Причина её стресса

Годжо ежедневно по несколько раз звонил Утахиме. Часто это были ни к чему не обязывающие монологи и лишь совсем иногда разговоры по делу. Иори хотела бы сбрасывать назойливые звонки, но вдруг Сатору собирался сообщить ей что-то действительно важное или где-то требовалась её помощь? Вот и приходилось каждый раз выходить с ним на вынужденный диалог, в надежде услышать поручение или хотя бы какую-то новость. Однако, в большинстве случаев, Годжо беззаботно рассказывал ей о том, как прошел его день, словно они были близкими друзьями. Иногда в голову Утахиме прокрадывалась мысль, что это ещё один способ довести её до нервного срыва. Иначе звонок в три часа ночи она объяснить не могла. — Годжо Сатору, если ты не объяснишься, я убью тебя, — злобно прошипела в телефон Иори. — У меня есть причина звонить тебе!.. — вместо приветствия начал оправдываться Сатору, после чего ненадолго замолчал, что было так ему несвойственно. Утахиме затаила дыхание — неужели правда что-то важное? Она терпеливо ждала, пока он начнет говорить, постепенно выпутываясь из под теплого одеяла и готовая по первому зову начать собираться к месту происшествия. — …Ты видела новый супергеройский фильм? Я ожидал, что это будет боевик на один раз, но я до смотрел до конца и до сих пор потрясен развязкой… Даже уснуть не могу! Я знаю, что ты не любишь боевики, но этот ты обязана посмотреть! Утахиме медленно выдохнула, стараясь не впасть в бешенство. Сатору Годжо… всё-таки и вправду удивительный человек. Пути гениев порой бывает сложно понять, верно? — Спокойной ночи, — раздраженно попрощалась она. — Утахиме, стой, подожди, я ещё… — девушка не дала ему договорить, сразу нажимая на отбой. Возвращаясь обратно в кровать, Иори предусмотрительно поставила телефон на беззвучку, но, прежде чем отложить телефон окончательно и попытаться уснуть, её внимание привлекло высветившееся уведомление на экране: Белобрысый придурок: «Эй, вообще-то невежливо подобным образом прерывать разговор!» «Не вежливо звонить посреди ночи», — мысленно съехидничала Утахиме, не удосужившаяся ответить хотя бы пару строк. Затем Годжо отправил несколько плачущих и гневных смайликов вместе с названием фильма, который, видимо, так потряс его ум, раз уж он решил позвонить ей именно сейчас. Белобрысый придурок: «Посмотри! Я потом спрошу!» Утахиме закатила глаза и отбросила телефон, пытаясь уснуть. Фильм она смотреть не собиралась. И вовсе не потому, что его посоветовал Годжо. Просто любым современным фильмам она предпочитала классику, о чем Сатору наверняка должен был знать. Хотя, когда этот болван интересовался тем, что ей действительно нравится? За десять лет общения Утахиме узнала о сильнейшем маге абсолютно всё: от его коронной проклятой техники до любимой кофейни, в которую он забегал каждый вечер. Интересно, что Годжо знал о ней? Судя по всему, ничего. И это тоже неимоверно злило. И надо признаться, Утахиме совсем немного обижалась. Возможно, будь Сатору Годжо более чутким к ней, то и она бы относилась к нему мягче. Возможно.

***

— Доброе утро, — отчаянно сдерживая порыв зевнуть, поприветствовала учеников Утахиме. О да, она не выспалась. Спасибо Сатору — после его звонка она ещё час не могла уснуть, а там уже было пора собираться на работу. Пусть только ей попадется… Впрочем, Утахиме довольно быстро взяла себя в руки — она очень любила своих учеников, а потому долго сердиться в их присутствии не могла. Вскоре её лицо вновь украшала привычная добрая улыбка и она с энтузиазмом объясняла подросткам новый материал. В конце-концов, сейчас она в спокойном, умиротворенном Киото, а Годжо наверняка где-нибудь в Токио, скорее всего, тоже занимается преподаванием детей, только в своей своеобразной манере. Или же снова безответственно относится к педагогическому долгу, перекладывая свои обязанности на кого-то другого… Успокоив себя этим фактом, Утахиме довольно приятно провела день. Ребята сегодня были спокойнее, чем обычно — оно и понятно, материал оказался сложный и чтобы его освоить требовалась максимальная концентрация внимания. К концу дня Иори чувствовала себя уставшей, но довольной. Один ученик подарил ей шоколадку — и пусть она не любила сладкое, все равно с радостью приняла её. Во взгляде ученика так и читалось желание порадовать любимую учительницу, что не могло не растопить сердце Утахиме. Сладость они разделили вместе, после чего Иори с любовью наблюдала, как подросток неуклюже покидает пределы школы. — Надо же, а когда я купил тебе сладкое, ты меня чуть не убила… — задумчиво произнёс знакомый голос, заставляя Утахиме ошарашенно обернуться. И давно он здесь стоит?! — Как давно… — хотя стоп, погодите, это не так важно. — Ты что здесь делаешь?! — Сегодня у меня выдался свободный денёк, — тут же с радостью поведал ей Годжо. — Не поверишь, но сегодня в расписании действительно не было моих уроков. Правда! — заметив недоверчивый взгляд, поспешил добавить он. — С проклятиями, ты знаешь, я довольно быстро справляюсь. Да и их сегодня было не особо много. Освободился я, значит, к обеду, и решил взять билет до Киото, чтобы проведать свою подругу, то есть тебя. Ты все равно не отвечаешь на мои сообщения, — укоризненно произнес Сатору, не скрывая в голосе обиды. — Я тебе не подруга, — сквозь зубы процедила Утахиме. — Почему ты просто не можешь оставить меня в покое?! — Потому что ты точно не посмотришь фильм, который я тебе посоветовал. А так я лично прослежу за этим! — Я не хочу смотреть этот дурацкий фильм. — Я тоже думал, что он дурацкий. Ну Утахиме, — запричитал Годжо. — Давай посмотрим! Ради меня! Всё равно не хочешь? Ну… Если ты посмотришь, то я не буду тебе звонить… Целую неделю! Только если вдруг не появится какое-нибудь важное поручение, конечно. Утахиме остановилась. А что? Это было заманчивое продолжение. От ежедневных звонков Годжо её телефон просто разрывался от постоянных вибраций, но совсем отключить звук или заблокировать назойливого абонента Иори не позволяла совесть. В конце-концов, в редкие дни календаря Сатору звонил с поручениями, и Утахиме не хотела бы из-за своей вредности пропустить именно такие звонки. — Целую неделю ты звонишь только по важным делам, — медленно повторила Утахиме. — И я смотрю с тобой фильм. Идёт. Годжо лучезарно улыбнулся: — Я знал, что ты согласишься! Я прихватил с собой диск!.. «И почему в наш современный век, когда всё можно найти в интернете, он всё равно предпочитает покупать диски?» — Тц, Годжо, только ты пользуешься кассетами. — Правда? — искренно удивился мужчина. — Ну не беда, найдем по сети! Сил хватило только на то, чтобы кивнуть. В какой-то степени Утахиме была даже рада болтливости её собеседника, потому что лично она сейчас и слова не могла вымолвить, предпочитая только слушать.

***

Утахиме впервые впускала в свою «холостяцкую» квартирку кого-то ещё. Гостей, кроме Сёко, она не приглашала. К тому же подруга никогда не комментировала некоторый беспорядок в доме. И теперь Утахиме неловко пыталась одной ногой затолкать валявшееся на полу одеяло куда-нибудь подальше, грозно смотря при этом на Сатору. — Ты всегда такая аккуратная, но в квартире у тебя царственный беспорядок, кто бы мог подумать… — Заткнись. — Говорят, в квартире беспорядочно у творческих людей… — Я планировала устроить уборку сегодня вечером, — сконфуженно пробубнила Иори. — И гостей не ждала, вообще-то. Годжо не ответил. Вновь посмотрев на него, Утахиме совершенно не ожидала увидеть, как по хозяйски мужчина начал наводить порядок на её рабочем столе, переставляя книги в аккуратные стопки. — Что ты так смотришь? Я, возможно, виноват, что не предупредил тебя о своём приезде, вот и пытаюсь загладить вину. — Ну, заглаживай, — вернула к себе дар речи Утахиме, направляясь к телевизору. Введя в поисковике название фильма, Иори мысленно приготовила себя на самые скучные два часа в её жизни. Вспомнив о том, что во время просмотра Годжо любит что-то жевать, Утахиме все-таки решила проявить некоторую гостеприимность и прошла на кухню. Сладкое, разумеется, найти не удалось, кроме сухих крекеров, которые, скорее всего, Годжо не оценит. Зато нашлась пачка чипсов, которая как-то осталась после прихода Сёко. Вернувшись в комнату, Утахиме без слов кинула в Сатору упаковку с чипсами и снова была изумлена: в этот раз он отключил свою технику пустоты… — Ай… За что?! — обиженно взвыл Годжо, когда чипсы угодили прямо в его затылок. Впрочем, тут же обрадованно заулыбался. — А, подожди, это мне? Спасибо! Только в следующий раз предупреждай… Утахиме ничего не ответила, присаживаясь на другой конец дивана. Не то, чтобы она не доверяла Годжо — всё-таки не смотря на его хронический диагноз «болван», он не был отмороженным придурком, чтобы начать приставать к девушке, учитывая их нынешние отношения. Но осторожность ещё никому не помешала. Годжо заметил прочерченную дистанцию, судя по его опечаленному взгляду, но комментировать действие девушки не стал, а просто включил фильм, переводя свой взгляд на экран. Утахиме вздохнула и последовала его примеру.

***

Под конец фильма Утахиме еле сдерживала слёзы — не смотря на то, что сам сюжет ей всё равно не особо понравился, она привязалась к героям, которым режиссеры отчаянно желали всего самого худшего, хотя они заслуживали лучшего. К тому же, финал остался открытым… — Ты совсем не бережешь мою нервную систему, — фыркнула Утахиме, когда начались титры. — Ты либо доводишь меня своим поведением, либо находишь другие способы. — Это значит «Ты был прав, Годжо Сатору, это лучший фильм, который я смотрела в своей жизни?» — Это значит «Ты придурок, Годжо Сатору». — Как грубо, — совершенно не обиделся Годжо, довольный произведенным эффектом. — И всё-таки я рад, что ты не пожалела о просмотре! Спасибо, что согласилась! За окном уже совсем стемнело. Сатору резко встал, нарушая уютную атмосферу, возникшую между ними и надел на себя куртку под удивленный взгляд Утахиме. — Ты куда собрался? Ночь на дворе… — Думаешь, сильнейший маг боится темноты? — фыркнул Годжо. — И куда ты пойдешь? — Пойду на вокзал. Подожду до утра и отправлюсь следующим рейсом в Токио. — Ты можешь переночевать здесь. — Не хочу тебя смущать. Ты мне не доверяешь, — неожиданно серьёзно произнес Годжо. — Если ты боишься, что со мной что-то случится, то поверь, «что-то случится» с тем, кто решится напасть на меня, не более. Не беспокойся! — Да причем здесь это! — смущаясь, проворчала Иори. — Знаю я, что тебя, болвана, никакая пуля не заденет, — сказать о том, что ей было просто жаль выгонять на улицу Сатору, который без постоянных подколов в её сторону мог быть довольно милым парнем, она не могла. Иначе шуток станет ещё больше. — Просто оставайся здесь и всё. Лучше переночевать ночью на диване, а не на вокзале. Годжо засиял в улыбке: — Ну раз ты настаиваешь! — он мигом вылез из куртки, словно только этого и ждал. — И да, ты действительно можешь доверять мне, потому что я никогда не трону тебя, если ты этого не захочешь… — Заткнись, — Утахиме была достаточно взрослой женщиной, но такие слова, произнесенные с настолько невинным лицом, могли смутить кого угодно. — Ты просто спишь здесь. И ни одна живая душа об этом не узнает. А ещё я напоминаю тебе — никаких личных звонков в течение целой недели. — Да-да, конечно! — кивал головой Годжо, ложась на диван с самой счастливой и безмятежной улыбкой на лице. — Всё-таки даже такая злая девушка как ты, может быть милой и доброй… Утахиме кинула в него подушку, которая снова попала аккурат в лицо Сатору, пройдя через технику пустоты…

***

Проснувшись утром, Утахиме нашла рядом с прикроватной тумбочкой маленькую записку. «Спасибо за самый лучший вечер в моей жизни и ночлег! Извини, что прощаюсь через записку, но испугался тебя будить. Кто тебя знает — вдруг снова что-нибудь кинешь спросонья… С тобой моя пустота барахлит. Ничего с этим не поделать.» Годжо мог быть ужасно милым и ужасно противным. Этого у него не отнять. Флегматично положив записку обратно, Утахиме начала собираться на работу. Пустота у него барахлит… Ну конечно. Он правда думает, что она поверит в эту ерунду? Выйдя из комнаты, Иори заметила, какой непривычный порядок окружал её вокруг — видимо, Годжо постарался, прежде чем уехать к себе в Токио. Утахиме не смогла сдержать улыбки. Был бы он всегда таким — может, она бы и влюбилась в него. В течение дня от Годжо действительно не поступило ни одного звонка, что не могло не радовать Утахиме. Тот всё же умел исполнять уговоры, созданные на честном слове. Да и ей стало гораздо спокойнее заниматься своими делами, не отвлекаясь на постоянно вибрирующий телефон. Ближе к вечеру, когда Утахиме вернулась домой и первым делом решила заварить себе чай, её телефон отчаянно зазвонил, и даже не взглянув на экран, Иори приняла входящий звонок. — Привеет! — протянул хорошо знакомый голос. — Годжо?.. — Я обещал тебе не звонить по пустякам, но поверь, сейчас у меня к тебе важное дело! Я решил посмотреть фильмы, которые тебе нравятся. Ну, занудная классика, эпоха Золотого Голливуда и всё в этом роде… И знаешь что?! Мне понравилось! Утахиме ничего не отвечала на восторженные реплики Годжо, лишь иногда позволяя себе тихий смешок в ответ на его слова. Сбрасывать трубку она тоже не спешила, спокойно заварив себе чай и продолжая слушать мужчину. Почему-то сейчас её не раздражал звонок от Сатору, но Иори решила не заморачиваться на этот счёт, а просто наслаждаться монологом раздражающего человека, который в какой-то момент стал её синонимом к фразе «Всё хорошо».