Аметистовый лабиринт

Его руки, ещё до недавнего ласковые, теперь, словно обезумев, неистово срывали с неё платье, стремясь высвободить из плена ткани саму квинтэссенцию её желания. В ответ она торопливо расстёгивала пуговицы его рубашки, трепетно скользя пальцами по упругой, прохладной коже. Томоэ отстранился на мгновение, его взгляд с обожанием задержался на девушке. В нём странным образом сочетались дикость и трогательная мягкость. Затем его пальцы нежно сомкнулись на её щиколотке, и он осыпал кожу лёгкими, едва ощутимыми поцелуями. Нанами прерывисто выдохнула, ощутив волну нарастающего желания внизу живота. Она содрогнулась, когда его прохладные губы коснулись внутренней стороны бедра, и замерла в предвкушении. — Твои ноги… — прохрипел лис дрожащим от возбуждения голосом. Каждое его слово, казалось, обжигало воздух. Порция новых поцелуев градом осыпались на кожу, отчего она на секунду блаженно сомкнула глаза. — Сводят меня с ума… Приподнявшись на локтях, Нанами чуть подалась вперёд, и Томоэ мгновенно понял её желание. Он приблизился, накрывая её губы своими в горячем поцелуе, одновременно высвобождая шпильку из её волос. Прикосновение его языка к её моментально вызвало волну трепета, от которой по спине побежали мурашки. Тёмный шёлк её волос рассыпался по плечам, подобно ночному водопаду. Томоэ продолжал свои ласки, опускаясь ниже, оставляя пылкие поцелуи на шее, ключицах и груди. Она выгнулась дугой, когда его влажный язык коснулся твёрдого соска, нежно всасывая и лаская его. Дыхание участилось, превратившись в прерывистый шёпот. Он плавно перешёл к другому, обхватывая его губами и слегка оттягивая в сторону. — О боже… — простонала девушка, и волна восхитительной боли, как расплавленное золото, затопила её тело, разливаясь с головокружительной скоростью. Услышав учащённое биение её сердца, Томоэ с довольной усмешкой оторвался от груди, оставляя за собой пылающую дорожку поцелуев. Он спускался ниже, исследуя каждый изгиб, каждый сантиметр её податливой кожи. Достигнув живота, он осыпал его нежными, игривыми укусами, и, слегка отстранившись, прошептал, впиваясь взглядом в карие глаза: — Хочешь, чтобы я доставил тебе удовольствие? Нанами томно простонала в ответ, и это было красноречивее любых слов. Его пальцы скользнули ниже, едва касаясь центра её возбуждения. Она шумно сглотнула слюну, предвкушая его мягкие губы, влажный язык и горячий рот на своём клиторе. В прошлый раз это было восхитительно и сейчас её душа отчаянно жаждала повторения тех неописуемых ощущений. Для удобства девушки, Томоэ осторожно поместил подушку под её поясницу, слегка приподняв её бёдра. Избавившись от нижнего белья, он развёл её ноги в сторону и мягко коснулся пальцами пылающей плоти. Кожа под ними трепетала, а ощутимая влажность сводила его с ума. — Моя нетерпеливая девочка, — вкрадчиво произнёс лис, размазывая влагу по половым губам, затем склонился, невесомо целуя девушку в бедро, заставляя её испустить судорожный вздох наслаждения. Скользя губами выше, Томоэ нежно облизал клитор, отчего из её горла вырвался приглушенный стон. Он помнил, как сильно ей это нравилось, как она буквально растекалась и таяла от его прикосновений, и сейчас лис хотел добиться от неё того же, если не большего. Он и сам был охвачен крышесносным и безумным возбуждением, просто наблюдая за тем, как дрожало её тело, как она стонала, выкрикивая его имя, и умоляла не останавливаться. Движения его языка стали более интенсивными; он подключил рот и губы, нежно захватывая ими чувствительную зону. Нанами нетерпеливо всхлипнула, несколько раз подавшись навстречу его рту, но Томоэ не собирался спешить с удовлетворением её желаний. Он намеревался преподать ей урок, используя самый изобретательный подход, чтобы Нанами навсегда осознала свою принадлежность только ему и то, что лишь он один способен подарить ей подобные ощущения. Томоэ медленно и мучительно ласкал её влажное лоно языком, затем отпрянул, но лишь на мгновение, чтобы закинуть её ноги себе на плечи. На его лице промелькнула довольная усмешка, когда он заметил лёгкий румянец на щеках Нанами и её полуприкрытые веки. Представшая картина вызвала восхищение. Обнаженная девушка была неотразима. Она замерла, предчувствуя продолжение ласк, и её ожидания оправдались. Томоэ вернулся к своим действиям, но теперь с удвоенной отдачей. Его пальцы скользили по её бёдрам, слегка сжимая их, в то время как язык нежно ласкал половые губы и клитор. Нанами откинула голову назад, захлёбываясь в собственных стонах и ощущениях. Убедившись, что девушка достаточно возбуждена, Томоэ медленно и осторожно проник языком внутрь, вызвав бурный взрыв наслаждения. В какой-то момент, её руки вцепились в его волосы, пытаясь притянуть его ближе, требуя большего. Томоэ подчинился, усиливая давление. Его язык вновь коснулся клитора, обводя его контуры, но избегая прямого контакта с чувствительной головкой, что вызывало у Нанами разочарованное рычание, поскольку она находилась на пике возбуждения. Её протесты нисколько не изменили его намерений, Томоэ продолжал в том же ритме, медленно вводя в неё два пальца. Издав непроизвольный стон, Нанами крепче вцепилась в его волосы, ощущая волну обжигающего трепета внизу живота. Каждое его прикосновение, каждое движение отзывалось электрическим разрядом, заставляющим её содрогаться. Она стремилась слиться с его ритмом, жадно поддавалась навстречу его рту, но Томоэ ловко уклонялся, мучительно соблазняя её своей близостью и не позволяя кончить так скоро. Движения его пальцев внутри неё идеально совпадали с ритмом его языка, наращивая острое возбуждение. — Томоэ, прошу… — прошептала Нанами. Его чуть не свели с ума произнесённые ею слова, но он сдержался, не позволив ей достичь оргазма. Лис хотел выжать максимум из этого момента и, конечно, из неё самой. Он отстранился, медленно вытащив из неё пальцы, и нежно осыпал поцелуями её колено и щиколотку. Её прерывистый вздох сладко коснулся его слуха. Их взгляды встретились, и лис наградил девушку вызывающей улыбкой: в глубине карих глаз читались растерянность и с трудом скрываемое желание. Она пылала страстью к нему, но сегодня этого было недостаточно. Он встал с кровати и направился к комоду. Открыв верхний ящик, Томоэ взял шелковую ленту, мерцающую в полумраке комнаты. Вернувшись к Нанами, он аккуратно поднял её руки над головой и, демонстративно медленно, связал их лентой. На её лице отразилось смешанное чувство смятения, любопытства и волнения. — Что ты делаешь? — прошептала Нанами, но в её голосе не было ни страха, ни отторжения, только сладкое предвкушение. — Твои настойчивые ручки создают неудобства, — прохрипел лис, отступив на шаг, чтобы иметь возможность рассмотреть её целиком. Нанами лежала на кровати, беспомощная и прекрасная в своей неге. Полумрак спальни мягко очерчивал изгибы её тела, играя тенями на бледной коже. Томоэ наслаждался этим зрелищем, позволяя себе на мгновение забыть о бушующем внутри него пламени. Ему хотелось запечатлеть каждую деталь, каждый вздох, каждое трепетное движение её ресниц. Он медленно приблизился к ней и Нанами затаила дыхание, ожидая его прикосновений. Томоэ склонился к ней и прошептал: — Сегодня ты будешь кончать только тогда, когда я разрешу. В груди заклокотало сердце, кровь заиграла волнующими красками вожделения и ожидания. Нанами закусила губу, не сводя глаз с Томоэ, и он уловил этот жаркий импульс, ощущая, как её волнение подпитывало его собственное. — Повернись ко мне спиной и прими коленно-локтевую позу, — велел лис, обводя пальцем в воздухе окружность. Следуя его воле, Нанами послушно сменила положение тела, приняв требуемую позу. Запястья девушки были нежно, но надёжно связаны шёлковой лентой, что придавало остроты и без того напряжённому моменту. Её тело дрожало от нетерпения, каждый нерв был оголён и настроен на волну удовольствия. Томоэ медленно подошёл к ней, наслаждаясь открывшимся видом. Его руки нежно скользнули по её спине, опускаясь к изгибу поясницы и замирая на бёдрах. Нанами сдавленно вздохнула и подалась вперёд, позволяя ему беспрепятственно наслаждаться её телом. Томоэ опустился на одно колено и кончики его пальцев вновь коснулись разгоряченного клитора. Она застонала, втянув воздух сквозь стиснутые зубы, и мгновенно отреагировала, подавшись бёдрами навстречу его прикосновению. Лис захотел усилить её чувственность. Он медленно поднял свободную руку, в то время как другая рука продолжала мягкие круговые движения пальцев. Внезапно, но без излишней силы, Томоэ шлепнул её по ягодице. От неожиданности Нанами вздрогнула и закрыла глаза, полностью отдавшись ощущениям. Движения пальца становились всё более интенсивными, а последовавший за первым второй шлепок заставил её всхлипнуть. Внизу живота разлилось сладкое и обжигающее тепло, сопровождаясь обильным увлажнением. Она вновь попыталась поймать его ритм, стремилась прижаться к его руке и усилить приближающийся оргазм, но Томоэ не давал ей свободы, сознательно удерживая в изматывающем возбуждении. Очередной, более ощутимый шлепок вызвал у неё громкий крик. Он замер, перестав двигать пальцами и внимательно наблюдая за ней. — Томоэ, прошу, я больше не выдержу… Лис усмехнулся, видя, как Нанами извивалась под его рукой. Он знал, что довёл её до точки кипения, и упивался этой отчаянной мольбой. Его пальцы вновь пришли в движение, в этот раз ещё стремительнее и настойчивее. Её бёдра рефлекторно вздымались в ответ, и девушка уже не могла сдержать рвущиеся из груди стоны. Удовлетворённый произведённым эффектом, Томоэ отстранился, но лишь на мгновение, после чего она вновь ощутила его жаркий, влажный язык, и из её горла вырвался протяжный, исполненный облегчения стон. Взрывная волна наслаждения накрыла её с головой, стирая всё остальное. Она ощущала лишь касания его языка, лёгкие и нежные, и если бы не скованность рук, вцепилась бы в него, направляя его движения в нужном ей ритме, но ей приходилось лишь покоряться его воле и принимать это сладостную пытку. Томоэ ощущал дрожь её тела под напором его ласк, чувствовал, как она утрачивала контроль, и это опьяняло его сильнее любого алкоголя. Он забавлялся с ней, испытывал её выдержку, разжигал жажду. Ему было прекрасно известно, что Нанами никогда не осмелится озвучить свои грязные желания, но сейчас, в этот миг, её тело говорило за неё. Посчитав, что на данный момент с девушки достаточно, Томоэ вновь проник в неё пальцами, тут же ощутив судорожные сокращения её мышц. Она балансировала на самом краю. — Ты можешь кончить, Нанами, — снова скомандовал лис, сплетая слова в тонкую нить принуждения. Он нежно облизал головку клитора, добавляя слюны, чтобы увлажнить её до предела и стал скользить языком из стороны в сторону. В этот раз Томоэ не планировал сбавлять темп, увеличивая нажим пальцев и точно определив эпицентр удовольствия, ускорил свои движения. Нанами вздрогнула, захлёстнутая обжигающей волной блаженства, что прокатилась по телу. Инстинктивно подавшись навстречу его губам и пальцам, она больше не встречала сопротивления. Томоэ, ведомый желанием вознести девушку к вершинам экстаза, осыпал её ласками, не давая передышки, пока её крики не превратились в невнятный шёпот. Когда его пальцы углубились, сосредоточившись на чувствительной зоне внутри, всё взорвалось. Искажённый вопль сорвался из самой глубины её существа, вырвавшись на свободу вместе с пляшущими, неистовыми конвульсиями. Тело, словно одержимое, извивалось в сладостной агонии — восхитительной, обжигающей, доводящей до исступления. Томоэ снизил интенсивность движений пальцами, но продолжал нежно ласкать её языком, стремясь продлить этот момент. Ощутив на губах её влагу и вкус, лис не смог удержать дрожь наслаждения, пронзившую его позвоночник. Нанами ещё долго не могла прийти в себя, её била дрожь, дыхание превратилось в прерывистое эхо, а пульс отдавался набатом в ушах и висках. Она чувствовала себя выпотрошенной, пустой оболочкой, но в то же время — сосудом, до краёв наполненным неизвестной, бурлящей энергией. Томоэ осторожно высвободил свои пальцы и, отдалившись, приподнялся, нежно целуя девушку в поясницу. — Хорошая девочка, — промурлыкал он, легонько шлёпнув её по ягодицам, — ты ещё не устала? Нанами, не произнеся ни слова, уткнулась лицом в мягкую подушку. Её тело всё ещё содрогалось, что вызвало у Томоэ тихий смешок. Она была гораздо более восприимчива, чем он ожидал, и это не могло не льстить ему. Он осторожно перевернул её на спину, пристально рассматривая порозовевшее лицо с полузакрытыми глазами. Затем, склонившись, лис нежно коснулся её губ своими, опускаясь ниже и оставляя цепочку поцелуев на шее, ключицах и груди. Нанами издала тихий стон, ощущая, как внутри поднималась новая волна желания. — Итак, ты хочешь продолжить? — прошептал лис, игриво прикусывая её сосок и освобождая связанные руки девушки. Нанами еле заметно склонила голову в знак согласия, не находя в себе сил говорить. Обхватив руками шею Томоэ, она приблизила его к себе, заглядывая в аметистовые глаза, в которых отражалось то же страстное стремление, что и в её собственных. Лис усмехнулся и, нежно коснувшись её щеки губами, прошептал: — Кажется, ты мечтала, чтобы я уложил тебя на стол и сотворил с твоим телом всевозможные непристойности, — его голос, глубокий и обволакивающий, лишал её рассудка. — И сейчас это более чем уместно, тебе не кажется? Возможно, пришло время усадить тебя на стол переговоров и заставить остаться со мной навсегда. Нанами почувствовала, как её щёки вспыхнули. Стыд и возбуждение смешались в ней, создавая головокружительный коктейль. Она нередко позволяла себе подобные фантазии лишь в самых сокровенных уголках сознания и не думала, что Томоэ собирался воплотить их в жизнь. Девушка податливо изогнулась в его объятиях, позволяя ему делать то, что он хотел, впитывая каждый его поцелуй, каждое прикосновение. Томоэ бережно поднял её, словно пёрышко, и понёс к ближайшему столу. Резко смахнув все предметы на пол, он осторожно положил Нанами на освобождённую поверхность. Холод дерева коснулся её разгорячённой кожи, заставляя вздрогнуть. Томоэ, наблюдая за её реакцией, одарил девушку ленивой улыбкой. Его глаза горели нескрываемым желанием, обещая чувственные пытки и сладкое забытье. Нанами жаждала этого безумия и потери контроля. Ей хотелось раствориться в Томоэ, стать частью его, отрешившись от всего мира. Он был её наваждением, её страстью, её слабостью. Сбросив с себя последние элементы одежды, лис направился к постели. Нанами, пребывая в замешательстве, проводила его взглядом, но, заметив, что Томоэ возвращался с лентой в руках, застенчиво улыбнулась. Он приблизился к ней, и девушка почувствовала, как бешено заколотилось её сердце в груди. — Позволишь? — вкрадчиво спросил он, ласково скользя материей по её животу и груди. Нанами зажмурилась, ощутив слабое покалывание, пронзившее всё тело от макушки до кончиков пальцев. Она знала, что сейчас снова начнётся игра, правила которой устанавливал Томоэ. Игра, где она должна быть послушной девочкой в его руках, и это безумно заводило. Он улыбнулся и обошёл её с другой стороны. Лёгкое прикосновение ленты к векам заставило Нанами вздрогнуть. Зрение исчезло, когда Томоэ завязал ей глаза, но взамен обострились другие чувства. Слух стал невероятно чутким, позволяя различать малейшие нюансы его дыхания и движений. Она ощущала жар его взгляда на своей коже, даже не имея возможности его видеть. Лис склонился к её лицу и шепнул на ухо, слова растворялись в сознании, как капли дождя в море: — Доверься мне. — Хорошо, — пролепетала она, и голос её предательски задрожал. Томоэ медленно провёл пальцами по её плечу, спускаясь к ключице и ниже, очерчивая каждый изгиб прекрасного тела. Нанами затаила дыхание, ожидая продолжения. Его губы едва заметно коснулись её груди, осыпая кожу воздушными поцелуями. Он наслаждался запахом её кожи, в котором сочетались лёгкие нотки пота и свежесть цитрусов. Невероятно возбуждающе. Чертовски сексуально. Хотелось уткнуться лицом в её шею, вдыхать до головокружения, до потери сознания, до полного забвения всего, что было до. Он чувствовал, как его собственное тело отзывалось на её близость, внутри нарастал жар, кровь закипела в венах, заставляя сердце биться быстрее и оглушительнее. Его руки скользнули ниже, к бёдрам, очерчивая их плавные линии, заставляя Нанами порывисто вздохнуть. Томоэ опустился на колени, нежно покрывая поцелуями каждый участок её тела. Она ощутила его обжигающее дыхание в самом интимном месте, и вновь её захватила волна непреодолимого удушливого желания. Губы Томоэ слегка коснулись её промежности, и девушка невольно сжала его плечи. Он сделал паузу, позволяя ей адаптироваться к новым ощущениям. Лишённая зрения из-за повязки, она не могла видеть и контролировать его движения, что вызвало лёгкое беспокойство, но вскоре напряжение в её руках спало, и он возобновил свои действия. Каждое его прикосновение было подобно удару тока, разгоняющему кровь по венам. Из-за обострённых чувств малейшее движение отзывалось внутри неё целой бурей эмоций. Она чувствовала себя беззащитной и одновременно всемогущей, полностью отданной в его власть. Лис играючи поглаживал её бёдра, дразня и распаляя желание. Нанами стонала, не в силах сопротивляться этому накалу. — Ты помнишь правила? — сладко проворковал Томоэ, отстраняясь. — Конечно, — с трудом ответила девушка, сглотнув ком в горле. Томоэ усмехнулся, в аметистовых глазах плясали искры предвкушения. Он поднялся с колен, намереваясь запечатлеть поцелуй на её губах, но уже через мгновение Нанами ощутила трепетное прикосновение его члена к своему телу. Не говоря больше не слова, он раздвинул её ноги шире и, одним резким движением, вошёл в неё. От неожиданности девушка вскрикнула. Острая, словно лезвие, боль пронзила тело, но в тот же миг обернулась восхитительной дрожью, растекающейся сладкими всплесками на коже. Нанами обхватила его ногами, притягивая к себе как можно ближе. Томоэ двигался властно, заполняя её до краев, пока каждый дюйм её существа не отозвался на его ритмичные толчки. Дыхание вырывалось судорожно, словно последняя искра жизни, уступая место всепоглощающему огню. Нанами чувствовала, как он забирал её в плен, покорял своей воле, и в этот миг в её голове не оставалось ничего, кроме пульсирующего восторга и обжигающего шепота Томоэ у самого уха. Когда его ладонь, обхватив затылок, повела за собой в нарастающем ритме, она потеряла контроль над криками и над волной оргазма, окатывающей тело зыбкой рябью, и замирающей трепетом внизу живота. — Томоэ, не могу… — судорожно выдохнула девушка, — я сейчас… Он усмехнулся в ответ, и его движения стали исступленными, словно он стремился вытряхнуть из неё саму жизнь. Лис чувствовал, как её мышцы судорожно сжались вокруг его члена, и прошептал, задыхаясь: — Давай, Нанами… Каждый толчок обрушивался глубже, яростнее, стирая последние искры сознания. Его имя сорвалось с губ криком — мольбой о пощаде, смешанной с отчаянным желанием, чтобы это никогда не кончалось. Внутри разверзлась буря, взрываясь фейерверком неконтролируемого, обжигающего наслаждения. Тело, словно чужое, трепетало в плену неумолимых импульсов, отпуская вожжи контроля. — Умница, — прошелестел голос Томоэ у самого уха, обдавая кожу горячим, пьянящим дыханием. — Теперь я хочу взять тебя сзади. Нанами едва заметно кивнула, и он отстранился. Подхватив её под локоть, он помог девушке встать на ноги и бережно уложил животом на стол. Она судорожно вцепилась пальцами в его края. Томоэ медленно провёл ладонью по её спине, успокаивая дрожь. Затем он придвинулся вплотную и вновь вошёл в неё. Новый угол проникновения отозвался острой, пронзительной чувственностью. Нанами застонала, запрокинув голову, позволяя волне возбуждения захлестнуть её. Под его напором она чувствовала себя хрупкой и беззащитной, но в то же время невероятно желанной. — Убери руки за спину, — прошептал лис, немного замедлив темп. Нанами послушно выполнила его указание. На губах Томоэ расцвела довольная улыбка, взгляд хищно скользнул по открывшемуся виду. Одной рукой он удерживал её запястья, другой обхватил нежную шею, заставляя тело выгнуться дугой над столом. Ощущения обрушились лавиной, невероятные и всепоглощающие. Он играл с ней, то ускоряясь, то замедляясь, то глубоко проникая, то едва касаясь. Нанами извивалась и стонала, и если бы его руки не удерживали её, то непременно упала бы. Толчки становились всё грубее, жарче, а пальцы, скользнув вверх по шее, сомкнулись на её лице, перекрывая доступ к кислороду. Она отчаянно забилась в его руках, тщетно пытаясь вдохнуть ускользающий воздух, но хватка Томоэ оставалась крепкой. Тьма сомкнулась вокруг, лишая не только зрения, но и самой возможности дышать. Внизу живота разливалась обжигающая волна удовольствия, причудливо сплетаясь с леденящим ужасом. Он чувствовал трепет её тела, судорожную пляску мышц, и продолжал двигаться с той же скоростью и силой. Сознание Нанами меркло, уступая место небытию, но в последний момент хватка лиса дрогнула, позволяя девушке жадно вдохнуть живительный воздух. А затем её тело пронзила ослепительная, головокружительная вспышка оргазма — невероятно яркого, неистового и глубокого, словно удар молнии, расколовший её надвое. Ослабевшие руки бессильно повисли, а тело обмякло, словно тряпичная кукла. Нанами чувствовала, как Томоэ подхватил её, прижимая к себе, и слышала его сбивчивое дыхание у своего уха. Мир вокруг медленно возвращался, обретая краски и звуки, но всё еще казался нереальным, призрачным. Когда дыхание более-менее выровнялось, Томоэ осторожно вышел из неё и подняв девушку на руки, покинул спальню. Опустившись в кресло, он усадил Нанами на колени, снял повязку с её глаз и повернул лицом к себе. В карих глазах плескалось лёгкое безумие, удивление и… обожание. Нанами смотрела на него так словно впервые видела. В голове всё еще шумело, перед взоров плясали разноцветные пятна. Она попыталась что-то сказать, но всякие слова застревали в горле. Томоэ прижал девушку к себе, мягко целуя в висок. — Тише, маленькая, — прошептал он, — всё хорошо. Прости, кажется, я перешёл черту. — Нет… — Что? — обеспокоенно спросил лис. — Это было… невероятно, — сиплым голосом отозвалась девушка, — мне хорошо… Томоэ вскинул бровь, словно завороженный, наблюдая, как румянец заливал щёки Нанами. Он приготовился к упрёкам, к потоку слёз, возможно, даже к звонкой пощечине. Но никак не к этому робкому признанию. В его лиловых глазах промелькнула тень растерянности, тут же сменившаяся мягкой, почти трепетной нежностью. — Ты уверена, Нанами? Я не хотел тебя напугать. Просто… ты невыразимо прекрасна, когда принадлежишь мне. Смущение вспыхнуло на её щеках с новой силой, и она торопливо спрятала лицо в изгибе его плеча. Признаться в своих чувствах было мучительно стыдно, но отрицать их — значило бы солгать самой себе. Нанами и правда ощущала себя невообразимо хорошо, несмотря на внезапный, почти панический страх. Она доверилась ему, и в этом опьяняющем танце власти и подчинения Нанами открыла для себя что-то неизведанное, будоражащее кровь и до головокружения запретное. Томоэ нежно перебирал её волосы, купаясь в исходящем от неё тепле, когда губы Нанами, податливые и неуверенные, коснулись его шеи. Его пронзила молния, оставив след в виде россыпи мурашек, — столь мимолётным и невинным было это касание. — Я тоже хочу доставить тебе удовольствие, — прошелестел у самого его уха тонкий голосок девушки, словно нежное дуновение ветерка. Томоэ едва сдержал стон, обхватывая её талию руками. Он не ожидал от Нанами такой смелости, такой обжигающей откровенности. Сердце бешено колотилось в груди, разгоняя кровь по венам. Нанами медленно провела кончиком языка по линии его челюсти, желая ощутить вкус его кожи. Лис прикрыл глаза, позволяя ей руководить. Она была воплощением нежности, хрупкой и несмелой, и в этом заключалась вся прелесть этого мгновения. В его душе пробудилось опьяняющее чувство всемогущества, граничащее с полной беспомощностью перед невинным напором её очарования. Нанами, ощутив его трепетное волнение, набралась смелости. Её поцелуй стал глубже, губы игриво прикусили его кожу, испытывая на прочность его самообладание. Томоэ судорожно выдохнул, перехватывая инициативу властным движением, и прижал Нанами крепче к себе. Его губы накрыли её губы, увлекая в водоворот долгого, чувственного поцелуя. Нанами ответила на него со всей своей пылкостью, вновь позволяя ему вести. Он осыпал поцелуями её лицо, шею, плечи. — Ты сводишь меня с ума, — прошептал Томоэ, неохотно отрываясь от неё, взгляд его аметистовых глаз утонул в глубине золотисто-карих. Застенчивая улыбка тронула её губы, смешивая смущение с невероятным, всепоглощающим счастьем. Нанами обвила руками его шею, притягивая ближе, и прошептала в ответ: — Я хочу тебя. В глазах Томоэ вспыхнул огонь. Он усмехнулся, поражённый её внезапной, почти дикой ненасытности. Неужели эта девочка, так умело скрывавшая свою жажду, изголодалась по нему до безумия? Невероятно… и опьяняюще. — Сделаешь всё сама? — спросил лис, прикусывая мочку её уха. Нанами шутливо шлёпнула его по плечу, но в её глазах читалось явное согласие. Девушка и сама не понимала, откуда в ней столько смелости, но одно знала точно: она жаждала быть с ним, здесь и сейчас. Томоэ немного отстранился, давая ей возможность действовать. Он наблюдал за ней с нескрываемым интересом, наслаждаясь её смущением и волнением. Устроившись поудобнее на его коленях, Нанами приподняла бёдра и медленно опустилась на его член. Едва ощутив его жаркую твёрдость внутри себя, она тихо зарычала, впиваясь пальцами в обивку кресла. Ощущение было невероятным. Дыхание сбилось, мир сузился до этой точки соприкосновения, где животная страсть и нежность сплелись в единое целое. Томоэ простонал, пальцами судорожно вцепившись в её волосы, слегка оттягивая пряди. В ответ на его стон Нанами тихо всхлипнула, и оторвавшись от спинки кресла, обвила руками его шею. — Быстрее, — прошептал лис, обжигая кожу её бедра лёгкими шлепками. Нанами послушно последовала его требованию, двигаясь вверх и вниз, позволяя острому наслаждению пронзать её тело. Комната словно наэлектризовалась, воздух звенел от напряжения. Темп нарастал, превращаясь в безумный танец двух тел, охваченных пламенем желания. Томоэ сильнее сжал её ягодицы и слегка изменив угол проникновения, взял инициативу на себя. Коснувшись губами её шеи, он нежно провёл по ней языком и спросил: — Хочешь кончить также, как и в прошлый раз на столе? Вместо ответа, Нанами лишь теснее прильнула к нему, ощущая, как новая лавина страсти поглощает её целиком. Она откинула голову назад, давая возможность Томоэ целовать её шею, и едва слышно проговорила: — Да, пожалуйста… Слабая улыбка тронула его губы, когда он ощутил её готовность, углубляя проникновение. Все его действия отличались точностью и выверенностью, имея целью доставить ей наивысшее наслаждение. Нанами ощутила, как её тело затрепетало от наплыва чувств, а в мыслях оставалось лишь одно стремление — раствориться в этой буре страсти. И в тот момент, когда она была на грани, Томоэ застыл внутри неё, и прошептал ей на ухо: — Прикоснись к себе и смотри на меня. Нанами, повинуясь его словам, коснулась дрожащими пальцами клитора, взгляд её был прикован к глазам Томоэ. В них она видела отражение своего желания, своей страсти, и это лишь усиливало её возбуждение. Вскоре пальцы стали двигаться смелее и решительнее. — Умница, — прошептал лис, проведя рукой вверх и сжав пальцами её шею, отдал следующий приказ: — Ускоряйся. Нанами послушно подчинилась, увеличивая темп, и вскоре её тело пронзила первая мощная судорога. Ощущая, что девушка близка к пределу, Томоэ крепче обхватил её шею, усиливая интенсивность и остроту чувств. По её телу пробежала дрожь удовольствия, вызвав протяжный вздох. Не сводя с неё глаз, он замедлил движения внутри неё, желая удержать её на пике наслаждения как можно дольше. Когда первая волна схлынула, пришла вторая, ещё более мощная. Её тело горело, каждая клеточка существа вибрировала от переизбытка чувств. Не прекращая стимуляцию клитора, Нанами ощутила, как движения Томоэ стали более глубокими, он практически вдавливал её на свой возбужденный член. Она была пропитана влагой до неприличия, каждый изгиб её тела манил и дразнил. Вздымающаяся грудь и податливая гибкость сводили его с ума. Её крик смешался с его хриплым рычанием, когда их тела стали двигаться в едином темпе. Нанами тонула в зыбком мареве, где грань между неистовым наслаждением и мучительно-сладкой болью стиралась под напором Томоэ. Пронзительно застонав, она почувствовала как её тело прошиб разряд такой невероятной силы, что на мгновение девушка потеряла сознание. Её тело затряслось в беспорядочных конвульсиях, из лёгких выбило дыхание, а сердце бешено застучало в груди, отдаваясь в ушах. Томоэ не останавливался, его тело было натянуто как струна, в каждом мускуле ощущалось жгучее напряжение. Прикоснувшись лбом ко лбу девушки, он устремил взгляд в её глаза, ощущая приближение собственного удовольствия. Его тело забилось в такт с её, лис издал приглушенный, глубокий стон и достиг оргазма внутри неё. Едва заметная улыбка коснулась её губ, когда она ощутила, как вымотанный Томоэ прильнул к ней. Он сжал девушку в объятиях, будто опасаясь её исчезновения, и уткнулся лицом в её пряди. Со временем их дыхание пришло в норму, и воцарилась тишина. Нанами ответила на его объятие, наслаждаясь исходящим от него теплом. Они оставались неподвижными, упиваясь этой минутой близости. — Тебе хорошо? — донёсся до неё его низкий голос. — Да, — тихо отозвалась Нанами, — это было… потрясающе. Томоэ нежно поцеловал её в макушку и слегка отстранился, но не выпустил девушку из своих объятий, позволяя себе перевести дыхание и раствориться в этом моменте. Немного позже оба приняли душ, смывая с себя следы страсти и усталости. Вода уносила прочь остатки возбуждения, оставляя ощущение свежести и лёгкости. Томоэ бережно намыливал волосы Нанами, наслаждаясь каждым прикосновением к её нежной коже, а она в ответ мурлыкала, словно довольная кошка, прижимаясь к нему всем телом. Выйдя из душа, девушка закуталась в мягкое полотенце, а Томоэ, вытерев волосы, предложил ей свою просторную юкату. Она с благодарностью приняла её, чувствуя себя в ней уютно и защищённо. Они вернулись в спальню и лис усадил Нанами на кровать, принимаясь тщательно вытирать её волосы полотенцем, мягко массируя кожу головы. Она закрыла глаза, наслаждаясь его заботой, и тихонько вздохнула от удовольствия. — Раньше ты был таким сдержанным… — вдруг вырвалось из неё и девушка прикусила губу. Его руки на мгновение замерли. В глазах промелькнула тень, прежде чем он снова продолжил вытирать её волосы, но уже с большей осторожностью. — Тебе не понравилось? — Понравилось, — быстро ответила Нанами, чувствуя себя неловко из-за своей неосторожной фразы. — Просто… это было неожиданно, но я хотела бы повторить. Томоэ усмехнулся, услышав её признание, и, отложив полотенце в сторону, присел рядом, беря её лицо в свои ладони. Его взгляд потеплел, а губы дрогнули в мягкой улыбке. — Я рад это слышать, — прошептал он, прежде чем нежно коснуться её губ своими. Поцелуй был трепетным и нежным, словно он боялся её сломать, но в то же время в нём чувствовалась вся глубина его чувств. Нанами ответила на него, скользя руками по его спине. Когда они оторвались друг от друга, в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь их прерывистым дыханием. — Я люблю тебя, — произнёс лис, не отрывая взгляда от тёплых карих глаз, — Больше всего на свете и поэтому… Он замолчал, заставляя её сердце усиленно забиться. Она ждала продолжения, затаив дыхание. —… поэтому я готов тебя отпустить, если тебе это необходимо. Нанами удивлённо вскинула брови, не веря своим ушам. Неужели он правда готов отпустить её и дать ей время, чтобы всё тщательно обдумать? Слёзы навернулись на её глаза. Она обняла Томоэ крепко-крепко, прижимаясь к нему всем телом. — Я знаю, что причинил тебе немало страданий и искренне готов отпустить тебя, но у меня есть всего лишь одна просьба. Нанами сильнее прижалась к нему, чувствуя, как слёзы увлажняли его плечо. Она не могла поверить в самоотверженность и глубину его любви. — Останься со мной ещё немного, — продолжил лис, нежно поглаживая её спину. — Через десять дней я обещаю, что отпущу тебя, куда бы ты не захотела пойти. Она подняла голову и посмотрела в его глаза, полные понимания и печали. Нанами увидела в них отражение своей собственной растерянности и боли. Десять дней… Это казалось одновременно вечностью и мгновением. Достаточно ли этого времени, чтобы разобраться в своих чувствах и понять, чего она действительно хотела? — Десять дней, — повторила девушка, словно пробуя эти слова на вкус. — И ты действительно отпустишь меня? Томоэ склонил голову, и в его взгляде, несмотря на печаль, читалась твёрдость. Он понимал, что удерживал её рядом с собой силой, что его любовь и боязнь одиночества толкали на эгоистичные поступки. Лис должен предоставить ей свободу выбора, даже если этот выбор обернется против него. Нанами вытерла слёзы и посмотрела на него с признательностью. Она знала, чего ему стоило это решение. Легко прикоснувшись пальцами к его щеке, девушка проговорила: — Я согласна. В этот момент они оба знали, что эти десять дней станут самыми важными в их жизни. Десять дней, чтобы укрепить свою любовь или десять дней, чтобы расстаться навсегда.