Смесок

(Лион)       — Ну, привет, Лион, — поприветствовал меня Жерар.       Я аж чуть с кровати не навернулся — так резко обернулся. Полуэльф медленно прошествовал ближе ко мне, все еще скрещивая руки на груди, и придирчиво осмотрел меня на предмет синяков и засосов. Нельзя сказать точно, расстроило его увиденное или наоборот — по его лицу было ничего толком не понять, кроме того, что он пришел старательно делать вид, что он крутой, независимый и вместо сердца у него каменный гранит.       — Как тебе в роли шлюхи на привязи? Все так же вне себя от счастья? — вдруг неожиданно ядовито поинтересовался он. Меня аж оторопь взяла. Кое-кто, кажется, явно перегнул палку с гранитными камушком в груди.       — А по мне не видно? — резковато ответил ему я, с удовольствием отмечая, как маска дала трещину — нижняя губа самую малость скривилась, выдавая внутреннее раздражение. — Как там твое народное ополчение поживает, сын полка?       — Я ведь и вмазать могу, — сдержанно пригрозил Жерар. Не особо убедительно.       — Это как-то изменит ситуацию? — примирительно вздохнул я, садясь на кровати к нему лицом.       — Нет, но мне определенно станет легче, — теперь полуэльф уже не скрывал своего раздражения и устало опустился на табурет, на котором обычно после ванной восседал дроу, пока Шая заплетала ему косички. И если всерьез подумать в этом направлении, то я бы тоже не отказался принять участие в этом процессе… другое дело, что Сиам вряд ли позволит мне творить беспорядки на своей голове — придется ограничиться беспорядками внутри его головы.       — Станет? — с сомнением переспросил я. — Ну тогда бей. Мне не привыкать, да и яблоко от яблони…       — Ты и в самом деле умеешь отменно выводить из себя, — нахмурился Жерар, сузив глаза. — Я теперь удивляюсь тому, что ты так легко отделываешься, живя с моим отцом. С такими талантами он бы тебя прибил в первую же ночь и был бы прав.       — Вот видишь, не такие уж вы с ним разные, — фыркнул я.       — Ну, тебе виднее, — холодно выдавил молодой человек и я заметил, как забилась жилка на его виске. — Это у тебя же хватило ума спать с нами обоими — есть что сравнивать. И что-то мне подсказывает, что твой ненаглядный дроу до сих пор не в курсе событий.       — По-моему, это слишком громкие заявления для того, кто всего лишь пару раз мне отсосал, — не удержался от ответных язвлений я, потому что эта тема меня и в самом деле пугала. Даже больше этой странной глухой агрессии Жерара. Того от моей реплики буквально перекосило. Сжав челюсти и кулаки, он угрожающе глядел на меня исподлобья и молчал. Я не знал, что еще ему сказать или как разрядить обстановку. В конце концов, это именно он начал с оскорблений.       — Что мешает мне сейчас заломить тебе руки за спину и нагнуть прямо в его спальне? — задумчиво поинтересовался у меня полуэльф, когда напряженная пауза затянулась.       — Ты не станешь, — я трезво оценивал ситуацию и прекрасно понимал, что он несколько выше, крупнее и уж точно сильнее, чем я, поэтому решил, что разумнее прекратить обмен издевками и воззвать к разуму. Но разум, похоже, был временно недоступен.       — С чего ты это взял? — мрачно ухмыльнулся Жерар, подходя ближе. Я инстинктивно вскочил на ноги, готовясь бежать наутек, чуть что. Но на этом я и попался. Он сделал резкий выпад вперед, схватил меня за левую лодыжку и дернул — я тюком плюхнулся на кровать дроу, благо она широкая и голова моя бедовая приземлилась в пределах матраса. Я не заметил, в какой из моментов на кровать забрался сам полуэльф, но следующее, что я осознал — мои руки были в его крепкой хватке, а сам он победоносно восседал на мне, глядя сверху вниз.       — Слезь с меня, — я все еще не оставлял попыток звучать грозно. Бесполезных, впрочем.       — Тебе нравится, когда берут силой? — вкрадчиво поинтересовался он и кивнул сам себе. — Иначе ты не приходил бы от Сиама в щенячий восторг.       — Прекрати, — уверенности в моего голосе становилось все меньше, что не ускользнуло от полуэльфа, который лишь криво ухмыльнулся в ответ на это и, наклонившись, сначала укусил меня за кончик носа, а потом вдруг прижался теплыми обветренными губами к моим губам. Я испуганно зажмурился, молясь только о том, чтобы сейчас в комнату не вошел Сиам. Валинор, или кто там сейчас был на небе вместо нее, меня в кои-то веки услышали. Жерар, поняв, что отвечать на поцелуй я не собираюсь, выпрямился и устало вздохнул, выпуская из хватки мои запястья.       — Почему он? — глухо и очень тихо произнес он, наконец.       — Ты в самом деле хочешь об этом поговорить именно сейчас и именно в такой позе? Слезь с меня, ты тяжелый, — проворчал я, демонстративно потирая запястья. Он вновь вздохнул, но повиновался и медленно отсел от меня в сторону. Я потянулся и тоже принял сидячее положение. Какое-то время мы просто молчали.       — Нет, правда, скажи мне. Он ведь постоянно лупит тебя. Издевается. Чуть не утопил даже. Почему все равно он?..       — Не знаю, — честно признался я, понурившись. — Я даже не знаю, что именно между нами происходит. Но… он другой сейчас. Не такой агрессивный и вообще…       Жерар повернул голову в мою сторону, окидывая меня удивленным взглядом. И вот тут как раз и вернулся от своей «невесты» Сиам. То, что она его довела до белого каления не то что видно было, а ощущалось еще в тот момент, когда дроу за дверью стоял. Именно это ощущение и позволило мне вовремя спихнуть с кровати полуэльфа, чтобы не раздражать его отца еще сильнее. Но когда Сиам вошел в комнату, я невольно подумал, что сильнее его раздражать при всем желании уже не получится ни у кого на свете. Дроу разве что глазами молнии не метал.       — Ты! — ткнул он пальцем в мою сторону и так рявкнул, что я во второй раз за день чуть не свалился с кровати. — Почему ты мне не рассказал, что она знает твоего отца?       — Знала, — машинально поправил я, слыша, как голос мой дрожит. — Он умер.       — Почему не рассказал? — вновь прикрикнул дроу, но у меня от страха, кажется, язык отнялся. Напрочь. Все, что я мог — испуганно втянуть голову в плечи и пытаться не скончаться от ужаса на месте. Главное, не поднимать на него глаза, он от их вида по неясным мне причинам свирепеет.       — Ладно, с тобой я потом разберусь, — раздраженно выплюнул в мою сторону Сиам, удовлетворившись, по всей видимости, такой моей реакцией. После этого он повернулся к хмурому Жерару и, вопреки моим ожиданиям, даже не повысил на него голоса.       — А ты — рассказывай, — мужчина повелительно указал на табурет, на котором совсем недавно и так сидел его сын. Полуэльф вновь на него опустился, не сводя с отца мрачного взгляда. Рассказывать тот, как я понимал, ничего не собирался, к сожалению. Я умоляюще глянул на него, пытаясь безмолвно сказать, что ты-то, дорогой мой друг, уйдешь, а мне с ним, злым таким, еще ночевать.       — Что ты хочешь от меня услышать? — сдержанно поинтересовался Жерар. — Наверняка же разузнал уже все, что мог.       — Тебя послушать хочу, — с ехидцей отозвался дроу, опускаясь на кровать неподалеку от меня. Я неосознанно нервно сглотнул и хотел было тихонечко уползти куда-нибудь на пол, а потом и в безопасный какой-нибудь угол, да Сиам тут же схватил меня за запястье при первой же попытке шевельнуться. Но в мою сторону так и не повернулся, внимательно наблюдая на полуэльфом. Я рассудил, что разумнее тихонечко тут посидеть и стать невольным свидетелем столкновения отцов и детей.       — Нравился ты ей, говорят, до одури, — нехотя выдавил, наконец, Жерар, глядя куда-то в пол. — Бегала к тебе все, пороги обивала, ночей не спала и все такое в бабьем духе. Потом узнала, что у тебя, таких как она, — огороды городить можно и еще целое поле останется. Ну и не выдержала такого свинского к себе отношения. Дальше тебе, наверное, не особо интересно.       Я с нескрываемым интересом глянул на товарища по сиротскому несчастью, но он по-прежнему адресовал свои взгляды исключительно отцовскому паркету. Паркет, судя по всему, отвечал ему искренней взаимностью, поскольку поднимать глаза на дроу Жерар не собирался. Сиам, впрочем, и не требовал. Он вообще на удивление держал себя в руках, и лицо его не выражало абсолютно ни единой эмоции. И откуда только взялся такой самоконтроль и где он был несколько минут назад, когда темный эльф на меня кричал. Все эти и многие другие интересовавшие меня вопросы так и остались без ответа.       — А обо мне как узнал? — нарушил молчание мой дроу. Голос был ровным и спокойным. Будто погоду на завтра спрашивал.       — Тоже мне, великая тайна, — фыркнул насмешливо Жерар, поднимая, наконец, нехотя свои зеленые глаза и глядя в отцовские черные. — С бабушкой я жил, — теперь его взгляд скользнул и по мне, и на какое-то мгновение мне даже почудилось в нем какое-то невысказанное извинение за то, что его судьба оказалась легче моей. Но это уже совсем какой-то откровенный бред и я поспешил отогнать это ощущение прочь. — Она и рассказала мне в красках все, как было.       — И ты ей сразу поверил?       — Да одной твоей рожи хватило, чтобы понять, что так все и было, — насмешка совсем испарилась из голоса полуэльфа, но и былого раздражения, с каким он говорил со мной, тоже не было. Еще немного и я начну думать, что все раздражение в этом мире достается только мне. Может у меня и в самом деле лицо такое, что я всех бешу все время?..       Сиам вдруг насмешливо фыркнул, скосив глаза в мою сторону. Постоянно вылетает из моей дырявой головы, что он время от времени читает мои мысли.       Обстановка, тем временем, как-то сама собой разрядилась. Напряжение словно куда-то заземлилось (и я продолжаю думать, что в меня). Сиам и Жерар еще разговаривали, но не очень долго. Обсуждали всякие деловые моменты по большей части — мой дроу планировал во что бы то ни стало известить отца о бастарде. То ли назло ему, то ли, чтобы невесту свою лишний раз оскорбить — поди знай, что у этого мужчины на уме. Я продолжал тихонечко сидеть и не отсвечивать. На всякий случай даже не думать ничего особенного.       Наконец, мой незадачливый любовник оставил нас наедине, пообещав Сиаму зайти к нему на днях по поводу всяких официальных заявлений. Как только за его спиной, скрипнув, закрылась дверь, на душе снова стало тревожно. И совершенно небезосновательно — хищно ухмыльнувшись каким-то своим мыслям, дроу повернулся ко мне и выпустил, наконец, мое запястье — на нем, между прочим, остался самый настоящий и весьма болезненный синяк.       — Совсем разболтался, — мрачно заключил он, глядя на то, как я потираю пострадавшую конечность. — Напомнить тебе, где твое место?       — Рядом с тобой?.. — неуверенно предположил я в отчаянной попытке смягчить его суровый характер. Что самое странное, на него это подействовало — Сиам устало вздохнул, мягко потрепал меня по волосам (!) и встал с кровати. — Ты уходишь?       — У меня еще куча дел, — вновь суховато ответил мне дроу, почему-то не обернувшись. — Ложись спать, я вернусь поздно.       И ушел, оставив меня в полном одиночестве сидеть на его огромной кровати в состоянии полнейшего изумления. Что же такого сказала ему эта его невестушка, что с ним такие метаморфозы приключаются?.. Я, конечно, рад, что мне сегодня не досталось на орехи, но… Но в одиночестве засыпать теперь было даже как-то непривычно. И, что самое неприятное, — неуютно.