Волк и ворона

Она бы соврала, если бы сказала, что по пути домой, ее волновала мысль о незнакомцах, которых видела только она и больше никто. Действие магии Лика все еще жило в ней, отпуская слишком медленно, чтобы она могла озаботиться о наблюдавших за ней людей, среди которых знакомое лицо Локи чуть ли не светилось от радости. Он что-то говорил своим спутникам, Лиза старалась не вслушиваться в их разговоры, но отрывки предложений все же невольно улавливала. — Видела, как она его? — горделиво пробасил мужской голос. Его слова, подобно молоту, ударили по гудящей голове Лизы. — Странно, что нас видят только Кейджи да она, — задумчиво протянула женщина. Ее мягкий баритон летал, как песня. — Это благословение… — Молодцы, называйте мою работу благословением, вперед. — Твою работу? Ты не один все это делал. Лиза прикрыла глаза и откинулась на вибрирующую прохладную стенку квинжета. Помимо шебуршащих невидимых людей, ее окружали вполне реальные и осязаемые мутанты, смотревшие на нее, как на диковинную зверушку в лесу. Перешептывались, обменивались взглядами, кое-кто осмелился указать на нее пальцем, но никто, даже вездесущая Ванда, к ней так и не подошел. Лиза была рада этому, ей нужен был отдых, покой. — Держи, — над ней навис Ники с протянутой рукой, в которой держал бутылку холодной, кристально чистой и такой соблазнительной водой. — Эти щупальца отвратительные. Они еще и в нос к тебе лезли, да? Сил на то, чтобы, как обычно, закатить глаза на его неуместные комментарии, не было. Она ограничилась коротким «спасибо» и большими глотками осушила всю бутылку. Ники тяжело плюхнулся рядом с ней, отчего ряд металлических сидений задрожал. По талии вновь разлилась боль, только-только затихшая. — Полегче, — жалобно, недовольно протянула девушка, хватаясь за бок, откуда все еще маленькой струйкой вытекала горячая кровь. Наверное, и поэтому тоже рядом с ней никто не хотел садиться. Боялись испачкаться, хотя сами походили на подземных троллей. — Далеко там еще? Ники покачал головой. — Почти подлетаем. Лиза тяжело выдохнула и снова откинулась назад, решив, что немного подремать до прилета будет хорошо. — Ты не подыхаешь, нет? — заглянув ей в лицо, спросил Ники. Может быть, легче было все-таки умереть тогда от рук Лика? По крайней мере, терпеть эту немного странную заботу от брата ей бы не пришлось. Лиза резко ударила его по лбу раскрытой ладонью. Ники отшатнулся, ничуть не обижаясь, а довольно смеясь. — Понятно, пациентка вреднее, чем обычно. Так и запишем. Может, тебе немного морфина дать, чтобы ты расслабилась? — Ты дебил? — Что сразу дебил то? — деланно возмутился парень, тоже откидываясь на стенку за спиной. Теперь они оба глядели в потолок: Ники насыщенно зелеными глазами, а Лиза насыщенно синими. — Я так-то помочь хотел. — Помолчи, это отлично поможет. — Тебя это тоже касается, братец, — доносится до ушей девушки. Из любопытства она приоткрывает один глаз на маленькую щелочку и кидает аккуратный взгляд на Локи и стоявшего рядом Тора. Оба в человеческих обычных вещах. Странно, когда она видела их в том лесу, на них была другая одежда. Более старинная, тяжелая на вид и весьма театральная. Почему-то вспомнились Отелло и Дездемона. Мужчины начали какой-то спор, явно не серьезный, судя по легкости и свободе их движений с усмешками и улыбками. Рядом с ними чуть в отдалении стояла еще пара мужчин. Немного низковатый в темно-синем лонгсливе и огромными мешками под ярко-голубыми глазами и темнокожий выше ростом, скорее всего, военный, если судить по его стойке и взгляду. Они тихо переговаривались о чем-то, но их слова до Лизы не долетали. Низкий смотрел на нее, не отрывая взгляда. Окончательно открыв глаза, она смотрела на него в ответ, подсчитывая, когда тот сдастся. С Джеймсом подобные гляделки затягивались до умопомрачительного долго, но другие люди ее пристальных взглядов не выдерживали. Темнокожий мужчина, заметив их переглядки, стушевался и, немного погодя, встал перед своим другом, прерывая их маленькую игру. Ничья. — Перестань на них пялиться, — жарко шепнул ей на правое ухо Ники. Лиза дернулась было от него от неожиданности, но быстро взяла себя в руки. — Они и так тебя побаиваются после случившегося. Уважают и, кажется, принимают за свою, — в его тихом голосе едва заметно прослеживались нотки зависти и грусти. Лиза обернулась к нему. — Но все равно побаиваются, а этот твой взгляд… просто ужас какой. — Нормально все с моим взглядом, — буркнула девушка и отвернулась от него в ту сторону, где все еще стояли Локи, Тор и два незнакомых ей мужчины. Только приглядевшись, она заметила мерцающее едва заметным зеленым с красными капирками обрамление вокруг них, как рамка. А за ними на нее украдкой поглядывали раненые, уставшие мутанты, и, да, в их серьезных лицах легко читался страх. Лиза прикусила нижнюю губу от смущения и радости и поспешно отвернулась от них. Моторы квинжета гудели, а ветер нещадно хлестал по крыльям. Скоро они будут дома, и можно будет вздохнуть спокойно. Вспомнив о доме, она вспомнила и о ране. Приподняв прижатую к ней ладонь, девушка не увидела сочащуюся из нее кровь, однако талия все равно еще побаливала, несмотря на затянувшееся ранение. Она ведь обещала Джеймсу, что вернется целой и невредимой, и не смогла сдержать свое слово. Почему он может, а она нет? От досады Лиза поджала губы. — Подлетаем! — раздался голос Питера Леншера. Он, в отличие от своих собратьев, ее почему-то не боялся и в открытую без страха подсел к ней, шикарно улыбаясь. Как у него только зубы остались после проведенных в «Аду на небесах» лет, рассматривала парня Лиза, но больше ее интересовал другой вопрос: как после стольких лет пыток, экспериментов и зверского отношения Питер сохранил в себе что-то хорошее, человеческое? Она видела, как он общается с детьми в городе, как общается с ее младшими, и всегда поражалась. И он ведь не выказывал к ней ни капли неуважения, агрессии, ненависти. Питер просто принял ее, и в этом не чувствовалось фальши, как это было с его сестрой, Вандой, или настороженности, как это было с его отцом, Эриком. Питер не ненавидел Лизу, он уважал ее, он легко общался с ней, смеялся с ней, был добр и к ней, и к детям того, кто заточил его в тюрьму на двадцать лет. И уж точно в нем не было ненависти, какое было в его старшей сестре, Лорне. Как бы Лиза не старалась относиться к нему с настороженностью, подозревая в сокрытии настоящих своих чувств, она не могла не покориться его обаянию и веселой улыбке. — Как себя чувствуешь? — участливо спросил он, кивая на ее рану. — Нормально, — ответила Лиза, накрывая от глаз долой рукой не самый красивый вид на себя. — Ты? Голова болит? Ноги держат? — Как видишь, — Питер раскинул руки и широко улыбнулся, демонстрируя свое отличное состояние. — Спасибо. — За что? — За помощь, — он к ней наклонился и быстро зашептал. — Я до последнего думал, что пойдет Джеймс, а ты откажешься, как всегда. А теперь я понимаю, что без тебя мы бы все сдохли. Лиза усмехнулась. — Твоя сестра отлично справлялась, — она посмотрела на Ванду, положившую голову на плечо Лорны. Они сидели с закрытыми глазами, а дыхания их были хоть и спокойными, но все еще слабыми. Влиянию магии Лика они сопротивлялись достойно, но он все же сумел отнять немалую часть их энергии. — Да, но с тобой мы вышли почти все. Память услужливо подкинула картину тел павших мутантов, которых они загрузили в самый конец квинжета. Отчасти, чтобы не мозолили глаза, отчасти, чтобы не причиняли своими хладными трупами боль живым. Напоминание о смерти всегда било и будет бить по дышащим больнее любого другого страха. Лизе на это было откровенно плевать. Она видела смерть слишком часто, шагала рука об руку с ней. Рвалась к ней порой. — Как твой отец, быстроногий? — вклинился в разговор Ники, упираясь локтями в колени и глядя на Питера как-то слишком резко, Лиза сказала бы, с вызовом. Когда они успели поссориться? — Лучше, спасибо, что спросил, — в тон ответил ему Леншер и встал со своего места, когда квинжет начал снижение. — Я пойду лучше. Проверю, как все долетели. Лиза кивнула ему и посмотрела на брата. — Что это было? — больше с интересом, чем с укором, спросила она. — О, наконец-то, садимся, — словно не услышав ее, воскликнул парень и вскочил на ноги, отходя от нее к крохотному окну напротив. Сделав себе мысленную пометку присмотреться к отношениям Ники с Питером, да и в целом со всеми вокруг него, Лиза острым взглядом уловила в окне башни замка, уже ставшего родным. От открывшегося вида стало так спокойно и хорошо. Так чувствуют себя, когда возвращаются домой? Кажется, даже остаточная боль от ранения отошла на второй план, как и мысли о Ники, и начинающее нервировать ее незримое для других присутствие незнакомцев в зелено-алой рамке. Правда, вместе с нарастающей радостью от возвращения в замок просыпалось и увеличивалось по экспоненте чувство страха от предстоящего разговора с Джеймсом. После такого он ее вообще никуда одну не отпустит. В «окне» — так она нарекла невидимое никому, кроме нее и Кейджи, стекло, через которое видела незнакомых ей людей и богов, зашевелились. К бывшим там Локи, Тору и еще двум мужчинам присоединился еще один. Светловолосый, высокий, широкоплечий. По габаритам ничуть не уступал Тору, а по привлекательности все же проигрывал богу. Все-таки, красота богов была неоспорима. К мужчинам присоединилась и женщина. Она вплыла в зону видимости Лизы. Казалось, она и не ступает вовсе по земле, а парит над ней. Ее золотые локоны завораживали, голубые глаза цепляли, а добродушная улыбка кричала о мягком сердце хозяйки. Одета она была очень просто: голубое шелковое платье и босоножки на невысоком каблуке. Тонкие, но очевидно сильные, кисти рук украшали два простых золотых браслета, пока на ушах сияли обычные, ничем не обремененные, золотые серьги. Весь ее образ говорил о ней, как о личности отзывчивой, доброй и проницательной. Полная противоположность другой женщины, пришедшей вместе с ней. Темно-рыжие волосы, зеленые глаза, издали казавшиеся серыми, и длинные ноги на тонких шпильках. В ее образе преобладала строгость и деловитость. Она одевалась так, что было сразу понятно: женщина она сильная и самодостаточная. Она подошла к мужчине, к которому обратилась по имени Тони. Тот был на пару сантиметров ниже нее, а ее каблуки делали женщину еще на пару выше, но, несмотря на расстояние между ними, они составляли весьма гармоничную пару. Следом за первыми двумя дамами появилась и третья. Тоже рыжая, но уже с постриженными в каре волосами. Тоже зеленые глаза, но Лизе из-за расстояния они привиделись черными. В ней было от силы сантиметров сто шестьдесят, но сила от нее исходила такая, что, даже не зная ее, Лиза уже уважала ее. Про таких, как она, русские говорят: «И коня на скаку остановит, и в горящую избу войдет». Квинжет мягко приземлился на твердую землю. Его не сильно качнуло, липкой пастилой боль разлилась по телу. Лиза сомкнула веки и медленно выдохнула, прижимая немного дрожащую ладонь к талии. Мутанты посыпались вон из квинжета, торопясь домой к родным, уже ожидавшим их на улице. Ее родные тоже ждали ее. Лиза аккуратно сошла с трапа, не без помощи Ники, когда к ней буйным ветерком подбежала Аира. Ее пухлые ручки обвили ноги девушки. Хотела бы она, как обычно, присесть перед ней на колено и обнять, вдыхая сладкий аромат ребенка, но все, что ей было позволено больным телом, это мягкое поглаживание по черноволосой макушке и пара добрых слов. — Как спалось, милая? — Хорошо, — девочка улыбалась без тени беспокойства, сверкая своими крохотными зубками. — Мне приснился сон, я хотела рассказать его тебе, а тебя в спальне не оказалось. Где ты была? — Нам с Ники надо было кое-куда отъехать, — заправив короткую прядь волос за ее ушко, ответила Лиза. — Ты рассказала бы свой сон Джеймсу. Ему было бы очень интересно. Прежде слов, до нее долетел его аромат. Лиза незаметно втянула носом этот запах и посмотрела в толпу, которая расступалась перед идущим к ней Джеймсом. — Она рассказала, — спокойно произнес он. В голосе его не было и капли недовольства, зато голубые глаза его кричали о беспокойстве, так что она могла прочитать все его мысли в этих омутах. — Очень интересно. Ты многое пропустила. — Я тебе расскажу, — охотно поспешила ее заверить Аира, и ее немой рассказ почти пустился в пляс, когда ее на руки подхватил Ники. Ее маленький ротик приоткрылся в безмолвном «О» и губы почти сразу растянулись в беззубой улыбке. — Расскажи сначала мне. Я страсть как люблю слушать про чужие сны, — громко произнес парень, беря девочку подмышку и быстро исчезая в толпе, направляясь в сторону замка. Они исчезли в толпе. Ники шагал большими шагами, быстро направляясь в сторону замка. — Не получается у меня держать свои обещания, — криво улыбнулась Лиза, стыдливо опуская взгляд в темную землю. Краем глаза она уловила движения в «окне», а после и услышала быстрый тревожный поток слов. Лиза нахмурилась, расслышав среди почти резких выкриков знакомое имя. Баки. Мужчина по имени Стив не сводил взгляда с Джеймса и что-то яростно доказывал окружавшим его людям. Стоявшая рядом с ним рыжая женщина по имени Наташа, как услышала Лиза, с интересом рассматривала ее. Начался громкий спор между Стивом, Тони и Локи, но вскоре к ним присоединились и остальные, и теперь Лиза слышала больше их, чем собственный голос. — Паршиво, спорить не буду, — ответили ей и тут же обняли за талию, приковывая все ее внимание к себе. Его теплая рука невесомо касалась ее раненой кожи, Лиза поспешно схватилась за его железную ладонь, глядя на Джеймса снизу вверх. — Сильно покалечили? — Бывало и похуже, — улыбнулась Лиза и сразу стушевалась под серьезным взглядом мужчины, который неспешно повел ее в сторону высившегося над городом белого замка. — Я в порядке, правда. Тебе нужно волноваться. — Ага, и поэтому ты уже который раз споткнулась, — глядя вперед, беззлобно произнес Джеймс. И то правда. За прошедшие пару шагов она успела запутаться в собственных ногах раза три точно и уже целовала бы камни, если бы не твердая рука Джеймса, за которую цеплялась, и его нежная хватка на талии. Его объятия не причиняли ей боль: то ли боль уже сходила на нет, то ли это так на нее влиял этот мужчина. Ей бы хотелось думать, что виноват был именно мужчина, а не быстрая регенерация тела. — У меня тоже есть кое-что интересное, что я могу рассказать, — шепнула ему на ухо Лиза, когда они подошли к большим входным дверям замка. — Я, кажется, снесла лицо Лику. Джеймс резко повернулся к ней. В его глазах горел интерес. — Ты его убила? — Надеюсь, но он живучий, как таракан. Так что я бы поставила на то, что он все еще дышит, — без капли злости или раздражения ответила Лиза, словно говорила не о мужчине, превратившем ее жизнь в существование, а о будничной игре, на которую собиралась поставить сто рублей. Они вошли в замок. Лиза облегченно выдохнула. Вокруг никого не было. — Найа увела детей в сад, — увидев ее выражение лица, ответил Джеймс. Он аккуратно уложил ее на диван перед камином, и девушка с удовольствием прикрыла глаза. Напряженная талия, наконец, расслабилась, и боль сошла на нет. Джеймс, не говоря ни слова, занялся ее раной. Осторожно приподнял ткань кофты — Лиза не беспокоилась, что он увидит ее шрамы, все было скрыто хорошим слоем засохшей крови, и экспертным взглядом прошелся по ране. Она ощущала его блуждающий взгляд на себе, словно его касания. Нежный, но твердый, уверенный. — Все почти зажило. Надо только промыть, и все. Здесь это сделаем, или предпочтешь душ? — Душ, — кивнула Лиза, открывая глаза. Джеймс присел на пол рядом с диваном и сказал: — Рассказывай. — Он заманил их в лес, а, ты знаешь, это его излюбленное место. Мужчина понимающе кивнул. Сам он с магией Лика не сталкивался, но был наслышан. От Лизы, от мутантов. — Мутанты сразу начали загибаться. Мне тоже стало плохо, а Ники то хоть бы хны, — воскликнула девушка, на последнем слове спохватываясь и понижая голос. Вдруг он услышит ее и по иному истолкует ее волнения о случившемся? — Он будто и не чувствовал ничего. Ходил там, болтал, улыбался. — Странно, — задумчиво протянул Джеймс. На лбу его пролегла линия от сильно нахмуренных ресниц. Лиза кивнула, соглашаясь. — Ага, ну я подумала, что бы такого можно было сделать, чтобы противостоять этим щупальцам. Дальше идти мы то не могли, только хуже стало бы. Джеймс чуть ли не подскочил. Он резво обернулся к ней всем корпусом и взбудораженно зашептал: — Ты сделала то, о чем я думаю? Лиза усмехнулась. Внезапно до ее ушей потоком ледяной горной реки долетели голоса незнакомцев. Она закатила глаза и попыталась отгородиться от этого назойливого шума. — Представляешь, это помогло, — она полностью сосредоточилась на своем пересказе, надеясь, что это поможет ей отвлечься от вынужденного подслушивания ненужного спора. — Еще бы, — довольно воскликнул Джеймс. Он реагировал так, словно именно чего-то подобного от нее и ожидал, словно она должна была обладать такой способностью, которая могла бы противостоять темной магии Лика. — Потом мы вышли к его любимому дому на Земле. — Та уродливая башня, о которой ты рассказывала? — скривился мужчина. Лизе нравилось, что Джеймс, сам никогда не видевший воочию это посольство ада на Земле, от одного ее рассказа начал разделять с ней те же чувства, что она испытывала к тому месту. Она кивнула, отвечая на его вопрос. — Там его армия уже нас ждала, — на этих словах Джеймс напрягся. — И тут Лик выходит. Давно его не видела, а он ничуть не постарел. Вообще не изменился. Такой же гандон. От последнего выплюнутого слова Джеймс коротко усмехнулся. Он стоял на коленях перед ней, лежащей на диване с запрокинутой под головой рукой. Она чувствовала себя уже гораздо легче: то ли это действовало на нее чувство безопасности в замке, то ли стоящий перед ней мужчина. Громкие голоса здорово нервировали Лизу. Она подняла голову и посмотрела на «окно», двигавшееся в сторону лестницы. Светловолосый Стив все еще что-то рьяно доказывал своим друзьям, а, в частности, Тони, но уже с меньшим напором, но все с той же эмоциональностью. Стоявшая рядом с ним Наташа, все это время хранившая молчание, заговорила. Ее натренированные руки плавным движением легли на локоть светловолосого мужчины. Одно только это движение остановило бурный поток его страстных слов. Лиза усмехнулась. Не прошло и минуты, как женщина увела за руку мужчину, не сводившего взгляда с Джеймса. — Мы поговорили. — Ты с ним говорила? — возмутился мужчина. — Ты должна была ему молча голову снести. Лиза неловко поджала губы. — Я не успела. — Так, это он тебя? — он указал на ее подсохшее кровавое месиво одежды на талии. Девушка кивнула. — Мне надо было с тобой пойти. — Нет, все нормально. Все прошло хорошо. — Да ты посмотри на себя! — воскликнул мужчина, за что тут же был удостоен ударом в плечо. — Ау! — Тише, — притянув его за ворот футболки, она зашептала ему в чуть ли не в губы. «Окно» двигалось само по себе и решение, где «припарковаться» решало тоже само. Сейчас оно находилось в десяти шагах от дивана, на котором лежала Лиза, у лестницы, ведущей наверх в спальни. — Они слышат нас и видят. — Кто? — спросил в тон ей Джеймс, не отрывая взгляда от ее губ. Заметив это, она тут же откинула его от себя, чтобы лишний раз не поддаваться соблазну. Мужчина засмеялся, падая на пол. — А где они сейчас? Пальцем она указала на них. Джеймс, вытянув шею, посмотрел в ту сторону. — Ничего не вижу, — изрек он свой вердикт немного с грустью. — Кого ты вообще видишь? Приподнявшись на локтях, немного кряхтя, так что Джеймсу пришлось ей помочь, она посмотрела, закинув руку на подголовник дивана, на стоявших там людей. Тони на этот раз стоял очень близко и глядел на нее с прищуренными глазами, уперев руки в бока, и губы его были поджаты. Локи позади него безмолвно ухмылялся, переглядываясь с золотоволосой женщиной. — Ну, там есть Локи, — посмотрев на севшего рядом Джеймса, сказала Лиза. Рука мужчины, словно так и положено — честно говоря, именно так и ощущалось, легла на ее талию, уже совсем не болевшую. — Тор и какие-то люди, имен которых я знаю, но они мне ничего говорят. — Что за имена? — глядя не туда, куда она смотрела, а на нее, спросил Джеймс. — Тони, Пеппер. Кто называет ребенка Пеппер? Джеймс хмыкнул. Он, кажется, и не вслушивался в ее слова. Все внимание его глаз было приковано к ее лицу, а внимание рук — к ее талии. Его теплая рука, подобно змее, медленно, сантиметр за сантиметром, обвивала ее чуть ниже ребер. — Пеппер? Пеппер Поттс? — очнувшись от наваждения, спросил мужчина. Он немного отодвинулся от нее, чтобы получше разглядеть ее лицо, и пару раз посмотрел туда, где она видела эту самую Пеппер, которая, услышав свое имя из ее уст, вся обратилась во внимание, как и все стоявшие рядом с ней люди. — Не знаю, — протянула Лиза, занятно удивляясь реакции и Джеймса, и тех людей. — А кто такая Пеппер Поттс? — Ты еще сказала «Тони». Случаем, не Тони Старк? Лиза посмотрела на этого мужчину. Тот серьезно кивнул. В его насыщенно-голубых, казавшихся почти синими, теплилось что-то, похоже на надежду. — Он говорит, да, — проигнорировав его странное выражение лица, сказала Лиза. — Там еще Стив есть и какая-то Наташа. От ее слов черные брови мужчины взлетели в удивлении вверх, его рука на талии, до этого нежно поглаживавшая, замерла, а сам Джеймс весь напрягся. Вибрацию его натянутых эмоций Лиза ощущала всем своим слабым телом. Она нахмурила брови, глядя на него, и уже хотела задать ему вопрос, как вопрос прилетел ей. — Ты слышишь нас. Почему отказываешься говорить с нами? — спросил Тони, ближе подступая к краю разделяющего их «окна». От его приближения ало-зеленые волны вокруг беспокойно поплыли. — Старк, — предупреждающе произнес Локи, отодвигая мужчину за локоть от границы. — Не погуби то, что я потом и кровью строил. — Мы, — твердо поправили его. Женский голос, тело которого Лиза не видела. Неизвестная женщина стояла вне зоны ее видимости, но магическое ядро в ней Лиза чувствовала так, словно видела ее наяву. Эта энергия напоминала ей Ванду Леншер, правда, незнакомка ощущалась несколько иначе, но, тем не менее, так похоже. — Мы, — поправил Локи, легонько ухмыляясь и бросая взгляд туда, откуда доносился голос. — Разумеется, я не забыл про тебя, маленькая ведьма. Значит, он любит давать прозвища всем вокруг себя, подметила Лиза, снова и снова окидывая Локи взглядом с головы до ног. Его ухмылка, ленивый с виду взгляд, на деле подмечающий мельчайшее изменение, и дерзновенно-расслабленная поза. Всё это цепляло взгляд. Лиза попыталась вытянуть губы в похожей манере, когда услышала над ухом: — И что мы будем делать с этим? Девушка встрепенулась и повернулась к парню. Джеймс смотрел на нее серьезным, немного удивленным взглядом. Щеки ее вспыхнули, словно ее застали за чем-то запрещенным. — Без понятия, — ответила она, пряча взгляд у него на груди. — Я с подобным раньше не сталкивалась. Это «окно» двигается вместе со мной, далеко от меня не уходит. Кажется, он привязан ко мне. — Правильно думаешь, синеглазка, — ответили ей довольно. Лиза снова повернула голову к Локи. Тони стоял в небольшом отдалении от него, опираясь на стол, заваленный тетрадями и свитками. Рядом с ним, поглаживая его по локтю, высилась Пеппер. К Локи подошла золотоволосая женщина. — Мы поможем тебе, милая, — сказала она голосом мягким, словно шелк, и переливающимся, подобно самоцветам под лучами солнца. Казалось, она сама была солнцем. — Мое имя Фригга. Я мать Локи и Тора, — она указала на обоих своих сыновей, давно переросших ее на целую голову, но все также, кажется, бывшими в ее глазах маленькими мальчиками, потому что любовь ее, как ни странно, Лиза ощущала также явно, как прикосновение руки Джеймса на своей талии. — Приятно познакомиться, — кивнула девушка ей в ответ. — Приятно, но я все еще не могу понять, кто вы и что вы делаете. — Конечно, — Фригга посмотрела на сына, стоявшего рядом, и вновь устремила взгляд на Лизу. Выражение ее лица изменилось. Оно все также излучало теплоту и ласку, но было что-то еще. Грусть, скорбь и вина. — Пожалуй, эту историю надлежит поведать мне, ибо свидетелем начала ее была именно я. В самом начале рождения Девяти Миров в них царил Хаос. Один решил, что под его предводительством Девять Миров очистится от разрушения древней силы и начнет процветать. Так нам говорили, этому учат детей в Асгарде. На самом же деле Один видел в объединении миров только собственную выгоду. Власть для него важнейшая часть его жизни, его личности. И он начал свое завоевание, вскоре после родилась Хела, его первенец. — Богиня смерти? — спросила Лиза. Она передавала слова Фригги Джеймсу шепотом, чтобы не мешать плавному рассказу женщины. — Да, милая, — улыбнулась Фригга, глядя на нее. — В тебе есть ее черты, я вижу. Щеки Лизы покраснели, и она опустила взгляд, пряча рвущуюся улыбку под ладонью. Как бы она ни верила словам Ники и Логана, ей до зуда в груди, до ноющей боли в сердце хотелось иметь семью, прошлое. И слова о том, что сами асгардские боги стояли во главе ее родословной, несмотря на некую странность этой теории, грели ее маленькое сердце. — Хела была удивительной женщиной. Я познакомилась с ней, когда вышла замуж за Одина. В те времена Девять Миров ходили под их предводительством. Один был царем царей, а Хела его единственной наследницей, его отрадой и силой. Мне казалось, он меня никогда не полюбит так, как любил ее. Фригга улыбнулась своим давним воспоминаниям. Локи за ее спиной сидел на стуле в паре шагов от нее и смотрел на свои обувь, скрестив руки на груди. Его брови были нахмурены, а губы изогнуты в тяжелой усмешке, словно слова матери доставляли ему физическую боль, с которой он играючи флиртовал. Тор напротив него, но в большой достаточно отдалении, смотрел на мать, взглядом вцепившись в ее ровную спину. С самого начала рассказа он не смотрел на брата, тогда как ранее до этого только на него да на мать и глядел. Тони с Пеппер сидели чуть дальше на маленьком диванчике, то и дело обмениваясь тихими словами. Они эту историю, кажется, уже слышали. — Когда мы познакомились с Одином, родилась Лагерта, дочь Хелы. Милее ребенка я не видела больше никогда. — Мама, — возмущенно протянул Тор. — Прости, милый, я люблю тебя всем сердцем и потому не могу врать тебе, — лучезарно улыбнулась сыну женщина, обернувшись к нему. — Лагерта выросла в прекрасную девушку, с красотой которой мало кто мог посоревноваться. Свои длинные черные, словно вороново крыло, волосы она заплетала в тугую косу, в которую вплетала голубые, синие ленты. Она обожала эти цвета и всегда носила одежды именно этих оттенков. На ум Лизе пришли ее собственные глаза. Она ведь любила их больше всех частей своего нелюбимого тела. Синие, сияющие порой светом глаза, были ее отдушиной. — Один нарек ее богиней сновидений, — продолжала Фригга. — Что весьма подходило девочке. Матерью ее была Хела, а отцом Лафей, царь Йоттунхейма. — Ледяной великан? — снова обратилась к рассказчице Лиза, прерывая рассказ для Джеймса. Он слушал очень внимательно. Фригга кивнула. Она стояла в этом «окне», как самое настоящее божество, — хотя она им и являлась. Глядя на нее, Лиза никак не могла представить себя в роли богини или даже дочери богини. Сиять внутренним светом так, как сияла Фригга, она точно не сможет. Двигаться с такой утонченностью и грацией, как Фригга, ей не хватит терпения. И потому Лиза усиленно ограждала себя от маленького общества богов. Зато Найа смогла бы, подумала девушка, и была права на том. В ее сестре задатков настоящей богини было больше, чем в ком-либо еще из детей. Дэвиан тоже подошел бы на роль какого-нибудь бога. Аира для Лизы была невинным лучиком света, и представить ее в ипостаси великолепной, но суровой и порой жестокой богини, не могла. Может быть, малышка Киара сможет примерить на себя подобную маску? Хотя судить было еще раньше. Кейджи на роль серьезного бога немного не подходил. С его неуверенностью, застенчивостью и боязностью ему подошла бы роль обычного мальчика. — Значит, Лагерта наполовину ледяной великан? — Верно. Она обладала всеми качествами, присущими этому народу. Сильная, неуязвимая к холоду и льду, холодная по натуре, но мягкая по сердцу. Она была идеальным претендентом на трон после своей матери, и Хела видела в ней будущее Девяти Миров. — А Один? Он же женился на вас и, судя по Тору за вашей спиной, обзавелся сыном. Как известно, отцы любят сыновей больше дочерей и только в них видят продолжение себя. Золотоволосая Фригга горько улыбнулась. — Ты права. До рождения Тора Один души не чаял ни в дочери, ни во внучке, ни в новорожденном внуке, — на последних словах она кинула быстрый, наполненный печалью и виной, взгляд на Локи. Тот не глядел никуда, кроме пола под своими ногами. Его ровная, напряженная спина целиком выдавала его внутренне состояние. — После рождения Тора Один переменился. Он вдруг решил сделать наследником своим сына в обход дочери и ее детей. Это положило начало концу. Хела пришла в ярость. Вместе со своим мужем, Лафеем, она созвала свою армию мертвецов и его армию ледяных великанов и объявила войну Одину. — Она проиграла, — догадалась Лиза. Это было просто. Выиграй тогда Хела, она бы не сидела сейчас здесь. Возможно, ее бы и не существовало вовсе. — К сожалению. Никто так и не знает, что с ней сделал Один, потому что тела Хелы так и не нашли, и похорон ее тоже не было. После ее падения ко мне пришла Лагерта. Мать и отец оставили ей армию и доверили защиту младшего брата, а после их проигрыша девочка не нашла другого спасения, кроме как обратиться ко мне. К жене того, кто убил ее родителей? Лиза недоуменно воззрилась на Фриггу, но та благополучно проигнорировала ее выразительный взгляд. — Она умоляла защитить мальчика, и я дала ей слово, что сделаю все, что в моих силах, чтобы спасти его, ибо тогда уже было понятно, что Один не собирается останавливаться на дочери. Я сдержала свое слово, дала Локи защиту и любовь, которую отняли у него, но его сестру защитить я не сумела. Один отправил ее в изгнание. Я надеялась, в пределах нашего мира, нашей Вселенной. Правда оказалась слишком жестокой. — Он выслал ее сюда. Фригга кивнула. Локи, наконец, поднялся на ноги и подал голос. — Что произошло с ней здесь, мы знаем по словам твоей матери. — Моей матери? — усмехнулась Лиза. Прекрасно, думала она, ее родную мать видели и знали все, кроме нее. Может, и отца тогда они знали? Локи нахмурил на секунду брови и снова их разгладил. — Твоя мать приходится дочерью Лагерте. Линда — дочь Лагерты, моей сестры. Лиза тяжело вздохнула, закатила демонстративно глаза и начала подниматься на ноги, спихнув Джеймса с дивана. Тот поспешил ей на помощь, беря под руку. — У меня голова разболелась от ваших сказок. Давайте вы всё это прикроете, и потом мы как-нибудь обязательно поговорим, — желательно, никогда. Голос Лизы был слишком мягким, слишком светлым, чтобы все ее слова казались правдивыми. Джеймс и то, судя по глазам, не поверил ей ни на секунду. Как и Локи, и Тони, и Пеппер. Фригга ответила за всех них: — Боюсь, это невозможно. Мы не можем это убрать, — она обвела вокруг себя, очерчивая контур «окна» своими длинными, грациозными руками. — Если мы уберем, мы потеряем связь с тобой. — Больно вам надо со мной связываться, — махнула рукой им Лиза, улыбаясь. — Я не очень интересный собеседник, со мной скучно, и ничего нового, увы, я вам не расскажу, потому что сама ничего не знаю. Поищите кого-нибудь другого. Дядю моего, например. Его Лейф зовут, хороший мужик, а истории то какие знает. И жил столько лет, он точно вам поможет восстановить… что вы там пытаетесь восстановить. И она начала свой путь к лестнице. Путь тяжелый и долгий, потому что тело, все истощенное использованием большого количества магии и потерявшее много крови, работало вяло и заторможенно, удерживая ее на ногах на одной только силе воли. — Мы тебя пытаемся восстановить, — возразил Локи жарко, заставив Лизу замереть. — Ты — наше потерянное звено. Мы пытаемся вернуть тебя. Как до тебя еще не дошло? — Зачем это вам я? Вы мне не нужны, так и я вам не нужна. — Не упрямься, девочка, — заговорил почти отеческим тоном Тор, отчего раздражение Лизы резко взлетело наверх. — А ты то чего лезешь? — воскликнула она возмущенно. — И, вообще, я вам уже сказала: сворачивайте эту херовину и валите из моей жизни. Больно нужным вы мне. Последние слова она буркнула себе под нос и резво начала подниматься по лестнице. Перед глазами заплыла темная пелена, голова закружилась, и она, не удержавшись, чуть не упала. Джеймс подхватил ее под поясницу и плавно поднял на руки. Она обняла его за шею и уткнулась ему в плечо, не желая больше ни слышать, ни видеть нежеланных и нежданных чудиков в странном «окне», больше похожем на зеркало. Однако желаниям ее не суждено было сбыться. Когда Джеймс поставил ее аккуратно на пол в их спальне, это злосчастное «окно», словно упрямый преследователь, было тут как тут. Лиза от злости топнула ногой. — Вон! — закричала она них. — Нет, — мотнул головой Локи, скрещивая на груди. — Можешь кричать, сколько хочешь, но мы не уйдем. Фригга согласно кивнула, как и Тор с Тони и Пеппер. Они то тут каким боком привязались? Лиза тяжело вздохнула и уронила голову на ладони, пряча лицо. — Не ушли? — осторожно спросил Джеймс. — Нет, — она подняла голову и дерзко посмотрела на смотревших на нее богов и людей. — Что, и в душ со мной пойдете? — Нет, — тут же воскликнули голоса. Джеймса, Локи, Тони. — Это мы не продумали, — неловко произнес Тор, почесав себя за затылок. — Да ладно! — воскликнула Лиза, вскидывая в воздух руки. Пронзенную талию обдало тягучей волной боли. — Уф. — Все нормально? — шепнул ей на ухо Джеймс, единственный услышавший ее тихую реплику. Все остальные были заняты улаживанием щепетильного вопроса. — Сможешь ванну сама принять? Лиза неуверенно кивнула, накрыв ладонью место ранения. Она взглянула на переговаривавшихся людей и богов и, поняв, что смысла сейчас докапываться до них нет, удрученно направилась в сторону ванной комнаты. — Если что, я буду кричать, — кинула она напоследок еле слышно Джеймсу, тот в ответ кивнул, усмехнувшись. В ванной она, убедившись, что «окно» за ней не последовало, и никто сейчас на нее пялился, с трудом сняла с себя загаженные и напрочь убитые остатки одежды и полезла в белоснежную, стремительно наполнявшуюся теплой водой ванную. Ноги не переставлялись, а поднимать одну, стоя на другой, было больно. Да, кажется, она себя переоценила. Накинув на себя валявшуюся у раковины чистую футболку Джеймса, она, как и обещала, крикнула, зовя его. Дверь открылась через четыре секунды. — Помощь все-таки понадобилась, — неловко произнесла она. — Иди сюда, — нежно ответил ей мужчина и вновь поднял ее на руки, тут же аккуратно опуская ее в почти заполненную ванную. Футболка сразу намокла, она волновалась на ее теле, подобно тем черным щупальцам Лика. Она натянула ее до икр, суетливо пряча от мужского взора вид на свое обезображенное тело. Джеймс, хоть и заметил это, ни слова не сказал. — Что-нибудь еще, черешенка? — наоборот, задорно усмехаясь ей, спросил он. — Нет, спасибо, — тихим голосом ответила Лиза, пряча от него застенчиво глаза. Джеймс громко усмехнулся и направился к выходу. Он был готов повернуть ручку двери, когда она сказала: — Подожди! Я кое-что забыла. Иди сюда, — и поманила к себе ручкой, второй все еще удерживая так и норовившее соскользнуть наверх край футболки. Джеймс большими шагами подошел к ней. Лиза пальчиком поманила его к себе ближе, и он наклонился. Тогда она вытянула голову и поцеловала его. Всего пара секунд. Один невинный поцелуй, и нырнула под воду, зажмуриваясь, убегая от него, прямо как неопытная девица. Под толщей воды она услышала приглушенные звуки его шагов и тихий хлопок двери и только после вынырнула. Что за день, думала она, намыливая руку. Мерзкие черные, едва заметные следы от щупалец Лика отмывались тяжело и мутным рисунком оставались на ее бледной коже даже после нескольких сильных трений мочалкой. Лиза взяла перерыв и расслабилась, откинув голову на край ванны. Она прикрыла глаза, чтобы на мгновение отдаться спасительной тишине. В доме и в собственной голове. — Оно так не работает, — раздраженный голос Локи влез в ее идеальную секунду свободы, испортив буквально всё. Лиза открыла глаза и вперилась взглядом в потолок, не имея другого выхода, как слушать чужие голоса и дальше. — Это тебе не твой экран, Старк, уймись. Что ты вообще тут делаешь? Это не твоя территория, вали отсюда. — Ты находишься в моей башне. Это моя сраная территория. — Мальчики, спокойно, — летним ветерком вмешалась в их спор Фригга. — Локи, веди себя воспитанно. Мистер Старк, будьте так добры, отдохните. Вы не спали несколько суток. Вашему организму нужен отдых. Идите, за время вашего отсутствия связь с ней не пропадет. Даю вам свое слово. Буркнув что-то, Тони, видимо, покорно ушел в кроватку, потому Лиза больше его голоса не слышала. А с его уходом слушать более разговор богов было до зазывающего к себе сна скучно. Лиза принялась с большим рвением тереть мочалкой тело и закончила только, когда стала похожа на потертый в терке помидор. Рана зажила, оставив после себя новый шрам. Девушка подушечками пальцев осторожно провела по ровной линии и замерла, когда под кожей прокатилась горячая волна боли. Внешне рана зажила, да, но внутри она все еще горела и будет гореть до самого ее последнего вздоха. Такова уж была особенность ее тела. Некоторые ранения заживали и больше не беспокоили ее, а другие несмываемым пятном оставались на коже и периодически побаливали. Таких шрамов у Лизы было немного, но самый большой из них — уродливая петля, опоясывающая ее туловище и плечи, пылал огнем чаще и сильнее других. После ванны она обмоталась полотенцем и, открыв дверь на маленькую щелочку, позвала сидевшего на кровати Джеймса: — Принеси мне одежду. Я не взяла ничего, — шепотом попросила она, недовольно окинув взглядом все еще стоявшее посередине комнаты «окно». Принесенные мужчиной синяя футболка и серые спортивные штаны, которые она так любила, идеально сели на ее худое тело, и она уверенно вышла из ванной. Не скрывая своего раздражения и злости Лиза громко хмыкнула, чтобы услышали все в этом «окне», и окинула их самым злым взглядом, на который была способна. — Не волнуйся, милая, — поспешила ее заверить Фригга, когда Лиза подходила к балкону. — Скоро мы все решим. Игнорировать такую женщину не хотелось, и девушка благодарно кивнула и коротко ей улыбнулась. Только ей. Ни грамма улыбки, хорошего взгляда не досталось ни Локи за ее спиной, ни Тору. Открывшиеся настежь двери балкона впустили в комнату свежий весенний ветер, сразу принявшийся играться с ее мокрыми локонами. Он задорно проникал под растянутую футболку, пуская по прохладной коже мурашки от своих невидимых прикосновений. Теплая ладонь мягко легла ей на бедро, когда она стояла у перил, рассматривая растянувшийся под замком и дальше темно-зеленый лес. Это прикосновение было вполне реальным. Лиза глубоко вдохнула хлынувший на нее аромат мужчины и обернулась на него, глядя чуть снизу вверх. — Я слышал тебя, — его шепот полился ей на висок. — Сильно больно? — настоящие пальцы невесомо прошлись по району ранения. — Когда ты трогаешь, нет, — таким же приглушенным шепотом ответила она и накрыла его ладонь своей. Джеймс не смотрел на нее, устремив свой взгляд куда-то ей в ноги, и улыбнулся одними уголками губ. Он опустил руку, и ей пришлось отпустить его. — Чего они хотят? — подняв на нее взгляд, спросил он. — Меня, — просто ответила Лиза и сразу поняла, как ошиблась. Взгляд мужчины потемнел, почти как тогда, когда он на нее напал в коридоре. Только в этот раз ей не было страшно. — Они сказали, что я — их потерянное звено. Что Лагерта, моя бабушка, как говорит Ники, была дочерью Хелы и сестрой Локи, который сейчас там. И что мою мать зовут Линда, и она, — о чудо! , дочь Лагерты. Джеймс нахмурился. — Это не может быть правдой. Это никогда не будет правдой. Моя мать обычная женщина. Может быть, мутантша с каким-нибудь сильным даром, но не богиня. Такое бывает только в сказках. Только во снах. — Я видел Лагерту. Она бы подумала, что он шутит. Не очень удачно и не вовремя, но все же шутит, но лицо Джеймса, такое серьезное и виноватое, не могло над ней пошутить. — Что это значит? — усмехнулась она нервно и повернулась к нему всем телом. — Ты встречался с моей бабулей? Так что ли? — Я не знал, кто она. Она ничего мне не говорила. Сказала только, что она богиня сновидений, и все. И еще… — Что и еще? Что еще, Джеймс? Он опустил взгляд, прямо как настоящий нашкодивший кот. Скорее, песик, подумала Лиза, наблюдая за его внутренней борьбой и сжирающей виной в его очаровательно-прекрасных голубых глазах. — Она приснилась мне, попросила помочь тебе. Сказала, что ты сделала ошибку, уйдя от меня. Попросила помочь освободить ее детей, что-то такое, — начал лепетать мужчина. — Ха, — выдохнула Лиза, от злости и неверия не зная куда себя деть. Ее руки то взлетали к ее мокрой голове, то ложились ей на грудь, в конце концов, найдя свою точку опоры на ее бедрах, в которые она уперла их. — И когда ты собирался мне про это рассказать? Всем своим видом источая вину и стыд, Джеймс чуть приподнял уголок губ и неуверенно пожал плечами. — Когда бы знал, что ты не будешь на меня злиться. Лиза громко вздохнула, тяжело так, что Джеймсу на миг показалось, что она опять его ударит, как в не очень старые, но весьма добрые времена. Девушка закрыла лицо руками и на пару шагов отошла от него, что-то причитая себе под нос, взмахивая руками от возмущения и топая, совсем как маленькая девочка. Это показалось бы Джеймсу мило, если бы не ее мечущие молнии глаза. — Что еще ты от меня скрываешь? Может, ты и с Ликом виделся? Или с моей матерью? Все же ее видели, кроме меня! — Нет, нет, клянусь, я больше никого из твоей семьи не видел никогда. Клянусь, Лиза, я ни разу не встречался с твоими родными. Ну, не считая, детей, конечно. Пока в ней полыхало пламя, Джеймс смирно, почти не дыша, стоял перед ней, виновато глядя на нее из-под своих длинных ресниц. Лиза в буквальном смысле метала огни. Вокруг нее вспыхивали крохотные огоньки ярко-белого с рыжим отливом костра. Синие глаза девушки пылали яростью, и едва видимые змейки огня окружали ее радужку. Вместо слов Лиза только вскидывала в возмущении руки, ходила туда-сюда, бормотала себе под нос оскорбления вперемежку с жалобами. В дверь неожиданно постучались. Два коротких, но громких стука заставили Лизу замереть, а Джеймса вздрогнуть. И с надеждой обернуться себе за плечо. Кто бы это ни был, он был рад этому гостю. А то ему казалось, что вот-вот Лиза да возьмет и сожжет его дотла. Мужчина поспешил открыть дверь. В коридоре, недовольно облокотившись о дверную раму, стоял Ники. Увидев возникшего перед ним Джеймса, он, ранее стоявший в позе нахальной и немного дерзкой, выпрямился и весь как-то сжался. Он заглянул Джеймсу за плечо, выискивая, очевидно, сестру, чтобы та, в случае чего, могла его спасти. — Хватит воздух ворошить, — воскликнул он голосом неожиданно похожим на отдаленные отголоски почти позабытых воспоминаний. Где-то в голове Джеймса шевельнулись извилины, выстраивая замысловатые линии между, казалось бы, совершенно неожиданными личностями. Правда, до истины он так и не дошел, Ники заговорил снова. — Мешаешь мне спать, Лиза. Иди уже завались на бок, а, будь добра, — кинул он и, не дождавшись ответа от девушки, подошедшей к Джеймсу, ушел к себе. — Хм, — только и выдала Лиза. Джеймс закрыл дверь и обернулся к ней. Та смотрела не на него, а куда-то в сторону и прожигала что-то — или кого-то, взглядом. — Ну? — с нажимом спросила она. Откровение Джеймса пробудило в ней ту злость, которую она давно не ощущала. Прямо как в самом начале их пути. Ей за последние несколько минут столько раз хотелось убить этого мужчину, что Лиза на мгновение вернулась в ту старую версию себя, которая не доверяла Джеймсу. — Почти готово, — заверила ее Фригга. — Боюсь, мы, скорее всего, будем работать над этим до самого вашего утра, потому тебе, милая, лучше стоит отдохнуть. После сегодняшнего тебе насто… — Предлагаете мне спокойно спать, пока на меня будут глазеть какие-то призраки? — Призраки?! — Локи аж вскочил со своего места. — Кажется, ты начиталась мидгардских сказок, синеглазка. Мы не призраки, мы самые настоящие. Из плоти и крови. — Какая к черту разница?! Я не собираюсь спать, пока вы это не уладите. Ей сильно хотелось топнуть ногой, очень сильно. Однако ей хватило ума сдержать этот детский порыв. Вместо этого она демонстративно села на край кровати и, скрестив руки на груди, вперилась взглядом в смотревших на нее богов. Те понимающе исчезли с поля ее зрения, с «окна», но Лиза слышала их сердцебиения, словно они стояли в паре шагов от нее. Значит, совсем от «окна» они не отошли. — Лиза, — попытался обратиться к ней Джеймс, но поспешно замолк, когда женская ладонь взлетела в воздух в немом жесте заткнуться. — Понял, — и сел на кровать позади нее, оперевшись на изголовье. Если она не спит, он тоже не будет спать. — Хватит на меня пялиться, — шикнула на него недовольно Лиза, обернувшись резко, что ее мокрые пряди взлетели. — Мне нельзя смотреть на тебя? — Сейчас? Нет, — и отвернулась обратно к пустому, на взгляд мужчины, месту. Немного погодя, чтобы гнев ее раздражение на него подостыли, Джеймс бесшумно приблизился к ней, устраиваясь в паре сантиметров от девушки за ее спиной. Она громко цокнула и уже хотела обернуться к нему, чтобы, наверняка, дать ему парочку жестких ударов по челюсти, но он действовал быстро. Руками обхватив ее за талию, чуть выше того уровня, куда ее ранили, он припечатал тонкое тело к своей груди, а второй рукой, металлической, сжал оба ее запястья в своей ладони. — Что ты делаешь?! — подобно змее, поистине как в начале их пути, зашипела Лиза, пытаясь вырваться из его объятий. — Не обижайся на меня, пожалуйста, — быстро зашептал ей на ухо он, довольно подмечая, как попытки девушки слабели с каждым его словом. Он приблизился к ее ушку, так что, когда он двигал губами, они чуть касались ее кожи. — Я ничего такого не замышлял и не замышляю против тебя. Мне стоило сказать тебе в самом начале, признаю ошибку. Но и ты вспомни себя, ты же убила бы меня. — Убила бы, — довольно подтвердила она. — И, может, правильно сделала бы. — Да ладно? — усмехнулся он и прикусил ее за ушко. Лиза дернулась снова. Он усилил хватку на ее запястьях, сильнее прижал к груди и опустил руку чуть ниже. — Прости меня. Я виноват, и мне очень стыдно. Она громко выдохнула, вытянула спину в пояснице, устраиваясь на нем удобнее, и повернула голову к нему. — Если у тебя еще есть какие-то секреты от меня, лучше скажи сейчас. Джеймс покачал головой. — Больше никаких. Она смотрела на него, пытаясь найти в его глазах проблеск вранья. Выворачивала его душу наизнанку. Было неприятно, от этого взгляда хотелось сбежать, но он стойко сидел и позволял ей это, отдавался ее власти. Будь у «Гидры» хоть чуточку того влияния, что было у Лизы, он бы никогда даже не подумал уйти от них. Лиза прикрыла глаза и откинула голову ему на плечо, окончательно расслабляясь. Буря отступила. Джеймс отпустил ее руки, и она сразу сплела пальцы правой руки с его железными. — Хочу спать, — тихо выдохнула она, прикрывая глаза. — Поспи. — Не могу. Не когда они тут. — Жаль, я их не вижу, — он поднял взгляд туда, куда смотрела до того Лиза. Пустота. Точнее, камин да два кресла с журнальным столиком между ними. — Сейчас они тут? — Нет. Ушли, — хмыкнула она. — Делают так, чтобы эта штуковина не следовала за мной по пятам. Надо бы еще попросить их сделать так, чтобы и ты их видел. Не успела она договорить, как в «окне» появилось лицо Тора. Он выглянул из-за границы «окна» и пробасил: — Это мы мигом. Лиза вскочила, выскакивая их объятий Джеймса. Тот тоже встрепенулся. Недовольство девушки отпечатывалось, кажется, и на нем. — Они подслушивали! Вы подслушивали? Извращенцы. — Мы нет, мы просто… тут слышно все. Хороший слух у нас, — начал оправдываться Тор, широко улыбаясь. Казалось, он и не знал чувства стыда. — Больные, — с чувством отозвался Джеймс, все также глядя в пустоту. Которая почему-то начала колыхаться. Он поднялся на ноги и ближе подошел к месту, где воздух с виду заходился волнами. — Что происходит? — завороженно спросил он. — Ты видишь? — Тут воздух… он двигается? Это определенно была магия, подумал Джеймс. За свою долгую жизнь он не часто такое видел. По большей части подобные чудеса вошли в его реальность лишь недавно. Летающие люди, чтение мыслей, превращение в зверей, искрящиеся пальцы, огонь, подчиняющийся силы мысли… Чего он только не успел увидеть! И этот раз не стал для него чем-то новым, но появляющиеся из ниоткуда черты людей в его спальне, — это, определенно, было интересно. — Здравствуй, — воскликнул высокий мужчина с широкой улыбкой и голубыми глазами. — Я — Тор, бог грома, сын Фригги. — Фригга — это я, — с величественным смущением из границы, считай, из воздуха, вышла женщина неописуемой грации. Она нежно улыбнулась Джеймсу и помахала ему рукой. Он недоуменно помахал ей в ответ. — Очень приятно говорить с тобой. — Вы… боги? Которые из Асгарда? — он зачем-то ткнул пальцем наверх. Фригга пожала плечами. Тор гордо кивнул, правда, тут же поник, словно вспомнил о чем-то. — А ты, должно быть, партнер Лизы? — раздался еще один голос, а вслед за ним перед Джеймсом предстал высокий, темноволосый мужчина. Одного взгляда на него хватило, чтобы понять: он приходится Лизе и детям родственником. Знакомые черты на его лице кричали о родстве. — Джеймс, — представился мужчина, расправляя плечи, сам не зная почему. Хотел казаться лучше перед ним, потенциальным препятствием? — А ты Локи. Локи кивнул. Он изучающе окинул Джеймса взглядом с головы до ног и, что-то подметив для себя, кивнул, пряча руки за спину. В комнате воцарилась немного гнетущая, больше неловкая тишина. Локи смотрел на Джеймса, тот на него. Тор, не переставая улыбаться каким-то своим мыслям, переводил взгляды с брата на Барнса. Фригга стояла чуть в отдалении от сыновей, нежно наблюдая за разворачивающейся картиной. И только Лиза не выказывала реакции. Поняв, что от девушки давно не слышно ничего, Джеймс обернулся. И увидел ее, сидящую на кровати, опирающуюся на балку и тихо посапывающую. Бесшумно подойдя к ней, он аккуратно взял ее на руки и уложил на ее сторону кровати. Она даже не шелохнулась, не открыла глаз, продолжила мирно спать. Обычно просыпающаяся с тихого: «Доброе утро», сейчас Лиза спала совсем как убитая. Джеймс посмотрел на богов за спиной и еле слышно прошептал: — Только тихо там. Не разбудите ее. Локи кивнул и ушел из поля зрения, за ним последовала и Фригга с сыном. Джеймс прислушался, мешающих спокойному сну сердцебиений и шумных дыханий слышно не было. Он довольно лег в постель и прикрыл глаза.