Philautia

- Скульпторы в Мидгарде работают над статуями для большого зала для церемоний, который будет построен через несколько лет. До меня дошли слухи, что статуи могут выйти совсем не похожими на тех, кого призваны изображать. Я подумал, что тебе стоит нанести им визит и… помочь им внести исправления, пока еще не поздно. - Ты сам-то видел эти статуи? – Уточнила Фрейя у Тюра. - Нет, но двое из скульпторов раньше работали на асов, так что они склонны к определенного рода… приукрашиванию. – Услышав это, Фрейя заскрипела зубами. - Я не хочу, чтобы моя семья была увековечена в виде асов. – Последнее слово уже давно не звучало в ее устах ругательством, ее любовь к сестрам из асов притушила пламя ненависти, но Фрейя догадывалась, на что намекает Тюр, и не могла этого допустить. - Я знаю, поэтому и думаю, что тебе следует нанести визит. Это все равно по пути к Драконьим Горам, вам нужно будет пройти через этот город, чтобы добраться до сокровища. – Тюр, казалось, занервничал еще больше, чем в начале разговора. – Я хочу тебя предупредить, я слышал, что твоя статуя… больше всего не похожа на твои истинные… формы. Тюр старался подбирать уважительные выражения, но сверлящий взгляд янтарных глаз стоящего рядом с Фрейей Кратоса не способствовал должной концентрации. - А там есть моя статуя? Почему? Я же жива… Предполагалось же, что большой зал будет построен, чтобы почтить память павших в Рагнарек. - Они настаивали. Мне кажется, они планируют сделать статуи для вас… обоих. Взгляд Кратоса стал еще более невыносимо тяжелым, оружие звякнуло: - Моей статуи там не будет. Фрейя взяла его за руку и спартанец заметно расслабился, что не прошло незамеченным для Тюра. - Мы обсудим это со скульпторами. Спасибо за информацию, Тюр. – Вмешалась Фрейя, пока Кратос не сказал что-то еще. - Желаю вам безопасного путешествия и остаться в здравом уме в окружении ваших юных спутников. У меня есть подарок для вас двоих, используйте его в час нужды. – Тюр достал из сумки бутылку вина и передал ее Фрейе, которая со смехом приняла дар. - Спасибо тебе. Я уверена, оно нам пригодится. Я полагаю, это не вино смертных? - Конечно нет. – Улыбнулся Тюр, и Кратос с Фрейей оставили его, чтобы присоединиться к своим спутникам, готовым, наконец, начать путешествие.

***

- Размер этой группы совсем не соответствует цели путешествия – мы почти как маленькая армия. И они постоянно говорят все одновременно и... громко, - ворчал Кратос, идя с Фрейей позади группы. Волчицы впереди тянули сани с припасами, а все остальные шли пешком. - Просто расслабься – все это путешествие непрактично. Ты охотишься за сокровищами с сыном и его друзьями – это забавно само по себе. Получай удовольствие. – Кратос взял ее за руку, и дальше они пошли рядом. - Ты не… против, что мы идем в бывший дом Дракона? – Они больше не упоминали имя Фафнира, используя вместо него обезличенные определения, подходящие к случаю. - Все в порядке. Мне кажется справедливым, что мы вернем золото, которое он награбил во всех мирах. Это золото не его, и я не буду вспоминать о нем, глядя на статуи. - Хорошо. - Меня, кстати, больше нервируют статуи, чем золото. Тюр казался искренне обеспокоенным. - М-м-м, да. Он действительно нервничал. - Думается мне, ты частично виноват в этом – ты заставляешь его дергаться. И ты сверлил его взглядом. - Я не специально. - Иногда мне трудно воспринимать его не как Одина – может, с тобой то же самое? Кратос поразмыслил над этим пару мгновений и понял, что Фрейя права: - Да. Хотя это иррационально и несправедливо по отношению к Тюру. Я постараюсь стать лучше. Им пришлось остановиться, потому что группа перед ними неожиданно встала на перекрестке и принялась спорить о том, какую дорогу выбрать, не слушая Мимира, который пытался указать им верный путь. Они были все так взволнованы возможностью поучаствовать в приключении, учитывая все живописные рассказы Атрея про горы сокровищ глубоко в подвалах крепости мертвого дракона – никто из них не захотел пропустить такое. Труд первая вызвалась поучаствовать, затем Мимир, который теперь путешествовал на поясе Атрея, потом Ангрбода, к удивлению Фрейи (девушка обычно избегала больших групп людей), и, наконец, Скьольдр. Фрейя прижалась к Кратосу, и он обнял ее за талию, и так они и стояли уже минут десять, в тихом изумлении наблюдая за группой. - Нам следовало взять с собой больше вина, - мрачно пошутил Кратос, и Фрейя засмеялась, понимая, тем не менее, что он прав – это будет утомительное путешествие.

***

Вся компания вошла в просторный зал, где размещались скульпторы и большие куски камня в разных стадиях превращения в статуи. Главный мастер провел гостей по залу, рассказывая о каждой работе и представляя талантливым, как это он сформулировал, скульпторам. Наконец, они добрались до статуи Фрейра. Группа визитеров, однако, сразу же обратила внимание на стоящую напротив скульптуру, изображавшую женщину. Пока что была вырезана только верхняя половина, от талии и выше: невероятно огромные груди отрицали гравитацию, смехотворный «доспех» прикрывал только самый минимум. Поза статуи была сексуализирована почти на грани приличия: одна рука заведена за голову, вторая с намеком поглаживает навершие меча, висящего на избыточно пышном бедре, невероятно узкая талия подчеркивает обнаженный живот. Лицо «воительницы» не напоминало никого из знакомых, но Фрейя все равно почувствовала, что все ее внутренности скрутились в тугой узел. Чтобы отвлечься, она обратилась к скульптору, работавшему над статуей Фрейра, и тактично проинформировала, что ему не удалось ухватить сходство с реальным богом плодородия. Пока что полностью готова была только голова, но никто и никогда не видел на лице ее беззаботного и милого братца такого выражения: гнев, твердость, стоицизм. - Твое мастерство впечатляет, и я уверена, что ты способен воздать должное моему брату – но позволь мне показать, как он выглядел на самом деле, чтобы ты мог лучше передать его черты в камне. – Фрейя прикоснулась кончиками пальцев к вискам скульптора, попросила закрыть глаза и передала ему образ Фрейра. Это не заняло много времени, она убрала руки и спросила: - Теперь ты видишь? - Да, я внесу исправления. Благодарю вас, моя госпожа. - А вообще кто-то из ваших мастеров видел свои модели собственными глазами? – Спросила Фрейя у главного скульптора. - Нет, моя Королева. К сожалению, нет. - Хм-м-м. – Фрейя отделилась от группы и прошла по рядам, останавливаясь около каждого мастера и повторяя то, что сделала с первым, показывая каждому из них образы из своей собственной памяти. Если уж и делать статуи в честь кого-то, то эти статуи должны быть действительно похожи на свои прототипы, чтобы реально чествовать их. Она вернулась к группе, по прежнему стоящей у статуи Фрейра, и постаралась набраться храбрости и спросить у главного мастера то, чего знать, скорее всего, не хотела. - И кто здесь… В чью честь эта статуя? – Фрейя жестом указала на грудастую даму, нависающую над ними. «Пусть это будет Сиф, пусть это будет Сиф». Мастер покраснел и зазаикался. - Ох… это вы, моя Королева… но мне кажется… я понял… нам не удалось передать вашу… уникальную красоту. Мы только слышали истории о вас, но никто не встречался с вами лично. Приношу свои извинения, моя Королева. Кто-то хихикнул позади нее, и Фрейя резко обернулась, окинув всю группу испепеляющим взглядом, и вернулась к разговору с мастером. - Пожалуйста, не называйте меня так. Я не ваша королева. - Да, моя… моя госпожа. И спасибо вам, что пришли сюда, чтобы мы могли увидеть вас своими глазами. Никаких больше искажений вашего образа не будет. Обещаю вам, вы останетесь довольны своим изображением. Фрейя кивнула и обратила внимание скульптора на большой камень рядом с «ее» статуей, здесь работа еще даже не началась: - А это для чьей статуи? Мастер нервно покосился на Кратоса, чьи пальцы были переплетены с пальцами Фрейи, но взглядом спартанец сверлил скульптора: - Это предназначено для.. вас, Генерал. - Я не хотел бы иметь скульптуру в мою честь. – Неожиданно мягко, даже для самого себя, ответил Кратос. – Пожалуйста, используйте этот камень для кого-то другого. - Да, конечно. – Мастер часто закивал, отчаянно желая оказаться как можно дальше от грозной пары и забиться в какую-нибудь щель, сгорая от стыда. Фрейя тоже хотела как можно быстрее покинуть это место, поэтому вежливо поблагодарила мастеров за работу, выразила уверенность, что все теперь будет в порядке со статуями, и пообещала вернуться через несколько недель с золотом для украшения скульптур. Уже у самого выхода Фрейя обернулась через плечо и увидела, как мастер приложил зубило к «ее» левой груди, и почувствовала фантомную боль над ключицей. Большой кусок камня отвалился от статуи и со стуком упал на землю. Фрейя последней вышла из здания, вся группа уже ждала снаружи, все внимательно рассматривали землю, ноги соседа – лишь бы не смотреть на нее. Один только Кратос тепло улыбнулся ей, не отводя взгляда. - Посмотрите все на меня. Все дружно повиновались строгому приказу, и она обвела группу ледяным взором, задержавшись на каждом лице на невыносимо долгие секунды: - Слушайте все предельно внимательно. Вы забудете женщину, что видели в этом зале. Вы не будете думать о ней, а уж тем более говорить: ни со мной, ни друг с другом, ни с кем. Если я узнаю, что кто-то ослушался, я никогда больше не заговорю с этим человеком. Поклянитесь мне. Все дружно выдавили обещания, слишком напуганные возможностью навлечь на себя гнев Фрейи. Она прошла мимо всех них к саням, молодежь обменялась взглядами, не сомневаясь в серьезности ее угроз, и последовала за ней.