Визит к Зверю

Что-то было не так. Он почему-то не умер. Не пошёл вслед за Эгмонтом в Лабиринт, а проснулся на мягкой кровати. Впрочем, такое уже бывало… Сейчас сядет солнце. Потом будет длинная ночь. А как только рассветёт, его снова потащат… Но ночь прошла, а он так и остался в кровати. Потом снова пришёл лекарь. С другим голосом и другими руками… И почему-то нет мешка на голове. Но открывать глаза нет сил. Слишком яркий свет… Чьи-то заботливые руки подняли его голову и начали кормить. Нормальной едой, а не помоями, не дающими помереть с голоду… Потом он снова погрузился в сон. Пробуждение не принесло ничего нового. Да… И такое уже было. Правда всего один раз. Давным давно. Его тогда тоже перестали пытать. Подлечили, чтобы был в сознании. Раздели и привязали к закрепленному стулу. Оставили в камере одного. А потом пришёл король. Фердинанд сам стащил с него мешок и за волосы вздёрнул лицом вверх. Долго смотрел в упор. Пристально изучал его тело. Каждый шрам, каждую рану, каждый ожог. А он смог только закрыть глаза… Не стал ни о чём просить… Даже взглядом. Он не стал кричать или плакать. И король нахлобучил на него мешок обратно. Вышел, раздражённо кинув на прощание кому-то: «Продолжайте!» И они продолжили… Сейчас будет то же самое? Фердинанд опять придёт полюбоваться на свою жертву? А что сделает он? Готов ли он унижаться, чтобы вымолить себе смерть? Нет… Только не это… Только не он… Он ещё жив… И он никогда не сдастся… Никому… Никогда… Пока жив… Только спать хочется…

***

Вот уже несколько дней подряд Ричард пропадал в Багерлее. Он сидел в кабинете коменданта, обложившись учетными книгами, и часами читал обвинительные заключения, записи допросов, приговоры… Из каждой бумаги кричала чья-то боль, чья-то судьба, чья-то жизнь и смерть. Чтобы не сойти с ума, Ричард решил пока откладывать в сторону дела об убийствах, грабежах и насилии. Но только, если это касалось простых людей. Если в руки Дика попадало дело эория, он старался вникнуть во все детали, в чём бы ни заключалось обвинение. Он слишком хорошо знал, как легко можно стать убийцей… И как трудно бывает объяснить, почему на это пошёл… В перерывах между чтением дел он ходил к Ворону. Нужно было лично контролировать, что с ним сейчас происходит. Куда перевели, как кормят, как лечат… Дик постарался выкинуть из головы всё личное и относиться к Алве просто как к необходимому анаксу пленнику, которого нужно было поставить на ноги в кратчайшие сроки. Альдо, когда узнал, что первый маршал Талига не за тридевять земель во главе целой армии, а находится в его руках, был этим очень удивлён и обрадован. Принц хотел сразу же ехать в Багерлее, но Ричард отговорил, дав понять, что Алва пока чаще всего находится без сознания и не сможет ничего сказать. Тогда Альдо дал ему неделю на восстановление пленника. — Прости, больше не могу. — На этот раз принц не улыбался. — Времени нет совсем. Я должен знать, на чьей он будет стороне. Излом всё ближе. Хотя, сложно представить себе, что Ворон продолжит хранить верность Олларам. После всего того, о чём ты рассказал мне — он должен сам просить меня о присяге…

***

Через несколько дней Алва окончательно пришёл в себя и начал пытаться разбираться, что же в конце концов тут происходит. Из разговоров лекарей и служителей он понял, что его действительно готовят к разговору с королём. Но при этом не поминали Фердинанда, а называли будущего визитёра «анаксом». Плюс ещё каждый день приходил Окделл. «Видимо, это его я в бреду принял в тот раз за Эгмонта. Ричард ведёт себя по-хозяйски. Тюремные работники его побаиваются и назвают супремом. Это совсем непонятно. Неужели за то время, что я провёл в крепости, Альдо Ракан смог захватить власть и теперь раздаёт своим сподвижникам должности направо и налево? Если это действительно так, то чего ждать мне? От Ракана? От Окделла? И жив ли ещё Фердинанд? Это пожалуй — главный вопрос, от которого зависит всё остальное. Если Оллар ещё жив, я никогда не буду свободен, даже если меня сейчас выпустят из крепости. Я не смогу даже говорить! А вот если Фердинанда больше нет — это всё меняет. И тогда нужно будет вести уже свою игру. Я — герцог Алва. Первый претендент на престол, если Олларов не останется. И Альдо об этом скорее всего знает… Но пока что нужно затаиться и собрать побольше информации. Если действительно придёт Ракан — ничего не отвечать. Благо, всё это можно пока что списать на последствия пыток. А дальше — будет видно».