Truth Shall Set You Free

Глава 5: Они встретились (2) 'Его прогоняют от ворот рано утром.' Чхве Хан и Чхве Хан* помнят тот день. Для них обоих это стало началом пути, по которому они сейчас идут. Чхве Хан теперь вспоминает об этом с теплотой, а для Чхве Хана* это всего лишь начало его борьбы. 'Хотя это также знаменует собой начало пути, по которому я пошел, чтобы найти свою новую семью, так что я полагаю, что не все так плохо' — Подумал Чхве Хан*. Чхве Хан направился в том направлении, о котором, как он помнил, слышал от жителей деревни после того, как закончил хоронить всех своих любимых жителей деревни. Он направлялся в Вестерн. Чхве Хан был перенесен в этот мир, когда он был первокурсником старшей школы, но он жил здесь уже десятки лет. Конечно, тот факт, что большая часть той жизни была потрачена на то, чтобы выжить в Лесу Тьмы, заставил его немного повзрослеть, и поэтому он стал более рациональным, чем кто-либо мог ожидать после такого инцидента. При упоминании эпохи Чхве Хана Додам^ смотрит на Чхве Хана^ и кричит: — Эй, Чхве Хан^, мне теперь называть тебя дедушкой? Шокированная тишина.  Вслед за этим весь зал разразился громким смехом. Чхве Хан и Чхве Хан* присоединяются.  Пока не раздается другой голос, говорящий: — Да, теперь мы можем звать всех троих дедушками. Виновником был ухмыляющийся Раон.  Все трое Чхве Ханов хотят провалиться сквозь землю. «Мне нужно сообщить об этом лорду в замке.» Деревня Харрис, возможно, была отдаленной деревней, но все еще находилась под юрисдикцией графа Хенитьюз. Вот почему Чхве Хан направился в Город Вестерн, надеясь, по крайней мере, подготовить небольшие похороны для жителей деревни. Он также планировал найти информацию об убийцах, которых он убил, когда потерял самообладание, так как не мог задать им никаких вопросов. Тем не менее, отправка мертвых должным образом предшествовала мести. 'Если подумать, он действительно любящий человек.' — Спасибо, Кейл-ним. Но потеря всех первых людей, которые проявили к нему любовь после десятков лет в Лесу Тьмы, сразу сделала невозможным, чтобы разум Чхве Хана не исказился. В романе это было, когда Кейл связался с Чхве Ханом и задел нервы. Он вспомнил, что Кейл из романа сказал Чхве Хану. [«Почему мой отец должен заботиться о том, мертвы ли некоторые бесполезные жители деревни? Этот бокал алкоголя в моей руке стоит больше, чем все ваши бесполезные жизни вместе взятые.] — Хм. Это… прости за то, что я сказал. Было неправильно так обращаться с их памятью. Я просто… ненавижу это место. Моя мать погибла в результате несчастного случая на обратном пути оттуда, но я не должен был… я не должен был винить тамошних людей, — сказал Кейл* Чхве Хану*, запинаясь. Ким Рок Су кивнул, соглашаясь с ними.  Чхве Хан* кивнул в знак подтверждения, от этого не стало лучше, и он все еще думал, что Кейл* был ублюдком за то, что сказал это в первую очередь, но он мог вроде как понять причину, почему тот так сказал. Чхве Хан начинает смеяться над словами Кейла, спрашивая в ответ. [«Какая интересная мысль. Мне очень любопытно узнать, передумаешь ли ты или нет».] ['Проверим?'] Этот парень избил Кейла до состояния фарша, так что он был почти мертв. Удивительно было то, что Кейл никогда не менял своего мнения даже после того, как его избили до полусмерти. — Так вот как все должно было быть, — говорит Чхве Хан. Он очень рад, что этого не произошло. Он не представлял своей жизни без семьи.  — Ах, у меня мурашки по коже. Кейл начал тереть руку, увидев, как по коже побежали мурашки. Он быстро сделал глоток чая, который принес ему Биллос. Затем он снова выглянул в окно, только чтобы снова похолодеть. 'Это тот панк.' В тот момент, когда ворота открылись на утро, к воротам подошел молодой человек, одетый в одежду с черными отметинами повсюду, из-за чего казалось, что одежда была обожжена во многих местах. Это был Чхве Хан. Кейл не вставал со своего места, наблюдая за Чхве Ханом. Его скорость была восхитительной, поскольку он пробежал всё расстояние, на которое обычно требовалось недельное путешествие в карете, за день. Естественно, после этого "марафона" он выглядел довольно растрепанным. Конечно, события в деревне были в ответе за его столько неестественное поведение. — Эй, разве это не означает, что мы могли бы использовать Чхве Хана в качестве замены автомобилям? — Ли Чоль Мин* пошутил. — Да, это ускорит передвижение, — рассмеялся Пак Джин Тэ* в ответ. Охранник преградил путь Чхве Хану, когда он вошел с опущенной головой, выглядя совершенно измученным. Кейл не знал, о чем они говорили, но он видел, как Чхве Хан покачал головой на вопрос охранника. 'Я уверен, что они спрашивают, есть ли у него какие-либо документы, удостоверяющие личность.' — Это так, — подтверждает Чхве Хан*.  Стражники Города Вестерн в целом были мягкими, но строгими, когда дело доходило до правил. Они копировали своего сюзерена, личность графа Дерута. — Отлично. Они хорошо выполняют свою работу, — радостно сказал Дерут.  'Они выгнали его' Как и ожидалось, Чхве Хан вышел из ворот. Он даже не закатил истерики. После непрерывного бега в течение дня его слегка пришедшая в себя совесть сказала ему не убивать невиновного человека. 'Чхве Хан теперь будет ждать ночи, прежде чем незаметно перепрыгнуть через городскую стену, чтобы войти.' Затем он сталкивается с Кейлом, который был занят пьянством. Визг. Поскольку Кейл был один, звук толкаемого стула, когда он встал, звучал довольно громко. Он спустился вниз и сообщил Биллосу, что стоит за стойкой. — Я скоро вернусь. Не убирай мое место. — Да, молодой господин. Я с нетерпением жду вашего возвращения. Кейл проигнорировал улыбку на пухлом лице Биллоса, когда он вышел из чайной. — Он ничего не сломал! Кейл мог слышать чей-то голос из магазина, но ему было все равно. Ему нужно было заложить фундамент, чтобы заработать этот Нерушимый Щит сегодня. Нерушимый щит. Речь не идет о физическом предмете. Лучшим сравнением может быть щит из маны мага. То, что на самом деле не имеет физической формы. Однако он сильно отличался от щита маны, так как был ближе к сверхспособностям, чем к магии. Самое смешное, что человек, который создал силу, но в итоге умер, был кем-то, кто служил богу, но в итоге был отлучен от церкви. — Звучит как тот, с кем ты бы хорошо поладила Кейдж, — поддразнил Тейлор свою подругу. — Конечно подружились бы, но что там с предысторией? Немного подозрительно, если вы спросите меня, — ответила Кейдж.  'В этом романе много всяких странностей.' Как и в истории любого фэнтезийного мира, этот мир также имел свою древнюю историю. В то древнее время не были развиты ни магия, ни оружие. Вместо этого это было общество, в котором ключевую роль играли ваши собственные врожденные способности или таланты, полученные в результате сверхъестественных явлений. Самыми сильными силами в этом обществе были сверхспособности, божественные силы и силы природы. Это было очень примитивное время. Некоторые из этих способностей сохранились до сих пор, оставаясь скрытыми в определенных местах или предметах. Эти силы можно было забрать себе, если выполнить нужные условия. Древние силы. Герои найдут эти силы, однако все эти силы были вспомогательными, недостаточно сильными, чтобы их можно было использовать в качестве опоры героя. Это были силы, которые Кейл искал. — Он действительно забирает их у других, — выпалил Бад*, прежде чем крякнуть от боли, когда локоть Гленна* снова вонзился ему в бок.  'Все, кроме божественных сил.' Будь то бог, ангелы или дьяволы, Кейл не хотел связываться ни с одним из них. — Ха! Тебе явно не удалось этого избежать, донсэн, — рассмеялся Альберу.  — Хааа. Ты несчастный ублюдок. Ты сказал, что хочешь избежать их, а затем идешь и привлекаешь все их внимание, а также собираешь все божественные предметы, которые ты мог найти, — выговаривал Эрухабен.  'Что? Более одного бога и даже божественные предметы? Что, черт возьми, делает этот переселенец?' — подумал Альберу*. Вот почему Кейл искал силы, которые люди развили естественным путем или исходили от природы. 'Это способ убедиться, что мне не нужно будет прилагать никаких усилий.' Это были те силы, которые он искал. Что-то вроде искусства фехтования или магии потребует от него усилий на практике. Он не хотел делать что-то подобное. — Хахаха! Эй, руководитель группы, неужели вся эта непосильная работа, наконец, настигла тебя и заставила облениться? — спросила Ким Мин А.  — Что? Я всегда стремился к своей бездельной жизни, — гордо заявил Кейл.  — Конечно, босс. Ты так сильно хотел бездельничать, что твоя трудовая этика принесла тебе прозвище «Настойчивый Ким Рок Су», так что да, конечно, ты пытался быть бездельником, — возразил Пэ Пху Ром.  В отличие от других книг, древняя цивилизация в романе [Рождение героя] не была такой сильной. По мере развития цивилизации магия и навыки призыва затмили естественные силы, оставленные древней цивилизацией. Сверхспособности были такими же. Самые изощренные сверхспособности были бы уничтожены одним ударом «Ауры», которая использовалась в наши дни. Это не было похоже на то, что герои просто экономно использовали эти силы без всякой причины. — Думаю, это не так уж и важно, если все они были слабыми способностями, которые все равно не использовались, — признал Бад*.  'И моя цель — собрать эти тонкие сверхспособности, чтобы стать прилично сильным.' Это был удовлетворительный гол. Тем более, что он также знал древнюю силу, которая могла усилить эти слабые сверхспособности. — Погодите, древние силы можно усилить? С каких пор? — крикнул Бад.  — Никогда о таком не слышал, — согласился Эрухабен*.  Воспоминание о золотом дожде заставило Чхве Хана, Он, Хонг, Эрухабена и Раона мудро держать рот на замке.  Чтобы сделать первый шаг в своем плане, Кейл начал искать древнюю силу, скрытую в Вестерн. Он знал, что требуется, чтобы заслужить эту силу. — М-молодой мастер. Добро пожаловать. Кейл просто кивнул пекарю, который поклонился так низко, что казалось, его голова вот-вот коснется земли, чтобы ответить. Вздох. Он слышал, как задыхается пекарь, но Кейл притворился, что не слышит. Он чувствовал себя плохо из-за того, что его репутация мусора напугала этого пекаря. — Вы действительно добры, молодой господин Кейл, — сказала Литана.  Литана* согласилась со своей коллегой. Этот молодой дворянин напомнил ей Элисну. Ему хотя бы было неловко. — Дай мне хлеба. — Прошу прощения? Кейл указал на весь хлеб в пекарне и строго ответил. — Все отсюда и туда. лязг. Золотая монета, которую достал Кейл, начала вращаться на прилавке. — Упакуй все это. Пекарь, казалось, застыл на месте, пока Кейл продолжал говорить. — Еще двух-трех золотых монет должно хватить на хлеб на неделю, верно? Взгляд пекаря, который был на золотой монете, переместился на Кейла. Это было слишком много денег, чтобы платить за хлеб. Кейл стоически ответил на дрожащие глаза пекаря. — Я могу пойти куда-нибудь еще, если ты не хочешь. — Нет, ничего подобного! Молодой мастер! Я упакую его как можно быстрее! Пекарь был чрезвычайно уважителен по другой причине, чем раньше, поскольку он быстро передвигался. Через несколько минут Кейл вышел из пекарни с полной сумкой хлеба на плече. Даже если это просто хлеб, он был довольно тяжелым. Вес заставил Кейла нахмуриться, и он проигнорировал пекаря, который смотрел, как он уходит, когда он вышел на улицу. — Серьезно, ты всего день в этом теле, а оно уже такое слабое, что хлеб тяжеловат? Неужели само твое существование в этом теле высосало из него мышцы? — Ким Рок Су пожаловался, заставив многих других посмеяться над Кейлом.  — Я думала об этом какое-то время, ваше первоначальное тело было вполне подтянутым и очень красивым, молодой господин Кейл, — отметила Таша.  — Действительно, очень красивый, — согласилась Розалин. — Выглядит очень сильным, — добавила Ханна.  — Молодой господин Кейл хорошо выглядел в обоих телах, — добавила Мэри.  — Что? —  Ошибка 404: файл не найден. Cale.exe перестал работать. Через секунду мозг Кейла перезагрузился.  'Все эти шрамы красивые? Я полагаю, что у каждого свои вкусы. Хотя оно определенно было сильнее.' — Большое спасибо. Мне очень нравится это тело — ответил Ким Рок Су с розовыми ушами.  Кейл неторопливо пошел по улице, заметив, что любой, кто смотрит ему в глаза, быстро поворачивается и уходит. Большинство людей даже убежали, чтобы избежать зрительного контакта с ним. 'Это действительно отличается от Кореи. Это действительно фантастический мир.' Кейл огляделся, бродя по этому рынку, от которого исходило типичное фэнтезийное ощущение. «Мм». «Ммф». Каждый раз, когда он встречался взглядом с торговцами, они пугались и избегали его взгляда. Тск тск. Кейл, должно быть, действительно оправдал свой титул мусора в прошлом. Кейл нес всякую хрень о себе, когда шел мимо рынка в сторону западной части Города Вестерн. — Ужасный ублюдок, зачем тебе говорить дерьмо о себе, если ты ничем этим не занимался? — спросил Додам^.  — Правильно, Кейл-ним, ты действительно не должен называть себя мусором, — сказал Чхве Хан.  — Но я мусор, — заявил Кейл.  — Цк. Несчастный ублюдок действительно идиот, — проворчал себе под нос Эрухабен.  Трущобы расположены на западе. Какой бы богатой ни была территория, всегда будут бедняки. В подобной ситуации большинство людей, вероятно, ожидали бы, что произойдет нечто подобное. «Ах, это судьбоносная встреча, которую можно заработать, поделившись едой с бедняками». — Это прекрасно. Поистине благородный поступок, — сказала Литана.  К сожалению, это не так. — Хм? Тогда зачем еще ему понадобилось бы столько хлеба, а потом он пошел бы в трущобы? Кейл почувствовал, как люди смотрят на него, как только он вошел в трущобы. Это было место, где вместе жили и самые праздные, и самые порочные люди. Хотя бедняки могут не знать лица своего лорда, они знали лицо Кейла. Этим людям, у которых ничего не было, нужно было обратить еще более пристальное внимание на тип человека, который вызвал бы шум на рынке, в пабе, на площади, ну, что угодно, и Кейл, вероятно, тоже вызвал шум там. Кейл* и Ким Рок Су застонали и смущенно закрыли лица.  — В таком виде это звучит довольно плохо, — пробормотал Ким Рок Су, пряча лицо. — Пожалуйста, не перенимай мои прошлые вредные привычки. Могу только сказать, что я был молод и глуп. Учись на моих ошибках, — сказал он племяннице.  — Конечно, дядя, — последовал ее дерзкий ответ с соответствующей ухмылкой.  — Тск. Хотя они знали все эти истории о Кейле, они не могли устоять перед сладким запахом хлеба в сумке Кейла. Кейл просто игнорировал все эти взгляды, продолжая идти. Носок его дорогого кожаного ботинка начал пачкаться от грязной воды. Неизвестная вонь также наполнила нос Кейла, заставив его естественно нахмуриться. Это заставило его идти еще быстрее. Трущобы находились на одной стороне небольшого холма и состояли из старых домов. Кейл направлялся к вершине этого холма. По мере того, как он приближался, взгляды и шаги людей, следующих за ним, также уменьшались. Острый взгляд Кейла, вероятно, тоже сыграл в этом свою роль. 'Здесь лучше.' Освободившись от зловония, Кейл встал на вершину холма и обернулся, чтобы посмотреть вниз на Город. Конечно, этот холм был не таким высоким, как поместье графа. Они никак не могли позволить хозяину территории жить где-то ниже этих трущоб. Кейл пришел в себя, направляясь к дереву, которое было отгорожено со всех сторон. Забор, сделанный из досок шириной с тело Кейла, имел сгнивший вход. Он легко сломался, как только Кейл толкнул забор. Это большое дерево, казалось, простояло сотни лет. Деревья в трущобах обычно рубили на дрова или сдирали слои, чтобы сделать их бесполезными, но это дерево было не таким. Причина была проста. Она очень скоро достигла уха Кейла. Эти двое были единственными, кто следовал за ним до конца из трущоб. — Вы не можете подойти к этому дереву! — Нуна! Это мы, нуна! — возбужденно воскликнул Хонг.  — Так и есть, ня, — сказала Он, радостно взмахивая хвостом.  Кейл проигнорировал это предупреждение. Он услышал еще один взволнованный голос. — Ты не можешь идти туда! Это дерево-людоед! Дерево-людоед. Любой, кто вешался на этом дереве, за одну ночь становился мумией. Кроме того, любая кровь, которая попала на это дерево, мгновенно исчезла. Наконец, вокруг этого дерева была только грязь. Травы и даже сорняков нигде не было. — Это страшно. Как будто из фильма ужасов, — вздрогнул Пак Джин Тэ*.  Это было дерево, которое искал Кейл. Давным-давно, в древние времена, жил человек, который так любил поесть, что за обжорство в месте поклонения его выгнали. В итоге этот человек умер от голода. Говорят, что это дерево выросло на вершине его тела, и злоба и сила этого человека были в этом дереве. Нерушимый щит, который искал Кейл, был здесь. Кейдж почувствовала себя странно от того что в романе постоянно упоминается предыстория древней силы, и спросила: — Кто-нибудь еще находит странным, что у древней силы есть предыстория?  — Да, — согласилась Кейдж*.  — Я действительно надеюсь, что просто слишком много читаю об этом, и это ничего не значит, но, зная молодого господина Кейла, это маловероятно, — сказала Кейдж.  Кейл решил, что объяснять что-либо слишком сложно, поэтому притворился, что ничего не слышит. Как это было примитивно, таинственно и странно! Большинство древних сил были такими же загадочными. Кейл достал из пакета хлеб и внимательно осмотрел дыру размером с голову взрослого человека. Ему нужно было сначала отослать владельцев этих голосов, прежде чем начать свою работу. Однако, прежде чем Кейл успел что-либо сказать, на этот раз голос стал еще громче, поскольку они больше не могли видеть Кейла из-за забора, потому что он присел на корточки. Голос сильно дрожал. — Ты умрешь! Не делай этого! Кейл прижал пальцами виски. — Вздох. Число людей, следующих за ним, уменьшалось по мере того, как он приближался к дереву-людоеду на вершине холма, однако эти дети продолжали следовать за ним. 'Всегда есть любопытные панки, куда бы вы ни пошли.' — Эй, плохой Кейл! Мы не были любопытны, ня, — запротестовал Хонг.  — Да, мы беспокоились, ня, — защищалась Он.  — Да, да. Вы оба правы, — утешил Кейл, лаская их.  Кейл нахмурился, повернув голову. Когда он это сделал, он заметил девочку, которой было около 10 лет, которая держала своего младшего брата за руку и смотрела на него. Ее глаза были полны беспокойства. Увидев, что Кейл хмурится и смотрит на нее, девушка запнулась и начала бормотать. — Это дерево-людоед. Ты умрешь. — Я не умру. Кейл достал из сумки два хлеба и бросил их маленькой девочке. Не имело значения, катилось ли оно по земле, потому что все они были индивидуально упакованы. — Возьмите это и проваливайте. — И вот тут-то и началась привычка молодого мастера Кейла подбирать и кормить бездомных, — шутит Розалин.  Ее слова вызвали смешки в зале.  Юноша тут же схватил хлеб, а девушка все еще колебалась. В конце концов, Кейлу нужно было использовать свою личность. Он встал и высунул голову за забор. — Вы двое не знаете о мусоре Кейле? Лицо молодой девушки побледнело. Ее младший брат просто посмотрел на Кейла, прежде чем взять другой хлеб для своей сестры и начать тянуть ее за руку. — Нуна. — Ага. Молодая девушка смотрела назад и вперед на дерево и Кейла, даже когда ее тянули. — Вы не можете умереть. Кейл щелкнул языком молодой девушке, которая продолжала говорить это, прежде чем убедиться, что вокруг никого нет, и сел под деревом. Никто не смог бы увидеть, что он делает, если бы не подошёл вплотную к забору. — Давайте начнем. Все сидят немного прямее, ожидая, что же он сделает.  Он начал с того, что вынул из мешка буханку хлеба и сунул ее в это отверстие. Его рука вскоре исчезла в темноте под деревом, и Кейл почувствовал холодок, когда хлеб в его руке исчез. Он почувствовал, что вся его рука может быть засосана, и быстро вытащил ее. — Да, не делать этого. Это стремно, — пробормотал Пак Джин Тэ*.  Темнота в яме под деревом была все той же. «Если ты умрешь из-за обиды, ты должен разрешить эту обиду». Это дерево-людоед на самом деле не было деревом-людоедом. Это было дерево, которое съело бы что угодно. Это был побочный эффект силы, оставленной человеком, который умер от голода. Но чтобы такое было связано с древней силой… это было комично, но делало это более реалистичным. 'Я помню, что было сказано что мне нужно кормить его, пока не рассеется тьма.' Темнота в яме под деревом не была результатом тени. Это была тьма, созданная обидой. Этого нельзя было делать с другими людьми. Один человек должен был продолжать обеспечивать большое количество еды, пока темнота не исчезла. Как только тьма, наконец, исчезнет, ​​появится свет, который прятался под ней. Альберу* и многие другие в группе 3 обязательно делали заметки. Любая информация, которую они могли использовать, чтобы продвинуться вперед в предстоящей войне, была важна. Альберу^ также записывает место и способ получения силы. Как только он съест этот свет, «Нерушимый щит» станет собственностью Кейла. — Ешь все, что хочешь. Кейл вставил отверстие мешка в отверстие и высыпал в него весь хлеб. В обычной ситуации это маленькое отверстие должно было быть заполнено хлебом, однако после того, как Кейл убрал пакет, осталась только темнота. — Думаю, мне понадобится еще около десяти больших сумок. Темнота в дыре стала немного тусклее, чем раньше. Десять мешков. Только кто-то вроде Кейла, с 3 миллионами галлонов в кармане, мог небрежно сказать такое. гул- Странный крик, казалось, резонировал с дерева. Оно как будто говорило, что голодно, и просил еще еды. Кейлу казалось, что тьма может внезапно протянуть руку и схватить его. — Оооооо. Чем дольше вы там находитесь, тем страшнее становится. Это определенно не для меня. Я видел, как заканчиваются эти фильмы, и я не собираюсь так выходить, — сказал Пак Джин Тэ*. Ли Чоль Мин* энергично кивнул.  — …Это немного страшно. — Такой трус, — громко заявил Тунка*, заработав взгляды группы 5, в то время как многие в группе 3 тайно согласились.  Кейл быстро встал. Ему казалось, что он не должен находиться здесь долгое время. — Что может сделать глупая обида? Чревоугодие было страшной вещью. — Я вернусь завтра. Кейл попрощался с грохочущим деревом, как будто это был человек, и вышел из огороженной территории. Кейл заметил, что брат с сестрой едят хлеб, как только он вошел в трущобы. Тот, кто утверждал, что ему не следует туда ходить, потому что это дерево-людоед, казалось, наслаждался хлебом. Им, должно быть, понравился вкус, потому что они оба казались очень счастливыми. — Ням Ням. Кейл фыркнул на брата с сестрой, прежде чем проигнорировать их взгляды. Однако взгляды их были прикованы не к нему, а к мешку, который раньше был наполнен хлебом, а теперь был пуст. Наверное, им было любопытно. Но что они могли сделать? Эти детишки были ни на что не способны. Эти дети, вероятно, были слишком напуганы, чтобы даже подойти к дереву-людоеду. Тем не менее, всегда хорошо быть в безопасности. Было бы плохо, если бы они подошли к дереву, просунули голову в дыру и были бы съедены. — Послушай, нуна, он уже тогда беспокоился о нас, — радостно заявил Хон.  — Конечно. Наш человек всегда заботится о нас, верно? — спросил Раон Кейла.  — Зачем спрашивать что-то настолько очевидное? [Дети трущоб не боятся. Это было потому, что они дорожили одним рисовым зернышком больше, чем лезвием, которое попадалось им на пути. Смерть всегда вокруг них, поэтому они не боятся смерти. Они боятся голода больше, чем смерти.] Это было написано в [Рождении героя]. Вот почему Кейл решил поговорить с парой братьев и сестер. — Если завтра снова хотите есть хлеб, ничего не говорите. Двое детей ничего не сказали. Они немедленно последовали приказу Кейла. Девушка, которая раньше казалась колеблющейся, положила руку на рот брата и сделала вид, что не видит Кейла. Кейл улыбнулся и подумал, что она довольно умная. Так он быстро покинул трущобы. Услышав похвалу, Он выпрямилась, ее хвост быстро взмахнул позади нее.  Люди в трущобах, которые знали, что Кейл ушел на вершину холма, смотрели на него, задаваясь вопросом, что за безумие он сейчас делает, но Кейлу нравился такой взгляд. Люди за пределами трущоб тоже странно смотрели на Кейла, но Кейла не волновали эти взгляды. — Ах, молодой господин. Вы вернулись. Как только Кейл вернулся в чайную, Биллос довольно радостно поприветствовал его. — Да. Принеси мне новую чашку чая. На этот раз освежающий. Кейл вернулся на свое место на третьем этаже. В это время должно было быть довольно оживленно, но на третьем этаже никого не было. Все они избегали мусора семьи графа. Вот почему Кейл мог расслабиться. — Вот ваш чай, молодой господин. Я также принес несколько десертов. — Ах, отлично. Спасибо. Кейл только продолжал смотреть на городские ворота, делая глоток чая. Биллос наблюдал за лицом Кейла со странным выражением, прежде чем тихо покинуть третий этаж. Было странно слышать, как Кейл кого-то благодарит. — Я же говорил тебе, что мусор никогда никого не благодарит, — заныл Кейл*.  Кейл продолжал заказывать чай и десерты, глядя в окно, пока небо медленно не стало оранжевым, а солнце не село. Он встал только тогда, когда наступила ночь, и на улице было темно. Пришло время поговорить с опасным чуваком, который придет из-за стены. — Пф. Хей, Чхве Хан. Могу я теперь называть тебя опасным чуваком? —— Бад дразнил Кейла и Чхве Хана.   Двойные взгляды (и много смешков со всей комнаты) были его единственным ответом.