Непростительное

— Познакомьтесь с новой розой в нашем саду, — сказала профессор Чесноук. Себастьян улыбнулся самой хищной улыбкой; «разве что не облизнулся», — подумала Гроттер. Третья неделя в Хогвартсе, и уже вовсю пылают искры между ней и этой «темной лошадкой». Она видела, как на нее косилась Натсай. Все началось с дуэли, где она ловко обезоружила Себастьяна. Это могло бы стать соперничеством, но вместо этого он лишь усмехнулся и позвал её в закрытый клуб дуэлянтов. Их дуэт отлично сработался: остальные только дивились их пониманию тактики друг друга. Они оба стремились к победе любой ценой, но она, как истинная пуффендуйка, прикрывала его спину. А он, хоть и слизеринец, почему-то присматривал за ней. Но что их действительно объединяло на дуэльных схватках, так это бешеный азарт, с которым они расправлялись с соперниками. После последней дуэли они, тяжело дыша, кинулись обниматься. Его голова зарылась в ее волосы, она ощутила его дыхание на своей шее, и ее как током ударило. Они отскочили друг от друга. Ей показалось, будто кто-то выпил Грозовое зелье и в комнате стучали разряды. До ее появления Натсай часто была в паре с Себастьяном, и хоть девушка отличалась смелостью, их дуэт так и не стал звездным. Вот и сейчас Натсай грустно опустила взгляд и прикусила губу, увидев взгляд Себастьяна. Во время ее шопинг-тура в Хогсмид, куда Себастьяна так кстати отправила сопровождать Гроттер профессор Уизли, он узнал ее тайну и настоящую силу. Кажется, он немного опешил. После этой схватки и стычки с бандитами они проговорили пол ночи. То ли Сливочное пиво так сказалось, то ли адреналин, но после этой ночи она стала ощущать особую близость к нему. Он ей нравился, хотя от него веяло чем-то очень мрачным. Иногда он замыкался в себе; она видела его глубоко ушедшим в книги, и ужасной тоской веяло от него. Иногда, напротив, его будто было не остановить: он пылал идеями и был сама обходительность. Вокруг него всегда вилась стайка девчонок, и молчаливо, в стороне, всегда был его друг Оминис. После урока Себастьян позвал ее показать особое место. Они зашли в темную крипту, и он тихим, мягким голосом предложил ей выучить заклинание, которому не обучают в Хогвартсе. — Знаешь, есть очень полезные заклинания, но не все считают их такими безопасными… Если ты хочешь, я могу научить тебя парочке, не буду говорить запретных — нет, но пикантных заклятий. Но ты же правильная девочка и еще совсем свежий цветочек, возможно, это не для тебя. Его глаза смеялись, он стоял расслабленно и уверенно. Она же, наоборот, вздрогнула. В крипте было тепло и темно, но ее пробила дрожь. Она действительно много чего не знала и, казалось, еще месяц назад была совсем ребенком. Сколько всего случилось! Ее новые силы, о которых никто, кроме Себастьяна, еще не знал; за ней охотились гоблины и бандиты; она победила тролля, черт возьми! — Мне интересно попробовать что-то новое, — вырвалось у нее. — Не все хорошие девочки остаются такими, — сказал Себастьян. — Не бойся. Это простое и легкое заклинание, но обладает взрывной силой. Я люблю огненную магию. Он обошел ее сзади, его рука убрала волосы назад. — Не бойся, я покажу, — сказал он ей в ухо. Обняв ее сзади, он взял ее руку. — Заклинание Конфринго! Он сделал шаг в сторону. — Пусть все горит, Конфринго! Огненный шар полетел в факел, и тот загорелся. Ей стало жарко, руки немного тряслись, она тяжело дышала. Огненная магия или?.. После первого урока (а она была уверена, что это далеко не последний) она, румяная и тяжело дышащая, выскочила из крипты и буквально влетела в Оминиса. Он скривился. Себастьян все время таскался с девицами, но еще ни одну не приводил в их секретное место. Его секретное место. Он чувствовал ее дыхание и высокий пульс. «Господи, ну за чем ему это», — подумал он. — Что ты там делала?! — Вскипел он. Оминис испортил ей все послевкусие. Теперь, идя по Хогвартсу в свою спальню, она только и думала, что об этом высокомерном индюке Оминисе. «Я воспользуюсь своими связями… Я весь такой важный из древнего рода». Тьфу. Она уже лежала в своей постели и думала не о Себастьяне и том жаре, который она испытывала, когда была рядом с ним, а об Оминисе. Он был слеп с рождения, бледная кожа, осанка аристократа. Он всегда был тихим компаньоном, остававшимся в тени. И такая внезапная вспышка гнева. Ей действительно стало страшно. Когда она столкнулась с ним, она почувствовала себя маленькой девочкой, которую хочет наказать строгий учитель. Ночью ей снились странные сны: в них она будто ничего не видела, но только чувствовала… Не успев хорошенько запомнить, открыв глаза, она увидела Сову и, как сразу догадалась, с письмом от Себастьяна. «Поехали со мной на каникулах навестить мою сестру?»