Затаив дыхание

      Зима отступала. Солнце стало появляться чаще, холода уходили, а настроение от вида просыпающейся природы значительно поднималось. Да и вообще впервые начало казаться, что жизнь налаживается, хотя всё ещё было много забот. Оставалось последнее испытание Хранителей, которое должно было окончательно раскрыть то, что произошло с Исидорой, портрет которой так и не ожил.       Собранный нами с Себастьяном триптих дал новое воспоминание, которое буквально взбудоражило сознание Сэллоу возможностями по лечению Анны. Ему казалось, что это ключ к исцелению, и мне стоит узнать всё, что только можно про мои способности. Я же увидела лишь то, что даже Исидора плохо представляла, что происходит и, что она потом будет делать со всей этой магией, кроме как бесконечно её где-то собирать. А вновь возвращаясь к её пустому портрету становилось понятно, что ничем хорошим её деятельность не закончилась. Я не хотела давать Себастьяну бессмысленных обещаний, но все равно сказала, что попробую разузнать про возможности Древней магии. Тем более, что за прошедшее время парень слишком сильно погрузился в изучение реликвии и хоть какой-то способ оторвать его от данной темы казался предпочтительнее. Никто же не требовал прям сейчас лететь к Анне, чем я и пользовалась.       Казалось бы, тогда по какой причине жизнь начинала налаживаться, если все было точно так же, как и обычно? Сейчас на фоне привычной рутины было кое-что светлое. Теперь у меня был Оминис, как бы странно это не звучало. Со стороны казалось, что у нас ничего не изменилось, но я чувствовала, что сейчас всё было по-другому. У нас словно была маленькая тайна, которая скрывалась в легких соприкосновениях рук, пока мы идем по коридорам школы, едва заметных улыбках на занятиях и глубоких вечерах в безлюдной гостиной факультета.       Во сколько бы я не возвращалась с очередной вылазки, я знала, что мы встретимся в гостиной. На том диванчике, который не видно со входа и на котором можно удобно устроиться вдвоем, и говорить о многом. Мне хотелось рассказывать всё. Про то, как мы вернули яйцо дракону с Поппи, как собирали доказательства с Натсай в Хогсмиде. Историю, как я искала акромантула в лесу, а в другой раз спасала единорога. Порой мне казалось, что я специально ищу себе приключения, чтобы провести еще один замечательный вечер тихого шепота и аккуратных прикосновений. Находясь вдвоем, можно было позволить себе сесть поближе переплести свои пальцы с всегда прохладными пальцами Оминиса, положив голову ему на плечо. И много говорить. Или молчать. В его присутствии всё приносило удовольствие. Мне нравилось слушать его редкие истории о школе, о былых приключения с Себастьяном и Анной. Было в этом что-то заветное, чем он делился словно своими сокровищами.       О своих семьях мы не говорили. Совсем. Никто не накладывал на эту тему табу, но интуитивно каждый понимал, что поднимать её он сам первый не будет. Личных историй пока нам хватало с лихвой.       Тем не менее сколько бы я ни пряталась от самой себя, но семейные вопросы оставались висеть словно Дамоклов меч. В первых днях весны я нашла в себе силы, чтобы закрыть одну из них. Неделями письмо отца, а точнее последняя фраза из него, не давала покоя. Я пряталась, откладывала в долгий ящик и вот наконец собралась.       В одни из выходных я выбралась в Хогсмид вместе с однокурсниками. Переступив порог деревушки, я поняла, что вся накопленная решимость вновь куда-то улетучилась. На мгновение я даже остановилась, создавая затор в потоке идущих студентов.       - Что случилось? - спросил шедший рядом Оминис, выводя из состояния начинающейся паники.       - Все нормально, я просто задумалась, - наконец сделала я следующий шаг, взглядом извиняясь перед людьми, которые из-за меня друг в друга врезались, - ты за ингредиентами? - парень утвердительно кивнул, - пойду с тобой, - и я действительно пошла за ингредиентами, которые мне не были нужны.        А потом пошла в «Круголетку», где умудрилась встретить Имельду, застряв в споре о лучших характеристиках для гоночной метлы. По выходу из спортивного магазина меня перехватила Поппи, утягивая в «Клюв и хохолок» посмотреть на новых питомцев магазина. С Поппи же мы оказались в «Трех метлах», каким-то невероятным образом попав в компанию ребят с Гриффиндора. Уизли все никак не мог простить мне зимнее купание в снегу из-за чего получил обещание, что в случае чего он ещё и в озере искупается. Натсай в кои-то веки не поднимала тему своих расследований, а стойко заказывала новые партии сливочного пива. Я не забыла зачем сегодня шла в Хогсмид, но продолжала оправдывать себя тем, что как только освобожусь, то сразу пойду в нужное место.       Ближе к вечеру ребята наконец засобирались обратно в Хогвартс. Веселая компания пятикурсников не заметила потери бойца в моем лице и дружной и шумной гурьбой направилась в школу. Я тоскливо посмотрела им вслед, понимая, что теперь оправданий у меня уже нет. Неуверенным шагом я направилась в сторону «Тимофиллы и поганки», наблюдая с какой скоростью Хогсмид пустеет относительно дневной заполненности.       - Добрый вечер, мисс Крауч! Вы за своим заказом? - пожилая продавщица Беатриса Зелень была как всегда вежлива и учтива. Я кисло кивнула, наблюдая как волшебница скрывается где-то в служебном помещении, - ну и задачку Вы мне предложили. Достать эти цветы в такое время года - просто нереально, - выходя с объемным букетом цветов, произнесла продавщица , - пришлось быть очень убедительной, - хитро подмигнула она мне, видимо намекая, что достала их каким-то очень изощренным способом, - у Вас все было оплачено. Вам их как то красиво упаковать?       - Нет, ленты достаточно, - забирая букет, произнесла я, отмечая какие отменные белые георгины мне удалось получить. Я слышала, что они цветут только летом, - всего доброго! - проговорила я, покидая уютный магазин. Теперь пути назад уже не было.       Кладбище Хогсмида встретило меня тишиной и спокойствием. Здесь всегда было мало народу, а уж вечером тем более. Миновав лестницу и заприметив незаметную тропинку в правую сторону, я запинающейся походкой прошла мимо нескольких разношерстных могил. Даже с совами какая-то была. Но мне нужна была только одна. Та, которая уже стояла передо мной.       Плита была красивой. Было очевидно, что на нее не поскупились ни на кнат. Все вокруг было идеально вычищено. Даже остатки снега лежали настолько аккуратно, словно это была специальная белоснежная подушка, уложенная для гарантированного покоя усопшего. В камне невероятно красиво было высечено «Далия М.» и годы жизни, ничтожно маленькие для волшебницы. Я аккуратно поставила букет в специальное свободное место для цветов и неловко оглянулась. У одного из близких надгробий стояла небольшая скамейка, и я решила, что если одолжу её на некоторое время, то покойный не будет слишком на меня зол.       - Здравствуй, матушка, - садясь на притянутый предмет произнесла я, зябко поежившись. И дело было вовсе не в холодной скамье, - прости, что долго не приходила. Хотела оказаться здесь с твоими любимыми цветами. Я помню, что тебе они очень нравились. Никаких роз! - строгим тоном, произнесла я, как это говорила мама в свое время, - благородная леди не допустит к себе вульгарных цветов, - с губ сорвался нервный смешок, а ком в горле как будто увеличился в разы, принося практически физическую боль, - это конечно не семейный склеп Малфоев и даже не Краучей, но отец сделал все так, как ты хотела. Да и ты никогда не желала оказаться в каком-нибудь богом забытом месте. Я учусь совсем рядом, потом буду чаще заходить, - мне казалось, что в этот момент я бесстыдно вру даже самой себе, - а так у меня все хорошо. Поступила на Слизерин, догоняю школьную программу, - я нервно потеребила факультетский шарф, словно пытаясь показать его получше, - я же теперь Рени Крауч. Должна поддерживать честь своего Рода, - взгляд, направленный на неподвижный мрамор, начал становиться все более нечетким, - ещё много всего происходит, но я очень стараюсь. Стараюсь хорошо питаться и прилежно учиться, помогать людям, стараюсь найти много хороших приятелей, стараюсь, чтобы тебе за меня не было стыдно, - по щеке скатилась горячая, на фоне замерзшей кожи, слеза, - ну вот, все-таки будет стыдно. Ты всегда учила, что леди не должна лить слезы как деревенская пастушка над своей коровой, - я совершенно не аристократично смахнула слезы рукавом и громко всхлипнула, - я никогда тебе не говорила, что ты самый дорогой человек в моей жизни, да и ты бы вновь не одобрила. Я искренне сожалею, что если бы не я, то твоя жизнь сложилась бы совершенно по-другому. Возможно, ты бы сейчас была жива, блистала на приемах и балах, а не лежала здесь. Даже твоей фамилии здесь нет, - глубокий вдох мне совсем не помог, и я закрыв лицо руками и согнувшись к своим ногам, дала волю слезам, которые копились весь этот год с момента смерти мамы.       Пульсирующая внутри боль давила на легкие и сердце. Все те чувства, которые так успешно отодвигались на второй план, пока я отвлекала себя на что угодно, кроме понимания своей утраты, в один момент разорвались, словно петарда. Мамы уже нет целый год, даже больше. Всё это время я делала вид, что она просто отпустила меня погулять, а сама где-то живет себе дальше. Эта была такая приятная, мягкая ложь. Почему она не могла бы длиться вечно?       Я не заметила, как кто-то невероятно тихо и незаметно сел на другой край скамейки. Не заметила, как он пододвинулся ближе. Не заметила, когда этот кто-то аккуратно провел сначала по волосам, потом и вдоль согнутой спины.       - Рени… - только собственное имя смогло пробиться через пелену и обратило внимание на такой знакомый силуэт рядом.       - Что ты тут делаешь? - сипло спросила я, глотая воздух, словно рыба, выброшенная на берег. Меньше всего на свете мне сейчас хотелось, чтобы кто-то видел меня в таком состоянии. И слышал, - почему ты не вернулся в Хогвартс?       - Ты с самого утра вела себя странно… А потом весь день кружилась по Хогсмиду словно пикси, - аккуратно и медленно проговаривал Оминис каждое слово. Я в ответ всхлипнула, чувствуя невероятный стыд за свое поведение, - я просто беспокоился за тебя, - эта фраза невероятно приятно отозвалась во мне, разливаясь теплым и сладким сиропом в душе.       - Много ты слышал? - начиная успокаиваться, тихо спросила я, продолжая бессмысленно смотреть на могильную плиту. Появление Оминиса подействовало отрезвляюще.       - Практически всё,- помедлив пару мгновений, честно ответил юноша.       - Я не хотела, чтобы кто-то видел меня такой, - честно ответила я, вытирая мокрое лицо жесткой тканью мантии.       - Я могу уйти…       - Не надо, - я знаю, что он не хотел уходить, но очень ценила его жест, - хорошо, что ты рядом, - повторила я его фразу, сказанную когда-то в крипте. На лице парня расцвела легкая улыбка, такая мягкая и теплая.       - Я могу…? - я согласилась, наблюдая как Оминис мимолетно проводит палочкой над текстом, считывая его одному ему известным способом, - почему фамилия написана так?       - Отец побоялся, что Малфои будут очень оскорблены, если кто-то увидит, что их родственник похоронен в Хогсмиде, - и был невероятно прав в своих суждениях.       - Почему не Крауч? - аккуратно спросил Оминис, очевидно боясь задеть какую-то больную тему.       - Они не состояли в браке, - закусывая губу произнесла я, чувствуя, что могу сейчас снова заплакать, - это долгая история. Не здесь… - Оминис словно почувствовал мои эмоции, нежно взяв за руку. Даже привычно прохладные руки Мракса сейчас казались невероятно теплыми. Видимо я успела хорошо замерзнуть и совсем не заметила этого, - дай мне пару мгновений, - прошептала я, разрывая тактильный контакт.       Проследив как Оминис тактично отошел на пару шагов в сторону, я тихо прошептала той, кто просто обязан был меня сейчас услышать: «Люблю тебя». Наклонившись к плите и аккуратно коснувшись её губами, я почувствовала как ледяной мрамор обжог лицо, заставляя все тело покрыться мурашками. Почему-то это чувство окончательно отрезвило разум и принесло облегчение. Представляю как негодует матушка, видя как я себя безобразно веду. Совершенно неблагопристойно.       - Ты не замерз? - я подошла к парню, который все это время стоял практически бесшумно, - мы можем уходить. Я закончила.       - Немного, - зябко поежившись, ответил Мракс,- у тебя все хорошо? - неожиданно спросил парень, смотря ровно в сторону недавно покинутой мной могилы.       - Да, теперь все хорошо, - уверенно проговорила я, вновь ловя руку Оминиса, переплетая его пальцы со своими благодарно целуя его куда-то в район скулы.       - А она… не будет против? - словно для самого себя спросил юноша, поворачиваясь в мою сторону.       - Оу, она была бы в ужасе, - смеясь произнесла я, сбивая серьезного парня с толку, - но разве это не показатель? - Оминис усмехнулся в ответ и потянул меня в сторону школы. Теперь точно пора было возвращаться. На улице начинало темнеть, но мне казалось, что только сейчас мир был светел, как никогда.

***

      В один из обычных вечеров мое рутинное возвращение в Хогвартс прервала внезапная сова с посланием. Мне нередко отправляют сообщения таким образом, но в такое время суток это очень настораживало. Увидев выведенное аккуратным почерком Оминиса просьбу-требование сейчас же явиться к катакомбам, из которых Себастьян вынес реликвию, сразу появилось нехорошее предчувствие.       Прибыв на место в кратчайшие сроки я застала крайне взволнованных Оминиса и Анну. Девушка причитала, Оминис её успокаивал, а я уже скрывала крайнюю степень раздражения. Я пока плохо понимала, что случилось на этот раз, но то, с какой интонацией Анна отзывалась о попытках Себастьяна любым способом спасти её, даже положив на алтарь этого всю деревню, меня крайне злило. Легко быть хорошим за чужой счет.       - Я получила от тебя сову. Где Себастьян? - наконец спросила я у Оминиса, наблюдая как Анна нетвердой походкой направляется прочь.       - В катакомбах. Честно говоря, я удивлен, что ты не с ним, - ядовито проговорил Оминис, затем взяв себя в руки, добавил спокойнее, - прости, я и сам виноват в том, что сейчас происходит. Я не остановил его, когда он забирал реликвию. Тогда это могло спасти нашу с Себастьяном дружбу, хоть и ненадолго, - с горечью проговорил Мракс, очевидно вспоминая как совсем недавно мы были в этих катакомбах впервые, - надо спасать Себастьяна. Я вернусь в катакомбы и найду его. Анна права - он в опасности, а с ним и вся деревня. Это место просто кишит инферналами.       - Какие ещё инферналы. О чем ты говоришь? - я вспоминала бессчетное количество человеческих останков, наводнявших катакомбы в первое посещение и с ужасом представляла, как это всё могло ожить.       - Увидишь, идем скорее, - тоном не позволяющим возражений проговорил Мракс и уверенно ступил в темноту подземелья. Я поудобнее перехватила палочку и направилась следом.       Что могу сказать? Оминис был прав. Привычных и безобидных, как теперь оказалось, пауков заменили мерзкие ожившие мертвецы, на которых не действовало ничего, кроме доброй порции огня. Надеюсь, что Себастьяну хорошенько икалось, пока я кидая очередное конфринго в скопление инфери, параллельно страховала Оминиса от внезапных выпадов со спины, хотя он отлично справлялся и без моей тщедушной помощи.       - Стой. Я так переживал за Себастьяна, что даже не понял - Анна отправилась за Соломоном! - неожиданно воскликнул Оминис, после зачистки одной из комнат катакомб, - увидев инферналов, она сперва подумала, что на Себастьяна напали. Но потом он показал ей реликвию и сказал, что научился ей пользоваться, - в голове промелькнуло, что Себастьян кромешный дурень.       - Получается, резьба на реликвии изображала инферналов? И Себастьян как-то их создал? - замечательную реликвию мы искали. Я чувствовала себя глупо, что не поняла куда все шло изначально. В отличии от Оминиса.       - Не совсем. Он их контролирует. Это мощная темная магия. Создать их невероятно сложно, но контролировать… - парень напряженно провел по волосам, стараясь привести мысли в порядок, - пока мы с Анной лихорадочно пытались забаррикадировать инферналов, чтобы они не сбежали, Себастьян всё бормотал о том, что вылечит Анну, - почему они не вдали по Сэллоу каким-нибудь парализующими уже в этот момент, если все было так очевидно - я не поняла, - когда она сказала, что не сможет остаться, я не понял, что она имела в виду, но теперь… - мне кажется я начинала понимать к чему шел этот рассказ, - Соломон грозился пойти к директору, если услышит, что Себастьян занимается темной магией, - Оминис начал нетерпеливо ходить туда-сюда, словно решая что же делать дальше.       - И что нам делать?       - Мне нужно в Хогвартс. Я должен первым увидеть профессора Блэка, чтобы представить историю по-другому. Пусть он думает, что это семейная ссора. Я вернусь, как только смогу, - торопливо проговорил парень и быстрым шагом направился к выходу. Я разочарованно вздохнула, представляя как буду сейчас пробираться дальше сама, - Рени, - я обернулась на свое имя и тут же была притянута Мраксом к нему. Парень едва уловимо, как я когда-то, оставил на моих губах мимолетный поцелуй, омраченный чувством безграничной тревоги, - попробуй немного образумить Себастьяна, - прошептал парень, а я лишь растерянно кивнув в ответ, снова наблюдала как он исчезает в глубине катакомб. Проведя языком по верхней губе, я поймала шальную мысль, что ради такого и на инфери идти не жалко.       Тем не менее пришлось пробиваться дальше самой. Казалось, что я буквально оставляла за собой выжженную землю, с кучами обугленных останков. Ощущения были самые неприятные. К моему величайшему счастью Себастьян нашелся через несколько комнат. В окружении нескольких мертвецов, смиренно ожидающих приказаний. Хотелось высказать Себастьяну всё, что я думаю о таких реликвиях и способах лечения, но мою тираду прервал появившийся словно смерч Соломон Сэллоу. В тот момент, когда он в одно движение уничтожил реликвию, мне показалось, что сейчас Себастьяну буквально сорвет крышу. И я была недалека от истины. Несколько слабых атак только разозлили старого мракоборца, возжигая в нем желание проучить неразумного племянника. Мало мне было инферналов, так к ним ещё присоединился старший Сэллоу, почему-то решивший обвинить во всех грехах ещё и меня.       Отбиваясь от его издевательских атак, я услышала достаточно про то, что именно я толкнула Себастьяна на кривую дорожку, что проклятая британская аристократия всегда была рассадником Темных искусств, и что мое место в Азкабане. Я всегда была вспыльчива, но после таких откровенных оскорблений было изощренным удовольствием им соответствовать, незаметно накидывая в бою на инферналов Империо и смотря, как мужчина от них отбивается.       - Её невозможно исцелить, Себастьян. Остановись! - кричал на своего племянника Соломон, отбиваясь от очередного летящего заклинания.       - Она не должна страдать. Авада Кедавра! - я безучастно наблюдала, как яркий зеленый луч попадает в грудь старого мракоборца, мгновенно обрывая его жизнь.       Мне почему-то было все равно. Может из-за того, что пару минут назад этот человек осыпал меня проклятиями. Не знаю. В тот же момент я наблюдала, как ударилась палочка Себастьяна о пол катакомб, что в установившейся тишине звучало словно гром среди ясного неба.       - Депульсо! - появившаяся Анна вложила все силы в это заклинание, буквально впечатывая несопротивляющегося Себастьяна в противоложную стену, - Инсендио! - инферналы вокруг неё сгорали словно в адском огне. У меня даже промелькнула мысль, что будь эта девушка здорова, я бы с удовольствием встретилась с ней в магической дуэли, но видимо этому не суждено будет случиться.       Наблюдая, как горит книга Салазара Слизерина, в душе зарождалась тоска об утерянных знаниях и возможностях. Было невыносимо от осознания как бессмысленно горели многолетние труды легендарного человека. Тем не менее, несмотря на свои мысли, я неотрывно наблюдала за движениями Анны, понимая, что именно в данную секунду решается судьба нескольких человек. Фраза «Ты сделал свой выбор» была триггером. Мне показалось, что это тот самый момент. Сейчас или уже никогда.       - Обливиэйт, - четко произнесла я, направив палочку на Анну. Девушка замерла на полуслове, начиная потерянно оглядываться по сторонам. Со стороны Себастьяна послышался испуганный вздох, - милая Анна, - медленно начала проговаривать я, присаживаясь рядом с девушкой и телом её дяди, - твой дядя был опытным мракоборцем, но зачем-то решил уничтожить артефакт голыми руками. Без соответствующей подготовки и снаряжения. Посмотри, - девушка послушно подняла взгляд и оглянулась, - этот артефакт оживлял мертвецов. В реликвии было столько энергии смерти, что высвободившись, она в момент убила твоего дядю, - весь гнев и злость Анны стерлись Обливиэйтом, оставляя только пустую тоску и горечь. Я видела, как слезы медленно стекают по её осунувшемуся лицу, но не чувствовала угрызений совести. Я взяла несопротивляющуюся девушку за руку и успокаивающе погладила, - Анна, всё будет хорошо. У тебя есть замечательный брат. Да, он совершил глупость, решив вообще найти эту реликвию. Но он это делал ради тебя. Не держи на него зла, он искренне тебя любит, - Анна всхлипнула громче. Несколько теплых слезинок упали на наши руки. У меня к горлу тоже подкатил комок, но уверенность в правильности своих действий придавала сил, - забирай дядю и отправляйся домой, - наконец произнесла я, справившись с нахлынувшими эмоциями, - Себастьян тоже скоро догонит тебя. В такие времена надо держаться вместе, - Сэллоу обреченно кивнула и бросив взгляд на брата, исчезла в завихрениях аппарации. Я видела, что это уже был взгляд наполненный не ненавистью, как до моего вмешательства, а скорее потерянности и грусти. Анна нуждалась в брате сейчас как никогда. Я всё сделала правильно.       - Что ты сделала?! - наконец произнес Себастьян, буквально срываясь со своего места, - это же моя сестра! - прорычал Сэллоу, в несколько широких шагов подходя ко мне.       Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться и… дала такую сильную пощечину, на которую была физически способна. С размахом, от души. Себастьян замер, потерянно смотря на меня, прикрывая рукой покрасневший участок лица.       - Сестра твоя? Ты серьезно? Ты только что у неё на глазах убил родного дядю! - шипела я на парня словно змея, вставая к нему буквально впритык.       - У меня не было выбора! - уже не так уверено проговорил парень, отводя взгляд в сторону.       - Выбор есть всегда, Себастьян. Ты умудрился выбрать самый мерзкий вариант, - я видела как на лице Сэллоу отражается всё о чем он думает одновременно, а губы начинают подрагивать.       - Я же делал всё, чтобы её спасти, - наконец смог произнести парень, все ещё пытаясь совладать со своими эмоциями.       - Я знаю. Поэтому предлагаю тебе два пути. В первом случае ты прямо сейчас отправляешься прямиком к сестре и делаешь всё, чтобы эта потеря не убила её окончательно, живя с чувством сожаления и раскаиваясь каждый день. Второй - ты не дергаешься и через пару минут выходишь такой же чистый и непорочный, по своему мнению, и также пытаешься скрасить жизнь своей сестре, - Себастьян с нескрываемым испугом посмотрел мне в глаза, стараясь видимо понять шучу я или нет. Я не шутила.       - Первое, - наконец уверенно ответил парень, теперь уже с некоторым вызовом отвечая на мой спокойный взгляд.       - Хороший выбор, в этот раз,- кивнула я сама себе. Заметив, что Себастьян дернулся в сторону выхода, я перехватила его за локоть, - Стой, я ещё не закончила. Ты когда-то сказал мне, что любишь когда друзья у тебя в долгу, - словила какое-то извращенное удовольствие от вновь поднимающейся в слизеринце панике, - я предпочитаю, чтобы долги мне начинали отдавать сразу. Научи меня этому заклинанию.       - Зачем тебе? - аккуратно произнес Сэллоу, видимо стараясь убедиться о правильном ли заклинании он подумал.       - Это не должно тебя волновать, - безразлично ответила я, поднимая руку с палочкой.       - Смотри за движениями, держи палочку ровно. Здесь очень важно намерение, - без лишних слов Себастьян начал медленно показывать движения, которыми буквально несколько минут назад убил своего родного человека. В этот момент рука его не дрогнула, ничего в нем не отзывалось на Аваду. Я уверенно изобразила в воздухе воображаемую линию заклинания, убедившись, что точно все заполнила.       - Спасибо. Теперь ноги в руки и к сестре. И ещё, Оминис не должен об этом узнать. Никто, но особенно он, - Себастьян уверенно кивнул и оставил меня одну в этих проклятых катакомбах.       Постояв ещё пару мгновений, окончательно собираясь с мыслями, я наконец медленно двинулась через подземелье к выходу. Никого на моем пути не попалось. Это место наконец было таким мертвым, каким и должно было быть.       Выйдя на свежий воздух, я наконец вдохнула полной грудью. На улице стояла глубокая ночь, но отсутствие облачности позволяло лунному свету в достаточной мере обеспечивать видимость. Я медленно побрела по дорожке куда глаза глядят, надеясь в какой-то момент набрести на точку с летучим порохом. В голове были мысли аккуратно наведаться в Фелдкрофт и проверить ситуацию, но я решила не вмешиваться. И так сегодня было сделано достаточно. Пусть дальше справляются сами. Надеюсь у Себастьяна хватит мозгов ничего не говорить Оминису. В ином случае то хрупкое нечто, которое между нами образовалось могло разбиться буквально на мелкие кусочки. Произошедшего он не простит ни мне, ни Себастьяну.       Из близ дорожных зарослей послышались шевеления и прочие странные звуки. Я превентивно кинула Конфринго, из-за чего на меня сразу же яростно кинулся какой-то очередной паук. Почему-то все пауки рядом с Хогвартсом были размером с собаку. Что же, это даже к лучшему. Себастьян говорил, что главное - намерение.       - Авада Кедавра, - без всяких сомнений зеленый луч полетел ровно в паука, мгновенно отправляя его в вечный сон. Я медленно подошла к лежащей тушке и слегка её пнула. Мертв. Так просто. Без всяких спецэффектов и нервов. Просто испустил последний вздох как Соломон Сэллоу. Мерлин, я ещё хуже Себастьяна.       В школу я вернулась на рассвете. Нет, я не бродила по округе и не раскидывалась Непростительными заклинаниями. Просто хотела, чтобы последствия ситуации в катакомбах пришли к какому-то логическому завершению. К своему счастью в крипте я застала только Оминиса.       - Рени? Я уже начал беспокоиться, - услышав мое приближение произнес Оминис, переставая бродить по крипте туда сюда, - прости, что оставил тебя в катакомбах. Я…       - Пожалуйста, не надо, - остановила я его начинающуюся речь, притягивая к себе за шею и крепко обнимая, - ты уже всё знаешь?       - Я был в Фелдкрофте, - я едва уловимо напряглась в ожидании бури, но по тому, как меня нежно обняли в ответ поняла, что он ничего не знает, - это ужасная трагедия. Я очень зол на Себастьяна.       - Он ошибся, - тихо произнесла я, зарываясь носом в шею Мракса, с удовольствием чувствуя как он вздрагивает от этого.       - Он слишком часто ошибается, - после недолго молчания ответил парень, - но Анна… она кажется не держит на него зла. Хватается за него, как за последнее спасение. Он сегодня остался с ней.       - Если им нужно как-то помочь…       - Не нужно, я позабочусь, - поняв о какой помощи я говорю, ответил Оминис слегка отстраняясь, - знаешь…в какой-то степени я почувствовал облегчение, - я вопросительно посмотрела на него, не сразу понимая, что мой взгляд он все равно не увидит, - больше всего я боялся, что Себастьян сделает это. Сам убьет своего дядю, - меня словно окатило ледяной водой после этой фразы. Она звучала до такой степени жутко и уверенно, словно он всё знал, но продолжал отыгрывать роль. - Что с тобой? Ты вся дрожишь, - меня действительно начало потряхивать. Видимо накопившееся за день напряжение искало выход. Было ощущение, что ещё чуть-чуть, и я сорвусь.       - Это так ужасно, Оминис, - прошептала я, скрывая странную зарождающуюся бурю чувств, - череда роковых случайностей привела к такой трагедии, - Мракс молча кивнул, ничего не добавляя.       - Пойдем в гостиную. Нам нужно отдохнуть, - Оминис аккуратно потянул меня в сторону выхода из подземелья. Я сначала поддалась, а потом поняла, что сначала мне нужно зайти в другое место.       - Я пойду чуть позже, - разрывая наши руки, произнесла я, делая шаг назад, - мне нужно подумать.       - Ты уверена? - я снова кивнула, а через мгновение снова поняла свою ошибку, ответив вслух утвердительно, - пожалуйста, дай себе тоже отдохнуть, - я благодарно прильнула к Мраксу, целуя его в уголок губ, наблюдая как только после этого, он наконец ушел из крипты. Выждав пару минут, я тоже покинула помещение.        Всю дорогу до Выручай-комнаты я держалась из последних сил. Только когда за мной захлопнулась дверь, и я упала на один из мягких диванов, то позволила себе залиться в истерическом смехе. Ситуация была настолько ужасна, насколько нелепа, что я задыхалась в новом приступе смеха, каждый раз, когда прокручивала произошедшее в катакомбах и последний разговор с Оминисом. Палочка в чехле по ощущениям горела огнем. Мне казалось, что прикоснись я к ней, и она выдаст все мои неприглядные тайны. Почему всё именно так? Почему жизнь такая тварь?       - Мисс Крауч сегодня в хорошем настроении? - где-то на заднем фоне радостно бормотал Деек.       - Да, день сегодня был выдающийся, - еле произнесла я, стирая выступившие слезы. Я бы сказала, что с более позитивным настроением идут на казнь. Хотя если подумать, пару маленьких, но уверенных шагов я к ней сделала.