Джессика

      Остальная часть уроков до ланча прошла спокойно, Каллена, который бы пялился на меня весь урок, не было, что меня радовало. Остальные ученики, с кем ещё не успела пересечься, после стандартных ничего не значащих фраз о том, как дела, переключались на свои проблемы.       Компания, сидевшая за нашим столом в столовой была довольно большой: Майк, Эрик, Анджела, Тайлер и Лорен, с которой я успела заново «познакомиться» на втором уроке. Лорен хоть и казалась со стороны самоуверенной и немного эгоистичной, на самом деле жаждала чужого одобрения и признания. Это было заметно по тому, как она «расцвела» стоило нам с Тайлером сделать ей пару комплиментов перед уроком. Действительно увереный в себе человек не будет так «сиять» и радоваться, а просто примет к сведению, что его оценили «по достоинству».       Удивительно, как порой нелогично складываются характеры у людей. У симпатичных или, откровенно говоря, красивых людей может быть пониженная самооценка и гипертрофированная неуверенность в себе, как это происходит с Лорен. Ее действительно можно назвать одной из самых красивых девушек в школе, если не брать во внимание новеньких Калленов.       При этом ей явно нравится Тайлер, но он не обращает на неё никакого внимания, что заставляет ее еще больше сомневаться в своей внешности. Все это я успела отметить за те пару уроков, что прошли у нас вместе. Сейчас же, обедая в их компании, я лишь подтвердила свои умозаключения.       Ребята за нашим столом общались между собой, обсуждая, как прошли их летние каникулы, я же отсиживалась молча, но ко мне никто не лез, все прекрасно понимали, как я провела последние несколько месяцев. Потом речь зашла о Калленах, парни стали шутить на тему сколько у них шансов «замутить» с кем-нибудь из девчонок. Тут я решила тоже вступить в их дискуссию и выразила своё мнение: — Ребят, у вас нет никаких шансов, — сочувственно им улыбаюсь. — Эй, почему это? Да ты посмотри, какие мы красавчики, — начал шутить Майк, показывая свои «мускулы». Все прекрасно понимали, что он не серьезно, поэтому за нашим столом раздалось ещё больше смеха. — Неужели вы не замечаете? — действительно удивилась я, — блондинка явно со здоровяком, вы только посмотрите, как он на неё смотрит. И нет, Майк, я не имею в виду, что им пора уединиться, — сразу одергиваю Майка, который явно решил пошло пошутить. — Черт, у меня такая хорошая шутка была, а ты все обломала, — поныл парень. — А мелкая явно с блондинчиком, она ни на секунду с него глаз не спускает, хотя может он болен? Выглядит пришибленным каким-то, — я задумчиво озвучила свои мысли, — так что подводя итоги моего небольшого наблюдения, делаем выводы, что если вам что и светит, парни, то только с последним Калленов, не знаю, как его зовут, ну вы поняли. — Фу, Джессика, нет, как ты могла о нас так подумать, — начали отнекиваться пацаны, а мы с девчонками над ними открыто ржать. — Кстати, Эдвард, его так зовут, — обьясняет Лорен, кивая головой в сторону Каллена, — как раз смотрит в нашу сторону, так что соберись, Майк, и покажи все, на что ты способен, — с каменным лицом произносит девушка, чем вызывает у нас с Анджелой и Эриком очередной приступ хохота. — Да ну вас, пошлите, пацаны, — говорит немного обиженный Майк.       Парни уходят на урок, куда и нам бы неплохо уже идти, но так не хочется. Остаётся ещё пара уроков, сейчас по расписанию будет биология, а затем физкультура, на которую у меня теперь пожизненное освобождение. Очень жаль, я, судя по записям в дневниках, неплохо играла в волейбол, и мне нравилось заниматься спортом.       В классе по биологии нет недостатка в свободных партах, поэтому я, следуя своей «традиции», отсаживаюсь назад, чтобы сидеть в одиночестве. Открываю учебник и начинаю листать оглавление, чтобы ознакомиться, что меня ждёт в этом учебном году, но меня прерывают от этого простого занятия. — Привет, не против, если я сяду с тобой? — раздаётся приятным мужским голосом.       Поднимаю голову и сталкиваюсь взглядом с новеньким. Вообще, я планировала сидеть одна, чтобы не отвлекаться ни на кого и навёрстывать забытое, но если он не будет мне мешать… К тому же судя по сплетням, услышанным мною сегодня о Калленах, они все поголовно отличники. Осталось провести небольшую проверку. — Привет, как ты относишься к списываю? — отвечаю вопросом на вопросом и немного наклоняю голову вбок, чтобы оценить его реакцию. Почему я спросила именно это? Потому что идея сидеть с отличником моралфагом меня не прельщает. — Думаю, я смогу закрыть на это глаза, — улыбается мне парень.       Щурюсь, я имела в виду немного другое, но возможно мне стоило более корректно сформулировать свой вопрос. Ладно, в любом случае свободных парт много, если данное соседство меня не устроит, просто пересяду. — Хорошо, можешь садиться, если хочешь, — даю своё согласие и убираю рюкзак с его половины стола.       В это время все студенты наблюдали за этой импровизированной сценкой и перешептывались, то и дело бросая на нас взгляды. Хорошо, что буквально через секунд десять прозвенел звонок и зашёл учитель. На уроке разбирали новую тему, поэтому было не до разговоров. Но после урока, пока мы шли к шкафчикам, мой сосед решил продолжить знакомство. — Извини, я не представился, меня зовут Эдвард Каллен. — Я Джессика, приятно познакомиться, Эдвард, — я честно не представляла о чем с ним говорить, не о погоде же? — Взаимно. Роуз говорила, что ты приходила к нашей матери? — спрашивает очевидное парень.       Не лучшая тема для разговора: обсуждать в девушкой, как она ходит на терапию к его матери. Внутренне морщусь, не показывая свое недовольство в настоящем. — Да, Эсме чудесный специалист. Как и доктор Каллен. Вам повезло с родителями, — я не знаю о чем с ним ещё говорить, но ситуацию спасает его сестра. — Привет, ты же Джессика? Я Элис. У нас с Эдвардом тоже освобождение от физкультуры, если хочешь, можем тебя подбросить до дома, — говорит Элис так, будто мы с ней давно знакомы.       Но в целом предложение отличное. До школьного автобуса ещё вагон времени, у остальных моих знакомых, кто бы мог меня подвезти, еще пара уроков. Предложи мне это Эдвард, я бы по-любому отказалась, но его сестра другое дело. Это не будет выглядеть так, будто он за мной приударяет. Так что я соглашаюсь и иду с ними на школьную стоянку. У Эдварда новый серебристый Вольво, который очень чужеродно смотрится среди поддержанных и старых машин других студентов.       Поездка проходит вполне неплохо, даже отлично. Элис предлагает подвозить меня до дома время от времени, если у меня с кем-то из Калленов будет совпадать расписание. Я с благодарностью соглашаюсь. Эдвард, который вёл машину, всю дорогу был немногословен, лишь изредка соглашаясь с предложениями своей сестры. —————       Сегодня очередной сеанс психотерапии у Эсме. Прошла почти неделя учебы, пора подвести небольшие итоги и обсудить мою интеграцию в школьные будни. К Калленам меня сегодня подвезла Роуз, в школе мы с ней не общались, но пока ехали успели перекинуться парой фраз. И почему ее считают надменной другие ученики? Вполне милая девушка, просто со своими тараканами в голове, как и многие из нас. — Привет, Эсме, чудесно выглядите! — здороваюсь с женщиной, которая вышла нас встречать, стоило нам подъехать к дому. — Здравствуй, милая, — обращается ко мне Эсме, — заходите в дом, Роуз, Элис просила, чтобы ты зашла к ней. Сегодня все дети дома, но надеюсь, что нам никто не будет мешать, — улыбается женщина.       Зайдя в дом наткнулась на типичную картину американских школьников: Эммет с Джаспером играли в какую-то игру на приставке, громко споря, каждый доказывая свою правоту. Было кое-что, что зацепило мое внимание, но я никак не могла понять что конкретно.       Лишь позже, уже в кабинете, до меня дошло, что на столике перед диваном не было никаких закусок или фастфуда, даже обычных стаканов для воды не стояло, странно. Хотя может это из-за того что Эммет следит за своей фигурой, он не ест всякую гадость типо чипсов, сухариков и прочих ужасно вкусных перекусов. — Мальчики, будьте потише, мы с Джессикой будем наверху и чтобы вас не слышали, — сказала, как отрезала, мать семейства. — Есть, мэм, — отшутились парни и действительно стали выражать свои эмоции тише.       В комнате, где мы проводили сеанс в первый раз, я сняла обувь и забралась с ногами в кресло, предназначенное для меня. Я не знала с чего начать разговор, поэтому, видимо, увидев некоторую задумчивость на моем лице, Эсме решила подтолкнуть меня к диалогу. — Мы давно с тобой не виделись, прошло больше недели, расскажи, как ты себя сейчас чувствуешь. Как родители? — Родителям лучше, они либо привыкают к «новой» мне, либо так влияет начало учебы, не знаю. Мы не видимся большую часть дня, они вливаются в обычную бытовую рутину, которая так для них привычна. Думаю, если им закрыть глаза, можно представить, что и не было никакой аварии, — немного грустно смеюсь, — отец стал меньше себя винить, я этому искренне рада, а мать больше не смотрит на меня постоянно украдкой, что радует меня даже больше, — смеюсь уже нервно, — шучу, за отца я переживаю сильнее. — Я не имею ничего против этих взглядов «украдкой», просто сама ситуация напрягала. Когда за каждым моим шагом наблюдали и оценивали. Сейчас это потихоньку сходит на нет, и я сама понемногу расслабляюсь и перестаю чувствовать себя чужой в своём доме. — Ты не говорила об этом в прошлый раз, — замечает женщина. — Просто посчитала не достаточно важным, другие проблемы меня беспокоили больше, думаю, из-за этого. Что же насчёт остального, — немного задумываюсь, прежде чем ответить, — не могу сказать, что стало лучше, когда мне нечем заняться, и мой разум не работает над чем-то, то я начинаю загоняться. Но сейчас помогает учеба, мне просто некогда думать о психологических проблемах, когда есть другие, более насущные. Как я и опасалась, по некоторым предметам у меня сильные проседания в знаниях. Если какие-то моменты я ещё могу вытянуть, помня чисто интуитивно и подсознательно. То та же химия, просто белый лист в моей голове, — начинаю дрыгать ногой на нервной почве и обхватываю себя руками, сама того не замечая. — Джессика, — обращается ко мне Эсме, — посмотри на меня. — Да? — Ты сейчас нервничаешь, ты не замечаешь за собой, но твои поведенческие маркеры изменились. Ты так не нервничала на прошлом нашем приеме. Тебя действительно так сильно беспокоит учеба? — Учеба? Нет, я справлюсь, посижу пару недель над учебниками за прошлые годы, но все будет хорошо в итоге, главное разобраться в азах, потом будет легче. — А что тебя тогда так сильно беспокоит? — Я… Простите, видимо, это «отходняк» после напряженной недели, когда приходилось частенько притворяться, к тому же я не любитель большого количества людей. И опять три раза Ха, прошлая я обожала быть в центре внимания. Но не будем об этом, — я ненадолго задумалась о причинах моего нервного тика, — сейчас я нахожусь в доверительной атмосфере, где могу делиться всем, что меня беспокоит, по всей видимости нервная система расслабилась, начиная выдавать подобные финты, как с ногой. Если я не контролирую ее, она дергается, да, я заметила, — извиняюще улыбаюсь. — Все в порядке, расслабься, мне твоя дёргающаяся нога ничем не мешает, — смеётся женщина, — главное, чтобы тебе было комфортно. А насчёт твоей учебы, я могу попросить кого-то из своих детей тебе помочь, уверена, никого из них это ни капли не затруднит. — Мне как-то неловко от вашего предложения. Вы не подумайте, я очень вам благодарна, — пытаюсь объяснить, что я чувствую, — вы и так мне очень помогаете нашими сеансами, а теперь еще хотите помочь с учебой, напрячь своих детей. Понимаете, я чувствую себя обязанной. Я понимаю, что вы пишите свою научную работу или статью, Карлайл не вдавался в подробности, когда объяснял, и это лишь малая часть, как я могу вас отблагодарить. Но основной груз, так сказать, моего долга по отношению к вашей семье ничуть не уменьшается, а только растёт. И как мне его «покрыть», я не представляю.       Вижу немой вопрос в глазах Эсме, она явно не понимает, что я имею в виду. Попробую ей объяснить. — Давайте я приведу пример. Та же ситуация с вашей дочерью Элис, она мне очень симпатизирует, чудесная позитивная девушка. И она была инициатором того, чтобы подвозить меня до дома после школы, когда у них с братом есть возможность. За что я им искренне благодарна. Но недавно была ситуация, когда у меня очень болела голова, а Элис очень много говорила, просто без умолку, — вспоминаю с лёгкой улыбкой, — в обычный день, без головной боли, я была и рада пообщаться и поддержать диалог, но тогда я делала это буквально через силу, чем возможно могла ее как-то обидеть. Но даже если и нет, проблема в том, что я делала это в ущерб себе, так как я чувствую себя дико обязанной вашей семье и Элис в частности. Терпела до последнего, пока не оказалась дома и не пришлось пить таблетки. Такое поведение в ущерб себе не есть хорошо. — Уверена, что окажись в других подобных ситуациях, я бы поступила также, лишь бы не огорчать кого-то из ваших близких. Я понимаю, что я могла просто сказать о головной боли, объяснить и прочее, и сейчас я не понимаю, почему я тогда именно так не поступила. Видимо, чувство долга перевесило, не знаю, — хмурюсь, пытаясь понять причину своих поступков. — Знаешь, многие в своей жизни пользуются правилом «око за око, зуб за зуб», но такой гипертрофированный случай я вижу впервые. И ты права, как ты выразилась «это не есть хорошо», — подводит этог Эсме. — Я постараюсь больше думать о себе и своём здоровье в аналогичных ситуациях, — вижу, что она обеспокоена моим признанием и чувствую вину из-за этого. — Хорошо, я была бы искренне рада этому. Давай поговорим о твоих ассоциациях, которые беспокоили тебя на прошлом сеансе. В школе их стало больше или меньше? — В первый день в школе было все настолько плохо, что я думала, что схожу с ума. Ассоциации возникали, грубо говоря, на каждый чих. А теперь… Теперь я так свыклась с ними, что просто воспринимаю их как флешбеки из моей памяти или подсознания. Иногда списываю все на свою излишнюю наблюдательность, — вспоминаю ситуацию с парнями, играющими внизу, — просто стараюсь не зацикливаться, игнорировать большую часть. А то я уже начинаю скатываться в какую-то мнительность, да и моя подозрительность ко всему, что не вписывается в мое понимание мира, возросла. — Приведёшь пример? — уточняет женщина, что я имею в виду. — Далеко ходить не нужно. Из последнего, что не вписывается в мое мировоззрение и заставило мой разум напрячься на пустом месте — ваши сыновья, которые играют внизу. У них на столах нет ни воды, ни еды, никакой посуды, у меня стойкое ощущение от этой картины чего-то неправильного, мне кажется, что подростки в их возрасте только рады перекусывать всякой ерундой пока играют и соревнуются, — после моих слов Эсме будто застыла статуей.       Выглядело это немного жутко, но спустя секунд пять вновь улыбнулась мне и продолжила наш разговор. — Это все из-за меня, я очень серьезно отношусь к чистоте в этом доме, поэтому не разрешаю им кушать в зале, тем более только сегодня делала генеральную уборку. Кто меня не знает лично, может даже предположить, что у меня легкая стадия ОКР, но это не так. Я просто очень люблю свой дом и слежу за порядком. Мальчиком только волю дай, они все разнесут, — смеётся женщина. — Дело не в том, что это не вписывается в среднестатистическое поведение подростков. Какая мне разница вообще? Может они на специальной диете для спортсменов или чем-то больны. Причин может быть масса, я больше расстраиваюсь, что меня это вообще волнует. В том плане, что я обратила на это внимание, потратила некоторое время, чтобы подумать об этом, а не прошла просто мимо. И таких моментов, которые мне бросаются в глаза в школе, очень много. Хотя я стараюсь лишний раз не контактировать с теми, кто подозрителен моему «внутреннему я», чтобы не провоцировать, так сказать. — Отсюда вытекает другая проблема, общение с моими друзьями, на удивление с Анджелой наши отношения стали лучше, чем были до аварии, а вот с Майком и другими парнями… Я все время чего-то опасаюсь. Поэтому наше общение сошло почти полностью на нет. А тот же Майк наоборот стал уделять мне повышенное внимание, чего ранее за ним не наблюдалось. По моим записям наоборот я за ним бегала, все чего-то ждала, — пожимаю плечами, не понимая мотивы прошлой себя. — Ты чувствуешь себя одинокой, Джессика, из-за того, что тебе приходится иной раз контролировать с кем тебе общаться, а с кем нет? — В школе нет, но дома, когда я одна в своей комнате. Мне не хватает кого-то близкого, родного, чтобы можно было кого-то обнять и просто расслабиться, быть собой, чтобы никакие посторонние проблемы не имели значения, когда рядом тот самый человек, — признаюсь в своей сокровенной мечте найти такого человека. — Звучит романтично, — тепло улыбается мне Эсме. — Есть немного, — смущаюсь под ее взглядом. — Джессика, а как твоя память? Может ты вспоминаешь что-то? — К сожалению, все-также. Белый лист. Ни флешбеков, ни вспышек воспоминаний, абсолютно ничего. — Я поняла. Что-то такое и ожидалось, если уж домашняя обстановка никак не помогла после выписки. Есть на сегодня что-то ещё, что ты хотела бы обсудить? — Нет, на сегодня пожалуй хватит. Спасибо, что выслушали меня. Я вам искренне благодарна.       Выходя из дома Калленов к встречающему меня отцу, заметила пару кружек и тарелку с чипсами на столике в зале, где все также продолжали играть ребята. Боже, моя мнительность явно прогрессирует, потому что мне это показалось вдвойне странным после моих слов об этом Эсме. Будто меня услышали и поспешили исправить несоответствие чужим ожиданиям. POV Эдвард       Прошла неделя с тех пор, как я начал наблюдать за Джессикой Стенли. Но я так и не приблизился к разгадке, почему не могу прочесть ее мысли. Единственное, что мне доступно, это периодически видеть обрывки ее снов. К сожалению, пробраться к ней в спальню нет возможности, она педантично каждый вечер закрывает окно на защелку и занавешивает шторы. Дверь в ее комнату тоже закрыта, как-то мне удалось проникнуть в дом, но этим все и ограничилось.       Сегодня у неё очередной приём у Эсме. Карлайл, убедившись с помощью Джаспера, что Джессика не несёт угрозу для его жены, настоятельно попросил нас всех покинуть дом на момент их разговоров. Он аргументировал это этикой и врачебной тайной. И мы на словах поддержали его требование, но… Никто из нас не покинул дом, чем мы расстроили мать, а после возвращения с работы и отца.       Джасперу было любопытно изучать ее эмоции и чувства, он находил их «освежающими». Джессика не излучала зависть, ревность, ненависть и другие негативные чувства не только по отношению к нам, но и к другим школьникам. Для него это было удивительно, так что он тоже в какой-то мере пытался разгадать ее загадку, потому что сталкивался с таким впервые. Даже наша идеальная внешне Роуз постоянно испытывала зависть по отношению к обычным людям, готовая обменять все, что у неё есть только, чтобы стать смертной.       Кстати о Роуз, она искренне беспокоилась за Джесс, чему я был признателен. Даже перестал ее специально провоцировать на эмоции и злость. Хотя обычно мне нравилось наблюдать за ее реакцией на мои небольшие провокации. Эта привычка завелась за нами с самого ее обращения, она тоже частенько проходится по мне и моим увлечениям «ласковым» словечком.       Эммет остался за компанию с этими двумя. Смысла уходить у него уже не было, когда его поставили в известность, что все мы остаёмся. Лично я хотел узнать, о чём будут общаться мать с Джессикой, какие проблемы обсуждать. К моему большому сожалению, в первый их разговор меня не было, я периодически ловил обрывки мыслей о нем у родных, но полную картину сложить так и не смог, что меня действительно огорчало. Возможно присутствуя здесь в первый раз, мне бы это помогло лучше ее понять и разобраться в ее поступках.       Когда речь зашла о помощи в учебе, у меня уже был приблизительный план, как предложить Джессике свои услуги репетитора. Ещё в школе я задумывался об этом варианте, как возможности для сближения, тем более у неё действительно были сильные пробелы по нескольким предметам, с которыми я мог с легкостью помочь.       Но чего никто от нас не ожидал, так это ее последующих слов. Элис вбежала ко мне в комнату чуть ли не плача. — Как я могла не увидеть этого разговора о себе? — спрашивает меня ужасно расстроенная сестра, — я должна была почувствовать, что что-то не так. — Ты сама говорила, что не можешь видеть все, скорее всего она не планировала говорить на эту тему с Эсме, просто так получилось, — пытаюсь успокоить Элис, параллельно считываю о чем думает Джаспер.       Он сосредоточен на чувствах Джессики, пытаясь выловить хоть каплю фальши, но не находит ее. Она абсолютна искренне чувствует себя обязанной нам. Надеюсь, что это не помешает нашему общению, и оно будет искренним, а не вынужденным из-за ее чувства долга.       Чуть позже мы все напрягаемся и понимаем, как были близки к провалу. Поэтому мы никогда и не приглашали никого из людей к нам в дом. Слишком много мелочей за которыми невозможно уследить, если не наблюдать постоянно за жизнью обычных людей. Парни тем временем бесшумно идут на кухню и приносят пару кружек с пивом и тарелку с чипсами. Не зря мы делаем видимость и покупаем продукты каждую неделю.       Когда она озвучила, что хочет найти близкого человека, мне стало грустно. Потому что этого хочу и я. Я старался не лезть в этот момент в мысли своих сестёр и братьев, но их любовь и благодарность за то, что они есть друг у друга, так и сочились из них, из-за чего мне становилось тошно. Я искренне завидовал этому, и мне было неприятно от самого себя. Джаспер уловил мои чувства и послал мысленные извинения. Хотя ему абсолютно не за что извиняться, но я все равно был признателен за это.       Я не могу дать Джессике полноценную семью и любовь всей ее жизни, но я могу быть рядом пока она будет этого хотеть. Стать для неё опорой и поддержкой. Буду радоваться за ее успехи, помогать при неудачах. Надеюсь, что она подпустит меня и мою чёрную душу ближе к своей светлой и чистой. ———————       На перемене перед первым уроком ко мне подошёл Эдвард. — Привет, — улыбнулся мне парень. — Привет, — поздоровалась с ним, все ещё не понимая, что ему от меня нужно. — Эсме упомянула в разговоре с отцом, что у тебя есть кое-какие трудности в учебе. Может я могу как-нибудь тебе помочь?       Я не знала, как отреагировать на это. С одной стороны Эсме говорила мне, что попросит кого-то из детей мне помочь, а с другой я вроде дала понять, что не хотела бы ещё больше зависеть от их семьи. Но мне все же была необходима помощь, были моменты, которые у меня не получалось разобрать самостоятельно, поэтому я решила согласиться на помощь. — Да, мне не помешала бы помочь с органической химией. Если тебя не затруднит конечно. — Я буду только рад помочь, — успокоил меня Эдвард, — когда ты готова будешь позаниматься и где тебе будет удобно? — В любой удобный для тебя день после уроков. А насчёт места, что насчёт того, чтобы у меня дома? В школе после уроков все еще шумно, да и пойдут лишние вопросы от учеников, не хотелось бы, — немного извиняюще улыбаюсь под конец. — Без проблем. Как насчёт сегодня? Я могу подвезти тебя и остаться, либо подъехать позже, — предлагает Эдвард. — Можем сразу, закажем пиццу, поедим и потом сядем заниматься, — предлагаю как один из вариантов. — Давай тогда я подъеду позже. У меня просто специфическая диета и пицца в неё не входит, — немного неловко улыбается парень, — я поем дома, переоденусь и подъеду, скажем, через два часа. Устроит? — Да, конечно, буду ждать. А насчёт диеты. Не расскажешь? К следующему разу могу приготовить, что ты точно сможешь съесть. — Как-нибудь в другой раз.       Пожимаю плечами, его право делиться со мной такими личными вещами или нет. Возможно он чем-то болен. Захочет, расскажет позже. В остальном день проходит как обычно. После уроков Эдвард с сестрой подвозят меня к моему дому и уезжают, Элис на удивление сегодня молчалива, надеюсь, что у неё все в порядке. Я не стала заводить этот разговор при ее брате, но решила написать ей смс, уточнить как у неё дела. Элис спустя пару длинных смс заверяет меня, что у неё все хорошо. —————       Эдвард приехал ровно к тому времени, к которому мы договаривались, чем заслужил ещё большую симпатию от меня, люблю пунктуальных людей. Это тоже что-то новенькое после аварии, до неё я постоянно куда-то опаздывала и не отличалась соблюдением временных рамок.       Первые минуты, как Эдвард зашёл в дом, я немного нервничала. Мы с ним остались наедине, родители все ещё были на работе, и мне было от этого немного некомфортно. Когда мы сели за мой рабочий стол и разложили учебники, напряжение витавшее в воздухе лишь нарастало, я не знала, с чего начать занятие, до этого не прибегала к помощи других учеников. — Я не знаю с чего стоит начать наше занятие, у меня есть пара задач, которые у меня не получается решить, можем сначала разобрать их, а потом, если поймёшь, что я пропустила в теории, разберём и ее, — я затараторила будто пулемёт, но надеюсь, он не спишет это на свой счёт. — Хорошо, давай приступим, покажи первую задачу, — Эдвард же был абсолютно спокоен.       В итоге первый час мы разбирали задачи, с которыми у меня были проблемы, благодаря чему напряжение потихоньку спадало, и я расслаблялась. Под конец я уже могла шуточно поплакаться, что химия для избранных, а я в их число не вхожу. Эдвард же буквально знал абсолютно все, какой бы вопрос у меня не возникал, он даже ни разу не заглянул в учебник, просто вундеркинд какой-то. После изучения теоретической части наш разговор плавно перетек в личный. — Как тебе Форкс? Уже привык к вечным дождям и отсутствию солнца? — последние месяцы погода не баловала нас солнечными деньками. — Раньше мы жили на Аляске, там погода хуже, так что можно сказать, что я привыкаю к лучшему, — тепло улыбается мне Эдвард, — а ты сама как относишься к дождю и сырости? — Если я дома под одеялом в компании кружечки какао с маршмэллоу, то мне все равно какая погода за окном, но бежать к школьному автобусу под ливень не очень приятное времяпрепровождение, — смеюсь, вспоминая как я выглядела позавчера, когда не взяла зонт и попала под дождь. Эдвард же наоборот хмурится. — Ты могла серьезно заболеть, поверь мне, пневмония не самое приятное, что может с тобой случиться, — он о чем-то задумывается ненадолго и продолжает, — я буду подвозить тебя до школы с утра, — наконец предлагает он. — Боюсь, нас не правильно поймут, — с сожалением озвучиваю очевидный факт, как бы мне не хотелось согласиться на его предложение. — К тому же кто тогда будет подвозить твоих сестёр и братьев? — этот аргумент звучит логичнее. — Поверь, они найдут на чем добраться до школы, — улыбается шкодливой улыбкой этот хитрец, — Роуз давно хочет заявиться на своём любимом кабриолете, но всё не находит повода, так что ты даже окажешь ей услугу. А насчёт остальных, тебе действительно есть дело до них, или ты переживаешь обо мне? — Если честно, второе, — признаюсь немного смущенно, — мало ли у тебя позже появятся отношения, как к этому будет относиться твоя девушка. — Я думаю, она не будет против, — и смотрит мне пристально в глаза, я отвечаю тем же и не отвожу взгляд, напряжение другого рода, нежели в начале нашего занятия, нарастает.       Мне показалось, или он стал приближаться ко мне, переодически бросая взгляд на мои губы? И когда казалось, что сердце сейчас выпрыгнет из груди, и я почувствую его дыхание на своих губах, я услышала шум в прихожей, вернулась мама. — Милая, я дома. У нас гости? Чья это машина припаркована на подъездной дорожке?       Момент был испорчен, я резко отстранилась с некоторым сожалением, которое также заметила и на лице Эдварда. Мы торопливо вышли из комнаты, я познакомила и объяснила матери, что это один из детей мистера Каллена помогает мне с учебой. Так что периодически он будет появляться у нас. Мама искренне обрадовалась тому, что я начала приводить друзей в дом, раньше я постоянно так делала.       Скомкано попрощавшись и напоследок легко обнявшись у двери, Эдвард вышел из дома, сел в машину и уехал. Я же глубоко вздохнула, думая о том, чего не произошло. Я хотела его поцеловать, мне же не показалось, что это было взаимно? Теперь я буду постоянно думать об этом моменте до нашего следующего занятия. POV Эдвард       Я гнал домой, но мои мысли все ещё были в комнате Джессики. Я был так поглощён моментом, что даже не заметил, как вернулась ее мать, что со мной впервые. Если бы она только задержалась где-нибудь по пути домой хотя бы на пару лишних минут. Бью руками об руль, он скрипит, пытаюсь успокоиться, машина не виновата. Никто не виноват, просто так сложились обстоятельства. Ничего, у меня ещё будет шанс довести дело до конца и поцеловать ее.       То, как она смущалась после моих слов, как ее сердцебиение становилось быстрее от одного моего присутствия. Черт. Я хотел прямо сейчас развернуть машину и вернуться в ее комнату. Но надо дождаться завтрашнего утра. Стоит отправить ей смс, чтобы утром ждала меня.       Ещё и выводы ее матери, которая все правильно поняла, когда увидела лицо своей дочери. Она даже извинилась в мыслях, что меня удивило. Она искренне хотела, чтобы ее девочка вернулась и стала прежней, встречи с друзьями, общение с парнями — все это относилось к ее понимаю «старая Джесс». Но картинка в ее голове не совпадала с тем, какой я видел Джессику сейчас. Это действительно будто два разных человека. Но новая Джессика мне нравится больше, и в своём эгоистичном порыве, я не хотел, чтобы к ней возвращалась ее память.