Грешница и праведник

- А как же Феличита? – недоверчиво уточнила я. - Ты здесь кого-то видишь? – провёл рукой Хёнджин в сторону зала. - То есть, ты готов ей изменить? - Я же не собираюсь оттарабанить тебя в связи с этим на барной стойке!        Боже, он так это сказал, что идея мне показалась заманчивой. - А что тогда будет в себя включать статус твоей девушки на этот вечер? - То и будет – статус моей девушки. - Нет, фигушки. Если ты будешь из-за этого иметь право мне что-то запрещать, то и я должна буду иметь какие-то права! Банчан, скажи же? - Ну… справедливое требование, - усмехнулся он. - Слышал? – глотнув кофе, я хищно, в предвкушении воззрилась на Хёнджина. – Ты должен будешь меня целовать. - Нет. - Тогда не буду твоей девушкой. - Придумай что-нибудь без физического взаимодействия. - Почему ты так этого боишься? Почему он так этого боится? – повторила я тотчас вопрос Банчану, зная, что от этого хмыря правды не дождусь. Но и друг его лишь пожал плечами, удалившись к посетителю, попросившему соджу. – А если я тебе тоже буду запрещать, ты будешь слушаться? - А что ты хочешь мне запретить? - Ну… грубо со мной разговаривать. - Идёт. Я запрещаю тебе пить, а взамен говорю с тобой вежливо. - Это не всё! – спохватилась я, что мало потребовала. - А что ещё? - Мы… мы… имеем право трогать друг друга.        Хёнджин задумался и, повиляв головой в некоторых сомнениях, ограничил предложение: - Не везде. - А почему нет? - Без обсуждений. Либо не везде, либо никак. - Хорошо. А где нельзя? - Под одежду лезть нельзя.        Нахмурившись, я поджала губы. Сделала ещё глоток кофе. Не удержавшись, протянула руку и, сняв резинку с волос Хёнджина, распустила их и стала гладить. Чуть отстранившись, но так, что я всё равно достала, он на меня недовольно воззрился: - Что ты делаешь? - Трогаю. Мне ещё в клубе хотелось твои волосы погладить. - А свои тебя чем не устраивают? - Свои – это другое.        Нащупавшись, я опустила ладонь ему на плечо, по-свойски, будто это всё уже было моё. - Ты меня всего теперь решила облапать? - Имею право, я же твоя девушка! - Некрасиво на людях так делать… - Ну вот ещё, начались новые правила!        Хёнджин допил одним глотком чай и бросил Банчану: - Мы пойдём, сколько с меня? - Да оставь! – отмахнулся тот. – Чего так быстро уходите? - Обстоятельства. Пока! - До встречи!        Подождав, чтобы я тоже расправилась с остатками кофе, Хёнджин придержал мой пиджак, помогая попасть в рукав. - О-ля-ля! Какие манеры! – хохотнула я, выходя из ресторанчика. - Я же твой парень. Это услуга по умолчанию. - Если мы договорились на сегодняшний вечер, а уже как бы почти одиннадцать часов, значит, уговор в силе до утра? - Почему это? - По логике. - Нет, неправильная логика. Уговор до полуночи. Ключевое слово «сегодняшний». - Тогда после двенадцати я пойду в бар напиваться! - Без меня, пожалуйста! - Тебе что, всё равно на это? – выясняла я с ним отношения на тротуаре перед входом в заведение, будто мы и впрямь парочка. - А почему должно быть не всё равно? - Потому что я пока ещё твоя девушка! - Чёрт… - усмехнулся он. - Видишь? Нельзя нарушать условия. Если не хочешь, чтобы твоя девушка напилась после полуночи, ты должен быть с ней, а чтобы быть с ней – нужно быть её парнем. Придётся им до утра быть. - Я не собираюсь куролесить всю ночь. У меня в планах поспать. - Ладно. Но я сплю у тебя!        Хёнджин посмотрел на меня как будто бы собираясь возмутиться. В его лице набирали обороты эмоции, но вдруг равномерно рассосались куда-то, с одним шумным вздохом. - Тебя дома не потеряют? - С этим всё в порядке. Я сама за себя отвечаю, за мной никто не следит. - Плохо. - Почему? Я могу делать, что захочу! - Ну так вот это-то и плохо. Мозгов-то не хватает не делать глупостей. - Эй! Нарушил! Сказал мне грубость! - Прости. - Нет, с меня штрафная рюмка! – засмеялась я и развернулась к дверям ресторана. Хёнджин поймал меня за запястье и, развернув, дёрнул на себя. Я влетела в его грудь, пойманная и схваченная. Опешила от неожиданности. - Я запретил тебе пить. - Но ты… - Что? - Нарушил же! - Раз я нарушил, с меня и штраф. Придумывай наказание.        Это мне уже нравилось. Он, всё-таки, не ограниченный сноб, умеет быть авантюрным. Но у меня на уме по-прежнему было одно: - Поцелуй меня. - Поцеловать тебя? – не сильно удивился он. Я задрала голову, чтобы посмотреть в его глаза, блестящие в вышине надо мной. Ожидалось недовольство или упрёк, но там скорее была непроницаемость. - Ну… как бы… да…        Наклонившись резко, он коснулся губами уголка моего рта, испугав меня немного. Это было третьим вариантом из тех двух, которые предположила я: что он пошутит и ни за что этого не сделает, или что он сейчас засосёт меня так страстно, что лёгкие втянутся. Ни то, ни другое. - Разве же это поцелуй? – разочаровано поинтересовалась я, отпущенная им. - А ты хотела с языком по самые гланды? Справки, Юна, я от тебя так и не видел. - Да для поцелуя-то она зачем?! - Вот такая вот щепетильная у меня чистоплотность. Вдруг у тебя дёсны кровоточат, а через кровь, знаешь ли… - Фу, блин, ты вдаёшься в такие подробности, что уже расхочется всего сто раз!        Хёнджин засмеялся: - Я стараюсь. - Ты себя сам тоже этим останавливаешь? - Не преднамеренно. Эта информация имеется в моей голове, так что работает естественным торможением. – Он достал телефон. – Ты опять дрожишь в своей куцей тужурке. Я вызову такси… - Блять, тебя реально воспитали филолог и историк? Куцая тужурка! - Не матерись. Пока ты моя девушка – я не разрешаю. - А сам? - И я не буду. - Отлично. Так кто твои родители? Правда интересно. – Хёнджин покосился на меня, оторвавшись на пару секунд от экрана, и, ничего не сказав, покачал головой. – Не скажешь? Почему? - Не хочу. - Таинственный какой! Ты же до своего дома такси вызываешь, да? - Да. - Хорошо. - Тебе так моя квартира приглянулась? - Ага, шик! Закачаться можно от восторга. - Сам тащусь. - Убираться не пробовал? - Творческий беспорядок имманентен среде моего обитания. - Заебись… - Не больно, но очень внезапно, Хёнджин хлопнул меня по губам кончиками пальцев. Я подскочила, осознавая, что произошло. Ткнула в него пальцем: - Ты поднял на меня руку! - А ты нарушила уговор. Мы не материмся. - Мог бы просто сказать! - Я сказал две минуты назад, а ты уже забыла. Обычно физические последствия лучше запоминаются.        Помолчав насуплено, скрестив руки на груди, я быстро отошла, усмехнувшись: - А если я совсем распояшусь, ты меня отшлёпаешь по-нормальному? - Размечталась. - Тебе даже это предложение не кажется соблазнительным? - Мне не кажется соблазнительным ничего, что мне навязывают, пихают и предлагают. Мне это неинтересно. - Ты ненормальный! - Пускай будет так.        Расплатившись с таксистом, Хёнджин поднял взгляд вверх, к своим окнам, и выдал: - Свет горит.        Учитывая его спокойствие, я не заподозрила присутствие девушки, поэтому спросила: - Кто у тебя может ещё быть? - Феличита.        Так всё-таки она?! Но почему так спокоен Хёнджин? - У неё и ключи от твоей квартиры есть? - Конечно. Идём, познакомишься.        Он шагнул вперёд, а я так и осталась стоять. Я надеялась его вывести из себя неловкими ситуациями, скомпрометировать, устроить им сцену и стоять в стороне, веселиться, как маленький демон, но, похоже, в ступоре тут одна я. Как это – пойти и познакомиться? - Ты… вот так просто меня представишь? - Я о тебе уже всё рассказал, так что, почему бы и нет? - Рассказал?! У тебя от неё вообще секретов нет? - Никаких, - он посмотрел на меня, показывая, что идёт в подъезд, - ты остаёшься? Струсила?        Драться, на самом деле, я была не готова. Турнир за сердце прекрасного рыцаря как-то сейчас не под настроение. Если бы я выпила – другое дело, а так… Было неловко, но не показывать же, что начатое мною мне не по плечу? - Нет, с чего же, пойдём.        В лифте я успела передумать сотню вариантов, приходило в голову даже развернуться и убежать, всё-таки. Что сейчас будет? Они сядут парочкой напротив меня, возьмутся за руки и станут потешаться над моей наивностью – как я хотела влезть в их такие доверительные и крепкие отношения! Что делать-то? Как не оказаться проигравшей, выглядящей полной идиоткой?        Хёнджин повернул ключ и переступил порог. - Привет, ты вовремя! Я только решил поужинать! – раздался с кухни низкий мужской бас, и я остолбенела, не решаясь войти. Художник-недотрога, лучась озорством, посмотрел на меня, шёпотом спрашивая: - Чего ты испугалась? Ещё одного парня? - Ты не предупредил, что тут ещё кто-то! - А тебе не всё ли равно? Никогда не участвовала в оргиях и групповухах?       Я никогда в них не участвовала, но не стала этого озвучивать, чтоб не подумал, что мне слабо. Хёнджин включил свет в прихожей, разуваясь, и к нам вышел тот, чей басистый голос я слышала. Это был молодой человек примерно нашего возраста, очень симпатичный, с улыбчивыми глазами и веснушками на смуглом азиатском лице. Надо же, какая редкость! Встретить веснушчатого корейца – это как найти четырёхлистный клевер, явно к удаче. Должно быть, драка с девушкой Хёнджина меня минует. - Привет, - кивнул он мне. - Привет, - я прислушивалась к звукам в квартире и смотрела на дверь в зал, когда оттуда выйдет Феличита? - Познакомься, это та самая, - указал на меня другу Хёнджин. - Что значит «та самая»? – стукнула я его по плечу. – Что ты обо мне уже наплёл? - Ничего, кроме правды. - Очень приятно, я – Феликс, - представился тот. - Юна, - отозвалась я и, продолжая стоять в напряжении и ждать, шепнула Хёнджину: - Ну, а где… она? - Кто – она? - Девушка твоя! - Ты же сегодня моя девушка, совсем ку-ку? - Ты придурошный? Я про Феличиту! – громче выпалила я, почти сквозь зубы и, видя, как поднимается рука Хёнджина, проследила за её указующим направлением. Направление упёрлось в Феликса. – Причём тут Фел… Фели… минуточку! – стало доходить до меня. Или не доходить. Сумбур мыслей и карусель в голове, фонтан идей. Феликс – Феличита! Так это прозвище? Феличита – парень?! Но почему женское имя… минуточку! Я выпучила глаза: - Так вы геи?! Ты поэтому мной не заинтересовался?!        У Феликса из рук выпала тарелка и со звоном и содержимым рассыпалась по полу. Хёнджин заржал, как конь ретивый (господи, из-за него и я откуда-то архаизмы вспоминать начинаю), а я потёрла на джинсах долетевшую до меня каплю соуса. - Ничего себе выводы, конечно, - присев, стал собирать осколки Феликс и, недовольно подняв взгляд на друга, проворчал: - Ты там из себя что хочешь корчи, а меня в это не вмешивай. - Я не корчил, - вытирая слёзы, выступившие от смеха, пытался объяснить Хёнджин, - она увидела, как ты записан у меня в телефоне, и сама себе что-то придумала. Я же говорил – дурочка. - Сам ты дурочка! – стукнула я его ещё раз. Посмотрела на Феликса, пошедшего в туалетную комнату за шваброй и ведром. – Ты в курсе, что ты у него записан «Феличитой»? - Конечно, у Хёнджина ни один человек по нормальному имени не записан. - А почему… - прервавшись, я посмотрела на виновника моего заблуждения. Вот же поганец! Морочил мне голову! Хоть бы намекнул, что я ошиблась! – А я как у тебя записана? - Я тебя не записывал. - Врёшь! Дай телефон, покажи. - Хорошо, я записал тебя, но не могу сказать как, потому что мы сейчас не материмся. - Зараза! Запиши меня нормально! - Дай повод. - Да просто «Юна» напиши. - Феликс правду сказал, я никого по именам не записываю. - Тогда пиши «Любимая», раз только что выяснилось, что другой у тебя нет. - Бегу-спотыкаюсь, глажу шнурки, сушу лапшу.        Феликс вышел из ванной, набрав в ведро воду. Я переключилась на него: - А почему у тебя такое прозвище? - Спроси у этого рифмоплёта, он в школе меня так начал звать. - Почему ты его так назвал? - Захотелось, - пожал плечами Хёнджин, - его имя то же самое обозначает – счастье. Услышал старую песню как-то раз, она ко мне привязалась, я к нему и прилепил.        Глядя, как вытирает пол парень, наводя за собой порядок, я вдруг подумала, что не ошиблась с этим типом, он и впрямь приносит удачу, раз уж назвали его так красиво и со смыслом. - Хорошо, раз вы не геи, и девушки у тебя нет, - воззрилась я на Хёнджина, - вопрос остаётся открытым: что с тобой не так? - Феличита, что со мной не так? – переадресовал он вопрос другу. - Ты правда хочешь услышать? - Не я – она. - С ним всё в порядке, - ответил мне Феликс. Распрямился, вытерев всё хорошенько и схватившись за поясницу: - Проклятые рудники! - Какие ещё рудники? – не поняла я. - Это прикол такой, - пояснил Хёнджин. Ясно, у них, как и у всех близких друзей, существуют какие-то только им понятные шутки, жаргонные словечки, местечковый юморок. Как и у нас с подругами, собственно. - Ты учился в военной академии, да? – припомнив, спросила я у Феликса. - В ней самой. - Мм… представляю тебя в форме, наверное, она на тебе отлично сидит. - Беги, Ликс, она ищет следующую жертву, - шепнул через моё плечо ему Хёнджин. Я угрожающе замахнулась на него рукой: - Я просто разговариваю! Или ты боишься, что я оставлю тебя и переключусь на него? - Пожалуйста-пожалуйста, буду только рад. - А у тебя есть девушка? – поинтересовалась я у Феликса, но Хёнджин вмешался: - Зачем ты вообще об этом спрашиваешь, если тебя это не волнует? Как будто факт её существования тебя останавливает! - Хм, ты прав. Можешь не отвечать, Феликс.        Убравшись и отнеся всё на место, тот отряхнул руки и взялся за ботинки. - Ты же ужинать собирался, - напомнил ему Хёнджин. - У меня была только одна порция рамена, заскочу по пути домой в какую-нибудь кафешку. - Можешь взять другую лапшу, у меня ж валяется запас… - Не, эта была моя любимая, у тебя такой нет. - Ликс, не оставляй меня одного! - У тебя же есть компания. - Вот с ней меня одного и не оставляй! - Я тебя не съем, - пообещала я. - Приятно было познакомиться, - солнечно улыбнулся Феликс. - А мне-то как! – узнать, что никакой девушки у Хёнджина нет – дорогого стоило, но, правда, сильно усложнялась его неуступчивость. Ладно там принцип верности, а без девушки выходило, что ему действительно я не нравлюсь, и ничего кроме этого.        Феликс вышел, и мы, оставшись тет-а-тет, посмотрели друг на друга. - Ну, чем займёмся? – поиграла я бровями. - Спать ляжем. - Вместе? Я помню, что для секса тебе нужна справка! Но если мы сегодня парень и девушка, то лежать в одной постели же можно? - Кто тебе сказал, что я стал бы ложиться со своей девушкой в одну постель до свадьбы? - Да ну хватит, это уже гон откровенный! Конечно же, лёг бы, иначе оставался бы до сих пор девственником… - Давай кое-что проясним. Заниматься сексом можно с проститутками, снимать их на час, два, хоть всю ночь. Драть в хвост и гриву и уходить. Или выпроваживать их, чтобы никогда больше не увидеть. Встречаются же с теми, в кого влюбляются, кого любят, кем дорожат, с кем видят себя в старости, а потому не торопятся дорваться до кровати, ведь впереди – совместная жизнь, которую не надо портить спешкой и пошлостью. Ты как хочешь, чтобы я к тебе относился, как к девушке или как к проститутке?        Умеет он шах поставить. Что было ответить? Он и так отнёсся ко мне первоначально, как к проститутке, это отношение я и хотела перебороть, но если выберу кнопку «девушка», то останусь за воздвигнутым барьером и не получу Хёнджина в свою постель ещё чёрт знает сколько. И что же, мне придётся, чтобы переспать с ним, ввязаться в продолжительные отношения? Но он же не предлагал их мне, настоящие! Он просто пудрит мне мозги, чтобы не дать получить желаемое. - Ладно, скинем маски, давай на чистоту, - задолбалась я ломать голову над его поступками и рассуждениями, - я – свободная, современная, эмансипированная девушка, которая имеет право спать, с кем она захочет. Такое поведение никогда почему-то не компрометировало мужчин и, я считаю, не должно компрометировать женщин, как-то отражаясь на их репутации. Я принимаю, что всё должно быть взаимно и должны учитываться интересы обеих сторон. Я хочу получить от тебя секс. Что ты хочешь получить взамен от меня? Справку? Я завтра схожу сдать кровь. Отношения? Хорошо, давай некоторое время повстречаемся, могу даже ради полного вживания болтать о свадьбе и старости с внуками. На этом всё? Или будут ещё условия?        Хёнджин продолжительно посмотрел на меня и медленно, лукаво расплылся, привалившись плечом к стене. - Видишь? Стоит создать человеку затруднение, как он умнеет на глазах. Похоже, ты начинаешь вспоминать дипломатические лекции, на которых дремала. Ты не такая уж дурочка, Юна, какой хочешь быть. Ты даже в состоянии выстраивать длинные, связные предложения без матершины и похабщины. - Тебе это от девушки нужно? Умные разговоры? - Ментальный экстаз. - Ментальный экстаз? Что за дичь? - Усилитель физического оргазма. Глутамат ебанатрия. Никогда не пробовала? - Нет, не приходилось. - Жаль. Советую. - Где же его взять? - Он производится в процессе взаимодействия. На это нужно некоторое время. - Как много? - А сколько ты готова на это потратить?        Я прищурилась. Разговор двух деловых людей. Это мне было более близко, чем абстрактные рассуждения Хёнджина о морали и нравственности. - В принципе, в ближайшее время я свободна… Значит, если тебе станет со мной приятно общаться, то мы договоримся до физической близости? - Не совсем так. Мы договоримся до физической близости, когда я увижу, что ты сомневаешься. - То есть? - Когда я пойму, что ты не готова дать мне, как только я попрошу. - Я должна расхотеть тебя, чтобы ты со мной переспал? - Зачем же? Ты должна понять, что не всегда нужно делать то, чего хочется. Научишься сдерживать желания и не потакать им – тогда мы договоримся. - Я не совсем понимаю, как мы это сделаем, если я должна буду отказываться, а ты даже не пристаёшь? - Я могу начать, - многообещающе сказал Хёнджин, и в его взгляде пробежало что-то, что подтвердило: может. – Но ты должна упираться и сопротивляться. - Как долго? - Ну… скажем, три месяца. - Один. - Такая невыдержанная? - Один и неделя. - Два с половиной. - Два. - Ладно. Два месяца. Видела фильм «Всегда говори «да»? А у тебя будет наоборот, всегда говори «нет» все эти два месяца. Я буду домогаться, лезть, приставать, соблазнять тебя на нехорошие вещи, а ты будешь отказываться. - Сумасшествие какое-то… - Не сможешь? – с вызовом ухмыльнулся Хёнджин. - Я? Сложного ничего нет, разве что наскучит… - Сойдёшь с дистанции досрочно не справившись, если не потянешь. - А ты потянешь приставать ко мне два месяца и ничего не получать? Если тебе это будет не трудно, то это нечестная сделка. - Ты всерьёз думаешь, что легко не трахнуть красивую девушку, которая на всё согласна? - Судя по твоему поведению последних двух дней – легко. - Ну так сделай так, чтобы мне было трудно, Юна. Пробуди во мне интерес, возбуди. - Как я тебя возбужу, если ты сказал не лезть под одежду? - Святые Небеса! Ну не только же дёргая за член возбудить можно! - Даже когда я разделась – тебя это не привлекло! - Потому что привлекает неприступность. Побудь неприступной эти два месяца – вот и вся задача. - Только для тебя? Или вообще? - Само собой вообще. Что это за неприступность, спящая со всеми, кроме одного? - Я просто уточнила. - Договорились, значит? – протянул он мне руку, предлагая пари. - Так. Ещё раз. У нас два месяца, в течение которых я веду себя показательной порядочной девочкой, после чего мы с тобой переспим? Гарантированно? - Гарантия в тебе. Если через два месяца мне придётся разводить тебя на секс, а не ты на меня полезешь, то всё случится. - Пф! Я справлюсь, - пожала я его ладонь, - всё это время мы же будем видеться? - Конечно. На эти два месяца ты моя девушка – пойдёт? - Почему бы и нет? - Можешь жить здесь. Мне так проще будет видеть, что ты не сорвалась на разгул. - Я бы сняла хатку получше… - Нет, мы останемся здесь, - помолчав, Хёнджин шагнул в сторону зала, - а теперь идём спать. - Идём… - Юна! – остановился он. – Ты не соблюдаешь правил! - Каких? - Я иду с тобой в одну комнату. Ты должна не впускать меня и выпроваживать! - А! – дошло до меня. Я об этом даже не подумала. Только обрадовалась, что мы спим вместе… - Как же я буду выгонять тебя в твоей же квартире? - Обычно, - взяв за плечи, он переставил меня в дверной проём зала, шагнул резко навстречу, так что я механически выставила ладони, упершиеся ему в грудь. – Ты что, не хочешь, чтобы я лёг с тобой?        Он начал игру и смотрел на меня в упор, ожидая правильного ответа. Это попахивало абсурдом, но я произнесла: - Нет, - хотелось смеяться над всей ситуацией. - Да ладно тебе, мы же просто будем спать вместе. - Нет, - покачала я головой, - ты спишь на кухне. - Мне там будет холодно и одиноко… - сильнее надавил он грудью вперёд, так что я растерялась на мгновение и отступила, но потом уперлась пятками в пол и упрямо толкнула его ладонями: - Мне тоже тут будет не весело, но уходи! - Не понимаю, почему ты отказываешься?.. - Хёнджин, не тролль так жирно, дай привыкнуть к нашим ролям, - попросила я его, опустив руки. Как только я прекратила отпор, он отступил. Не шутил, значит, что будет приставать до тех пор, как я буду обороняться. - Ладно, продумай план действий, если тебе нужно, - ухмыльнулся он. – Добрых снов! - Спокойной ночи…        Раздевшись, я выключила свет и легла. Поверить было трудно, что Хёнджин в нескольких шагах от меня, а я не имею права завалиться к нему под бок. Почему я согласилась на этот странный бред? Вопреки тому, что я сказала насчёт скуки, я наоборот была уверена, что это будет интересно. Никогда я не развлекалась подобным образом. Никогда прежде парни не уговаривали меня ответить им «нет», вместо «да». Что за человек этот Хёнджин? С каждым новым часом он казался мне всё загадочнее и желанней. Ну ладно же, посмотрим, кто кого захочет сильнее, мистер Морализатор!