baby, don't forget my name

I. 1 августа, 2012 — Среда

Шого дремлет на плече Сацуки, когда его резко будит крик Рёты. — О нет! Уже за полночь! — И? — Шого раздражённо спрашивает. Он почти уснул. Фу. Рёта поворачивается к нему с паникой на лице и намного тише говорит. — Сегодня 1 августа! День рождения Кагамичи! О. Сацуки, сидящая рядом с ним, повторяет его слова, и они, как один, поворачиваются посмотреть на Кагами, которого Дайки вызвал на матч по армрестлингу — на данный момент ничья. Он здесь, в этой комнате ожидания, с Шого и остальными, а не в постели, отдыхая перед днем, проведенным с семьей, где он должен быть… Нет, нет, не нужно винить себя. Они все решили остаться с ним и его семьей, и он их не заставлял. Ему трудно заставить своих друзей делать то, чего они не хотят, поэтому он останавливает такой поток мыслей. — Нам надо что-то ему взять, — Шого предлагает, и Рёта с Сацуки улыбаются ему, приятно удивленные. Неизвестно, из-за чего — от предложения или того, что он не выразил никакого беспокойства по поводу того, что Кагами придется остаться здесь с ним. Но… скорее всего, от того, и другого. Глаза Рёты загораются, и он восклицает: — Я знаю, что ему взять! — Он вскакивает на ноги и оживлённо тянет Шого за собой, а Шого уже полностью привык к этому. Но он закатывает глаза на Сацуки, которая смеется и подмигивает ему, ни капли не сочувствуя. Шого начинает подозревать, что единственный хороший человек в группе — это Огивара, который технически не является членом их группы, и который был просто восхитителен всё время, пока он был здесь, в том числе называя его цундере. Все остальные были ещё хуже, так что… Возможно, это низкая планка, но он в отчаянии. — Куда мы идём? — Он наконец спрашивает, когда они в лифте, а Рёта всё ещё ничего не объясняет. Он также ещё не отпустил руку Шого, но… это Рёта, вот и всё. Рёта улыбается ему. — Сувенирный магазин! Я знаю, что на многих вещах написано «выздоравливай скорее» и прочее, но там должны быть конфеты, верно? — Когда Шого соглашается, он добавляет: — Если нет, то торговый автомат был прямо там, так что он бы нас увидел, и это не было бы сюрпризом. Но на втором этаже тоже есть, так что мы можем купить ему кучу чипсов и прочего. Шого странно смотрит на него. — Ты правда всё продумал. — Хм? — Рёта наклоняет голову набок, но, в конце концов, пожимает плечами. — Ну, вообще-то я уже думал об этом, но вылетело из головы. Сегодня много чего произошло, понимаешь? Шого морщится, кивая. Много — это, пожалуй, даже преуменьшение. Рёта сжимает его руку, пытаясь утешить, и Шлго благодарно улыбается. — Знаешь, ты очень хороший, — он говорит, констатируя факт и не чувствуя смущения, даже когда Рёта краснеет и неврничает. — Я не ожидал такого. — Хаха, спасибо? — Он говорит и это звучит, как вопрос. — Ты думал, что я буду большим придурком? — Нет, я думал, ты будешь легкомысленным и тщеславным. — Ой! — Рёта кладет руку на стрелу в животе и стонет, выражение лица у него изможденное. — Скажи мне, что ты правда чувствуешь, — он говорит, побежденный. — Также надоедливым, доставучим и грубым- С каждым словом Рёта вздрагивает, пораженный стрелами суровой правды. — и эгоистичным, заносчивым, высокомерным- Он кашляет кровью, ходячий труп, не способный молить о пощаде ничем, кроме хриплого вздоха. — Но я ошибался, — Шого наконец говорит, лениво вытирая кровь с щеки, и Рёта удивленно смотрит на него. Шого ухмыляется. — Не пойми меня неправильно. Ты точно много чего из этого. — Самая большая стрела безжалостно вонзается в его грудь. — Но как друг, ты классный. И вдруг — как будто ничего и не было. Ярко улыбаясь, Рёта приходит в себя и радостно говорит, явно самому себе. — Хайзакичи считает меня классным! — Это не то, что я- Шого пытается его поправить, чувствуя, что это ни к чему хорошему не приведет, но это бесполезно. — Да! Выкуси, Ниджимурачи! — Он ликует, поднимая кулак в воздух. — Ты не единственный классный! — Ни один из вас не- — он пытается снова, но Рёта только дергает его за руку и ускоряется, выглядя решительно. — Ну же, Хайзакичи, давай найдем сувенирный магазин. Нам надо завершить очень важную миссию. Operation: Birthday! — он уверенно произносит, последние два слова на ужасно коверканном английском, и преувеличенно подмигивает Шого. Шого гримасничает. — Я забираю слова назад. Это было очень отстойно. — Никаких возвратов! — Рёта заявляет. — Как очень классный и невероятно привлекательный, и хороший друг- — Меня сейчас стошнит. -я не могу подвести других наших друзей, не доведя дело до конца! Как мой партнёр по преступлению- — Отвратительно. -ты должен мне помочь! — он заканчивает, ничуть не обеспокоенный нежеланием Шого. Вздохнув, Шого сдается. — Ладно. Не то чтобы ты отпустишь меня, — он ворчит, хотя оба прекрасно понимают, что Шого в любой момент может вынуть руку. Рёта держит руку крепко, но не сильно. Рёта кричит: — Вот это дух!

II. 1 августа — Среда

— Мы принесли подарки! — Рёта весело напевает, держа в руках различные предметы из торгового автомата внизу. Оказалось, что сувенирный магазин был закрыт. — Счастливого дня рождения, Кагамичи! — Что он сказал, — Шого говорит, пока они оба опускают закуски на ничего не подозревающего Кагами. Большинство из них попадают ему на колени, но несколько падают на пол. Ну и ладно. — Мой день рождения завтра, — Кагами неловко говорит им, и Шого проводит ладонью по лицу. Рёта разворачивается к Сацуки, открывая рот, чтобы потребовать, почему она не поправила их, но она его опережает. — Вы, ребята, были так взволнованы из-за этого! Я не хотела всё портить. Хмыкнув, Рёта затихает. — Ну, счастливого раннего дня рождения! — он упрямо говорит, игнорируя смешки в свой адрес. — Вам не надо было, — Кагами ворчливо говорит, но он оценивающе смотрит на добычу. Рёта смеётся, видимо придя в себя. — В таком случае я возьму их- — Черт возьми! Дождись своего дня рождения, идиот! — Кагами мгновенно опровергает его, прижимая закуски к груди. — Мой день рождения прошел без единого слова признания, знаешь ли! — Рёта кричит, наполовину серьезно, но в основном возмущаясь тем, что ему так бесцеремонно отказывают, когда весь этот план изначально принадлежал ему. — О, да, — говорит Шого. Сацуки уже упоминала об этом, не так ли? — С запоздалым днем рождения, наверное, — добавляет он, когда Рёта обращает на него свои солнечные яркие щенячьи глаза. — Спасибо! Я пропущу это, раз ты не знал, но позже ты можешь загладить свою вину- — НЕ свиданием! — Шого резко перебивает его. — Не свиданием, — плавно заканчивает он. — Да ладно. Это самое малое, что ты можешь сделать! — …Ладно, — он сдается, зная, что Рёта не перестанет просить, и не имея сил спорить. В любом случае, он так решил. И это точно не имеет никакого отношения к тому, что он на самом деле не против. — И мой тоже, — выжидающе произносит Ниджимура. — Прямо перед его. И Шого гримасничает, понимая, что его только что подставили. — Что, ты хочешь того же? Просто возьми Тецую. Раз уж он твой любимчик и во- — Нет, спасибо. У меня есть планы, — говорит коварный маленький засранец. Шого огрызается. — Мы даже не назначили дату! Взгляд, которым Тецуя одаривает его, не что иное, как абсолютно снисходительный. — Я занятой человек, Хайзаки-кун. — Занятый тем, что несет чушь, я уверен, — рычит Шого. — Ну, ну, — Сацуки вмешивается, поглаживая Шого по голове, как хорошо воспитанную шавку, которой он и является, потому что любому другому он бы сломал руку. Почему это его жизнь? Не обращая внимания на его внутреннюю борьбу, она продолжает: — Как бы мне ни нравилось видеть очаровательно взволнованное лицо Хай-чана, я вынуждена отказаться от ваших планов от его имени. Отныне все мероприятия по случаю дня рождения будут проводиться мной, и я не приму отказа. — Да, госпожа! — Рёта щебечет, салютуя знаком мира и ещё одним убогим подмигиванием. И ещё одним мультяшное сердечко, что за хрень, что за хрень… Шого с ужасом наблюдает, как эта штука плывет всё ближе и ближе к Сацуки, которая уже отвернулась и не замечает своей неизбежной гибели в форме сердца. Перед тем как оно попадает в нее, Тецуя протягивает руку и шлепает его обратно к его создателю, и его глаз дергается от отвращения, когда он вытирает руку о рубашку Дайки. [Тецу, что за- — На твоей рубашке были ворсинки, но я убрал их. — О, спасиб.] — Кисе, какого черта? — Шого пронзительно спрашивает, уклоняясь в сторону и уходя с его пути. — Как подло, Курокочи! — он скулит, хмуро принимая обратно свое сердце. Он сжимает его в руке, и оно выглядит хуже после того, как его оттолкнула гребаная рука Тецуи. Он поражённо вздыхает, и убирает вещь в карман. «Я ничего не видел», решает Шого, вытесняя из головы всю эту гребаную сцену. Рёта не умеет делать сёдзе-сердечки, подмигивая, и он не просто засунул эту штуку в карман, потому что моя жизнь — не аниме. Отрицание — это хорошо. Отрицание — его друг. Отрицание не приведет его на грань отчаяния. — Жаль, что мы не смогли пойти и сделать что-нибудь для тебя в день праздника, Кагамин, но мы обязательно сделаем это в следующий раз, когда ты будешь в Японии! — Сацуки говорит ему, не обращая внимания на то, как Дайки увядает при напоминании о его скором отъезде. Кагами пожимает плечами, бросая пустую обертку в кучу такого же мусора на столе. Как, черт возьми, он так быстро всё это съел?! — Ну и ладно. Я ценю еду, и в любом случае технически я праздную дважды. Завтра с родителями и с братом в Америке. — И всё же, — Сацуки упрямо настаивает, и Кагами, фыркнув, соглашается. Довольная тем, что добилась своего, она хлопает в ладоши и предлагает: — Почему бы нам всем не поделиться своими любимыми воспоминаниями с Кагамином, чтобы немного сблизиться? Мы смутим именинника и будем с нежностью вспоминать — двух зайцев одним выстрелом! — Боже, нет, — Кагами протестует, но его никто не слушает. — Да, черт возьми! — Рёта ликует, увлекая за собой Шого, который опускается рядом с Кагами на пол. — Я хочу быть первым! — он заявляет, размахивая рукой, как идиот. По другую сторону от Кагами Дайки говорит: — Мои — каждый раз, когда мы играем друг против друга. У меня нет любимого. — Он игнорирует возмущение Рёты с легкостью, свойственной опыту. — Это «я тёлка»? — Тецуя вступает в разговор, пугая всех, кроме Сацуки, которая, как он уверен, обладает каким-то радаром Тецуи. — Что? Это был классический момент, — он оправдывается, делая вид, что они пялятся не потому, что от его отсутствия у всех седые волосы. …По крайней мере, ему не нужно об этом беспокоиться. — Так и было, Тец-чан, — Сацуки соглашается, занимая место рядом с ним и явно забавляясь. Рёта дуется. — Именно это я и хотел сказать, — хнычет он. Кагами закатывает глаза. — Я вас всех ненавижу. — Я собирался пожалеть тебя, но за это скажу, что мое любимое воспоминание — это когда я узнал, что Кагами носит розовый фартук с тигренком, когда готовит, — Ниджимура говорит, ухмыляясь, когда Кагами бросает на него зловещий взгляд. — Это очаровательно, Кагамичи! — щебечет Рёта. Я Это то, что люди называют моэ? — Тецуя спрашивает, ойкая, когда Кагами наклоняется и тычет его в бок. — Ой, Кагами-кун. Насилие — это не выход. — Как и твои тупые комментарии, но мы здесь. — А что насчет тебя, Хайзакичи? — Рёта спрашивает, подталкивая его локтем. Шого вздыхает. — Когда я впервые встретил его и избегал вас, мудаков. Лучшие несколько дней в моей жизни. — Как подло! — Рёта восклицает, тряся Шого за плечо. — Неважно! Что у тебя? — он спрашивает, закрывая лицо Рёты рукой и держа его на расстоянии вытянутой руки. — А… — Рёта говорит, как будто забыл. — …Тот раз, когда Кагамичи закричал, как кот, которому наступили на хвост? Дайки хмыкает. — В какой раз? — Кагами бьет его локтем в живот. — Уф! Какого черта, братан? — Мне показалось, что я увидел муху. — Да, конечно! — Подожди, извини, вообще-то я видел идиота. Дайки рычит, набрасывается на Кагами и зажимает его в замок. — Скажи это еще раз, придурок! — С удовольствием! — он огрызается, пытаясь вырваться и умудряясь ударить Дайки головой в подбородок. — Ой, черт, черт, — Дайки бормочет, тут же отпустив руку и безрезультатно потирая подбородок, как будто от этого боль может исчезнуть. Кагами закатывает глаза. — Заслужил. Ниджимура добавляет: — Это была слабая фиксация головы, Аомине. Ожидается, ты научился бы делать это лучше, учитывая, сколько раз ты сам попадался. — Все эти разы я больше внимания уделял попыткам освободиться, — шипит Дайки. — Прости, что не изучил твою технику! — Теперь изучаешь, не так ли? — Ниджимура самодовольно отвечает, и Дайки сдается и с разочарованным стоном падает на спину. Сацуки смотрит на свои свежевыкрашенные ногти. Когда только она успела это сделать? — Мальчики, вы уже закончили флиртовать? — Не уверен, что они знают, как всё отключить, — Тецуя серьёзно сообщает ей, завинчивая крышку флакона с лаком для ногтей. Это он их накрасил? Зачем? Откуда, черт возьми, взялся этот лак? …Это что, чертова сценка? Под шквал протестов и раскрасневшихся лиц (и одно совершенно недоуменное/непонятное) она обменивается взглядом с Тецуей и говорит: «Трагедия».

III. 1 августа, 2012 — Среда

Куроко Тецуя добавил Аомине Дайки, Хайзаки Шого, Кагами Тайгу, Кисе Рёту, Момои Сацуки, Ниджимуру Шузо в групповой чат.

Куроко Тецуя изменил название чата на Гарем Хайзаки

Хайзаки Шого: Куроко, что за херня Куроко Тецуя: Я лишь говорю правду Аомине Дайки: йо с каких пор я часть этого гарема? Куроко Тецуя: Такое случается с лучшими из нас, Аомине-кун. Куроко Тецуя: Очарованию цундере невозможно сопротивляться. Хайзаки Шого: Я ненавижу тебя Куроко Тецуя: Значит, в терминах цундере ты любишь меня. Спасибо за такую честь, Хайзаки-кун. Хайзаки Шого: Ты худший Куроко Тецуя: Не смущай меня. Кисе Рёта: эээй! Кисе Рёта: единственный, кто может смущать хайзакичи, это я! Кисе Рёта: (😘) Куроко Тецуя: Как основатель гарема Хайзаки-куна (не связано с этим групповым чатом), я оставляю за собой право смущать Хайзаки-куна сколько душе угодно. Хайзаки Шого: Фу Момои Сацуки: вперед, Тец-чан! Кисе Рёта: вот как умирает наша дружба Кисе Рёта: под громкие аплодисменты

Кагами Тайга покинул групповой чат.

Куроко Тецуя добавил Кагами Тайгу в групповой чат.

Куроко Тецуя: Как нехорошо, Кагами-кун. Кагами Тайга: Я не собираюсь подвергать себя такой пытке Аомине Дайки: трус Кагами Тайга: Говорит парень, который спокойно принял тот факт, что он часть гарема Аомине Дайки: хайзаки братан Аомине Дайки: и я боюсь того, что сделает остальная часть гарема, если я не присоединюсь к поезду любви хайзаки Аомине Дайки: мои инстинкты говорят мне, что это не принесет ничего хорошего Кисе Рёта: ух ты, инстинкты аоминечи правы, как обычно! Кисе Рёта: также было бы нехорошо, если бы ты был настоящим конкурентом Кисе Рёта: (😊) Аомине Дайки: это совсем не пугает

Хайзаки Шого покинул групповой чат.

Куроко Тецуя добавил Хайзаки Шого в групповой чат.

Хайзаки Шого: ебать Кисе Рёта: меня?

Хайзаки Шого покинул групповой чат.

Куроко Тецуя: Пожалуйста, не зли Хайзаки-куна слишком сильно, Кисе-кун. Куроко Тецуя: Он нежный, как цветок.

Куроко Тецуя добавил Хайзаки Шого в групповой чат.

Кисе Рёта: ну же хайзакичи мы просто шутили! Хайзаки Шого: Верно Хайзаки Шого: И иди к черту, Тецуя, ты, мелкий засранец Куроко Тецуя: 😉 Момои Сацуки: как твоя мама? Хайзаки Шого: Она в порядке. Хайзаки Шого: Она настаивает, что она в порядке, и что собственные детям не надо с ней нянчиться Хайзаки Шого: Она, блять, ПОТЕРЯЛА СОЗНАНИЕ. от СОЛНЕЧНОГО УДАРА Момои Сацуки: Аяно-сан крутая Момои Сацуки: что угодно, что может вывести её из строя на несколько часов, пугает Хайзаки Шого: Я ЗНАЮ Кисе Рёта: надеюсь ей скоро станет лучше! Кисе Рёта: также, плиз, скажи Аяно-сан, что я бы умер за неё Хайзаки Шого: Почему бы тебе просто не умереть? Кисе Рёта: стоп, что за враждебность? Хайзаки Шого: Не приставай к моей маме, яркий ублюдок Кисе Рёта: боже мой, вот что ты считаешь флиртом? Кисе Рёта: ЭТО?? (😯)? Кисе Рёта: хайзакичи плиз ответь я щас заплачу Хайзаки Шого: Звучит жутко. Что ты хочешь, чтобы я сказал? Кисе Рёта: я Кисе Рёта: я пдачу Хайзаки Шого: Что за фигня. Почему? Кисе Рёта: (😫) Кисе Рёта: это так грустно ты грустишь из-за тебя я грущу Хайзаки Шого: Ты не имеешь никакого смысла, как обычно. Кисе Рёта: Ниджимура тебе надо увидетт это Хайзаки Шого: Не призывай этого мудака Кисе Рёта: это имеет столько смысла что почти больно Кисе Рёта: нет постой это больно Момои Сацуки: ну, ну (🙌) (😭) Кисе Рёта: спасиб момочи люблю тебя Момои Сацуки: 🙂 Момои Сацуки: также, если бы ты приставал к Аяно-сан, я понимаю, почему Кисе Рёта: ты влюблена в нее момочи? Момои Сацуки: я испытываю здоровое уважение к крутой женщине и Аяно-сан очень красивая Хайзаки Шого: Единственое, что страшнее, чем Кисе, пристающий к моей маме, - ТЫ, пристающая к ней Момои Сацуки: ☹ Хайзаки Шого: Фу Куроко Тецуя: А. Похоже, Ниджимура-сан выключил звук в чате. Хайзаки Шого: Какого хрена. Ты ТОЛЬКО ЧТО создал его. Куроко Тецуя: Наш дорогой капитан быстр. Кагами Тайга: Он также самый умный Момои Сацуки: никому нельзя отключать звук! Кагами Тайга: ВЗДОХ Кисе Рёта: так страшно! 😧 Аомине Дайки: так... Аомине Дайки: огивара, верно? Момои Сацуки: Огивара-кун! 😙 Куроко Тецуя: Да? Кисе Рёта: ЭТОТ МАЛЬЧИК СОЗДАН ИЗ СВЕТА, КУРОКОЧИ Кисе Рёта: я не мог смотреть на него, он был слишком ярким! Кисе Рёта: 🤯 Аомине Дайки: он улыбнулся мне и моё сердце пропустило удар Аомине Дайки: что за фигня Момои Сацуки: он такой красивый! Ты нашёл отличного друга, Тец-чан! Куроко Тецуя: Спасибо, Момои-сан. Кагами Тайга: Он не похож на Куроко, да? Хайзаки Шого: Я могу подтвердить. Огивара чистый внутри и снаружи. Хайзаки Шого: В отличие от любого из вас Момои Сацуки: я была бы оскорблена, но я на 100% согласна Кисе Рёта: тоже самое Кисе Рёта: я немного зол, что хайзакичи единственный, кто смог обняться с ним! Момои Сацуки: и я! почему хай-чан всегда получает все обнимашки? Хайзаки Шого: Значит, вы не собираетесь притворяться, что не подслушивали, а? Кисе Рёта: готов поспорить его объятия ощущались как солнце! Аомине Дайки: черт теперь мне немного любопытно Момои Сацуки: Хай-чан, опиши, что ты чувствовал в руках Огивары-куна. В подробностях Хайзаки Шого: всё ощущалось как любое чертово объятие Хайзаки Шого: За исключением того, что мне не надо было волноваться о Кисе, лапающем меня или вас, засранцах, наслаждающихся этим Момои Сацуки: что я поняла, тебе действительно понравилось Кисе Рёта: я ревную, но 2 разными способами? я должен соревноваться и с огиварой или я хочу, чтобы он обнял меня? Кисе Рёта: 😖 Момои Сацуки: настоящий вопрос: кто солнечный ребенок? Кагамин или Огивара-кун? Кагами Тайга: Не зови меня солнечным ребенком Куроко Тецуя: Ты права, Момои-сан. Когда Кагами-кун играет в баскетбол, его улыбка могла бы осветить комнату. Аомине Дайки: черт как я должен выбрать? кага мой братан, но огивара... Аомине Дайки: он чистый? Кагами Тайга: Я даже не знаю, оскорблен ли я Хайзаки Шого: Если вовлечены эти засранцы, они точно оскорбляют тебя Хайзаки Шого: Но да, Огивара выигрывает Кагами Тайга: [🖕] Куроко Тецуя: Возможно, они оба могли бы быть солнечными мальчиками? Момои Сацуки: почему нет? Кисе Рёта: меня устраивает! Аомине Дайки: о боже, я не могу выбрать Кагами Тайга: [🖕🖕🖕🖕🖕🖕🖕🖕🖕] Куроко Тецуя: Тогда решено. Кисе Рёта: постойте, если они солнечные мальчики, тогда кто мы? Хайзаки Шого: Ты парень-намек, чертов изврат Кисе Рёта: мое уникальное чувство юмора не определяет меня хайзакичи! Аомине Дайки: лол Кисе Рёта: ...но раз уж это прозвище от тебя, я приму его Хайзаки Шого: Отвратительно Кисе Рёта: ты так груб со мной! Хайзаки Шого: Ты заслуживаешь такого Кисе Рёта: *вздох* хайзакичи, может ли быть...? Кисе Рёта: ты по бдсм? [😮]

Хайзаки Шого покинул групповой чат.

Кисе Рёта добавил Хайзаки Шого в групповой чат.

Кисе Рёта: мне жаль! Хайзаки Шого: Конечно Момои Сацуки: лично я думаю, парень-намёк идеально подходит Момои Сацуки: какое прозвище у меня? 😉 Аомине Дайки: мне кажется или это чертовски зловеще Хайзаки Шого: Тебе не кажется Кисе Рёта: ну, я думаю, твое прозвище должно быть Свет моей жизни! Момои Сацуки: ааах, спасибо, Ки-чан! Кисе Рёта: или Розоволосой богиней! Кагами Тайга: я не могу представить тебя кем-то, кроме как менеджером Момои Сацуки: что ж~~~ я очень хороша в своей работе! Куроко Тецуя: Мо-джер Момои Сацуки: 😮 это мило! Аомине Дайки: постойте если сацуки мама, тогда кто папа? Хайзаки Шого: Дерьмомура Куроко Тецуя: Ниджимура-сан. Кагами Тайга: Ниджимура Аомине Дайки: лол, он просто папа? Хайзаки Шого: Дерьмопапамура Кисе Рёта: он точно излучает отцовскую ауру Кисе Рёта: вы не можете представить, как он говорит: я не злюсь, просто разочарован?" Кисе Рёта: 😠 Куроко Тецуя: Разочарованный отец к Моджер Момои-сан. Момои Сацуки: мне нравится! XD XD XD Момои Сацуки: следуя семейной теме, не думаете, что Тец-чан был бы сыном? Кисе Рёта: точно саркастичный сын! Кисе Рёта: парень-намёк, разоварованный отец, моджер, саркастический сын, солнечные мальчики, и... Хайзаки Шого: Клянусь Богом Момои Сацуки: паршивый сын Кисе Рёта: паршивый сын! Куроко Тецуя: Паршивый сын. Хайзаки Шого: Так вы считаете меня чертовым мусором, а? Кисе Рёта: это не оскорбление! Кисе Рёта: у тебя просто аура паршивого парня! Момои Сацуки: он прав! это ласково и нежно, Хай-чан, обещаю! Хайзаки Шого: Я полагаю, это лучше, чем чёртов Девственник-кун Хайзаки Шого: Но, впрочем, вы сильно верите в Тецую, верно? Кисе Рёта: ? Хайзаки Шого: Вы не думаете, что этот безжалостный засранец не добавит своего лучшего друга в групповой чат и даст ему прочитать вашу смущающую переписку? Кисе Рёта: Σ(°ロ°) Аомине Дайки: вот черт Кагами Тайга: ... Момои Сацуки: смело с твоей стороны предполагать, что я испытываю стыд Куроко Тецуя: Не могу поверить, что ты обвинил меня в такой гнусной, неслыханной-

Куроко Тецуя добавил Огивару Шигехиро в групповой чат.

Куроко Тецуя: О, неважно. Лол. Аомине Дайки: ТЕЦУ, ТЫ, ПРИДУРОК Кисе Рёта: ЭТО НЕ ТО НА ЧТО ПОХОЖЕ ОГИВАРА Я КЛЯНУСЬ Момои Сацуки: привет, Огивара-кун! Хайзаки Шого: Говорил же вам Огивара Шигехиро: Привет, ребят! Кисе Рёта: НЕ ЛИСТАЙ ВВЕРХ ПЛИЗ Кисе Рёта: ТАМ НЕТ НИЧЕГО ИНТЕРЕСНОГО Кисе Рёта: ТОЧНО НИЧЕГО О ТЕБЕ Аомине Дайки: заткнись, кисе, ты ухудшаешь ситуацию Огивара Шигехиро: Простите, мне стало любопытно 😊 Огивара Шигехиро: Но если кто-то хочет объятие от меня, тогда ему просто надо спросить 😉

Кисе Рёта покинул групповой чат.

Аомине Дайки покинул групповой чат.

Момои Сацуки: слабаки Хайзаки Шого: Ничего нового Момои Сацуки: также, спасибо за предложение, Огивара-кун! Я с радостью воспользусь им в следующий раз! Огивара Шигехиро: Буду с нетерпением ждать этого, Момои-сан! Момои Сацуки: о, и обними Тец-чана тоже, ладно? Куроко Тецуя: Момои-сан. Огивара Шигехиро: Конечно! Момои Сацуки: много-много раз! Куроко Тецуя: Момои-сан, почему. Момои Сацуки: кому-то надо быть твоим ведомым и ты не можешь доверять любому из этих бесполезных парней Огивара Шигехиро: О, куроко в ком-то заинтересован? Куроко Тецуя: ... Момои Сацуки: тебе он нужен. Момои Сацуки: шучу, шучу, Огивара-кун, ты же знаешь, Тец-чан бы рассказал тебе, его самому любимому человеку, если бы был! 😉 Огивара Шигехиро: Это правда! Огивара Шигехиро: Куроко тоже мой любимый человек! Хайзаки Шого: … Куроко Тецуя: … Момои Сацуки: 🙂 Хайзаки Шого: Так, быстрый вопрос, Огивара, но кого ты любишь больше: собак или кошек? Огивара Шигехиро: Он трудный, но я бы сказал собак! Хайзаки Шого: Золотистые ретриверы? Огивара Шигехиро: Люблю их! Хайзаки Шого: Шиба ину? Огивара Шигехиро: Да! Огивара Шигехиро: У меня нет нелюбимой собаки, Хайзаки-кун! Хайзаки Шого: Ха Куроко Тецуя: Ты совершенно прав, Огивара-кун.

Кагами Тайга покинул групповой чат.

Момои Сацуки: 😂😂😂 Хайзаки Шого: ? Куроко Тецуя добавил Кагами Тайгу в групповой чат. Кагами Тайга: я перестаю читать этот чертов чат на ДВЕ СЕКУНДЫ, а вы, мудаки, начинаете говорить об ЭТОМ Момои Сацуки: 😂😂😂😂😂😂😂😂 Кагами Тайга: я даже не хочу знать, откуда ты знаешь, Момои, но иди к черту Куроко Тецуя: В чем проблема, Кагами-кун? Кагами Тайга: Я НЕ ПИШУ ЭТО ГРЕБАННОЕ СЛОВО Огивара Шигехиро: Собаки? Кагами Тайга покинул групповой чат. Хайзаки Шого: Он боится собак или что? Момои Сацуки: разве это не забавно? Огивара Шигехиро: О, теперь мне плохо. Куроко Тецуя: Не стоит. Кагами-кун должен был иметь такую юмористическую слабость, как собаки. Это делает его легко узнаваемым персонажем для читателей. Огивара Шигехиро: Читателей? Момои Сацуки: не забивай себе этим голову, Огивара-кун! Хайзаки Шого: Это здорово. В следующий раз, когда он меня разозлит, я пошлю ему фотографии собак. Куроко Тецуя: Я немедленно заведу собаку. Огивара Шигехиро: 😮 Момои Сацуки: это забавно, но давайте не будем терроризировать бедного мальчика, чтобы он не сбежал из страны Хайзаки Шого: Аомине и сам прекрасно справляется с этой задачей Момои Сацуки: даже так! Хайзаки Шого: Хорошо-хорошо

Куроко Тецуя изменил название чата на Никто в этом чате вероятно не боится собак.

Куроко Тецуя добавил Аомине Дайки, Кисе Рёта и Кагами Тайга в групповой чат.

Кагами Тайга: О, иди нахуй Аомине Дайки: ? Кисе Рёта: мы перешли к тому, чтобы смущать кого-то другого? Кагами Тайга: вот и всё. Я отключаю звук. Куроко Тецуя: Он действительно это сделал. Прискорбно. Момои Сацуки: лол

IV. 2 августа, 2012 - Четверг

Шого никогда не обращал на это внимания, но в его семье все люди до смешного упрямы. Упрям до безобразия - девиз их семьи. В обычной ситуации он мог бы гордиться этим, но в данном случае... - Ты должна отдыхать! - Шого в сотый раз напоминает матери о том, уже не просто раздраженный, а взбешенный - или был бы, если бы не беспокойство. Она так же раздраженно хмыкает, но в ее словах сквозит понимание. - Это просто был солнечный удар. Даже не опасный для жизни. - Она снова пытается выхватить у него губку, но он быстро убирает ее в сторону. - Шого, - она предупреждает, сузив глаза. - Мама, - он овечает, повторяя ее тон и выражение лица. Он научился у нее большинству тактик запугивания, так что это легко. Она вздыхает. - Я не собираюсь падать замертво, Шого. Не обращая внимания на дрожь предчувствия, Шого просто напускает на себя невозмутимый вид, который отлично передает, насколько ему надоел этот разговор и беспечное отношение его мамы к собственному здоровью. - Ты всё же потеряла сознание. Садись. Я разберусь, - он говорит, отпихивая ее. Закатив глаза в неохотном веселье, она открывает рот, чтобы что-то сказать, когда в кухню входит Шион в фартуке и с метлой наперевес и радостно улыбается им. - Шион, ты что, и вправду подметал? - Она спрашивает с таким видом, будто хочет проверить, нет ли у него жара или еще чего-нибудь. Поймав тот же взгляд, Шион надувается. - Я умею подметать! Просто Шого настолько хорош в этом деле, что я не смогу занять его место! - Черта с два, - возмущается Шого. - Ты разыгрываешь карту старшего брата и поручаешь мне всю работу, которую не хочешь делать! - Тогда ты должен дорожить этой неожиданной доброй волей, - ухмыльнувшись, отвечает Шион. - Это не будет длиться вечно. Не обращая внимания на их шутки, мама кладет руки на бедра и строго хмурится. - Сколько раз я должна это повторять? Я - мама. Вы - мои дети. Это не ваша работа - заботиться обо мне, и в любом случае, я могу позаботиться о себе сама. Шого не пытается ей возразить, потому что он не глуп и не лишен чувства самосохранения, как некоторые считают. (К тому же, она права). Шион тоже не пытается возразить - едва ли. Он пренебрежительно машет рукой и говорит: - Ты можешь прекрасно о себе позаботиться. Мы это понимаем! Но мы можем делать для тебя приятные вещи и просто так, верно? - С этими словами он возвращается к уборке, а Шого продолжает мыть посуду. Мама вздергивает бровь. - Значит, солнечный удар тут ни при чем, да? - она спрашивает, и ее ровный голос показывает, что она думает по этому поводу. Шого энергично кивает, а Шион, не упуская ни секунды, щебечет: - Совершенно не при чем. Отойди, пожалуйста. Мне нужно там подмести. Мама отодвигается, смотрит на них двоих, словно не может решить, раздражает ли ее их материнство или радует их забота. Она решает, что раздражена, когда Шион под предлогом уборки усаживает ее на стул за кухонным столом. - Шион... - она начинает, готовясь к очередному спору, но ее прерывает стук. - Я открою! - Шион откладывает веник в сторону и обходит маму, выходя из кухни. Мама фыркает. - Я не видела, чтобы твой брат двигался так быстро с тех пор, как в его любимом ресторане была акция "Всё, что можно съесть. - Шого ухмыляется вместе с ней. Она откидывается на спинку стула, скрещивая руки, и говорит: - Ладно. Если ты так твердо решил взять всё на себя, то можешь приступать к обеду. - Хорошо, - Шого говорит так ровно, как только может, потому что мама ждет от него жалоб (так что, конечно, он не будет жаловаться), и, кроме того, готовить не так уж и сложно. Нужно просто следовать указаниям, а это может сделать каждый. - Но взамен ты должна отдыхать. Не вставать с места. Может быть, вздремнуть. Ну, знаешь, как велел дипломированный специалист. Она закатывает глаза, всё ещё неохотно забавляясь, но вполне соглашаясь, лишь бы он выполнил свою часть сделки. - Не помню, чтобы ты был такой курицей-наседкой, Шого, - она говорит вместо того, чтобы спорить. - Я думаю, это очаровательно, - говорит женский голос, который явно не принадлежит его матери. - Отвали, - Шого рефлекторно отвечает, глядя на нее краем глаза. Сацуки невинно улыбается ему. Мать пинает его. - Не будь таким паршивцем. - Она лишь вскидывает бровь, когда он хмурится на нее. - О, тебе не нужно смущаться, Хай-чан! - Сацуки мило воркует, заняв кресло напротив его мамы. - Это мило. - Да, Хай-чан, тебе стоит проявить свои материнские наклонности. Жаль, что эта сторона твоей личности так часто оказывается похороненной твоей личностью, - его брат-засранец смеется над рефлекторным грубым жестом Шого и уворачивается от последующего удара. Раздраженный, Шого брызгает на него мыльной водой и смеется, когда Шион кричит: "Не круто, придурок!" - О? Но я просто проявил свою материнскую сторону, отстирав это пятно, - Шого мило говорит ему. - Не было никакого пятна! - Шион отнекивается, хватает полотенце и безуспешно пытается высушить рубашку. Шого ухмыляется. - Значит, это было только твое лицо. Извини, трудно отличить. - Засранец! - Шион ворчит, стараясь не улыбаться. - Никогда не претендовал на что-то другое, - Шого говорит, возвращаясь к своей посуде. - А теперь заканчивай подметать! Я не позволю тебе выйти из положения, затеяв со мной драку, как ты всегда делаешь. Шион хмыкает. - Ладно. Но только потому, что ты говоришь, как мама, которая мной командует, и это уморительно. - Он смеется, обходя сказанную мать с другой стороны, чтобы подмести. - Мальчики, - приговаривает она, не выдержав. - Вот так! Видишь? Звучит прямо как ты! - Шион хмыкает, и терпение Шого со слышимым треском лопается. - Да пошло оно всё! Иди сюда, придурок! - Шого кричит, бросая свою затею проучить старшего брата. Кто-то же должен. ["Зачем я вообще стараюсь? - Аяно спрашивает себя, закатывая глаза, глядя, как Шого валит на землю гогочущего Шиона и пытается прижать его к земле. Сацуки сочувствует ей. - Мальчики глупые. Аяно приглушенно смеется. - Это точно. - Она бросает на Сацуки любопытный взгляд. - Что привело тебя сюда без твоей тени? - Кстати, о глупых мальчиках... - Сацуки говорит, выглядя странной смесью между раздражением и недовольством. - Дай-чан сегодня хандрил больше обычного, потому что Кагамин уехал с родителями на день рождения, и я попросила Ки-чана и Тец-чана оттащить его на площадку, чтобы отвлечь баскетболом. - Звучит грубовато. - Ей виднее. Она знает всё о хандрящих мальчишках-подростках. Сацуки улыбается ей. - Простите за выражение, Аяно-сан, но если мне ещё раз придется выслушать, как мой лучший друг рассказывает о достоинствах Кагамина и о том, что Америка его недостойна, то я надеру ему задницу и заставлю признаться Кагамину в своей безграничной любви. Аяно смеется. - Он нравится ребенку? - спрашивает она. Ей было интересно, особенно учитывая то, что она слышала от Шого, но... - Честно? Не знаю. Может быть, это влюбленность, а может, странный роман. Не думаю, что он знает. Как часто говорит мне мама, мы уже в том возрасте, когда гормоны всё портят. - Она пожимает плечами, а затем улыбается недоброй улыбкой. - Но если Дай-чан не перестанет использовать меня в качестве своего личного психотерапевта, я сделаю что-то радикальное, даже если это будет означать, что я отдам его Кагамину, чтобы больше не иметь дела со всеми этими дуновениями, бормотаниями и нытьем. - Ты отправишь его в другую страну? - Аяно спрашивает, забавляясь. Сацуки смотрит ей прямо в глаза и говорит: "Без колебаний. Аяно, снова смеясь, говорит ей: - Вот почему ты моя любимица, Са-чан. В ответ она получает совершенно довольную улыбку, в которой чувствуется удовлетворение. - Я ношу этот титул с гордостью, Аяно-сан.]