Психическое преимущество

      — Я так погляжу, ты вообще не понимаешь концепцию слова «отдых», да?              Короткий взгляд на вторженца не показал ничего нового. Поэтому я просто невнятно отмахнулся и продолжил водить руками вдоль наноструктурированной ткани, под которой располагались расколотые керамические пластины и вмятые попаданиями прямоугольники метасплавов. Гладить очертания остановленной смерти было для меня занятием не то, чтобы полезным, в силу специфики моих способностей… но я воспринимал это как своего рода медитацию. Действия, несущие далёкий от практического смысл.       Уже четвёртый час шёл с того момента, как я припёрся в то же место, где впервые встретил Саманту и Риэ. И сидел, пытаясь найти какую-то подсказку, какую-то… чёрт его знает, что я пытался найти. Озарение? Вспышку гения, ознаменованную криком «Эврика!»? С какой целью я исследовал свою разбитую в хлам броню было загадкой даже для меня самого. Но это было лучше, чем сидеть в госпитале. Неделями проводить время в четырёх стенах… Даже Кира в какой-то момент согласилась, что можно по тихой грусти оттуда сваливать. Когда моё тело перестало выглядеть, словно справочник по анатомии, я просто покинул палату и после недолгих блужданий оказался тут.       Моя сила скользнула вдоль материалов, отделивших мою жизнь от моей гибели. Частичка воспоминаний всё ещё теплилась в них. Моих? Чужих? Самой брони? Как броня может иметь воспоминания? Что я чувствую, отголоски чего просачиваются в моё сознание тонкой струйкой, вороша эфемерный слой барьера, выстроенного мирозданием между «было» и «стало»? Трудно сказать, что произошедшее не оставило свой след. Но как и всякий человек, способный влиять на мир, я понимаю, что мир влияет на меня в ответ. И даже капля его влияния всё равно намного больше, чем у тысячи подобных мне. Подобных...       Мысли вновь соскочили на тех тварей из аэропорта. Каков шанс того, что появится ещё кто-то с такими же способностями? Каков шанс того, что мне снова придётся поставить чужие души на кон? Или… свою. Я прикрыл глаза, откладывая броню обратно на стол, заваленный инструментами, деталями и каким-то сумбурным хайтеком, который был моему грецкому ореху в черепе не по силам. Майор, стоящий позади, вздохнул.              — Кажется, я давал тебе прямые указания отдыхать, сынок. Или ты решил испытывать моё терпение, следуя букве контракта?       — Нет, я просто... Я не знаю. Меня тоска жрёт изнутри в этом госпитале. Задолбало, — выдохнул я, повернувшись в его сторону. Майор был одет в свою обычную форму, однако сейчас она казалась немного более повседневной, чем обычно. По крайней мере эполеты были на месте. — Что толку от отдыха, если ты не отдыхаешь? Захотелось развеяться.       — Понимаю. — Мужчина хлопнул меня по плечу с какой-то по-отцовски тёплой улыбкой. — Просто хотел убедиться в том, что ты не решил сбежать из госпиталя для того, чтобы снова геройствовать. Даже мне понятно, что тебе нужно время восстановиться, а я далёк от врачебных практик и экспертности. К слову…       — Да? — Взгляд майора заблуждал по помещению, остановившись на указателе «стрельбище» в отдалении. — Я не умею стрелять, если что. И нет, это разные вещи.       — Прекращай читать мои мысли и тащи свою задницу в тир, — фыркнул мой куратор, подталкивая в сторону бронированных дверей. — Говорят, не мужское это дело — стрельба, но она позволяет спустить пар. Особенно если стреляешь без наушников в закрытом помещении, ха-ха! Впрочем, эту весёлую практику мы отложим на потом.       — Нас за растрату патронов не побьют? — с сомнением в голосе спросил я, ожидая того, что внеочередная стрельба в тире из казённого оружия будет воспринята не очень положительно. Семён Григориевич как-то странно уставился на меня. — Что?       — Ты как будто не от мира сего, Ярослав. Ты что, собрался весь арсенал в мишени выпустить? Да тебе и трёх жизней не хватит, чтобы сожрать столько патронов. Не волнуйся, я всю документацию заполню сам. Плюс, уже неделю не нюхал пороху, надо бы и самому помацать пушки.       — Только помацать или ещё и пострелять? — приподнялась моя бровь в жесте шутливого сомнения. Майор тихо рассмеялся.       — Пострелять, пострелять. На «только помацать» у меня семья есть. И поверь, там инициатор, в отличие от тира, не я. Чаще всего.       — Знаете, если бы в тире автомат захотел меня потрогать, я бы съёбывался на третьей космической из этого проклятого места с громким криком… — буркнул я в ответ, пока Семён Григориевич возился с дверьми и разговаривал с дежурной. — А из чего стрелять-то будем?       — Из чего? Из оружия, — ехидно прозвучал ответ, как будто я задал предельно тупой вопрос. Ну, в каком-то смысле так и было, тут его винить трудно… Но всё же.       — Я имел в виду из какого… — Мои слова оборвались на середине фразы, едва я шагнул в оружейную комнату. Мужчина, проследив за направлением, в котором указывал мой палец, хмыкнул. — Что здесь забыла авиационная пушка?.. Это точно тир? Кто додумался запихнуть сюда это?       — Тир, тир, не изволь сомневаться, — махнул рукой майор, доставая из-за пазухи какую-то карточку на цепочке. Сдёрнув её с шеи, он приложил её к какому-то сканеру у массивной стойки, на которой в креплениях покоился довольно крупный пистолет. — Если ты не заметил, полиция в нашем конкретном случае разбирается со всевозможными аномальными угрозами, которые способны вообще появиться. Это означает, что мы, как и в других странах мира, собственно, имеем дело с суперами. Неожиданно, да?       — Ха-ха. Смешно. — Сарказм в моём предельно ровном голосе не услышал бы только глухой. Я, стараясь не выглядеть, как семиклассник, дорвавшийся до безлимита в компьютерном клубе, подошёл к одной из таких стоек. Здоровенный пулемёт! Какой парень не мечтал пострелять из больших пушек в детстве?! — Вы намекаете на то, что у вас есть в составе ребята, которые могут… ну… из вот той громадины стрелять?       — Я с одним из таких разговариваю, нет? — приподнял бровь Семён Григориевич, заработав мой недоуменный взгляд. — Да брось. Ты ведь в курсе, что обломки, которые ты удерживал над Посейдоном, были как минимум в пару тонн весом, да?       — Каким образом я могу быть в курсе подобного? Я тогда в отключке лежал!       — Ну вот теперь знаешь. Не важно. Выбирай оружие по вкусу из стрелкового.       — А чего не РПГ сразу? — скептически поинтересовался я, на что майор лишь пожал плечами.       — Полигон не тот. Из РПГ, как и из любых других противотанковых орудий, стрелять разрешается только на открытом пространстве. Если тебе прямо сильно хочется, то как-нибудь на днях съездим под Васильков и постреляем из РПГ, без вопросов.       — Это… если честно, я даже не знаю, удивляться мне или просто принять как данность то, что на меня готовы тратить целую кучу снаряжения просто из-за моего любопытства, — покачал я головой, вызвав очередную вспышку удивления у своего куратора. Он даже на секунду остановился, почесав затылок, прежде чем продолжить забирать боеприпасы из какого-то раздатчика в стене. Хайтечище. Круть. Но нихера не понятно…              Я выбрал нечто, похожее на карабины, которые видел у Посейдона на вооружении. Конечно, дизайн похож на старый-добрый «Калашников», но даже судя по размерам это оружие под значительно более мощный патрон… Длина гильзы, как минимум, намного больше, чем я ожидал. Оружие, пусть и достаточно знакомое по остаточному принципу, тем не менее не щёлкало в голове никакими рефлексами. В прошлой жизни, вероятно, мне доводилось обращаться с огнестрелом, но, судя по всему, не на профессиональном уровне. Ну да ладно…       Майор проводил меня задумчивым взглядом, едва я набрал себе десять магазинов патронов и пролевитировал их за собой к стрелковому стенду. Взглянув мне через плечо, он хмыкнул.              — Мы с тобой не дети и ты не в учебке, так что обойдёмся без «к стрельбе готов» и «стрельбу окончил», но техника безопасности всё ещё обязательна к исполнению, понял?       — Понял, не дурак. Дурак бы не понял.              Дальше всё было достаточно просто. Майор, оставив меня одного, отошёл к другому стенду и приступил к стрельбе по своим мишеням. Я, натянув наушники, занялся примерно тем же… С небольшой поправкой, естественно: мне надо было разобраться, что куда совать в этой пушке. Заняло это не очень много времени, однако при попытке понтово дёрнуть затвор указательным пальцем, просунув левую руку под оружием, я чуть этот самый палец себе не прищемил. Больше позорно и обидно, чем больно, но всё же…       Уперев приклад в плечо и прицелившись, я отчего-то задумался. На самом деле, ничего сложного в стрельбе не было, но это если смотреть на профессионалов, коим я, к моему сожалению, не являлся. Это настоящее искусство, если так подумать: заставлять чертовски непростые вещи казаться зрителю лёгкими на вид. В реальности же… Чуть дёрнешься, чуть не так выжмешь спусковой крючок — и пух, твоя пуля уходит в молоко. А если ещё и переключатель огня не на одиночных, то и вовсе в потолок.       После первых же выстрелов я понял, что не ошибался в своих предположениях. Моё тело, пусть и усиленное психосилами, всё равно не имело нужных навыков для стрельбы. И даже несмотря на то, что карабин пребывал в идеально ровном положении в моих руках, я всё равно каким-то образом умудрился ни разу не попасть в десятку. Выпустив одиночными весь магазин, я тяжело вздохнул и дёрнул на себя затвор, проверяя наличие патрона в патроннике, произвёл контрольный спуск, поставил на предохранитель и шлёпнул оружие на стойку. Майор, закончивший свою стрельбу, подошёл ко мне сбоку и ткнул пальцем какую-то кнопку, призвавшую духи машины оказать нам честь своим присутствием…       Когда мишени подъехали, показывая мои чуть более чем средние результаты в стрелковом упражнении, Семён Григориевич одобрительно хмыкнул, приподняв брови и рассматривая компьютерную аналитику стрельбы.              — Слушай, а недурно. Попробуй короткими очередями, и не забывай про баллистику пуль. Прицельные приспособления на тренировочном оружии стандартные, не подстраиваются под дистанцию автоматически, такие штуки у нас стоят только на боевом оружии. К слову, хотел спросить…       — Да? — повернул я голову в его сторону, наткнувшись на испытующий взгляд. — Что?       — А по моим мыслям не видно, что? — поинтересовался майор, но добился лишь моего пожатия плечами.       — Так вы сами мне сказали прекратить читать ваши мысли. Что вам ещё от меня надо-то?       — Как мило, — фыркнул мужчина, после чего протянул мне карточку. Я задумчиво повертел её в руках, переводя взгляд с обычного на вид прямоугольного однотонного куска пластика на майора и обратно. Тот поспешил уточнить: — Это пропуск в зал планирования операций. Через час будет сбор наших местных суперов для обсуждения нашей деятельности. Я бы хотел, чтобы ты присутствовал. Чёрная Вдова, к слову говоря, там тоже будет.       — Прелестно… А зачем я там нужен? — прозвучал мой ответ в виде вопроса, сочащегося скепсисом. — Кому-то надо промыть башку?       — Нет, мы таким не занимаемся. Ну, точнее, я не занимаюсь, — отрицательно качнул головой мой куратор, вздыхая. — Просто хочу приобщить тебя к нашим суперам наконец. Мне уже дырку в голове просверлили вопросом «когда нас уже познакомят» и всё такое…       — Как жестоко, товарищ майор, отдаёте меня на растерзание, чтобы прикрыть свою задницу, — недовольно зыркнул я в его сторону, на что тот лишь развёл руками.       — Имею на это полное право. Сегодняшний сбор достаточно небольшой, так что не волнуйся, по кусочкам тебя не растаскают. Плюс, ненаглядная твоя за тебя будет стоять до последней капли крови, учитывая то, как она за тобой неусыпно бдит.              Я тяжело вздохнул, закатывая глаза, и под тихий смех майора вернулся к стрельбе. Отстреляв все положенные мне магазины, я вернул оружие на место, но что-то всё ещё не давало мне покоя на счёт этого всего. Что-то тянуло за краешек сознания, как будто заевшая пластинка в граммофоне, требуя внимания и заставляя окунуться в собственные эмоции и ощущения. Как будто…       Моё сознание потянулось к оружию, скользя вдоль металла восприятием реальности. Это не было озарением, скорее, логичным умозаключением: если моя сила настолько повышает потенциал моего тела, то не логично ли будет использовать её для аналогичных целей… Но уже за его пределами? В конце-концов, довольно закономерно… Впрочем, тестирование психоусиленного оружия можно будет отложить и на потом. У меня тут на носу это совещание, или как там его. Но есть ещё и некоторое время до того, как оно начнётся. Что я сделаю? Правильно, еда ещё никого не убила… Наверное.       А вот реактивные живые торпеды, летающие по коридорам, могут. Я едва успел осознать ушасто-хвостатое нечто, влетевшее мне в живот почти на сверхзвуке, останавливая девушку броском рук вперёд и отставленной назад ногой. Проскользив ботинками по полу, мне, наконец, удалось исчерпать запас кинетической энергии в этой…       Почему она так странно на меня смотрит? И почему у неё есть кошачьи уши и хвост?       Я удивлённо окинул взглядом довольно низкорослое создание, как будто в детстве сброшенное в чан с розовой краской. Бледно-розовые длинные волосы, кошачьи уши на голове, дёргающиеся, словно в панике… Очевидно, такого же цвета хвост, но как у неё могут быть ещё и радужки глаз розовыми? Видимо, я смотрел на неё слишком уж пристально, учитывая то, что она икнула и едва не шлёпнулась на пол, запнувшись о свои же ноги. Попытка ретироваться была прервана мной из банального беспокойства о её здоровье: кажется, тактическое отступление в неизвестном направлении вызвало в её организме каскадное отключение всех средств ориентации в пространстве.       Предотвратив встречу лица незнакомки со стеной, я недоуменно прищурился, сдвинув брови к переносице, и осторожно спросил:              — Эй, эй, всё в порядке? Ты куда-то торопишься? Ещё немного и лицо расшибла бы о что-нибудь твёрдое.       — А, это! Это нормально, я привыкла… — почти что на автопилоте брякнула она, обвив хвост вокруг своей левой ноги. Уши, ранее дёргавшиеся, как будто локаторы, сейчас прижались к голове и её взгляд, жалобный и, на удивление, какой-то ну очень уж просящий, встретился с моим. — Я… это… Кушать бежала… Извините…       — Столовая в противоположной стороне, — приподняв одну бровь, уточнил я, вызывав вспышку смущения и стыда на поверхности сознания девушки-кошки. Её уши, всё ещё прижатые к голове, дёрнулись, и я понял, что ей некомфортно из-за того, что я держу её за руку. Отпустив эту самую руку, я провёл большим пальцем руки от уголка рта к подбородку с задумчивым гудением. — Что-то мне подсказывает, что ты явно не первый раз тут теряешься. Дай-ка угадаю, ауксиллиат?       — А? — удивлённо вскинула она брови, подняв взгляд от пола, и слегка приоткрыла рот, склонив голову набок. Её тонкий, мелодичный голос приобрёл нотки ошеломления, как будто удивительным был тот факт, что я сделал закономерное предположение и не ошибся. — Это… Можно сказать и так?..       — Ну раз уж нам в одном направлении, то пойдём? — кивнул я вдоль коридора в направлении столовой, вызвав ещё одну вспышку паники у девушки. Это заставило меня нахмуриться. — Я тебя чем-то пугаю?       — Мя? Мнет… — внезапно запнулась она, теребя пальцы обеих рук друг о друга. Кажется, ей хотелось что-то сказать, но почему-то она никак не могла заставить себя это сделать. Глубоко вдохнув, она, наконец, отцепила свой хвост от собственной ноги и слабо улыбнулась. — Нет, всё в порядке… Идём…       — И как тебя, собственно, зовут, ушастое чудо? — скосил я на неё глаза, подстраивая свой шаг под темп её ходьбы. На удивление симпатичная особа… Это всё ушки, да? А ещё этот умилительно виляющий хвост… Так, не отвлекаемся. — Меня зовут Ярослав, и мне очень трудно представляться, если предложение начинается на букву «я».       — Алиса, — улыбнувшись, ответила моя собеседница, отреагировав едва слышимым смешком на шутку. — С представлениями у меня тоже проблемы, но… — Тут в её сознании на поверхности проскочило нечто вроде раздражения, и её хвост дёрнулся. Алиса прикусила нижнюю губу, и на секунду мне показалось, что сейчас она прокусит её до крови, но… Она отчего-то встрепенулась и нервно рассмеялась. На удивление, у неё были несколько более длинные клыки, чем должны быть у людей… С другой стороны, у каких людей есть кошачьи уши и хвост?.. — Это не так важно, да? Тебе, наверное, мой внешний вид кажется странным…       — Этот мир сам по себе чертовски странный, — не задумываясь буркнул я, после чего нахмурился, разглядывая экран на стене. Ну, у полицейских в этом варианте моего города по крайней мере есть нормальное финансирование… Трудно нормально не финансировать ребят, которые швыряют себя грудью на амбразуру, по типу того случая в аэропорту. — Человек со звериными чертами даже близко не подступает к той черте, за которой начинается что-то, что вызывает у меня желание с визгом убегать, роняя тапки. Ну и, к тому же, кошачьи ушки…       — Это? — с явно повысившимся градусом интереса в голосе прибавила шаг Алиса, чтобы заглянуть мне в лицо. Я растянул губы в плохо сдерживаемой улыбке и протянул руку, чтобы погладить ей голову, задев дёрнувшиеся уши пальцами. Моё предположение, основанное на её эмоциональном психическом отклике, оказалось верным: Алиса слегка прикрыла глаза и едва ощутимо боднула мою ладонь, инстинктивно почти что, но тут же густо покраснела и издав смущённый звук отпрыгнула назад, накрыв голову руками. Взгляд девушки отправился блуждать по стенам, полу и потолку коридора, отчаянно пытаясь не пересечься с моим. — Это… Это нечестно…       — Но это вполне неплохой ответ, не так ли? — парировал я, примирительно поднимая руки и посмеиваясь. — Извини, извини. Ты права, это было слишком личное. Я больше так не буду.       — Я не говорила, что так делать не стоит, — осторожно уточнила она, дёрнув хвостом и прижав уши к голове, едва её руки оторвались от неё. — Просто это было… Неожиданно. Обычно меня избегают… Ну, не только за это. Но у девчат здесь есть свои… причины.       — Причины, — полуутвердительно повторил я за ней, но решил оставить её секреты на её усмотрение. Захочет — сама расскажет, не захочет… Ну, её право. Если я буду лазить в голову каждому встречному, скоро не останется людей, которые будут считать меня за человека, а не сверхъестественного психопата… — Ладно, собственно, лезть не буду. Слушай, а чего ты так торопилась-то, что чуть меня не снесла? И, к тому же, в неправильную сторону.       — Я… не очень хорошо ориентируюсь в пространстве? — совершенно неубедительно соврала она, бросив на меня короткий взгляд. Мне оставалось лишь подыграть ей и кивнуть, принимая ответ. Это позволило Алисе расслабиться и, наконец, взбодриться. — А ты сам-то тут какими судьбами?       — Интересно, с чего бы парень наведывался в полицейский… э-э… участок? Штаб? — Я задумчиво почесал подбородок, прежде чем мы зашли за поворот и…              Бум.              — Риэ, ты опять… — обречённо начала было Саманта, едва японка громыхнулась на пол синхронно с Алисой, но тут её взгляд наткнулся на меня и её глаза расширились от удивления. — Ты… Ты!       — Я, — согласно кивнул я, потому что, очевидно, это был я. — Что, призрака увидела? Бу! — подняв руки в жесте, который можно охарактеризовать только как «исключительно охуевший от жизни медведь», и растопырив пальцы, издал я громкий звук. Американская супергероиня дёрнулась, а потом положила руку себе на грудь и громко выдохнула.       — Мы так и не смогли найти тебя в госпитале…       — Очевидно, вас ко мне не пускали, — кивнул я, поднимая таращащихся друг на друга Риэ и Алису психосилой. Японка сузила глаза и бросила на меня короткий взгляд, а вот девушка-кошка взвизгнула и забарахталась в воздухе, панически размахивая руками, ногами и хвостом. Я, без особых усилий переборов сопротивление её конечностей, поставил ту на пол. Ногами вниз, вопреки тому, что она пыталась учудить. — Слушай, без обид, но что вы тут делаете? Вы должны были отправиться обратно в США после выполнения задания, нет?       — Это… Сложный вопрос, — честно ответила Саманта, проводя внешней стороной указательного пальца вдоль верхней губы под носом и шмыгая. Кажется, у неё под глазами виднелись чёрные круги. И в сознании чувствовалась усталость. — Мы… Вызвались добровольцами в помощь местным силам полиции. Послали официальный запрос в наш департамент, получили разрешение и вот, собственно, мы тут. Плюс… — Тут её эмофон ухнул в чёрный негатив, заставивший меня поморщиться, но на лице девушки это выразилось только искривившимися губами и дёрнувшимся в сторону взглядом.       — Тебе не нужно говорить об этом, если это настолько неприятно, — тихо предложил я ей не продолжать, но американка тряхнула головой и упрямо поджала губы.       — На том задании, в аэропорту, нам несколько раз спасли жизни ваши бойцы спецназа. Мы с Риэ, — переглянулась она с японкой, кивнувшей в ответ, — решили, что мы должны присутствовать на похоронах. И лично сказать тебе спасибо. Спасибо, что спас нас от того, что… Что бы это ни была за сила, спасибо, что не дал ей нас сожрать.       — Я всего лишь выполнял свою работу, — кивнув, ответил я, вздыхая. Обе девушки серьёзно взглянули на меня, явно недовольные тем, что я, по их мнению, принижаю свои достоинства. Это вызвало у меня улыбку. — Да будет вам, не злитесь. Я просто ещё не привык к этому вниманию.       — А? Они же ничего не говорили? — удивлённо заморгала Алиса, отчего на ней скрестились все три взгляда присутствующих в разговоре людей. Риэ хрюкнула и, прикрыв рот рукой, захихикала, Саманта просто улыбнулась и качнула головой, прикрыв глаза. Я же растянул губы в линию и пожал плечами, разведя руками в воздухе. Два и два ушастенькая сложила быстро, уставившись на меня с отвисшей челюстью. — Да ну нахер! Ты? Супер?!       — Я не просто супер, я ещё и вау, клёво и прочие эпитеты, держу в курсе, — насмешливо парировал я, потрепав Алису по голове. Та недовольно муркнула и дёрнула задетыми ушами, выражая недовольство моим пренебрежением «серьёзности» ситуации, но отгонять мою руку не торопилась. — Чему ты так удивляешься?       — Как чему? — зыркнула она в мою сторону исподлобья. — Мужчин и так всего-ничего, а мужчин суперов — ещё меньше, чем водителей электросамокатов с инстинктом самосохранения. Ну то есть исчезающе мало. И все они до недавнего времени мне были известны. Кто бы мог подумать, что я столкнусь с восходящей звездой, влетев в него в коридоре!..       — Судьба, не иначе, — закатив глаза, фыркнул я, махнув всем троим рукой. — Пойдём в столовку, чего время терять.       — А, эм… С этим проблемка, — цыкнула Риэ в своей уже привычной для меня дерзкой манере речи. — У нас тут как бы собрание суперчертей, и нам как бы надо на нём быть… Сорри, братец!       — Собрание… — задумчиво протянул я, доставая карточку, данную мне майором. Риэ покивала, зубасто улыбаясь, и ткнула пальцем в пластиковую фиговину у меня в пальцах.       — Ага! И, судя по всему, ты в нём участвуешь! Ну, двинули? У нас осталось минут пять.       — Пять минут? Майор говорил, что до него ещё час, — прозвучал мой полный подозрительности ответ, на что японка развела руками и кивнула на Саманту, мол, пусть она отвечает. Брошенная грудью на амбразуру Саманта лишь пожала плечами и показала мне свой телефон, на котором отображалось время до начала собрания: четыре минуты сорок секунд. И правда… — Странно. Но пойдём.              Путь не занял у нас много времени. На удивление, зал, в котором проводилось собрание, был совсем неподалёку от столовой. Разве что Алиса, чем ближе мы подбирались к пункту назначения, всё больше и больше сжималась, отчаянно нервничая и бросая на меня умоляющие взгляды. Отчего-то ей очень сильно хотелось спрятаться за меня и… укусить меня? Я моргнул пару раз. Кошка. И думает, как кошка. Ладно, не буду её за это упрекать.       Едва дверь отъехала в стену перед нами, нам предстал… Огромный овальный стол. Прям здоровенный, чёрт его знает из какой породы дерева. А внутри… Ух ты.       Пропуская Саманту, Риэ и Алису внутрь, я залюбовался огромным механическим доспехом, стоящим у голопроектора. Здоровенная фигура, облачённая в металл (или не только), держала пальцы стиснутыми на рукояти огромного реактивного молота, поставленного на пол. Шлем воительницы покоился у неё в руке, прижатый к боку, пока та внимала словам женщины-майора, поясняющей ситуацию. Слегка угловатые, пусть и скруглённые по краям, линии брони придавали ей монументальной массивности, как будто увеличивая объём и так немаленькой штуковины до совсем уж неприличных масштабов. Обладательница этого доспеха была пусть и не совсем юная, но ещё и не совсем в возрасте девушка с хвостом ярко-красных волос, слегка восточными, мягкими чертами лица и изумрудным глазами. Кажется, она среди трёх присутствующих суперов была единственной, кому рассказ майора был интересен.       Вторым супером оказалась девушка с щитом и мечом, но в более классической вариации брони спецназа. Никакого сплошного металла, только ткань и бронепластины. На голове у неё был шлем, а лезть психосилой щупать ей мордасы мне как-то было ну откровенно лень… Потом узнаю, как она выглядит. Но отчего-то мой разум сразу зацепился за этот меч… Слишком уж странным он показался.       Ну а третьей была Кира. И Кира, едва ощутив моё осторожное прикосновение к своему сознанию, встрепенулась, осматриваясь по сторонам. В какой-то момент наши взгляды столкнулись, и на лице девушки расцвела улыбка, а в эмоциях вспыхнула ярким огоньком радость. А что я? Я абсолютно бессовестным образом окунулся разумом в неё, чувствуя, как меня обволакивает такое знакомое и нежное тепло.       Говорят детям в детстве, что наркотики это плохо. Можно ли считать позитивные эмоции наркотиком, если я умею ими… не уверен, что я с ними делаю. Не поглощаю, это точно. Но эффект, при наличии сознательного желания, они имеют, как мне кажется, не меньший, чем доза у наркомана физического. И у этого есть свои последствия…       Очнулся я только в момент, когда почувствовал прикосновение губ Киры к своей щеке, осознавая, что подошёл к ней сзади и крепко обнял, притянув к себе. Моя девушка же, естественно, глупой не была и палки себе в колёса не вставляла, пытаясь меня остановить. Уж кому-кому, а ей это оказанное внимание было по душе. Остальные же девушки в комнате были как минимум разной степени удивлённости…       Майор, коротавшая время за диалогом с двуногим танком, вспыхнула эмоциями раздражения, злости и какой-то… обиды? Острые черты её лица обострились ещё сильнее на мгновение, а взгляд серых глаз как будто похолодел на пару порядков. Но женщина быстро взяла себя под контроль, и эта вспышка продлилась не больше пары секунд. Саманта и Риэ заулыбались, переглянувшись, испытывая что-то вроде… белой зависти, что ли? Девушка-кошка же откровенно застыла со слегка приоткрытым ртом, и вот её зависть была чернющей. Кажется, ей даже захотелось расплакаться почему-то…       Не выдержав такой бомбардировки негативом, я мысленно потянулся к её сознанию, парой манифестаций своей воли выметая, словно веником, всю эту противную, липкую мерзость из её головы. Алиса удивлённо захлопнула рот, оглядываясь, но либо догадалась, в чём дело, либо просто придумала себе что-то…       Мечница и рыцарь обе были более-менее нейтральны. Только разве что если в эмоциях бронированной по самые уши красноволосой было спокойствие и лёгкая отстранённость, то мечница была на удивление пуста в плане восприятия… Я удивлённо уцепился сознанием за этот факт, копнув глубже, и услышал нечто очень странное.              «Эй, напарница, а ты чего так булки сжала? Ути-пути, кажется, кто-то расстроился, да?»       «Заткнись, железка бездушная…»       «Очень даже с душой, между прочим. Что-то же с тобой болтает изнутри этой фиговины на твоём бедре? Безусловно аппетитном…»       «Ты можешь хотя бы на пять минут оставить меня в покое?»       «А зачем? Нет, конечно, ты можешь выкинуть меня в мусорку и забыть обо мне, если я тебе настолько не — хе-хе — по душе.»       «Я хочу послушать брифинг без твоего бубнежа у себя в голове.»       «А мне кажется, ты просто занимаешься эскапизмом. Ты же могла пригласить того симпатягу в ресторан! И так проебала свои шансы! Позо-орище. Зато смотри, вон тот парниша на тебя как смотрит внимательно. Не упусти свой шанс, дорогуша!»       «Палаш, закройся… И вообще… Погоди.»       «Ась? Что такое, нужен совет по совращению мальчиков? Прости, у меня нет достаточного количества поверхностей, чтобы тебе помочь, но моя рукоять всегда к твоим услугам!»       «Да нет, металлолом ты ёбаный! Он не на меня смотрит, он смотрит на тебя!»       «А? Да ну, не мели чушь… Стоп, он и правда смотрит на меня! Полундра!»              Взгляд мечницы мгновенно зафиксировался на мне: видимо слишком уж пристально я наблюдал за мечом, не скрывая своего внимания. Мои брови медленно поползли вверх, после чего я качнул головой, посылая ей в голову мысль:              «Извини. Вы просто настолько громко разговариваете, что я не удержался. Больше не буду вас подслушивать.»              Девушка дёрнулась, будто от удара, и видимо отшатнулась, хватаясь за рукоять меча. От клинка повеяло какой-то незримой угрозой, но я лишь улыбнулся, чувствуя, как напряглась Кира. Супергероиня с паучьими суперспособностями — одна из лучших в городе, по её же словам — меньше чем за долю секунды оценила ситуацию и повернула голову в сторону мечницы в полной боевой готовности. Я лишь немножко сильнее сжал её в своих руках, обезоруживающе ткнувшись носом в шею и мысленно передавая ей своё спокойствие, отчего та мгновенно расслабилась и тоже слегка улыбнулась.       Но, тем не менее, её вопросительный взгляд был достаточно красноречив, чтобы его проигнорировать. Говорить же я решил вслух.              — Полагаю, нам стоит представиться? — примиряюще высказал я здравую мысль, осознав, что угрозу почувствовал не только я и Кира, но ещё и Саманта, Риэ и, на удивление, Алиса, вставшая по правую руку от Киры. Комната в мгновение разделилась на два неравномерных лагеря, и разряжать обстановку пришлось мне. — Раз уж тут все крутые суперы, то начнём с псевдонимов. Мой — Страж, но можете звать меня «Спасите, помогите!», если у вас получится достаточно громко кричать.       — Вэйт, братец, а ты там разве не… — начала подозрительно Риэ, чем заработала затрещину от Саманты, посчитавшей момент удобным для вмешательства. Дёрнувшись вперёд, японка недовольно пробурчала, потирая затылок: — Сэмми, ты жопа.       — Не завидуй, — фыркнула морозная супер, кивнув мне. Я благодарно кивнул в ответ. — У нас нет каких-то особых псевдонимов, я просто Саманта, моя подруга — просто Риэ.       — Я уже представлялась всем присутствующим, — отмахнулась Кира, накрывая мои ладони на её животе своими.       — Крестоносец, — кивнула бронированная, оценивающе окидывая меня своим изумрудным взглядом.              Судя по её реакциям и тому, как мало движений ей требовалось для выражения собственных эмоций, она была из того типа людей, которые предпочитали дело словам. И по ней было… честно говоря, видно это. Если бы меня сейчас спросили, вижу ли я перед собой рыцаря в самом архитипичном для современника понимании слова, я бы без колебаний ответил «да», и не солгал бы ни на йоту: не будь я псиоником, я бы мог даже сказать, что она буквально источает ауру благородства и чести, держась с таким визуально ощутимым достоинством.              — Рада знакомству с ещё одним воином на страже порядка. Иронична ли эта фраза, «Страж на страже порядка»? — едва заметно улыбнулась она, перебирая пальцами на рукояти молота. Я хмыкнул.       — Не вижу никакой шутки в том, что страж выполняет свои прямые обязанности. Доктор лечит, палач калечит, а мы делаем и то, и другое, но по обстоятельствам.       — Такой подход мне по душе, — кивнула Крестоносец ещё раз, поведя плечом, после чего повернула голову в сторону мечницы, ожидая от неё представления.       — Быстрина, — осторожно ответила мечница. — Клинок — Палаш, несмотря на то, что он полуторник. И… Как бы это сказать… Он был несколько озадачен тем фактом, что нас кто-то услышал. Достаточно, чтобы разозлиться. Простите меня за это неподобающее поведение, я постараюсь его успокоить.       — Я сказал, что больше не буду подслушивать — значит, больше не буду, — отрицательно качнул я головой. — Было, и в самом деле, несколько невежливо вмешиваться в ваш диалог. Но я бы порекомендовал ему в самом деле поумерить пыл. Я ведь не только разговаривать с помощью силы мысли умею.       — Приму к сведению, — кивнула Быстрина, несколько нервно поджав губы. Кажется, и правда начала опасаться. Кира, фыркнув, смерила ту ироничным взглядом, прекрасно зная, насколько это пустая угроза в моих устах. Но, стало быть, авторитет мой подрывать не стала, лишь бросила на меня взгляд из уголка глаза. Смешливый такой взгляд.       — Закончили с любезностями? — ровным голосом поинтересовалась майор, всё это время наблюдавшая за нами со скрещенными на груди руками и булькающим в сознании раздражением. Я перевёл взгляд на неё. Идеально выглаженная униформа, слегка надменная поза…       — А почему мне сплошные майоры попадаются? У вас что, капитанов или подполковников с полковниками нет? — брякнул я, задумавшись, и только потом понял, что сказал это вслух. Ну, раз уж сказал А, можно говорить и Б. Я оторвал одну руку от ткани костюма Киры на животе, помахав ей в воздухе чуть более чем неопределённо. — Куратор мой — майор. Командир Посейдона — майор. Вы — майор. И я бы мог сказать, что это совпадение, но столько раз подряд?       — Порядок повышения в спецвойсках, — нейтрально ответила женщина. Я, почему-то, ожидал от неё вспышки раздражения, но она встретила мой вопрос достаточно спокойно. — На наши должности нельзя ставить кого-то со слишком низким званием. А кого-то со слишком высоким отрывать контрпродуктивно. И, к тому же, это вопрос жалования, премий и начислений… Мне сейчас точно нужно вдаваться в нюансы оплаты труда в вооружённых силах и детали финансовой службы формирований, или мы перейдём, наконец, к брифингу? Прошу простить меня, обычную смертную, но у меня как бы время не резиновое, — несколько недовольно отметила майор, указывая большим пальцем себе через плечо на экран на стене.              Голопроектор после её слов и пары тычков по запястному дисплею загудел вентиляторами, активируясь. Одновременно с ним вспыхнул и экран на стене. Картинка открылась довольно обыденная, на самом деле даже удивительно. Я ожидал какой-то карты боевых действий или типа того… А не Киева на гугл-картах. Ну или что в этом мире им их заменяет, понятия не имею.       По всему городу горели красные, жёлтые и зелёные точки. Ровно в четырёх местах мрачно чернели черепки, и один из них покоился прямо посреди нашего Дарницкого… Я задумчиво пробежался глазами по карте, уже подозревая, о чём пойдёт речь. Майор вывела на голопроектор несколько картинок, больше похожих на полицейские сводки, чем на фотографии, и начала говорить:              — После теракта в Борисполе, наши силы растасканы по стране, как чёрте что. Чернобыль всё ещё не ликвидирована, повылезала куча выродков, пытающихся наживиться на хаосе, и поверьте мне, у нас сейчас не курорт. Ещё и Рука активизировалась… — Женщина прикрыла глаза и перевела дыхание, потирая переносицу. — Короче говоря, мы переводим суперов ауксиллий в режим полной интеграции, и временно, до устранения угрозы и понижения уровня национальной тревоги, формируем ударные группы. Вы будете участвовать в ликвидации угроз поблизости.       — А чем, собственно, вызвана необходимость формировать ударные группы? — высказалась Кира, задумчиво рассматривая карту. — Мы всегда работали в одиночку и поддерживали полицию по мере возможностей, и этого хватало даже на какие-то особые случаи…       — О, дорогуша, в этом и заключается вся соль… — невесело оскалилась майор, кивая в сторону голопроектора. — То, с чем сталкивались вы, особыми случаями не было. Так, цветочки. Ягодки попёрли сейчас. Всем понятна специфика происходящего? Если нет, то я могу выдать вам бюллетень, потому что времени на часовые лекции у меня нет. Если есть вопросы по существу, задавайте.       — Мы будем действовать в текущем составе? — осторожно спросил я, оглядываясь. Алиса улыбнулась, отчего-то обрадованная такой возможностью, а вот остальные суперы были более-менее нейтрально настроены. Кира разве что слегка приободрилась.       — Да, — кивнула майор, взмахом руки обводя комнату. — Вы — пожарная команда на случай какого-то капитального пиздеца, так как в нашем локальном распоряжении являетесь лучшими суперами, которых мы можем безопасно оторвать от сиськи и швырнуть прямо в пекло. И по такой оказии…       — Это что за чудо техники? — ткнула пальцем в проекцию Риэ, склонив голову набок. Изображение в воздухе крутилось вокруг своей оси, показывая… какую-то броню? Силовую броню, по всей видимости. Конечно, не настолько массивную, как у Крестоносца, но тем не менее.       — Это один из подарков Старк Индастриз, ну а точнее наш заказ, прибывший, наконец, в Киев. Таких всего… Сколько-то? — пожала она плечами, нажимая ещё несколько кнопок на запястье. — Информацией не обладаю. Но в нашем распоряжении таких три. И в ваш отряд он пойдёт на замену броне… — Тут она повернулась в мою сторону, и взгляд её был чуть более, чем красноречив. — Одного супера, чьё участие в ликвидации Кровавого Шёпота было чуть более, чем жизненно важным. Никаких рисков.       — Так меня в жестянку законсервируют? — приподнял я бровь, рассматривая броню. Идея не вызывала отторжения, но звучала достаточно странно… Пусть и щекотала нервы новизной. Быстрина, отчего-то, фыркнула.       — У нашей местной консервы, наконец, появится собрат по разуму, — скосив взгляд на Крестоносца, толкнула ту кулаком мечница, с ожидаемо нулевым эффектом. Закованная в броню девушка лишь улыбнулась краешками губ.       — Скорее, собрат по бронированности. Но, справедливости ради, я считаю, моё менторство будет излишним. Силовая броня корпорации Старк отличается от брони Крестоносцев. Она более… — Тут Крестоносец загудела, задумавшись, и потёрла подбородок снятой с рукояти молота ладонью. — Совершенная. И, более того, смею заметить, она умеет летать.       — Ты тоже умеешь летать, — парировала с приподнятой бровью Быстрина. Я на секунду задумался. Как я улавливаю её мимику, если её лицо спрятано за шлемом… Взаимосвязь с эмоциональным фоном? Логично.       — Я умею не летать, — поправила её, тряхнув хвостом красных волос, Крестоносец, перебирая пальцами на шлеме, который держала подмышкой. — Я умею ускоряться в горизонтальной плоскости и прыгать. Это разные вещи. А броня Старк умеет именно летать. Но если ты имела в виду то, что я умею летать по методу топора, — иронично взглянула девушка на свою напарницу, — то тут вынуждена с тобой согласиться.       — Ой, да ладно тебе, всего-то один раз с моста упала, — отмахнулась Быстрина, фыркнув, и похлопала Крестоносца по плечу. — Вспоминаешь это уже полгода.       — Не всего один, а целый один раз, — отметила девушка, после чего повернула голову ко мне. — Получается, мы будем работать вместе. Надеюсь, сработаемся.       — Когда у нас первый боевой выход? — задалась закономерным вопросом Алиса, задумчиво рассматривая карту. Её хвост как-то нервно дёргался, опущенный до самых лодыжек, а уши подрагивали то ли от напряжения, то ли от мандража.       — Когда штаб закончит планирование операций, — отозвалась майор, бросая мне в руки какой-то ключ. Ну, вернее, в её сознании это был ключ, а на деле прямоугольный кусок металла… Опять без каких-либо обозначений. С ума они все посходили, что ли… — Это персональный идентификатор для брони. При первой интеграции она настроится на твой генокод и общие физические характеристики, и не будет работать ни с кем, кроме тебя.       — А если появится супер, который может идеально копировать чужое тело? Ну или как-то ещё обойдёт эту систему? — задался я вопросом, на что майор лишь косо взглянула на меня.       — К сведению господина телепата, назначение замка не остановить подготовленного вора, а отвадить неподготовленного. Нет ни одной статичной системы защиты, которая могла бы остановить действительно задавшегося целью что-то спиздить мудака. Принцип тот же.       — Резонно.       — А нам что-то прикольненькое дадут? — помахала рукой в воздухе Риэ, улыбаясь. Майор перевела взгляд на неё, скрестив руки на груди.       — По морде сойдёт? — приподняв бровь, смерила полицейская японку ироничным взглядом. Та лишь фыркнула и, надувшись, отвернулась.       — Ну и не сильно-то и хотелось…       — Информация по преступницам будет переслана на ваши личные коммуникаторы, — продолжила, тем временем, майор, потыкав пальцем в стол для акцентирования внимания на своих словах. — Вы должны быть в полной боевой готовности в любое время суток. Любые операции и вызовы, кроме обозначенных как операции вашей штурмовой группы, игнорируются. Всё ясно?       — Так точно, — кивнула Крестоносец, после чего задумчиво окинула взглядом карту. — Это будет не так-то уж и просто…       — А кому сейчас просто… В Сибири вообще происходит какой-то термоядерный пиздец, — вздохнула майор, протирая закрытые глаза пальцами. — Нас не информировали на этот счёт, но говорят во Владивостоке уже высаживаются два полка морской пехоты США, при поддержке воздушных авианосцев готовящиеся продвигаться вглубь северных территорий. Несколько наших мехбатов ушли в Германию, формировать ударную группировку вместе с остальными европейскими странами и первыми поездами отправляются через Санкт-Петербург прямиком на северо-восток…       — А что там происходит-то? — обеспокоенно мявкнула Алиса, от нервов дающая волю своей кошачьей природе. — Опять… опять пришельцы?.. Неужели снова тот?!..       — Нет-нет, не пришельцы это точно… Хотя наверняка никто сказать не может, — нахмурилась майор. — Информацию держат в секрете от основных масс населения.       — И что, много суперов туда послали? — спросил я, хмурясь. После таких новостей настроение у всех в комнате резко упало. Сначала аэропорт, теперь это…       — Всех, кого смогли и чьи способности пригодились бы там. Мстители… ну, то, что от них осталось… вроде как уже там. Орбитальная разведка и боевые спутники выходят на геостационарные орбиты над Сибирью. Хотела бы я сказать, что это всё просто избыточная параноидальность, но последний раз это вышло мне боком, так что не буду. И да… — Тут она взглянула мне в глаза. — Страж. Ставка верховной главнокомандующей передала прямой приказ: без глупостей. Ты понимаешь, что это значит?       — Я буду осторож… — начал было я, отмахнувшись, но полицейская ударом кулака по столу прервала меня. Взглядом женщины можно было океан заморозить.       — Не осторожен, а предельно осторожен. Если уровень опасности выйдет за разумные пределы, ты отступаешь. Потери, не потери, спасение гражданских или других суперов с полицейскими — плевать. Мы не можем позволить себе потерять единственного супера, способного противостоять тварям по типу Шёпота, когда у нас творится ёбаный ад по всем фронтам. Ты меня понял?       — Концепцию улавливаю, — хмуро отозвался я, сводя брови к переносице в мрачном молчании, воцарившимся после её слов. Издав тяжёлый вздох, я потрепал совсем уж приунывшую Алису по голове, чем вызвал заинтересованный взгляд Киры, которая, на удивление, даже мысленно не опротестовала это. Мне пришлось, опять же мысленно, напомнить себе, что тут это нормальное явление… Девушка-кошка же, мгновенно отбросив большую часть негатива, прикрыла глаза и довольно замурчала, наслаждаясь почёсыванием ушек. — Так что, получается… Из огня да в полымя?       — Веселья полные штаны, это верно, — кивнула подавшая голос Быстрина, переглядываясь с Крестоносцем. Обе девушки улыбнулись, а вторая так и вовсе забросила молот на плечо. Их головы повернулись в мою сторону, а эмоциональный фон обеих наполнился решимостью и уверенностью. — Но когда было иначе?       — Никто, кроме нас, — ударом шлема по груди выразила свою позицию Крестоносец ровным голосом. От этого жеста у меня, почему-то, по спине пробежались мурашки. — Просто не будет. Никогда и не было. Струсить и сбежать может каждая. Но мы — не каждая. Я — не каждая. Я давала клятву, и буду сражаться до последней капли крови. Думаю, все здесь понимают это.              Она окинула нас всех взглядом, и я не смог не залюбоваться сталью в её взгляде, непоколебимой верой в собственные силы и правоту своего дела, ярко горящей в её разуме. Я потянулся к этому огню своим собственным, стремясь сохранить хоть какое-то его подобие у себя в памяти. И, кажется, мне даже это удалось сделать.       Встрепенувшись, я вздохнул, отпуская слегка недовольную этим Киру, чтобы встать рядом с ней, вертя в пальцах ключ к своей броне.              — Ну, мы вообще так-то тут как бы это, да, — замялась Риэ, но ей на плечо положила в жесте поддержки свою ладонь Саманта, улыбнувшаяся напарнице.       — Мы сделаем всё, что в наших силах.       — Мр-рак, — буркнула Алиса, дёргая ушками и обвив хвост вокруг своей ноги. — Но у нас что, выбор есть? Куда деваться, кушать-то хочется… К слову об этом! А премиальные за ликвидацию всяких шалав будут?!       — Будут, особо опасные идут по двойному тарифу, — с усмешкой ответила майор, вызвав появление на лице у кошки очень уж хищной улыбки, отчего-то заставившей моё чувство опасности пробудится на считанные секунды. Алиса облизнулась, сузив глаза.       — Пр-релестно… — промурчала она, довольная, словно кот, обожравшийся сметаны, склонив голову набок. — А если живыми?       — Директива ликвидации. Живьём не брать, если не поступает прямого приказа.              Супергерои тут какие-то неправильные. Вон, убийц и прочих нехороших людей сразу ликвидируют. Странный мир, ей-богу странный… Не настолько странный, как всякие кошкодевушки, обитающие в нём… и совершенно — ну, почти — не ревнующие к ним другие девушки.       Брифинг закончился как-то обыденно. Рассказали кучу всякой непонятной информации, выдали директивы и… гуляйте. Подход практичный и вполне адекватный. Но почему у меня, когда я выходил из комнаты, было ощущение, что нам что-то недоговаривают? Странно это…       Едва мы оказались снаружи, уже в наших гражданских эго, Алиса отчего-то увязалась за нами. И её, кажется, совсем не смущало то, что она топает по улице и машет хвостом во все стороны. Может, дело было в том, что она была вся из себя такая счастливая из-за того, что её совсем не волновало происходящее после обещаний денег. А может, потому, что она испытывала какое-то странное влечение ко мне. Кошка, чёрт её знает, что у неё на уме.              — Ты не планируешь вот прямо сейчас пойти смотреть свою обновку? — поинтересовалась Кира, едва мы зашли в какой-то ларёк, чтобы купить… Танки мира? А, да… Я же совсем забыл. Расплатившись за покупку и забросив журнал в свой рюкзак, она бросила на меня вопросительный взгляд. А мне что… мне оставалось только пожать плечами и изображать из себя святую простоту.       — А зачем? У тебя не так часто появляется время, которое мы можем провести вместе, — произнёс я, но тут заметил, что Кира как-то уж слишком подозрительно смотрит на Алису. Сама Алиса абсолютно беспалевно жалась к моему левому боку, видимо, воодушевлённая отсутствием сопротивления. Её уши бодро вертелись во все стороны, явно следя за окружением, а хвост задорно болтался горизонтально на уровне пояса. — Что?       — Да так… Я просто думала поговорить кое с кем на тему кое-чего… — задумчиво протянула моя платиноволосая красавица, заставив и меня оглянуться на Алису.       — На тему чего?       — На тему первенства, — не слишком понятно ответила она, оттаскивая Алису, мявкнувшую от удивления, в сторону.              У меня лишь бровь взлетела на лоб от таких откровений, но останавливать её я не стал. Подслушал, разве что… Как Кира со спокойным выражением лица втолковывала краснеющей Алисе, кто в семье глава и что лезть вперёд паровоза будет для неё чревато неприятными последствиями. А ещё что-то про женитьбу, про какие-то штуки по типу очереди… Постепенно смущённая кошка успокоилась и лишь кивала, соглашаясь с аргументами Киры с подозрительным спокойствием. Кажется, одна паучиха не совсем правильно поняла мои намерения и решила заранее обрисовать новичку положение дел в наших отношениях. Я лишь наблюдал за этим с лёгким удивлением пару минут, а потом махнул рукой и пошёл купил себе мороженого. В середине осени под холодным ветром, да.       Сидя на лавочке и краем глаза наблюдая за жарким спором двух супергероинь, совершенно не привлекающих никакого внимания ни темой разговора, ни смелостью далекоидущих предположений, я жевал своё мороженое и размышлял. Нет, не о том, каков смысл жизни и в чём суть бытия. В мыслях у меня было всё достаточно просто и прозаично: я думал о том, что отчего-то, вслушиваясь в разговор на повышенных тонах, мне кажется более безопасной попытка заткнуть дуло готового к выстрелу танка кулаком, чем попытаться разнять этих двоих… И это я ещё даже не начал объяснять всю глубину заблуждений Киры, подумавшей, что я уже положил глаз на Алису.       Потрогав оба вполне целых и находящихся в глазницах глаза, я вздохнул. Ну, как говорится, в чужой монастырь со своим уставом не ходят… И, в конце-то концов… Кошачьи ушки! И хвост. Надеюсь, я переживу это всё в относительной целости и, желательно, сохранности. Потому что чует моя пятая точка, в ближайшее время эти два параметра могут претерпеть значительные изменения.