Любовь – слабое чувство?

Декабрь 2021. Ангелина забыла обо всем. Была уже середина первого зимнего месяца, а она всё ещё витала в облаках со слов "я люблю тебя". Неужели это всё с ней? Может, не зря она терпела его мучения, может, будущее у них есть? Первое время Глеб не посещал вписки и не употреблял. Его держал страх. Страх потерять Ангелину и остаться одним. Он постоянно проводил время с ней, засыпал после неё. Если пил, то только с девушкой. Никого важнее нет. А Ангелина, окружённая любовью и, сама влюбленная, забыла (или пыталась забыть) всё, что происходило между ними эти месяцы. Она верила, что он уже исправляется и впереди всё будет лучше. Никого важнее нет. Никакой интернет, друзья – ничто её не интересовало. Только он, его близость, его дыхание, его объятия, его голос. Всё это было с ней 24/7 и всё равно не хватало. Его объятия по-прежнему согревали сердце и делали счастливой. Они отличаются от объятий той же Лизы, Серафима, друзей, родных. Это просто любовь. И страсть, и нежность совмещались в одном. Девушка стала любить сильнее, а связь всё укреплялась и укреплялась. Но когда-нибудь Глеб спустит Ангелину на землю, сам того не понимая. Любовь любовью, но разве он продержится?.. – Так, ну новый год так значит, а потом сбежим от всех! Будем вдвоём.. – рассуждала Ангелина, лёжа в обнимку с парнем на своей кровати. – Конечно, – соглашался с улыбкой парень. – Чё ты улыбаешься то постоянно в последнее время? – заметила девушка. – Ты тоже – Нуу да, – засмущалась она. – просто, я сейчас осознаю, как на самом деле тебя любила и люблю.. непривычно такое говорить, но правда, мне за двадцатник, а я впервые чувствую такое сильное.. особенное что-то. В ответ парень ничего не сказал, а лишь повернул к себе девушку и, посмотрев в улыбающиеся глаза, нежно поцеловал её. Это лучше всякого ответа и слов. Всё понятно. – И я тебя люблю, – между поцелуем сказал парень. Ангелина вдыхала привычный парфюм Глеба, с которым связаны уже многие, абсолютно разные воспоминания. Пусть и при ссорах, криках этот аромат тоже всегда присутствовал, но всё равно он ассоциировался только с счастьем. Настоящим. Викторов касался рук девушки, на которых остались последствия его постоянных выходок, целовал их, и боль проходила моментально. До нового года недели две. Планы почти полноценные. Всё это время Ангелина чувствовала умиротворение. И Глеб тоже, пока в нём не стала снова просыпаться тяга. Она начала появляться ещё давно, но Викторов усердно её подавлял любовью. Изначально прекрасно получалось, но сейчас уже невмоготу. Он до последнего не хотел этого признавать. Но однажды, требуя внимания от Ангелины (и такое бывало), он получил холод. – Глеб, давай я закончу дз, пожалуйста. Ответ ему не нравился. Он тут же посерьёзнел. Девушка знала, как легко вывести парня, но в этот раз не приняла к сведению. Разве она будет постоянно подстраиваться? У Глеба весь день шёл наперекосяк: на студии не получался ожидаемый результат (он снова взялся за работу), получал постоянные отказы. Думал, отвлечётся с Ангелиной, но и от той никакого внимания. Ещё изнутри давила зависимость, всё выходящая наружу. Сегодняшний день стал пиком, причём, особо ничего не произошло. Но эту тягу провоцировало всё, что шло не навстречу Глебу. Ничего не сказав девушке, Викторов написал Серафиму: – сегодня тусуетесь где-то? – оо, кто пишет. ну да, а зачем тебе? – адрес – что случилось? вы опять поссорились? что с Ангелиной? – с ней всё хорошо, просто адрес дай. В этот момент снова всё ломалось. Проснулись чувства стыда и вины. Вопросы в голове: "А если ей снова будет плохо?", "Если она меня больше не примет?". Но желание поскорее что-нибудь покурить или нюхать было, к сожалению, сильнее. Получив адрес, он молча вызвал такси и вышел из квартиры. Бывало такое, что он мог уйти и ничего не сказать Ангелине, когда нужно было в магазин или с кем-то быстро встретиться, так что, девушка, погруженная в работу, особо не обратила внимание. В машине Глеб уже не держал ни капли зла на Ангелину, на не получившуюся музыку, на сложный день, а держал его только на себя. 10 минут, и он снова на чьей-то хате, снова кидает куртку, снова берёт открытую бутылку какого-то алкоголя, снова ходит по комнатам в поисках какой-нибудь запрещёнки, снова погружается в себя, теряется, кружится.. Снова. Вот только казалось, что он отошёл от этой темы. Хоть и всего несколько недель, но он чувствовал спокойствие и счастье. Рядом с ним и вокруг него любовь, а теперь он рискует этим. Жизнь учит чему-то вообще? С возвращением к наркотикам постепенно придёт и мука, тоска, раздражение, апатия, хладнокровность. В общем, демоны. Но ещё не поздно осознать это и сдержать себя. Прошёл час, два. Глеб лежит на диване, уже будто пустой. Взаимодействие веществ продлилось мало, а перебарщивать он не стал. Не сегодня. Сообщений от Ангелины... нет? Почему? "Она не заметила мой уход? Или что.." – парень стал паниковать, как на трезвую. Если б она написывала, как прежде, то было бы как-то спокойнее, что-ли. Неожиданно для него и для всех, он встал на ноги и вылетел из квартиры. Наверно, впервые его что-то тревожит на вписке. Возможно, потому что он принял не так много, как обычно. На небе сплошная темень и полная луна. Скоро приехало такси. Викторов всю дорогу домой думал о том, что сейчас делает Ангелина, где она, как она, что у неё сейчас в голове.. Почему он раньше об этом не подумал? Приехав к дому девушки, он зашёл быстро в открытый подъезд, а затем встал у квартиры. Собравшись с мыслями и духом, он открыл дверь и оказался в коридоре. Отсюда была видна спальная комната. Она открыта. Парень разулся, прошёл туда, немного шатаясь. Посреди кровати сидела Ангелина в пледе и.. тихо плакала. Подняв голову на парня, она посмотрела разбитым, разочарованным взглядом. Спрашивать было нечего. В её глазах явные вопросы: "Ты опять?.. Зачем? Всё ведь было хорошо..". Глеб готов себя придушить на месте. Не торопясь, он подошёл к девушке, сел и всё ещё не произнёс ни звука. Он крепко обнял Ангелину, стал гладить по голове. Девушка, не выдержав, выпустила все слезы и прижалась к груди Викторова. Это невыносимо разрывало его сердце. Потому что понимал, что продолжает причинять боль любимой Ангел, но справиться с собой также не может. Слышать каждый её всхлип – как ножевое ранение для него, но ничего сказать не может, ведь он сам доводит девушку до такого состояния. А его крепкие объятия всё также зашивали все раны и подавляли боль Ангелины. Проходят дни. На улицах веет атмосфера нового года, детского праздника. Повсюду фонари, ёлки, кто-то пробует салюты, песни, веселье. Ходят молодые парочки, окружённые праздничным настроением. Так и представляла новый год Ангелина. Она также могла гулять зимним вечером с Глебом по парку, сидеть на их когда-то любимой скамейке, фоткаться у центральной ёлки, кататься на коньках. Но если бы не их общий враг – зависимость парня. Теперь поздно пытаться сдержать себя, отказаться от манящих веществ. Даже искренняя любовь его не спасла. Неужели зависимость сильнее? Ангелину же эта любовь разрушала. Она это понимала, но не пыталась себя спасти. Все пытались, но не она. Девушка так же глотала слёзы, пропускала через себя, терпела, забирала пьяного Глеба, прощала и так по кругу. А ведь прошло так мало времени с их первого маленького разрыва.. Глеб умирал и убивал Ангелину. Он был готов сделать всё, чтоб девушка не плакала и не страдала. Так он думал, когда трезвый и пока чувство тяги не настигнет его. Дальше бороться не получается. Каждый раз в такси, направляясь на очередную квартиру, он оправдывал или же корил себя мыслями: "Мне будет стыдно", "Я просто очень слабый", "Я отпущу её". Да, иногда он обещал себе и другим отпустить Ангелину, оставить её в покое: – Сука, я не могу смотреть, как она убивается из-за меня.. но как блять мне быть – Не мучай её, она то в чём виновата, не заслужила такой боли, отпусти её, – отвечали другие. – Я отпущу. Завтра. – и так каждый раз. Он обещал, но на следующей день, когда он и собирался её отпустить, возвращался к ней с мыслями: "Она ничья, кроме меня. Я никуда не денусь". Какой-то декабрьский день. Планы на новый год тихо рушатся. Ангелина это понимала, но успокаивала себя, что хотя бы на праздник Глеб пожалеет её и будет трезвым. Они не разговаривали больше по поводу праздника, не было момента и смысла. Вот уже вечер. – Глеб, мы сегодня ставим ёлку? – заряженная хоть каким-то настроением, писала она парню. Они всё купили вместе, но дом ещё не был украшен. Ответ от Викторова не приходил, но это не заботило девушку, ведь, наконец, сегодня они должны вдвоём провести вечер, как раньше, только теперь с новогодним вайбом. Что-то новое. Прошло полтора часа. За окном давно темно. Парень должен быть у Ангелины уже как полчаса. Конечно, тревога у неё нарастала. Девушка металась по квартире, а Глеб всё ещё не появлялся в сети, как и её сообщения оставались непрочитанными. "Ну нет, пусть он просто задержался на репетиции.. Он же не может пойти против наших планов и оставить меня, ожидающую дома?". Проходит ещё несколько минут и приходит сообщение. Это Серафим. "Точно Глеб там.." – поняла Ангелина. – Глеб здесь.. – написал друг. Их чат только и состоял из сообщений "Глеб опять накурился", "он пьяный", "он приехал сюда" и т.д. А девушка отвечала на это всё: "щас приеду", "выезжаю" и в редких случаях "когда это закончится..". Девушке ничего не оставалось, как ехать за пьяным Глебом. Всё повторяется, повторяется, а планы рушатся. Что дальше? Сколько это терпеть? Каждый раз, как в первый, Ангелину охватывает удушье паникой, большой ком встаёт в горле, но приходится всё это проглатывать. Главное, попытаться забрать парня со вписки. Это стало намного тяжелее даваться. Если раньше он сам был рад приезду Ангелины, и пьяный уезжал с ней, то сейчас он мог попросту, будто не узнав девушку, игнорировать её присутствие и сопротивляться, говоря: "едь домой, оставь меня". Тогда на помощь приходил Серафим, пытаясь также вдолбить другу хоть что-то. Пусть он и сам был не совсем трезвый. Ангелина в страданиях надевала куртку и вызывала такси. Пока машина везла её к источнику боли, за окном проносились яркие улыбки людей, детский лепет, гуляющие парочки.. А она едет в канун нового года в очередную хату пьяных, ничего не понимавших людей. Такси привезло её. Этот двор и дом она знает уже как свои пять пальцев. Думая, что на этот раз она обнаружит в квартире или подъезде, девушка зашла в дом. Вот она, привычная дверь, которую открывал уже каждый. Перед тем, как войти, Ангелина снова проверила телефон. Оказывается, ей опять писал Серафим несколько минут назад. В это время она ехала в такси. – может, не стоит тебе ехать? я сам тебе привезу его. "Очень странно, почему я не должна была приезжать?.. Ну, уже делать нечего". Ангелина зашла. Всё как обычно: разлитый алкоголь, валяющиеся куртка и обувь, в углу сидит какая-то девка, на полу рассыпан порошок. Как это надоело. Глазам Ангелины больно видеть каждый раз такую картину. А что ещё делать? Много чего, но девушка выбирала таскаться за Викторовым. Проходя дальше, она заметила Серафима. Он выглядел растерянным. Парень встал перед девушкой, не давая пройти. – Слушай, Глеб может поехал домой? Я не могу найти его. Да, он скорее всего поехал к тебе. – Что? Где он? Он мне не писал ничего и не читал даже. Ты же говорил, что ты сам привезёшь его. – Зачем ты приехала тогда? – Я прочитала, когда уже у двери стояла. – Ясно, – отвёл взгляд парень. – Ну так где он? – попыталась пройти Ангелина. Но Серафим выставил руку, как бы облокотившись на стену, тем самым закрыл проход девушке. – Слушай, я вижу, что что-то не так. Так дай увидеть своими глазами, – волнение копилось в груди, глаза Ангелины это не скрывали. Серафим с выдохом расслабил руки. Девушка напряжённо пошла вперед. Что-то её всё же останавливало. Наверно, страх. Страх чего? Неизвестного. Если бы Серафим не пытался остановить её, то этого чувства бы не было. Новые и знакомые лица не обращали внимание на девушку. Ангелина заходит в комнату, в которой обычно обнаруживает Викторова. Как и сейчас. Но картина, представшая перед её глазами, как выстрел. Глеб расслабленно сидит на диване, а на нём так же светловолосая девушка. Они слились в пьяном поцелуе, видимо, оба накуренные. В одной его руке бутылка какого-то спиртного, а другой он расслабленно придерживает за талию сидящую на нём блондинку. Никакой страсти между ними. Наверно, что та, что тот знакомы всего несколько минут. Где музыка? Где пьяный гул всех здесь? Ничего. Слышно только сердцебиение Ангелины. А внутри что-то тихо, но с дикой болью ломалось. Глаза заполнились солёной водой, которая тут же стекала по лицу вместе с тушью. Вокруг всё поплыло, а уровень тревоги превышал. Будто эффект тех самых "лекарств". Шум в ушах. Ангелина на миг перестала всё видеть и слышать. В голове стояла картина, которую она только что видела. Казалось, что в ступоре она стояла несколько минут, но прошло то пару секунд. Глеб уже стоял перед ней и, держа её за плечи, пытался докричаться. Его итак тёмные глаза были заполнены практически полностью зрачками. Как всегда. Ангелина не понимала, что чувствовала на данный момент. Но постепенно она стала приходить в себя и осознавать. – Ангел, слышишь, я.. я не знаю.. – он с умоляющим взглядом смотрел в зелёные глаза девушки, что-то от неё ожидая. Наконец, она перевела взгляд с пустоты в накуренные глаза парня. Она почувствовала, как мир буквально рушится внутри. Ком подходит к горлу, руки начинают трястись. Ничего нового. – Послушай.. – продолжал взволнованно тараторить Глеб. На смену тревоги и разочарования в девушке оказались злость, накопленные чувства. Жар прошёлся по всему телу. Её только что заплаканный взгляд вдруг переменился на полный ненависти. Терпеть больше нельзя. Это была последняя точка. Неожиданно для самой себя Ангелина дала сильного леща парню. Но момент спустя все накопленные эмоции подавились и пришёл страх. Но чего она боялась? Викторов, всё ещё не смотря на девушку, прикрывал рукой лицо от боли. В этом ударе была не только физическая сила, но и эмоциональная. От этого было куда больнее. Парень посмотрел на Ангелину, всё так же держась за щеку, каким-то раскаянным взглядом. Он молчал. Все столпились вокруг, и никто не подходил. Даже Серафим стоял в ступоре от увиденного, но на Глеба он посмотрел таким взглядом, который будто говорил "заслужил". Ангелина, растерявшись, боясь непонятно чего, бросилась бежать из квартиры. Недолго думая, Глеб помчался вслед. – Ангел, не убегай от меня. – поступило сообщение от Глеба. На экран бесконечно капали слёзы девушки. Она еле преодолевала желание ответить. 12 пропущенных от Викторова. Она так больше не может. Это последняя капля. – Ответь пожалуйста, не игнорь, – прилетело очередное сообщение от парня. – Ты издеваешься? Хватит игнорить, я еду к тебе. Через 5 минут сообщение: – Открой, пожалуйста. Не делай вид, что не слышишь звонок. Но Ангелина действительно не слышала, так как была уже в пути к подруге. Таксист странно поглядывал на заплаканную девушку. Параллельно сообщениям Глеба приходили и смс Серафима: – Ты куда убежала то?? Где ты? Ответь! А ещё от Тани, оказывается, тоже увидевшей всё своими глазами: – Ангелина, у меня нет слов.. Куда ты убежала? Зайди в сеть. Но девушка не отвечала никому. Сейчас было важно скорее доехать до подруги (или не доехать). Она стала набирать Лизе, еле попадая пальцами по цифрам из-за дрожи. – Лиз, я еду к тебе, – плача в трубку, предупредила Ангелина подругу. – Опять Глеб?? Что такое? – Да, – зарыдала девушка. – расскажу потом.. – Сука! Я жду. Звонки и сообщения от Викторова продолжали поступать, но пусть Ангелина и включила беззвучку, она чувствовала, что парень пытался до неё достучаться. – Открой, думаешь я это так оставлю? – И запомни, ни Серафим, никто не получит тебя, пока я жив. – Ты никуда не денешься. –Хватит выебываться, открывай, блять! – продолжал написывать Глеб. Ангелина хоть и не читала, но прекрасно понимала содержание приходящих сообщений. Это разрывало её сердце ещё сильнее. Когда девушка приехала к назначенному месту, Лиза ждала её на улице в накинутой куртке. Ангелина вышла с такси в одной лишь зипке Глеба. – Ты спятила?? На улице дубак! Неужели всё так плохо?.. – подбежала к подруге Лиза, – блять, пошли быстрее. Девушки зашли в квартиру. Подруга Ангелины посадила её на кровать, поставила чайник и принесла плед. – Щас воду горячую налью, ноги согреешь. В это время поступили новые сообщения от Викторова: – Прости меня. Открой дверь, я прошу. Не откроешь – останусь тут до утра. Ты мне нужна, очень. Наконец, девушка решилась прочитать сообщения в строке уведомлений. Зря. Её снова прорвало на истерику. – Ангелина, что?? На, пей, – Лиза сунула ей несколько каких-то таблеток. Конечно, это успокоительные. Прошло полчаса, таблетки всё ещё не действовали на Ангелину. Она привыкшая. Лиза была без понятия, что делать, так как она и не знала, что вообще произошло. Донимать подруга, конечно, не стала в таком-то состоянии. Она ждала, пока Ангелина хоть немного придёт в себя. Но та продолжала беспрерывно рыдать. Лиза то сидела с ней, то приносила воды, то теперь стояла у стены, облокотившись руками на комод. Она разбирала в голове разные варианты того, что случилось. Но она точно знала, что это последний звонок. Ангелина больше не должна связываться с Глебом, как бы она его не обожествляла и не любила. Ещё час Лиза сидела на кухне, ломая голову. Что делать дальше? Так сильно она переживала за подругу. Она видела, как утопала Ангелина, и так точно нельзя было оставлять. Лиза уже давно не воспринимала Глеба как Глеба Три дня дождя, а только как парня-наркомана, портящего жизнь подруге. Плач Ангелины утих. Неужели? Девушка зашла в комнату и обнаружила спящую подругу. Так было лучше. Утро вечера мудренее. Она увидела телефон Ангелины с включенным экраном. На протяжении всего времени Глеб продолжал написывать и названивать. "Заебал" – подумала Лиза и взяла телефон подруги. Она знала её пароль, и, наконец, это пригодилось. Девушка открыла телеграмм и ответила Викторову: – Можешь не ждать, она не дома. Ответ пришёл моментально: – Где она?? Я приеду – Не надо, я её подруга. Желательно вообще не пиши сюда. Лиза могла заблокировать парня с телефона подруги, но это будет уже перебор. Викторов продолжал что-то писать, но в скором времени сообщения прекратились. Лиза села на кресло, снова в раздумьях. Так она и не заметила, как уснула.