Together

Когда ты улыбаешься, ноги подгибаются Тело рассыпается, планеты взрываются Когда ты улыбаешься, когда ты улыбаешься Dневник Dжессики. "Когда ты улыбаешься"

Я лежу в этой больнице всего неделю, а по ощущениям прошла уже вечность. Время ползёт медленнее черепахи. А мой ожог заживает еще более с меньшей скоростью. Поле произошедшего эта палата равносильна одиночной тюремной камере. Мне невыносимо сутками сидеть в четырёх стенах, наружу лезет всё самое отвратительное. Мысленный поток не останавливается, воспоминания слишком яркие, всё запомнилось слишком чётко. Вот бы был способ сбежать из собственной головы. Вот бы был способ забыть. Но, к сожалению, я не такой счастливчик, чтобы потерять память о том дне. Поэтому мне остаётся лишь плавать в своей отчаянной ненависти к отцу. Интересно, как там мама? Я не виню её, но если моё лицо заставляет её чувствовать себя плохо... нет, если само моё существование ей неприятно, то мне не следует с ней видеться. Мысли, назойливые мысли, словно мошки, от которых просто так не отмахнёшься. Из-за них я стал хуже спать, есть, но зато стал больше тренироваться, с надеждой на физическую измотанность, которая поможет мне уснуть сегодня. Иногда спать совсем не получалось, такие ночи самые тяжёлые. Я не хочу просить снотворное у врачей, ведь они всё докладывают моему отцу. Я и правда словно в одиночной камере.

***

28 декабря, думаю, если бы не календарь, который сестра передала мне через медсестёр, я бы уже потерялся во времени, сидя здесь. Утренние обследования очень утомляют, особенно то ли испуганные, то ли сожалеющие взгляды врачей. Они все прекрасно знают, чей я сын, но никто даже предположить не может, что я здесь именно по его вине. За окном стоит ясная погода, в такие дни я обычно рассматриваю людей на улице, вообще я предпочел бы почитать, но мысли слишком быстро убегают от написанного. Телевизор я не очень люблю смотреть, поскольку мой отец нередко становиться предметом обсуждений на какой-нибудь очередной передаче о про-героях. Если и находиться в своих мыслях, то думать о чём угодно, кроме себя и своей семьи. Так я просидел возле окна, наблюдая за прохожими, какое-то время, как вдруг, в мою палату кто-то зашёл... нет, "зашёл" довольно неправильное определение для этого действия. Скорее, это можно описать как "прошмыгнул" и "затаился". Мне не было видно лица, поскольку всё тело перекрывали крылья. Они были красные, как огонь моего отца, красные, как ярость, красные, как кровь. Всё мое внимание поглотила эта причуда. Интересно, какого это, чувствовать свободу в полёте? Будь у меня такая причуда, я бы просто улетел далеко-далеко, где нет людей, нет моего отца, я бы взял с собой маму, может там ей стало бы лучше. Меня одолевало любопытство, интерес, обида и раздражение одновременно. Уже позже, в глаза бросились длинные волосы пшеничного цвета, они контрастно выделялись на фоне красного. Красный и золотой – королевские цвета. Моё изучение нарушителя спокойствия продлилось ещё некоторое время, в основном это были немые вопросы без ответа. Кто смог проникнуть на VIP этаж больницы, какого чёрта именно в мою палату, как она выглядит, какое у неё лицо, это репортёры? - Кто ты такая? И что забыла в моей палате? Человек, стоявший у двери, вздрогнул, но не поворачивался. Моё терпение было на исходе, я держал себя в руках до последнего. Быстро преодолел расстояние между нами, схватил её за руку и с силой повернул её к себе лицом. Раздражение меня покинуло в тот же момент, когда я столкнулся с ней взглядом. Золотые глаза, сверкающие, такие яркие, они завладели мной, было ощущение, что я больше не в больнице, а в каком-то лесу осенью, на мгновение даже дышать стало легче. Форма её глаз напоминала птичьи и, на удивление, ей это подходило, как будто образ бы не был полным без этой детали. - Что с тобой произошло? - задала вопрос девушка. Ах, ну да, она наверное про мою повязку на пол лица. Не хочу об этом говорить. - А с тобой что? - в конце концов, она, судя по одежде, тоже пациентка. - Эй, не отвечай вопросом на вопрос! - какая же она эмоциональная и шумная. - Почему я должен отвечать? - Не хочешь, не отвечай. И отпусти уже мою руку. Я, если честно, даже забыл, что всё ещё держу её. Что ж, удерживать человека против собственной воли незаконно. Я расслабил хватку, двушка сразу же выдернула из неё свою руку. Может сейчас она ответит на мой вопрос? - Так что ты забыла в моей палате? – Ах, это… ну… мы с братом играем в прятки! – откровенная ложь, на её лице же всё написано. Зачем тогда вообще отвечать, если собираешься соврать? Лучше уж сказала бы, что не будет отвечать, чем так. - Ладно. Девушка сначала удивилась. Наверное, стоило сказать что-то другое, но ведь и заставить её говорить я бы тоже не смог, если она не хочет. Ай, ладно, уже не важно. - Что ж, тогда я пойду? Нет. Не хочу чтобы она уходила. Никто из семьи ко мне не приходит, поскольку прессе известно обо всех детях Старателя, если кто-то из них будет постоянно появляться в больнице, журналисты точно что-то заподозрят. В общем, отец запретил ко мне ходить. В моей палате бывают только врачи. И вот она врывается ко мне, как глоток свежего воздуха. Я не один, впервые за очень долгое время. - Шото. - Что? - Моё имя - Шото. Через пару секунд, что ей потребовалось на осознание, я клянусь, золотой свет озарил мою комнату. Свет исходил от неё, от её улыбки, такой яркой, я непроизвольно отвёл взгляд, хотелось прикрыть глаза от этого света, почему-то мне показалось, что если продолжу смотреть, то ослепну. Может быть она ангел? Ангел с красными, как кровь, крыльями? – Меня зовут Кохаку. Может быть ещё увидимся. Она покинула палату также быстро, как и проникла в неё. Я всё еще стоял в ступоре. Что это было? Я не знаю, единственное, в чём я точно уверен, это то, что я хочу ещё раз увидеть её, хочу чтобы она ещё раз улыбнулась. - Надеюсь, мы ещё увидимся, — сказал я в пустоту, как глупо, — Кохаку... Кохаку, — я как будто пробовал её имя на вкус, как оно звучит с моих уст, — "Янтарь" значит, — я усмехнулся, — Тебе подходит, Кохаку.

***

Этой ночью Онейрос* не был благосклонен ко мне. Но я не жаловался, после того дня, когда ко мне ворвалась Кохаку, я спал спокойно целую ночь. Вторая ночь же прошла похуже, тем не менее мне повезло поспать. Шла третья ночь после знакомства с Крылатой, заснуть не получалось. Я решил потренироваться, достал гантели из-под кровати, но, вместо того чтобы заняться физической активностью, уселся на пол и тупо смотрел на свои руки. Моё внимание привлекло не то, что они были в мозолях и местами пошарпанные, а то, что мой мозг (или я) не узнавал их. Они были другие, в них было что-то не так. Не могу сказать, что именно, но мои ладони выглядят не так. Я встряхнул кисти и силой заставил себя оторвать от них взгляд. Мне просто показалось, бывает. Но взгляд свой я к ладони больше не отпускал. Заниматься как-то перехотелось, поэтому я включил телевизор. Один за другим переключал каналы, на которых была реклама, другие же переключал, потому что ночные программы про готовку, ловлю рыбы и обзоры на кафешки в центре Токио были совершенно мне неинтересны. В итоге я остановился на исторической дораме «Рёма. Летопись». Этот сериал рассказывал о биографии Сакамото Рёма, все ученики Японии знают о нём из уроков истории. Никогда не смотрел эту дораму полностью, лишь какими-то фрагментами. Я снова умудрился включить сериал именно на половине, где он уже не мальчишка, которому невероятно понравилось фехтование, но ещё и не побитый жизнью мужчина, ему ещё только предстоит осознать своё предназначение. К сожалению, ночью показывают лишь две серии, так что это не отвлекло бы меня на всю ночь, но перспектива того, что два часа я не буду один на один со своей головой на самом деле выглядели уже лучше, чем совсем ничего. Что ж, два часа прошли, не сказал бы, что пронеслись, некоторые моменты были захватывающими, но из-за рода деятельности, которым выбрал заниматься Рёма, сериал также напичкан теорией того времени: из чего состояло государство, кто кому подчинялся, законы того времени. Конечно, я учил историю и понимал отчасти о чём говорят герои, но некоторые моменты так и остались мною не поняты. Я хотел было переключить канал, но тут начались экстренные новости, значит на какой бы канал я сейчас не переключил, везде будет одно и тоже. Что такого могло случиться глубокой ночью? Я поглядел в окно, пока ведущей передавал слово репортёру с места событий. Ничего необычного, тихая, спокойная ночь. Наконец репортёр начал говорить: - Я нахожусь на месте событий. Сегодня в час двадцать три ночи, в одном из отелей города Саката, который находится в префектуре Ямагата, в районе Тохоку, произошла утечка газа. В отеле, естественно, находились туристы, которые частенько приезжают насладиться пейзажами города. Особенно сейчас, когда на носу новогодние праздники. Число погибших и раненых еще предстоит установить, до сих пор пожар не утихает, на месте работают Про-герои. Самое необычное, что самым первым прибыл никому не известный герой, ранее он не был замечен на местах происшествий. Также стоит отметить, что Всемогущий до сих пор не появлялся. Зато на месте действует команда Стар... Я переключил канал, хотелось узнать что-то о герое, который прибыл туда первым. Если за всё это время его ни разу не видели в других местах происшествий, то как он сейчас так быстро узнал об этом? - А сейчас мы покажем кадры с места событий, нам удалось заснять работу Старат... Снова переключил. - Нам удалось узнать почему Всемогущий не прибыл с другими героями. - Довольно интересно, стоит послушать. - Герой №1 сейчас на другом конце Японии, в Йокогаме менее суток назад пошёл ко дну танкер, которой перевозил нефть. Всемогущий предотвращает ужасную экологическую катастрофу. Понятно, Йокогама – портовый город, поставки которого приходят в тот порт из-за границы и обеспечивают всю Японию. Всемогущего скорее всего направило туда начальство и обозначали, как дело срочной важности. Я снова переключил канал, ну хоть кто-то же должен был заснять этого нового героя. Но и на последующих двух каналах ничего не было. Когда я было уже отчаялся, вдруг из телевизора прозвучало: - Как было известно с самого начала, на место прибыл ныне никому не знакомый герой. Вот, что сейчас о нем известно: это парень, одетый в жёлтый костюм и, судя по всему, его причуда - крылья. Нам удалось заснять его. На экране появилось фото, ужасно плохого качества, ещё и этот человек стоял спиной, но всё же что-то разглядеть было можно. А именно то, что сказали репортеры, но я заметил ещё кое-что. Его крылья мне что-то смутно напоминали. Словно я уже видел подобную причуду или схожую с ней. Из-за того, что снимок тёмный, крылья сливались с общими цветами. Я уже не обращал внимание на то, что говорил репортёр. Прокручивая воспоминания в голове, пытался вспомнить схожую причуду. И тут меня озарило. - Кохаку! Да, нет сомнений. Её крылья в два или даже в три раза меньше, но они похожи. Она же говорила, что у неё есть брат, с которым она якобы играла в прятки. Значит у них одинаковые причуды? Но такое бывает очень редко, даже у меня с братом и сестрой они совершенно разные. Обычно одинаковые причуды достаются близнецам, но он же старше её, значит просто так сыграла генетика. Хотелось бы с ней обсудить это, хотя нет, не важно, что обсуждать, просто хотелось бы её увидеть, иначе эти стены точно сведут меня с ума. Я выключил телевизор. Часы показывали безпятнадцати три.

***

На часах шесть утра, уже час я тренируюсь, просто потому что заснуть так и не получилось, а мысли звучали слишком громко. Гантели мне тоже передала сестра через медсестру. Не представляю как Фуюми её уговорила, если бы врачи узнали, скорее всего эту девушку бы уволили. Поэтому, в планах первым делом, после выхода из больницы, научиться навыкам убеждения у сестры. Что ж, самое время для растяжки и можно на этом закончить. Хотел было сделать первые выпады вперёд, как вдруг в дверь постучали. Я даже не успел никак среагировать, а золотая макушка уже показалась в дверном проёме. Почему она опять так врывается, чёрт, я же одет только наполовину! – Стой! Закрой глаза! - неверное прозвучало это немного грубо, но и врываться в мою палату не очень-то вежливо. Видимо она растерялась, то ли от моих слов, то ли от того, что уже успела увидеть. Она развернулась быстро, но не сразу, видимо всё-таки не сразу поняла, что вообще происходит. Пока я искал на кровати футболку, она заговорила, скорее даже затараторила. – Прости, я думала ты спишь. Не хотела тебя смущать. Извини. Найдя глазами футболку, я быстро взял её и надел. – Чего пришла? – логичный вопрос, учитывая, что на часах шесть утра. Она аккуратно повернула голову, посмотрела на меня, а после развернулась полностью. Кажется мы не виделись всего два дня, но что-то в ней изменилось. Хотя, вероятно, это просто мой глаз замылился после бессонной ночи. - Прости, не знала, что ты не спишь. Это звучало как минимум странно. Она пришла не для того, чтобы со мной поговорить. Она что сталкер? - То есть ты хотела пробраться ко мне в палату пока я сплю? Не находишь, это жутким? - Я просто хотела оставить тебе подарок и уйти, ничего криминального. Что? Может я неправильно расслышал? Нет, конечно мне дарили подарки, например книги об искусстве боя, различные тренажёры и спортивные костюмы и это всегда были члены семьи. Но Кохаку знает меня тридцать секунд. Я не понимаю. - Подарок? По какому такому случаю? - Сегодня новогодняя ночь. Принято дарить подарки. Поэтому, вот, - она протянула мне снежный шар, на её лице была улыбка, но не та, что прежде, тем не менее всё ещё тёплая и милая. - С Новым годом! Ну, про новый год я помню и то только благодаря календарю сестры и на том спасибо. Но... стоп. Что, только что проскользнуло в моей голове? Милая? Шото, ты чего совсем? Перетренировался что ли? Или так больница на тебя действует? Об подушку кровати ударился? Нет. Остановись. - Мне... мне нечего дать тебе в ответ, - так, может получиться вежливо отказаться от подарка? - Ничего страшного! Отдашь как-нибудь потом, - потом? Видимо моё замешательство было написано у меня на лице, поэтому Кохаку продолжила, не давая мне возможности спросить. - Конечно, мы обязательно ещё встретимся. Мы же теперь друзья! Сначала в мозг врезалось произнесённое ей слово "друзья". А потом она улыбнулась, той самой улыбкой, той, от которой судорожно хотелось прикрыть глаза, такой яркой и светлой. В ту минуту, я клянусь, во мне что-то перевернулось, взорвалось, как будто тысячи фейерверков, которые будут запущены сегодня в полночь, прогремели во мне сейчас, в эту минуту. Что это? Всё, что я мог сделать сейчас это принять подарок, меня обуздали слишком непонятные чувства. - Спасибо. Это очень много для меня значит. - Не за что! Ладно, я пойду, а то санитарки проснуться, не хотелось бы попасться им на глаза. Ещё увидимся! - Ага. Я не видел, как она уходила. Словно застыв во времени, просто смотрел на предмет, который мне вручила Кохаку. Это был не инвентарь для борьбы и даже не для спорта, не книга и не очередной журнал про Про-героев, это был самый обыкновенный шар со снегом. Просто шар, в котором падает снег, если его встряхнуть. Мне хотелось рассмеяться, но вместо этого, кажется, просто глупо улыбался.