываю? Любопытно, что же?       Уголки губ Нанами дрогнули в горькой улыбке. Она опустила взгляд на свои ладони, ощутив, как те стали влажными.       — Слушай, сначала мне казалось, что это чистое везение, — произнесла девушка, не отрывая взгляда от своих рук. — То, что я оказалась в этом доме, то, что встретила Микаге именно тогда, когда всё в моей жизни разрушилось. Я думала, что смогу использовать этот шанс, чтобы достичь своих целей. Но теперь… я не уверена. Ведь я не случайно оказалась здесь, правда?       Она замолчала, подбирая нужные слова. Через несколько мгновений, Нанами вздохнула и продолжила:       — Когда я встретила тебя, ты сразу же возненавидел меня. Ты насмехался надо мной и требовал, чтобы я держалась от тебя подальше. Мне казалось, что ты был искренен в этом чувстве, пока не заявил, что собираешься учиться вместе со мной. Разве ты склонен менять свои решения так внезапно?       — Ты выдумываешь, — бесстрастно заявил Томоэ. — Ненависть — чувство сложное и глубокое. Люди легко бросаются словами о ненависти, но редко испытывают её по-настоящему.       — Возможно, ты прав. Но я уверена, что ты терпеть меня не можешь и ни за что не стал бы учиться со мной в одном классе. Что происходит, Томоэ?       В аметистовых глазах вспыхнуло нечто опасное, дикое и, возможно, тревожное одновременно.       — Думаешь, мир вращается вокруг тебя? — процедил, окинув её презрительным взглядом. — Всё это лишь забава, не более. Весело наблюдать за тобой, когда я тактичен и дружелюбен со всеми, кроме тебя. Я хотел, чтобы ты почувствовала разницу, и ты её почувствовала. Мне нравится выводить тебя из равновесия. Нравится видеть, как ты терзаешься сомнениями.       Её щёки вспыхнули. Услышать такое она никак не ожидала. Все слова, что крутились на языке, мгновенно испарились из головы. Нанами попыталась придать лицу нейтральное выражение, но, судя по сухому смешку Томоэ, получилось не слишком убедительно.       — Ты ничего обо мне не знаешь, — продолжил лис, не сводя с неё глаз. — А я знаю о тебе всё, что мне нужно, чтобы понять, кто ты такая. Как я уже говорил, для этого не требуется быть гением.       В воздухе повисло напряжение, густое и тяжёлое. Томоэ чувствовал, как эта тайна, как тень, нависала над ними. Он понимал, что рано или поздно правда откроется. Но сейчас всё, что мог, — это уклоняться от ответов. Лгать было неприятно, но лис сомневался, что эта хрупкая, наивная простушка смогла бы остаться прежней, узнав правду о нём и о себе самой.       — Я могу признать, что был несколько несправедлив к тебе, — его голос прозвучал чуть мягче, но всё ещё холодно. — Твоя жизнь действительно оставляет желать лучшего, я это понимаю. Но ты пришла в мой дом и заявила, что собираешься здесь жить. Ты хоть на мгновение задумалась о моих чувствах?       Нанами вздрогнула. Кончики её ушей заалели, сердце забилось с бешеной силой. Этого не хотелось признавать, но он был прав. Она так погрузилась в свои собственные переживания, что даже не подумала о том, как её переезд отразится на Томоэ. В тот день проблемы казались ей всепоглощающими, и девушка не удосужилась даже подумать о том, хотел ли Томоэ её присутствия. С пугающей ясностью до неё дошло, что отчасти она сама виновата в его холодном и презрительном отношении к ней.       — Тебя пригласил Микаге, но хозяин этого дома — я, — настойчиво продолжал Томоэ, прислушиваясь к её учащённому сердцебиению. — С твоей стороны было крайне невежливо не спросить моего разрешения.       — Ты прав, Томоэ, — тонкий, как шёлковая нить, голос Нанами слился с его низким и бархатным тембром. — Я действительно не подумала об этом. Прости меня…       Лис замер, устремив на неё пристальный взгляд. На несколько мгновений он погрузился в созерцание её образа, в котором теперь пульсировали искреннее раскаяние и глубокая печаль. Нанами опустила голову; тёмные пряди её волос, словно вуаль, скрыли лицо. Услышав прерывистое дыхание, Томоэ смягчил взгляд. Её извинение и попытка понять его чувства стали для него неожиданностью.       — Хорошо, я прощу тебя, но только в этот раз.       — Правда? — прошептала Момозоно, подняв глаза и пытаясь уловить в его взгляде хотя бы тень привычного недовольства.       Но в лиловых глазах не было ни гнева, ни отвращения. Лишь спокойствие, редкое и неожиданное. Для человека, чьё обычное состояние — раздражение и резкость, эта мягкость казалась почти чудом.       — Конечно, — он протянул руку и коснулся её щеки, осторожно смахнув пару слезинок. — Не плачь. От этого мне становится не по себе.       Нанами была приятно удивлена. В его словах и поступках проступила неожиданная мягкость. Возможно, и она была несправедлива к нему, поспешив счесть эгоистом. Глядя на Томоэ теперь, девушка не испытывала желания убраться как можно дальше. И искренне надеялась, что это не притворство, иначе Нанами окончательно перестанет понимать что-либо.       — Знаешь, — на девичьем лице появилась робкая улыбка. — С тобой было бы приятно общаться, если бы ты всегда был таким.       — Каким таким?       — Хм… — задумалась, подбирая слова. — Добрым… и, возможно, нежным?       — Нежным? — спросил лис, изящно изогнув бровь.       Нанами кивнула в ответ, пытаясь уловить в аметистовых глазах тень неодобрения, но, казалось, её слова не вызвали в Томоэ ни гнева, ни раздражения.       — Нежным я могу быть лишь в исключительных случаях, — произнёс, пристально всматриваясь в её лицо. — Например, в постели. Если, конечно, меня об этом попросят.       «Замечательно. Опять эти похабные шуточки в моём присутствии», — подумала Нанами, нервно потирая переносицу и избегая его взгляда. Томоэ не упустил её смущения. На его губах мелькнула лёгкая усмешка.       — Тебя смущает даже слово «постель»? — спросил с искренним удивлением. — Ты слишком юная.       Момозоно обиженно отвернулась, вызвав у Томоэ очередной смешок. Она по-прежнему казалась ему забавной и немного глуповатой, но сегодня он взглянул на неё по-другому. Девушка нашла в себе силы извиниться, и это пробудило в нём определённое уважение. Прикрыв глаза рукой, Томоэ тихо вздохнул. Через мгновение до него донеслось бурчание.       «Поразительно, я совсем забыл, что людям жизненно необходимо есть», — подумал лис, закатив глаза.       Нанами неловко заёрзала на месте. Лишь сейчас она осознала, как сильно болел её живот, действуя на нервы.       — Пожалуй, я пойду, — пролепетала девушка, неуверенно проводя рукой по волосам. — Я и так отняла у тебя время своей болтовнёй.       — Я мог бы выпить с тобой кофе, если хочешь.       Уголки её губ дрогнули, на миг озарившись тонкой улыбкой. Это был бы хороший шанс узнать его поближе, но Нанами вежливо отказалась. Сегодня Томоэ был добр к ней, однако временами в его взгляде мелькали искры гнева. Это пугало. Настойчивый голосок в голове напоминал, что они не друзья, и ей стоит быть настороже. Казалось, отказ ничуть не смутил Томоэ.       — Тогда не стану тебя задерживать. И забери его, — он указал взглядом на коробку. — Я больше не потерплю возражений по этому поводу.       — Я верну тебе деньги, обещаю.       Лис закатил глаза, вновь поражаясь её глупости.       — Я уже вбил свой номер в твои контакты. Если что, ты можешь мне звонить.       Нанами кивнула, после чего Томоэ протянул ей коробку, затем проводил девушку до порога и пожелал спокойной ночи. Когда дверь закрылась, Момозоно ощутила странную неоднозначность. Её разум пытался осмыслить происходящее, но она так и не пришла к чему-то конкретному. Поужинав и приняв душ, Нанами подошла к окну и заметила, как стремительно наступила ночь. Тени сегодня казались особенно загадочными, будто хранящими тайны, недоступные дневному свету. Позволив себе ещё немного полюбоваться бархатным полотном, она погасила свет и нырнула в постель.

***

      Несколько дней спустя Нанами копалась в гардеробе, подбирая тёплую одежду. Сегодня она пообещала Ари отправиться по магазинам. Мысль о шопинге приятно согревала душу, хотя девушка и не планировала ничего покупать. За считанные минуты она переоделась в джинсы и бежевую водолазку, а затем собрала волосы в высокий хвост. Выходя из комнаты, взяла сумочку и телефон. Пересекая гостиную, заметила Томоэ, сидящего на диване и остановилась. На его коленях лежал ноутбук, а сам он задумчиво смотрел на огонь в камине. Мелькнула мысль спросить, о чём тот думал, но девушка быстро отмахнулась от неё.       — Мы с Ари собираемся пройтись по магазинам. Вернусь поздно.       — Хорошо, — отозвался лис, отрывая взгляд от камина и переводя его на экран ноутбука. — Если хочешь, я могу попросить Шизуку сопроводить тебя.       — Нет, спасибо, не стоит, — с лёгкой улыбкой поблагодарила девушка, натягивая куртку. — Чем ты занят?       — Работаю.       Челюсть Нанами слегка отвисла.       — Серьёзно?       — Представь себе, — он закатил глаза. — Деньги, как ни крути, с неба не падают. Кстати, не забудь взять зонт. Погода сегодня отвратительная.       — Томоэ, неужели ты беспокоишься?       — Естественно. Если ты промокнешь под дождём, тут же заболеешь, перестанешь ходить в школу, пропустишь материал, и угадай, кому потом придётся с тобой возиться? А учитывая, что ты не слишком сообразительна… Нет уж, такой радости мне не надо.       — Спасибо за заботу, — мягко рассмеялась Нанами. — Знаешь, я мечтаю о том дне, когда ты научишься выражать её без колкостей.       — Мечты должны быть реальными и достижимыми.       Девушка покачала головой, одёргивая воротник своей куртки вверх, чтобы спрятать за ним лёгкую улыбку. Она намеревалась сказать ему что-то ещё, но в этот момент в гостиной появилась Шизука:       — И что вам дома не сидится? — спросила девушка, протягивая Нанами зонт.       — Спасибо.       Попрощавшись с Томоэ и Шизукой, Момозоно вышла из дома. Ей не пришлось ждать долго. Мгновение — и она уже сидела рядом с Ари в дорогом автомобиле. Девушки обменялись улыбками, и рыжевласка назвала адрес. Они ехали в тишине, предвкушая предстоящий шопинг. Нанами смотрела в окно, погружаясь в размышления о последних событиях. Если задуматься, кое-что изменилось.       В основном, конечно, всё оставалось прежним, но её отношения с Томоэ уже не казались такими враждебными, какими были поначалу. Они не стали задушевными друзьями, но и не были врагами. Являлись чем-то средним. Знакомыми? Нанами прикрыла веки, вздохнула и снова открыла глаза. Да, Томоэ всё ещё оставался холодным, но в нём появилось что-то новое. Лёгкая теплота в смехе. Слова прощения. И та нежность, с которой он стирал с её щёк слёзы. Что это было? Он даже предложил выпить с ней кофе…       «Нет, нет, нет, хватит об этом думать!»       Никакой искренности, никакой нежности не было. Чем больше Нанами думала, тем сильнее убеждала себя, что всё это — лишь иллюзия. Томоэ просто забавлялся, играя роль, которую она не могла понять.       Из глубоких раздумий её вырвала Ари, сообщив, что они прибыли. Через несколько мгновений девушки оказались в огромном торговом комплексе, вздымающемся на пять этажей. Его архитектура поражала воображение: стены, словно сотканные из стекла, открывали вид на всё, что происходило снаружи. Атмосфера света и простора окутала подруг. Лица озарилясь восторженными улыбками, пока они скользили мимо витрин магазинов. Когда свернули в отдел косметики, Ари внезапно остановилась. Нанами вопросительно приподняла бровь.       — Что случилось?       — Совсем из головы вылетело, — ответила рыжевласка, лихорадочно роясь в сумке. — Я пригласила к нам нашу одноклассницу.       — Кого именно?       — Кей, — она достала телефон и быстро набрала сообщение. — Вы, кажется, неплохо общались. Оказалось, её сегодня бросил парень, и я решила позвать её с нами. Ты ведь не против?       Нанами пожала плечами.       — Почему бы и нет.       Накама довольно улыбнулась и убрала телефон обратно в сумку. Они переходили из одного магазина в другой, изучая новые товары и фасоны. Через полчаса девушки зашли в последний магазин. Ари примеряла одно платье за другим, не сдерживаемая ценниками, поскольку её финансовые возможности позволяли ей не задумываться о стоимости. Подруга даже предложила купить что-нибудь Нанами, но та вежливо отказалась. Когда Ари вышла в последнем наряде, у Нанами захватило дух. Платье было поистине великолепным: бежевого оттенка, изящно расшитое золотистыми узорами по бокам, с длиной, чуть прикрывающей колени.       — Что скажешь? — улыбалась подруга, кружась перед зеркалом.       — Хорошее платье, — подтвердила Момозоно. — Ты в нём хочешь пойти на концерт Курамы?       — Ну да, что думаешь это слишком?       — Типа того.       Ари лёгким движением руки отмахнулась от неё, будто бы та ничего не смыслила в платьях. Нанами не стала настаивать. Рыжевласка расплатилась и предложила заглянуть в её любимое кафе, где, по её словам, их уже ожидала Кей. Спустя несколько минут девушки спустились на два этажа вниз и вошли в уютное заведение. Кей, заметив их, приветливо помахала рукой и жестом пригласила к своему столику.       — Привет, — поздоровалась, наблюдая, как девушки усаживались рядом. — Купили всё, что нужно?       — Видела бы ты моё платье, — с гордостью произнесла Ари. — Это новое оружие, способное сразить мужчин наповал.       Нанами усмехнулась, открывая меню. Кей Уэшима, их одноклассница, была довольно милой и приятной девушкой. Её длинные волосы, на пару тонов светлее ярко-рыжих локонов Ари, отливали мягким блеском. Зелёные глаза перекликались с тем же изумрудным оттенком, что и у рыжевласки. Только если приглядеться можно было заметить едва уловимые коричневые крапинки в их глубине.       — Что будете заказывать? — спросила Ари, увлечённо разглядывая страницу с десертами.       — Пожалуй, возьму ванильное мороженое с шоколадным сиропом и кофе, — ответила Нанами.       — Отличная идея, — подхватила Кей. — Я бы тоже выпила что-нибудь горячее.       Ари дольше всех изучала меню, её взгляд скользил от одного лакомства к другому, словно девушка выбирала не просто десерт, а произведение искусства.       — Я возьму зелёный чай и моти с шоколадной начинкой, — спустя пару минут определилась Накама и жестом подозвала официанта.       Приняв заказ, молодой человек попросил немного подождать и улыбнувшись, удалился. Нанами огляделась по сторонам, отметив, что в кафе почти никого не было, и окончательно расслабилась. Кей достала телефон, её пальцы быстро заскользили по экрану, и только лишь Ари казалась чем-то подавленной.       — Девочки, — обратилась к ним рыжевласка, — я не знаю, что мне делать.       Нанами и Кей устремили на неё свои взгляды. Ари, всегда энергичная и жизнерадостная, сейчас казалась совсем не собой, и это заставило подруг насторожиться.       — Кажется, я влюбилась в Томоэ.       На их лицах мелькнуло удивление, но быстро сменилось облегчением. Нанами вздохнула, покачав головой с лёгким неодобрением.       — Ты нас напугала… — первой заговорила Кей, возвращаясь к телефону, — я думала, случилось что-то серьёзное.       Ари нахмурилась, бросив на неё укоризненный взгляд.       — Это серьёзно!       Трудно было сказать, что именно испытывала Нанами по этому поводу. Честно говоря, она никогда не сталкивалась с подобными чувствами, чтобы раздавать советы. Из них троих самой осведомлённой в таких вопросах была Ари, но сейчас эти чувства, казалось, действительно терзали её, и она не знала, что с ними делать. Нанами стало грустно, глядя на то, как подруга мучилась внутри, ведь её избранник был человеком весьма неоднозначным.       — Что мне делать, Нанами? — спросила Ари, её голос дрожал. — С того дня, как он дал мне свой номер, мы так и не сблизились, обмениваясь лишь формальными приветствиями. Он не выходит у меня из головы.       Момозоно вздохнула, печально улыбнувшись подруге.       — Я же предупреждала тебя, — цыкнув языком, произнесла она. — Он холодный и сложный человек. Тебе же нравился Курама? Он довольно открытый и симпатичный. Почему бы тебе не обратить на него внимание?       — Курама? — переспросила Кей, убирая мобильник. — Ты это серьёзно? Тебе нравятся парни, которые проводят у зеркала больше времени, чем ты? Он через чур смазливый.       Нанами уже собиралась открыть рот, чтобы возразить, как её прервал официант. Молодой человек с лёгкой улыбкой поставил заказ на стол, пожелав приятного аппетита.       — Боюсь даже представить, какие парни нравятся Кей, — рассмеялась Ари, откусив кусочек моти.       — Самые обычные, — сдержанно ответила подруга.       — Значит, Томоэ тебя не впечатлил? — спросила Нанами, отхлебнув из чашки ароматного кофе.       — Эй, — слегка возмутилась Кей, — вы чего на меня накинулись? Я просто высказала своё мнение. Что касается Томоэ, он, конечно, симпатичный, но я не строю иллюзий.       — В каком смысле? — почерпнув ложку мороженого, с любопытством спросила Момозоно.       — В том самом. Вы вообще видели его? Он выглядит так, будто только что покинул изысканный званый ужин, где собрались сливки общества. А теперь представьте меня рядом с ним. Это просто невообразимо.       — Ты мыслишь слишком узко, — пробурчала Ари, — Ты прекрасна.       Кей смущённо отвела взгляд, а Нанами поспешила перевести тему.       — Так что будем делать с твоими чувствами к Томоэ?       — Я не знаю, как его заинтересовать. Может, пригласить куда-нибудь? — предложила Ари.       Уэшима нахмурилась, отодвигая в сторону пустую креманку.       — Вряд ли это его заинтересует.       — Почему? — удивилась рыжевласка.       — Потому что он не школьник из средних классов, с которым ходят в кино и держатся за руки.       Нанами отправила ещё один кусочек мороженого в рот, переводя взгляд с одной подруги на другую.       — Если подумать, то Кей права. Кажется, его интересуют вещи посерьёзнее.       — Вот именно.       — Вы что, говорите о том, о чём я думаю? — спросила Ари, не веря своим ушам.       — Затащи его в кровать, — хихикнула Кей. — Глядишь, и все твои гормоны успокоятся, любовь пройдёт, и всё такое.       Нанами вспыхнула румянцем до самых кончиков ушей, в то время как Ари, недоумённо хлопая ресницами, смотрела на Кей.       — Ты что, ко всем парням с такой логикой подходишь? — фыркнула рыжевласка. — Сомневаюсь, что Томоэ это понравится.       Кей повела плечом, убирая волосы за ухо.       — Нет, я просто предложила один из вариантов. Других идей, в конце концов, всё равно нет.       — Чушь несусветная, — проворчала Ари. — А кто даст гарантию, что он потом не сбежит, решив, что я очередная легкодоступная девица?       — Да какая разница, что он подумает? Все они одинаковые — рано или поздно бросят. Непостоянство у них в крови.       Нанами побледнела, как мел, слушая их перепалку, но не нашла в себе смелости вставить своё слово.       — А я считаю, что уважающая себя девушка не должна вести себя подобным образом. В ней должна быть загадка, изюминка, — произнесла рыжевласка с лёгким упрёком.       Кей вздохнула, откидываясь на спинку стула.       — Ари, ты серьёзно веришь в эту чушь? — её голос звенел иронией. — Не станет он играть в твои тайки-угадайки. Если жаждешь любви и сопливой романтики — ищи другого.       — Откуда ты всё это знаешь? — с лёгким недоверием в голосе спросила Нанами.       — У меня есть кое-какой опыт в общении с парнями. С одним из них я вчера рассталась, — ответила Уэшима, её голос звучал спокойно, но с едва уловимой горечью.       — Прости, — виновато улыбнулась Момозоно. — Давайте лучше обсудим что-нибудь другое?       — Как скажешь.       Ари, чувствуя лёгкую неловкость, рассеянно устремила взгляд в окно. Нанами и Кей, стараясь отвлечься, принялись обсуждать лакомства, которые только что доели. Вечер постепенно обретал спокойный ритм, и даже Ари, поначалу молчаливая, начала вливаться в разговор. Чуть позже девочки оплатили заказ и покинули кафе. Поднимаясь этажом выше, троица решила зайти в фотостудию, чтобы сделать несколько памятных снимков. Рыжевласка моментально вернулась в свою стихию, засыпав Нанами и Кей предложениями о позах и реквизите.       В студии их встретил дружелюбный фотограф с мягкой улыбкой, излучающей обаяние. Он терпеливо выслушал задумки Ари, кивая и ловко фиксируя идеи в своем блокноте. Нанами, слегка смущаясь от яркого света софитов, ближе прижалась к Кей. Рыжевласка, окутанная духом веселья, уже примеряла забавный колпак с помпоном, подмигивая подругам. Пространство студии, пронизанное атмосферой творчества и ожидания, переливалось яркими цветами фонов, сменяясь один за другим, обещая уникальные и незабываемые кадры.       Фотограф, словно дирижёр, руководил процессом, осторожно поправляя пряди волос, выставляя свет и подбадривая девочек. Сначала они веселились, рисуя на лицах причудливые гримасы и обнимались, затем перешли к более серьёзным позам, стремясь запечатлеть в своих глазах лёгкость и беззаботность юности. Ари, наполненная вдохновением, не уставала предлагать новые сценарии. После часа съёмок, уставшие, но довольные, подруги выбрались из фотостудии. Фотограф пообещал прислать снимки обработанными уже через несколько дней.       — Пора домой, — сказала Кей, когда они проходили мимо продуктового магазина. — Хоть завтра и выходные, я планирую хорошенько выспаться.       Девушки переглянулись и согласно кивнули. Водитель Ари отвёз всех по домам. Прощаясь с подругами, Нанами почувствовала, что отлично провела время, и неспеша зашагала по дорожке к дому. Зайдя внутрь, она аккуратно положила зонт на тумбочку и сняла верхнюю одежду. Проходя мимо гостиной, заметила, что Томоэ там уже не было.