Я стану героем, ня!

      — Тринадцатая, Сотриголова и Цементос… да? — спросил парень, на теле которого было прикреплено несколько рук, и одна массивная рука на его лице. — В расписании, которые мы получили сказано, что Всемогущий тоже должен быть здесь.       Те руки, что носил на себе этот серебровласый злодей, были настоящими. При более внимательном рассмотрении можно было заметить, что на запястьях этого парня детские руки.       Таката задавался вопросом: настоящие ли эти руки?       Раз, два, четыре, девять… четырнадцать. Семь пар рук. Семь возможных жертв.       — Значит, тот прорыв посторонних на территорию — дело рук этих гадов, — хмуро озвучил свои мысли Айзава.       Таката закусил губу. Он этого совсем не помнил. Если бы он помнил об этом, то, возможно было бы гораздо легче остановить их ещё сегодня днём, при проникновении на территорию академии. Но он не помнил, и был уверен, что к ним проникли журналисты.       — Где же он? Я столько сил потратил, чтобы всех собрать, — разочарованно сказал тот серебровласый, видимо, их лидер, вскинув свои настоящие руки в сторону. — Всемогущий. Символ Мира… Его здесь нет… Интересно, явится ли он, если мы начнем убивать детишек?       После этих слов ленты на шее Айзавы пришли в движение, угрожающе окружив его кольцом. Он был зол.       — Тринадцатая, начинай эвакуацию. Эти злодеи нашли способ обойти систему безопасности. Среди них есть некто с электромагнитной причудой, нарушающей связь. Каминари, свяжись с академией с помощью причуды, — раздал приказы Айзава, не отводя взгляд от злодеев. Верно, среди них могут быть и те, кто может атаковать их с дальнего расстояния. Сотриголова начеку. — Цементос, мы с тобой задержим их.       — Да, — кивнул мужчина, который, как оказалось, заранее принес с собой цементомешалку.       Цементос создал своеобразную волну из цемента и направил её в сторону орды злодеев, искупав в ней их, после чего мгновенно заставил цемент отвердеть, заключив в ловушку разом десятки злодеев, неспособных вырваться из неё.       Тем временем Сотриголова по этой же цементной дорожке побежал напрямую к тем злодеям, которые оказались достаточно сильными, чтобы вырваться из ловушки. Но они были слабы без своих причуд под взглядом Айзавы, отчего быстро выходили из строя.       Они действительно про-герои. Просто наблюдая за тем, как те сражаются, можно было увидеть разницу между ними в навыках. Злодеи ничего не могли им противопоставить.       — Чего застыл, тупица? — спросил, оглушая громкостью своего голоса Бакуго. Он с испытующим взглядом смотрел на Такату, глаза которого затуманились, а лицо сделалось отрешенным. Испугался злодеев?       Дай пару раз растерянно моргнул, когда почувствовал как его за шкирку начали тянуть сильные руки одного раздражающего парня. Оказалось, они уже начали эвакуироваться, пока один зверочеловек застыл, восхищённый боем Сотриголовы. Не мешкая более, Таката побежал следом, с силой вырываясь из хватки Бакуго.       — Я вас не пропущу.       Перед ними появился тот, кто, видимо, и был тем, кто телепортировал на тренировочную зону злодеев. Видимо, тот самый Курогири.       Теперь, когда он был отделён от остальных своих сообщников, Таката мог это почувствовать. Именно от него исходит эта вонь.       — Рад знакомству, мы Альянс Злодеев. Может быть, нагло с нашей стороны, но мы пригласили себя сами в дом героев академии UA с одной целью. Чтобы Всемогущий, Символ Мира, испустил свой последний вздох.       Начал свой монолог человек — портал, заставляя Такату неосознанно оскалиться от его слов, выражая этим свою враждебность. Кого это они осмелились убить?       — Я полагал, Всемогущий должен был быть сегодня здесь. Неужели были внесены какие-то изменения? Ну, что ж… Об этом потом…       Резкий свистящий звук прозвучал со стороны притихших учеников. Стрела из арбалета Такаты попала в ту точку, откуда ярче всего исходил тот запах, и он не ошибся предполагая о том, что это его настоящее тело.       Курогири пошатнулся назад. Черный туман вокруг него всколыхнулся черными ветряными волнами, хаотично развеваясь вокруг. Но он устоял. Видимо, был едва задет.       — *Тск, следующий будет в сердце, — дал себе и ему обещание Таката, тихо добавляя в конце неуместное: — ня…       Он увидел, как Бакуго и Киришима, не сговариваясь, ринулись вперёд. Попаданец забеспокоился. Но постарался сосредоточиться, заряжая арбалет новой стрелой. Прошла ли атака парней успешно было не увидеть из-за черного дыма от взрывной атаки Бакуго.       — Тебе не приходило в голову, что мы тебе наваляем когда ты сюда заявишься? — с задором спросил Киришима, у которого были укреплены руки вплоть до локтей.       — Божечки-… — только было начал Курогири говорить, как прервался. Дым ещё не рассеялся, обзор был плохим, но стрелы арбалета продолжали лететь к нему, прорезая завесу дыма.       Таката старался принюхаться внимательнее, так как его цель скрывалась за завесой дыма, имея при этом причуду, позволяющую ему перемещаться. Это хорошо, что этот парень так воняет. Можно учуять его, куда бы он не телепортировался.       Таката развернулся, заставляя стоявшего прямо за ним Оджиро вздрогнуть. Курогири телепортировался им за спину.       Очередная стрела полетела в его сторону, но мигом прилетела обратно, заставляя уже Такату уклоняться.       Стрела от чего-то отскочила? Его тело резиновое? Нет, тут что-то другое… В любом случае, использовать стрелы дальше будет рискованно. Ведь сейчас он не один. Ему просто повезло, что стрела никого не задела из толпы окруживших его одноклассников.       — Ты можешь узнать местоположение моего тела? — с интересом спросил Курогири, совершенно беззлобно. Но туман, окруживший его, расширился. Похоже, что этот дым, или же туман, часть его причуды.       — Да, потому что ты воняешь, ня, — спокойно ответил зверочеловек, напряжённо обдумывая свой следующий шаг.       — Воняю? Как воняю? — спросил у него Курогири. — Хотя не важно. В любом случае, моя задача разделить вас и замучить до смерти!       С этими словами туман Курогири окутал весь их класс. Обзор был некоторое время закрыт, пока Дай не ощутил порывы ветра, что начали внезапно бить по его лицу. А также ощущение того, как почву выбили из-под ног, оставляя его в невесомости.       Таката открыл глаза уже над землей, падая вниз. Этот хмырь переместил его!       Попаданец мгновенно перегруппировался в воздухе, манипулируя формой арбалета, чтобы превратить ту в обычную, массивную крышку от люка. Поставив ту себе под ноги, заставил крышку задержаться в воздухе с помощью причуды. Сопротивляться гравитации сложнее всего, и ощущение такое, словно тягаешь штангу весом в триста килограмм. От отдачи у него начала болеть голова. Но уж лучше потерпеть мигрень, чем ушибиться в падении.       Убедившись, что оказался на допустимой высоте, отменил причуду, ловко приземлившись на ноги. Не успел Таката вздохнуть с облегчением от удачного приземления, как мгновением позже оказался замороженным до самой груди. Лёд заключил его в ловушку, оставляя свободными только руки. Однако он не расстроился, а даже обрадовался. Ведь это обозначает, что ему не придётся долго возиться. Здесь Тодороки!       — Шото! — на эмоциях, громко позвал он, с широкой улыбкой, полностью высвободившись от льда, под удивленный взгляд своего одноклассника.       — Извини. Я не заметил тебя, — тут же сказал парень, увидев прилипшие к костюму кусочки льда на форме одноклассника. Он запоздало подметил, что Дай назвал его по имени, а не по фамилии. Определенно, пытается сблизиться.       — Забей, — махнул рукой Таката, оглядываясь по сторонам.       Множество злодеев уже примерзли, и не могут двигаться. Быстрая реакция. Если бы Тодороки не сдерживался, то Таката легко бы проиграл на том испытании. Но если бы и сам Таката не сдерживался… Ему захотелось проверить кто кого.       — Пошли, — поторопил его попаданец, подразумевая, конечно же, арену. Там остались злодеи и учителя.       — Хорошо. Но сначала, нам надо собрать больше информации, — согласился Тодороки, вмиг изменившись в лице. Его невыразительное лицо стало казаться мрачнее от того, как он хмурился.       Со спины и спереди напали притаившиеся злодеи. Но они были настолько медлительными и шумными, что Таката приметил их ещё давно. Но ему не пришлось ничего делать. Тодороки мгновенно их заморозил.       — Эй, Шото, скажи честно, ты мне поддавался, ня? — слегка хмуро спросил зверочеловек с уязвленной гордостью. Он не успел среагировать первым.       — Нет. Просто ты напал неожиданно и двигался необычно. Поэтому я был застигнут врасплох, — сухо ответил Тодороки, отвлекаясь от своих мрачных мыслей.       — Хочешь сказать, что в следующий раз ты будешь более подготовлен, ня? — хмыкнул Таката, указав пальцем в сторону слепой зоны, где услышал необычный звук со стороны последнего из притаившихся злодеев. Кажется, этот идиот уронил что-то стеклянное. Тодороки понял без слов, его лёд за мгновение добрался до тех обломков, за которыми был злодей. Очевидно, нарушитель больше не мог двигаться.       — Несомненно, — сухо, но уверенно ответил Шото. Таката фыркнул, принимая вызов.       — Как ты планируешь провести допрос? Может быть, пытки, ня? В этом я хорош! — жизнерадостно предложил себя Таката, игриво подмигнув Тодороки, увлеченный нынешней ситуацией.       — Сейчас их клетки начнут отмирать. Я надеялся, что желание сохранить конечности будет для них достаточным аргументом, — после слов о пытках, слегка хмуро, ответил Тодороки. Это казалось ему чрезмерным. Но если только так они могут быстрее с этим закончить, то он готов на это пойти. Однако, что с его глазом? У него нервный тик?       Злодеи напряглись, похоже не ожидая такой жестокости от обычных школьников.       — Я думаю, это не убедит таких смельчаков, посмевших напасть на нашу академию, ня, — возразил с ухмылкой Таката. Манипулируя сталью, он превратил ту в длинный остроконечный нож, кровожадно окинув взглядом побледневших злодеев. — Лучше всего, показать наглядно что с ними будет, если они не согласятся сотрудничать. Скажем, уколоть одному из них глаз, вполне достаточно для этого, ня!       — А это не слишком… жестоко? — хмуро спросил Тодороки, который, кажется, воспринимал слова Такаты за истину.       — Можем выдернуть ногти, кожу, зубы… все что сохранит им жизнь, но причинит боль, ня, — скучающе озвучил варианты Таката, параллельно указывая ножом на ближайшем из злодеев, на все те части тела, которые упомянул.       — Мы всё скажем! Пожалуйста не надо! — сдался один из них, почти что обливаясь слезами.       Зверочеловек довольно облизнул верхнюю губу в предвкушении, после чего убрал нож, вновь предавая ему форму браслета.       Обычный приём психологического давления, который ему не разрешалось применять на практике в рядах агентов ФБР. Зато, далее, у него было много шансов тайком отработать этот метод, который чаще всего хорошо работал на других. Наверное, будь у него его старая внешность, можно было обойтись и меньшим количеством слов.        — Говори, — приказал тому громиле Тодороки, с потемневшим лицом.       Оказалось, многого эти шестерки не знают. Им обещали лёгкой наживы и боя со слабыми учениками первогодками академии. Сразить Всемогущего должен был Шигараки, используя того, цитата: чудика с мозгами наружу. Это высокий, мускулистый мутант с глуповатым лицом, бездушно выпученными глазами, неестественно черной кожей и без черепа, отчего его мозги можно было видеть. Скорее всего, это и есть Ному.       Получив нужную информацию, Таката быстро вырубил их, создав из своего металла биту. А Тодороки разморозил тех, кого он вырубил. Действительно, долго оставаться в таком холоде может быть смертельно опасно. Закончив с этим, они побежали к выходу из симулятора оползней, куда их телепортировали. На протяжении всего этого времени они молчали.       — Как ты думаешь, этот мутант действительно сможет убить Всемогущего? — отчего то решил спросить у него Тодороки, в процессе бега. До центральной площади оставалось недалеко.       — Не знаю, — сухо ответил, пожав плечами Таката. И не заметил, как помрачнел от его ответа Шото, плотно сжав губы.       Тодороки был взволнован. Эти злодеи столь уверенно говорили о том, что пришли убить Всемогущего. Он переживал о том, что у них это может получится. Те злодеи, которых они только что одолели не были сильными. Но ведь это не значит, что и остальные тоже такие же. Надо собраться.       Дай расширил зрачки, поскольку теперь мог видеть площадь, ведь ему ничего не закрывало обзор. Увиденное ему явно не понравилось.       — Айзава! — слегка побледнев, хрипло выкрикнул Таката.       Он увидел, как их учитель боролся с Ному, кажется, проигрывая. Ситуация там действительно была не сулящей ничего хорошего.       — Держись крепче, — порекомендовал Шото, став более серьезным. Похоже, по тону голоса Такаты он примерно догадался о том, что там происходит. Со своего ракурса он не видел всё чётко, поэтому молча доверился своему вынужденному напарнику. Тодороки притянул парня к себе за талию, параллельно удивляясь тому, насколько она тонкая. Брюнет, понимая то, что он хочет сделать, уверенно обнял его за шею. Его ноги оторвались от земли, когда Шото поднял его лёгкое тело обеими руками.       Создавая под ногами ледяную дорожку, Тодороки ускорился в разы.       Таката хмуро оскалился, демонстрируя свои звериные клыки, ведь по мере приближения смог увидеть со своего ракурса всю ситуацию целиком.       Цементос был без сознания, без рук! Всем известно, что этот герой использует руки для управления цементом!       Айзаву прижали к земле, лицом вниз! Разве эти твари не знают, как важны его глаза!       — Тот мутант с Сотриголовой, парень с руками, и телепорт неподалеку, ня, — в процессе скольжения по льду доложил Таката, настолько развёрнуто, насколько мог об их местоположений. — Цементос без сознания и ранен, Сотриголова в сознании, но борется с мутантом, ня!       — Нападем на мутанта вместе. Но нужно чтобы он отпустил учителя, — высказался Тодороки.       — Мутант защищает того, с руками на лице, — доложил зверочеловек.       — Звучит как план, — согласился, такой же немногословный парень.       Когда они приблизились к ним на достаточно близкое расстояние, Таката без предупреждения молча отпрыгнул в сторону, скрываясь из поля зрения противников.       Почти одновременно с этим, Тодороки использовал причуду, создавая массивную стену льда и направляя её в сторону Шигараки.       Тем самым он привлёк внимание врагов на себя, давая шанс Такате действовать скрытно.       Скорость его льда невероятна, но Ному движется быстрее. Монстр утащил своего хозяина в другую сторону, за долю мгновения до столкновения с ледяной атакой. Он реагировал так, как они и ожидали. Таката отрешённо подметил, что неприятный запах исходил не только от Курогири, но и от того Ному.       В это же время, пользуясь тем, что злодеи отвлеклись, Таката подхватил Айзаву, заставляя того опереться о своё плечо. Из-за тяжести тела мужчины пришлось буквально тащить его на себе, но Сотриголова быстро пришёл в себя, начиная поспешно переставлять ноги, тем самым помогая Такате успешно забрать его с горячей точки.       Заметив в пяти метрах к югу обломки цементного сооружения, оставшиеся, видимо, после причуды Цементоса, Таката ринулся к одному из них, чтобы скрыться от глаз их врагов. Стоило им наконец спрятаться, Таката усадил измотанного Айзаву спиной к обломку с более или менее гладкой поверхностью.       Рано пока расслабиться. Цементос ещё там, а Шото сражается один. Дай не стал долго размышлять, уже намереваясь развернуться назад и уйти, оставив учителя тут отдыхать, как был остановлен рукой мужчины, который крепко схватил его за лодыжку правой ноги.       — Эй, я кому приказал отступить, — угрожающе прохрипел Айзава, хмуро взглянув на ученика.       Мужчина был ранен и истекал кровью. На лице были заметны кровоподтеки, а локоть его правой руки был в странных, черных трещинах, происхождение которых сложно было идентифицировать. Но было и так ясно, что Айзава ранен, и попал под действие чьей-то причуды, у которой могут быть побочные эффекты.       — Я ничего не слышал, ня, — нагло пробубнил в ответ зверочеловек, в процессе превращая металлическую биту в руке в длинное копьё с острыми лезвиями по обеим сторонам. Нельзя тратить время впустую.       Нужно скорее в бой, спасать учителя и помочь Шото. Не ясно, что с другими учениками. Таката волновался за этих детишек.       — Вы не ровня этим злодеям. Сейчас же отступите! — придерживая свой раненый локоть, который, оказалось, не только пошёл трещинами, но и был без кожи, повторил приказ Айзава.       Судя по тому, какой он активный, у него ничего не сломано. Но мужчина очень измотан настолько, что даже подняться не в силах. И, возможно, получил внутренние повреждения. Но Сотриголова был в лучшем состоянии, чем казалось ему ранее.       — Они не дадут нам сбежать, — настойчиво и твердо ответил ему Таката. — Всех одноклассников разделило на разные зоны вместе со злодеями, ня.       — Что? Тогда вы должны-…       — Обязательно, — прервал его школьник. — Только сначала спасём вас.       — Тот Ному слишком силен, — бросая холодный взгляд на щель между обломками, через которую он мог видеть местоположение злодеев, сказал Сотриголова. — Вы с ним не справитесь.       — Сотрите причуду того телепорта, — попросил Таката: — и я его устраню, ня~я!       От эмоций, которые бушевали в нём сейчас, мальчик не замечал более ни своего мяуканья, ни того, как громко и протяжно начал издавать этот звук, неосознанно тонким голосом. Хотя обычно старался говорить более грубым, низким тоном.       — *Тск! После окончания тебя ждёт наказание, сопляк, — угрюмо ответил Айзава, исподлобья кидая предупреждающий взгляд сквозь длинные волосы, которые лезли на его лицо.       Слегка усмехнувшись от этой забавной реакции учителя, Таката молча побежал назад в стремлении осуществить свой наспех придуманный план.       Пока Тодороки отвлекал на себя Ному, успевая за это время, ненадолго конечно, но замораживать его тело целиком, Айзава заблокировал причуду Курогири.       Таката стремительно побежал в направлении этого злодея, считая про себя секунды, и замахнулся в его сторону своим копьём, намереваясь бросить им в дымчатого.       — Детишки в наше время ещё ничего, — тихо подметил Шигараки, который мгновенно оказался возле Такаты, по правую сторону от него, протянув к нему свою руку.       Невероятная удача, что его причуда была заблокирована вовремя Сотриголовой, ведь Шигараки оказался быстрее, чем ожидал Дай. Он успел схватить Такату за запястье, и если бы его причуда подействовала…       — Чёрт, а ты действительно крут, — высказался злодей полушепотом, обращаясь, конечно же, к Сотриголове.       Шигараки пришлось отпустить ученика, чтобы попытаться отпрыгнуть от него на безопасное расстояние.       Не теряя более времени, Таката использовал причуду, превращая металл из своего браслета на левой руке, которая была свободна, в нож, и замахнулся им на Шигараки, порезав его плечо.       Мальчик отчётливо почувствовал, как лезвие его ножа вонзилась в плоть. И понимал, что недостаточно глубоко, как задумывалось. Злодей увернулся, избежав колотой раны на сердце.       Это всё произошло за пару секунд, но, казалось, происходило словно в замедленной съёмке.       Держа в уме ограниченное время использования причуды Сотриголовы, Таката бросил своё копьё освободившейся правой рукой в сторону Курогири, на этот раз ровно в цель.       Он пронзил его грудь копьём, отчего тот всем телом отлетел назад, пока не упал на землю, плотно прибитый к цементу.       — Ах, ты-… мелкий… — почесывая шею ногтями и придерживая рану на плече, которая кровоточила, с жутким взглядом, пробормотал Шигараки. Затем внезапно прекратил, безвольно опустил свои руки и глубоко, рвано вздохнул. В его ранее кровожадных глазах, которые были видны сквозь щели пальцев человеческих рук, можно было заметить искреннее удивление. А затем прозвучал его заливистый, живой смех: — *Ха-ха-ха! Мне нравится твоё лицо сейчас.       — Что…       Что ты несёшь? — это было тем, что хотел спросить растерявшийся от поведения злодея Таката, принимая боевую стойку, но был перебит самим Шигараки. Его безэмоциональный голос отдал холодный приказ:       — Ному, убей его.       Таката не стал даже оборачиваться. Он уже своими глазами видел скорость этого Ному, поэтому счёл нужным уклониться и не думать ни о чём вообще.       Просто не пытаться смотреть на него, не пытаться вслушиваться или определить его местоположение по запаху.       Только уклоняться. Это как под прицелом снайпера. Не надо его искать. Просто двигайся зигзагами. И тогда, возможно, останешься целым и невредимым.       Голова Такаты внезапно опустела от осознания своего положения.       Он один раз, совершенно наугад, инстинктивно отпрыгнул на пару метров вперёд.       Не прошло и секунды. За его спиной прозвучал оглушительный грохот. Спину обдал сильный ветер.       Чувствуя импульс от удара Ному, сотрясшего землю и небо, Таката сглотнул несуществующий ком в горле.       Вместе с ветром по арене распространилось облако пыли, поднятой от силы удара по земле.       Таката более ничего не слышал, кроме звука, как при помехах старого телевизора. Тренировочная форма прилипла к спине от холодного пота.       Хорошая… хорошая была идея.       Заставляя собственное застывшее тело повиноваться своей воле, Таката вновь отпрыгнул на ещё более дальнюю дистанцию, чувствуя, как ослабели его уже практически ватные конечности.       И снова, холодящий душу грохот позади.       Один. Всего один такой удар может его убить.       После третьей успешной попытки уклонения, Шигараки понял, что долго так продолжаться не может.       Парнишка начинал совершать прыжок в сторону раньше, чем Ному начинал двигаться. Однако Ному запоминал прежнее местоположение мальчика и целился туда, где его уже не было. Его зрение и скорость мышления не поспевали за движениями того парня, с кошачьими ушами.       Шигараки широко улыбнулся. Его глаза искрились от радости наблюдения за этой погоней Ному за учеником. Вот какая разница, между безмозглой тварью и человеком! И всё же, безмозглая тварь повыносливее будет.       Тодороки попросту не мог помочь. Они двигались невероятно быстро и он переживал, что заденет Такату. Не желая оставаться безмолвным зрителем, он направил ледяную атаку в сторону Шигараки. В прошлый раз монстр принялся защищать этого злодея.       Но его атака была перенаправлена на него самого. Не так, словно бы атака отскочила от чего-то. А скорее, будто некто впитал в себя ледяную стену, перенаправив её обратно.       Тодороки едва успел защититься, выставляя перед собой более толстый слой стены льда, который мог бы сдержать импульс своей же атаки.       Перед ним возник Курогири, и телепортировал атаку Шото ему обратно. Похоже, это его излюбленный, а может, и единственный, прием.       Это значит, действие причуды Айзавы подошло к концу.       — Меня ранили, и я истекаю кровью. Похоже это конец, — доложил о своем состоянии Курогири, но его услышали все. — Также один из студентов успел сбежать. У него причуда скорости.       — Что ты сказал? — сердито и нервно спросил Шигараки, вновь начиная тянуть руку, чтобы почесать свою шею. Но остановился, едва касаясь кожи кончиками своих пальцев. — Не будь ты нашим транспортом, разорвал бы на части.       Затем он вдруг снова, внезапно успокоился окончательно, расслабленно опуская руки вниз, и апатично продолжил:       — Что же, ничего не поделаешь. Жаль, что мы так и не убили Всемогущего, — вздохнул он, почти что грустно. — В этот раз мы проиграли. Придется отступить… Возвращаемся.       Тем временем в пруду у арены, вне поля зрения злодеев, три притаившихся ученика тихо переговаривались друг с другом. Они наблюдали за ходом битвы с самого начала.       — Таката-кун уклоняется… — пораженно пробормотал Минеда, стараясь делать это максимально тихо. — Они так быстро двигаются. Я ничего не вижу.       — Стоит ли нам помочь, ква? — задумчиво обратилась к мальчикам Асуи. Всё выглядело так, словно они могут сами справиться. Тодороки успешно отражал атаки, тогда как Таката отвлекал на себя Ному. С помощью Сотриголовы у них может получится победить. — Кажется, что мы только помешаем им…       Мидория взволнованно оглядел Такату, который в очередной раз уклонился от атаки Ному. Изуку едва поспевал следить за их движениями. Таката хаотично прыгал из стороны в сторону. Передвижения Ному были настолько быстрыми, что ему оставалось наблюдать лишь за остаточными бликами. И вздрагивать после каждого удара, который, к счастью, не достигал своей цели.       Таката шумно и судорожно вздохнул, после очередной атаки мутанта. Его лицо не выражало эмоции, помимо слегка сведенных вместе бровей. Но Мидория заметил это. То, как его конечности мелко дрожали, а лицо нездорово побледнело. Брюнет пошатнулся, но плотно сжав свои кулаки, совершил очередной прыжок.       — Нет, — хрипло ответил Изуку, неотрывно следивший за их боем. — Он уже на грани…       Тем временем на другом конце поля, Бакуго глухо прорычал, яростно оскалившись. Они наконец добрались до арены. Но что происходит?       Блондин хмуро оглядел поле боя, в поисках того урода, который забросил его в другое место. Если побить этого телепорта, то у них получится задержать злодеев, заключить их в ловушку. Когда придут другие про-герои, они сумеют одолеть оставшихся злодеев. Это обязательно зачтется ему в будущем.       — Эй! Баку-бро! — позвал его догоняющий Киришима. — Ты можешь немного помедленнее? — попросил он, совсем не надеясь на ответ от этого угрюмого парня.       Бакуго цокнул, скривив губы. Он не сумел придти первым. Этот двумордый и кошак опередили его. Хотя, возможно это к лучшему. Пока они отвлекают на себя остальных, он займётся своей целью.       Ному способен учиться. Это открытие далось Такате большой ценой. Ценой сломанной ноги с раздробленными костями, когда тот, привыкнув к его движениям, наконец смог в него попасть, слегка отклонившись от курса, отчего удар пришелся на правую ногу.       Площадь была заполнена истошным криком Дая, полным боли. Перед глазами Такаты всё потемнело, пока он отчаянно хватал ртом воздух, не чувствуя, как его глаза заполнились слезами.       Его ногти царапали землю до крови, словно бы он старался за что-то ухватиться. Возможно, он искал свой кинжал, который потерял ещё при первой попытке уклониться от этого монстра.       — Ах, да! Прежде чем уйти, нам нужно уничтожить то, чем Символ Мира так дорожит! — с этими словами, Шигараки внезапно кинулся в сторону Тодороки, который не успел среагировать из-за скорости того психа.       В это же самое время Ному вновь замахнулся, готовый втоптать в землю Такату, чтобы наконец исполнить данный ему приказ.       — Не смей! — кричал во весь голос Айзава, из последних сил активируя причуду, поскольку его глаза уже были совсем иссушены после последней атаки.       Его взгляд красных глаз был направлен на определённого злодея. Айзава стёр «разложение» Шигараки.       — Детройтский Кру-у-уши-и-итель!!! — почти одновременно с учителем послышался голос Мидории.       Его ноги болтались в воздухе, раздробленные от прыжка. Но взгляд полон решимости. Он на невероятной скорости летел навстречу к Ному, замахнувшись рукой со сжатыми кулаками.       — СДОХНИ!!! — парой секунд позже послышался крик Бакуго.       Тот неистово кинулся в сторону зазевавшегося Курогири, и ударил по нему одним из своих мощнейших взрывов.       Скрежет формирования на земле ледяной стены, огромных размеров, Тодороки.       Грохот от звуковой волны удара правым кулаком Мидории.       Громогласный взрыв, похожий на бомбу, Бакуго.       Всё это прозвучало почти одновременно, болью отдаваясь в чувствительных ушах Такаты.       Вместе с испытываемым шоком от полученной травмы, к его горлу подступила тошнота. Ему невероятно сильно хотелось просто потерять сознание от боли, но он просто не мог этого сделать.       Парень крупно дрожал, а его зрачки вытянулись в тонкую линию. Лицо стало болезненно бледным от потери крови.       Зверочеловек отчаянно сдерживал свои эмоции, не давая им выйти из-под контроля. Это просто боль и шок. Ничего особенного. Он успокаивал себя, стараясь сосредоточиться.       Раньше главной опасностью всегда была возможность попасть под шальную пулю, подвергнуться пыткам, как психологическим, так и физическим. Это было самым страшным из того, что он мог бы пережить, помимо смерти, конечно.       Но в этом мире, полным сверхлюдей, с работой героя, он может пережить неисчислимое количество травмоопасных ситуаций, которые потом ещё могут мгновенно излечить.       Слишком страшно, больно, шумно, тяжело… Быть про-героем действительно… совсем другой уровень.       На ранее испуганном и искаженном болью лице появилась торжественная, широкая улыбка. Глаза, которые снова стали человеческими, почти что сияли от ненормальной радости. Его сведённые брови расслабились.       Но эту перемену в его настроении, на которую никто не обратил особого внимания на этом поле боя, благополучно списали на радость и облегчение, от вовремя появившегося, с шумом от разбитых ворот, Всемогущего.       Злодеи, которые не смогли напакостить напоследок, решили не рисковать более. Точнее, это был едва живой Курогири, который телепортировал себя вместе с Шигараки и Ному в неизвестное место.       Можно считать это победой, ведь те, что не смогли отступить, ни на что не годный сброд бандитов, в которых ошибочно признали злодеев.       — Т-ты в порядке… Таката… Таката-кун? — с беспокойством, стараясь привести дыхание в норму, спросил Изуку.       Названный обратил внимание на протагониста, который лежал на земле. Его ноги и правая рука стали фиолетового цвета от отдачи его причуды.       Это выглядело, и, несомненно, было очень болезненно. Пот крупными каплями стекал по лбу Мидории, минуя веснушчатые щеки, вплоть до самого подбородка. Он дрожал всем телом, скорчив лицо в воинственной, кривой улыбке.       Изуку полз в его сторону, используя одну только левую руку. Ту самую, которой удалось уцелеть. Точнее, ту самую, которую ему чудом не пришлось использовать.       У Такаты перехватило дыхание от увиденного. Его сердце наполнилось непонятным чувством, которое было ему хорошо знакомо. Ранее ему доводилось уже это испытывать. Зрелище неприятное. Очень неприятное, да. Но поистине прекрасное.       Этот парень так сильно ранен, и ему больно. Но он улыбается ему, хоть эта улыбка и не выглядит успокаивающей. Изуку ранил себя, чтобы спасти его. Он просто взял, и выступил против сильного врага лоб в лоб.       Мидория — невероятен. Главный герой поистине крутой.       Пару раз моргнув, зверочеловек постарался стряхнуть наваждение, чтобы наконец ответить ему.       — Спрашивает тот, кто сломал обе ноги и руку, ня, — с упрёком, хрипло ответил Таката. — Жить буду.       — *Ха-ха! — натянуто рассмеялся через боль Изуку. Его побледневшие губы дрожали. Ослабшим голосом, он ответил ему: — Ты прав…       Дай почувствовал себя нехорошо от своего резкого ответа. Он заставил себя подползти к Мидории навстречу, благо тот лежал лишь в паре метров. Закончив нелегкое дело, которое отняло последние силы, Таката устало оперся локтем о землю. Он поднял правую руку, левой опираясь о землю, после чего положил ладонь на зелёные кудри на голове Мидории.       — Спасибо, что спас мне жизнь, Изуку, — поблагодарил его искренне Таката, улыбнувшись. — Ты мой герой, ня!       Мидория распахнул глаза после услышанного. Его вынужденная улыбка на лице была в тот же миг стёрта. Зелёные глаза неотрывно следили за лицом брюнета, который тоже пытался улыбаться ему через боль. Мидория прыгнул инстинктивно, почти не задумываясь, в тот самый момент, когда услышал его истошный крик. Эти красные глаза, полные слёз, казалось, молили о помощи. Тело двинулось само, стоило ему увидеть этот взгляд. Сейчас же, обладатель этих глаз, такой сильный, и сейчас такой слабый, искренне благодарил его, признавая в нём своего героя. Глаза Изуку начали наполняться слезами. Всё обошлось. Слава богу он успел. Успел вовремя.       Попаданец не уверен, всё ли прошло так, как и должно было. Он просто надеялся, что не сделал хуже. Но и жалеть о принятых решениях, он не собирается.       Таката не мог более сопротивляться сигналам своего истощенного тела и прикрыл глаза, далее провалившись в глубокий сон. Всё, наконец, закончилось.