Психическое преимущество

      Шаг за шагом, гулкое, хлюпающее эхо отражалось от стен коридора. Пол был залит чем-то, но без какого-либо источника света… Толку от разглядываний было примерно столько же, сколько и от попыток сосчитать деревья в лесу посреди безлунной ночи. Я держался за склизкую, отвратительную на ощупь стену, шагая вперёд — бетон под пальцами ощущался, словно наполовину твёрдое, шершавое желе, которое проминала собой рука. Почему-то не покидало чувство: нужно просто идти, не останавливаясь, не оборачиваясь. Шаг за шагом, пробираясь сквозь почти кромешный мрак, я слышал лишь звук своих шагов, хлюпающих по полу, падение капель вдалеке и собственное дыхание.       Время утратило смысл, лишь страх постепенно заполнял тело нервной дрожью. Удары сердца становились всё более и более хаотичными, набирая скорость, дыхание сбилось. Единственный свет, который был едва заметен во тьме, исходил из-за спины — красный, будто кровь, отражаясь от стен и пола… И в конце концов, я, не выдержав, обернулся.              Открыв глаза, я уставился в потолок, чувствуя, как по виску стекает капля пота. Закрыв их снова, я с силой надавил на веки, тяжело выдыхая. Кошмар… Это был всего лишь кошмар.       Усилием воли стабилизировав сердечный ритм, я сбросил ноги на пол, облокачиваясь на собственные бёдра в наклоне вперёд. Мой взгляд заблуждал по ковру перед кроватью, скользя вдоль линий узора, повторяя формы, вышитые разноцветными нитями на предмете интерьера. Какое-то глупое, совершенно бессмысленное и необоснованное беспокойство поселилось в затылке, вороша сознание. Я потёр подушечками пальцев то место, где под кожей пробегала нервная дрожь, а затем бросил взгляд на часы, безразлично отсчитывающие секунды, висящие на стене около двери. Половина седьмого утра. Из груди вырвался тяжёлый вздох.              — Даже леностный студенческий сон у меня эта долбаная сила отобрала… Ну и как мне теперь по утрам валяться, прося полежать под одеялом «ещё пять минуточек», если я бодрый, как попугай под кофеином, после шести часов сна?! Эх…              Мои гласные стенания были нагло и бесцеремонно проигнорированы вселенной, никак не решившей исправить это дурацкое недоразумение, которым теперь стал мой организм. Хотя, конечно, если бы методом исправления было уронить что-то прям на мою квартиру — не уверен, что не расстроился бы… Всё же, я два дня подряд подбирал себе диван. Это мой диван! Я за него заплатил — я буду на нём лежать! Наверное. Я вообще много за что в своей квартире заплатил…       Надев пушистые тапочки-зайчики, я потянулся и с кряхтением поднял свою задницу с кровати, подойдя к компьютерному столу напротив. Очевидно, наклоняться, чтобы нажать на кнопку включения, мне было лень, поэтому… Щелчок, и вентиляторы с резким гулом разгоняются, чтобы потом снизить обороты, а я плюхаюсь на кресло, подтягивая его к столу всё той же психосилой, которой нажал на кнопку.       Почему я начинаю своё утро с компьютера? А всё предельно просто! Потому что могу. Кто мне запретит? Мама с папой? Эх…       Мысли немного сбились с утреннего ритма, перескочив на тянущее чувство тоски. Из-за того, что меня каким-то образом перенесло в этот мир в тело, так похожее на моё собственное, я не имел особых проблем с адаптацией к своему физическому существованию. Но вот ментально… Иногда мне казалось, что это всё — дурацкий сон, и вот-вот меня придут будить, чтобы я топал в универ, договариваться с куратором на тему научного исследования…       Лица родителей и брата с сестрой смазались в памяти, как и остальные воспоминания — будто это всё происходило давным-давно, а не несколько недель назад. Даже их голоса уже были предметом далёкого прошлого, вынуждая меня прилагать немалые усилия для того, чтобы их вспомнить. Грустно ли мне? Определённо. Иногда очень. Но время не отмотать назад, как бы ни хотелось.       Я побарабанил пальцами по мышке, ожидая, пока железный зверь завершит своё пробуждение, и меланхолично вздыхая. Не знаю, к счастью ли, или же к сожалению, мне ещё не довелось встретиться с родителями этого тела, но, уверен, я не буду особо удивлён. Я даже не знаю, кто они и где они. В телефоне их номера не были подписаны, что… Не стал даже заморачиваться с поисками. Сами найдут меня, если потребуется. Впрочем, не удивлюсь я и тому, что родичи сплавили своё чадо в Академию и помахали ручкой, мол, добывай себе своё счастливое будущее. А может, родителей у него и не было. В смысле, они погибли или вроде того…       Мотнув головой, я выбросил эти мысли вон. Проигнорировав все запустившиеся по дефолту программы, я залез на один из местных новостных сайтов. Названия отличались от тех, что были в моём мире, но я не то, чтобы сильно запоминал их в принципе… Так. Допустим. Что по трансатлантике?       Кажется, ещё два теракта, совершённых с помощью суперсил, имели место быть в последние полторы недели. Подземный трансатлантический тоннель, соединяющий Северную Америку и Европу, закончили строить буквально несколько месяцев назад… Но с тех пор он почти всё время подвергался нападениям. Коммерческие рейсы по нему до сих пор так и не пускают… Слишком опасно. Ну, могу понять, в общем-то. Только почему-то никакой свежей информации нет. Кто, и зачем, вообще пытается уничтожить этот тоннель? Вопросы без ответов. Вся мировая разведка пытается обнаружить и прищучить виновников… а точнее виновниц, в контексте ситуации. Как можно догадаться, эффективность у них так себе.       Мелькала у меня, конечно, мыслишка о том, что они специально не ловят этих террористов, а только предотвращают урон тоннелю, чтобы пользоваться им исключительно для военных грузоперевозок в связи с участившимися инцидентами проявления аномальной активности в Европе… Но. Зачем им вообще сношать себе мозг такими дебильными ограничениями? Это не коммерческий проект, строился трансатлантический тоннель на средства ЕС и США… Короче, хрен его знает, но где этого хрена найти, чтобы спросить — вопрос открытый.       Новости о пативэне Мстителей… Вообще не интересно. Локальные новости… Ничего из того, что я бы уже не слышал от майора или других полицейских. Они получают всю информацию намного надёжнее, чем новостные агентства онлайн и оффлайн. Но что-то всё равно не даёт мне покоя. Блин. Неужели кошмар так повлиял? Никак не могу избавиться от беспокойства. Как будто это был не просто сон, а намёк на что-то.       Я потёр глаза и мотнул головой, открывая местный Реддит. Если каждый сон считать вещим, особенно каждый кошмар, можно башкой тронуться. Учитывая мою силу, я даже не удивлюсь, что это у неё приколы какие-то происходят с моими мозгами. И ведь, самое неприятное, мне даже не у кого попросить совета… А искать другого «психа», по типу меня, в таком мире? Спасибо, но нет, я бы предпочёл не использовать настолько изощрённые способы нарваться на неприятности. Придётся разбираться с пределом своих возможностей самостоятельно.       Так, сабреддит по поводу суперов в Киеве и области. Я вчитался в строки постов. Судя по тому, что пишут, у нас очередная радиоактивная тревога в восточной части области: попытка схватить Чернобыль в третий раз оказалась неудачной, и та умудрилась тяжело ранить одного из наших суперов (не написано какого), и убить двенадцать бойцов спецназа. Н-да… Лучевая болезнь это, конечно, самая отвратительная часть атакующих способностей этой злодейки. Но её способность глушить электронику жёстким излучением? Гадость. Я бы предпочёл вообще не сталкиваться с таким мерзким противником. Надо будет на досуге подумать о методах противодействия этой шаболде…       Без особого удивления я прочитал несколько постов о мужчинах-суперах боевой направленности в нашем городе. Их реально было раз-два и обчёлся, что меня — по крайней мере уже — не удивляло. И они были натурально знаменитостями. Как минимум Фазовый Хаос и Солнечный Ветер. Вот уж ребята отличились так отличились… Вообще, именно Фазовый Хаос был любимчиком публики и общеизвестным жиголо, не пропускающим ни одной юбки (с согласия, инициативы и понукательства девушек, само собой), а Солнечный Ветер был просто хорошим парнем, который спас очень немало жизней. Очевидно, первый умеет проходить через твёрдую материю, манипулировать её состоянием, призывать каких-то призраков… Это из известного о нём, что он умеет ещё, или же скрывает — тайна, покрытая мраком. А Солнечный Ветер — супер, который подобрал себе идеальное имя. Манипуляция солнечными лучами: урон, защита, исцеление… Бг-г-г. Не хочу даже пытаться падать в эти дебри.       Без особого интереса пролистав ещё вниз, я внезапно остановился, увидев… себя. Ажиотаж, вызванный моим появлением, всё нарастал, однако закономерным вопросом задались скептики: с чего вдруг меня назвали «супером»? Вроде никаких суперспособностей я не продемонстрировал… Им, в свою очередь, отвечали, что уже как минимум три раза я задокументированно надавал в бубен суперзлодейкам, хотя, откровенно говоря, последующий контраргумент в каком-то смысле выразил и моё отношение: какие они, нахрен, суперзлодейки? Фигня на постном масле, а не «супер».       А также в сабреддите фигурировало видео, где я ломаю конечности и лица «огненной шестёрке», но с нюансом: оно запечатлило момент, когда ледяного вышвырнуло из банка к такой-то матери непонятно чем. Упс. Разгорелся жаркий спор: суперскорость? Невидимые цепи? Телекинез? Магия?! Целая когорта онлайн-экспертов начала шерстить все схожие случаи и некоторые даже умудрились опасно близко подобраться к полуправде…Но, как и всегда, всё скатилось в обсуждение меня, как мужчины.       Я отчаянно простонал, едва увидев ссылки на частные каналы девушек-художниц и… шлёпнул левую ладонь на лицо, смотря на экран сквозь пальцы, когда мой взгляд наткнулся на местный агрегатор фанатского творчества. Блять.              — Ну, всё же не может быть так плохо, как я думаю, да?.. Ну не может же быть? — с какой-то отчаянной надеждой спросил я, обращаясь к монитору, колеблясь, прежде чем открыть первую попавшуюся ссылку.              Может. Ещё как может.              Будучи предельно честным, цензурного в моих мыслях было мало: в основном междометия. Видя обсуждение и читая комментарии юных девчонок, давших своей фантазии карт-бланш, у меня задёргался глаз. Здравый смысл удержал меня от того, чтобы ворваться в текстовое обсуждение с криком: «Вы чё, ебанутые бля?!» и «Да если вам в вагину засунуть тридцатисантиметровый елдак диаметром семь сантиметров вы, нахуй, порвётесь!» — но я удержал себя. Ох, каких же сил мне это стоило. А учитывая разнообразие комментариев и методов изощрённого самоубийства через половые органы…       И это я в зоне видимости комьюнити неделю с небольшим. Неделю, Карл! А что с ребятами, которые тут уже годы в свете прожекторов?! Нет. Я не буду это смотреть. Я отказываюсь, я слишком слаб, я не выдержу.       Ошеломлённо выпустив из лёгких воздух, я закрыл браузер и откинулся на спинку кресла, принимая решение, что же делать дальше. А дальше было выключение компа и утренняя рутина. Щёлкнув кнопку всё тем же способом, я оставил механического зверя выключаться, а сам почапал в ванную. Психосилы — психосилами, а умываться и чистить зубы надо…       Из зеркала на меня смотрело тело юноши меньше двадцати лет. Точный возраст на вид определить было сложно, хотя по паспорту я знал, что этому чуду шестнадцать, почти семнадцать — день рождения двадцать второго декабря. Совершенно обычная внешность, ничего выделяющегося. Карие глаза, чёрные волосы, овальное лицо, нос с лёгкой горбинкой, совсем немного диспропорциональные губы — кажется, след какого-то ранения? В принципе, я не мог назвать себя уродом, так как это было бы банально неправдиво, но и писаным красавцем я точно не был. Симпатичный юноша метр восемьдесят пять с непримечательным объёмом мышц в теле. На Халка не похож и слава науке…       В этом теле не чувствовалось особых отличий от моего… предыдущего, наверное. По крайней мере, ощущения диссонанса не было. Но я замечал мелкие детали: родинка не в том месте, несколько шрамов… Самый видный мой шрам был — на руке, сантиметров семь-восемь, оставленный когда-то котом, который вмазал мне когтем на всю глубину своего кошачьего орудия смертоубийства. Этот шрам с детства рос вместе со мной, и, на удивление, это тело тоже его имело.       Очевидно, мою голову посетили две идеи: либо это моё тело в параллельной реальности, либо… моё сознание подстроило это тело под себя. Я лишь хмыкнул и принялся за утренние процедуры. Естественно, умудрившись даже со своими психосилами уронить в раковину тюбик зубной пасты. Мой подозрительный взгляд на это исчадие невозможности был проигнорирован в силу отсутствия у тюбика каких-либо намёков на способность мне ответить, но всё же. Что в прошлой жизни, что в этой — я вечно ронял чёртов тюбик, когда чистил зубы. Видимо, что-то не меняется никогда…       Очевидно, самый нелюбимый мой процесс — это готовка. А точнее, готовка чего-то более съедобного, чем подошва сапога, на вкус. Включив на колонке музыку, я достал из холодильника… Ну, да, ингредиенты для яичницы. Что поделать, я хочу выжить, а не отравиться и сдохнуть, как полный неудачник. А в своих кулинарных навыках я уверен лишь в той степени, в которой моих лапок хватает на то, чтобы разбить яйцо об ободок сковороды и вылить внутренности на горячее масло.       Мои попытки были тщетны. Поле битвы, в которое превратилась кухня, лишь чудом (моими пси-способностями, если быть точным) уцелело, потому что, как оказывается, если налить слишком много масла и прогреть его слишком сильно — оно начинает шмалять… Я стойко выдержал масляный обстрел, удержав кипящую жидкость в сковороде. Но тут началось непоправимое: яичница… подгорела. А ещё я высыпал слишком много специй.       Итог: я смотрю на подгоревшее блюдо, которое должен быть способен приготовить даже ребёнок, и хмурюсь. Громко буркнув «Ну и катись ты нахуй, яичница ёбаная», я пошёл одеваться. Благо в непосредственной близости от моего дома есть кафешки…       Есть какой-то шарм в том, чтобы скрывать свои суперсилы от людей. Интрига, какое-то по-детски шпионское чувство тайны, да и в принципе это всё приятно натягивает струны нервов тонкими пальцами азарта. Однако, есть нюанс… Меня могут вызвать на задание в любой момент, поэтому я беру с собой рюкзак с самой обычной балаклавой и баллистическими очками, а также в повседневности чаще всего ношу те же вещи, что и под бронёй. К слову о них…       Я скептически осмотрел целую груду грязной и абсолютно идентичной одежды, после чего крепко задумался. Благо полиция очень ценит своих суперов, и потому мне по первому же запросу выделили дополнительное оснащение. Даже не спросили — а нахрена, собственно. А значит, весь шкаф и половина другого забита одинаковыми наборами одежды. Моих сил хватало на то, чтобы менять одежду каждые сутки, но стирать с идентичной частотой? Господь-господь, нет, это не про меня.       Осознавая тщетность попыток оправдать свою термоядерную лень, я уныло поплёлся складывать стирку в машинку. С закономерным результатом: залипнуть на полчаса, пытаясь понять, как всё это великолепие стирать. Очевидно, дом был полностью пригоден для жизни, а значит, тут нормальный человек чувствовал бы себя предельно спокойно и справлялся бы со всеми необходимыми делами не как я. Но «я» и «нормальный» в контексте одного предложения — оксюморон. Ну и естественно, кроме чёрной одежды и трёх повседневных курток у меня нихрена не было. А задумался я об этом только сейчас почему? Потому что… потому что. Оставим этот вопрос без ответа.       Когда одежда была варварски запихана в машинку и благополучно там забыта, так как я не нажал на кнопку включения, сборы продолжились. В рюкзак был брошен павербанк, электронная книжка и швейцарский нож. Зачем мне швейцарский нож? Я не знаю. Откуда он у меня в квартире? Я понятия не имею. Но когда я въезжал в неё благодаря попечительству майора, в ней уже было абсолютно всё это добро.       Собравшись, наконец, я глянул на часы. Восемь часов. Успеваю к майору на десять стопроцентно. Правда, каждый раз, как я туда прихожу, высокое здание Академии мозолит мне глаза… Но уж как-нибудь «неприятность эту, мы переживём».       Закрыв дверь на все внешние замки, я почапал к лифту. После лифта, кивнув консьержке, ноги понесли меня в сторону кафе. Ну как кафе… типа мини-ресторанчик без излишеств, где я в основном ел, потому что повар из меня как из коровы снайпер. Меня там даже запомнила молчаливая девушка на кассе. Хотя трудно, наверное, не запомнить единственного парня, посещающего кафе буквально каждый день в разное время суток… ну, кроме ночи. Ночью я там не появлялся.       Толкнув дверь, я, неловко вломив по косяку своим рюкзаком, зашёл в помещение, сбрасывая с плечей свою практически пустую ношу и умостился за одним из столов. Несмотря на ну очень раннее время, буквально минут через пятнадцать после официального момента открытия кафе, тут уже было занято несколько столиков. Три из них — чисто девушками, одна пара которых, судя по всему, была на свидании. Не удивительное зрелище в мире, где шансы получить партнёра-мужчину довольно низки для среднестатистической девушки… Безумная вселенная, если так подумать. Безумная Земля. Никогда бы не подумал, что увижу такое на улицах собственного города.       А вот за одним столиком был парень, окружённый сразу пятью представительницами противоположного пола. Я, выгнув бровь, пронаблюдал за тем, как они спокойно обсуждают что-то, изредка тихо посмеиваясь, в ожидании своего заказа. Парень, зажатый между двумя большегрудыми высокими девушками, вероятно, чувствовал себя предельно комфортно. Да и несмотря на то, что сейчас уже не середина лета, был в одной футболке и штанах, показывая неплохо подкачанное тело. Стандарты красоты в человеческом обществе не поменялись даже в параллельном мире… Как бы странно это ни было, в любом случае.       Моя одежда, в противовес, состояла из куртки, кофты, футболки под ней, штанов и тяжёлых ботинок. Да, я просто взял свой стандартный подброневой гардероб и растаскал его на элементы. И всё чёрное, кроме куртки — она у меня тёмно-красная. А рюкзак старый-добрый милитари, светло-коричневого цвета, который я на военторге прихватил потому что почему нет-то. Не слишком выразительный наряд, не показывающий тело больше минимума. Хвастаться мне было нечем… Да и не особо хотелось.       Правда моё внимание не осталось незамеченным. Одна из девушек «семьи» того парня заметила мой предельно ироничный взгляд на их компанию после очередного взрыва смеха от какой-то шутки и смутилась. Ткнув локтем свою товарку, она что-то яростно зашептала, пару раз указав взглядом на меня. Я же отвернулся, достаточно поразмыслив о смысле бытия. Что мне нравилось в кафе, так это то, что заказы тут можно было делать банально сканируя куар-код на столе, и сразу же оплачивать в приложении. Удобно. Такая система много где сейчас была в Киеве, но не везде, точно не везде.       Залипнув в телефоне на канал с мемами, я улыбнулся. Ну, жизнь идёт своим чередом, если так можно сказать. Террористические атаки суперов в этом мире — обычное дело, и даже мемы отображают эту реальность. Хотя тут больше в ходу мемы по типу «твоё лицо когда супер, прибежавшая тебя спасать, расхерачила больше, чем все злодейки вместе взятые». И причём жиза ведь…       Как только мне принесли мой заказ — целую тарелку блинов и графин апельсинового сока — я уже было приступил к своему завтраку, стараясь выбросить из памяти свой утренний кулинарный провал, но внезапно моя психическая сила ухватилась вниманием за что-то знакомое. Огонёк разума, находящийся в состоянии стресса, где-то вдалеке. Я задумался, кто же это может быть и чего вдруг моя сила так быстро его засекла. А потом понял. Да это же моя хорошая знакомая! Ха-ха, теперь понятно. Бедолага страдает от похмелья...       Осторожно коснувшись её разума своим, что оказалось на удивление легко даже на таком расстоянии, я поманил её к себе и буквально через пять минут, когда я прикончил уже третий блинчик, стараясь растянуть трапезу как можно сильнее, дверь в кафе отворилась.       Гражданское альтер-эго Чёрной Вдовы было… Ну я бы соврал сам себе, если бы сказал, что мне она не понравилась. Прелестная красавица с фиолетовыми глазами, где-то примерно моего же роста. Литые бёдра, пружинистая походка, аккуратная грудь средних размеров, чистая кожа и симметричное лицо со слегка заострённым подбородком. Правда, почему-то, одетая в шорты ну явно не по размеру, отчего форма её задницы была предельно открыта взгляду, и несколько короткую футболку, открывающую прекрасный вид на подтянутый живот. Хотя я догадываюсь, чем был обоснован такой выбор одежды…       Едва только её кросовки пересекли порог заведения, девушка нахмурилась, явно озадаченная своим внезапным желанием зайти сюда. Внешне по ней было невозможно сказать, что она плохо себя чувствует, хотя мои силы чётко указывали на то, что состояние у героини так себе. Но что удивило меня больше всего, так это её без преувеличения завораживающие волосы платинового цвета. Я никогда не видел такого красивого оттенка, столь естественно смотрящегося на девушке, как у неё. Ниспадающие чуть ниже лопаток, с двумя прядями по обе стороны от лица, они показались мне чуть ли не сошедшими с картины.       Моё бесстыжее разглядывание было мгновенно замечено ею — хотя я не был уверен, можно ли приплести сюда паучье чутьё, и Вдова нащупала источник внимания взглядом. Её глаза расширились от удивления: одиноко сидящий у окна парень, разглядывающий её причёску, явно был не слишком ординарным явлением в жизни кого-то вроде неё. Девушка оглянулась вокруг а затем, вздохнув, покачала головой и уже собралась уходить, как я замахал ей рукой, указывая на место напротив себя.       Подойдя в некоторой нерешительности, она с лёгкой улыбкой отодвинула стул и присела, изучая меня своими фиолетовыми зеркалами души. Красивые глаза. Я понял, что молчание затянулось, как только она, почувствовав укол смущения, прокашлялась и улыбнулась шире.              — Привет. Мы… знакомы? — неуверенно спросила она, озадаченная моими разглядываниями.              Её голос звучал почти так же, как и в костюме, но поведение разительно отличалось. Кажется, эта девушка в костюме и без него чувствовала себя двумя разными людьми. А вот мой она узнать не смогла бы: когда я в броне — мои силы искажают его до неузнаваемости. Первое применение своей суперсилы, что я вбил в подсознание, и которым я искренне горжусь. Я широко улыбнулся в ответ и покачал головой.              — Нет, но как только я тебя увидел — сразу решил исправить это недоразумение, — не поведя бровью соврал я, отчего та приоткрыла было рот для ответа, но лишь молча отвела взгляд на пару секунд. — Меня Ярославом зовут. Хотя, конечно, обычно я сам прихожу.       — Меня зовут Кира. — Её щёки слегка порозовели от смущения из-за того, что она сейчас пребывала в таком состоянии. А ещё, кажется, я уловил отголоски какой-то другой эмоции… Но лезть в её голову настолько глубоко я не стал. — И зовут меня часто, хотя, конечно, не те, кого мне хотелось бы слышать, и не по тем причинам, по которым хотелось бы.       — Тяжёлая неделя выдалась, да? — участливо кивнул я, аккуратно цепляясь за её разум своей силой и потихоньку подавляя болезненные ощущения, пока моя рука пододвигала к ней стакан с соком. — Проблемы на работе?       — Что-то вроде того, — кивнула моя собеседница, заправляя выбившуюся прядь за ухо и начиная постепенно немного паниковать. — Хорошее кафе, однако. Я, правда, понятия не имею, почему решила сюда заглянуть, если честно. Раньше никогда тут не бывала…       — Всё случается впервые, да? Ну и к тому же, я очень даже рад, что ты внезапно решила тут появиться. — Особенно учитывая то, что послужило этому причиной… Я склонил голову набок и подпёр её рукой, облокотившись на стол. — Ты куда-то торопишься?       — Я? Нет, никуда, — отрицательно качнула она головой, прислушиваясь к собственным ощущениям. Благодаря моему вмешательству, последствия попойки уже полностью исчезли и больше не тревожили её. — Ну, уже, по крайней мере… Слушай, а тебе не жарко? — внезапно решила сменить Кира тему, взглянув на мою одежду.       — Мне? Не-а. — Я обвёл взглядом не закрытые от обзора столом части тела девушки. — Я чувствую себя прекрасно. Погода ещё не совсем испортилась, но ветерок прохладный, и к тому же с температурой у меня особые отношения. А вот ты… Тебе, кажется, жарковато. Не хочешь сок попробовать? — Стакан, придвинутый к ней, так и остался нетронутым. — Угощайся, я всё равно уже подкрепился.       — Спасибо… — слегка подрагивающей рукой подняв стакан, она залпом выпила его содержимое, из-за чего несколько капель не попали в рот и стекли на подбородок и ниже. Девушка быстро утёрлась и тяжело выдохнула. Даже псиоником быть не надо, чтобы понять, что её сердце сейчас колотится в груди с неестественной для такой повседневной ситуации скоростью. — Как бы сказать… Я…       — Держи. — Всё же решившись на свою предельно дерзкую авантюру и решив, что мне терять всё равно нечего, я протянул ей свой телефон с открытым меню набора номера. Кира ошеломлённо застыла на месте, переводя взгляд с телефона на меня и обратно. — Мне что, вслух надо это сказать, или как? А ты смелая. Заставляешь парня делать первый шаг, — подначил я её.       — Нет, я не… — застыв на полувздохе, она быстро схватила мой телефон и напечатала там свой номер, а её щёки приобрели пунцовый оттенок. Я быстро вошёл во вкус, получив положительную реакцию на свою наглость. Через десять секунд телефон был протянут обратно с уже сохранённым контактом. — Вот.              Её смущение и растерянность можно было вёдрами черпать. Кажется, она совсем неправильно расценила реакцию собственного тела, но не влезая в её голову глубже — чего я делать не хочу — сказать наверняка трудно.       Красавица напротив вздрогнула, когда я, забирая телефон, сжал её ладонь своей собственной. Было очень странно чувствовать такой контроль над ситуацией. Мне кажется, скажи я ей сейчас почти что угодно и она просто бессознательно поплывёт. Или…       Я напряг собственные психосилы, исследуя её тело. Девушка, двадцать три года, девственница… Так, зачем я вообще туда полез? Поднимаемся выше… Сердце, пульс почти двести. И в голове каша. Аккуратно коснувшись её сознания, я чуть не утонул в мешанине из эмоций. Робкая надежда, яростное смущение, но больше всего было какого-то детского страха.       Поднявшись, я забросил рюкзак за спину одной рукой, всё ещё держа ладонь временно потерявшей способность произносить осмысленные предложения Киры, и повёл ту в сторону выхода. Кажется, пара девушек за дальним столиком проводила её завистливыми взглядами… Едва мы оказались на улице, я улыбнулся и прикрыл глаза, подставляя лицо прохладному ветру.              — Не хочешь пройтись немного? У меня есть ещё свободное время, которое я хотел бы провести в твоей компании.       — Конечно! — как-то слишком уж быстро выпалила она, сжимая мою руку с силой гидравлического пресса. Не будь моё тело усиленным, остался бы как минимум синяк… А то и пара трещин в костях. — Тут недалеко есть пара хороших мест.       — Пара хороших мест — это, надеюсь, парк? Потому что я бы не отказался подышать свежим воздухом.       — Парк? Ну, парк так парк.              Её согласие было несколько поспешным, так как она явно не хотела упустить момент, а я всего лишь пытался удержать ровное выражение лица и не рассмеяться от тянущего чувства азарта в груди.       До парка мы так и дошли, держась за руки, и устроились на одной из скамеек посреди тихой аллеи, где в такое время суток было не слишком много людей. Разве что некоторые одинокие силуэты мелькали на краю видимости. Кира потерялась в мыслях, отчаянно пытаясь придумать что-то, о чём можно было бы поговорить, а я просто наслаждался прохладным ветерком и шелестом крон деревьев. Листья шуршали под порывами ветра, а где-то недалеко мелодично звенела музыкальная подвеска с колокольчиками, словно пытаясь повторить мелодию растительности.       Солнце всё ещё грело достаточно, чтобы не замёрзнуть на постоянном ветру, да и август закончился совсем не так давно. Яркие утренние лучи пробивались через промежутки в движущихся от потоков воздуха кронах или между стволами деревьев, создавая причудливую игру теней. Но больше всего тепла исходило от пышущего жаром тела сидящей рядом со мной девушки, чья нервная система явно перешагнула безопасную для себя грань напряжения. Опомнившись от острого укола вины, среди моих мыслей ярко мелькнула одна о том, что с моей стороны очень некрасиво вот так вот срывать нервы Кире. И вообще, пора бы побыть джентльменом и помочь девушке. Мысленно обругав себя, я мягко коснулся её сознания своим, успокаивая никак не желающее тормозить сердце и усилием воли подавляя нервную дрожь.       Глубоко вдохнув и выдохнув, она улыбнулась, почувствовав, как я медленно глажу её ладонь своим большим пальцем, но лицо моей визави всё ещё оставалось красным. Девушка подняла взгляд наверх и слегка прищурилась, ослеплённая ярким солнечным лучом. Спокойствие медленно заняло положенное ему место в душе прелестного создания по правую руку от меня, отчего и мне на душе стало хорошо и спокойно. Улыбнувшись ей, я тихо сказал:              — Я не большой фанат ходить по паркам в свободное время, но иногда такой рывок прочь из удушья бетона и асфальта… Позволяет вдохнуть полной грудью и, наконец, расслабиться. Хотя, конечно, искусственные парки ни в какое сравнение не идут с настоящим лесом. — Из груди вырвался смешок, сопровождавший покачивание головы. — Впрочем, кому я вру? Самому себе, разве что. Всю жизнь прожил в городе и выбирался на природу только по праздникам… Но ничто не идёт в сравнение с настоящими шашлыками посреди буераков и зрелищем прожжённого угольком кроссовка!       — Тебе нравится лес, Ярослав? — тихо поинтересовалась Кира, повернув голову ко мне и смотря мне в глаза. — Я… тоже люблю природу. Но как-то в последнее время не сильно часто получается выбраться из Киева. Ну... Наверное, как и ты, я прожила тут всю свою жизнь и мне вполне комфортно существовать среди многоэтажек и асфальтных дорог. — Девушка провела пальцами свободной руки от губ до подбородка, с улыбкой погрузившись в какие-то воспоминания. — Но иногда меня посещает странное чувство неправильности, когда я всё время вынуждена слышать шум машин и гомон людей в этом бетонном муравейнике.       — Люди вообще странные создания, — кивнул я, к приятному удивлению Киры беря её пальцы в замок своими собственными. — Мы уничтожаем настоящую, естественную красоту природы, чтобы воссоздать её эрзац в контролируемых условиях. Ищем утешения в симулякре, перевирая оригинал во имя каких-то невнятных целей, копируя то, чего никогда не существовало.       — Глубокомысленно. — Девушка хихикнула, прикрывая рот ладонью, и тут же уточнила: — В наше время нечасто можно встретить людей, которые искренне задумываются о последствиях действий цивилизации. Я не слишком хорошо разбираюсь в философии, если честно… Но твои слова звучат как что-то, имеющее двойное дно. Ты философ по образованию?       — Нет, я просто… — Мне стоило очень больших усилий удержаться, чтобы не сказать «ленивый распиздяй, пожравший слишком много случайного контента в интернете, и набравшийся кучи умных слов», из-за чего я чуть не поперхнулся. — Кхм. Скажем так. Моё образование имеет некоторые смежные с философией области. Ну и капелька эрудиции имеет место быть… Ах, не стоит воспринимать мои слова слишком серьёзно! — махнул я рукой, неловко улыбаясь. — Я просто люблю звучать как-нибудь по-умному.       — Красота формы — тоже красота, которой можно наслаждаться, — покивала Кира, а затем перевела взгляд на свою левую руку, едва заметно прикусив нижнюю губу. — Слушай, я хотела спросить…       — Дай угадаю. — Я тепло улыбнулся, прислушиваясь к собственным чувствам в этот момент. Что-то очень сильно намекало мне, что я поступаю правильно. — Ты хочешь спросить, откуда я такой красивый и весь из себя хороший взялся? Не волнуйся, я тоже не знаю ответ на этот вопрос.       — Ты словно мои мысли читаешь, — весело улыбнулась она, отчего моя бровь поползла вверх. От настолько ироничного взгляда Кира звонко рассмеялась. — Ох, я понимаю, что у меня всё на лице написано… Просто шучу. Тебе никто не говорил, что ты крайне проницательная личность?       — Ты первая. Скажи, Кира, если вопрос не слишком личный… У тебя есть парень? — пытливо заглянул я ей в глаза, прекрасно зная ответ на собственный вопрос. Авантюра вступала в последнюю фазу исполнения. Она сглотнула и отрицательно качнула головой. — Чудесно! Я знаю, что это немного поспешно, учитывая что мы встретились буквально сегодня, но ты мне очень понравилась, так что…              Конец моего предложения смазался в невнятное мычание, как только моё лицо силой уткнули в два мягких холмика — манёвр, не предусмотренный мной. Девушка обвила мою голову обеими руками, прижимая к своей груди, и зажмурила глаза. Её сердце опять напоминало разогнанный до предельных оборотов двигатель, словно стремясь вырваться из-под рёбер на волю. Я осторожно обнял её в ответ, чувствуя, как в её сознании формируется какая-то безумная надежда и ярко-ярко светится мысль, похожая на «А что, так вообще можно было?!». Естественно, мне не удалось отстранить свою силу от столь сильного всплеска эмоций и я буквально утонул в радости, которой лучился разум Киры. Этот чистый, насыщенный свет пьянил так, как никогда и ни за что не будет способен опьянить алкоголь, и я практически бессознательно нырнул в него, обмякнув в её руках от неожиданности.       Шоковое состояние продлилось недолго, и я, всё же, взял себя в руки, постепенно отходя от такой внезапной «дозы». Однако, была ещё и другая проблема: мне было нечем дышать…       Аккуратно постучав её по плечу ладонью и промычав нечто, напоминающее «мнфе дыфафт нефем», я ощутил, как девушка вздрогнула всем телом и дёрнулась, ослабляя хватку на моём затылке. Её тяжёлое дыхание, покидающее полураспахнутые губы, горячим потоком обдувало мой лоб, едва я поднял взгляд на неё.              — Что-то не так? — осторожно спросил я, переводя своё тело в более-менее стабильное положение. Она яростно замотала головой, а затем широко улыбнулась.       — Нет, нет… Всё так. Просто… Я не могу поверить… Как бы тебе сказать… Это… — Она сглотнула, силясь подобрать слова. — Я просто подумала о том, что это всё как будто сон. Немножко страшно думать о том, что я вот-вот проснусь…       — Ты меня отчасти пугаешь, — нахмурился я, внутренне улыбаясь, стараясь не обращать внимание на точно так же быстро бьющееся сердце. — Всё точно в порядке? Может, тебя ущипнуть надо?       — Да! Нет… Извини, я, наверное, слишком бурно реагирую. — Она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, выравнивая дыхание, после чего поправила волосы. — Но кто в здравом уме отказался бы?       — Ну, не знаю, тот, кто всё же действительно в здравом уме? — фыркнул я, сдувая её платиновый локон в сторону от своего носа.       — Вот обязательно тебе паясничать в такой момент? Мог бы дать мне порадоваться немного… Или… ты о чём? — В её голосе засквозило беспокойство. — Ты имел в виду совсем не то, о чём я подумала?       — Э-э. — Шестерёнки в моих мозгах со скрипом заглохли. — Нет, просто, как бы…              Объяснять ей свой ход мыслей было бессмысленно, бесполезно и даже вредно. В моём мире такая красавица была бы предметом воздыхания целой толпы мужиков начиная с пубертата. Впрочем… Можно отложить эти размышления на потом.       Кира внимательно всмотрелась мне в глаза, ожидая продолжения. Я вздохнул. Очевидно, совмещать жизнь супергероини и повседневность обычной девушки ей было сложно. Могу предположить, что недомолвки и отсутствие средств, сил или же банально времени сказалось на личной жизни. Пф-ф… Да я как будто вживую слышу какой-то недовольный мужской голос, говорящий о том, что у неё вечно нет времени или типа того… «Ты совсем не уделяешь мне внимания! И рубашку купила не под цвет ботинок!» Бг-г-г.       Что ни говори, стереотипы появляются не из пустоты. А этот мир — один огромный, кривой стереотип.              — Откровенно говоря, я просто не ожидал, что это сработает. — Мне пришлось отвести взгляд, чтобы собраться с мыслями. Ну да, в моём мире это и не сработало бы… — Я просто решил, что попытка — всё же, не пытка. Ладно. Что уж тут говорить. Как на счёт того, чтобы, раз уж мы перескочили этап целой кучи свиданий, узнать друг друга получше?       — Пф-ф-ф. Ха-ха-ха! — рассмеялась она, кивнув с усмешкой на лице. — Ты прав, в самом деле. Какой-то реактивный скачок через пропасть, реально. Если так подумать, то я и сама удивилась немного… Только вчера я выпила… А… Кхм.       — Да-да? — ехидно уточнил я, увидев, как Кира стушевалась. Девушка обречённо вздохнула.       — Ну, в общем, много выпила. Состояние отвратительное, настроение тоже, проблемы навалились внезапно, да и… Как бы… Ни с того ни с сего зайти в случайное кафе, встретить парня и тут же потерять голову… — Моя визави смущённо потёрла шею пальцами. — А потом…       — Адепт любви с первого взгляда. Безнадёжный случай. — Я закатил глаза и покачал головой, отчего Кира снова вздохнула. Не дав ей времени на то, чтобы упасть духом, я добавил, чтобы немного разбавить атмосферу шуткой: — Ну, впрочем, я такой же. Случайный важный вопрос!       — Нда? — заинтересованно отозвалась героиня под прикрытием. — Я вся внимание.       — У тебя машина есть?       — Э-э-э… — Было видно, что мой вопрос её смутил, и даже немного расстроил, но ответила она честно: — Нет… Но…       — Вот и хорошо. Ненавижу ездить на машинах, меня в них укачивает. Будем на метро кататься.              В очередной раз озадачив Киру своим высказыванием, я тихо захихикал и отстранился, чтобы взглянуть на неё со стороны. А потом задумался. Окей. Теперь у меня есть, технически говоря, девушка. Что с этим делать?       Моё видимое замешательство не ускользнуло от внимания Киры, и та склонила голову слегка набок, рассматривая меня. Её подобные мысли как-то не волновали судя по всему. Я же почесал подбородок, проводя взглядом сверху вниз и обратно, погружённый в раздумья.       Наступил тот момент, когда мой дерзкий план, придуманный за полторы минуты мужской частью меня любимого, претворился в жизнь. Допустим. Теперь в дело вступает мозг, и вот мозг задаёт закономерный вопрос: дальше-то что?              — Что-то не так? — обеспокоенно спросила она, складывая руки под грудью. Я отрицательно покачал головой, вырванный из раздумий, а затем поднялся.       — Нет, всё в порядке. Я просто думаю, что мне теперь делать. Так далеко я ещё не заходил…              Кира лишь приподняла бровь, а затем, когда поняла, о чём я — подавилась смехом и закашлялась в кулак. Н-да. Видимо, в этом мире этот фильм существует в идентичном виде. Интересно, там тоже Том Круз снимался, или тут какая-то Тамара Крузова за него? Отсмеявшись, она поднялась и подала мне руку.              — Думаю, мы выясним это по ходу дела.              В самом деле… Я достал телефон и написал майору о том, что я опоздаю, так как у меня появились определённые важные дела. Тот ответил, чтобы я, в таком случае, приходил, когда мне будет удобно. Со смайликом! И кто из нас мысли читать умеет?!       Естественно, убрав телефон в карман с кислой миной, я взял руку своей теперь уже девушки, улыбавшейся всё это время и кивнул.       По ходу дела — так по ходу дела. Ходить я ещё не разучился.       

***

      Несколько часов, проведённые с Кирой в парке и за его пределами, оказались самым приятным времяпрепровождением, которое у меня было за столь короткое время в этом мире. Она оказалась, на удивление, довольно спокойным и уравновешенным человеком с несколько необычными увлечениями: коллекционировала редкие пробки из-под вина и куски брони с исторических танков. Предметом её гордости были три экспоната домашнего микромузея: кусочек брони с безымянного Шермана, протаранившего насмерть (с оговорками) Королевский Тигр в Арденнах; сегмент гусеницы Б1 Бис (или, как мы оба называли его — бибис), разгромившего колонну немецких танков во время прорыва через север Франции; и буквально лелеемая ею баночка с осколками лобовой брони танка Колобановой.       Я, попросив её рассказать поподробнее об этом всём, пока мы ходили по парку, только кивал. История в этом мире буквально… ну почти ничем, на удивление, не отличалась в некоторых моментах. Правда, хм… Не помню, чтобы в моём мире у нацистов было лазерное оружие и летающие крепости, а у США — успешная (в количестве одной штуки) программа суперсолдат. Кажется, в моём мире также не было «хеликерриеров», которые Кира описала, как гигантские воздушные авианосцы. А ещё, когда я спросил, кто построил такое чудо — ответила мне, что не знает.       Моя теперь-уже-девушка оказалась на удивление разговорчивой. Хотя, конечно, с оговорками: у неё, судя по всему, были какие-то проблемы с доверием, но как только я проявил искренний интерес к её хобби и показал, что и сам разбираюсь в некоторых вещах — она сразу же растаяла и рассказала, очень красочно и подробно, несколько своих самых любимых историй периода середины прошлого века. Кира оказалась отличным рассказчиком и, я бы даже сказал, превосходным педагогом — по крайней мере, будь у меня в школе преподавательница, похожая на неё, на уроках истории, я бы их не прогуливал.       Семья у неё была небольшая… кажется, мне пора хотя бы попытаться не кривиться, когда я думаю или говорю об этом… четыре матери и один отец. Шесть сестёр: одна от той же матери, которая родила её, а другие от остальных. Сестра от той же матери у неё младшая, ей сейчас семнадцать. Правда, согласно словам всё той же Киры, они достаточно сильно отличаются по характеру: если сама Кира осторожная и взвешенная девушка (по крайней мере, согласно её словам), то её младшенькая — ураган на ножках. Вспоминая её поведение в облике Чёрной Вдовы, а также объёмы поглощаемого алкоголя, мне кажется, она как минимум слегка лукавит…       Впрочем, характер в гражданском у неё был приятным. Она умела слушать, и умела рассказывать, обладала хорошим чувством юмора, неспешностью в действиях и крайне очаровательно смущалась от проявлений к ней интереса. Естественно, присутствовали определённые намёки на проблемы с самооценкой, но, у меня такое ощущение, что практически у каждой второй девушки в этом мире они есть… Как ни крути, а такая жестокая конкуренция, вбиваемая в головы самим социумом, имеет последствия.       Но в общем и целом, близкое общение только доказало правильность моего выбора. О себе я рассказывал немного, больше слушал… Да и рассказывать было особо нечего, так как об этом теле я знал чуть больше, чем можно было бы догадаться, просто наблюдая за мной. Но, кажется, мы довольно удачно сошлись в увлечениях. Она пообещала показать мне свою коллекцию, если мне захочется посмотреть… Естественно, её истинная цель заключалась в совсем другом, но я не стал уличать девушку в этом. Да и зачем? Мне и самому хотелось побыть с ней наедине, только шестое чувство рекомендовало не торопить события, чтобы всё шло своим чередом.       Я, конечно же, пообещал в ответ, что на днях зайду к ней, благо у неё была собственная квартира, пусть и небольшая и съёмная. По образованию девушка была переводчицей с арабского и китайского, но мне-то было понятно, что она не переводами себе на жизнь зарабатывает. Если честно, мне было интересно узнать, в каких условиях она получила собственные силы, но я не торопился раскрывать ни её секрет, ни свой собственный. Несмотря на эйфорию момента, всё же, стоило для начала заработать её доверие. Иначе целая куча совпадений, как минимум, натолкнёт её на неприятные мысли…       Ну, или мне так кажется. В любом случае, я отлично провёл своё время, позвонил ей на телефон, чтобы она тоже сохранила мой номер, и вот сейчас мы планировали расходиться.              Кира слегка замялась, когда мы вышли на тротуар, идущий вдоль оживлённой дороги, поглядывая на меня исподтишка. Она хотела что-то сделать, но её поверхностные мысли никак не могли оформиться в нормальное, читабельное желание, так что я просто подождал, пока девушка наберётся смелости.              — Ну, мне уже пора идти, есть определённые дела сегодня, — кивнул я, проверяя телефон. Майор, естественно, меня не торопил, но испытывать его терпение было бы верхом неразумности. Кира слегка вздрогнула, выныривая из собственных мыслей. — Я обязательно как-нибудь загляну к тебе на днях, чтобы посмотреть на твою коллекцию. Если вдруг что, то пиши — я, в основном, всегда на связи, если не сплю. Хотя, конечно, могу иногда прошляпить пару сообщений…       — А-ага… Спасибо за сегодня! И… — Она замялась на пару секунд, после чего улыбнулась. В фиолетовых глазах Киры, казалось, искрилось счастье… Хотя это, скорее, я просто проецирую на её внешность ощущения собственных психосил. — Я очень рада, что у нас настолько схожие увлечения. Это такая редкость: найти кого-то, увлекающегося той же частью истории, что и ты.       — Согласен, — кивнул я, улыбаясь в ответ. — Мне очень понравилось слушать эти истории в твоём исполнении. Ты отличная рассказчица. Что ни говори, а я, всё же, очень люблю героические истории и их вариации...       — Героические истории? — моргнула она несколько раз подряд, а потом приоткрыла рот и издала короткое «А-а-а!». — Я поняла, о чём ты. Ну да, если так подумать, то большинство историй, которые дошли до нашего времени, имеют в центре внимания очень многих уникальных героических личностей…       — И вот это мне в них и нравится, если уж быть предельно честным, — взяв её руки в свои, я провёл большими пальцами по тыльным сторонам её ладоней, наслаждаясь прикосновением к её коже. Кира лишь заинтересованно взглянула на меня. — В историях, в которых фигурируют не суперы, а обычные люди, смотрящие в глаза смерти, имея только свою доблесть и веру в то, что они делают то, что должно… Есть шарм, который не найти ни в одной истории о суперах. Чтобы делать то, что делали они, требуется особый вид храбрости и отваги. Преодолевая страх и смотря смерти в глаза… Я бы так не смог. В смысле, если бы у меня был выбор, иметь суперсилы или нет — естественно, я выбрал бы иметь суперсилы. Но… — Тут я хитро усмехнулся, вызвав вопросительный взгляд своей девушки.       — Но?       — Честь и храбрость — тоже своего рода суперсила, правда? И вот такой суперсилой я бы не отказался обладать. К сожалению, пока что меня не кусал храбрый и благородный паук…       — Ха-ха… Я бы тоже не отказалась, чтобы меня такой укусил… — со слабой улыбкой отозвалась девушка, и я понял, что попал в яблочко. Неужто и правда всё так, как я думал? Ох уж эти кусачие пауки, создающие суперов… — Ты прав, Ярослав. Ну, я пойду уже… — неловко вздохнув, она освободила свои руки от моей хватки и собралась уходить, так и не решившись на то, для чего отчаянно пыталась набраться смелости.       — Постой.              Я взял её запястье и мягко притянул к себе, перекладывая обе руки на её талию и прижимаясь к её губам своими. Сперва не осознавшая произошедшее напряжённая Кира через несколько секунд расслабилась, отвечая на поцелуй, и обняла меня одной рукой за затылок, а второй за спину. Её веки сомкнулись, пока она погружалась в собственные ощущения. Было бы ложью сказать, что мне самому не потребовалась немалая доля выдержки, чтобы осмелиться на подобное…       Но несмотря на то, что сейчас моё собственное сердце отбивало гулкий барабанный ритм о рёбра изнутри, я наслаждался мягкостью девичьих губ Киры и теплом её тела. Её пальцы на моём затылке нежно перебирали мои волосы, скользя по коже подушечками. Полностью отдавшись этим ощущениям, я вспомнил о том, что мне, вообще-то, надо дышать только тогда, когда лёгкие начали упорно сигнализировать о нехватке кислорода.       Девушку же, кажется, это не заботило от слова совсем. И лишь только когда я силой разорвал поцелуй, тяжело дыша и искренне задумываясь о том, что анаэробное существование в принципе не так уж и плохо, она тоже вспомнила о том, что ей надо дышать. Так мы и стояли где-то с полминуты, смотря друг другу в глаза и пытаясь отдышаться. Наконец она, красная, как помидор, отпустила меня и, скомканно попрощавшись, бежала с поля боя, провожаемая моим взглядом и улыбкой. Кажется, для неё это было слишком. Не обладай я своей силой и не чувствуй её восторг, мог бы даже подумать, что я слегка поторопил события. Впрочем…       Проигнорировав немногочисленные взгляды и добродушные смешки нескольких женщин в возрасте, наблюдавших за нами с пониманием и какой-то ностальгией, я помахал Кире рукой на прощание и отправился в противоположную сторону. Всё же, надо переодеваться в свою броню и топать к майору…       Я покосился на телефон в своей руке и хмыкнул. Кажется, жизнь налаживается.       

***

      Подойдя к краю крыши в полукилометре от районного отделения полиции, я стащил баллистические очки с глаз и шлёпнул их выше, на шлем. Несмотря на то, что я обладал, по сути, довольно серьёзным потенциалом, я не использовал свои психические силы и на сотую долю от того, что, казалось, мне подвластно. Конформистский подход мозолил мне мозги, но прошло слишком мало времени, чтобы я привык к тому, какой мощью обладает это тело… Что привело меня к другой необходимости.       Замыслиться о смене подхода.              Да, это, вероятно, даже в качестве тезиса звучит довольно смело, но суть в том, что одними кулаками многих суперов не победить. Мне надо научиться пользоваться собственным арсеналом. Например… Что на счёт остановки пуль в воздухе? Метания каких-нибудь пси-зарядов или… ну… не знаю даже. Пси-сила, которой я владею, не имеет каких-то чётких ограничений. По крайней мере, я не чувствую их. Загонять её в рамки конвенциональности — глупо, но как использовать то, что не понимаешь?       Я взглянул вниз, на улицу. Здание, на крыше которого я стоял, было где-то этажей тринадцать в высоту. А значит, прыжок с него гарантированно превратит обычного человека в труп в момент приземления…       Усмешка наползла на моё лицо. Мне нравятся такие шансы. Пятьдесят на пятьдесят. Либо получится… либо не получится. Откуда такая смелость? Откуда этот азарт и желание рискнуть жизнью? Я что, и правда так уверен в собственных силах?       Какая-то часть меня, вероятно, напрямую связанная с контролем над собственной силой, внезапно натолкнула меня на мысль о том, что эта уверенность — не бравада и не преувеличение. Я уже проворачивал нечто похожее в банке и несколько раз перед этим. Но тогда это было не настолько масштабно и сильно… Мне нужно всего лишь толкнуть себя через грань… Мой взгляд снова сместился вниз. Ветер гудел, звуки города частично смешивались между собой — далёкие гудки машин, звуки сирены, даже выстрелы… Н-да. В моей прошлой жизни Киев был не таким «оживлённым».       Тело само наклонилось в пустоту, ноги, согнувшись в коленях, одним мощным толчком выбросили его с крыши вперёд — не будь я в шлеме, скорее всего, воздух загудел бы в ушах от ускорения. Пролетев метров двадцать, я начал снижаться, стремительно набирая скорость, и, перевернувшись в воздухе ногами вниз, стал тормозить. Несколько людей на улице внизу заметили мой полёт и достали телефоны, снимая этот «полёт шмеля». Чуть-чуть не рассчитав, и увлёкшись рассматриванием улицы внизу, я с размаху влетел прямо в стену другого здания. Сила удара волной прошла сквозь броню и швырнула меня прочь от стены, от которой я рикошетировал, как резиновая пуля.       Не успев ухватиться за что либо, я, видя, как небо и земля стремительно меняются местами, закрыл глаза и положился на пси-чувство. Время замедлило свой ход, открывая мне вид от третьего лица на собственное кувыркающееся в воздухе тело и давая поразмыслить немного. Так странно было смотреть на себя со стороны…       Напрягая собственные силы, я остановил вращение тела, замедляя его почти у самой земли достаточно, чтобы не повредить снаряжение при ударе, и с громким звуком приземлился на асфальт. Отряхнувшись, оглянувшись и наругав себя за опрометчивость, я сделал себе заметку в голове: не ебланить во время воздушных манёвров, потому что это, как оказывается, хреново заканчивается. Кто бы мог подумать!       Дойдя до отделения полиции, я толкнул дверь и оказался в просторном помещении холла. Туда-сюда сновали офицеры, в руках которых находились либо планшеты, либо папки, полные документов… Несколько столов принимали посетителей, окошко дежурной набрало уже целую очередь. Вооружённая лейтенант, судя по погону на груди, остановила меня сразу же, как только я вошёл, преградив мне путь, однако, едва заметив мои опознавательные знаки, вежливо кивнула и отошла.       Кабинет майора был на третьем этаже, куда я незамедлительно поднялся, но вошёл только после стука. Я и раньше тут бывал несколько раз, но обычно мы пересекались в несколько иной обстановке. За массивным дубовым столом, перебирая бумаги, сидел массивный мужчина лет сорока, ростом почти под два метра. Даже в сидячем положении его силуэт внушал подспудное уважение. Семён Григориевич, будучи мужчиной уже не подросткового возраста, всё же, был своего рода оперативником, и его физическая подготовка просматривалась даже через униформу. Квадратное лицо, словно грубо вытесанное из камня, сейчас не выражало ничего, кроме профессиональной сосредоточенности на деле, а карие глаза спокойно бегали взглядом по бумажкам. Не отвлекаясь от них, майор кивнул мне на одно из мягких кресел и, протянув руку в сторону, подцепил пальцами чашку кофе, отпил из неё, и вернул ту на место.       Шурша документами, он бросил на меня короткий взгляд, пока я усаживался. Эмоции офицера полиции были спокойными и ровными, словно поверхность озера в полный штиль. Не залезая ему глубоко, действительно глубоко в черепушку, прочитать его мысли или хотя бы уловить намёки на них было буквально невозможно. Он предельно хорошо контролировал собственное сознание, и это… внушало чертовски большое уважение. Нетрудно было догадаться, что внушало уважение это не только мне, а и его подчинённым, но это было в значительной мере закономерно. Такая преданность своему делу была… Блин, мне даже завидно было слегка.              — Как успехи на личном фронте, парень? — спокойно поинтересовался он, позволив улыбке тронуть самые краешки губ. Ручка заскребла по бумаге, выводя буквы каллиграфическим почерком, влекомая пальцами Семёна.       — Успешны, товарищ майор, — вздохнул я, скорее догадываясь, чем зная наверняка, что он уже всё понял. — Иногда вы меня пугаете, если честно. Вы что, мысли на расстоянии читать умеете?       — Некоторые вещи приходят с опытом и возрастом, Ярослав, — уже намного более видимо улыбнулся мой начальник, ставя печать на подписанный документ и откладывая его в сторону. — Поверь отцу двенадцати детей, вас не так уж и сложно прочитать, особенно если знать, что вы из себя представляете. Как её зовут-то?       — Кира, — выдохнул я, нахохлившись. Всё-то ему понятно, великовозрастному… — Встретились только сегодня, в кафе… Ну, и завертелось. Сам от себя не ожидал.       — Первый такого рода опыт отношений всегда особенный, это верно. Но тебе стоит запастись терпением, так как он у тебя гарантированно не последний. — Взрослый мужчина говорил мне абсолютно абсурдные вещи так, как будто это была обыденность. Я вздохнул. Обыденность… — Хочешь, дам тебе совет?       — Да-да?       — Старайся подбирать себе девушек так, чтобы их основные интересы не конфликтовали, даже если придётся отвергать кого-то в процессе. Будущий ты скажет тебе огромное спасибо за это проявление осторожности. Если ты, конечно, не хочешь помахать женщине из своей семьи ручкой после того, как уже ввёл её в свой дом. Отвратительный опыт, не рекомендую повторять.       — Вы ещё скажите, что у вас мама ходила с прищуром вокруг кандидаток в жёны и придирчиво оценивала их на предмет профпригодности.       — Верно, — кивнул майор, снова бегая глазами по документам. — Только не мама. Мамы. Да и отец тоже. Это, знаешь ли, на всю жизнь, по сути… Хотя я совру, если скажу, что они в тот момент не оценивали глубину кошелька моих пассий, — усмехнулся он, бросая на меня очередной взгляд. Кажется, в его сознании промелькнула… жалость? Почему? — Ну, не важно. Ты, наверное, гадаешь, почему же я тебя попросил прибыть сюда?       — Вроде того, товарищ майор. Я немного в замешательстве, если честно. Что-то серьёзное случилось, или меня просто награждать собрались?       — Как бы сказать… — потёр мужчина подбородок и замолчал на секунд десять. — Всё не так однозначно, как хотелось бы, но и не так плохо, как могло бы быть.       — Может, не будем играть в шарады и перейдём к сути дела? — приподняв бровь, поинтересовался я. Семён Григориевич фыркнул.       — Молодёжь. Вечно куда-то торопитесь.       — Ой, а вы-то весь из себя убелённый сединами старик, в сорок-то лет! — недовольно покосился я на него. — Самый разгар жизни, а вы уже тросточку примеряете.              Издав смешок, майор полиции достал какую-то папку в твёрдом переплёте и передал мне. Приняв её из его рук, я принялся за чтение. Какие-то… доклады, что ли?       «0400 — зафиксирована аномальная активность класса 3, сектор Б-12-51, аномальные показатели совпадают с предварительными заключениями. Выслана группа быстрого реагирования.»       «0632 — связь с группой быстрого реагирования потеряна. Последняя передача свидетельствует о массовом помешательстве и повальной панике, были слышны выстрелы и крики. Больше всего раз упоминалась «кровь», но понять чёткую причину помешательства не позволил обрыв связи.»       «0751 — три патрульных вертолёта с десантом специального назначения совершили посадку в месте потери контакта с группой быстрого реагирования. Все оперативницы были найдены мёртвыми, с множественными пулевыми ранениями.»       «0812 — связь с одной из групп спецназа, высланной прочесать територию, пропала. Ситуация аналогична исчезновению группы быстрого реагирования. Выслана ударная группа воздушной поддержки. Подозревается связь инцидента с Рукой.»       Дальше шла какая-то канцелярщина, которую я вообще не понял, и после прочтения всего, что имело смысл, я вернул папку майору.              — Полагаю, это было в зоне вашей ответственности?       — Именно, — кивнул тот. — На окраине города, если быть точным. Либо это какая-то аномалия, либо неизвестный пока что супер. И, будучи предельно честным, у нас в последние недели не хватает сил заниматься всеми случаями сразу. Чернобыль знатно потрепала состав спецотрядов… Да и другие суперзлодейки не лучше. Нам обещали помощь западные коллеги, но…       — Но?       — Но пока что эта помощь не является достаточно существенной, чтобы перевернуть ситуацию с головы на ноги. Нам поступила партия снаряжения от «Старк Индастриз», и мы производим интеграцию их сети дронов в систему охранения правопорядка в Киеве и нескольких других городах… Однако, этот случай, описанный в докладе, является довольно неординарным. И поэтому я решил привлечь тебя. Если ты проявишь себя в ликвидации угрозы — ну или хотя бы в обнаружении и подтверждении её статуса…              Намёк был предельно ясен. Взгляд майора просвечивал меня, словно рентген. Естественно, он знал о природе моих сил. У него, в конце концов, был доступ к архивам Академии. Единственное, чего он не знал — это то, каковы масштабы моей силы… Всё же, суперы из ауксиллий в первую очередь были своего рода подопытными кроликами, состояние и способности которых государство отслеживало, стараясь не спугнуть. И это была моя проверка. Так быстро?.. Или же ситуация настолько отчаянная?..              — …то я смогу доказать свою полезность? — тихо спросил я, продолжая его мысль. Он кивнул.       — Не совсем так: скорее, громко заявить о себе для тех, кто умеет слушать и слышать то, что надо. Мне быть с тобой честным, Ярослав? — внезапно поинтересовался майор. Меня хватило лишь на то, чтобы кивнуть, пока неясная тревога медленно скручивалась в тугую пружину в груди. — Я не хочу тащить тебя за шкирку туда, где тебе не место. И уж тем более не хочу окунать тебя по самую макушку в то дерьмо, которое мы разгребаем регулярно, когда ты только-только начал вставать на ноги. Скажи «нет», и ты вернёшься к ловле «супер»-злодеек на улицах города и помощи патрулям. Но…       — Всегда есть какое-то «но», товарищ майор, да? — невесело усмехнулся я. — Но в таком случае вы не можете поручиться за то, что моя «карьера» сможет продвигаться хоть в каком-то смысле, да?       — Боже упаси, о чём ты вообще? — приподнял Семён Григориевич бровь и покачал головой. — Конечно же нет… Я хотел сказать, что у нас в текущей ситуации нет альтернативы твоим силам. Хотя я и не до конца понимаю их… Да что уж там, я совсем не понимаю их… Я надеюсь, ты сам способен оценить свои умения, и дать чёткий ответ: возьмёшься ты за это или нет. Можешь ли ты помочь нам или же нет. Не в моём праве бросать тебя на амбразуру, сынок, и если бы я мог, я бы вообще не стал ввязывать тебя в этот… без преувеличения, пиздец. Но я потерял уже почти роту спецов, и я, чёрт возьми, хочу, наконец, разобраться — почему. Если ты мне поможешь — обещаю, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы отплатить тебе.       — Мы имеем дело с кем-то… или чем-то… что способно влезать в головы тренированным бойцам спецназа и заставлять их стрелять друг друга, как куропаток, вопя от ужаса. — Я поморщился, чувствуя неприятную нервную дрожь в пальцах. Или же это был азарт? — Вы ловко подловили меня, товарищ майор. Либо я раскрываю свои силы, либо теряю ваше доверие, как специалист и супер…       — Опять ты драматизируешь, — вздохнул майор и предельно серьёзно посмотрел мне в глаза. — Клянусь честью офицера, я всего лишь хочу спасти своих людей и предотвратить ещё большее количество смертей. Что, настолько трудно поверить в это? Давай не будем тянуть кота за яйца, Ярослав… Сколько тебе нужно времени на размышления?       — Мне не нужно время на размышления, товарищ майор, — отрицательно качнул я головой. — Я знаю, что хочу помочь. И, кажется, в текущей ситуации я единственный, кто вообще способен это сделать. Но мне немного страшно… Что, если моих сил не хватит? Мы ведь вообще не знаем, с чем имеем дело…       — Вот поэтому я и не собираюсь ставить тебя перед фактом, пусть я и способен на подобное. — Из груди мужчины вырвался тяжёлый вздох. — Заставлять кого-то рисковать своей жизнью в ситуации, где мы просто тычемся во все стороны, как слепые котята на скотобойне? Тем более, молодого парня? У меня всё ещё есть грёбаная честь, чтобы быть способным испытывать к себе отвращение, так что к дьяволу такие решения. Но я не мог не попросить тебя о помощи. Много жизней на кону… И… У нас нет гарантий, что эта тварь не перейдёт на гражданское население, когда навеселится вдоволь. Как факт, у нас есть несколько намёков на то, что подобное уже случалось…       — Я понимаю. Вам не надо убеждать меня в этом, товарищ майор.              Мои пальцы сами по себе сжались в кулаки. Неестественный страх смешался со злостью, вступая в борьбу в глубине моей души. Я ещё никогда не сталкивался с таким противником, но было бы смешно предполагать, что я уникум. Но от меня зависят жизни. Много жизней. Если нечто подобное существует в моём городе, и только я могу с этим справиться… Как же я могу оставаться в стороне?              — Я помогу вам. Но это, чёрт побери, пойдёт мне в качестве сверхурочных! С тройной оплатой! — громко буркнул я, и Семён Григориевич рассмеялся, довольный моей шуткой.       — Вот это я понимаю боевой настрой! Спасибо, сынок. Операция назначена на послезавтра…       — Вы ведь знали, что я соглашусь, да? — нейтрально поинтересовался я, наблюдая за реакцией своего собеседника. Тот лишь неопределённо покрутил рукой в воздухе, словно вкручивая невидимую лампочку.       — Нет. Скорее, надеялся. Всё же, когда единственный твой выход — это буквально чудо, начинаешь на него надеяться. — Он снова замолчал, отвернувшись и взяв какую-то фотографию с края стола. Рассматривая её, он хмурился всё больше, пока не отставил её обратно и не вздохнул. — Моя политика — предельная честность даже тогда, когда ложь могла бы быть для меня намного выгоднее. Этим я заслужил уважение многих людей. Надеюсь заслужить и твоё.              Я промолчал. Тяжёлые мысли курсировали в голове, занимая всё моё внимание. Это не был мандраж. Это был страх. Но в то же время… это не тот страх смерти, который заставляет тебя бежать, сломя голову, спасая свою шкуру. Это тот страх поражения, который гонит адреналин по венам, заставляя сердце работать на пределе сил, выводя тело в овердрайв, бросая тебя за пределы собственных возможностей.       Возможно, это опрометчиво. Возможно, это глупо. Но если я откажусь… Какой вообще смысл был начинать всю эту супергеройскую чепуху?! Какова цена моим словам, моему кредо? Если я хочу стать настоящим героем, тем, на кого смотрят с гордостью и уважением, я должен буду рисковать своей жизнью.       В конце концов, герой ведь не тот, кто совершает нечто невозможное. Герой — тот, кто делает то, что может, пока другие этого не делают. Я улыбнулся собственным мыслям. Как пафосно…              — Мне стоит знать что-либо ещё, товарищ майор?       — Завтрашний день будет посвящён подготовке к операции. По крайней мере для тебя. Мы в данный момент отслеживаем аномальную активность и почти смогли уцепиться за след. Завтра ты познакомишься с нашими западными коллегами, которых прислали нам в усиление по запросу…       — Что, всё настолько плохо, что наши собственные суперы и ауксиллиаты растасканы везде, где можно? Никаких резервов? — нахмурился я. Семён лишь развёл руками.       — В нашей работе нет такой вещи, как «отдых». Мы всегда на страже. Ситуация на постсоветском пространстве, к сожалению, намного хуже, чем на западе… С организованной преступностью у нас беда. И суперов, которых мы можем привлечь… Не буду продолжать эту тему.       — Ладно. Сделаем всё, что сможем. — Я взглянул в глаза майору. Тот медленно кивнул.       — Всё и даже больше.              В кабинете воцарилось молчание. Каждый из нас думал о чём-то своём. Но меня всё не покидало это чувство тревоги…       Хватит ли у меня сил разомкнуть челюсти этого капкана, если он сомкнётся на моей шее?       Хотелось бы верить…