Семья

      Прошёл месяц спокойной жизни. Благодаря целебным травам дедушки Чонгана состояние Мэй пришло в норму. Девушку забавляло, как члены клана излишне старались оберегать кицунэ во всех смыслах. От физических нагрузок, от эмоциональных потрясений, от всего на свете. Все боялись сообщить ей даже несущественную новость, переживая, что кицунэ отреагирует излишне резко.       Мэй заново училась своему спокойствию. Давалось тяжело, но благодаря советам и медитациям у неё получалось возвращать былое самообладание хоть и не без труда. Больше всего у друзей вызывало тревогу неконтролируемые всплески магии девушки. Ведь колдовство кицунэ итак мало изучено, а тут вообще ничего не известно. Такао всё же нашёл единственный выход — поддерживать умиротворённое состояние. И действительно помогало, ведь после того случая с тренировки больше таких ситуаций не было, так как о ней излишне заботились и даже не давали минимального повода переживать. Сначала Мэй было неуютно от такого количества внимания со стороны всего клана, потом начала понемногу привыкать.

***

      Солнце плавно заходило за горизонт, пахло жаренной рыбой и сгоревшими ветками. Мэй прогуливалась по деревне, параллельно жуя большую морковь. Принюхаясь, девушка уловила, что запах идёт от леса и направилась туда. На её удивление, там сидели друзья на поваленных деревьях и жарили рыбу с овощами. Мэй немного нахмурилась и спросила...       — Почему меня не позвали?       Компания слегка стушевалась.       — Знали, что придёшь. Нюх звериный же, — невозмутимо ответил Сатоши и девушка села на бревно рядом с Кадзу. Он, не долго думая, приобнял её за талию. Раньше они не могли позволить себе так в открытую показывать свои чувства. Благо сейчас все понимают, что это замужняя пара, ждущая ребёнка.       Кицунэ всё также грызла свою морковь, смотря на то, как остальные колдуют над ужином. Что может быть лучше, чем наблюдать за устрашающими синоби, которые ссорятся по поводу того, как именно нужно готовить?       — Сатоши, у тебя сгорит сейчас, — спокойно промолвил Кадзу, махнув рукой на рыбу.       — Не лезь! Ты вообще овощи еле как порезал, не учи меня, — пробрюзжал гримёр.       — Амайя, у тебя очень красивое кимоно, новое? — заинтересовано спросила девушка, уводя перепалку мужчин в сторону. Белая кицунэ улыбнулась.       — Спасибо, да, — Амайя перевела лукавый взгляд на Такао, который невозмутимо сидел рядом с ней. Мэй удивлённо вскинула брови и спросила у дзёнина: — Когда успел?       — У синоби свои люди есть везде, — ухмыльнувшись и не сводя взгляда с костра, ответил он.       — Да-да... великий и загадочный дзёнин, — буркнула девушка себе под нос, надеясь, что её никто не услышал. Кадзу тихо прыснул.       — Что? — недоумевающие спросил Такао, округлив глаза.       — Говорю, кимоно красивое выбрал, — улыбнувшись, ответила девушка и дзёнин с подозрением сощурил глаза.       — Мэй, тебя без еды вообще не видно, — прокомментировал Сатоши, поправляя палкой горящие ветки.       — Я не только свой живот забиваю, не забывай, — слегка укоризненно ответила кицунэ.       — Хорошее оправдание, — съязвил он.       — Ты тоже ешь постоянно, но не беременный, — откровенно посмеивалась Амайя.       — Хотел бы я тоже обрюхатиться. Спишь до полудня, не работаешь. Жизнь малина... —мечтательно смотря в небо, протянул гримёр.       — Дурень, — по-доброму хлопнул его по плечу Хонг.       — Чужая жизнь всегда малиной кажется. Не думаю, что мне всегда будет хорошо. Чонган говорил: «Наслаждайся пока живот не вырос». Что он имел ввиду? — спросила Мэй.        — Тут только гадать, — пожал плечами Кадзу.       — Предполагаю, что спина начнёт болеть из-за нагрузок живота и неудобно будет, — задумчиво ответил Такао и Мэй обречённо выдохнула.       Она понимала, беременность — это не просто и её хорошее самочувствие, возможно, не на долго. Девушка старалась об этом не думать, поэтому перевела своё внимание на уже готовый ужин.       — Как вкусно, — прокомментировала Мэй, с наслаждением жуя кусочек рыбы, который буквально выхватила, стоило Сатоши снять ту с огня.       — Подожди, до дома дойдём и поешь спокойно, — промолвил Кадзу.       — Я ела недавно, не хочу пока. Навещу Сино-Одори, а то после уезда Масамунэ она так и не приходила.       — Когда тебя ждать? Кими поговорить хочет, — спросил Хонг, пытаясь вырвать желанный кусок из загребущих лап гримёра.       — До захода солнца точно вернусь.       На этих словах Мэй приняла лисий облик и пошла вглубь леса. На четырёх лапах по лесу передвигаться намного легче. По пути к пещере девушка начала размышлять о детях. Какого оно? Быть матерью, быть первой женщиной в глазах дитя. Воспитывать, любить, учить, защищать. Это же такой труд, благо есть старшие, готовые помочь с детьми. А готова ли она? Кадзу? Покажет только время...

***

      Мэй нашла Сино-Одори возле пещеры. Она ела пойманную курицу. Раньше бы девушка скривилась от такого зрелища, но сейчас реагировала спокойно. Привыкла. Осталось надеяться, что не настолько, чтобы самой не начать есть "свежую" пищу.       Подойдя ближе, кицунэ превратилась обратно в человека.       — Привет, Сино, — улыбнувшись, поздоровалась девушка.       — Здрас-ствуй, лис-с-сичка, будешь? — вежливо протянула окровавленную курицу ёкай.       — Спасибо, я поела.       — Тебе надо с-свеж-шую еду ес-сть, — жуя кусок животного, причитала Сино-Одори.       — Я привыкла к человеческой пище, ты же знаешь.       — З-снаю. — покончив со своим ужином, промолвила ёкай. — Превращ-щус-сь.       После сказанного Сино достала серебряный гребень и с большим трепетом вложила его в свои чёрные как смоль волосы. Её превращения всегда были такими эффектными и девушка никогда не понимала, почему их перевоплощения так различаются? Кицунэ принимают свой облик по щелчку, а Сино превращается медленно и красиво так, что глаз не оторвать.       — Нравится? — улыбнувшись, спросила ёкай.       — Очень.       — Пойдём в пещеру, там прохладнее, — взяв за руку Мэй, Сино-Одори повела её в тихое место.       Зайдя внутрь, девушки присели на камень.       — Ты от меня что-то скрываешь? — подозрительно прищурив глаза, спросила она.       — Почему ты так думаешь? — стараясь выглядеть чуть обескураженной, спросила кицунэ.       — У тебя запах изменился, — беззаботно ответила ёкай.

Так вот почему Амайя спрашивала у меня дома про новые масла. Она тоже почувствовала, что мой запах поменялся?

      — С беременностью запах меняется? — ухмыльнувшись, спросила кицунэ и Сино тут же подскочила на ноги, удивлённо посмотрев на девушку.       — Да! Подожди... — нахмурилась ога и положила свою ладонь на живот кицунэ.       — Лисичка ждёт потомство! — запрыгала ёкай на месте. — Поздравляю! Поздравляю! Поздравляю! Это так замечательно! Кадзу молодец, давно пора! — порывисто обняла девушку Сино-Одори. Мэй мягко рассмеялась.       Дальше девушки недолго беседовали о детях и их воспитании. Мэй хотела выведать что-нибудь у Сино по поводу неконтролируемой магии.       — Кадзу - человек, ты - ёкай. Не понятно кто родится. Но раз у тебя магия хлещет, значит лисёнок будет, — покивав, ответила Сино.       — Лисёнок?       — Ну или лисята, я откуда знаю.       — Лисята?! — возмутилась Мэй, чуть ли не подпрыгнув, ёкай в непонимании свела брови.       — А что? Даже люди нескольких детей бывает рожают, а ты кицунэ.       — Резонно...       Вечерело. Подруги продолжали разговаривать обо всём на свете, не замечая времени. Но вдруг два ёкая резко и одновременно принюхались.       — Чувствуешь? — шёпотом спросила Сино.       — Да, человек.       — Чужи-и-ие, — нахмурившись, угрожающе протянула ёкай.       Девушки превратились обратно в ёкаев и медленно выглянули из пещеры. Никого не было, но запах был отчётливым. Мэй кивнула в сторону пещеры, как-бы говоря подруге, чтобы она зашла обратно. Ёкай сопротивляться не стала и сделала как просили. Кицунэ мягкими шагами последовала в сторону запаха. Притаившись в нескольких метрах от источника, она начала вглядываться в силуэты. Два человека, одетые полностью во всё чёрное, смотрят на деревню клана, выглядывая из-за деревьев.

Кто такие?

      Девушка разозлилась и одновременно испугалась. Кто это? Что у них на уме? У одного виднелся нож в руке. Плохо.       Пока Мэй размышляла, один из наблюдающих начал смотреть по сторонам.

У них лица закрыты! Это ниндзя. Но они не хотят нападать сейчас, что-то высматривают...

      Не теряя ни секунды, кицунэ бесшумно побежала обратно к пещере.

Как такое возможно?

Как нашли путь?

Они с другого клана?

Зачем пришли?

      От количества вопросов начинала болеть голова. Мэй благодарила всех богов, что у неё есть возможность превращаться в лису и бегать очень быстро.       — Сино. — позвала ёкая девушка.       — Что там? — выглянула из пещеры она.       — Я уйду. Из клана придут, скажи, что все в порядке. Пусть меня не ищут, панику не нагоняй. Если не вернусь до рассвета, значит я за пределами леса, — Мэй говорила чётко и коротко, чтобы не терять времени и, даже не выслушав ответ подруги, девушка сразу превратилась обратно в лисицу и понеслась в сторону незнакомцев. Благо, они не сдвинулись с места, всё также наблюдая за деревней из тени.       Неосознанно девушка обнажила свои клыки. Бежать в деревню? Бессмысленно. Нельзя ведь упускать их из виду. Бить магией в небо? Тоже не вариант. Испугаются и затеряются.       Они не собираются нападать. По крайней мере сейчас... Зачем? Одна догадка хуже другой. Как вы вообще здесь оказались?       Два силуэта ещё немного понаблюдали и молча, не издавая и единого звука пошли вглубь леса.

Они идут домой. Отлично, прослежу.

      Она держалась от них на среднем расстоянии. Не близко, но и не далеко, шагая в тени. Шпионы шли молча, это злило кицунэ ещё больше.

Осторожные

      Прошло несколько часов, уже стояла ночь и незнакомцы всё же решили заговорить. Мэй услышала обломки фраз:       — Мэдока, нам повезло.       — Зачем только это...       — ...территория...       — Аа... пополнение?

Так, это двое мужчин — уже хоть что-то понятно. Одного зовут Мэдока. О какой территории речь? Главное путь назад запомнить, а то Кадзу меня убьёт. Хотя, он меня в любом случае убьёт.

      Наконец они подошли к неизвестной деревне. Девушка на стала заходить на саму территорию — слишком опасно. Она наблюдала с горы. Обычные дома, женщины развешивают бельё, местные мальчишки бегают. Два незнакомца сняли ткань с лица и девушка смогла разглядеть немного их черты. Первый достаточно низкий, короткие волосы, чёрные глаза. Второй ростом с Такао, волосы по плечи, завязаны в низкий хвост — его первый назвал Мэдока. Они направились к дому, который был больше остальных.

Пошли дзёнину отчитываться. Что ж... улов неплох.

      На этих мыслях кицунэ рванула в сторону дома. До рассвета оставалось совсем немного. Она переодически падала, размазывая по шерсти грязь. Мэй очень торопилась, ведь не хотела, чтобы её искали и волновались. Хотя то, что они волнуются сейчас — неоспоримый факт.       Только солнце лениво начало вставать над горизонтом, как кицунэ уже стояла в своей деревне. В человеческом обличии, вся в грязи, оперевшись рукой на дерево, пыталась выровнять дыхание. К ней молниеносно подбежали Кадзу, Хонг и Сатоши. Они хотели было уже начать высказать своё недовольство и закидать девушку вопросами, как Мэй подняла руку, останавливая.       — К дзёнину. Живо, — отдышавшись, твёрдо сказала куноити и пошла в сторону дома Такао.       Мужчины настороженно переглянулись и пошли следом. Девушка постучала два раза и Такао сразу же открыл.

Под дверью что ли сидел?

      Глава клана сразу же пустил всех в дом. Компания села за стол. Девушка сразу стало неловко, что из-за неё никто не спал.       Такао подал смоченную тряпку Мэй. Она благодарно улыбнулась и начала вытирать свою кожу от грязи и пыли.       — Итак, куда и почему ты ушла? — спокойно спросил дзёнин и куноити начала свой рассказ, не упуская ни единой детали.       После услышанного у Кадзу дёрнулась щека: — Дело дрянь.       — А ты как всегда в центре всех событий, — закатил глаза Сатоши.       — Мгм, будто я рада. Мне известно имя одного.       Все перевели вопросительные взгляды на девушку.       — Мэдока, — ответила кицунэ и все переместили взор на Сатоши.       — Такое имя осквернить, —не скрывая раздражения, промолвил он и Хонг положил свою руку ему на плечо, поддерживая.       — Мэй, ты поступила правильно, спасибо. Это действительно нужная информация, — поблагодарил Такао, кивнув.       — Это случайность, — равнодушно повела плечом девушка       — Тем не менее ты узнала дорогу к их клану, — произнёс Такао, витая в своих мыслях.       Наступила тишина. Каждый предполагал дальнейшие действия. Как поступить? Что они хотели? Предчувствие было плохим.       — Вам известно что это за клан? — нарушила тишину кицунэ интересующим её вопросом.       — Да, но названия не знаю. Да и не нужная это информация. Отец рассказывал об этом клане, но это было давно и неизвестно, что там за люди сейчас... — будто рефлекторно ответил дзёнин, смотря в какую-то точку на стене. Было видно, что головой сейчас он находился совсем не здесь. Потом взгляд стал более осознанным и он посмотрел на девушку в упор, — Мэй, ты чувствовала там магию?       — Нет, но на мои сведения не стоит полагаться всецело, — проговорила девушка, неосознанно положа руку на живот. Такао кивнул. — Да и я не подходила близко...       Из соседней комнаты послышался шорох и все посмотрели на закрытие сёдзи. Через несколько мгновений из комнаты вышла заспанная Амайя. Все хоть и удивились, но тактично промолчали.       — Я всё слышала, не специально. Могу с вами посидеть? — невозмутимо спросила девушка.       Такао кивнул и белая кицунэ села рядом с дзёниным.       — Мэй, у тебя есть какие-то мысли? — спросил глава клана. Девушка сначала удивилась, что вопрос адресован именно ей, а потом поняла, что это логично.

Только я видела вживую этих людей и эту деревню.

      — Если драка неизбежна, бить нужно первым... — задумчиво промолвила она. Дзёнин одобрительно кивнул. — Но нам не известны их планы, поэтому я хочу сходить туда ещё раз и подслушать, — ответила рыжая кицунэ.       — Нет.       — Нет.       Сказали Такао и Кадзу одновременно. Мэй же силилась не закатить глаза. Хранят как драгоценность.       — Я лиса и могу подкрасться очень близко, в отличие от человека, — подняв бровь, произнесла она всем видом давая понять, что другого выхода нет.       — Безумие, — прокомментировал Хонг, растерев руками лицо.       — Безумие, а как иначе?       — Мэй, сейчас нам крайне необходима твоя безопасность, — потирая лоб, промолвил дзёнин.       — Такао, — в голосе девушки начал свозить угрожающий металл, — необходима безопасность каждого. Буду полезна и вы это знаете.       — Живой полезнее будешь, — не обращая внимания на изменившуюся интонацию девушки, подал голос Кадзу.       — Я подставляться не собираюсь! Какие у вас идеи? Сами пойдёте? А потом ваши головы мне тащить в клан? Вы хотите, чтобы я извелась здесь, пока вы там не поубиваете друг друга? — Мэй уже перешла на крик. После произнесённого она одёрнула себя, прикрыв глаза, стала медленно дышать, дабы обуздать неожиданно нахлынувший гнев. Друзья не злились, не обижались на девушку, они относились с пониманием к её положению.        — Мэй, вообще... — начала Амайя, собирая на себе взгляды присутствующих, — ...твой приход в их клан будет крайне подозрителен.       Взгляды стали ещё более заинтересованные. Она никогда не участвовала в таких вопросах, а тут даёт достаточно громкое заявление.       — Что ты имеешь ввиду? — чуть наклонив голову, спросила куноити.       — Ты же хочешь к ним подобраться под видом обычного животного, верно? — спросила Амайя и Мэй кивнула.       — Но у обычных лис трёх хвостов не наблюдалось, — пояснила белая кицунэ и все застыли в шоке. Даже стало немного неловко и стыдно. Она ведь права. Как они сами до этого не додумались? Видимо уже настолько привыкли, что стали не замечать...       — Мудрая, — ухмыльнулся Кадзу и белая кицунэ ответила тем же жестом.       — В клан пойду я, — твёрдо сказала светловолосая девушка.       — Нет.       — Нет.       Опять вдвоём как одно целое ответили Кадзу и Такао.       — У вас есть другие варианты или вы только и будете всё отрицать? — закатив глаза, спросила Мэй.       — Поступим так...

***

      — Это просто безумие, — сказал Сатоши, перепрыгивая очередной поваленный ствол дерева.       — Брюзга, хватит. И без тебя тошно... — закинула голову назад в обессиленном жесте Мэй.       За ними двумя шёл чуть ли не весь клан Наито, так как все готовились к худшему исходу. Лучше они все вместе потом спокойно уйдут, нежели кто-то по одиночке погибнет. Несмотря на то, что шли огромной компанией, звуков почти не было. Оно и логично.       Они уже подходили к деревне синоби.       — Вы остаётесь здесь. Я, Кадзу, Мэй и Амайя идут дальше, по сигналу выходите, — наставлял Такао остальным ниндзя.       План был прост. Амайя должна подобраться очень близко и подслушать разговоры, ведь у неё один хвост и она, несмотря на необычный окрас, похожа на обычное лесное животное. Мэй в облике лисы ходит рядом с ней, но не показывается людям. Просто присматривает. Кадзу и Такао будут ещё дальше, наблюдая из тени.       Так и произошло, правда Амайе потребовалось чуть больше времени для превращения, ведь она никогда в подобном не участвовала и её волнение ощущалось даже физически. Но она стойко держалась и уверяла, что справится с поставленной задачей. Такао и Мэй ей безмолвно гордились, хоть и переживали наверное не меньше...

***

      Притаившись в кустах, две лисицы наблюдали за жителями деревни. Они выжидали момента, когда появиться дзёнин. От взора Мэй не ушёл еле трясущийся хвост белой кицунэ. Она перевела взгляд на Амайю, которая была очень сосредоточена, и поддерживающе потерлась мордашкой об неё. Та в шуточной форме облизнула ей глаз, как бы говоря: «Я не боюсь». Были бы они сейчас в человеческом обличие, то точно рассмеялись. Ждали они достаточно долго. Хорошо, что вышли утром и солнце стояло высоко, иначе в темноте вглядываться в лица было бы сложнее.       Ещё одна проблема была в том, что даже Мэй не знала как выглядит глава этого клана, поэтому нужно было ждать каких-либо знаков и этот знак наконец настал. Какой-то парень подошёл к взрослому, смуглому мужчине и почтенно поклонился. Мэй, не медля, аккуратно пихнула Амайю в бок и кивнула в сторону двух неизвестных ниндзя. Белой кицунэ не нужно было повторять дважды и она сразу же вышла из укрытия, кинув мимолётный взгляд в сторону леса, где стояла её защита — Такао и Кадзу. Конечно их не было видно, но главное, что им видно было её.       Амайя старалась размеренно дышать и расслабиться, сейчас волнение ни к чему. Она осторожно подошла к мужчинам и села возле них как ни в чём не бывало.       — О, ты чья? Красивая, — спросил парень, который кланился.       — Мэдока, отстань от животного, — строго произнёс смуглый мужчина.

Мэдока?!

      Амайя не стала вызывать подозрений и немного отошла, сделав вид, что жуёт траву.       — Когда выходим? — спросил Мэдока.       — Собирай сейчас всех в моём доме, будем говорить.       На этих словах мужчины разошлись по разным сторонам, а Амайя, не спешла пошла в след за дзёниным.

Как мне пробраться в дом дзёнина, чтобы всё услышать?

      Мысль была абсурдной, но делать было нечего. На кону стоят жизни людей, которые стали для неё семьёй...       Лисица шла незаметно за главой клана, пока он не скрылся в своём доме. Амайе оставалось только ждать.

Кажется, я понравилась Мэдоке. Он смотрел на меня заинтересованно. Любит животных?

      План сформировался сам собой. Увидя вдалеке мужчину, у которого волосы завязаны в низких хвост, девушка начала своё представление.       Она, начав часто захватывать пастью воздух, резко побежала в его сторону, часто оглядываясь назад и выпучивая глаза, показывая страх. Потом она столкнулась с ногами мужчины и слегка истерично заскулила, жалобно заглядывая в глаза Мэдоки.       — Чего? Неужто зверь на тебя позарился? — удивлённо спросил он.       Амайя ещё громче заскулила и прижималась к ногам ниндзя.       — Ну пойдём, никто тебя не съест, — мужчина заботливо взял на руки лисицу и она, дрожа от искусственного страха, положила свою мордочку ему на плечо.

***

      Прошло несколько часов с того момента, как Амайя скрылась в доме с несколькими мужчинами.       — Не переживай, умная она, — успокаивал Кадзу.       — Умная, но не бессмертная, — Такао был мрачнее тучи, хоть и пытался это скрыть. Наверное никто бы этих эмоций не уловил, кроме друга, который жил бок о бок столько лет рядом.       Кадзу тяжело вздохнул. Что тут ещё говорить? Дело дрянь. Их нет уже несколько часов. Не одну ни вторую не видно. Никаких признаков жизни. Одна надежда.       Сбоку послышалось шуршание листвы и два синоби резко перевели свой взгляд в сторону. Кадзу потянулся за ножом, но увидя четыре хвоста опустил руку и выдохнул с облегчением. Девушки приняли свой человеческий облик только отойдя на безопасное расстояние от чужой деревни.       — Хотят напасть. Как я поняла, они хотят твоей смерти, Такао, — без предисловий начала разговор Амайя, не скрывая злости в голосе. На такое заявление у Кадзу и Мэй взлетели брови.       — Да, потому что они хотят расширения. У них два пути: либо убить тебя и переманить твоих людей к себе, либо перебить всех и забрать территорию клана Наито, — продолжила белая кицунэ, сжимая руки в кулаки.       — Когда хотят наступить? — невозмутимо спросил дзёнин.       — Сегодня вечером выйдут, чтобы прийти к ночи.       — Глупцы, ещё никогда такого не видел, — прокомментировал Кадзу.       — Согласен, они либо глупы, либо сильны и умны, раз позарились на чужой клан ниндзя, — согласился Такао, чуть нахмурившись.       — Как будем? — спросил Кадзу, смотря на друга.

***

      Вечерело, все давно заняли свои позиции. Казалось, самые невыгодные были у двух подруг. Ведь им выдалась честь никуда не лезть и смиренно наблюдать. Просто замечательно... Беременная и неопытная в бою не нужны, уже никто не говорил о том, что они женщины. Как бы две кицунэ не противились этой идее, мужчины в этот раз были непреклонны. Амайе действительно не нужно было лезть в бой и она это понимала, хоть и очень хотела помочь, но вот Мэй могла быть полезна. Такао сказал, что они справятся без неё, тем более у неё неподконтрольная магия, которая может не только помешать, но и ненароком убить того, кого не нужно. Девушку злило то, что он прав. Никто так и не смог разобраться в её неконтролируемом колдовстве. Единственное решение — быть спокойной. А как в бою, тем более между двумя кланами ниндзя, можно быть спокойной?       — Жалко Чонгана рядом нет, мог бы подлечить кого... — прошептала Мэй, наблюдая за кланом ниндзя.       — Меня дедушка многому научил кстати, я умею зашивать раны и много чего ещё, — ободряюще улыбнувшись, ответила Амайя.       Рыжая кицунэ удивилась и обрадовалась, что её подруга тоже нашла своё место в клане, но эмоции радости почти сразу же переменились. Сердце неприятно кольнуло.       — Ты чего? — взволновано спросила белая кицунэ.       — Он не вечный, замену себе ищет, — обречённо ответила рыжая лисица.       — Я надеюсь, не скоро.       — Я тоже.       Девушки погрузились в молчаливые раздумья. Каждый думал о своём, но обе понимали, мысли у них похожи. Всё сводилось к предстоящему бою.       На улицах деревни начали появляться члены неизвестного клана. Все в чёрных одеяниях и уже с открытыми лицами.

Уверенные в себе?

      Деревню окутал серый, густой туман — это Такао подал знак. Девушки наблюдали за всем сверху — самое невыгодное положение. Их как-будто связали, но без верёвок. Хоть на этом спасибо.       В кустах началось еле заметное шевеление. Люди деревни, заметив туман, явно занервничали.       — Откуда такой туман ни с того не с сего?! — возмущённо прокричал один из них и тут же получил ножом в горло. Это настолько быстро произошло, что даже девушки не увидели кто конкретно его убил.       Начался бой и суматоха. Два клана синоби. Люди, которые всю свою жизнь обучались нечестному бою. Убивать за деньги, без угрызения совести. Этот клан оказался действительно не промах. Дрались искуссно, быстро, бесшумно. Это поистине пугало.       Становилось уже очень темно и девушки, не сговариваясь приняли облики лис, чтобы лучше видеть в темноте. Мэй начала искать глазами своих. Сначала она замечала членов клана с которыми она общалась не близко, но знала. Главное живы. Вдалеке мелькнуло два тёмных силуэта. Один бежал за другим. Смертельные игры в они-гокко.Догоняющего она узнала сразу — Сатоши. Он бегал очень быстро, поэтому скоро нагнал противника и выкинул нож точно в шею, неизвестный упал замертво. Переведя взгляд в сторону, Мэй заметила четыре силуэта и её постиг настоящий ужас. Это был Кадзу, который отбивался от троих. Стоило ей только запаниковать, как рядом с ним оказался Хонг. Теперь они прикрывали спины друг друга. От взора девушки не ушло то, что с губы её мужчины шла кровь.       Багровый диск солнца опустился за горизонт, потемневшее небо осыпало крупицы звёзд, а бой все ещё продолжался... Никто не хотел отступать, все были мастерами своего дела и это пугало. Пугал тот факт, что это необычные воины. Все эти люди тоже профессиональные ниндзя, которые умели убивать. Нечестно убивать.       Что-то подсказывало девушке, что нужно превратиться в человека и она повиновалась этому желанию. Амайя, увидя это, поступила также.       — Я не вижу Такао, — взволновано промолвила обладательница пшеничных волос, бегая глазами по пространству.       — Бережёт силы, бинты и остальное у тебя?       — Да.       После небольшого разговора, девушки увидели главу своего клана, который вышел из тени, вскидывая забинтованную руку в пас. В следующих миг неизвестного вжало в стену голубым щитом, а по ладоням Такао потекла алая жидкость, скользя в длинные рукава кимоно. Увидя колдуна, дзёнин чужого клана вышел к нему. Началась схватка между двумя главами кланов. Они не давали даже шанса друг другу и близко к себе подойти. По искусству и возрасту противника Такао понял — это дзёнин. У обоих цель — убить.       — Неужто дзёнин? — спросил неизвестный, уворачиваясь от очередного морока.       — Решил побеседовать? — спросил Такао.       — Я знал твоего отца, ты похож на него, только у тебя волосы белые и длинные, а у него тёмные и короткие, — продолжил разговор глава чужого клана.       — Значит ты ещё и предатель, — невозмутимо сказал Такао. Он знал, что противник сейчас пытается давить на него и поддаваться не собирался.       — Переходи на нашу сторону и все останутся живы. Отец после этого гордился бы тобой.       После этой фразы Такао прижал его щитом к стене, что тот ударился об неё затылком.       Амайю поглощал страх, а Мэй — ярость. Они наблюдали за этим страшным боем и молились, чтобы все остались живы. Девушки видели, что главы кланов во время боя разговаривают — это настораживало и удивляло одновременно. О чём? Явно не светские беседы ведут.       — Мэй! — позвала Амайя подругу, прикрывая рот от ужаса и показывая куда-то рукой. Рыжая кицунэ сразу же перевела взгляд по направлению ладони и увидела два силуэта, которые крадутся в сторону Такао сзади. Грудь сдавило спазмом – внутри, возле сердца, заворочался, заклокотал огонь, разбуженный резким выбросом эмоций. Он говорил с ней, растекаясь жгучей лавой по венам — требовал наказать, покарать, уничтожить всех кто причинит боль любому близкому ей человеку.       Мэй сразу же вылетела из укрытия и понеслась в сторону крадущихся.       — Прочь! — прокричала девушка, когда увидела, что один из них уже поднял руку с ножом. В следующую секунду кицунэ сложила руки в пас и метнула в них огромный горящий шар. Два незнакомца сгорали заживо, в агонии крича и моля о помощи. Листва поблизости тоже начала гореть, девушке было абсолютно плевать на начавшийся из-за неё пожар. Это территория врагов, она должна гореть.        Она видела, силы Такао иссякают, но он не подаёт вида. На это указывают лишь полностью пропитанные кровью бинты и чуть подрагивающие пальцы. Обычный человек никогда бы не заметил, что он устал. Врагу никогда нельзя этого показывать, тем более если он такой же опытный синоби как ты.       Девушка быстро огляделась и увидя, что рядом никого нет, бесшумно начала двигаться в сторону двух глав. На них не было ни единой царапины, хоть и бились они очень долго. Не уступали друг другу в мастерстве, не допустили ни единой ошибки — и это злило каждого.        Среди звуков боя, криков и пожара никто бы не услышал итак бесшумные шаги Мэй. Девушка притаилась недалеко от двух мужчин и Такао вскинул руку, делая очередного послушника, который должен вцепиться в лицо врага. Но тот увернулся и это был идеальный момент для кицунэ. Внимание дзёнина было четко на послушнике и он совсем не мог смотреть по сторонам. Мэй подобралась вплотную, когда мужчина изворачивался от магии Такао и воткнула по рукоять любимый нож в шею противника. Он выпучил глаза и не успев даже схватиться за шею, упал на землю. Девушка вытащила клинок и вытерла его об одежду погибшего.       Вот работа настоящей куноити — убивать из тени. Жалко яд нельзя было подлить в чай. Дзёнин смерил её недовольным взглядом.       — Не смотри на меня так. Твоя жизнь дороже моей, — не слушая возражений, девушка побежала помогать другим.       Хонг, держась об окровавленный бок, отбивался от двоих.

Да когда вы успели с Кадзу разойтись?

      Мэй сразу же рванула к нему. Из-за разрастающегося гнева вокруг девушки начал полыхать огонь, который не обжигал только её. Кицунэ вскинула руки и два сюрикэна вонзились в шеи противников. Как только они упали, кицунэ подбежала ближе и добила.       Подхватила Хонга и, положив его руку на своё плечо, повела его к лесу, где ждала Амайя.       — Ты не должна быть здесь, — недовольно прохрипел ниндзя.       — Никто быть здесь не должен, — прошипела кицунэ.       — Так и знали, что не усидишь, — через боль ухмыльнулся Хонг.       Они уже подходили ближе к лесу, как прямо перед ними пролетел нож. Не успела девушка опомниться, как чей-то сюрикэн вонзился ей в бедро. Мэй прошипела от боли, Хонг сразу же убрал руку с плеч кицунэ. Удивительно, как он до сих пор стоял на ногах, выдержке ниндзя позавидовали бы многие...       Перед ними стояло четыре неизвестных синоби, которые медленно приближались, словно хищники к жертвам. Девушка вскинула руку и прошипела: — Ещё шаг и умрёте сразу.       Силы её покидали, грудь часто поднималась и опускалась, на лбу выступила испарина, однако показывать это было бы верхом безрассудства. Мужчины только рассмеялись на реплику девушки. Девчонка и раненый угрожают четырём здоровым мужикам. Смешно.       Но стоило им сделать шаг, как сверху вылетело несколько птиц, которые своими когтями вцепились в лица неизвестных синоби. Сверху спрыгнула Амайя и вонзила нож одному в горло. Хонг, сморщившись от боли, взмахнул ниндзято и распорол другому живот. Остальные двое пытались отделаться от надоедливых птиц. За их спинами наступали ещё неизвестные синоби. Мэй уже начало трясти от злости и она поддалась ей, вновь потеряв контроль...       — В стороны! — прокричала во всё горло трёххвостая кицунэ, надеясь, что её услышали нужные люди. Девушка всмахнула двумя руками перед собой и перед ними рванула широкая дорога высокого пламени, сжигающего всё живое на своем пути. В резко глазах помутнело, запахло гарью, кровью, смертью. Мэй схватилась за живот, чувствуя боль, зажмурилась.

Держаться, держаться, держаться. Мы сможем, выживем.

      Голову будто превратили в фарш, в ушах зазвенело, тело начало трястись будто в лихорадке. Мэй опёрлась на дерево рукой, чтобы не потерять равновесие и медленно сползла на колени, до конца не осознавая, что перед собой почти ничего не видит. Кто-то начал трясти её за плечи и не сильно бить по щекам. После такой тряски, девушка повернула голову в сторону и её стошнило. Потом она перевела замыленный взгляд на человека, который её тряс. Проморгалась.       — С.сатоши... где Хонг? — спросила девушка, вытирая губы рукавом.       — В порядке, он с Амайей.       Мэй начала осматривать поле боя, пытаясь вернуть себе нормальное зрение. Обожженные трупы, остатки пожара, повсюду кровь и Такао? Дзёнин сидел на корточках, рассматривая лежащего человека. Не думая, кицунэ поднялась и, спотыкаясь об свои ноги, пошла в его сторону. Сатоши ринулся за ней, чтобы придержать, выкрикивая какие-то ругательства про эту бедовую лису. Девушка его не слышала. Или не слушала.       Чем ближе они подходили, тем больше ужаса их охватывало. Такао, склонился над не движущемся телом Кадзу. Руки и лицо в красных ожогах, штаны прожжены в нескольких местах, глаза закрыты. Увидя это, Мэй рванула из последних сил к мужу и упала на колени.       — Нет, нет, нет, нет...