Я возьму тебя за руку и скрою от всех ветров.

Глава 25. Я сидел на холме вблизи Иерусалима. В окружении демонов. Этот могучий город был виден отсюда как на ладони. Внутри было слишком много сильных эмоций. Я чувствовал ярость и желание не оставить в этом городе и камня на камне. Отчаяние. Из-за того, как поступил со мной Локи. Сокрушение. За то, что я, будучи богом, не могу ничего поделать со случившимися обстоятельствами. Просто не знаю как... Ужас. От того, ЧТО ангелы могут сделать с Локи. И люди тоже. — Радуйся, равви, — с коварной и какой-то насмехающейся улыбкой прошептал тогда Иуда, подойдя ко мне. Я помню его неожиданный поцелуй. И как в следующее мгновение Локи одним порывом отсёк ему ухо. Помню, как солдаты пошли на нас с мечом. Как демоны бились с людьми, защищая моих учеников. — Как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями, чтобы взять меня, — говорил я им, пытаясь остановить бойню. Но меня никто не слушал. Опять. — Схватите Тора! — гневно кричал Иуда. Что мне тогда было делать? Солдаты были людьми. Людьми, в руках жестокого ангела. Мои ученики были людьми. Я хотел их всех остановить, но Иуда напал на меня. Конечно же, и в это влез Локи. — Я тебя уничтожу, как мелкого демона! — восклицал Иуда в ответ на атаки чернокрылого, двигающегося хаотично, быстро и использующего магию иллюзий. Во всей этой неразберихе я не сразу заметил, то, как глаза Локи залились светящимся безумством. Мы проигрывали. Всё больше умирало людей под когтями демонов. Всё больше урона мы несли от схватки с Иудой. Очевидно было, что он очень умелый воин. Проигрывающий в силе, но никак не в тактике боя и хитрости. Это был отменный солдат... — Тор, уходи! — кричал мне Локи, видя создавшуюся ситуацию. Я видел страх в его глазах. За зелёной дымкой я впервые за долгое время увидел сомнение и.. слабость. Я почему-то забыл, что он хоть и царь подземного мира, но не всесильный. Помню, как долго мы пытались одолеть Иуду, но он был таким ловким, что наши силы становились на исходе. Я не сдержался. Я выплеснул эмоции в силу. Казалось, будто тоже на мгновение потерял рассудок... В ушах оглушающе звенело... Поднявшаяся пыль от энергетического удара не давала возможности осмотреться... — Локи!.. — глухо произнёс я, еле слыша самого себя. Тишина. Не было больше звуков боя. Не было звона мечей. В висках так сильно кольнуло, что я зажмурился. — Тор! — услышал я голос чернокрылого. Тогда открыв глаза, я понял, что лежу на земле. Я видел его обеспокоенное лицо. И яркие радужки прекрасных зелёных глаз. — Я не могу позволить им забрать тебя, — задумчиво произнёс он, о чем-то думая. — Локи... — в горле сильно пересохло, — Что произошло? Но чернокрылый тревожно смотрел куда-то вперед. Я видел серо-зелёный дым, вдруг окутавший нас... И приглушённые слова Локи: «Сначала наши силы будут подавлены, но через четыре дня ты станешь как прежде». В висках снова кольнуло. Перед тем, как потерять сознание, я видел, как солдаты во главе с Иудой забирали кого-то, связав верёвкой. Кажется, это был я. Но не я, а кто-то, кто выглядел как я. Локи... Очнулся я в окружении обеспокоенных демонов. Был с вороны́ми крыльями и бледной кожей. С внешностью Локи. Не чувствуя своих сил. — Ваше Величество, вы целы? — спросил какой-то демон. Я сначала нахмурился. Но когда до моей памяти дошли воспоминания последних событий, я вскочил и начал осматриваться. — Одинсона увели стражи, — с безразличием сказал другой падший, — Его ученики в безопасности. Они разбежались, но мы всё ещё следим за ними, как вы и просили. — Что ты несёшь? — потёр я лоб, не до конца понимая, что происходит. — Вы не просили защищать Одинсона, — усмехнулся он, — Сказали, сами это сделаете. Туман в голове начал рассеиваться и до меня вдруг дошло. Локи заколдовал меня в иллюзию себя. И демоны теперь думают, что я — это он. Вот только получается, что он — это как будто бы я. И теперь он в руках Иуды, а я даже не понимаю, есть ли у меня мои силы. А может, это не иллюзия, а обмен телами? — Где он? — резко спросил я. — Одинсон? Вы так долго были в отрубе, что он уже много где побывал. Говорящий демон усмехнулся, но получил подзатыльник от другого, более серьёзного демона, который всё это время молчал. — Ваше Величество, — этот демон подошёл ко мне, чуть склонив голову, — Вы почти сутки пробыли без сознания. Мы принесли вас сюда, здесь безопасно. Над Одинсоном сейчас ведётся суд на главной площади Иерусалима. — Суд?? — Люди решают — казнить его или помиловать. — Казнить?? — я начал чувствовать внутри нарастающую злость и тревогу, — ЛЮДИ решают?? Я хотел телепортироваться в Иерусалим, но ничего не вышло. Сил будто совершенно не было. — Почему не получается?.. — недовольно прошептал я. Мне не хотелось думать о том, что люди, получается, думают о том, чтобы казнить меня. Ведь они не знают, что там на самом деле царь подземного мира. Я больше волновался о том, что происходит с Локи. Хотя, зная его, он не позволит человечеству причинить себе вред. — Как нам действовать? — спросил серьёзный демон. — Как тебя зовут? — спросил я. — Простите? — не понял он. — Напомни имя своё, — более требовательно произнёс я. Только сейчас я всмотрелся в его лицо и оно показалось мне смутно знакомым. Мы точно раньше встречались. А может, это воспоминания Локи? Хотя сомневаюсь, что существует заклинание на обмен телами... — Каин, — растерянно произнёс падший, — Меня зовут Каин. Мои глаза на секунду расширились от удивления. Да, это точно был он. Первый человекоубийца. Сын Евы, убивший своего брата, Авеля. Из-за него Один проклял мир людей второй раз. Но что-то в Каине изменилось. Он стал демоном?.. Как?.. Я нахмурился, понимая, что у меня нет времени разбираться в этом. — Мне нужно попасть на главную площадь, — холодно сказал я, — Телепортируйте меня туда. — Телепортировать? — удивился Каин, — Уже? — Что значит "уже"? Чего ждать?? — Как ваша рана? — Моя рана? — не понял я. — Рана от архангела Михаила, — как бы напомнил он, но мне это ничего не дало. — Михаил? Причём тут он? Причём здесь архангелы?.. Догадка пришла сама. Неужели Иуда — это архангел Михаил? Самый скрытный и молчаливый архангел из всех. Никогда не видел его в бою, впрочем, его присутствие на Советах тоже было не частым. Никто не знал, где он пропадает, но его ответ был всегда одинаковым: «Вершу повеления Всеотца». Так вот какие у него были повеления?.. — Не нравится мне всё это, — хмуро произнёс какой-то демон, — В день Пасхи в городе сильная суматоха. — Я слышу их скорбь, — довольно облизнулся другой падший, — Слышу их стенания. Я быстро подошёл к нему и, схватив за одежду, грозно спросил, не скрывая своего презрения к нему: — Что ты слышишь? — П.. плач, Ваше Величество, — испугался он, — Рыдания приспешников Одинсона. — Почему? Он молчал. — Живо телепортируйте меня туда! — гневно воскликнул я. Как же хотелось перебить эту кучку сброда, но, ужасно признавать, они мне ещё нужны. Каин положил мне руку на плечо и в следующее мгновение мы появились на переполненной людьми улице. Они что-то недовольно кричали. Другие, чьи лица были мне знакомы, со слезами выкрикивали слова, что в этой какофонии было не разобрать. Я взглянул туда, куда все смотрели, и увидел неутешающую картину — там стояли трое. Пилат, Варрава, местный разбойник, которого я пытался вразумить, и.. я. А точнее Локи с моей внешностью. По всему его телу были следы плети, запёкшаяся кровь покрыла почти всю кожу, лицо было измученно и изувечено, а в глазах будто уже не было жизни. Моё сердце на секунду замерло... Я был поражён тем, что они сделали с ним. И в какой-то степени — со мной. Люди это сделали или Михаил? За что?.. Сердце стало биться неконтролируемо быстро, а взгляд был прикован только к нему. Даже под иллюзией я видел того, кого до сих пор любил. Как я мог допустить такое?.. Как они посмели тронуть его?! Я гневно начал пробиваться среди толпы, но меня вдруг кто-то схватил за руку. Я хотел вывернуться, но сильный захват заставил меня обернуться. Меня держал Хеймдаль. — Что ты делаешь? — гневно выпалил я. — Я уже говорил тебе не вмешиваться, — абсолютно холодно произнёс он. — Охренел? — вырвалось у меня, — Он же твой друг! Не хотелось сейчас объяснять ему, что я настоящий Тор, а там Локи. Навряд ли бы он поверил. — Не вмешивайся, — сквозь зубы повторил Хеймдаль. Меня сильно задела его реакция на происходящее и то, что он так спокойно смотрит на всё это, но были проблемы поважнее. — Отпусти меня! — воскликнул я, — Или я убью тебя и не посмотрю на то, что ты был мне собратом всё это время! — Чего? — смутился он. Видимо, его рука ослабла и я смог вывернуться из хватки, побежав к Локи. Что оказалось проблематичным из-за столпившегося негодующего народа. — От себя ли ты говоришь это или другие сказали тебе обо мне? — говорил Локи Пилату. — Разве я иудей? Твой народ и первосвященники предали тебя мне. Что ты сделал? Предатели. Сколько же здесь, среди людей, предателей. И среди ангелов... За что меня так возненавидели? И почему Локи решил взять удар этой ненависти на себя?? Внутри бушевали эмоции. Я чувствовал, что теряю время. Чувствовал своё бессилие. Любимый мне демон был в катастрофических обстоятельствах, а единственное, что я мог, это пропихиваться через людей к нему. Где эти демоны, когда так нужны?! — Царство моё не от этого мира, — безжизненно произнёс Локи, — Если бы от мира сего было царство моё, то служители мои подвизались бы за меня, чтобы я не был предан иудеям... Но ныне царство моё не отсюда. — Итак, Ты Царь? — вскинул брови Пилат. Ответ чернокрылого я не разобрал. То ли это он говорил тише, то ли толпа начала возмущаться громче. — Локи! — кричал я, пытаясь перекричать толпу. На глаза начали наворачиваться слёзы. Окружающее начало смываться, я перестал видеть куда иду. Но мне было всё равно. Я бежал на его голос. На голос любимого, боясь, что вот-вот могу его потерять. — Я никакой вины не нахожу в нём! — воскликнул Пилат, обращаясь к народу, — Есть же у вас обычай, чтобы я одного отпускал вам на Пасху. Хотите ли, отпущу вам царя иудейского? Тогда закричали все, говоря: — Не его, но Варавву! Варавву! — Нет!!! Замолчите! Нет! — кричал я, всем своим существом пытаясь воззвать к своей силе. Но безуспешно... Голову пробила острая боль, что я даже на мгновение потерял нить происходящего. — Ваше Величество? Рядом появился Каин. Внутри неожиданно появилась надежда. Надежда на демона. — Каин... — сквозь уходящую боль сказал я, схватив его за руку, — Вмешайся в это. Он осмотрелся и сказал: — Здесь слишком много ангелов... — Плевать на них! — крикнул я, — Он не должен умереть! — Вы себя плохо чувствуете? — Посмотри на НЕГО! — я указал на Локи в своём обличии, — Спаси его, чего бы это не стоило! Каин без всяких эмоций взглянул на Локи, после чего исчез. — Пятьдесять ударов плетью! — приказал Пилат. Толпа радостно взревела, кто-то кричал, то так мне и надо. А я стоял и не понимал, откуда в людях столько жестокости. Не мог осознать, что так поступили со мной. Да, со мной. Локи мне дороже всего. Удары, приносимые ему, больнее, чем если бы они были направлены на меня. Я гневно и отчаянно толкал людей, уже не думая о том, что могу причинить им тем самым вред. Страх за него ослепил меня. Заполнил весь разум. Сердце разрывалось от боли и.. несправедливости. С каждым звуком рассекаемой плоти и криком Локи я физически ощущал, как мне становится невыносимо от всего происходящего. — Локи!!! — продолжал кричать я, — Локи!!! Но он, кажется, и не слышал меня. Никто меня не слышал. — Я не позволю тебе всё сорвать, — вдруг появился у меня на пути архангел Гавриил. Меня окружили ангелы и начали удерживать. Я вырывался как мог, ярость придавала мне сил. Так значит за всем стоят ангелы? Они хотят убить меня? Или это приказ Одина? — Отвалите от меня! — мой голос уже был сорван, но я продолжал кричать. Мне не удавалось вырваться из рук ангелов, пока Локи избивали на моих глазах. Пока я слушал его душераздирающий крик. Пока всё разрывалось на части внутри. Мне тоже хотелось кричать от боли. И я кричал. Слёзы смывали все детали улицы и людей. Смывали силуэты ангелов. И всем было будто плевать. Все вокруг так были увлечены тем, чтобы убить меня, что на другое не обращали внимания. — Локи! — звал я его сквозь рыдания, — Локи, пожалуйста! Борись! Борись ради меня! Пожалуйста!.. Я смог увидеть, как он поднял на меня стеклянный взгляд, полный страданий. Бессилия. Отчаяния. В отчаянии был и я. В сокрушительном и опустошительном отчаянии... От его взгляда мне стало ещё невыносимее... Это я во всём виноват! Не надо было его бросать! Не нужно было так с ним обращаться! Почему я такой идиот! Почему я ничего не могу сделать?!!.. — Локи, пожалуйста... — прошептал я обессиленно. Ему надели на голову терновый венец, отчего он сморщился, а по лбу потекли дорожки крови. — Вот, я вывожу его к вам, чтобы вы знали, что я не нахожу в нём никакой вины! — сказал Пилат народу. Первосвященники и служители довольно смотрели на него и закричали: — Распни, распни его! — Нет!!! — снова закричал я, предприняв новую попытку вырваться. — Возьмите его вы, и распните, ибо я не нахожу в нём вины, — повторил Пилат. Иудеи отвечали ему: — Мы имеем закон, и по закону нашему он должен умереть, потому что сделал себя сыном бога. Пилат, услышав это, больше убоялся. Он склонился к Локи и сказал: — Откуда ты? Но Локи не дал ему ответа. — Мне ли не отвечаешь? Не знаешь ли, что я имею власть распять тебя и власть имею отпустить тебя? Локи ответил: — Ты не имел бы надо мною никакой власти, если бы не было дано тебе небесами; посему более греха на том, кто предал меня тебе. — Распни его! — кричал народ, — Распни! — Каин! — отчаянно воскликнул я. — Каин? — не понял Гавриил. — Царя ли вашего распну? — говорил Пилат. Первосвященники отвечали: — Нет у нас царя, кроме кесаря! Я видел смятение Пилата и то, как он сомневается. Я видел желание его сердца не отдавать Локи народу, но ему пришлось. К Локи подошли двое стража, неся деревянный крест, и отдали его ему. — Не смейте! — воскликнул я, — Не позволю! Ангелы усилили хватку, видя, что я начал сильнее вырываться. — Каин! Но демон не слышал. Где он был вообще?? Я не мог допустить, чтобы с Локи всё это случилось. Я не мог допустить того, чтобы его убили. Я не имею права! Локи послушно взял огромный крест и, пытаясь совладать с равновесием, шатко пошёл в указываемом солдатами направлении. — Локи, хватит! — гневно возопил я, — Я понял, что виноват перед тобой, но не наказывай меня так! Локи! Он больше не смотрел в мою сторону. Зато архангел, стоящий рядом, всё недоумённо посматривал на меня из-за того, что я называю именем Локи того, на чьём месте должен был быть я сам. Но видимо, мозгов не хватает сложить два и два. Остановил бы Гавриил всё это, поняв, что ведёт на смерть не того? Локи не раз падал под грузом креста, но плетью его заставляли вставать и идти. В какой-то момент страж вырвал из толпы человека, приказав помочь Локи. И этим человеком был.. Каин. В человеческом обличии. — Я пройду с вами до конца, Ваше Величество, — услышал я твёрдые слова Каина. На что Локи чуть улыбнулся и сказал: — Я знал, что.. ты не ослушаешься моего приказа. Сердце пропустило удар... Каин обо всём знал? Это был план Локи? «Знаешь, — вспомнил я слова Локи, — Ты можешь не доверять мне, не любить. Презирать. Ненавидеть. Но я всё равно буду тебя оберегать. И если для этого мне понадобиться призвать всех своих воинов и умереть самому — да будет так». Нет, я не могу вот так потерять его. Не могу допустить, чтобы Локи умер вместо меня. Я не смогу так жить... — Не мешайся у Одина под ногами демон, — злорадно улыбался Гавриил. — Это приказ Всеотца? — злобно выпалил я. — А ты думал он так просто уступит трон своему худо-ребёнку?? — усмехнулся он, — Признаю, Тор хорошо работал над жатвой, но... Теперь это не имеет значения. Локи уже скрылся за толпой, которая шла в сторону Голгофского холма. — Один нагло нарушил договор, — сказал я сам себе, — И ради правления готов убить собственного сына. — Сначала он думал, что Тор сгниёт в человеческой сущности, но потом по мере увеличения его приверженцев, пришлось придумать новый план. Но так, чтобы сыночек ничего не заподозрил. Всё стало сложнее, когда ТЫ появился. Бывший возлюбленный, который никак не может забыть свою любовь. Он говорил это с презрением и раздражительностью. — Михаил всё сделал прекрасно, — довольно продолжил архангел, — Вжился в роль, доставлял нам всю информацию и.. как хорошо всё сложилось в Гефсимании! Теперь Одинсон обессилен и идёт на свою же смерть. Хоть мышцы и ныли от усталости, я не оставлял попыток выбраться из мёртвой ловушки ангелов, даже несмотря на ноющие мышцы. — Все будут думать, что это люди не приняли его и распяли, — злобно рассмеялся Гавриил, — А на деле просто небеса не допустили ему выиграть сделку. — Двуличные уроды! — прошипел я, — Ангелы были созданы наставлять людей на добро, а не убивать друг друга и затевать политические интриги! — Мы были созданы творить волю Всеотца. Что все и делают. Это всё, — он обвёл пальцем круг, — Приказ свыше. — Ненавижу тебя! — прокричал я в небо, — Ты паршивый отец и правитель! Я наконец почувствовал в руках силу. На пальцах защипало, а небо вмиг заполонило тучами. Ангелы нахмурились и напряжённо наблюдали за резкой сменой погоды. — Вы больше не удержите меня, — прошипел я. С небо сорвалось несколько молний, ударив точно в каждого удерживающего меня ангела. И в Гавриила тоже. Их тела скрючились, а лица исказились от пробирающего электричества, после чего они пали на землю, хоть и не потеряв сознание. Воспользовавшись их минутной слабостью, я расправил крылья и сделал резкий взмах, взлетев в воздух. Взглядом нашёл толпу людей, которые были уже на Голгофе. Я поспешил к ним, всей своей сущностью надеясь успеть до того, как Локи прибьют к кресту.