Ангелы нашего времени

— Здравствуй, брат, — говорит Михаил, появившись перед Арсением. Последнего же привели в какое-то заброшенное место на земле же, так как ему вход в Рай все ещё был запрещен. — Я вас не знаю, — говорит Арсений, страхом в глазах смотря на Михаила. — Я знаю. У тебя ведь проблемы с памятью, так? — Ну да…а вы откуда знаете? — задается волнующим вопросом Арсений, смотря прямо в карие глаза. — Я твой брат, старший брат, Арсений. Тебя лишили памяти. А помогу тебе вспомнить все, — конечно, Михаил знал, что память Арсению вернуть можно только силами, своими, собственными, или других архангелов, но тот решил, что лучше будет «создать» Арсения сначала, чтобы тот не был таким избалованным, принимающим такие решения, что вредят небесному миру. — Брат? Эмм…я читал вроде про вас. Но там было сказано, что вы меня заперли в аду…не так? — Нет, конечно, с чего мне тебя запереть? Не верь ты тому, что пишут люди, это на 98% ложь. — Там много было сказано про мои силы, и все было правдой. А заперли вы меня потому…что я явился Антону в ангельском виде…не так? Михаил облизывает губы, садясь на одну из кресел, кидая одну ногу на вторую и подперев рукой голову. — Нет, не так. Я даже не знаю про какого Антона идет речь. На земле есть примерно 2 миллиона Антонов. — Про Антона Шастуна, программист, живет в Питер — А поточнее? — Вы его убить хотели, когда сюда меня привели. — Захария? Объяснишься? — спрашивает Михаил, переводя взгляд на младшего брата. — Извини, брат, другого выхода не было его сюда привести, — подал голос ангел, стоявший неподалёку, складывая руки в замок за спиной и опуская взгляд. — Я извиняюсь за нашего младшего брата. Такого больше не повториться, я обещаю. — Я не могу вам верить… — говорит Арсений, поворачиваясь, чтобы уйти. — Арсений, я твой старший брат! Зачем мне тебя лгать? — Я чувствую, когда мне лгут. И в…ты, мне лжёшь — От чистого сердца, Арсений, — Михаил тоже встает, подходя к нему и кладя руку на его плечо. — Я же изгнан из Рая, не так? — Нет, мы можем сейчас же подняться на небеса, и ты убедишься, что я не лгу тебе. Арсений думает пару секунд, не оборачиваясь на брата. — Хорошо, но откуда я должен знать, что вы не лжёте, что меня не отнесут в более…мрачное место? — Ниоткуда, ты просто должен поверить своему брату. Если ты изгнан был из рая, ворота для тебя должны быть закрыты, а если делаешь шаг в рай, то ты сразу же начнешь гореть. Арсений вспоминает воспоминание Антона, про тот раз из встречи, когда Арсений и упал с небес. — Так я и так пал, в огне, год назад, вроде — Так пойдём и проверишь, если это так будет, ты сможешь улететь, когда захочешь — Хорошо… — Только, мне нужно обещание — Какое обещание? — Антон должен забыть о твоем существовании, и вы больше не должны будете видеться. — Что? — Арсений резко поворачивается к нему, скидывая его руку со своего плеча. — Забыть про Антона, а он про тебя. — Нет! — он отходит назад, смотря на него, как на сумасшедшего. Ну а что? Вы хотите сказать, что он должен бросить любимого человека из-за какого-то там рая? Да пошли вы! Он никогда не оставит Антона. — Я не согласен. Он расправляет крылья, чтобы улететь, но его останавливают. — Арсений, ты меняешь рай, свою семью и веру на какого-то человека? — Он — моя семья, моя вера и мой рай, — Арсений своим клыком проходится по его крылу, взлетает к охраннику и так же делает с ним, чтобы те не сумели погнаться за ним, и это было за доли секунд, и улетает к Антону. *** Антон в это время сидел на капоте машины, пытаясь прикинуть, как помочь Арсению, хотя мыслей было ровно ноль. Арсений приземляется рядом с ним, в паре шагов перед ним, и шагает к нему, крепко обнимая. Антон поднимает взгляд на шум и улыбается, идя к нему и прижимая к себе парня. — Боже…всё в порядке? Что они хотели? — Антон берет его лицо в руки, пытаясь понять, имеются ли синяки или раны. — Всё хорошо, милый, не волнуйся, они мне ничего не сделали) Арсений поднимается на носочках и чмокает его в губы, а после снова утыкается носом в его шею. — Давай поедем домой, м? Я не хочу тут оставаться… — Конечно, малыш, — Антон зарылся пальцами в его волосы на затылке, слегка поглаживая, от чего по телу ангела проходятся мурашки. Антон целует его в макушку и отстраняется, открывая дверь для Арсения. Тот садится, убирая крылья. — Блин, любимое худи(— говорит он, чувствуя, как через дырку на спине проходит холод. — Купим новый такой же, не переживай) — Антон закрывает дверь и садится за водительское сидение, поехав домой. Весь путь Шастун молчал, облокачиваясь об окно машины, наблюдая за дорогой и думая о своем. Было ужасно обидно, хотя больше страшно, чем обидно, что он не мог что либо делать, чтобы защищать Арсения. Нет, ну правда, что он мог сделать против ангелов, особенно если это самый главный архангел и ангел-воин. Правда. Ничего. Он за это время даже допустил мысль, чтобы умереть и стать ангелом тоже, чтобы помочь хоть как-то Арсению. — Антош, всё в порядке? — из мыслей его вырывает голоса Арсения, который кажется что-то говорил, но кудрявый не слышал. — А? — тупо переспрашивает он, посмотрев на него и снова на дорогу. — Говорю, нормально все? — Да, просто задумался. Не обращай внимание. — И о чем же ты задумался? Арсений взял того за руку, так как Антон поменял руку, взяв руль левой рукой, а вторую положив на подлокотник, и переплел вместе с ним пальцы. — О том, что не смог тебе помочь… Антон сжал его руку, посмотрев на него и снова на дорогу. — Антош, все нормально, что ты мог делать? — И я об этом. Что ничего. Я бесполезен в этой игре. Даже наоборот, просто играю, как слабое место для тебя. — Антош, я очень сильно тебя люблю. И это не зависит от того, сколько ты можешь мне помочь или ещё что. Я тебя люблю потому что ты это ты. Ты такой, какой есть, и мне это очень сильно нравится) Антон улыбается и подводит его руку к своим губам, целуя тыльную сторону ладони. Хоть он сейчас и улыбался Арсению, но в голове все равно крутилась та мысль… *** Они доехали до дома Антона, куда и планировали, ведь Арсений не хотел остаться один (не хотел оставить Антона одного). Как только они зашли домой, Антон снял с себя худи, по привычке, конечно, кидая в комнату на кровать, а сам прошел в ванную, помыть руки. Арсений закатил глаза на такое «ребячество», и снял свое худи, кидая со скрежетом в сердце в мусорку. — Жалкоо… — он вздохнул и пошел в ванную, тоже умыться. Там всё ещё был Антон, намыливая руки. Арс улыбается и подходит к нему сзади, обнимая со спины и кладя голову на его плечо. — Котенок, ты чего?) — спрашивает Антон, смотря на него через зеркало, хотя его почти не было видно, только если чуть нагнуться, что он и сделал. — Мне уже нельзя и тебя обнимать?) Да и ты очень теплый...) Антон улыбается и домывает руки, вытерев полотенцем, а после поворачивается к нему, обнимая за талию и целуя в носик. — Ты помой руки, а я тебе достану новую одежду, ладно?) — Не нужно, все равно сейчас спать пойдем, и то не люблю, когда что-то мешается, в виде футболки. — О боже, я нашел своего человека! — усмехается Антон, а после поправляет себя. — Ангела) Арсений смеется и подходит к раковине, тоже помыв руки, а после они идут на кухню по просьбе Арсения, чтобы выпить теплого чая. — Какой будешь? — разговоров особо не было, а тишина не давила на них, после ответа выбора со вкусом чая, двое молчали, просто наслаждаясь тишиной, думая о чем-то своем, и наслаждаясь компанией друг друга. Антон, сделав чай, сел рядом с ним и обнял его, дождавшись, чтобы чай остыл хотя бы чуть-чуть, чтобы не прожечь язык. Арсений обнял того в ответ, кладя голову на его грудь, и начиная слегка поглаживать голый торс старшего. Антон сначала ждет, терпит эту сладкую пытку, не желая выдать свое слабое место, но мышцы сами начинают сжиматься, а живот напрягаться. Арсений замечает это и смотрит на него снизу вверх, замечая эдакую картину: Антон сидит, чуть опрокидывая голову назад, закусывая губу и слегка тяжело дыша через рот, кадык дёргается, а ресницы слегка трепещут. — Тош, ты чего?) — он не останавливает свои действия, проезжаясь пальчиками по кубикам пресса, по их ложбинкам и проведя почти невесомо по самому низу живота.