Luftkuss

      Холодный ветер развивал мантии тех учеников, которые решились выйти на улицу, чтобы понаблюдать за игрой в Квиддич. Дети и подростки медленно шли к трибунам, глядя себе под ноги, чтобы не угодить в очередную лужу, которая ещё не высохла после недавнего дождя. В руках многие держали плакаты своего факультета, а главные фанаты Квиддича тащили за собой огромные флаги со знамёнами своей команды, полотна с изображением игроков, трещотки, дудки и всё то, что любезно продавали братья Уизли в своей лавке. Едва ли можно было услышать друг друга посреди зачарованных предметов, которые то и дело кричали, стучали и свистели, желая быть громче своих конкурентов. Колдовские вещицы Уизли действительно приобрели небывалую популярность, но большинство учеников только глаза закатывали, так неприятны были те звуки, которые появились ещё до начала игры.       Гермиона наивно смотрела в небо, словно взгляд её мог призвать солнечные лучи или хоть малейшую надежду на тёплый день, но тучи, как назло только гуще становились, предвещая скорую грозу. Девушка посильнее стянула узел шарфа на шее и пожалела, что не решилась надеть шляпу или другой головной убор. Она прикладывала ладони ко рту, в попытке согреть их своим дыханием, но это казалось бесполезным, ведь стоило опустить руки, как те сразу же становились холоднее, чем были прежде.       Гермиона хотела бы вернуться обратно в Хогвартс, но знала, что должна прийти. Сразу трое её друзей сражаются в одной команде против такого ненавистного Слизерина. С её стороны было бы предательством остаться в тёплой уютной гостиной, когда Гарри, Рон и Джинни станут парить в небесах, сражаясь с жестокими порывами ветра и каплями дождя, которые уже падали на землю. — Однажды начался дождь и не прекращался четыре месяца... — Тихо прошептала Луна и замолчала. Она дала время, чтобы Гермиона могла удивиться, как ей удалось услышать голос подруги среди всеобщего шума. — Интересно, этот дождь тоже затянется? — Надеюсь, что нет. — Пробормотала себе под нос девушка. — Да и Квиддич лучше бы не затягивался. — Я сегодня болею за Гриффиндор. — Ты всегда болеешь за Гриффиндор. — Уже спокойнее заметила Грейнджер и на её лице засияла улыбка. — Только если не участвует Рейвенкло. Займёшь мне место?       Гермиона кивнула. Общение с Луной всегда действовало на неё успокаивающе. Достаточно было лишь взглянуть в её сторону и дорога заканчивалась быстрее, а погодные условия уже не казались такими жуткими. Девушка сбрасывала эту особенность на странность блондинки, которая своими мыслями могла заставить задуматься даже самых холодных и грубых учителей Хогвартса, а единожды ей даже довелось смутить Дамблдора своей мыслью. В Хогвартсе ученики даже слух пустили, словно бы незавершённая мысль Луны лишила его сна, но сам старик никогда не говорил на эту тему. Хотя Гермиона могла бы поверить в то, что эти сплетни было правдой.       Когда она села на скамейку, заведомо высушенную заклинанием, её волосы уже изрядно промокли, а по лицу скатывались мелкие мелкие капли дождя. Девушка попыталась вспомнить хотя бы одно заклинание, которое могло её спасти от холода и будущей болезни, но в голову не приходило ничего кроме заклинаний воды, которой и без того хватало. Гермиона заметила, что она была едва ли не единственной для кого погода имела значение в такой ответственный момент. Большинство учеников уже устремили взгляд на поле для Квиддича, ожидая игроков с минуты на минуту. — Разве мы изучали заклинание демиссио? — Пропела Луна и прежде чем Гермиона успела отреагировать, нарисовала в воздухе странный узор, который тут же превратился в подобие прозрачной крыши над их головами. — Эй. — Закричали с трибуны, что находилась немногим выше их, раздражённые голоса.       Капли дождя, достигая "крыши" Луны тут же потоком устремлялись вниз, окатывая водой каждого, кто находился рядом. Девушка лишь снисходительно улыбнулась, указала в сторону противоположных трибун, где большими буквами было выведено заклинание, необходимое для создание небольшого убежища на время игры. — Это идея Профессора Лестрейндж. — Объяснила Луна Гермионе. — Она говорила об этом с Макгонагалл. Гермиона не стала уточнять, что идея скорее принадлежала декану Гриффиндора, ибо Беллатрикс если и могла подать идею, то только такую, чтобы весь Гриффиндор получил двойную дозу, и без того проливного дождя.       Трибуны взвыли ещё громче. Ученики подымались со своих мест, они кричали, взмахивали плакатами или нещадно трясли свои трещотки, привлекая внимание игроков, которые приветствовали болельщиков тёплыми улыбками, пока Гарри и Драко выполняли фирменные манёвры.       С первым раскатом грома игроки оказались вверху, занимая свои позиции, а вместе с ними взлетели и мячи, которые тут же поймал кто-то из Слизерина. Гермиона пыталась проследить за действиями команды противника, но взгляд её был возвращался к Рону, который замер, словно ребёнок, внезапно потерявший свою маму. Он летал от кольца к кольцу, но взгляд его словно проходил мимо, а сам он потерял всю уверенность. Казалось, он был готов спуститься вниз, покинуть поле и отдать победу Слизерину. Девушка не знала, что стало причиной такого поведения друга, но от чего-то на душе стало тоскливо. — Рон. — Внезапно для себя самой закричала Гермиона, когда мяч устремился прямо в кольцо. Она закрыла глаза и сжала кулаки, в ожидании неизбежного. На секунду ей показалось, что трибуны замерли, кто-то выключил назойливый звук трещоток, уничтожил последние дудки, истребил болельщиков. — Уизли отражает удар. — Послышался голос комментатора такой далёкий, несуществующий. Гермиона резко открыла глаза и восторг её превзошёл любой крик. Это Рон, её Рон не позволил Слизерину открыть счёт. Это её лучший друг доказал, что достоин этого места. — Снитч. — Луна внезапно сжала руку Гермионы и этот жест её ничуть не смутил. Подруга быстро увела мысли Грейнджер от Уизли, возвращая к реальности. Она указала в далёкий угол, где не было ни игроков Слизерина, ни игроков Гриффиндора. Мячик поднялся достаточно высоко, желая продемонстрировать собственную красоту, набрал скорость и отражая свет бросился в самый центр поля. Его маленькие крылышки были незаметны, так быстро он перемещался в пространстве, рассекая капли дождя, что попадались по пути, привлекая внимание ловцов. Подобно охотнику, что выслеживает дичь, мячик показывал себя и исчезал из виду, но Гермиона видела, как Гарри неотрывно следит за ним. Далеко не каждому было дано стать ловцом, заметить столь маленький мячик, почти колибри, и поймать его.       Она заметила, как Гарри направил метлу вниз, минуя часть своей команды, которые устремились к воротам Слизерина, готовые забить первый гол. Малфой заметил Поттера, он ускорился, летел так быстро, как мог. И вот они сравнялись. Сравнялись в полёте над землёй, в жажде поймать тот самый золотистый снитч, который всё чаще ускользал от них. Гриффиндор открыл счёт, Слизерин сравнял. Слизерин снова забивает, и Гриффиндор с удвоенной яростью налетает на их кольца, желая победы. Болельщики кричали, болея за своих, и попытке уследить за каждым игроком не успели понять, когда Гарри поднял над собой снитч, а комментатор засчитал победу.       Гермиона облегчённо выдохнула. Её сдержанная улыбка казалась неуместной, после всех её криков, обращённых к Рону, но ни девушка, ни те, кто находился рядом с ней, не заметили ничего непристойного. Всё были поглощены внезапной победой.       Она медленно спускалась по трибунам вниз, забывая о том, что заклинание Луны, защитившее её от дождя, не последует за ней. Гермиона чувстовала, как её мантия вновь впитывает в себя дождевые капли, но предпочитала не замечать этого. Девушка видела рыжие волосы Рона, которые казались более тёмными, в мокром виде. Она знала, что тот идёт к ней. Вот уже несколько матчей подряд Рон устремляется к ней, сообщая о победе или сетуя о проигрыше. — Гермиона! — Рон со смехом подхватил её на руки, позволяя себе кружить девушку над землёй. — Мы победили. — Я никогда в тебе не сомневалась. — Гермиона улыбнулась в ответ и когда парень вернул её на землю, заметила, как Гарри дарит поцелуй Джинни. Поцелуй, которого у неё не будет. Поцелуй любви. — Рон, я тут подумала... Может нам стоит попробовать начать отношения? — Я уже говорил, что люблю тебя? — Когда-то ты должен был это сказать.

***

      Об отношениях Уизли и Грейнджер в считанные минуты узнала вся школа. Гермиона не знала было ли это потому что они начали отношения, стоя на трибуне или может кто из знакомых слишком много говорил, но ей было всё равно. Она видела в Роне того, кто мог бы удержать её в волшебном мире после окончания школы, но кроме практичных мыслей он оставался другом, который был ближе многих других. Может Грейнджер и завидовала Джинни, которая была по уши влюблена, но уж точно не сожалела о своём выборе. Не сейчас, когда она в компании лучших друзей, способных поддержать её шаткое перемирие с Лестрейндж. — Жаль только в Хогсмид тебе нельзя. — Заметила Джинни, которая в очередной раз пыталась уложить непослушные волосы Гарри. — Да, Лестрейндж умеет испортить жизнь, но и она не всесильна. — Пожала плечами Гермиона, ощущая на своей талии руку Рона, к которой привыкнуть оказалось сложнее, чем она думала. Девушка попыталась убрать руку парня, но остановилась на том, что просто легко погладила её. Рон был уверен, что это действие также преисполнено любви, как и короткие поцелуи в щеку, которыми она заменяла единственный поцелуй в губы. Она всячески избегала телесного контакта, но Рон был слишком счастлив, чтобы предъявлять претензии, да и правила магглов всегда отличались от волшебного мира. — Мы принесём вам сливочного пива. Вы заказывайте, я оплачу. — Уточнил Гарри, который был счастлив за друзей и ранее чувствовал себя виноватым, когда уходил от них, а в особенности от Рона. — Вишнёвый шоколад достанешь? — Гермиона не позволяла себе расслабиться. Она сидела на самом краю уютного диванчика в гостиной Гриффиндора, словно готовилась бежать от внезапного пожара. Она чувствовала себя неуютно, но прикосновения Рона и вовсе убивали в ней уверенность, что "уют" ещё станет доступным для неё. — Плата невелика. Всего один конспект по ЗОТИ. — Наивно усмехнулся Гарри без особой надежды на выполнение его просьбы, но Гермиона кивнула, быстро поцеловала Рона в щеку и поднялась. — Совсем забыла. Отработка у Лестрейндж. Рон, может сходишь с Гарри и Джинни? Не хочу оставлять тебя одного. — И об этой отработке никто не говорит? — Недоверчиво поинтересовалась Джинни. — Все говорят о нас с Роном. Думаю, ещё пара дней и Хогвартс вернётся к теме "Лестрейндж и Гермиона. Как испортить жизнь грязнокровке". — Девушка заметила, как вздрогнули её друзья от этого неприятного слова, но в ответ лишь улыбнулась. —Джин, какой смысл лгать тебе или Гарри? — Прости. Мы просто привыкли, что твои отработки никому не дают покоя. Рона мы берём на себя.       Джинни тепло обняла Гермиону, позволяя ей покинуть гостиную Гриффиндора и беспрепятственно сойти вниз по лестнице, где ученики всё ещё бросали на неё взгляды, а из уст то и дело слышалось: "Она и Узли...", словно это было так уж нереалистично. Ещё неделю назад почти каждый кричал, что Рон неровно дышит к Гермионе. А ведь Хогвартс бережно хранил сплетни, он собирал их каждый день и никому не позволял уничтожать. Сплетни переходили из поколения в поколение, и как ни пыталась Грейнджер бежать от них, они достигали её ушей и прочно укоренялись в мозгу, словно там была отдельная комната для сбора ненужной информации.       Девушка быстро потеряла интерес разговорам извне, погружаясь в собственные мысли. Отношения с Роном казались таким логичным решением проблемы, пока она не столкнулась с их началом. Отношения с Роном стали ещё одной проблемой. Ложью, которую она не в силах была сдерживать, попыткой игнорировать собственные чувства к другому человеку. Попыткой, которая не могла увенчаться успехом. Рон будет слеп год, может два, но он заметит, что Гермиона никогда не будет смотреть на него так, как Джинни смотрела на Гарри.       Придёт время, когда за ложь придётся заплатить больше, чем она имеет. И девушка не знала, как расплачиваться со случайными долгами. Она хотела прекратить всё сейчас, в эту же секунду, но знала, что это разобьёт Рона, да и её тоже. Гермиона слишком устала. Она хотела быть понятой, жаждала объятий. Она хотела быть любимой. Грейнджер мечтала о том, чтобы был кто-то, кто обнимет её после очередной издёвки Лестрейндж, кто придаст ей сил, но говоря о Роне... Она не была уверена, что найдёт возможность ответить взаимностью на его проблемы. А как долго он сможет выдержать односторонние отношения, она знать не могла. Перед Гермионой стоял выбор: всю жизнь лгать или попытать своё счастье где-то далеко от Хогвартса и от Лондона. Ведь надеяться на свою нездоровую влюблённость точно не приходится.       Гермиона шла по пустому, почти заброшенному коридору. Она хотела кричать о той несправедливости, с которой столкнулась, она была готова плакать. Ведь стоило спросить у неё с кем она почувствует себя также, как Джинни себя чувствует с Гарри, как на ум приходит всего одно имя... — Беллатрикс, этот матч был предельно честным. — Раздражённо произнесла Макгонагалл, хотя в её голосе несложно было прочесть гордость. — Не будь ребёнком и прими поражение. И оставь Гермиону в покое. — Грейнджер? — Беллатрикс хмыкнула. — Её отработки заслужены. — Мне всегда была интересна твоя фантазия. За все эти годы твои аргументы не становятся хуже, но девушка не замешана даже в малой части того, что ты ей приписываешь. А вот Малфой... — Драко не был в запретном лесу. Не мог он или его друзья настолько нарушать правила. — Слизеринцы почти переехали в запретный лес, Беллатрикс. Ты просто не хочешь в это верить.       Гермиона решила бросить своё подслушивание и спокойно вернулась в тот коридор из которого пришла. В голове, словно шестерёнки крутились бесконечные мысли. Малфой, запретный лес, Слизерин. Это была её возможность расслабиться, если конечно никто не прогонит её. А кто сможет прогнать, если девушка уже будет там, готовая доложить обо всём не только Макгонагалл, но и Дамблдору? Конечно, в любом из случаев она не станет предательницей, но даже сама мысль о расслаблении способна принести ей покой. Гермиона настолько сильно запуталась в собственные сети, что такая мелочь, как вечер со слизеринцами уже не казалась ей ужасной.       Осталось только понять, как влиться в их компанию и каким из способов устранить Рона, который почти всегда стремится следовать за неё. Но ещё более важно узнать, каким образом следует действовать, чтобы не наткнуться на Беллатрикс Лестрейндж, которая каждый день стремиться воплотить в жизнь план "Ад для Грейнджер".