Argenti Vulpi

— А я ведь уже начал верить, что ты наконец-то оставил 40-е в прошлом.       Том ухмыльнулся и пожал плечами, расстегивая длинными пальцами верхнюю пуговицу своего сюртука. — У нас разные предпочтения, Драгоценный. Мне нравится возможность не носить парадные мантии в любой ситуации, но современные стили официальной одежды слишком сильно отличаются от классики. Кроме того, — он разгладил складки на груди, — в одежде викторианской эпохи есть что-то неподвластное времени и со вкусом. Который, напомню, был старомоден даже в мое время. — Ты воюешь против себя же, Том, — сообщил Гарри своему партнеру, улыбаясь еще шире, когда брюнет закатил свои темно-синие глаза. Он бесстыдно окинул взглядом профиль, который Том так заботливо предоставил ему; его волосы были, как всегда, тщательно уложены, черный сюртук с высоким воротником, который он надел, изящно ниспадал сзади и доходил до середины бедер, облаченных в белые брюки до середины икр. На ногах были сапоги из Драконьей кожи. — А что насчет твоих каблуков? — Что? — резко спросил Том, запнувшись и поправив свой красный галстук. — Твои каблуки, Том. Твои серебряные каблуки. — Это были туфли невесты, болван, и ты это знаешь! — Гарри разразился приступом безудержного смеха, когда Том, качая головой и ворча что-то о том, что его любовник — ребенок, подошел к нему, схватил за черный галстук и неодобрительно щелкнул языком. — Мерлин Гарри, он выглядит так, словно его завязал ребенок, который еще не научился даже шнурки завязывать. Это галстук, а не петля или бант на подарке. — О, да ладно, Том, все не так уж плохо! — фыркнул Гарри, скрестив руки на груди, когда его парень развязал его тяжелые труды несколькими движениями. Гарри считал, что он хорошо его завязал. Однако Том с этим не согласен. — Ты как курица-наседка. — Ага, — последнее движение, и он отступил назад. — Теперь намного лучше. Сейчас это хотя бы похоже на галстук. — Я не могу дышать. — Не преувеличивай, Драгоценный, и пойдем уже. Нам следует присоединиться к остальным. У тебя палочка и чехол с собой? — Да, мам, — Том направился к двери, по дороге шлепнув Гарри по заднице, на что Поттер показал ему язык. — Вот ты где, приятель! Мы с Фредом и Джорджем уже начали беспокоиться, — воскликнул Рон, увидев, как они выходят из Норы. — Вы так долго возились, что мы даже подумали, что девочки закончат раньше вас! — Гарри собрался примерно за две минуты, но вот с галстуком были проблемы, пришлось их устранять, — небрежно сообщил им Том, игнорируя Фреда и Джорджа, которые посмеивались с его наряда. — Он задержался, чтобы посмотреть, как я одеваюсь. — Скорее, посмотреть, как ты раздеваешься, — легкий румянец залил щеки Гарри после этой фразы. Джордж, ухмыльнувшись, подскочил к ним и вручил план рассадки. — Вот, возьмите. Поскольку мама занята другими приготовлениями, Билл жених, а все девочки все еще заняты макияжем, мы должны заняться гостями, когда они начнут прибывать. — И это должно произойти с минуты на минуту, — вставил Фред. — Рассадка? Полагаю, так будет легче справляться с гостями, — сказал Том, с любопытством разглядывая протянутый ему экземпляр. — Я сижу рядом с Гарри, так что нет проблем. — Не хотелось бы расставаться со своим знаменитым парнем, когда вокруг будет толпа кузин Вейлы, не так ли? — сказал Джордж, улыбаясь от уха до уха.       Выражение лица Тома было бесценным.       На всякий случай взявшись за палочку, Гарри начал разглядывать декорации, приготовленные для свадьбы старшего Уизли. В три часа пополудни солнце все еще стояло высоко в безоблачном лазурном небе, освещая ухоженный сад, кишащий пчелами и бабочками самых разных цветов, и сверкающий белый навес, установленный во дворе на балках, увитых белыми и золотистыми цветами. В том месте, где вскоре должны будут расположиться гости, было море пустых золотых стульев с изящными ножками (а также один массивный, специально укрепленный стул, который, без сомнения, предназначался для Хагрида). Через какое-то время близнецы прикрепили по паре массивных золотых шаров к стульями новобрачных.       Также недавно прибыло несколько официантов в белом, а вместе с ними пришла и группа в золотых одеждах. Все трое ее участников сидели в тени ближайшего дерева, а голубоватый табачный дым, исходящий из трубки одного из них, лениво уносился прочь от этого места. — Не знаю, как ты, Джордж, но на моей свадьбе никто не будет проходить через это, — сказал Фред, безуспешно пытаясь ослабить воротник. — Вы можете приходить в чем хотите, мне все равно. Если мне придется связать маму ради этого, то я это сделаю. — Довольно экстремально. — Учитывая все обстоятельства, сегодня утром она была в хорошем настроении. После, правда, немного расстроилась из-за того, что Перси не придет, но этот придурок и так никому здесь не нужен.       Том фыркнул. Гарри и Рон благоразумно промолчали. — О-о-о, они прибывают. Приготовьтесь.       В дальней части двора, за ограждениями, возведенными Орденом и Министерством, начали быстро появляться несколько фигур. Их число постепенно увеличивалось и быстро сформировывалось в процессию, которая начала пробираться к ним через сад. Экзотические цветы всех мыслимых расцветок и заколдованные птицы украшали шляпы ведьм, драгоценные камни сверкали на галстуках волшебников, звуки разговоров и смеха становились все громче и громче по мере того, как толпа приближалась к ним. — Кажется, я вижу кузин Вейлы, — нетерпеливо сказал Джордж, вытягивая шею, чтобы получше рассмотреть поверх голов группу ведьм средних лет. Том крепче сжал руку ворона. — Гарри и близко к ним не подойдет, я могу- — Понял! Молчу! — прежде чем близнец успел сказать что-то в ответ, Фред бросился к приближающейся паре, оставив Джорджа разбираться с ведьмами, а Гарри — пытаться объяснить пожилой паре, которая была глухой чуть ли не на ¾, где их места. Том с тихим тревожным стоном помчался помогать Хагриду, который сел не на свой стул, а Рон разбирался с Перкинсом, старым коллегой миссис Уизли по Министерству. — Надо же, Гарри! — он вздрогнул, услышав знакомый голос Тонкс, и, обернувшись, увидел её и Люпина в нескольких футах от себя. — Извини за вчерашнее. За внезапный отъезд и все такое. Но в последнее время Министерство настроено против оборотней, и мы решили, что наше нахождение здесь не приведет ни к чему хорошему. — Я понимаю. — Мы все считаем, что Руфус Скримджер может засунуть свои предубеждения глубоко в задницу, — раздраженно фыркнул Том, снова появляясь рядом с Гарри. — Бывший аврор или нет, он не более чем очередной болтливый политик: у нас не было эмоционального Министра со времен кровавых процессов над ведьмами! Когда я стану министром магии, со всем этим безобразием будет покончено навсегда. — У кого-то довольно большие планы на будущее, — Люпин попытался улыбнуться, но не смог долго притворяться, и его лицо медленно приобрело привычный страдальческий вид, но почему, вороненок понять не мог. — Ничего нового я не сказал, Ремус, хотя, признаю, я должен был с самого начала действовать в этом направлении. Если бы я так поступил, нам бы не пришлось сейчас сражаться. — Тогда ты был бы старым, и я бы не знал тебя, — вмешался Гарри, сморщив нос, тем самым разгоняя напряжение, которое опустилось на их маленькую группку. — Я был бы старым? Получается, сейчас мне было бы 70 с чем-то? — Том усмехнулся, притягивая его к себе и целуя в макушку. — Но даже тогда я выглядел бы немного лучше, чем змеемордый. — Ты выглядел бы хорошо в старости. — Прелесть моя, звучит так, словно ты сравниваешь меня с вином. — Ты хорошо выглядишь, Том, — вмешалась Тонкс, желая сменить тему. — Хоть и немного старомодно. — Немного? — фыркнул Гарри. Том легонько ткнул его в ребра. — Спасибо, Тонкс. Оказывается, я прекрасно убираюсь, когда не планирую массовых убийств. Если тебе интересно, я знаю один блестящий метод удаления крови из ткани. — Что ж, возвращайтесь к своим обязанностям. Давай, Дора.       Пока Люпин уводил Тонкс на отведенные им места, Том проводил Гарри обратно ко входу. Там они обнаружили Рона рядом со слегка косоглазым волшебником, облаченным в желтую мантию, такую яркую, что им пришлось отвести взгляд, чтобы не ослепнуть. На его шее на золотой цепочке висел странный треугольный глаз. Он рассказывал рыжеволосому о гномах, когда Луна, в своем желтом одеянии и с гигантским подсолнухом в белокурых волосах, подбежала к ним. — Привет, Гарри. Привет, Том. Где Нагайна? — Привет, Луна, — ответил Гарри, а Том пожал плечами. — Она где-то здесь. Думаю, гостей предупредили о ней, но могу ошибаться. Надеюсь, она не напугает кого-нибудь, высунувшись из-под стола, — увидев её кровоточащий палец, Реддл забеспокоился. — Мисс Лавгуд… Твоя рука- — О, не переживай. Меня укусил один гернумбли. — Она сунула кровоточащий палец в рот и мечтательно пососала его. — …Гернумбли? — повторил он, глядя на Гарри, словно прося помощи, но ворон просто пожал плечами, тоже не понимая, о чем девушка говорит. — Я думал, что в саду есть только гномы. — Я даже не подозревала, что будучи таким умным человеком, ты, Том, не знаешь, что Gernumbli Gardensi — это название садовых гномов, — сообщила Луна. — Вы оба очень хорошо выглядите. Я знаю, что большинство людей надевают парадные мантии для подобных случаев, но мой отец считает, что лучше всего носить солнечные цвета на удачу. — Ну… этот оттенок желтого, безусловно… режет глаза. Что, я полагаю, делает его очень похожим на солнце. — Красноречиво с твоей стороны, Рон, — ухмыльнулся Том, после чего указал на старую ведьму, которая выглядела как что-то среднее между Снейпом и разъяренным фламинго. — Думаю, кое-кому нужна твоя помощь, она потерялась. — О, черт, это тетя Мюриэл, — Рон поморщился и повернулся к Гарри. — Предупреждаю, приятель, лучше избегай ее.       С этими словами он быстро убежал. К тому времени, как он вернулся, Гарри и Том усадили еще около 20 человек на их места. Шатер почти заполнился. — Она — сущий кошмар. Всегда им была, — сказал он. — Слава Мерлину, близнецы однажды взорвали навозную бомбу у нее под стулом. До этого она приходила каждое Рождество и- Черт возьми, ты потрясающе выглядишь, Гермиона! — Ты всегда так говоришь, — девушка с гладкими и блестящими волосами, в лавандовом платье и туфлях на каблуках закатила глаза. — И, да будет тебе известно, твоя двоюродная бабушка с этим не согласна. Когда я встретила ее наверху, где она показывала Флер, как носить тиару, она назвала меня «магглорожденной», а также сказала, что у меня худые лодыжки и плохая осанка. — Мюриэл всем грубит. Она только что сказала мне, что у меня большие уши, — протянула Джинни, подходя к ним. — Я не могу дождаться, когда она доберется и до тебя, Том. — Я уверен, она не сможет найти во мне ни одного изъяна, поэтому будет обвинять меня в том, что я извращенец. — И говорящий со змеями, — добавила Джинни. — Она считает это знаком темного мага. — Что ж, она не ошибается, — с ухмылкой заметил Том. — Я красив, я змееуст и я темный маг. Я также привык к насмешкам, хотя прошло уже немало времени.       Понимая, что парень имеет в виду, Гарри шагнул ближе к Тому и сжал его руку. Но не успел он что-то сказать, как появился темноволосый парень, которого он не видел почти три года, и протянул Рону свое приглашение, не отводя взгляда от Гермионы. — Ты выглядишь чудесно!       Заметив, что лицо Рона быстро приобрело тот же оттенок, что и его волосы, и он уставился на приглашение так, словно думал, что это подделка, Том решил взять все в свои руки. — Я понимаю, что вы, наверное, очень долго не виделись, но свадьба уже скоро начнется, и будет лучше, если мы покажем тебе твое место. Верно, Гарри? — Хм? О, точно, да.       Проводив Виктора на его место, Гарри и Том быстро заняли предназначенные им стулья. В итоге они сели на второй ряд, прямо за Фредом и Джорджем. Слегка покрасневшая Гермиона и возмущенный Рон сидели слева от них. Не успели все рассесться, как мистер и миссис Уизли встали в проходе, махая собравшимся родственникам, а Билл и Чарли встали впереди.       Когда начала играть музыка, Гарри прижался к Тому, оборачиваясь, чтобы посмотреть на Флер, идущую в сопровождении своего отца. — Только подумай, Драгоценный: уже на следующей свадьбе, на которой мы побываем, к алтарю пойдешь ты, — эти слова были произнесены так тихо, что он едва расслышал их, но они все равно заставили его покраснеть. Том нашел его ладонь и слегка сжал ее. — Мы вдвоем будем стоять перед друзьями и семьями, будучи связаны официально и законно на всю жизнь.       Даже когда тот же самый кудрявый волшебник, который был на похоронах Дамблдора, поднялся, чтобы произнести клятвы, Гарри не мог перестать думать. Он представляя себя в белом, идущим по проходу под взглядами стольких людей навстречу Тому, который ожидал его, стоя у алтаря.       Он вернулся к реальности только тогда, когда букет невесты, несомненно, нацеленный прямо на него, врезался ему в грудь, осыпав лепестками и пыльцой под всеобщее хихиканье.       Все гости встали как один по просьбе кудрявого волшебника, который взмахом волшебной палочки заменил стулья столами и золотой танцплощадкой. Официанты появились, казалось бы, из ниоткуда, неся подносы с напитками, пирожными и бутербродами. Заиграла группа. — Мы должны пойти поздравить их! — взволнованно взвизгнула Гермиона, оттаскивая Рона прежде, чем он успел запротестовать. Том и Гарри смотрели им вслед, после чего Реддл указал на столики. — Ну что, может, поищем столик для себя? Подальше от Мюриэл? — Да. «Подальше от Мюриэл» звучит заманчиво.       Они быстро пересекли танцпол, миновав Луну и ее отца, которые крутились, размахивая руками, на одном месте, и направились к ближайшему свободному столику. Не успели они сесть, как Виктор опустился на стул слева от Гарри. — Кто этот человек в желтом? — спросил он, нахмурившись. — Ксенофилиус Лавгуд, — мягко проинформировал его Том, наблюдая за нарушителем с слегка раздраженным выражением лица. Очевидно, он надеялся побыть немного в одиночестве. — Отец нашей подруги. — Кто Вы такой? — Томас Мракс, — они пожали друг другу руки. — Зови меня просто Том. — Вы хорошо знаете этого человека? Том? Гарри?       Том пожал плечами. — Нет, — сказал Гарри. — Мы познакомились с ним только сегодня. А что? — Если бы мы не были на свадьбе, я бы прямо сейчас вызвал его на дуэль за то, что он осмелился носить этот грязный знак. — А это не Дары смерти? — Крам ошеломленно уставился на заговорившего Тома. — Сказка о трех братьях. Сказки Барда Бидля. Слышали о таком? — Разве это не та книга детских рассказов, которую ты использовал в качестве оправдания своей паранойи, что все магглы жаждут нашей крови? Как ты их называл, второсортные продавцы? — сухо спросил его Гарри.       Том несколько застенчиво провел пальцами по своим темным волосам. — Да, ну… Не важно. Почему ты так относишься к этому знаку? — Потому что, о чем бы ты не говорил, это другое! Это, — он ткнул пальцем в вышеназванного человека, — метка Гриндевальда! Этот человек убил много людей, в том числе и моего дедушку! Это как если бы я носил перед тобой кулон с черепом и змеей Волдеморта!       Том нахмурился и слегка склонил голову набок, пытаясь вспомнить, видел ли он когда-нибудь метку Гриндевальда своими глазами. — Как ты можешь быть в этом уверен? — спросил Гарри. — Гриндевальд вырезал этот символ на одной из стен Дурмстранга! — холодно сказал он. — Я точно не ошибаюсь. Я проходил мимо него множество лет! — Я уверен, что он просто не знает, что это такое. Наверное, он думает, что это форма головы… Морщерогово кизляка или чего-то похожего.       Очевидно, приняв комментарий Гарри за насмешку, Крам вытащил палочку из-под мантии и начал постукивать ею по своему бедру. Том напрягся, сузив глаза, и чуть не вскочил со стула, как испуганный кот, когда Гарри воскликнул, довольно громко и абсолютно без предупреждения. — Грегорович! — Милая Моргана, Драгоценный! Ты меня до сердечного приступа доведешь! — Извини, Том. — А что с ним? — раздраженно спросил Крам, не обращая внимания на их перепалку. — Он мастер по изготовлению волшебных палочек. Он сделал и твою палочку. — Как ты узнал, что Грегорович сделал мою палочку? — прищурил глаза болгар. — Я… Эм… Ну, видишь ли… — в этот момент его разум решил, что хочет быть как можно более бесполезным, и отключился. — Ты где-то об этом читал, помнишь, Драгоценный? В одном из твоих фанатских журналов. — Да. Да, так и есть, — быстро сказал он. — Я и не подозревал, что когда-то говорил об этом с репортерами. — Кто-нибудь вообще помнит о том, что он говорит другим людям? — беззаботно спросил Том. — Так… Так, э-э… Грегорович… Где он сейчас? — Он ушел на пенсию несколько лет назад. Я был одним из последних, кто купил у него палочку. Они самые лучшие, несмотря на то, что вы, британцы, настаиваете на обратном, — озадачено ответил Крам.       Возможно, он говорил что-то еще, но Гарри больше не слушал, его мысли неслись со скоростью мили в минуту. Мог ли допрос Оливандера иметь какое-то отношение к Грегоровичу? А если нет, мог ли Грегорович знать что-то, чего не знал Оливандер?       Через какое-то время Крам отошел в сторону или, возможно, отступил, чтобы избежать гнева Тома после того, как тот пригрозил Гарри, потому что к тому времени, когда он вернулся к реальности, болгар исчез. — Пойдем и посидим где-нибудь в другом месте, — сказал Том, поняв, что Гарри спустился с небес на землю. — Ты выглядишь так, будто тебе нужно отвлечься.       Он не дал Гарри шанса возразить, стащив его со стула и протащив через все помещение. Некоторое время они бродили вокруг, наблюдая, как официанты разрезают торт открывают бутылки шампанского. Джинни танцевала с Ли. Рон с Гермионой. Близнецы исчезли из виду, без сомнения, с одной из кузин Флер. Чарли, Хагрид и низкорослый волшебник, которого Гарри не узнал, стояли в углу и пели «Оду Героя».       Чудом избежав пьяного гостя, который, казалось, сам поверил в то, что Том его сын, они нашли маленький столик, за которым сидел старый волшебник, которого Гарри узнал довольно быстро. Это был Элфиас Дож, написавший Некролог Дамблдору. — Мы можем присесть?       Мужчина громко ахнул и вскочил на ноги, схватив Гарри за руку и дико встряхнув ее. — О, Гарри Поттер! Мой дорогой мальчик! И Томас Мракс тоже! Я так рад! Польщен! Польщен! — схватив проплывающую мимо бутылку, он нервно налил им обоим по бокалу шампанского. Том взял свой с некоторым колебанием. — После того, что произошло, я подумывал о том, чтобы написать тебе. Какой шок я испытал от того, что был свидетелем этого! — Мы видели Ваш некролог. Тот, который про Дамблдора, — сказал Том. — Вы хорошо его знали. — Я знал его дольше всех, если не считать его брата. — Даже если бы Вы знали его всего один день, Вы написали бы о нем намного лучше, чем Рита Скитер, — Гарри произнес имя женщины невнятно, как непристойное ругательство. Том сжал его руку. — Я уверен, Вы тоже понимаете, о чем я. — Стервятница, я точно знал, что она что-то замышляет! Я назвал ее назойливой форелью, а она отвернулась и усомнилась в моем здравомыслии! — Она намекнула, что Дамблдор был связан с Темной магией, когда был подростком- — И это единственное, в чем она не ошиблась, — проворчал Том. Пожилой мужчина бросил на него свирепый взгляд, а Гарри обернулся. — Что? — Я знаю о грязном белье Дамблдора больше, чем кто-либо другой, и ты знаешь почему. Но ты не должен менять свое мнение о нем из-за каких-то фактов, Драгоценный. У каждого есть скелеты в шкафу. Вместо этого тебе следует воспринять это как подтверждение того, что Альбус Дамблдор был таким же человеком, как и все мы, — он протянул ему руку. — Попрощайся, любимый, и позволь мне потанцевать с тобой, если, конечно, ты не возражаешь?       Вороненок пристально смотрел на него еще некоторое время, после чего выдохнул и принял его руку. — Хорошо, один танец. — Он посмотрел на Элфиаса Дожа. — Было приятно поговорить с Вами. Может быть, увидимся еще.       После этих немногочисленный слов Том утащил брюнета на танцпол. Их быстро окружили кружащиеся пары. — Я не понимаю, почему ты захотел затащить меня сюда. Ты же знаешь, что у меня две левые ноги, Том. — Я не позволил тебе упасть в прошлый раз, не позволю и в этот. Просто поверь мне, — Гарри фыркнул. — Что не так? — Ничего. Просто… Ты специально выбрал самую быструю песню за всю ночь, верно? — Я полагаю, что это немного неправильно с моей стороны, но не беспокойся ни о чем, — Том переложил руку парня со своего бока на грудь. Гарри чувствовал, как бьется его сердце под слоем одежды. — Мы не будем танцевать под это.       Как бы он ни был раздражен сложившейся ситуацией, Гарри не смог удержаться от улыбки, когда они начали танцевать. Медленный, удивительно грациозный вальс под мелодию, которую никто больше не слышал. Они шли не в такт с остальными, но не беспокоились об этом. Остановились они только после того, как песня сменилась уже второй раз.       Том приоткрыл рот, чтобы заговорить, но не успел он даже начать, вокруг начались шепотки и крики, а полоса серебристого света пробилась сквозь крышу шатра и приземлилась в нескольких футах от них, принимая форму рыси. — Министерство пало. Скримджер мертв. Они приближаются.

Все вокруг погрузилось в полный и беспросветный хаос.