Я всегда буду рядом

      — Опаздывает, — недовольно хмурится отец.       Знаю, как он ненавидит непунктуальных людей, поэтому только качаю головой.       Минус балл, мистер телохранитель!       Едва открываю рот, чтобы завести знакомую песню на тему: «Я уже взрослая и не нуждаюсь в охране», как за воротами раздается громоподобный раскатистый рык мотоцикла, а сразу за ним — звонок службы охраны. Отец нетерпеливо подскакивает с кресла и несется к домофону. Делаю глубокий вдох. Медленно выпускаю воздух из легких как раз в тот момент, когда отец выходит на улицу, чтобы лично поприветствовать — а скорее всего отчитать! — нового сотрудника.       Время останавливается, едва двери снова распахиваются, и пред моими очами предстает высокая фигура. Незнакомец замирает на мгновение, но потом его лицо озаряет широкая улыбка, и я судорожно сглатываю.       Черт! Да он красавчик!       — Дорогая, познакомься, твой личный телохранитель, мистер Тёрнер, — все так же недовольно ворчит папа, пропуская гостя вперед.       — А вы, должно быть, моя подопечная?       Боже мой! Какой голос!       — Сара, — пищу, осторожно поднимаясь с кресла, ибо ноги не держат, и неуверенно протягиваю руку. — Рада з-знакомству, мистер Тёрнер…       — Майкл, — улыбается еще шире и с заметным рвением сжимает мою ладонь. — Не обязательно обращаться ко мне по фамилии. Я всего лишь ваш верный раб на ближайшие полгода.       — Полгода? — перевожу взгляд на отца.       Острый, холодный взгляд устремлен на наши все еще сцепленные руки, желваки ходуном ходят. Похоже, теперь он злится.       Что, папочка, уже не рад, что решил приставить ко мне телохранителя?       — Контракт на полгода с испытательным сроком в один месяц, — папа мгновенно собирается: ровно в ту секунду, когда Майкл наконец отпускает мою руку. — Можно тебя на минутку, — обращается ко мне, не забыв при этом бросить многозначительный взгляд на мистера Тёрнера, — дорогая?       — Конечно, папочка, — едва не пою.       Уходим в отцовский кабинет. Слышу, как мама начинает что-то рассказывать Майклу и краем глаза замечаю, что он внимательно слушает, но не сводит глаз с меня. Губы едва заметно дергаются в намеке на улыбку.       — Сара, — отец возвращает к реальности.       Голос холодный как сталь. Тут же подбираюсь, не желая злить его еще сильнее. На самом деле папа не такой страшный зверь, каким может показаться на первый взгляд, просто я его единственная дочь и естесственно, что он обо мне заботится.       — Дорогая, хочу предупредить и надеюсь, ты меня услышишь, — начинает папа. — Я не слепой. Прекрасно вижу, что мистер Тёрнер — молодой, симпатичный мужчина. Однако, Сара, помни: он твой телохранитель, наемный рабочий. Не друг и не жилетка. Я не желаю, чтобы вас связывало что-то кроме рабочих отношений. И ты в первую очередь не должна отвлекать его от работы. Его работа — твоя безопасность. Тебе ясно?       — Да.       — Если я увижу, что между вами… что-то происходит — Тёрнер вылетит с должности, как пробка из шампанского. И пусть скажет спасибо, если я не напишу соответствующую характеристику.       По угрожающему тону понимаю, что шутки кончились. Сосредотачиваю все внимание на папе и снова уверенно киваю.       — Умница, — взгляд мужчины теплеет.       Он походит и неловко обнимает меня, давая понять, что неприятный разговор окончен. Я, как хорошая дочь, обвиваю крепкий торс отца руками и закрываю глаза.       — Ну все, беги, — нежности заканчиваются в тот момент, когда папа бережно отстраняет меня за плечи и, улыбаясь, смотрит в глаза. — Проведешь Майклу небольшую экскурсию?       — Конечно, — стараюсь улыбаться не так широко.       Папа, конечно, примет мою безумно-счастливую улыбку на свой счет, но для улыбки есть и сотни других причин. Например, один симпатичный телохранитель.       Ох, жизнь меня к такому не готовила!       И, черт возьми, кажется, Адель была права.       Слова отца вылетают из головы, едва мы возвращаемся в гостиную, и я снова встречаюсь глазами с мистером Тёрнером. Высокий, накачанный мужчина с ослепительной улыбкой, готовый на все, чтобы защитить тебя — что может быть лучше?       — Дорогая, — папа берет матушку под руку, — думаю, стоит оставить их наедине. Пусть познакомятся, пообщаются. Тёрнер?       — Да, сэр?       — Надеюсь, ты помнишь все условия контракта? — на мгновение папа снова превращается в жесткого бизнесмена, главу семейства и строгого отца.       — Так точно, сэр! — с уверенностью рапортует Майкл, на что папа лишь коротко кивает, и только после этого уводит маму из помещения.       Слышу, как они шушукаются, но все внимание приковано к другому человеку.       — Значит, Сара О’Нил.       — Значит, Майкл Тёрнер, — приподнимаю брови. — И что это значит?       — Значит, рад наконец-то лицезреть тебя лично, а не на обложке журнала.       — Следил за мной? — складываю руки на груди.       Это еще что за предъявы?       — Конечно, — пожимает плечами, — как и все жители нашего маленького городка. Не каждый день увидишь лицо с обложки настолько близко.       Если честно, его слова меня задевают. Я знаю, как относятся к нашей семье в Сентфоре, и знаю, что многие не любят и осуждают наш образ жизни. Но я не виновата, что благодаря своим целеустремленности и упорству папа добился таких высот, став на голову выше многих жителей города. Я не просила ничего этого. Мне хватило бы и обычной жизни, но повезло родиться с золотой ложкой во рту. Это не значит, что я лучше других. Не деньги делают нас счастливыми, и почему-то очень обидно от того, что мой телохранитель считает иначе.       Сжав кулаки, окидываю Майкла оценивающим взглядом. Видимо, и я поспешила с выводами. Ведь за маской красивого мужчины скрывался обычный человек, привыкший, как и все, встречать по одежке. Он меня совсем не знает, а уже успел прийти к заключению, будто я пустоголовая кукла с обложки. Как же неприятно, черт!       — Сара?       — Что? — хмурюсь, наблюдая, как мистер телохранитель смущенно отводит взгляд и покачивается с пятки на носок.       — Прости, я не то имел в виду.       — Конечно, — фыркаю.       — Просто я не привык… к такому, — пытается оправдаться Майкл, разводя руки в стороны.       Выглядит жалко.       — Ты не знаешь меня. Не знаешь, чем я живу, чего хочу, о чем мечтаю.       — Да, ты права, — теперь он смотрит мне в глаза, и у меня перехватывает дыхание. — Но у нас будет достаточно времени, чтобы это исправить.       Столько раскаяния в этом взгляде, что становится не по себе. Ведь я тоже, тоже сделала неверные выводы, опираясь на одну-единственную фразу, слетевшую с его губ, а уже успела включить стерву.       Опустив напряженные плечи, подхожу ближе. Майкл настороженно наблюдает. Протягиваю руку и, широко улыбнувшись, произношу совершенно искреннее:       — Привет, я Сара.       Майкл недоумевающе поднимает брови. Пару секунд смотрит на меня непонятным взглядом, а потом его лицо снова озаряет широкая улыбка, и он подхватывает мою игру:       — Рад познакомиться, Сара. Я Майкл — твой телохранитель.