Месть повелительницы вампиров

      Вертокруты собираются в «Пан Европа», а Кенди в это время на работе. Ей придётся пропустить вечеринку в кругу любимых друзей. На работе тоже не всё гладко. Конечно, Кенди следовало подумать, прежде чем покупать пульт диджея и игровой коврик для Юки. Но Юки очень просила, а пульт Кенди давно хотела! Денег осталось не так уж много. По-хорошему Кенди не мешало бы купить хотя бы гитару. В идеале к гитаре добавить скрипку и синтезатор. Ей грезилась слава великого диджея, но пока сведение не приносит денег, сплошные расходы. Кенди удалось устроиться исполнительницей, но нужна была постоянная музыкальная практика, и диджейский пульт здесь не годился. Необходимы живые инструменты, хотя бы один. В общем, Кенди завязла на самых нижних ступеньках карьеры исполнителя — ни туда, ни сюда.       На счетах — Кенди проверяла на днях — в общей сложности чуть больше трёх тысяч симолеонов. Почтальон принесла счета за электричество и воду, за жилые площади. В сумме на две тысячи четыреста пятнадцать. А ведь надо ещё на что-то жить. Кто бы подсказал Кенди, как это делать? Куда ушли все деньги? Кенди в последнее время не покупала ничего ненужного: всего лишь заменила старую ванну, помывшись в которой, кажется, можно было лишь стать грязнее, да поменяла кровати и себе, и сестре. Да, и кровати, и ванна с функцией «принять душ» (как у Калеба с Лилит в доме — она Кенди очень понравилась, удалось найти похожую) недешевы, но их замена была необходимой мерой. Чтобы помыться в старой ванне, напоминающей дырявое корыто, требовалось часа два, не меньше. И никакого удовольствия. Про необходимость удобной кровати для каждого сима даже объяснять ничего не надо.       К слову, хотя бы успехи Юки в школе вроде бы успокаивали. Дела у сестры пошли в гору (совпадение или нет, но как раз после покупки новой кровати): улучшились оценки, в кои-то веки появились друзья-приятели. Недавно пыхтела над школьным проектом. Правда, не нашла для него места лучше, чем посреди кухни. Кенди про себя ворчала, мол, ни обойти, ни объехать. Ни к холодильнику толком не подойти, ни к плите — кухонька, как и весь бабушкин домик, махонькая. Однако сестре Кенди ничего не говорила: не хотела ни расстраивать, ни погасить неосторожным замечанием внезапную тягу к знаниям. Терпение Кенди было вознаграждено, когда Юки притащила из школы пятёрку и награду в виде почему-то статуи кролика. Да бог с ним, пусть кролик, лишь бы сестра была довольна.       Идиллия продолжалась недолго: в один из вечеров Кенди, уставшая и измотанная, вернулась домой с работы. Открыла дверь и застала сестрёнку в компании очень вежливого полицейского. Полицейский живо интересовался компьютерами в доме. Единственный компьютер был в комнате Юки и даже Кенди запрещено было до него дотрагиваться.       — У вас есть ордер или что там положено при обыске?       Юки в плане общения — полная противоположность Кенди. Младшая Бер терпеть не может присутствия незнакомцев на своей территории. Обычно спокойная, приятная в общении девушка, Юки, защищая своё пространство, может быть решительной и категоричной, даже хамоватой. Впервые в жизни, услышав реплику вежливого полицейского, Кенди тоже не почувствовала желания пообщаться. Голоса сестры и полицейского раздавались из гостиной. Кенди бесшумной мышкой юркнула на кухню и затаилась, стараясь не выдать своего присутствия и прислушиваясь. Очень по-взрослому, ничего не скажешь. Полицейский тем временем изменил тактику:       — Хорошо. Что вам известно о трастовом фонде Лотарио?       — А вы имеете право допрашивать несовершеннолетних без присутствия взрослых?       Кенди восхитилась бы сестрёнкиной находчивостью, если бы не была настолько взволнована. На всякий случай, продолжая натужно прислушиваться к диалогу, Кенди проверила бюджет семьи. Вот новые поступления — её зарплата. Немного, но дышать стало легче — голодная смерть в ближайшее время им с Юки не грозит. А это что? Неучтённые сто с лишним симолеонов. Будь у них больше денег, Кенди бы не заметила, но когда каждая копейка на счету… И что ей теперь делать?       Разговор с сестрой, состоявшийся после ухода полицейского, приятным не назовёшь. С Кенди, конечно, Юки не стала ломать комедию. Призналась с некоторой гордостью, что да, попробовала себя на поприще хакера. Взломала этот самый фонд:       — Мне нужны деньги для участия в игровых турнирах, а у нас вечно денег нет.       Ну почему так? Кенди нечего было ответить. Впервые в жизни они с сестрой поругались. А главное, все неприятности посыпались на Кенди после того столкновения с Юдит Уорд. Всё валилось из рук. Ничего не получалось. В довершение ко всем огорчениям Кенди вспомнила, что несколько дней подряд звонили Ваторе. По очереди, то Лилит, то Калеб. Намекали, что готовы весело провести вечер-другой в компании обещанных Кенди замечательных друзей. Кенди каждый раз отказывалась, ссылаясь на работу. Говорила правду, но от этого не легче — вот уже пару дней телефон молчал.       Робкое царапанье в дверь комнаты прервало невесёлые размышления:       — Кенди, ты ещё сердишься? Можно войти? У меня для тебя сюрприз.       — Ещё один? Может, хватит на сегодня?       В руках Юки держала фотографию в рамке. От двери не разглядеть, кто на фото, но видно размашистую надпись поперёк фото.       — Вот. Мы со Скрытыми рыцарями зависали в замке, а туда зашла… ну эта, ты ж её так любишь… как её? Юдит?       — Юдит Уорд? И что? Она тебя обидела? Ударила? Да я…       — С чего бы? Я, конечно, не очень люблю общаться с незнакомцами, но чего не сделаешь для любимой сестрёнки, правда? Держи.       Юки сунула в руки Кенди фотографию, прыгнула на кровать рядом. Обхватила, затараторила что-то вроде извинений: она-де не хотела Кенди расстраивать, просто у них в последнее время совсем жопа…       — Юки, ну что за выражения!       Ну хорошо, не жопа — финансовые затруднения. Юки видит, как Кенди из кожи вон лезет, чтобы поддерживать для них обеих достойный уровень жизни, она же не слепая. Вот и захотела помочь. И у неё почти получилось…       — Ну как же почти — на счету на сотню с лишним больше. Ты — великий хакер, это точно.       — Да, это хорошо. Вот только мистера полицейского я не планировала, так что до великого хакера мне далеко. Спасибо, Морган предупредил, что могут быть проверки по району.       Кенди кивала, где надо вставляла нужные реплики, но на самом деле почти не слушала сестру. С фото, ослепляя великолепным сиянием, улыбалась Юдит Уорд. Поперёк — надпись: «Для Кенди от любящей Юдит Уорд». Подпись с широким росчерком. Ложь! Каждое слово ложь! К Юки у Кенди не было вопросов: обожающая сестру, Юки наивно постаралась сделать Кенди приятно. Представилась сестринским именем. Кенди об этом автографе так мечтала всего-то неделю назад, а сейчас… Надпись на фото вызывала злость, даже ярость. «Любящая»?! Да ведь она её прилюдно втоптала в грязь, только что ногами не прошлась!       На стекло фоторамки капнула слеза. Юки встревожилась:       — Эй, ты чего?       — Просто устала. Тяжёлый выдался денёк. Иди спать, уже поздно. Я выйду — прогуляюсь, немного подышу и тоже ложусь. Беги в душ. И спасибо, сестрёнка!       Выдавила приветливую улыбку — для сестры у Кенди улыбки всегда в наличии, в любом состоянии. Расцепила руки на шее, заставила Юки встать. Шлепками пониже спины выпроводила из комнаты. Весёлая сестринская возня. Кольнуло: получается, Кенди такая же притворщица, как великая актриса на фото? Нет, тут другое. У Юки трудный период, тяжёлый подростковый возраст. С ней, Кенди убеждена, обращаться нужно с любовью, бережно. Как с самой Кенди когда-то обращались родители. Юки маму с папой почти не помнит — хоть в этом младшенькой попроще.       Винденбург красив ночью. Парк с кустами в виде шахматных фигур на стилизованном под шахматную доску газоне. Квадратики травы чередуются: светлый, тёмный. Изысканные фонари освещают булыжные мостовые. Мостовые мягкими линиями огибают холмы или весело бегут на вершины холмов и вниз. Декоративные кусты — в них, Кенди-то знает — местные жители и гости Винденбурга справляют нужду или занимаются любовью. Кому что приспичит. Последняя мысль вызвала у Кенди ухмылку.       Два тёмных силуэта отделились от ограды парка, вышли на свет…       — Привет!       — Калеб! Лилит! Вы как здесь?       — Мы решили, что у тебя проблемы и, возможно, требуется дружеская помощь.       — Ну или просто поддержка.