Mentally ill

Фёдор расчёсывал белые волосы расчёской и заплетая в косу. Отрезанные пряди вылезали из нее и это не была обычная челка, волосы ложились по всей голове и были похожи на короткую стрижку. Подстрижены они были криво, но смотрелись нормально. Фёдор мог бы подровнять мальчику волосы, но тогда он просто нарушит правила использовав острый предмет. -Федя,а почему у той женщины вообще есть нож? У тебя тоже? Вы тут людей вскрываете и потом продаете их органы, делая на этом бизнес? Достоевский был удивлен переходу на "ты", но ничего не сказал. В принципе он был не против, если мальчику было так комфортнее. Гоголь говорил без привычной улыбки и будто спрашивал на полном серьёзе. -Конечно. После этого нас вскрывает начальство и проверка, за таких как ты. -Почему я? Бледные худые руки завязали резинкой волосы, после чего поправили обстриженные волосы. -Действительно. Ладно, скоро вернусь. Я так понимаю ты ничего не ел, тебе же дали родители еды? Мальчик повернулся лицом к уже стоящему около двери врачу и кивнул. -Будешь чай? -Ура, конечно. А у тебя есть кофе? -Для тебя нет. Не подумай, мне не жалко, но уже скоро спать надо. -Ну тогда с сахаром... Четыре ложки. -Не мало? Вообще не понимаю как вы пьёте с сахаром. -Тогда шесть. Николай улыбнулся и смотрел на то, как врач нахмурился. Брюнет вышел из палаты и закрыл дверь, а Коля остался один на один с собой. Всё это время, в особенности когда его схватила женщина в голове кричал голос. Что-то не понятное, но кричал. От чего мальчику было ещё страшнее. И опять он уткнулся в свои колени сидя на белой кровати в серой комнате. Достоевский ушёл в свой кабинет в котором как всегда сидели двое других врачей. Лишь подойдя к кабинету он уже услышал ругань. -Дазай, блять как можно бить Акутагаву? Ты идиот, врачом, а тем более психологом нахуй устроился? -Ну чуя... Все потому, что ты... Речи шатена оборвались стуком двери. Рыжий парень стоял рядом с столом на котором лежали бумаги и стоял не большой ноутбук, а сам Дазай чуть ли не разлёгся на диване который стоял с права от стола. Достоевский нахмурился и подошёл к одному из шкафов расположенных на против дивана. Он был коричневого цвета и в нём стояли три белых кружки. -Феденька, привет опять. -Не опять, а снова. Почему именно у меня в кабинете? -Ты тут довольно редко появляешься, вечно со своим белым ходишь. -Я по сравнению с тобой не забыл про своего пациента. -Сказал тот, от кого сбежал ребёнок. -Фёдор, так ты нашёл его? Вмешался в разговор двух врачей Чуя. Накахара обошёл стол и сел на стул, который был обычным и деревянным. -Нашёл. В кабинете повисло молчание. Достоевский поставил две чашки на стол рядом с чайником. -Чуечка, сделай мне чай. У меня болит ножка. Протянул жалобно Осаму, будто давя на жалость. -Подними свою жопу с дивана и сделай сам. Руки пока на месте. Было бы мило отрезать тебе их и ноги, чтобы ты стал овощем и умер от голода, но пачкать свои чудесные перчатки в твоей крови не желаю. -Ты жестокий Чуя. Я вот тебя люблю, а ты меня нет. Вот умру и оставлю тебя тут в этой дыре. Достоевский ощущал себя третьим лишним и достав свой телефон листал социальные сети. В принципе ничего нового. Брюнет на столько погрузился в учёбу и работу, что уже просто забросил все, что можно. В интернете он не с кем не общался и смысла в этом не видел. Щелчок. Чайник скипел и выключился. Фёдор налил в две кружки горячей воды и положил заварку, добавив в одну из чашек сахара, не много разбавил холодной водой из бутылки. -Что! Фёдор, ты ли это? Сахар, в чай? Я честно в шоке. -Это не для меня. Достоевский взял две кружки и направился к выходу. -Советую тебе наказать его. -Обязательно. Дверь закрылась с довольно громким хлопком. Сам кабинет находился не далеко от палаты, что было удобно для Достоевского. Сейчас он нарушал правила, но верил и знал, что сейчас не приедет проверка и не придёт очередная санитарка или врач. Дойдя до двери, брюнет открыл ее локтем и вошёл в палату. Гоголь смотрел на врача как голодный кот. Ему протянули чашку с черным чаем. Фёдор сел на стул, стоящий сбоку от стола. Поставив чашку рядом на стол, он достал свой телефон из кармана, врачебного халата и начал что-то читать, не обращая внимание на мальчика. Николай почему-то украдкой смотрел на Федю и кушал печенье которое дал ему отец. -Хочешь печенья? -Да у меня у самого есть в кабинете. -Возьми. -Ладно. Достоевский взял из протянутой упаковки печенье и положил его рядом с чашкой. -Надо было его отправить. Тогда бы смог сбежать! -Смерти мне желаешь? Все с тобой ясно. -Кстати, у тебя очень красивые глаза, словно аметист. -Благодарю. У тебя тоже, в первый раз такие вижу. Похожи на закат. -Правда?! -Да. -Ахуеть. В первые мне кто-то говорит про мои глаза, в хорошем ключе. Я так рад! Может поиграем во что-то. мне просто ужасно скучно. -Ничего сделать не могу с твоей скукой. Коля посмотрел на дверь и его будто заморозило. Он улыбаясь смотрел в одну точку. -А там это. Блондин показал на дверь. Его голос звучал не много напугано, но одновременно он смеялся. -Коля, что там? У тебя глюки? -Да. -Что именно, что ты видишь? Брюнет нахмурился и внимательно смотрел на Гоголя и на его поведение. -Хуй на ножках. Гоголь засмеялся каким-то не понятным смехом. Ситуация была абсурдная и очень идиотская. -Ты шутишь? -В том то и дело, что нет. Фёдор встал из-за стола взяв с собой не большую бутылку воды и подошёл к мальчику. Он достал из кармана таблетки и достав одну протянул ее Коле. -Запей таблетку водой. После неё может голова кружиться, это в лучшем случае, но тогда перестанешь слышать и видеть галлюцинации. Блондин запил таблетку водой. Вкус был ужасный. Коля опять уткнулся в коленки. Холодные руки коснулись левого предплечья. -Думаю тебе стоит поспать, чтобы тебе плохо не было сейчас. -Я не хочу сейчас! -Хорошо. Будет плохо, я не виноват. -Ну ладно. А вообще сон для не удачников. В следующий раз я не буду спать. Достоевский взял пустую кружку из которой пил Гоголь и вышел из комнаты. Коля достал футболку из пакета и переодел её. Фёдор вернулся в палату довольно быстро. -Где твой телефон? -Нет его больше. Умер! Техничка съела. -Конечно. Отдавай. -Федя, ты как моя мама. -Я жду. Мне без разницы, я могу тут остаться, я всё равно тут живу. -Ну ты стремный, как тут можно жить? -Прямо как ты будешь. Достоевский выключил свет в палате. Он сел на тот же стул. Комната освещалась лишь одним фонарём с улицы. Коля лег на кровать. Она была довольно твёрдой. Он лишь укрылся одеялом и повернувшись к стенке стал пытаться заснуть. Прошло довольно много времени. У мальчика путались мысли и рука вообще висела как не нужный мусор. Сжать ее или сделать что-то Николай не мог. Привстав он посмотрел на Фёдора который вроде спал лёжа на столе с телефоном рядом. Коля встал и шатаясь подошёл к врачу. В одной его руке было одеяло. Блондин укрыл им Фёдора как мог, одной рукой. После чего буквально упал на кровать и через несколько минут уснул.