мы думали, это навсегда, но в этом и был секрет.

      В день празднования Хэллоуина все были невероятно взволнованы: Гермиона и Джинни носились по комнате, то и дело повторяя, что вариантов одежды слишком много, а определить, какая из всей будет выглядеть лучше, — чрезвычайно сложная задача. Астрид насчет костюма заморачивалась не так сильно, ведь уже давно выбрала для себя чёрное, доходящее до колена платье с длинным рукавом. Её куда больше беспокоила оценка атмосферы, которую творческий организатор тщательно пыталась создать на протяжении последней недели.       Кавалеров распределили достаточно просто: Рон всё же смог пригласить Грейнджер пойти с ним, на что та отреагировала очень даже позитивно, сказав, что рада проявлению такой выдающейся смелости с его стороны; Джинни и Гарри, практически не сговариваясь, единогласно сообщили, что будут вместе; а Гостли вечером тридцатого октября пригласил ученик Когтеврана: Квентин Стуффинес. Конечно, раньше они с ним практически не общались, лишь изредка пересекаясь на мероприятиях или в коридорах, но и ничего плохого девушка о новом знакомом не слышала, так что проблем с принятием решения не возникло.       Спустя всего несколько часов три подруги и два парня уже стояли около входа. Фред и Джордж заранее знали, как будут выглядеть спутницы товарищей, ведь помогали Астрид с причёской: уложить пряди, чтобы она была похожа на Гекату — старую ведьму, что повелевала кромешной тьмой и ужасами ночи. Было не так просто, как хотелось бы, но, поскольку близнецы Уизли частенько участвовали в наведении красоты Молли, всё закончилось вполне неплохо. — Мне страшно туда идти. — Джинни испуганно косилась на дверь, крепко держа Гермиону за локоть, — Вдруг празднование пройдёт плохо? Или платье не так сидит? А, может, причёска? С ней всё хорошо? — Сестрёнка, ты выглядишь, словно сбежала с самого дорогого королевского приёма. Уж кому-кому, но точно не тебе переживать из-за таких мелочей. — Джордж усмехнулся, весело подмигивая девушке, всё ещё чувствующей себя недостаточно уверенно. — Пойдём. — решив, что продолжать стоять на месте — ужасная идея, светловолосая нервно поправила серьги из звёздчатого сапфира, а затем, схватив под руку Уизли-младшую и утягивая за собой Грейнджер, вышла на свет, удовлетворённо улыбаясь при виде помещения, над украшением которого так долго старалась вместе с остальными.       Большой зал действительно оправдывал все ожидания: тыквы разных размеров парили в воздухе, и даже то, что у одной из них были разного цвета глаза, как и обещал Тео, не портило сложившуюся картину; небольшие фонари добавляли некой интимности и чувства уюта; призраки, облачённые в совершенно разные наряды, летали над столами, периодически общаясь с учениками и преподавателями; лёгкая и тонкая, но заметно отдающая холодным серебром паутина висела под потолком, покоилась на столах и украшала стены; повсюду были расставлены канделябры с зажёнными свечами. — Подумать только, а мы и правда молодцы! — Фред многозначительно потёр подбородок, кладя руку на плечо подруги, — Астрид, у тебя прекрасное чувство стиля. — Да-да, — она фыркнула, уже ища взглядом Квентина, — А теперь идите к своим дамам, встретимся во время танцев.       Братья перелягнулись, одновременно каверкая её фразу, а затем, махнув рукой, наконец ретировались, оставляя девушек наедине. Чуть поодаль от стола с закусками уже умостились два гриффиндорца в странных костюмах, томящиеся в ожидании и обсуждающие что-то, видимо, очень интересное. Только вот, видя Рона-тыкву и Гарри-призрака больше хотелось не испугаться, а расхохотаться, оперевшись на стену, дабы не упасть. — Поттер, Рон! — Гостли громко окликнула однокурсников, привлекая внимание, — Может, хотя бы подойдёте сюда? Не думали?       Несколько мгновений оба поражённо рассматривали сразу трёх красавиц, отлично подобравших нужные платья. А уже спустя пару секунд стояли рядом, спешно здороваясь и пытаясь выразить свои чувства через хоть какой-то комплимент, пусть и звучал каждый нелепо, заставляя светловолосую едва ли не давиться смехом. — Я пойду искать Квентина. — с усмешкой произнесла она после недолгого сбивчивого диалога, вгоняющего в краску сразу всех четверых, — А вы развлекайтесь. — уже развернувшись, Гостли собиралась удалиться, но, в последний момент, хитро сверкнув глазами, добавила, — И расслабьтесь, иначе точно задохнётесь.       Предоставив ребят друг другу, Астрид внимательно осмотрела зал, подмечая, что и слизеринцы сегодня выглядели забавно. Даже Паркинсон, переодевшаяся в купидона из местных страшилок, была весьма неплоха, пусть и напоминала больше недопечённого в духовке поросёнка. Не отметить также тот факт, что и Малфой имел вид довольно галантного волшебника, было нельзя, но она тут же отогнала эти мысли в сторону, улавливая впереди знакомую походку Стуффинеса. — Ты прекрасно выглядишь… — выдохнул когтевранец, пробегаясь по ней взглядом, — Это платье тебе идёт, правда. А гетерохромия… Теодор идиот, если действительно издевался над тобой из-за неё. — Надеюсь, ты помнишь, что мы пришли сюда исключительно как друзья. — она многозначительно приподняла бровь, — Но спасибо, мне приятно это слышать.       Квентин счастливо заулыбался. Парень являлся среднего, чуть выше компаньонки, роста блондином со слегка завивающимися прядями, едва достающими до середины щеки. Карие, почти древесного цвета глаза отдавали янтарём вперемешку с мёдом. Он был действительно красив, но Астрид не чувствовала к нему ничего, кроме желания оставаться приятелями. Так что, согласно оперевшись на предложенный им локоть, она только ещё раз принялась изучать комнату, параллельно слушая рассказы молодого человека.       Всё развивалось как нельзя лучше: Гермиона и Рон находились недалеко от Фреда, Джорджа, их спутниц и Гостли с Квентином, периодически переговариваясь друг с другом и весело смеясь. Джинни и Гарри сделали всё в точности наоборот: паре захотелось отойти в менее шумное и многолюдное место, оставшись наедине. — Я сейчас вернусь. — почти в самое ухо партнёра, так, чтобы он точно услышал, проговорила пепельноволосая «ведьма», а затем, получив кивок, развернулась и быстрым шагом покинула танцевальную площадку, тяжело вздыхая.       Безусловно, ей нравился праздник, но слишком долгое нахождение в духоте и гуле голосов давало о себе знать: голова кружилась, а ноги слегка подкашивались. Столик с напитками, расположившийся прямо около выхода, показался островком спасения и умиротворения, моментально привлекая внимание. Недолго думая, Астрид направилась туда, ловя себя на мысли о том, что пока ни одно масштабное мероприятие, на котором она побывала за этот учебный год, не принесло ей только положительные эмоции.       Холодный персиковый сок приводил в чувства быстрее, чем нашатырный спирт. Картинка в глазах снова становилась чёткой, а мысли постепенно трезвели. Облегчённо улыбнувшись, девушка уже собиралась возвращаться на прежнее место, дабы не оставлять компанию, а особенно Квентина надолго, как вдруг кто-то с силой потянул её за локоть, выводя из помещения. — Ты что делаешь? — не успев обдумать фразу, удивлённо спросила Гостли, когда сумела разглядеть теперь уже стоящего напротив человека. — Значит, так. — его голос звенел от напряжения и явного недовольства. В серых, как грозовые тучи, глазах плескалось непонимание и презрение, а пальцы по-прежнему крепко сжимали руку собеседницы, — Я хочу узнать у тебя ответ всего на один вопрос… — Я тоже. — перебила Астрид, вспоминая рассказ друзей, их диалог на церемонии и Непреложный обет, данный профессором Снеггом Нарциссе Малфой, — Ты Пожиратель Смерти, верно? — С чего вдруг? — Слышала. — Так это ты была в том коридоре? — у Драко неплохо получалось сохранять спокойствие, но уверенный взгляд нефритово-тёмно-синих глаз выводил из себя, заставляя ещё сильнее сдавить предплечье.       Как же ему сейчас хотелось влить ей в глотку зелье правды и не мучаться с дальнейшими расспросами. — Да. — она кивнула, борясь с желанием отойти чуть дальше и коснуться лопатками каменной поверхности стены, лишь бы чувствовать полную безопасность, — Я знаю и о Непреложном обете. — Уже успела рассказать всем вокруг о том, какое я чудовище и маменькин сынок? — Малфой насмехался, но волнение, то и дело скользившее в интонации, выдавало с головой: парень переживал, пусть и отчаянно пытался это скрыть за привычной маской высокомерия. — Нет. — её голос слегка подрагивал от резко накатившей злости, — Если помнишь, я никогда не рассказывала ничего «всем вокруг». Теперь ты. — гриффиндорка небрежно ткнула пальцем в грудь «противника», вызывая на его лице тень фальшивого омерзения, — Раз уж признался, что пресмыкаешься перед Тёмным Лордом, значит, можно смело сказать, что знаешь, кто состоит в Пожирателях, а кто нет. К чему тогда тот допрос? — Ты и дальше дуру будешь строить? — казалось, он распалился, как спичка, тут же встряхивая девушку до звона в ушах, — Отвечай на вопрос, Гостли, иначе я… — Что же? Что ты мне сделаешь, Драко? Убьёшь? — как бы Астрид ни старалась выглядеть бесстрашной и уверенной в своих силах волшебницей, ничего не вышло: страх сквозил во всех её движениях и словах, а палочка, так неудачно забытая в комнате, сейчас ничем не могла помочь. — Покалечу. — блеф. Малфой и сам знал, что и по правилам школы, и по личным соображениям и пальцем бы не смог её тронуть, дабы нанести ущерб. Тем более, с помощью магии.       Несколько долгих секунд они с вызовом смотрели друг на друга. Перепалки этих двоих не были редкостью: за каждое едкое слово Драко платился своей репутацией, и наоборот. Но то, что происходило сейчас, существенно отличалось от предыдущих пяти лет. Тогда это были всего лишь оскорбления и попытки унизить соперника, сейчас же каждому из них нужна была информация, и церемониться не собирался ни первый, ни вторая. — Астрид, Малфой. — неизвестно откуда взявшийся Хагрид тут же заставил подростков повернуть головы в свою сторону, отвлекаясь от «битвы гляделками», — У вас всё хорошо? Вы же помните, что использовать в школе магию для нанесения вреда запрещено? — Всё в порядке! — пепельноволосая тут же слащаво улыбнулась, пытаясь придумать хоть какое-то разумное объяснение происходящему, — Драко всего лишь хотел сказать, как прекрасно я сегодня выгляжу.       Брови Рубеуса в мгновение достигли середины лба, выражая искреннее удивление. Все преподаватели и учащиеся прекрасно знали, насколько сильно конфликтуют Гриффиндор и Слизерин, что уж говорить о наиболее амбициозных учениках. Однако учитель по уходу за магическими существами, отличавшийся своей наивностью, конечно, даже не задумался об этом, продолжая внимательно рассматривать двух ребят. — Да, именно так всё и было. — Малфой чуть отошёл в сторону, глядя на девушку полным предостережения взглядом, — Ты невероятно подходишь под праздник. — В любом случае, вам обоим лучше вернуться в зал. — здоровяк задумчиво потёр бороду, подходя ближе, — Ну, вперёд. — не видя продвижений, он аккуратно подтолкнул Астрид по направлению к себе.       Не став перечить, девушка поддалась, стараясь как можно мягче высвободить локоть из стальной хватки холодных пальцев Слизеринского Принца. А когда у неё получилось, тут же быстро проскользнула в комнату, направляясь к уже собравшимся недалеко от края помещения друзьям. Рассказ о том, где она пропадала, явно был лишним, так что, прокрутив в мыслях все варианты оправдания её длительно отсутствия, Гостли помахала рукой, натягивая улыбку. — Квентин невероятно расстроен, если тебе интересно. — Джинни, уже успевшая познакомиться со спутником «Гекаты», смотрела с укором, но вовсе не была зла, — Куда ты так внезапно исчезла? — Выходила на разговор с Хагридом, который обещал мне прояснить несколько деталей касательно гиппогрифов. — Астрид притворно усмехнулась, вызывая полный подозрения взгляд Гермионы и Уизли-младшей.       Эти двое всегда читали её, как книгу. В любой ситуации, даже тогда, когда она отчаянно пыталась скрыть все свои эмоции и мотивы, Грейнджер могла распознать малейшую ложь и изменения в её поведении. Рыжеволосая же чётко запоминала каждую деталь, особенности мимики и жестикуляции, так что всегда понимала, что что-то не так. Вот и сейчас обе выглядели встревоженно, но молчали: рядом всё ещё находились Рон и Гарри, а обсуждать такие вещи при них было бы неуместно. — Тогда перейдём к более важной теме. — Поттер нахмурился, поправляя очки и переводя внимание уже на себя, — Я узнал кое-что насчёт Слизнорта. Тогда, в день, когда к нему обратился Том, он сказал ему что-то важное, но что именно, остаётся загадкой. Гораций не хочет раскрывать эту тайну, как бы я ни пытался узнать хоть малейшие подробности. Более того, поняв, что я ищу что-то, он моментально отстранился, не став даже думать о том, чтобы хоть что-то говорить по этому поводу. И теперь профессор пытается меня избегать. — Стоило подойти более аккуратно, Гарри. — Гермиона покачала головой, едва касаясь кончиками пальцев по-прежнему идеальной причёски, — Ты спугнул его, ты же понимаешь? — Он не дурак. — Рон фыркнул, получая недовольный взгляд подруги, — Конечно, всё понятно: узнать ещё какую-то информацию будет куда сложнее. — Но не невозможно. — Гостли задумалась, концентрируясь на сказанном и пытаясь найти решение, — Пока мы не знаем, что можно предпринять, чтобы исправить положение, но обязательно что-нибудь придумаем.       Ещё некоторое время ребята обсуждали произошедшее, а затем, решив, что самое время расходиться, разделились: мужская половина направилась в спальни, а женская в библиотеку: Грейнджер было необходимо взять нужные материалы для завтрашнего урока по защите от темных искусств. — Что случилось на самом деле? — спросила Джинни, как только три девушки, распрощавшись с друзьями, растворились во тьме коридора. — Мы говорили с Драко. — честно призналась Астрид, натыкаясь сразу на две, полные непонимания, реакции: Гермиона поджала губы, а Уизли приподняла брови, ожидая конкретизации, — Он спрашивал меня о моей связи с Волан-де-Мортом. — Чего? — кареглазая мгновенно повернула голову в сторону говорившей, — Значит, я была права: никакой он не Пожиратель, иначе не спрашивал бы, а всё знал заранее. — Возможно. — пока нельзя было распространяться, стоило выяснить чуть больше, а уже потом делать выводы, — Он явно подозревает меня в чём-то, но мотивы мне неизвестны. — Зная Малфоя уже как пять с лишним лет, я могу сказать, что он мог сказать это просто так, дабы вновь подколоть. Он ведь всегда уделял тебе особое внимание. — Джинни сильнее сжала палочку. — Наоборот. — Грейнджер зажгла небольшой огонёк света с помощью заклинания «Люмос», — Именно Драко не кидает слова на ветер, да и тем более, не думаю, что он шутил. Иначе откуда у него настолько плохое чувство юмора? — Ты права. В тот момент он был серьёзен. Я никогда его таким не видела. — пепельноволосая обратилась к собеседницам, а затем уверенно толкнула дверь, первой входя в библиотеку, — Но я обещаю как вам, так и себе: я выясню всё, а когда окончательно разберусь, расскажу.       Девушки только согласно кивнули, пусть и точно осознавали, что она недоговаривает. Но настаивать не стали: понимание того, что на всё есть причины, пересилило интерес. Лезть сейчас равносильно неуважению в её сторону.       Остальное время они провели за обсуждением всего подряд, смеясь над каждой мелочью. Сейчас Астрид точно понимала: эти люди невероятно важны ей, и она никогда бы не смогла от них отказаться.