VENDETTA

Шесть лет назад Нил вцепился одеревеневшими пальцами в край сиденья. В помещении не было холодно, но всё внутри заледенело. Казалось, что новые швы вот-вот разойдутся и по коже вновь заструится кровь. Каждая мышца ныла от боли. Нил попытался вспомнить, как здесь оказался и как много времени провёл прикованным к больничной койке, но не смог даже предположить, какой сегодня день недели. "Меня зовут Нил Абрам Джостен" — как мантру повторял он себе, бездумно разглядывая серые стены и тусклые светильники. В их свете рубашка дружелюбного мужчины напротив тоже казалась серой. Отражение Нила в зеркале выглядело помятым, болезненным и каким-то измотанным. — Натаниэль, я понимаю, как тебе сложно, но ты должен дать свидетельские показания, — Нил невольно скривился и дёрнул рукой. Звякнули браслеты наручников. — Нам нужно знать, что произошло, но твои условия слишком...радикальные. И тебе, и нам незачем лишний раз рисковать. Следователь на мгновение замолчал, очевидно, пытаясь подобрать слова. Они уже не первый раз говорили об этом. Менялись люди, менялись формулировки, менялся тон, но Нил продолжал упрямствовать. Он не хотел расставаться с новым именем и всем, что его с ним связывало, потому что точно знал, что если отпустит, то тут же развалится на куски. К Натаниэлю он тоже не мог заставить себя вернуться — это было чревато опасными последствиями не только для него самого, но и для окружающих. Всё вокруг пойдёт прахом в тот самый момент, как только станет известно, что сын бизнесмена с сомнительной репутацией выжил в той мясорубке, что ему устроил собственный отец. — Тебе есть, что терять. — попытался зайти с другой стороны следователь. Нил готов был поклясться, что услышал в его голосе нотки неуверенности. Ему на мгновение даже стало интересно, что ещё у него было и что ещё у него не отняли. — Например? Мужчина тяжело вздохнул и начал быстро рыться в разбросанных по столу документах. Нил лениво следил за этим, чувствуя, что из-за зеркального стекла за ним наблюдает несколько человек. Он прикрыл несчадно болевшие глаза. "Меня зовут Нил Абрам Джостен" — Завладение автомобилями без хищения, кражи со взломом, незаконные проникновения, уклонение от розыска, поддельные документы, сокрытие преступления, пособничество, — мужчина спокойно постучал его досье о стол. Нил молча убрал руки со стола. Они это уже проходили. — И много всего по мелочёвке. Мы легко можем тебя посадить лет на двадцать и продолжить ждать, когда Мориямы оступятся. — он выжидательно глянул на Нила. — Ты потеряешь свою призрачную свободу и возможность к тому жалкому существованию, что вёл последние девять лет. Следователь блефовал, и они оба это знали. Нил открыл рот, сам не зная, что собирался сказать, но тут же захлопнул его. Он не хотел заново переживать всё то, через что прошёл от начала и до конца. Тем более несколько раз. Старые и новые шрамы на теле заныли сильнее. Казалось, что к его плечу ещё раз приложили утюг, и пуля ещё раз впилась в кожу у самого сердца. Нил отстранённо подумал, что он вот-вот начнёт сдирать с себя кожу голыми руками. Он только-только вывернулся из хватки отца и Мориям, чтобы сейчас сидеть здесь, в штаб-квартире ФБР, и балансировать на очень тонкой грани. Плевать, подумал Нил. Здесь и сейчас он был в безопасности, но в тюрьме... Да, в тюрьме люди Мясника и Тетсуи могли его настигнуть. Там, в камере, за решёткой, он окажется совершенно беззащитен. Если он продолжит молчать, то сам себя загонит в могилу, из которой не сможет найти выхода. Молчание было долгим и густым, как дёготь. У Нила на спине выступила испарина, пока он пытался сообразить, что ему теперь лучше делать и куда бежать. Он заглянул следователю куда-то за спину и наконец хрипло изрёк: — Давайте будем честны? — Нил повернул голову к зеркалу Гезелла надеясь, что смотрит сейчас кому-то в глаза. — Если бы у вас хоть что-то было на моего отца или Мориям, я бы здесь не сидел. Установилась звенящая тишина. У Нила дрожали взмокшие руки. Почему он продолжал бежать? Он ведь мог облегчить себе жизнь отказавшись от своих условий. Он мог отказаться от Нила и стать кем-то другим, начать всё сначала, похоронить его вместе с Натаниэлем, снова сбежать. Он ведь мог пережить это и ещё раз, — последний раз, — собрать себя по частям. Возможно, он смог бы наконец закончить хотя бы один университет, подтвердить своё школьное образование, найти работу, привести мозги в порядок и тихонько жить где-нибудь далеко-далеко. "А смог бы? — зашептал внутренний голос. — Смог бы забыть отца, мать, дядю, двадцать три города, столько же имён и всё, что было между ними?" — Если мы позволим оставить тебе имя с несколькими условиями, — медленно сказал следователь. Нил поднял глаза. Надежда слабо затеплилась в его груди. — Ты дашь свидетельские показания, Натаниэль? Мэри устроила бы ему знатную выволочку. Отец убил бы его на месте. Но Натаниэль уже знал ответ. — Да, — беззвучно выдохнул он. — Да. __________ Эндрю подумал, что ещё немного, и он не выдержит. Дыхание вырывалось из горящих лёгких неравномерными рывками, мышцы болели, всё тело напряглось и вытянулось в единую струну, покрасневшие пальцы скользили по грифу штанги. А потом он наконец закрепил её над головой и выдохнул с облегчением. Где-то справа с гантелями приседал Мэтт, Рене боролась с грушей, а около неё отдыхали Дэн и Элисон. Эндрю привычно поискал глазами Кевина, но тут же вспомнил, что сегодня Дэй взял выходной и отвернулся к спортзалу, в котором, помимо их группы, занималось несколько других. Эндрю лёг обратно и с каким-то неясным злым безразличием снова схватился за штангу. Он попытался забыть обо всём и избавиться от грызущего чувства в груди, но неожиданный финт Кевина никак не шёл из головы. Эндрю не спрашивал о том, с кем тот встречался вчера. После той смски он рано утром, пока Дэй ещё спал, выскользнул из квартиры и больше не показывался ему на глаза, отчего-то злясь на самого себя за то, что повёл себя, как ревнивый придурок. Справедливости ради, ты сам влез во всё это дерьмо, подметил Эндрю и опустил к груди штангу. С другой стороны, Кевин тоже не делал никаких попыток найти его и поговорить. Вчера они не пересекались, потому что Эндрю малодушно копался в архивах, пытаясь найти неизвестно что, а Дэй, — как ему любезно сообщила Рене, — просидел до вечера в кабинете, потом подорвался и не говоря ни слова вылетел из здания. А сегодня вдруг стало известно, что Кевин взял выходной и как сквозь землю провалился. Эндрю со злостью выдохнул, вспомнив, что, когда только узнал об этом, сразу полез в карман за телефоном и набрал номер Дэя. Ответила ему голосовая почта прохладным голосом Кевина и сообщила, что "он сейчас очень занят, но обязательно перезвонит, как только освободится" Что-то происходило не только с ним, но ещё и в деле МиМ (Мэтт как-то пожаловался, что выговаривать "Мясника и Мэрретти" слишком долго и отныне дело будет называться только так и никак иначе). Эндрю откуда-то знал, что Кевин нашёл что-то важное, что поможет в поисках убийцы, но не мог понять, почему он сразу же отключил телефон и пропал. Он против воли уже подумал о том, что холодное тело Дэя валяется где-нибудь у него в квартире в луже крови, но тут же язвительно предложил самому себе начать обзванивать морги и больницы и успокоился. Он напомнил себе, что Кевин взял всего один выходной и завтра, а может быть даже сегодня вечером Эндрю сможет вытрясти из него всю душу и наконец получить ответы. Омрачало эту мысль только то, что сейчас не было ещё и полудня. Мимо прошёл сотрудник другого отдела. Эндрю дёрнулся окликнуть его, но тут же прикусил свой язык, с которого уже готова была слететь колкость. В спину будто впились сотни иголок, а внутри все органы поменялись местами. Эндрю в жизни не обратил бы на него внимание, если бы не низкий рост, каштановые волосы и слегка небрежная одежда, которые внезапно напомнил о совсем другом человеке, которого Миньярд и собирался позвать. У Эндрю дрогнули пальцы, и он чуть не уронил штангу прямо на себя, когда череда мыслей о Кевине резко сменилась чередой мыслей о Ниле. Ему очень не понравился этот внезапный скачок, и ещё больше его напрягло отсутствие явной настороженности или неприязни, которые он обычно испытывал. Ничего, кроме смутного интереса и жажды разобрать эту головоломку на части, не было. Эндрю уже и забыл, как опасение превращается в что-то более нейтральное и как он становится более терпимым к кому-то. Он подумал прямо сейчас сорваться с места и назначить Би внеплановый сеанс, но остался на месте и выжал штангу ещё раз, пытаясь переключиться на что-то другое. На прошлом сеансе Бетси пыталась рассказать ему, насколько иногда полезно снимать броню и подпускать к себе людей. Она привела в пример Рене и Кевина, и Эндрю хотел возразить, что эти странные взаимоотношения выросли исключительно из-за его настороженности, но Би тут же спросила, как у них дела с Кевином, а он, подумав о неожиданных мыслях на подоконнике кухни, солгал, что всё прекрасно, и спешно увёл беседу в другое русло. Эндрю ещё раз выжал штангу сжимая зубы крепче. Что за дерьмо у него было в голове, когда он подумал о Ниле в таком плане? Он ведь совсем не казался безопасным. Он не был тем, кто мог оправдать доверие. О чем Эндрю только думал, когда нашёл Нила интересным и начал копаться в его прошлом? Мог ведь избежать кучи неясных мыслей и чувств и не обращать внимания на новое лицо точно так же, как не обращал внимание на всех остальных людей. — Эй, ты идёшь? — выкрикнула Дэн, стоявшая у выхода из зала. Эндрю рассеянно отметил, что его группа потянулась к душевым, и поплёлся в след за ними, наивно надеясь, что вода поможет ему смыть все дурные мысли, тянущие его на дно уже не первый день. __________ Эндрю был на полпути к парковке, когда ему пришла СМС от Кевина. Эндрю сначала хотел её проигнорировать, но тревожный звон внутри, который всё продолжал нарастать, заставил его разблокировать телефон. Сообщение было слишком коротким и невнятным. Не то чтобы Кевин хоть когда-нибудь отличался любезностью и перед тем, как перейти к делу, долго прощупывал почву, но всё же обычно давал себе труд писать хоть какие-то пояснения даже когда спешил. Мр. Маргарет Тэтчер (Кевин): Нил Абрам Джостен 1987 Натаниэль Абрам Веснински 19.01.1988 Пропал в 98 И две фотографии, на которых был изображён маленький мальчик и уже знакомый парень. Эндрю не сразу понял, в чём дело и что хотел сказать Кевин, а потом застыл прямо посреди улицы. Кто-то врезался в него и начал громко ругаться, но он не обратил внимания. Эндрю ледяными пальцами набрал номер Кевина, чувствуя, что земля уходит из-под ног.