Визит к Зверю

Уже неделю спустя, полностью восстановившийся Алва ехал во дворец. Город за окнами кареты потихоньку оживал после всех потрясений. Через одну были открыты таверны. Лавочники уже бесстрашно выставляли свой товар. Даже редкие в это время года цветочницы предлагали прохожим свои букетики из хвои и сухоцветов, перевязанные белыми лентами. Столица приняла нового правителя и готовилась к зиме. Рокэ отодвинулся от окна и прикрыл глаза руками. Его опять начали мучить головные боли. Сразу после того, как он присягнул Ракану. А потом добавились ещё и постоянные ночные кошмары. Только теперь они не касались лично его и не были про пытки и Багерлее. Ему снились люди. Обычные люди, живущие обычной жизнью. Те, кого он столько лет защищал от разных бед. Те, кто провожал его на войну и встречал потом с цветами… Вот эти самые люди сходили с ума. Кидались друг на друга как бешеные звери. А города затапливал ядовитый зелёный туман, несущий с собой это безумие. Всё больше и больше, не обращая внимания ни на какие границы. Пока в нём не пропадала вся Кэртиана. Рокэ с криками просыпался каждую ночь и слышал за стеной такие же. Ричарда мучали похожие видения. Карета остановилась. Вот и дворец. Как давно Ворон здесь не был. Но обстановка изменилась мало. Разве что исчезли чёрные ткани из оформления залов, оставив только белые полотнища. Да статуя Победителя дракона. Остальное всё было на своих местах. Алва шёл в привычной ему манере: быстро, ни на кого не глядя, положив руку в тонкой чёрной перчатке на возвращенную ему из Багерлее шпагу. Редкие придворные шарахались от него и прижимались к стенам, замирая в поклонах. Ворон и раньше-то внушал всем суеверный ужас. А сейчас — появившись ниоткуда, своим нечеловечески бледным лицом и чёрным костюмом вовсе напоминал выходца. Вот и тронный зал. Дежурные гвардейцы стукнули об пол тяжелыми алебардами и доложили о его прибытии. Дождавшись приглашения, Алва прошёл внутрь. Все уже были в сборе. Альдо сидел не на троне, а в одном из поставленных в круг пяти кресел. Увидев входящего Ворона, принц с лёгкой улыбкой указал ему кивком головы на свободное место. Алва замер на месте в лёгком поклоне: — Ваше высочество! Приветствую! Прошу прощения, если прибыл слишком поздно и заставил вас себя ждать. Господа, рад вас всех видеть. — Что вы, герцог! Прошу, присаживайтесь. Это мы собрались раньше времени. Видите — теперь заседания проходят именно так. Практически на равных. Судьба Талигойи — дело не только Ракана, но и Повелителей. Теперь в руках нашего Совета находится вся верховная власть государства. После того как Ворон устроился в кресле, он быстро, но внимательно оглядел присутствующих. Если Окделла Алва видел практически каждый день вот уже наверное месяц, то Придда и Эпинэ не встречал очень давно. Робер стал ещё угрюмее и, казалось, постарел на несколько лет. Тёмные круги под глазами и желтоватый цвет лица выдавали у него хроническую нехватку сна и отдыха. Как Алва уже успел узнать, бессменный комендант столицы спас город от голода и беспорядков после смены власти, но сам был уже на грани. Большие глубокие карие глаза Иноходца смотрели устало, между бровями и на лбу появились новые морщины. В густых кудрях Робера к оставшейся на память об их последней с Вороном встрече седой пряди добавились новые серебряные нити. Валентина Алва раньше видел только мельком и особо не знал. Он привык иметь дело с его отцом — бессменным супремом, одним из столпов Людей Чести — Вальтером Приддом. Но последние события во дворце, начатые ещё Дораком, изменили расклад сил. От всего когда-то многочисленного семейства Повелителей Волн остались только трое мальчишек и их сёстры. Старший из них — ровесник Ричарда — и сидел сейчас напротив Алвы. Худой, бледный, с идеально прямой спиной и сжатыми в линию тонкими губами. «Да уж… Повезло Талигойе с Советом… Два уставших жить ветерана, два зелёных юнца и принц-идеалист на троне…» — Итак, господа. — Альдо хлопнул себя по коленям и внимательно посмотрел на всех собравшихся. — С чего начнём? У кого какие соображения?