Рассвет

Хельсинки-красивый северный город, наполненный цветущей зеленью, яркими бутонами растений, деревьями, запахом воды, роскошными густыми парками, рынками, нестандартными архитектурными творениями, холодным ветром залива и статными соборами. В другой ситуации я бы с удовольствием наслаждалась мы каждым миллиметром этого места. Но не сейчас. В данный момент, я, не буду врать, в панике, которую всеми силами стараюсь удержать в узде. Рядом идет Олис, согласившийся меня проводить. Ему, со слов Петри: «все равно по пути». Хотя, я все еще не понимаю, зачем? На Солнце его волосы превращаются в искрящееся согревающее золото. Чехол от гитары на спине, кажется, ещё чуть-чуть и был бы с него ростом. Он мило улыбается. Ему действительно приятно со мной идти или из вежливости? Надеюсь, ничего из этого. Диалог у нас пока что не клеится. Мы обсудили погоду, учёбу, немного поговорили о Хельсинки и моих впечатлениях. В перерывах между обрывистыми темами, мы отдаемся в объятия тягучего молчания. Из наблюдений: может, это влияние русского менталитета, потому что я вижу, ему тоже не до конца уютно, но он спокойнее относится к этой тишине. Или он из-за меня нервничает, видя мои тревоги? Конечно, я ж трясусь как осиновый лист. Это и слепой сможет почувствовать. Боже, не хочу его нервировать, нужно срочно успокоиться. Я показала на карте ранее, где живу, так что я не сильно контролирую маршрут, так как отдала «штурвал» Олису, он ведь местный. Тем не менее, я заметила, что вышли мы на улицу Лиизанкату. Ничего примечательного: с обеих сторон маленькой дороги стоят небольшие шестиэтажные домики пастельных, серых и слегка рыжеватых цветов. Около пешеходных линий с двух сторон припаркованы машины. Я решила, что любой разговор сможет скрасить эту прогулку. Мама говорила, когда инициатива в твоих руках, то нечего переживать, потому что ты везешь эту колесницу. Что ж, попробуем. -Так что ты…выступаешь не только в баре, но и в консерватории?-на придыхании сказала я. -Да-с легкостью и непосредственностью ответил Олис, посмотрев на меня-я с детства играл на музыкальных инструментах. Сначала скрипка, потом в моей жизни появилась гитара. Позже, я осознал, что хочу связать с ней свое будущее. Сейчас доучиваюсь, это лето-выпускное. Впереди меня ждут оркестры, я надеюсь, а пока, да, выступаю там, куда позовут. Мне везде хорошо, лишь бы гитара была со мной. -Здорово-воскликнула я-Гитара, правда, весьма недооцененный инструмент, особенно в классике. -Возможно ты права. Но все равно, в оркестре есть мелодии, где гитара нужна. Она создает атмосферу и уникальное звучание. Это удивительный инструмент, кто бы что ни говорил. Мне полегчало. Слава богу, я нашла безопасную и приятную тему. Мы снова вышли к воде. Пешеходная набережная, отделяющая две стороны маленькой плиточкой посередине, с деревьями и фонарями. На воде виднелись яхты. Во-первых, финны, видимо, заядлые мореплаватели и любители всего водного. Отцу бы понравилось. Во-вторых, сколько же стоит здесь, в самом центре, арендовать площадку для своего катерка. И зачем только в голове у меня проносятся такие мысли, они же бесполезные и ничего в моей жизни не изменят… Ладно, спишу всё на то, что я человек. Мы продолжили путь вдоль набережной. Окрестности, кажется, можно рассматривать часами, но сейчас я не особо уделяла внимания даже им. Хотя и незаслуженно! -Музыка умеет завораживать-продолжила я. -Точно-перебил Олли и, осознав это, засмущался и тише повторил-Точно… Разговор пошел отлично. Олис стал активнее жестикулировать, отчего становился ещё милее. Тема музыки нас скрепила. -А ты на чем-то играешь?-спросил он меня. -Я?-удивлённый тон выдавал мою неподготовленность к вопросу-Да…я...ходила в детстве на уроки фортепиано, да как то не пошло у меня. Не подружились. Хотя, музыка клавиш меня чарует. Наверное, у пианино сложный характер-в этот момент я думала, что он просто повернется и уйдет от меня, такой сумасшедшей, но он, наоборот, стал ещё внимательнее-Странно может прозвучать, но-я запнулась и не смогла продолжить. Надо было лучше обдумывать то, что собираюсь сказать. Но мысли бегают из стороны в сторону. Они неподконтрольны. -Да нет, я тебя прекрасно понимаю-ответил он. Я благодарна за поддержку. Он так чувствовал мое состояние, давал время подумать, делал паузы. В его голосе читался успокаивающий особенный акцент, но говорил он на английском хорошо, на мою удачу. За разговорами, я и не заметила, как мы подошли к величественному зданию, выделяющемуся и современному. Пятиэтажное белое новое здание с застекленным темным обрамлением. Увидев это здание в первый раз, я бы подумала, что это модный торговый центр или офисный центр для гениев-программистов, но уж точно не место, откуда выходят с гордо поднятой головой музыканты. Вдоль фундамента росли аккуратно выстриженные растения, прямо перед входом находился небольшой скверик с парочкой выкрашенных в белый цвет скамеек. Так и представляю, как студенты, боящиеся не сдать экзамен и яростно сжимающие в руках инструмент и ноты, присаживаются на эти лавочки, смотрят на спокойные воды залива и глубоко выдыхают, готовясь зайти в стеклянные широкие двери здания и сдать экзамен на отлично. В предсессионом страхе и мандраже есть своя красота. Проверено на собственном опыте. Место оживает с людьми- преподаватели в белых классических рубашках, туристы, фотографирующиеся на фоне хрустального здания, студенты с маленькими портфельчиками и чехлами для инструментов. В какой-то степени, повезло скрипачам, гитаристам и кларнетистам. Взял инструмент, принёс налегке на выступление, отыграл и вернулся домой. А что, если ты контрабасист или пианист-их так просто за спиной не потаскаешь. А ведь у каждого инструмента есть характер, с ним нужно найти контакт, подружится, привыкнуть друг к другу. Помню, когда дома тренировалась играть на пианино-все было хорошо, приходила в школу и играла на там-ничего не получалось. Инструмент отказывал мне в содружестве. Либо я просто плохой музыкант. -Ты здесь выступаешь?-завороженно спросила я. -Можно и так сказать. Здесь проходят репетиции, а вот на публике мы выступаем в других местах. -А здесь для репетиций?-только задав вопрос, я поняла, какую сморозила ерунду. -Нет, почему же-Олис тактично проигнорировал мою мимолетную глупость-Здесь мы учимся, сдаем экзамены и все в таком духе. Это место учёбы, выступаем мы в других местах. Хотя, репетиции часто проходят в главном зале именно здесь. -Здорово, наверное, здесь учиться-восторженно высказала я. -Да-он кивнул и смущенно улыбнулся-К тому же, здание недавно отремонтировали. Новое оборудование, оснащение, музыкальные инструменты, большие залы, электронные экраны, сцены. И никак нельзя не упомянуть столовую и библиотеку. -Библиотеку?-удивилась я. -Конечно. Она, правда, маленькая, буквально одна комната, два кресла и четыре стеллажа по пять полок, но, всё же… Если ты любишь музыкальные инструменты, это ещё не значит, что литературу сможешь обойти стороной. Приятно ощущать и слышать, с какой любовью и нежностью Олис говорит об этом месте. Люди, способные проявлять благодарность и уважение, достойны похвал. Мой словарный запас, наряду с безвозвратно мертвыми нервными клетками кричали мне во всеуслышание, что подошло время прощания. Но как? Не скажешь же: «Спасибо за компанию и неловкие диалоги. Мы никогда больше не увидимся, а моё имя ты забудешь уже к следующей недели, словно меня никогда и не существовало на этой бренной земле. На это всё. Пока, я в другую страну!» Нет, такое не подойдёт… -Спасибо тебе за компанию. Мне пора идти, собираться-с горем пополам произношу я. -Да, конечно, давай я покажу, как тебе добраться до отеля-сказал он, жестом прося меня достать телефон. Когда девайс был уже в моей ладони с открытой картой, он аккуратно провел своими пальцами по дисплею, обозначая, как мне дойти до места назначения. В какой-то момент его ладонь слегка ощутимо, случайно и нежно дотронулась до моей руки. До этого момента я еще пыталась вникнуть в замысловатые названия улиц Хельсинки и разобраться в пути, который мне предстоит пройти, но после этого в голове забили куранты. Я уже ничего не слышала. Я лишь пыталась запомнить это ощущение, чтобы даже через сорок лет, будучи старенькой бабушкой сидеть на автобусной остановке в холодный ноябрьский день, и все ещё помнить прикосновение его руки. А путь я и сама смогу найти, не пропаду! -Поняла?-его вопрос выбил меня из далеко представленного будущего. «Боже, хоть бы он просто подумал, что я странная, а не маньячка, впадающая в кому от одного лишь прикосновения…Что такое вообще? Я ведь до этого уже встречалась с парнями, но такого ни разу не было. Чепуха какая-то. Это город так влияет? А, да, Аврора, давай теперь ответственность перекладывать на место. Потрясающе!» Не дожидаясь его реакции, я благодарю и прощаюсь односложным: -Пока! Я уже слышу топот моих ног, отходящий от здания и Олиса, как вдруг слышу громкий, но отдаленный уверенный голос. Да что такое? Они с Петри сговорились? Я заколдована, теперь я никогда не смогу ниоткуда просто спокойно уйти без окликов? -Если хочешь, приходи на концерт. Он будет послезавтра. Я обернулась, а блондин уже успел подбежать ко мне. Казался таким спокойным, и только поджатые губы и тоскливый взгляд пугливого зайца выдавали тревогу. -Это не совсем…концерт…это студенческое выступление, здесь в колледже. Возможно, будет не идеально, но и не ужасно-поспешил добавить парень. Что было тогда в моей голове, я не знаю и не помню, но я, не задумываясь, выпалила: -Да, спасибо за приглашение. Было бы круто! Я обязательно приду! Олис тихо выдохнул. Мы обменялись номерами, махнули друг другу руками на прощание. Перед этим парень весело сказал: -Тогда до встречи! Я кивнула и побрела дальше по набережной. Куда-нибудь. Лишь бы подальше отсюда. Господи… «Да, было бы круто». Аврора, что, прости? Мне нужно в Петербург. Что я несу вообще? Какой концерт? Конечно, сейчас уже не откажешься, неудобно…да и не хочется. В любом случае, придется продлить свое путешествие. Не сказать, что я не рада. Внутри меня зародился какой-то теплый приятный комок чувств. Возникли мысли: Как же я выдержу еще один день до нашей встречи? Скорее бы его увидеть. Действительно ли он будет рад меня видеть на репетиции? Или это все вежливость? Что за ерунда? Что это за мысли вообще такие? Откуда они? Да, наверное, просто музыку хочу послушать побыстрее. Тем более оркестр с гитарой-когда ещё выпадет такой шанс. Это объяснение, построенное в сущности своей на палках и глине, меня вполне устроило. «Главное, самому себе не лгите»-писал Достоевский. Простите меня, Фёдор Михайлович, но что-то не выходит. Оглянувшись еще раз на концертный зал, я протерла уставшие глаза и отправилась в отель. Пошла, по обрывкам того, как подсказал мне Олис. Или, если быть честной, руководствуясь обычным правилом: «Если идешь -в любом случае куда-нибудь то и придешь». А что, хороший совет, разве нет? Шла прямо по набережной и вышла на небольшой мостик. Я достала телефон и посмотрела название: Раккауденсилта. Хм, он выглядит, по непонятным причинам, таким знакомым. Всё, совсем я головой поехала, видимо. Людей на мосту было не так много. Видимо, место не самое облюбованное. Я пошла дальше и остановилась посередине. Мост этот, с виду, ничем не примечателен-обычные квадратные перила-ограждения, выкрашенные в серо-черный цвет, отцветший на Солнце, внутри заполненные крупной сеткой. Если бы не одно «но». Эта сетка, защищающая людей от падения, превратилась в холст из разноцветных замочков. Красочных, ярких, разных и уникальных. Я подошла ближе, наклонившись к ним. Имена написаны в основном на английском. Я повертела в руке салатовый замок с надписью «Анна и Лари. 24.12.2013». Интересно, они до сих пор вместе громоздят океаны и моря загадочной тайны любви? Или уже давно разошлись каждый своей дорогой? Отстранившись, я заметила табличку с надписью на трех языках-английском, финском и датском. «Мост любви». Тогда всё понятно. Во многих странах это излюбленная традиция, писать инициалы, даты, признания и цитаты на замочках, крепить их на мосту, а ключики кидать в воду, отдавая искренность своих чувств и намерений на растерзание стихии. Вот так, среди обычных домиков, кафешек, катерков на воде, спешащих офисных работников, припаркованных автомобилей, продуктовых магазинов затесалось место любви. Красиво. В другом состоянии, я бы довела эту метафору до удобоваримого состояния, но сейчас мне не до этого. Хотя, могу поспорить, это незабываемое ощущение-запечатлеть свою необъятную любовь в физический металлический холодный объект. Интересно поразмышлять, я когда-нибудь так сделаю с любимым человеком? Щелкну замок синего…нет, голубого, как неба, цвета, с гордо вписанными именами? Мы кинем ключик в Мойку где-то в районе Адмиралтейского района. Каждый день сотни влюбленных будут проезжать по каналу на туристических катерках, прямо над затопленным символом моих молчаливо бушующих чувств. Больше веет депрессией, нежели любовью, если честно. А, надо будет ещё цитату добавить. Только какую? Может, из Онегина? «Любви все возрасты покорны»? Только если влюблюсь в пенсионера или школьника. Оба варианта меня слабо устраивают. «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей?». Нет, с этой цитатой лучше сразу к психотерапевту. «Любовью шутит сатана?». Так, ладно, надо будет выбрать другое произведение. Пушкин, конечно, гений, но здесь он мне не помощник. Отвлекшись от своих до безобразия странных размышлений, я увидела за домами, стоящими перед мостиком, четкие очертания Успенского собора. «Ему и вправду было по пути» Да, отсюда я уже точно найду путь, не заблужусь. Или, по крайней мере, постараюсь. Скорее бы дойти до номера. Спать хочется дико. Хотя, что-то мне внутри подсказывает, что уснуть я смогу не так уж и быстро.