Под ветвями сакуры: встреча двух ветров

Погода на землях Электро Архонта стояла действительно ужасная. Тёмно-серые тучи плотно закрыли собою небо, а из-за проливного дождя не было видно ничего дальше пяти шагов. Деревья пригибались под силой ветра, а по морю колыхались пенистые волны. – Не дайте ему уйти! – прозвучал грубый голос кого-то в военной форме, однако приказ этот утонул в раскате грянувшего грома. По мокрой и скользкой земле, приминая траву и цветы, нёсся самурай. Всего несколько дней назад он бы ни за что не стал так бездумно топтать невероятную красоту природы его родины, однако сейчас у него не оставалось выбора. Самурай не слышал ничего, кроме стука собственного сердца и своего частого дыхания, не видел ничего, кроме серой пелены дождя и дымки, и не чувствовал ничего, кроме пронизывающего насквозь холода и отчаяния. В голове лихорадочно крутилась одна единственная мысль: бежать. Неважно куда, главное бежать. Подальше отсюда, от этого города, от этих солдат, от всего этого кошмара, в который превратилась его жизнь в последние дни. Кажется, ещё никогда в жизни ему не доводилось испытывать такого страха. Он был настолько сильный, что даже притуплял боль в раненом левом плече и возможно только благодаря ему самурай ещё мог двигаться. Сейчас за ним бежали вооружённые до зубов солдаты армии Сёгуна, так что шансов на победу, тем более в такой ливень, у него не было. Совсем потеряв контроль над своим телом, самурай бежал – словно летел – не чувствуя усталости, ничего перед собой не видя и полагаясь лишь на собственные рефлексы. В какой-то момент что-то внутри заставило его оттолкнуться от земли – в следующее мгновение ронин спрыгнул с возвышенности, свободно падая вниз по водопаду. Перехватило дыхание, сердце сделало кульбит, тело провалилось в бездну, а контроль над телом внезапно вернулся – у самой земли он подпрыгнул в воздухе, крутанулся и довольно мягко приземлился, спасая свои ноги от жестокого перелома. Самурай кинулся в кусты прямо возле водопада и скривился от боли: неидеальное приземление отразилось ударной волной в голову. Когда звон немного поутих, самурай прислушался, и до его чуткого слуха, даже сквозь рёв водопада и ливня, донеслись голоса: – Этот псих что, с водопада спрыгнул?! – заверещал молодой голос. – Наверняка разбился, – ответил второй, постарше. – Он ранен, да и к тому же из-за ливня ни черта не видно: приземлиться без травм невозможно. Сейчас валяется внизу либо мёртвый, либо с переломанными ногами. – Закончили разговорчики! – прервал их грубый и властный голос. – Спускаемся. Нам дали чёткое указание – доставить его в город, неважно, живым или мёртвым. Подчинённые вздохнули, передёрнули плечами от холода и направились вниз по склону. Самурай, тем временем, до побеления костяшек сжимал свой Анемо Глаз Бога и благодарил ветер за помощь, стараясь хотя бы немного привести дыхание в норму. Всё тело словно горело, а сил уже совсем не осталось. Но почувствовав приближение врагов, самурай с трудом поднялся и вновь понёсся по побережью вперёд. Когда солдаты наконец спустились к подножию водопада, беглец был уже далеко. Он не увидел того удивления на их лицах и не услышал раздающихся проклятий в его сторону. Оставив всё позади, ронин укрылся в первых попавшихся руинах, уходящих глубоко под воду. Ржавые охранные механизмы, к его счастью, были совсем маленькими и слабыми, так что самурай даже с ужасным ранением в плече смог вывести их из строя. Прохромав чуть дальше, он вышел в просторную пещеру, где лежали похороненые, разбитые и забытые корабли. Битва с механизмами выбила из него последние силы. Мандраж погони исчез, оставив после себя надоедливый звон в ушах. Самурай кое как забрался на разбитую палубу корабля, ноги его подкосились, и он тяжело упал на деревянную поверхность. Изнеможённое тело наконец расслабилось, однако вместе с расслаблением мышц пришла адская боль и усталость. Плечо свело в жестокой судороге, а тело заныло. Чтобы найти его здесь, на окраине острова, солдатам понадобится какое-то время. Он подумает о дальнейших действиях потом, ибо сейчас изнеможение, отчаяние, боль – всё навалилось разом. Безмолвие пещеры прорезали тихие всхлипы, и частые слёзы полились по щекам Каэдэхары Кадзухи. *** – Удачной дороги тебе, Странник, – по-доброму улыбнулась Нахида. Странник ничего не ответил, лишь кивнул, ухватившись пальцами за поля шляпы. За всё время, проведённое в Сумеру, он успел свыкнуться с милостями Властительницы, но всё ещё не брал в толк, откуда у богини были силы улыбаться и желать ему удачи после всех его деяний. – Мы уже разговаривали об этом, забыл? – прервала поток его невесёлых мыслей Нахида, а на лице её отразилась серьёзность. Странник всего на секунду опешил, а потом усмехнулся. – А говорила, что не читаешь мысли просто так, – сказал он с едва различимым упрёком. – И не соврала, – без тени сомнения ответила богиня. – У тебя и без этого на лице всё написано. – Черты её лица смягчились, и Нахида вновь улыбнулась. О чем-то подумав, она сложила руки лодочкой, и из сияния в них появилась маленькая бабочка изумрудного цвета. Взмахнув крылышками, она подлетела к насторожившемуся Страннику, присела на золотое украшение на его груди и замерла. – Пусть эта крохотная бабочка станет твоим проводником в большой мир, где твоя жизнь изменится, – тихо сказала Нахида. Странник хмыкнул, рассматривая неожиданный подарок, а потом перевёл взгляд на богиню и кивнул, уже гораздо более почтительно и искренне, нежели в первый раз, а на его лице отразилась лёгкая улыбка. Не желая больше задерживаться, он кинул последний взгляд на город, на Нахиду, и без лишних церемоний отправился в путь. Странник никогда не признавал этих слащавых и долгих прощаний. Сейчас у него была совершенно новая, греющая душу и воодушевляющая цель. Пусть шанс разочарования огромен, пусть для этого придётся даже вернуться на родину, которую он не раз проклинал, – всё это меркло и казалось таким незначительным, когда перед глазами возникала добродушная улыбка ронина. «Он был слишком реален для обычного сна. Эти глаза, этот смех и объятия не могут быть просто глупой шуткой и выдумкой моего разума» Странник ухмыльнулся этим мыслям, совершенно неподходящим его характеру, и продолжил вглядываться в приближающиеся берега Инадзумы с борта корабля. *** Владения Электро Архонта встретили Странника тёплым, но сильным ветром, прохладной свежестью после недавно прошедшего дождя и солнцем, что только-только вышло из зенита и начало клониться к горизонту. Ступив на родную землю, Странник почувствовал уже ставшее привычным раздражение, однако оно быстро улетучилось, стоило вспомнить, зачем он сюда прибыл. Шагая по просторам Инадзумы, он понял, что даже не имеет никакого плана. В целом, Странник с самого начала не сильно расчитывал на что-то конкретное, так что решил выстраивать свои действия по факту. Например, сейчас хорошо бы отправиться в город и попробовать поспрашивать местных... – Э-эй, парни, вы только поглядите! Да у нас, кажется, удачный день! – проскрипел рядом голос кайраги. Странник даже не обернулся, так и продолжив идти. Бандиты удивлённо переглянулись, кивнули друг другу и почти синхронно вытащили катаны. – Эй ты, шляпник! Доставай добро, иначе испробуешь на себе мой клинок! – кайраги многозначительно сверкул сталью на солнце. Странник остановился. Опустив голову, чтобы не было видно глаз, он повернулся к бандитам, и тихо-тихо сказал: – Вы смеете обращаться ко мне?.. Знайте же: ещё одно слово, и я заставлю вас пожалеть об этом. Кайраги отвратительно расхохотались и кинулись на Странника с занесёнными катанами. Тот лишь приподнял голову, и в глазах его мелькнул недобрый огонёк... *** – Умоляю тебя, пощади! – вскинул руки в молитвенном жесте последний выживший бандит. Все остальные валялись на окровавленной траве со своими же катанами в сердцах. – Ради всемогущего Сёгуна, пощади! Несчастный вскрикнул, когда клинок просвистел аккурат возле его уха и вонзился в землю. – К сожалению, эта особа уже давно оставила меня, – едко ответил Странник, глядя на поверженого ледяными глазами. Он, конечно, собирался пойти в город, но... Парень поставил ногу на грудную клетку кайраги и облокотился на своё колено, вжимая неудачного мечника в землю. Навис над ним зловещим коршуном и произнёс: – Сейчас ты отвечаешь мне быстро и внятно. Имя Каэдэхара Кадзуха тебе о чем-то говорит? Стоило Страннику произнести это имя, как лицо и без того испуганного кайраги перекосило от ещё большего страха. Промямлив что-то нечленораздельное, он быстро замотал головой и попытался выбраться из тисков Странника. Однако тот лишь сильнее вжал его в землю, нахмурился, и лицо его приобрело угрожающий вид. – Кажется, ты не совсем понимаешь, что значит «быстро и внятно», – в руке его возникла сфера из сжатой атмосферы. – Для таких имбецилов, как ты, у меня есть свои методы. – Постой-постой, не надо, я всё тебе скажу! – запинаясь, затараторил кайраги. Убедившись, что Странник опустил руку со сферой, он перевел дыхание и начал: – Этот Каэдэхара – монстр во плоти, чёртов псих и убийца. Он объявился совсем недавно, но за это время успел поставить на уши всю Инадзуму. Он убивает жестоко и беспощадно, не оставляет ни шанса на спасение... – Где его найти? – нетерпеливо перебил Странник. – Ты...Да ты ненормальный! – в ужасе сказал кайраги, но тут же поспешил ответить на вопрос, чувствуя, что ещё одного резкого нажатия ногой его рёбра точно не выдержат. – Я не знаю, честно! Я слышал, что вчера его видели в городе и даже выслали погоню, но вернулись ни с чем! Этот псих словно сквозь землю провалился... Это всё, что я знаю! Странник выдохнул, перевёл скучающий взгляд на катану, торчащую из земли, подумал пару секунд и будничным тоном произнёс: – Значит, ты мне больше не нужен. – Лезвие сверкнуло в воздухе, и всё закончилось в одно мгновенье. Отойдя немного в сторону от побоища, Странник задумался над словами, сказанными тем кайраги. Его радовала новость, что Каэдэхара всё-таки существует в реальности, однако не было никаких гарантий, что это тот самый. Да и зловещий образ, описанный бандитом, никак не вязался с нежным и спокойным Кадзухой из его сна. Быть может, в реальности всё действительно совсем по-другому. Кому верить: своим желаниям или жестокой правде? Без разницы. Странник поклялся найти его и он сделает это, несмотря ни на что. Парень отряхнул руки и уверенно направился в сторону города – величественной Инадзумы, его...родины.