Я стану героем, ня!

      — Продолжаем репортаж о вчерашнем происшествии в тренировочном комплексе UA, где студенты были атакованы неизвестными.       — По данным полиции, нападавшие назвали себя Лигой Злодеев. И намеревались убить Всемогущего, который стал учителем UA с весны этого года.       — Полиция арестовала 147 злодеев. Но местонахождение их лидера до сих пор не известно.       — В инциденте были ранены трое учителей, про-героев академии UA, и пострадали два ученика. По нашим данным, сейчас они проходят лечение.       На следующий день после нападения злодеев на U.S.J. школа была временно закрыта.       Одноклассники не пострадали, только пару мелких царапин. А вот с учителями дело обстоит куда хуже.       Тринадцатая получила травмы мышц спины и сейчас проходит лечение. Жизни ничего не угрожает.       Айзаве повредили лёгкие и локоть. Также у него сломаны несколько ребер и был поврежден позвоночник. Ну, тут это лечится поцелуями.       У Цементоса больше повреждений. Его руки, и, как оказалось, половину лица, сильно повредили. Так как он мутант, восстановление будет долгим. Но, опять же, главное жив, и умирать не собирается.       Для полиции репутация UA была поставлена под сомнение, и скорее всего будет, со стороны общественности. Учителя не смогли защитить учеников, охранная система не засекла злодеев, лишь Всемогущий смог вовремя среагировать и прийти на помощь, но если бы он не пришёл, неизвестно, как бы всё обернулось. В дополнение, два ученика были сильно ранены.       В общем, это дело Лиги Злодеев, стало приоритетным для полиции, и личным делом для всех про-героев.

***

      — Мама очень волнуется за меня из-за этого случая. Думаю, я вернусь домой, — с улыбкой поделился с сонным парнем Мидория, когда тот проснулся ближе к обеду.       — Угу, — кивнул брюнет в ответ, сбрасывая с себя одеяло и разминая лёжа мышцы. — Тогда я тоже домой, ня…       Таката едва мог разлепить свои глаза, которые рассеянно смотрели перед собой. Обычно бледные щеки покраснели, черные волосы спутались, а больничная рубашка на нём помялась. Такой растрёпанный и домашний. После сна Дай отличался от себя обычного и производил совсем иное впечатление. Мидория загляделся дольше положенного, удивляясь про себя. Как он мог ранее считать его жутким?       — Ты бы хотел придти ко мне на ужин? — с лёгким румянцем на лице спросил зеленоволосый, тихо добавляя: — Если, конечно, твои родители не будут против.       — Не стоит, много дел дома. Не-а. Я — сирота, — будничным тоном ответил ему Таката, протяжно зевая после. Когда он сонный, становится очень рассеянным. Он даже не заметил, как после его ответа побледнело лицо Мидории.       — П-прости! Я д-должен был сначала с-спросить! — нервно заикаясь, извинился Изуку. Ему стало крайне неловко от этого открытия. Стоило вчера Всемогущему упомянуть о родителе, Дай заметно помрачнел. Мидория намеренно упомянул это, поскольку ему было любопытно узнать причину такой его реакции. Но теперь, всё встало на свои места.       — Всё нормуль, ты ж не нал, ния, — коверкая слова из-за того, что боролся со второй зевотой, ответил мальчик-кот, потирая мутные глаза, после чего удручённо пробормотал: — Хочу кофе…       Критически необходим этот напиток. Горький, с молоком и без сахара. Как можно больше. Таката чувствовал, что не сможет нормально соображать ещё ближайшие несколько часов, если не выпьет хотя бы одну чашку.       — Кофе? — переспросил Мидория, слегка задумчиво хмурясь. — Там был автомат на первом этаже. Я принесу!       С этими словами, не дождавшись ответа, только что вылеченный от сломанных конечностей парень, побежал добывать ему кофе. Таката задумчиво смотрел ему вслед, после чего принялся тереть свои глаза, чтобы продолжить отгонять сонливость.       Он чувствовал себя таким вялым, хоть и спал, наверное, более десяти часов. Это странно для него. Таката всегда вставал засветло, привыкший к утренним тренировкам. И для него эта тяжесть во всем теле с утра ощущалась как нечто инородное. Побочный эффект после исцеления?       Через пару минут чувствительный нос уловил запах его любимого, живительного напитка. К нему пришёл ароматный кофе, с протагонистом, который нёс его. А, нет, что-то неправильно Таката это сформулировал в голове. Кофе ведь не может ходить…       Рассеянно приняв в руки стакан, с горячим напитком, Таката постарался его остудить, после чего сделал первый глоток.       — *Хаа… Можно жить, ня! — чуть бодрее воскликнул Таката, наслаждаясь вкусом напитка. Мидория заказал с сахаром, но это можно простить, он ведь пошёл за ним сам. — Спасибо.       Это очень мило со стороны Изуку пойти за кофе для него, но Дай не понимал причины, отчего же он стал таким дружелюбным? Ещё пару дней назад, они даже не разговаривали, если на то не было причины.       События вчерашнего дня, до госпитализации, один за другим, пронеслись в его памяти. Лицо Мидории, которое, словно бы сияло, осветленное ореолом. Если бы не он, Таката был бы уже мертв. Опять. Эта мысль, заставила Дая усмехнуться. Брюнет отдаленно подумал, что ведь именно он сейчас должен бежать за кофе для Мидории. Совсем не наоборот.       Хоть лицо Такаты было умиротворённым и расслабленным, его уши ритмично вздрагивали, а хвост оживлённо вилял туда-сюда. Да и голос стал эмоциональнее. Казалось, он мог контролировать только своё выражение лица, и никак не мог контролировать свой голос, как и кошачьи органы. Мидория и сам не заметил, как начал больше присматриваться к его внешности и повадкам.       Допив кофе, и взбодрившись, Таката, наконец, обратил внимание на то, что главный герой просто так стоял около него, словно статуя, и пялится, словно бы, куда-то сквозь него сейчас, хмуро думая о своём. Даже что-то бормотал про себя.       Ну, последнее не было чем-то необычным. Изуку часто так делал в классе, при всех, улетая в свои мысли. Когда Дай сонный, то наиболее уязвимый. Даже не замечает такого необычного поведения другого человека, если он не шумит.       — Ты хочешь что-то, Изуку, ня? — спросил он, с любопытством склонив голову набок.       — А? Ун… Н-нет… Т-то-есть да! Я и-имею в-виду… — начал смущённо, заикаясь говорить Мидория, стараясь скрыть покраснение своего лица, прикрыв ладонью. Тема о которой он хотел поговорить была крайне щепетильной. — Если не х-хочешь, можешь не отвечать… Н-но… е-если твои родители… Ну, тогда ты живёшь… мгх~…       Дай впервые в жизни видел человека, ещё более неловкого чем он сам, когда ему приходится выражать свои мысли вслух. И он не хотел думать о том, что со стороны выглядит так же.       Таката задумчиво оглядел Мидорию. Тот выше него, но всё равно, в сравнении с остальными одноклассниками, считается невысоким. Есть мускулатура, но под одеждой, из-за его строения тела не заметить. Все время краснеет и заикается из-за своей стеснительности. И, возможно, это из-за веснушек, но Таката должен был признать, что Мидория выглядит весьма милым для парня. Дай сочувствующе взглянул на него. Да они же, оказывается, собратья по несчастью!       — Я живу один, — уловив суть вопроса от обрывков фраз, ответил на не полностью заданный вопрос брюнет. — Но у меня есть опекун, просто, я не живу с ним, ня-я! — закончил Дай протяжным мяуканьем, борясь с очередной зевотой.       — Если не секрет, то почему? — с интересом спросил Изуку.       — Не секрет, но… — замялся брюнет, закусив губу.       — Таката-кун, я бы хотел узнать, — сказал Изуку, замечая нерешительность парня. — Ты можешь мне верить.       Таката усмехнулся от настойчивости парня, который уже и не заикался, а говорил вполне уверенно. Ему настолько интересно? В принципе, это не то, с чем он не может поделиться.       — Ну, до пяти лет, я рос с родителями. Они погибли от рук злодеев…       Конечно, будучи взрослым человеком внутри, Таката не испытывал сильных эмоций, рассказывая Мидории свою историю. И всё же, это не обозначает, что он расскажет ему всё.       — Затем, меня приютил дедушка. Но, из-за работы, он не может приехать в Японию, поэтому, я живу один, ня.       — Мне так жаль, Таката-кун, — извинился Изуку, внезапно накрыв его руки своими. Брюнет старался казаться незаинтересованным, но в его обычно спокойных глазах промелькнуло нечто, что вызвало в нём этот импульс.       Таката заметно вздрогнул, когда Мидория обнял своими руками его руки. Дай сглотнул скопившуюся слюну во рту, после чего облизнул внезапно пересохшие губы. Руки Изуку были грубыми от мозолей, но очень тёплыми. Сейчас, температура этих рук казалась ему на порядок выше температуры неостывшего кофе в бумажном стаканчике, который он продолжал держать между своими ладонями.       — Если есть что-то, что я могу сделать для тебя, то скажи мне, пожалуйста, — продолжил говорить сочувствующе Изуку. Ему тоже всего пятнадцать, но он уже столько пережил за свою жизнь.       Решительное поведение, обычно робкого парня, ненадолго смутило Такату. От этого его лицо начало наливаться жаром. Отчего-то, ему совсем не хотелось, чтобы Изуку убрал свои руки. Это было, на удивление, приятное чувство. Дай встретился взглядом с глазами напротив. В этих зелёных омутах была смесь незнакомых ему эмоций, которые заставили его впасть в замешательство.       — Я в порядке… — пробормотал он, опуская глаза, которые мгновением позже с удивлением распахнулись. Дай не узнал свой голос, который дрогнул на долю мгновения, когда он произносил заученные слова в слух. Брюнет поджал губы, чтобы не сказать ещё что-нибудь этим странным голосом.       — Таката-кун? — обеспокоенно окликнул его Мидория. Лицо брюнета было красным и он низко опустил свою голову. — У тебя температура?       Названный помотал головой и вновь облизнул пересохшие губы. Наверное, перед кофе, ему нужно было попить воды.       — Тогда… — начал было Изуку, как внезапно замолк. Он наконец заметил в каком положении они оказались, после чего быстро отпустил руки Дая, которые он, не осознавая того, успел схватить в порыве сильных чувств. — Ах! П-прости…       Таката безмолвно положил бумажный стакан на ближайшую поверхность, после чего, продолжая избегать его взгляда, стремительно скрылся за дверью в ванную комнату.       — Таката-кун!       Это не бегство, а стратегическое отступление. Дай успокаивал себя этой мыслью. Внутри же, он негодовал. Столь невинное прикосновение и непонятный взгляд этого мальчишки вызвал в нём удушающее чувство горечи, который комом встал у горла. Таката зажмурился, желая отогнать это неприятное чувство. Главные герои поистине страшные и непостижимые существа.

***

      — Эй, Таката-кун!       — Тенья, — вяло махнул рукой зверочеловек, с облегчением оглядывая здоровых и энергичных одноклассников.       — Утро! Ну, как нога? — обратился к нему Киришима.       — Нормально…       — Доброе утро, Дай. Круто ты сражался с тем Ному, ква, — с улыбкой сделала комплимент Тсую.       — Спасибо…       — Угу! Я тоже видела! Ты круто уклонялся! — ударив по воздуху, подключилась Ашидо.       — Спасибо.       — Ты действовал слишком опрометчиво! И пострадал! — отчитал его Иида       — Прости, — по привычке извинился брюнет.       — Больше так не делай!       — Ничего не могу обещать, ня, — невозмутимо ответил ему Таката.       — Эх! Ты… Невозможен! Вот! Ты невозможен! — продолжил отчитывать (или оскорблять?) его староста.       — Угу…       — Доброе утро, Таката, — поздоровался Тодороки, когда он присел на свою парту, миновав других учеников. — Рад, что ты цел.       — Спасибо, Шото, — с улыбкой кивнул брюнет, вспоминая их командную работу. — Зови меня по имени, мы же друзья, ня!       В конце-концов, Таката уже воспринимал этого парня, как напарника. Они действительно хорошо могли понять друг друга на том поле боя. Попаданец решил, что если в будущем ему представится шанс вновь сразиться с врагом, то именно Тодороки он готов доверить свою спину.       Шото удивленно распахнул глаза от этого предложения. Он не мог отвести глаз от милого лица брюнета с прелестной улыбкой.       — Хорошо. Дай, — ответил он, через пару секунд молчания. Шото осознал, что совсем не против тоже сблизиться с ним, раз уж он проявляет такую инициативу. Тодороки переместил взгляд на свою парту, где сейчас лежали его руки. Так, значит они теперь друзья?       Благоразумно посчитав разговор оконченным, попаданец продолжил общаться с остальными. Его одноклассники будто устроили соревнование: кто заставит Такату связать больше двух слов. В общем, уже до начала урока, он был измотан, как никогда.       — С добрым утром, — сухо поприветствовал всех Айзава, открыв дверь. Он выглядел хорошо, совсем не так побито, как позавчера. Но мешки под глазами всё так же были отчётливо заметны.       — Доброе утро, учитель! — откликнулся позитивный класс, которые были счастливы увидеть своего классного руководителя.       — В первую очередь хочу сообщить, что ваша битва ещё не окончена, — с ходу начал он, только встав за своё место у стола учителя.       — Битва? — уточнил Бакуго с ухмылкой.       — Неужели… — нервно начал было Мидория.       — С-снова з-з-злодеи? — в ужасе, заикаясь спросил Минета.       — Спортивный фестиваль уже скоро, — сообщил, со всей серьёзностью Айзава.       — Это обычное, школьное мероприятие! — с радостью и облегчением воскликнуло большинство класса.       — Это супер-крутое событие! — воскликнул Киришима с восторгом.       — Но для начала, хотелось бы сказать, — прервал общий восторг Айзава. — Школа не смогла защитить своих учеников от злодеев, и в этом несомненно вина недостаточно продуманной системы безопасности, а также безалаберность учителей. Вам не стоит бояться участия. Школа в этот раз обеспечит вам достаточную безопасность. Охрана будет усилена в пять раз.       — А разве нельзя просто отменить фестиваль? — неуверенно спросил Минета.       — Мы не можем отменить такое важное событие из-за кучки злодеев. Но я пойму, если вы откажетесь от участия. Вам всем пришлось многое пережить, и школа не станет вас наказывать, если вы не захотите принять участие в этом году, — ровным голосом ответил Айзава.       — Думаю, вы и так сделали достаточно для нашей защиты, учитель. Нападения никто не ожидал, — высказалась Асуи.       — Верно. Да и никто ведь серьезно не пострадал, — согласился Киришима.       — Да, чтобы, мы, да испугались тех мелких сошек?! — с презрением в голосе прокомментировал Бакуго.       — Выскажусь от лица класса, как староста! — высоко подняв руку, начал Иида. — Нападение злодеев было неожиданным, и спровоцировано оно было тем фактом, что Всемогущий стал преподавателем. Школа должна была предугадать намерения злодеев! И тем не менее, у нас есть гордость, как учеников академии UA. Этот инцидент не заставит нас отказаться от фестиваля!       — Рад это слышать, — кивнул Айзава, безэмоционально. Но было видно, по его лицу, что это его успокоило. Он стал менее напряжённым, его ранее сведенные брови расслабились. — А теперь, о твоём наказании, Таката.       Названный вздрогнул от неожиданности, после чего неуверенно взглянул на хмурое лицо учителя. Он очень надеялся, что то обещание на площади было забыто им. Но всё же, фортуна отвернулась от него!       — Изначально, я хотел запретить тебе принять участие, — начал было Айзава, хмуро. — Но другие учителя были против, учитывая твои заслуги. Однако ты должен понимать свою ошибку. Будь обстоятельства другие, я бы самолично включил это в твое личное дело.       — Да… — тихо ответил он, пристыженный, прижав ушки к голове.       Конечно, он понимал, что поступил неправильно. Идти наперекор приказам не в его духе. Но в тот момент, он мог помочь. Только он один.       Если их избиение в тот день произошло из-за его вмешательства в канон, то именно Таката должен был спасти положение, исправив свою ошибку. Он уже много думал об этом вчера. Все новостные каналы трубили о нападении на академию. Доверие общества к героям было снижено. Конечно, это было ожидаемо. Но Таката чувствовал ответственность за этот инцидент. Больше, чем должен был бы.       — Надеюсь, что это действительно так. Готовься, произносить речь на фестивале, — проинформировал Айзава.       — Речь? — с удивлением переспросил Таката.       — Да. Ты ведь занял первое место на вступительном экзамене. Поэтому, будешь произносить речь, — объяснил учитель, а после с ухмылкой добавил: — И чтобы было не менее пяти предложений.       — П-пяти…?!       — Да. Не менее пяти, — холодно уточнил, хотя скорее пригрозил, Айзава.       — П-понял…       Его всё же наказали. Своеобразно наказали. Что может быть хуже для Такаты, кроме как говорить в центре внимания целого стадиона людей?! Учитель тоже это прекрасно знает. Все это прекрасно знают. Айзава чёртов садист!       Дальше обсуждение важности фестиваля для будущей популярности героя Таката уже не слушал. Он смотрел перед собой, ненормально побледнев, словно бы душа покинула его бренное тело. Просидел он так, вплоть до окончания урока.       Иида возбуждённый предстоящим фестивалем подошёл к молчаливому Такате. Он почти что пританцовывал от радости. Для него это событие было крайне важным, ведь он давно мечтал поучаствовать на фестивале и соревноваться за первое место.       — Что такое, Таката-кун? Ты разве не рад предстоящему фестивалю? — спросил он.       — Рад, — тихо буркнул тот в ответ.       — А по тебе не видно!       — Вот как, — вздохнул Таката, подперев подбородок рукой.       — Взбодрись и радуйся!       — Хорошо-о…       — Ты волнуешься по поводу речи?       Таката аж поперхнулся воздухом. Обычно Иида не так проницателен. Но сейчас попал прямо в точку.       — Угу… Я переживаю, ня, — ответил зверочеловек с усталостью в голосе. Он едва начал учиться говорить с одноклассниками, но теперь вынужден будет произносить целую речь перед всей страной.       — Понятно, — строго кивнул его друг. — Может тебе помочь составить речь?       — Да! — мгновенно ответил Таката, после чего неистово закивал головой. Помощь ему определённо необходима. — Пожалуйста!       — Ты за него ещё смывать в тубзике начни! — ехидно втиснулся в их разговор хмурый Бакуго. Он с самого начала слушал их нелепый, по его мнению, разговор.       — Что ты имеешь ввиду, Бакуго-кун? — хмуро спросил у него Тенья.       — Он скоро без тебя и шагу самостоятельно ступить не сможет. Хватит за него всё делать! — ясно донес свою мысль блондин, презрительно скривив губы.       — Не преувеличивай. Одна моя помощь с речью ни на что не повлияет, — возразил Иида.       — А ты забыл? Ещё пару дней назад он даже говорить нормально не мог. Или тебе самому нравится быть его курицей наседкой? — обвиняюще напомнил Кацуки. Этот очкарик словно бы намеренно тянет его вниз. Хотя, почему словно бы. Так оно и есть.       — Это другое! — вновь возразил Тенья.       Таката услышав слова Бакуго, серьезно задумался, вспоминая прошлое, и тоже это осознал. Он стал слишком зависимым от помощи Тенья!       Сам того не замечая, Таката продолжал принимать помощь друга, как должное, даже по привычке. Постепенно, это и вправду превращалось в некие созависимые отношения. Иида похоже тоже привык к этому, принимая это за норму. А ведь это определённо ненормально!       — Кацуки прав, — прервал их перепалку Таката, неосознанно прижав уши к голове, от искреннего негодования. — Я слишком полагаюсь на тебя, и это делает меня… ленивым. Думаю, я сам с этим разберусь, ня.       — Но мне и вправду это несложно сделать, — мягко голосом уточнил Тенья, с лёгким беспокойством взглянув на друга и забывая о блондине.       — Я знаю, спасибо. Но я должен сам это сделать, ня! — ответил с уверенностью во взгляде черноволосый. Пусть он и будет это делать только из-за того, что его загнали в угол. Но ведь это просто напросто речь. Это не то, с чем он не сможет справиться самостоятельно. Нужно тщательно подготовиться и перебороть себя.       — Раз уж ты так говоришь… — отступил Иида, тем не менее не чувствуя себя убежденным.       На самом деле, Тенья очень привык заботиться о Такате. Это было со времён средней школы, и не казалось чем-то обременительным. Но здесь в UA, его ранее робкий друг начал постепенно раскрываться окружающим. И это определенно хорошо. Иида улыбнулся. Возможно ему и вправду нужно позволить Такате сделать это самостоятельно.       — Если я буду целых пять предложений слышать это бесячее «ня», то свихнусь к черту! — демонстративно закатил глаза блондин, намеренно разрушая дружескую атмосферу между ними, которая его очень раздражала.       — Кацуки, тебе видно было мало драки с Лигой, ня?! — злобно спросил Таката, хмуро взглянув на него убийственным взглядом.       — А что? Хочешь возместить, мышелов?! — со злорадной ухмылкой спросил Бакуго, вовсю пользуясь триггером Такаты.       — Хочу! — уверенно воскликнул Дай, лицо которого перекосилось от очередного, нового прозвища.       — Тебе писец! На этот раз победа будет за мной!       — Мечтай!       Таката со злобой смотрел в такие же злобные глаза в ответ, не замечая, что по звериному обнажил клыки и издал негромкий, звериный рык. Впрочем, на него рычали с самого начала.       — Они снова рычат друг на друга, — прокомментировал Мидория, округлив глаза.       — С Дай-чан понятно. Но что не так с Бакуго? — скептично подметила Урарака.       — Ну, Бакуго словно собака. А кошки с собаками вечно цапаются, — с усмешкой, приглушённо прокомментировал увиденное Каминари.       — Великая схватка агрессивного шпица и бродячего кота! — подключился Минета, посмеиваясь.       Услышавшие это тихо рассмеялись про себя, не рискуя делать это громко. Собака их класса умеет кусаться.

***

      — Можно?       Дай сконфуженно вернулся из своих мыслей в реальность, услышав вопрос.       Было обеденное время и он первым умчался в столовую, отделившись от привычной троицы под предлогом желания подумать о своей речи. На самом деле ему просто хотелось побыть одному в тишине. Сегодня все одноклассники старались поговорить с ним. Это крайне выматывало. А ещё, ему всё ещё было неловко оставаться рядом с Мидорией после вчерашнего. Таката предпочёл вообще не думать о произошедшем. Просто запрятал это, предварительно поместив непонятное в ящик, метафорично приколотив гвоздями крышечку. Поэтому, на вопрос о том, можно ли к нему подсесть, ему инстинктивно хотелось ответить, что нельзя. Однако подняв взгляд, красноглазый увидел немногословного друга, присутствие которого совсем не идёт наперекор его желаниям.       — Конечно, — кивнул он, с лёгкой улыбкой, после чего закинул в рот вилку с куском стейка, которую продолжительное количество времени держал в руке, когда ушёл в свои мысли. Мясо остыло, теряя свой былой, идеальный вкус.       Тодороки положил свой поднос на место перед одноклассником, после чего присел, переложил всю посуду на стол, и отложил поднос. Таката был слишком ленив, а потому вся его посуда с едой была на подносе. Затем её всё равно придется переложить на поднос, чтобы отнести к стойке сдачи грязной посуды. Он не видел в лишних телодвижениях особого смысла.       — Волнуешься? — через непродолжительное молчание, поинтересовался Шото. Но увидев очевидный вопрос в глазах собеседника уточнил: — Насчёт речи.       — Очень, — кивнул попаданец, слегка нахмурившись от поднятой, неприятной темы.       — Говорят, что если представить зрителей картошками, то это помогает, — посоветовал Тодороки то, что вычитал когда-то давно в книге.       — Овощи меня пугают больше людей, ня, — напряжённо ответил Таката, вспоминая как Шенли заставлял его есть килограммы овощей. Но он на добрую половину кот, мясоед! Теперь овощи для него, что-то вроде фобии.       Тодороки бросил взгляд на тарелку друга, где было одно мясо. Рядом была только миска с рисом. Это совершенно не сбалансированное питание. Но он благоразумно решил не озвучивать свои мысли. Это не его дело.       — Но я понял о чем ты, ня.       — Да?       — Я не боюсь выступать. Просто, у меня странная манера речи, ня…       — И что же в ней странного? — искренне спросил Шото.       — Ты знаешь, ня, — неосознанно надув губы, с упрёком посмотрел на него зверочеловек. Все в классе это знают. Испытание со Всемогущим было всего три дня назад.       — Да, я знаю об особенности твоей манеры речи, но я не понимаю, что в ней такого странного? — невозмутимо спросил Тодороки, после чего закинул в рот кусочек якисобы, используя палочки для еды. По его мнению, мяуканье делает этого парня очень милым.       — Ну, может потому, что это совсем не брутально и не мужественно, ня? — и может потому, что люди так не должны разговаривать, подумал он уже про себя, не решаясь это озвучить.       Медленно дожевав свою еду, и проглотив её, Тодороки отпил из стакана глоток воды, прежде чем ответить. Вот это воспитание!       — Я не думаю, что мяуканье делает тебя менее мужественным, — высказал своё мнение парень, отчего его собеседник опешил.       Гений их класса, сын Старателя признаёт его, как мужественного и брутального! (он не так сказал) Таката улыбнулся, тронутый его словами.       — Спасибо, Шото, — более оживлённым голосом поблагодарил его Дай. Его ушки возбуждённо вздрагивали, а хвост вилял, выдавая его настроение.       — Пожалуйста. Но я ничего особенного не сделал, — ответил Тодороки, но уголки его губ слегка поднялись. Лицо Дая с улыбкой выглядело очаровательно.       — Нет, ты придал мне больше уверенности в себе, ня! — решил отвергнуть скромность парня брюнет. — Шото, давай обменяемся номерами телефонов, ня! — предложил Таката, протянув ему свой смартфон.       — Да… — запоздало ответил Тодороки и принял протянутый телефон. Он начинает привыкать к этому. Дай всегда делал вещи, которые выбивают из колеи.       Шото задумчиво нахмурился. Ему ещё никогда не приходилось самостоятельно вводить свой номер телефона в чужой телефон. Поэтому он ненадолго замялся, когда нужно было заполнить графу с именем. Шото решил ввести только своё имя, без фамилии. Таката всё равно называет его только по имени.       Дай удовлетворённо улыбнулся. Надо собирать вокруг себя больше людей, похожих на Шото. В последнее время ему встречались лишь энергичные и крайне болтливые люди. Далее они продолжили обедать в уютном молчании.

***

      — Чего это тут происходит?!       Громкий крик Урараки у двери привлёк всеобщее внимание. Уроки закончились и день подошёл к концу. Это означает, что они наконец могут идти домой. Но у порога собралась толпа студентов других классов, которые без стеснения рассматривали 1А класс, словно бы они звери в зоопарке.       — А класс! Что вы делаете? — спросил у них староста.       — Мы не можем выйти! Чё вам надо от нас?! — сердито воскликнул Минета.       — Собирают данные о противниках, мелюзга, — ответил ему Бакуго, направляясь в сторону двери. — Ведь мы разобрались с нападением злодеев. Они хотят разузнать о нас до фестиваля. Но в этом нет смысла.       Таката нахмурился от количества людей. Их рвение ему понятно. Это даже похвально. Но можно ведь послать с каждого класса по одному разведчику, чем так явно показывать свои намерения. Попаданец терпеть не может столпотворения.       — С дороги, отбросы, — повелительным тоном сказал им Бакуго.       — Эй! Хватит называть незнакомых людей отбросами! — отчитал его Иида.       — Я пришёл увидеть «А» класс своими глазами, — в толпе заговорил некто, с фиолетовыми, торчащими во все стороны волосами, и мешками под глазами. — А ты довольно высокомерный. Все ученики на геройских курсах такие заносчивые?       На этот вопрос, многие ученики позади блондина помотали головами, отрицая. Нет, у них только Бакуго.       — Я разочарован, — прокомментировал фиолетоволосый, потирая шею. — Есть несколько учеников, попавших в общий и другие классы. Они не прошли отбор. Ты знал об этом?       Ну, да. Геройских классов ведь всего два. Таката этого не понимал. Можно было бы сделать больше классов. Героев много не бывает!       — Школа дала им шанс. По результатам фестиваля, будет решаться вопрос о нашем переводе в геройский класс, — поделился с ними фиолетоволосый. — И похоже, что кого-то отчислят. Собирать данные? Я пришёл дать вам совет. Не будьте самонадеянными, иначе я выбью землю из-под ваших ног. Считайте это объявлением войны.       Вроде бы он угрожал, но говорил спокойным и даже скучающим тоном. Словно уверенный в своей победе. Такате стало любопытно. Интересно, какая у него причуда?       — Эй, вы! Я из «Б» класса! Я слышал о вашем сражении со злодеями и пришёл послушать! Не будьте так надменны!!!       Прокричал им из толпы беловолосый парень без век. Он был громче Ииды, отчего мгновенно вызвал отторжение в одном зверочеловеке. Надо его всеми возможными способами избегать!       — Если много нафантазируете, вам будет сложно на состязаниях! Ты игнорируешь меня ублюдок?!       Бакуго, по видимому уставший ждать, молча пошёл вперёд. Толпа учеников расступилась перед ним и его внушительной походкой хулигана.       — Постой Бакуго! Как ты на это ответишь?! Из-за тебя, все нас недолюбливают! — сердито окликнул его Киришима.       — Мне плевать, — беззлобно ответил ему Кацуки. — Это не имеет значения, если ты на вершине.       — Чертов ублюдок! — прокричал ему вслед тот беловолосый.       — Так чётко! И мужественно! — тронутый его словами, крепко сжав кулак, прослезился Киришима.       — Чего? — удивлённо переспросил Каминари, взглянув на него, как на умалишённого.       — Ты сказал это, — согласился с блондином Сато, пару раз задумчиво кивая.       — Чего?! — вновь удивлённо воскликнул Дэнки.       — На вершине. В этом есть доля правды, — высказался Токоями.       — Погоди! Не обманывай себя! Он нажил нам ещё больше врагов! — неговодовал Дэнки.       — Но это было так мужественно, ня! — с восхищением смотрел вслед блондину Таката. — Я обязательно включу это в свою речь, ня!       — Нет! Не надо так делать! — почти что плача попросил Каминари. — Это очень плохая идея, Таката-кун!       — Точно! Не бери пример у Бакуго! — поддержал Минета. — Нас и так все ненавидят!       — А они должны любить нас? — спросил у них Дай, переместив взгляд в сторону толпы у входа. — Мы будем сражаться друг с другом скоро, ня.       — Согласен. Мы пришли сюда не в дружбу играть, — вступил в разговор Тодороки, мрачным оглядев толпу у двери.       — Вот именно! — кивнул головой Таката, соглашаясь с ним.       — Пойдем, Дай, — обратился к нему парень.       — Куда? — растерянно переспросил названный.       — Пойдем домой вместе? — невозмутимо предложил Шото. Он хорошо помнил, как Такате было неуютно в местах скопления людей. Раз уж они сегодня подружились, то это в порядке вещей, пойти домой вместе. Остальные ученики тоже так постоянно делают.       — Хорошо, — согласился брюнет, после чего неуверенно взглянул на толпу у входа. Затем, посмотрел назад и обратился к своим одноклассникам: — Пока, ребята, ня!       С недавних пор Таката учился не только здороваться с классом, но и прощаться. Как и говорил Всемогущий, ему нужно научиться взаимодействовать с другими, если он хочет стать героем.       Шото молча пошёл первым. Дай последовал за ним, стараясь держаться невозмутимо и морально готовился к тому, что придется пробивать себе путь к выходу. Но к счастью, перед Тодороки толпа учеников магическим образом расступалась, давая им пройти. Таката не сдержал облегчённого вздоха. Он думал, что ему придется проторчать в классе допоздна, чтобы выйти. Хорошо, что Шото предложил пойти с ним домой вместе. Эти ребята, неизвестно почему, кажется, побаивались его. Он не видел его лица, так как шёл позади. Ученики боялись Тодороки и его гетерохромных глаз, которые одним своим холодом во взгляде могли заморозить любого.       Когда они покинули пределы академии, Таката вдруг вспомнил, что забыл устроить спарринг с Кацуки. И Бакуго, кажется, тоже об этом забыл. Ну, ничего. На фестивале всё равно появиться возможность надрать ему зад.