Почему бы и нет...

— Нам нужно поговорить. Ты один? — высокий статный парень проскользнул в дверь мимо Ремнева. — Да, — промямлил в ответ. — Я тоже тут с духом собираюсь… — Как долго ты собираешься, вести себя как законченная сука? — последовал резкий вопрос. — Что? — Алексей поднял растерянный взгляд. — Я спрашиваю, — с нажимом, — ты долго собираешь вмешиваться в мою жизнь? От неожиданности и грубости перехватило дыхание. — Что ты, блять, лезешь ко мне со своими советами и охуенными замечаниями! Твое невъебенное зашкаливающее желание облагоденствовать меня — раздражает! Бесишь ты со своими «тревогами и волнениями»! — … прости… — Что?! Я не расслышал! — Прости. — Куда мне засунуть твое «прости»? — Просто я считаю, что ты заслуживаешь искренних отношений. Пусть это буду и не я, а кто-то другой. Но ты имеешь право на честные и взаимные чувства, а не то, как сейчас тебя используют. — А в голову не пришло, что я тоже использую их? Если у нас с тестем все сложится, то у меня неплохой карьерный рост будет. Возможно, стану не последним человеком в этом городе. И никаких сомнительных приятелей у меня быть не должно. Ясно? Его зажали в угол. Желание убежать и вдохнуть полной грудью зашкаливало. От нехватки кислорода начала болеть голова. Но на пути стоял посетитель и обойти его возможности не было. — Я может тебе сейчас неприятную вещь скажу, но ты уж постарайся принять ее, как следует взрослому человеку. Я никогда не рассматривал и не мог предположить «нас». Никаких совместных и долгосрочных «проектов», — пальцы показали скобки, пренебрежительно выделяя слово, которым характеризовались отношения, длившиеся несколько лет. — Или ты считаешь, что я до хуя времени должен тратить на обсасывание твоей никчемной жизни? И вообще, не хотел бы ты заняться собой? Своими проблемами? И в чужие не лезть? Из всего вышесказанного именно «никчемной» резануло по расшатанным нервам. «Больно. Так много хочется сказать. Не смогу. Как же объяснить?» Ощущение, что слова порвут гортань. — Неужели ты думаешь, что твое унылое существование должно занимать хоть какое-то место в моих мыслях? Горло сдавило невидимым обручем. Глаза бегали по сторонам в надежде найти менее болезненный выход из сложившегося положения. Ремнев увидел свое отражение в зеркале. Он выглядел жалким, брошенным, серым, под цвет сумрачного освещения в коридоре. Попытка улыбнуться и перевести все в злую шутку только разозлила пришедшего. — Вот опять ты только и делаешь, что лыбишься. Что смешного? Чего молчишь? Какие выводы будем делать? Стоишь тут предо мной весь такой несчастный. Жертву изображаешь? — Я уезжаю. — Отлично! Хоть какое-то разумное предложение с твоей стороны! Неожиданный гость резко развернулся к выходу, но тормознул в дверях и через плечо не оборачиваясь, спросил. — Когда и куда? — Через неделю. К маме. — Прощай, — он захлопнул дверь, так и не посмотрев на Ремнева. «Ну почему именно сегодня?! Как же давно я не вспоминал об этом! А тут со всеми подробностями». Ремнев прокручивал в голове ночное видение, стараясь не расстраиваться, подходя к отделению банка, в котором планировалось оформление ипотеки покупателей. В городок, где ему нужно было продать дедовскую недвижимость, он приехал поздно ночью. Ввалился в пустой дом к отцу. Перекусил, что нашел, помылся и упал на диван в гостиной. Усталость взяла свое, он отключился, но спал мало. Нервное состояние не давало расслабиться, а тут еще и сны дурные. На крыльце банка стояли пятеро человек. Трое из них что-то активно обсуждали. Двое других спокойно курили в сторонке. Он набрал номер покупателя и посмотрел на мужчин, чтобы выяснить, который из них ответит на звонок. Высокий мужчина, разговаривавший с двумя молодыми людьми, потянулся в карман куртки и достал телефон. — Это я. Алексей, — позвал Ремнев, выключая вызов. — Очень приятно, — ответил мужчина, подойдя ближе и протягивая руку для знакомства. — Борис Игоревич. — Как наши дела? — Не очень. — В смысле? — не понял Алексей. — Наша заявка еще не одобрена. У парня сердце ухнуло вниз. — Подождите, как «не одобрена»? Вы же сами мне сказали, что все к двадцатому будет готово. Разве нет? — Вот это я и пытаюсь выяснить. К ним подошел один из молодых людей, с которыми он только что разговаривал. — Это начальник ипотечного кредитования, — представил его покупатель. — Мой бывший ученик, — самодовольно добавил от себя. — У нас произошло недоразумение, — пояснил начальник. — Я был на курсах. А девушка, которая меня замещала, вовремя не отправила заявку на подтверждение. Поэтому она зависла, как ненужная. — Так в чем дело? — Ремнев перешел на «рабочий лад». — Сейчас десять утра. Времени до вечера еще достаточно. Давайте решать проблему. Весь рабочий день впереди. Позвоните кому-нибудь, чтобы заявку рассмотрели в первых рядах. — Да, но… — промямлил молодой мужчина. — Все не так просто. Мы сейчас находимся в состоянии реорганизации. И люди, которые занимаются подтверждением, для нас совершенно недоступны. Возможно, все затянется до понедельника. И тогда еще не факт, что за день все можно будет провернуть. — Это абсолютно исключено, — категорично заявил Ремнев. — Я сорвался с работы. Своим отсутствием подвожу людей. Меня заверили, что все будет подтверждено в пятницу. У меня билеты на обратную дорогу на сегодняшний вечер. А вы знаете, как сложно отсюда билеты достать? — Со своей стороны могу заверить, что все будет сделано. Просто кое-кто, — он выразительно посмотрел на Бориса Игоревича, который с равнодушным видом стоял рядом и слушал их диалог, будто это его не касается, — не побеспокоился и загодя не позвонил, чтобы полностью удостовериться. Ремнев перевел тяжелый взгляд на покупателя. — Вы же мне сами позвонили и сказали, что двадцатого все будет готово. — Заявка должна была быть готова еще шестнадцатого. Ты же сам говорил, — спокойно ответил он, обращаясь к бывшему воспитаннику. — Я еще четыре дня накинул, на всякие форс-мажоры. — Я так понимаю, виноватых нет, — Ремнев устало потер переносицу. — Так давайте сделаем все, что возможно в данной ситуации. Вы, — он посмотрел на молодого начальника, — будете проталкивать заявку, а вы, Борис Игоревич, будете держать меня в курсе. Какой у нас крайний срок? — Часов до двух-трех, — ответил банкир. — Хорошо. Я на связи. В городе. Они разошлись каждый в свою сторону. «В рот мне ноги! — ругался Алексей. — Не зря мне этот дурной сон приснился». Придя домой, взял ключи и пошел в дедовский дом, который еще оставался его собственностью. Время тянулось бесконечно медленно и болезненно. Он обошел свои родные пенаты, пособирал в саду ягоды, заглянул поболтать к соседям. В голове крутилась только одна мысль: «Нет ничего хуже, чем ждать и догонять». «Или трезвому на пьяного смотреть, добавил бы Коваленко», — с грустью вспомнил о своем приятеле Ремнев. Первые сдвиги произошли в начале третьего. Позвонили из филиала банка, который находился в другом конце страны, с вопросами о продаже. Пообщавшись с девушкой, которая клятвенно пообещала сделать все, что возможно с ее стороны, немного успокоился. В четвертом часу объявился покупатель с замечательной новостью, что в головном офисе их заявка появилась и через полчаса будет подтверждена. — Так что? Можно опять к банку двигать? — обрадовался перспективе парень. — Я заеду к шестнадцати и поедем вместе. Борис Игоревич в этот раз не подвел и был пунктуален. Когда Ремнев запрыгнул к нему в машину, тот разговаривал по телефону. — Вот, — протянул он телефон, — это начальник кредитования. — Алло, — чувствуя неприятный холодок под ребрами, ответил Алексей. — Заявка поступила. Но мы все равно ничего не сможем сделать. — Почему? — ФРС сегодня работает до полтретьего. — ФРС? — Федеральная регистрационная служба. Без нее сделку не провести. — Давайте я подпишу все, что нужно и поеду, — «хватаясь за соломинку» предложил он. — Нельзя. Там нужно ваше личное присутствие. Даже доверенность здесь не подойдет. — И что вы предлагаете? — Остаться до понедельника, а лучше до вторника. Или приехать на следующей неделе — к четвергу точно все будет готово. — Это не вариант, — Ремнев скрипнул зубами. — Хорошо. Я все понял. Созваниваюсь с работой и отпрашиваюсь еще на три дня. Давайте постараемся все сделать в понедельник. Он вернул телефон владельцу и уставился невидящим взглядом в автомобильную панель перед собой. — Нужно билет поменять и дождаться поезда, на котором я должен был уехать, — вздохнул. — Вы не представляете, как подвели меня… — Могу отвезти к вокзалу, — предложил помощь покупатель. — Это было бы неплохо. С работой договорился быстро, а вот чтобы передать ключи хозяину квартиры, нужно дождаться прибытия поезда, который пройдет через их станцию. — Степ, — Алексей позвонил ему в самую последнюю очередь, — у меня тут накладки. Как чувствовал! — Что ты там сопли жуешь? Рассказывай, — услышал в ответ. Он коротко обрисовал ситуацию и с грустью стал ждать вывод Коваленко. — Я понял. Ты к поезду-то подойдешь? — Конечно подойду. Ты же домой не попадешь… Вокзал находился в семидесяти километрах от их города. Всю дорогу Борис Игоревич развлекал его рассказами, но не из-за того, что чувствовал себя в чем-то виноватым, а потому что по природе своей молчать не умел. Ремнев сидел и равнодушно смотрел, как мимо мелькают леса и деревни. — Все что не делается, все к лучшему, — попытался он подбодрить парня. — Поэтому я сижу и ничего не делаю, — съязвил Ремнев в ответ. Больше всего его расстраивало, что он не сможет поехать с Коваленко. Сдав старый билет и купив новый, Ремнев остался на вокзале ждать, когда приедет Степан. Подойдя к вагону и задрав голову вверх, чтобы разглядеть приятеля, неожиданно получил в руки объемный и тяжелый переносной холодильник. — Что это? — Сало, — невозмутимо ответил Коваленко, спускаясь со ступенек и держа в руках чемодан. — Сало? — переспросил парень. — Сало. — Сало, — заворожено повторил Алексей. — Ты же сам просил из Украины привезти. — Просил, — все еще «притормаживая», кивнул Ремнев. — А разве ты ехать дальше не собираешься? — пролепетал, еле поспевая за быстро шагающим по перрону мужчиной. — Собираюсь. Но сначала хочу воспользоваться услугой РЖД. — Какой? — Бесплатно задержаться на станции в пути следования на три дня. — Правда, что ли? — не поверил ему встречающий. — Ты не рад меня видеть? — вопросом на вопрос ответил Степан. Он резко остановился и прищурившись посмотрел на своего квартиросъемщика. — О-очень рад, — начал тот заикаться, — но так разве можно? — Можно. Правила почитай. Ну? Где тут такси? Куда едем?