Быть вампиром

      Ветер тихо ласкал безмятежное лицо девушки, которая только что очнулась ото сна. Сознание стало постепенно возвращаться и первым, что она увидела сонно открыв глаза, являлись длинные травянистые колосья, растущие вокруг нее, а сама она лежала среди них, устало глядя на небо, по которому лениво ползли непроглядные серые тучи. Воздух в округе витал насыщенным ароматом озона. Наскоро поднявшись с примятых стеблей ковыля, она стала озираться по сторонам, но ничего кроме безграничного поля в округе не было видно. Разве что одинокое дерево росло неподалеку и безмятежно колыхалось на ветру вместе со степными волнами. То была прекрасная и спокойная пасмурная атмосфера, но что-то в ней было не так, что-то настораживало. Девушка решила осмотреть дерево и направилась к нему, чтобы поискать чего-то необычное, да только стоило ей повернуться, как с противоположной стороны краем глаза увидала низкий силуэт среди кустов. Силуэт принадлежал лохматой собаке, но оставался абсолютно неподвижным, словно статуя, наблюдая за невольной гостьей чужого сада. Даже когда девушка стояла уже в нескольких метрах от нее, существо не двигалось, но и не создавало выражения злобы или желания навредить. - Ну привет, давно не виделись. - ехидная колкая фразочка, кинутая как бы невзначай из-за спины, в мгновение ока заставила обернуться и испытать легкий ужас по отношению к сказавшему, хотя ни интонация, ни внешний вид не предполагали подобного настоя: слова исходили от мальчишки, юнца тринадцати-четырнадцати лет, каких много помогают своим отцам с утра до ночи в разных деревнях этого мира, разве что над бровями торчала пара рогов, а невиданные доселе глаза напоминали небольшие сгустки пустоты. - Я вижу странное непонимание с твоих глазах, смертный. - мальчонка протопал мимо нее и устремил свой взгляд на статую, которая вдруг ожила и подбежала к своему хозяину. - Видимо, я все же должен пояснить тебе: ты находишься на моем плане, который вы зовете полями сожалений. И вызвал я сюда твой дух, так как время нашего уговора истекает, хи хи хи… - Вы… - не веря собственным глазам и воспоминаниям, Лиз отчаянно сопоставляла даты, но всегда получался один единственный результат. - Десять лет - на такой срок мы подписали договор - пора бы его претворить в жизнь, хи хи. - Почему бы тебе не навестить своих дражайших друзей, пока есть возможность, ты так не думаешь, хи хи? - губы мальчика кривила скупая улыбка. - Только постарайся не умереть, как вернешься назад, а то будет крайне обидно. С последними словами землю из под ног девушки словно выбило мощным ударом и она резко улетела в бесконечную пустоту, но, не успев даже зажмуриться от ужаса, открыла глаза на кровати в своей маленькой комнатке. Сердце бешено колотилось, а тело все еще сковывала редкая тупая боль. Кое-как поднявшись с кровати, Лиз аккуратно встала на ноги и в одной лишь ночной сорочке выглянула за дверь - никого не оказалось. Благо за окном уже потихоньку начинало светать. Натянув свою привычную одежду, девушка вышла из общежития и торопливо направилась в сторону преподавательских комнат. Уже в столь ранний час по дороге попадались редкие студенты или даже преподаватели, которые не преминули утренней разминкой и тренировались во внутреннем дворе. Внимания, впрочем, она на них не обращала: после недавнего разговора в голове не переставая вертелись слова про друзей, что явно не могло быть простым пожеланием, девушка решила не рисковать и как можно скорее отправиться домой и проведать свою “приемную семью”. Уже через несколько минут Лиззия поднялась на нужный этаж и теперь стояла перед знакомой дверью Фаральды. Она нерешительно протянула руку к гладкой деревянной поверхности и постучала несколько раз. Ее последние воспоминания, не считая общения с Даэдра, обрывались на том моменте, когда ужасная огнедышащая тварь чуть не превратила архимага в пепел, а сама она вырубилась от ужасающих ожогов. Разумеется, кто-то о ней позаботился, раз сейчас она была способна стоять на ногах, но неизвестно, чем обернулась для магов попытка излечить вампира. За размышлениями минута сменяла минуту, а с противоположной стороны никто не отзывался. Девушка нерешительно повторила действия, но в этот раз за дверью послышался шорох и вскоре латунная ручка провернулась. Взлохмаченную голову волшебницы резко исказил шок, так что единственное, что альтмер смогла из себя выдавить - это предложение зайти внутрь. Долго в ступоре они не пребывали и уже вскоре разговорились, Лиззия узнала для себя многие подробности прошедших дней, а их набежало немногим более двух месяцев. Сразу после того рокового инцидента, стараниями архимага удалось скрыть от общественности факт ее вампирского происхождения, так что они всего за месяц смогли исцелить ужасные обезображивающие раны девушки ее же запасами крови, но та, почему-то, в сознание никак не приходила. Сойдясь во мнении, что поражающие способности к восстановлению привели к коматозному состоянию в критической ситуации, ее оставили лежать на кровати, регулярно проверяя состояние, но ничего не менялось уже долгое время. - Знаешь, наблюдать за тобой все это время было очень… странно… - ты была словно изваянное из мрамора творение с немым застывшим лицом, не совершая ни малейшего телодвижения. - грустный голос с легкой улыбкой отражал недавние переживания. - Если бы мы не знали, то, вероятно, сочли бы тебя упокоенной, чей внешний вид оставался неизменным лишь из-за магии. - Поэтому сейчас, когда ты говоришь о том, что тебе немедленно надо куда-то отправляться - я просто не могу этого принять, вдруг в этот раз ты уже точно не очнешься… - Но - спустя несколько мгновений молчания продолжала колдунья, - препятствовать я, конечно, не стану. Постараюсь решить все вопросы в ближайшее время. Подготовка к отъезду происходила практически в спешке. За самоотверженное спасение архимага, да и за существенный вклад в саму коллегию в целом, ее представили к награде и в кратчайшие сроки провели публичное награждение. Поскольку к этому моменту у Лиз уже был доступ к наибольшему количеству ресурсов и знаний, то и награда в большей степени несла именно материальный характер - короче говоря: деньги, привилегии и слава! Почти сразу после награждения девушка заявила о намерении путешествовать и большинство единогласно поддержало это решение якобы из благих побуждений, но всем было очевидно: оставлять ее рядом с главой нельзя. Останься она тут и дальше, и очень скоро со своими способностями попала бы на пост первого помощника, а этого мало кто хотел. Конечно, в основе своей магам было без разницы кто занимает пост архимага, но были и те кто отчаянно желали этот пост, готовясь в любой момент подсуетиться. И Лиззия это понимала, как никто другой, поэтому без колебаний пользовалась всей любезностью высоко стоящих лиц и их помощью в отбытии. Получив в свое распоряжение хорошую скаковую лошадь и прочую мелочь на путешествие, спустя всего несколько дней после пробуждения она уже неслась через провинцию к заветному пристанищу. Сильно рискуя нарваться на неприятности, девушка днями скакала вдоль Черной реки, лишь иногда останавливаясь для отдыха лошади, и спустя тройку суток цель была достигнута. В лучах клонящегося к закату солнца среди деревьев уже мелькал узкий проем в огромной гряде Велотийских гор, однако девушка уже долгое время находилась в дороге и без того уже ослабшая лошадь требовала отдыха. Спешившись, она взяла скакуна под уздцы и продолжила путь уже пехом, остановившись на привал лишь у самого входа в ущелье. До пристанища оставалось совсем недолго и Лиз позволила себе немного расслабиться. В конечном счете она скоро снова всех увидит и, вероятно, с нынешними возможностями они смогут превратить погребальное местечко во что-то более вразумительное. - Да и, вроде, там был невдалеке заброшенный замок, - бормотала она себе под нос - можно там обосноваться, а уж с остальным как-нибудь на месте разберемся. - девушка прикрыла глаза и стала все глубже погружаться в мысли, как вдруг со стороны гор до нее донесся странный звук. Лиз даже не поняла, что это было, может просто крик птиц, смешавшийся с гулом горного ветра, но она об этом уже не думала. На месте подорвавшись и с наскока влетев в седло, она уже гнала лошадь вперед и вперед. Мимо проносились скалы, кусты, карликовые деревья, а чувство опасности только усиливалось с каждым пройденным метром, и вот из-за очередного поворота показалась пещера, но… Все было в крови. Кругом валялись разорванные части тел, а из тоннелей доносились вопли, каких иной раз в жизни не услышишь и уж точно не пожелаешь подобного увидеть. Лошадь встала на дыбы, скинув с себя наездницу, и в ужасе умчалась в обратном направлении. Выхватив клинок правой рукой, Лиз судорожно вспоминала все известные ей заклинания и поспешно шагнула внутрь. Все, кто попадался на пути, были разорваны с особой жестокостью, будь то беззащитные пленники или же простые животные. С каждым мгновением крики только нарастали, а вместе с тем слышался и омерзительный рев неведомых монстров. И речь не о том, кого так называют обычные сказочники, а именно про то, что еще у древних племен принято было называть не именуемым, ведь после встречи с этим уже никто не возвращался, чтобы хоть как-то описать это. Однако Лиззия стремительно продвигалась по следам, держа не менее страшную тварь у себя за спиной. Подготовленные зачарования быстро развертывались поверх оружия и прочего снаряжения, готовясь встретить врага, а посмотреть в итоге было на что: выйдя в более просторную пещеру, она чуть ли не опешила от увиденного. Посреди просторной пещеры стояло три человека с такими же янтарными глазами, как и у валявшегося рядом разорванного тела и внешне они ничем не отличались ото всех остальных, но вот третий силуэт воистину был омерзительного внешнего вида: обезображенное уродством лицо, схожее больше с животным, нежели с человеком, бледно зеленое крепкое тело, хоть уже и покрытое ранами, все еще источающее мощью и силой, и сложенные за спиной кожаные крылья. А на заднем плане едва виднелись искаженные ужасом столь знакомые ей лица, из последних сил закрываясь и держа оборону. И тут же рядом валялись другие знакомые лица, что уже не смогли пережить сегодняшний день. - О, подкрепление? Я не откажусь от еще парочки жертв… - мерзостное чудовище в мгновение ока отвлеклось от обороняющихся и пронеслось прямо под потолком обрушивая удар когтистой лапой по внезапно возникшей жертве. Но к его величайшему удивлению ее заслонила гигантская стальная балка, которая при ближайшем рассмотрении оказалась огромным мечом. Не ожидая никакого стоящего сопротивления, существо не заметило описавший дугу клинок, который в мгновение ока разрубил его по диагонали, и только уже падая оно заметило знакомое красноватое сияние вокруг оружия нападавшей. Судя по всему, такого результата не ожидала и другая пара гостей, переходящая в бешенство после увиденного. Один из силуэтов, что стоял ближе к выходу, тут же попытался превратиться в подобную тварь но не успел даже начать, как перед ним разорвался огненный сгусток, впечатав его в ближе стоящую каменную стену. На помощь раненому товарищу кинулся опешивший воин, который к этому моменту был уже серьезно потрепан, но сделать так ничего и не смог: потусторонняя тварь, что с легкостью вращала много килограммовым клинком, в очередной раз встала на защиту своей госпожи. Атака за атакой могучего воина блокировалась и возвращалась атакующему, в то время, как в другом конце пещеры его товарищ был окружен оставшимися в живых защитниками. Не имея даже малейшей возможности ответить, он пропускал все новые и новые удары, с каждой секундой теряя свои силы. Когда ранее они ворвались сюда, то даже не подозревали, что все может обернуться таким образом: низшая мелочь без тени сомнения продолжала обороняться, нанося глубокие раны даже ценою своей жизни. Однако против их слаженной работы все это было в конечном счете бесполезно. Попеременно меняясь, они безжалостно ломали сопротивление, но внезапное появление врага с тыла все испортило. В попытке закрыть появившуюся брешь в обороне, один из них нарвался на тварей себе подобных. И сейчас, словно озарение, к нему пришло отчетливое понимание этого. Теперь уже, когда он отчетливо видел бездонный взгляд девушки, разрывающей ему шею своими клыками, он вдруг вспоминал, когда уже видел эти глаза - то были глаза верховных их клана, а в особенности их лорда. Он вспоминал тех, кто по всей видимости никогда и не ведал о значении слов вроде милосердия или жалости, кто мог вселять ужас одним лишь своим присутствием. Битва надолго не затянулась. Спустя около получаса на обледенелых камнях воцарилась мертвая тишина. Нападавших разорвали и зарубили с особой жестокостью, оставив в живых лишь самого молодого из них. Захлебываясь собственной кровью он безучастно смотрел на собравшихся перед ним. Казалось, он уже смирился с судьбой и был готов покорно принять ее, как вдруг все его естество пронзила странная магическая сила, словно выжигая что-то в самой его сути. - Отвечай, гнида, что ты здесь забыл и как узнал об этом месте? - еле стоя на ногах из-за ран, вампир твердо сжимал клинок в своей руке. - Говори, если не хочешь выдать информацию другими способами. - Хе… - он слегка усмехнулся. - По приказу моего господина, нам было велено истребить низшее отребье, порочащее чистоту крови истинных вампиров. - Пускай я лишь мальчик на побегушках, но даже так я лучше всех вас. - он оглядел все вокруг и, задержавшись на Лиззии, добавил. - Ладно, почти всех из вас. - Раз так, то живо поднимайся с места и доложи своему господину, что даже среди низших есть те, кто достоин подняться на пьедестал. - неужели это как раз та самая возможность, подумала Лиз. Окружающие думали было что-либо возразить, только вот даже слово вымолвить не сумели, ведь без ее своевременной помощи вряд ли смогли бы выбраться сегодня живыми. - И если уж все понял, то доложишь своему господину обо всем произошедшем здесь слово в слово. А чтобы у тебя не было желания обмануть меня, я наложила на тебя особое заклинание и могу в любой момент отправить твою душу в небытие. Это добавит тебе скорости? Девушка подошла к нему, притянула послушника к себе за шею и беззлобно прошептала ему на ухо: - Я куда как более достойна владеть этой силой, нежели такое дерьмо, как ты, и я желаю ее себе. Ты же сможешь передать эти слова, верно? - Д-д-да, г-госпожа, - заикаясь затараторил посыльный, мигом исчезая в темных коридорах подземелья. Следующая пара дней прошла словно в непрекращающемся трауре и лихорадке. Более половины всех живущих здесь было безжалостно уничтожено, большая часть всех оставшихся находилась либо при смерти, либо в коме, в число которых входили глава всего племени Виггинс, как и ее дорогой друг Роллз. По словам немногих оставшихся в сознании, только они одни на пару зарубили четвертого урода, но чуть ли не поплатились за такую дерзость своими жизнями. Ее же подруга Венлет пускай и из последних сил могла стоять на ногах, но все же носилась из стороны в сторону, помогая управляющему Мареку всем, до чего только могли дотянуться ее руки. А Лиззия… После того, как почти сутки она заживляла раны находящихся при смерти, она устало дошла до статуи Даэдра и буквально рухнула на колени перед безмолвным изваянием. А после находясь практически лицом к лицу целый час низвергала в окружающую пустоту свои проклятия, браня как омерзительные методы верховного существа, так и местами свою собственную недальновидность. Однако статуя молчала. Молчала, словно и вовсе никогда не умела передавать чужую волю, но тем не менее противный смех никак не прекращался в голове у девушки, снова и снова повторяя сцену из недавнего кошмара. К третьему дню благодаря тяжелой работе она смогла прийти в норму и теперь терпеливо ждала, когда же появятся результаты всех этих жертв. Теперь она не могла себе позволить упустить шанс, полученный столь огромной ценой, поэтому, когда на исходе восьмого дня она увидела вдалеке смотрящую на нее тень, она уже была готова пойти все, что будет необходимым для достижения своей цели.