Детали

      — Так ты считаешь, это было покушение не на меня? — задумчиво проговорил Том, переворачивая страницу отчёта.       — Всё так, милорд, — подтвердил Люциус, стоя перед столом министра. — И раньше было известно, что нападавшие не были людьми, вопрос состоял лишь в том, кто именно их контролировал. До нашего сведения дошла информация, что это была ошибка. Вы не были целью нападения. Наш источник сам был удивлён, когда узнал об этом. Сомневаться в его словах нет причин.              — Мне безразлично, была ли это ошибка или умышленная попытка убийства, — медленно сказал Лорд, неотрывно глядя на Люциуса. — Мне нужен виновник. Я не прощаю подобных действий. У тебя есть три дня на то, чтобы привести ко мне этого мордредова кукловода, иначе...       Явственно уловивший смысл недосказанной фразы Малфой коротко поклонился, удаляясь и совершенно не представляя, как ему искать того смертника. Даже просто на то, чтобы узнать факт того, что целью был не Лорд, у Люциуса ушел почти месяц, а теперь оставалось лишь три дня...       Том помассировал пальцами виски, тяжело выдыхая и пытаясь собрать цельную картину из разрозненных деталей. Точно ли целью был не он? Какая ошибка могла спутать какого-то случайного волшебника с ним? На какого мага могла быть рассчитана атака кукол с магической силой, близкой к силе Тёмного лорда? Кто и зачем вообще мог создать подобный отряд? Тому категорически не нравилась мысль о том, что это могла быть охота на кого-то, кто был равен ему по силе и умениям. Подобных волшебников не могло существовать.       С другой стороны, на любую силу всегда находилась сила превосходящая. Однако как минимум в Британии никого даже приблизившегося к Темному лорду совершенно точно не было со времён смерти Дамблдора, даже несмотря на то, как много сил было потрачено именно на образование молодого поколения и на то, как сильно выросло магическое искусство в пределах подвластной бессменному министру страны.        Может, этот маг был членом одной из тех семей, что обучали детей на дому? Это звучало как бред, ведь даже обучающиеся на дому маги обязательно состояли на учёте в Министерстве. Мигрант? Тоже маловероятно, но эта версия уже была более правдоподобна. Пусть пройти в Британию без ведома пограничников было очень сложно, способы почти наверняка существовали. Том обладал достаточно реалистичным взглядом на человеческий фактор. Тут не доглядели, там не успели обновить чары...       Если же взглянуть на ситуацию с другой стороны... целью был не он, но мог ли ею быть Гарри? Лишь Поттер был в тот момент в поместье помимо Лорда. Это казалось невозможным — мальчишка совершенно точно никогда не переходил никому дорогу. Он вообще почти всю жизнь жил, будучи запертым в Поттер-холле, и после ухода из Хогвартса общался лишь со своей семьёй и Блэками. Все реакции и действия Гарри говорили о том, что он решительно ничего об этом не знал. Актёр из него был никудышный, как уже давно выяснил Том. Пазл упорно не складывался. Чего-то не хватало.       В голову полезли назойливые мысли о мальчишке, и Том не сдержал смешка, когда вспомнил, как тот нелепо подражал брату. В облике брата Гарри был очарователен, но его настоящая роль шла мальчишке намного больше.       Лорд Патронусом попросил секретаршу принести ненавистный горячий шоколад. Почему-то при мыслях о Гарри захотелось именно его.       Странная мысль посетила его голову, когда Том сделал первый глоток тошнотворно-сладкого напитка. А чем был занят Чарли? В семье Поттеров явно всё было совсем не тем, каким казалось на первый, второй и даже третий взгляд. Отчаянные меры Гарри при одном только подозрении Лорда в преследовании Чарли, странности памяти Джеймса и Лили, кажется, окончательно сошедших с ума... кстати, следовало вызвать Розье, как специалиста по ментальной магии, быть может, он мог бы сделать с этим что-то. Не хотелось сообщать Гарри плохие вести и делать его сиротой при живых родителях. Том не хотел думать о том, как тот бы отреагировал.       Он одёрнул себя, возвращаясь к уже было потерянной теме. С Чарльзом что-то было нечисто. Следовало наконец задать прямой вопрос на этот счёт Гарри.       Том тихо рассмеялся от этой догадки, то ли веселясь от своей же непроходимой глупости, то ли от недоверия к своим же мыслям. Почему он не спросил раньше? Рядом с Гарри у него совершенно отключался разум.       Как давно?       Том не знал, но чем дальше всё заходило, тем невыносимее было это чувство. Поттер становился опасен для него.

***

      — Привет. Как прошел день?       — Кто такой Чарли?       Они заговорили одновременно, и после их слов повисла неловкая, неудобная тишина. Улыбавшийся до этого Гарри стушевался и скрестил руки на груди, принимая закрытую позу.       Том подошёл к нему. Гарри, как всегда, сидел в библиотеке в любимом кресле с книгой на коленях, и Лорд навис над ним, опершись руками о мягкие подлокотники.       — Я не совсем понимаю...       — Ты забыл наш уговор? — оборвал Гарри Том, требовательно глядя на него со вскинутой бровью. — Не лги мне.       Поттер разом как-то сжался, отводя взгляд. Близость Тома, в отличии от предыдущих разов, на этот раз совсем его не смутила — голова явно была забита совсем другим.       — Я не могу рассказать, Том, — тихо проговорил Гарри, негласно капитулируя, и, едва заслышав тихое рычание Реддла, поспешно продолжил, закатывая рукава мантии и оголяя запястья: — Я правда не могу.       Реддл долгим нечитаемым взглядом смотрел на золотящиеся нити Непреложного обета, оплетавшие тонкие белые руки.       — Я убью его, — после недолгого молчания просветлел лицом Реддл.       Чарльз Поттер посмел связать родного брата Обетом, лишь бы тот ничего не рассказал. Жизнь Гарри стоила для него меньше, чем какие-то там жалкие секреты. Почему-то эта мысль безмерно раздражала Тома, будто это было чем-то ужасным, хотя он сам регулярно прибегал к такому методу, желая оставить что-то в тайне.       — Том, стой, — Гарри явно запаниковал, хватая было выпрямившегося Лорда за полы мантии и пытаясь притянуть к себе. Не то чтобы это сработало — мальчишка явно был слабее Реддла, но тот неохотно поддался, возвращаясь к Гарри. Всем своим видом он выражал ожидание пояснений, и Поттер быстро затараторил: — Я сам захотел. Он меня отговаривал, но я ему уже постфактум сказал, когда сделать уже ничего было нельзя. Кто скреплял Обет не спрашивай, не скажу, это я тоже в его условия включил, прости...       Том даже не задумался о том, откуда Гарри знал о его мыслях. Он, не отводя взгляда от Поттера, все же сел в кресло, вынудив Гарри встать, и почему-то почти привычным движением усадил его на свои колени. Мальчишка не изменился в лице, занятый попытками что-то объяснить.       — Зачем? — просто оборвал его Том, сдерживая желание тут же пойти и разыскать Чарли явно не с целью сказать ему "спасибо".       — Это не моя тайна, — проговорил Гарри, теребя края мантии и усиленно не смотря на Тома. — Я не очень хорош в окклюменции. Оставить кому-то возможность узнать о нем, просто покопавшись в моей голове... я не мог.       — Что за тайна такая, из-за которой ты готов умереть, лишь бы не выдать ее никому? — спросил даже не рассчитывающий на ответ Том, откидываясь назад в кресле и утягивая за собой Поттера. Тот плюхнулся на его грудь, едва вздрогнув.       — Я правда не могу, — повторил он упорно с совсем незнакомыми Тому стальными нотками, почти больно резанувшими по ушам. — Это не моя тайна.       — Ты идиот, Поттер, — констатировал Том почти спокойно. Это спокойствие почему-то напугало Гарри. Дышать стало трудно, но вовсе не из-за приближающегося приступа.       Воздух заметно потяжелел, и, казалось, в помещении стало темнее.       — Я лишь хотел помочь ему... — проговорил Гарри через силу, с большим трудом заставляя себя дышать. Запах крови, едва заметно исходивший от Тома, резко усилился, забиваясь в ноздри. Гарри сдержал рвотный позыв, когда нотки ржавчины слишком обострились. — Он помогал мне всегда, почему я... почему я не могу ответить тем же?       Том молчал, пытаясь понять, кем же был на самом деле этот мордредов Чарльз Поттер. Он уже тысячу раз пожалел о том, что вообще обратил внимание на Поттеров и решил заключить этот проблемный договор.       С другой стороны, не заключи он его, Гарри бы сейчас здесь не было. Быть может, Гарри бы и вовсе был уже мертв из-за своих приступов...       — Это Чарли давал тебе свою магию? — осенило Лорда, когда он задумался о том, как Гарри вообще дожил до этого времени. — Как он сделал это? Что за чары?       По подавленному молчанию Поттера Том понял, что он прав. Но, к сожалению, узнать больше он сейчас не мог. Мальчишка так болезненно застонал, что сразу стало понятно — эта тема тоже под запретом Обета. Том тяжело выдохнул. По крайней мере, теперь он знал кого ему следовало искать и кто был ключом к излечению Гарри. Уже это радовало.       — Прости, — тихо проговорил Гарри, успокоившись.       — Вини во всем свою непроходимую тупость и своего брата, — на автомате ответил Реддл, больше занятый размышлением о том, что такого ужасного могли скрывать эти двое. — Ты всегда так... радикально сохраняешь чужие тайны?       — Только тайны тех, кого я люблю, — просто ответил Гарри, у которого особо и не было общения с людьми, и который соответственно не имел никаких секретов, помимо своих собственных. — Для тебя я сделал бы то же самое.       Том промолчал, и Поттер приподнялся, пытаясь заглянуть тому в глаза. Лицо Лорда было таким же, каким было обычно, но глаза его разгорались жутким, бесконечно опасным огнём. Гарри замер, разглядывая танцующие алые искры на дне чужих глаз, будто кролик, завидевший удава.       — Будь осторожнее со словами, Гарри, — вкрадчиво проговорил Лорд, в упор глядя на Поттера.       Продолжения не последовало. Вместо него Лорд медленно поднес руку к лицу заворожённого мага и коснулся ледяными пальцами его щеки. Гарри, вопреки обычаю, никак не отреагировал, даже когда Том неспешно огладил его щеки и скулы, ненадолго задержавшись на губах.       — Ты... — чуть хриплым голосом произнес Гарри на грани слышимости, почти не замечая того, как близко находятся их лица, — Ты хочешь...       — Лгуниш-шка, — стремительно вползла в библиотеку радостная Нагайна, и они оба тут же резко отстранились друг от друга, будто пойманные с поличным преступники, смотря куда угодно, только не на партнёра-соучастника в "нарушении закона". — Я принесла тебе праздничную мыш-ш-шку! Хотела найти кролика, но съела вс-сех еще вчера...       Том удивлённо вскинул бровь, глядя на Нагайну, затем перевел взгляд на отчаянно краснеющего Поттера. От былой бессильной злобы не осталось ничего, кроме приятного тепла в груди. Том убрал со лба Гарри очередную выбившуюся непослушную прядь всё еще рыжих волос.       — У нас-с праздник? — вопросил он, заинтригованный, глядя на совсем уже похожего на помидор Гарри.       — С-сегодня, только много зим назад, родился самец хоз-з-сяина, — радостно прошипела змея, обвиваясь вокруг смущенного Гарри и мягко выпуская из своей пасти маленькую парализованную ядом мышку. — Еш-шь, пока она ещё тёплая...       — Не издевайс-ся над Гарри, — осадил змею Том, глядя на растерянного Поттера. — Нагайна — маледиктус-с с отвратительным чувс-с-ством юмора.       Гарри посмотрел на разом поскучневшую змею, как на предателя.       — И ты молч-ш-шала?       — Ты дос-статочно з-с-сабавно реагировал на мой интеллект, — просто прошипела Нагайна, куда больше заинтересованная в мышке, на которую явно уже строила собственные гастрономические планы.       Гарри решил промолчать насчет того, что хоть Нагайна и была достаточно умной змеёй, с человеком он ее ни разу не сравнивал. Но обидно всё равно было.       Он снова бросил взгляд на вяло отчитывающего змею Тома. Внизу живота снова закрутило, когда он вспомнил, как близко находился Реддл ещё минуту назад.       Они были близки... к чему? Гарри не хотел думать о том, что произошло бы, не прерви их Нагайна.       Гарри снова смутился, отгоняя от себя подобные мысли. Нет, Том явно не испытывал к нему такой интерес. Но может быть все-таки?..       Том вёл себя подозрительно похоже на тех, кто порой фигурировал в рассказах достаточно ветреного, несмотря на все свои достоинства, Чарли. Гарри тряхнул головой, пытаясь вытравить эти сравнения из головы. Не хватало ему еще влюбиться в того, кто может убить его и всю его семью в любой момент.       Гарри подумал о том, что ему нужно встретиться с леди Вальбургой... нет, лучше с Регулусом. Леди Блэк бы начала читать нотации и была бы точно против этого всего, а вот Рег мог бы понять и помочь разобраться во всей той чертовщине, что творилась в этом доме.       Вроде как Гарри не был заперт в этом доме, Том лично позволил ему покидать мэнор, чем Гарри уже как-то раз воспользовался, однако почему-то сейчас, после вскрытия обмана, Поттер не был уверен в своих полномочиях.       Когда Нагайна, заскучав, уползла куда-то к стеллажам книг, Гарри повернулся к о чем-то задумавшемуся Тому. Впрочем, даже гадать было не нужно о предмете размышлений Лорда. Гарри был уверен почти полностью: тот не мог выбросить из головы историю с Чарли.       Гарри ощущал вину за то, что не мог ничего рассказать Тому. Он одновременно хотел этого, видя метания Лорда, и боялся, помня о том, как Чарли желал сохранить все в тайне. Хотелось помочь Тому, но не хотелось и предавать брата. Гарри эгоистично порадовался тому, что принесенный Обет решал его диллему вместо него.       — Я могу выйти отсюда? — спросил Гарри прямо, разглядывая профиль Лорда.       В свете заходящего солнца, лучи которого пробивались в окно через прозрачные занавески, тот выглядел совсем как античная статуя. Холодная, неподвижная и до одури красивая статуя с отдающими золотом обычно темными волосами.       — К Блэкам? — откликнулся оживший Том, насмешливо улыбнувшись потрясённому Гарри.       — Откуда ты...       — Я знаю все портключи их поместья, — ответил Том, наслаждаясь волнением Гарри. — И за каждым твоим движением до сих пор следят эльфы.       — Ты же не...       — Всё с ними в порядке, — отмахнулся Том, будто читавший мысли Гарри, — Максимум слегка потрёпаны.       Гарри вскочил, перепуганный, и, совсем позабыв о Томе, тут же побежал в сторону своей комнаты, схватил так бесполезно спрятанный под матрас портключ и отчётливо произнес слово-телепорт.       — С днём рождения, — донёсся ему вслед голос мрачно смеющегося Лорда.       В ту же секунду Гарри оказался в знакомом коридоре и быстрым шагом, граничащим с бегом, направился в сторону гостиной. Обычно там сидела Вальбурга, читающая очередную газету или талмуд с зубодробительным названием.       Но там никого не было. Одиноко горел бесконечно зажжённый камин, да стояла на столе исходящая паром кружка с чаем под чарами Стазиса.       Гарри дрогнул.       Том же не мог...       Хотя кого он обманывает? Гарри почти сразу ощутил, как ослабли чары на доме. Не осталось практически ничего — всё было разорвано в клочья, будто какая-то безумная магическая буря грубо снесла к Мордреду сотни выстраиваемых поколениями защитных заклинаний. И имя этой бури Гарри ясно знал.       — Леди Вал? — окликнул он в пустоту. — Регулус?       Никто не откликнулся. Гарри на ватных ногах двинулся вверх по лестнице, оглядывая пустые коридоры. Молчали и портреты. Казалось, дом был пуст и мёртв.       Звуки голосов, доносящихся откуда-то сверху, заставил его сорваться на бег.       Дверь в комнату, запертую столько, сколько Гарри помнил, была открыта нараспашку. Маг влетел в неё, чтобы тут же замереть в замешательстве.       Посреди давно заброшенной, но выглядящей совсем жилой комнаты стоял растрёпанный Сириус Блэк с волшебной палочкой наголо. Вальбурга, также держащая его на прицеле палочки, даже не взглянула на остолбеневшего Гарри. Воздух, казалось, искрил от повисшего в нем напряжения.       — Инкарцеро, — хлестко, настолько быстро, что Гарри не сразу разобрал заклинание, бросила Вальбурга, и Сириус упал на пол, связанный веревками.       — Теперь можно и пообщаться, — отчего-то зловеще произнесла Вальбурга совсем незнакомым Гарри грубым и многообещающим голосом, глядя на Сириуса тяжёлым взглядом. Наконец она посмотрела на шокированного Гарри, и уголок ее плотно сжатых губ дёрнулся в подобии улыбки. — И с тобой тоже, Поттер.       Сочувствующий взгляд Регулуса буквально кричал: беги. Гарри, к сожалению, на него не смотрел.       Сириус Блэк отчаянно матерился.