Цепная реакция

      В зеркале заднего вида Ран разглядел, что рядом с ублюдком с пистолетом сидел еще один — с зализанными волосами и в бордовом костюме. Правда, то, что в машине их двое, ничего не значило. За углом могли поджидать еще пятеро. Как и всегда в таких ситуациях, сердце у Рана билось ровно и спокойно, а лицо приобрело скучающе-презрительное выражение.       — Вы кто? Из Нага-кай? — спросил он, убирая руки с руля. До своего пистолета было не дотянуться. Он ни за что не успеет выхватить его из-под бардачка, где тот хранился, будучи прикрученным скобами. Этот хлыщ разнесет ему башку гораздо раньше.       — Гляди-ка, Рёма, красотка знает, откуда мы, — хохотнул тип с пистолетом и сильнее надавил им Рану на затылок. — Заводи мотор. Поехали любоваться видами.       Ран бросил еще один взгляд на бардачок. Очевидно, это не укралось от глаз угрожавшего ему урода, и тот тут же сказал:       — Что там у тебя? Неужто пластиковая пукалка? Рули вперед, я сказал, не то проделаю в твоей башке лишнее отверстие.       Стиснув зубы, Ран вставил ключ в замок зажигания и действительно выехал с небольшой парковки рядом с домом Юкихины.       — Чего вам надо? — плюнул Хайтани, хотя сам в общих чертах догадывался, что происходит. Он был настолько занят своими делами с Сандзаки, что так и не удосужился поговорить с Риндо о солдатах Нага в Сёфуку и о том, что за ними установили слежку. Что ж, выходит, от слежки Нага решили перейти к более решительным действиям.       — Рёма, ты смотри, этот петух еще, значит, спрашивает! — деланно удивился мужчина. Ран заметил, что правую щеку и обе его губы пересекает длинный, уродливый шрам, и скривился. — На встречи с Ямагами порешил пятерых наших, а теперь задает такие вопросы!       — То есть это месть? — продолжил свой расспрос Ран, холодно прикидывая в уме, как можно отвлечь внимание этих говнюков. Если бы он только успел выхватить пистолет, то все было бы уже решено… Правда, открывать пальбу прямо в городе, мягко говоря, было не самой разумной идеей.       — Здесь направо сверни, — низким, охрипшим голосом вдруг проговорил второй тип, которого первый назвал Рёмой. Рану пришлось повернуть направо, и внутри у него все слегка неприятно сжалось, так как впереди располагалась довольно большая стройка, о чем гласил муниципальный транспарант.       — Вы, значит, вдвоем со своим мелким братишкой решили, что можно вот так просто прийти в Токио, заявиться, значит, к какому-нибудь боссу и сказать: «Босс, а у нас есть товар! Бери нас в дело!» — последние свои слова тип с пистолетом произнес наигранно шепелявым голосом. — Да не просто сказать, но и грохнуть при этом пятерых ребят, один из которых был настолько добрым, что давал вам хавать у него с руки. Вам, желторотым патлатым выродкам. Думаете, набили себе рисуночки на тельца и сразу стали крутыми?! А?!       Мужчина так надавил Рану пистолетом на затылок, что голова Хайтани склонилась почти до руля. Машина вильнула влево.       — Тормози, — снова подал голос Рёма. Ран, цедя про себя проклятья, остановился и заглушил двигатель. Они действительно подъехали к стройке и встали, очевидно, у одного из входов для рабочих.       — Вон из машины, живо, — скомандовал Рёма, и Рану пришлось подчиниться.       — Вот здесь мы и поговорим, значит, спокойно, — удовлетворенно продолжил тип с пистолетом, не снимая Рана с прицела. На этот раз дуло смотрело прямо ему в лоб. — Впрочем, разговор наш будет очень коротким, если ты, красотка, будешь паинькой и скажешь нам то, что мы хотим узнать. Или очень длинным, если ты решишь играть в крутого. Последний вариант я тебе, значит, настоятельно не рекомендую. Мы тебя сцапали у очень интересного домика. В нем, кажется, живет одна весьма кайфовая девка. Твоя краля?       Рана только сейчас прострелила мысль о том, что они взяли его рядом с домом Сандзаки. Раз так, то слежка была не просто в одном районе, а по всему городу! Какой же он идиот! Так заигрался, что они с Риндо даже не обсудили, что с этим делать! И Юкихину они упомянули неспроста. У таких ребят слова с делом обычно не расходятся… Сердце Рана быстро-быстро застучало, а страх за девушку наполнил все его существо. Что, если к ней в квартиру уже вламываются? Вдруг ее возьмут в заложники?! Как только Ран об этом подумал, его замутило.       — Твоя, говорю, или нет?! — завопил мужчина и встал чуть ли не вплотную к Рану. Дуло пистолета уперлось ему в лоб.       — Моя, — почти не разжимая губ, коротко бросил Хайтани. Бандит присвистнул.       — Какую бабу ты себе отхватил! — осклабился он мгновением позже. — Почему бы нам всем вместе к ней, значит, не завалиться? Мы вдвоем с Рёмой быстро ее обработаем, а ты посмотришь. Как тебе такой расклад? Хочешь глянуть вживую на трехколесный велосипед?       Воображение Рана, как обычно, работало отменно, но стоило ему лишь на секунду представить подобную перспективу, как тошнотворная волна гнева и жажды убийства буквально заполнила его изнутри. Надо их отвлечь, надо срочно их отвлечь!..       — А потом мы ее сдадим в один из наших веселых домиков, — довольно продолжал хмырь. — Там ее тоже хорошенько поиспользуют. Но я повторюсь: все это произойдет только в том случае, если ты, красотка, откажешься сотрудничать.       — Тогда, может, скажешь уже, что тебе надо, или так и будешь до ночи пиздеть? — глядя ублюдку с пистолетом прямо в глаза, процедил Ран. Он во всех красках представлял, как превратит голову этой твари в окровавленный чурбан, в котором не будет ни одной целой кости, а потом расстреляет ему в грудь всю обойму его же пистолета, после чего насладится каждым мигом лицезрения картины того, как густая кровь будет толчками выходить у него из горла и смешиваться с бурой массой, которая к тому времени уже успеет заменить ему рожу. Никто не смеет даже думать о том, чтобы сделать что-то подобное с Юкихиной, когда она принадлежит только ему!       «Только мне», — заключил Ран и тут же ощутил такой прилив сил, что моментально успокоился, будучи полностью уверенным в том, что все его фантазии относительно этой мелкой сошки из Нага воплотятся в жизнь.       — Гляди-ка, Рёма, а мадам у нас, значит, с норовом! — хохотнул мужчина, запрокинув подбородок, но этого мгновения хватило Рану, чтобы ударом отбросить от себя его руку с пистолетом и ловко поднырнуть под нее. Раздался громовой выстрел, который больно резанул Рана по ушам, но времени мешкать не было. Хайтани наотмашь ударил своего оппонента кулаком в скулу, скрутив до хруста его руку и выхватив еще дымящееся оружие. Прежде, чем этот Рёма успел на него броситься, Ран наступил ногой мерзкому типу со шрамом на горло и направил пистолет ему в лицо.       — Чего вам на самом деле надо? — спросил Хайтани, откинув с лица несколько выбившихся из прически прядей. Рёма, замерший перед ним в позе медведя, готового броситься в атаку, смотрелся сейчас особенно нелепо в своем дешевом бордовом костюме.       — Черта с два я тебе теперь что-то скажу, шкет! — прошипел он, делая маленький шажок по направлению к Рану. — Сначала завалим тебя, а потом твоего брата!       — Да? Ну ладно, — просто сказал Ран, перевел дуло пистолета на бедро мужика со шрамом и, не думая ни секунды, нажал на курок. Сгущавшийся вечерний сумрак мгновенно прорезал выстрел, и сразу же за ним — истошный вопль бандита, схватившегося за ногу.       — Блять, Рёма! — заголосил он, и из глаз у него брызнули слезы. — Он не шутит! Скажи ему!       — Заткнись, Сюхей! — гаркнул Рёма, останавливаясь. — Разорался как баба!       — Еще секунда, и он больше никогда не сможет орать, — спокойно проговорил Ран. — Быстро говори, зачем вы приперлись.       Рёма в ответ лишь сжал челюсти так, что на скулах у него заходили желваки. Ран закатил глаза и, не глядя, выпустил две пули в голову скулящему на земле Сюхею. Тот два раза дернулся и мгновенно стих. Ран тут же перевел дуло пистолета на «медведя».       — Все еще будешь молчать? — осведомился Хайтани. — Не получится теперь у вас тройничка, какая жалость.       Ран не планировал их убивать, но после отповеди уже мертвого Сюхея про Юкихину, его разве что не тошнило от гнева. Никто не смел говорить о ней такое. Никто, кроме него. Правда, и ему теперь совершенно не хотелось рассматривать Сандзаки в подобном ключе, что означало одно: подобные суждения в ее адрес от кого бы то ни было — непростительны вдвойне.       — Мы хотели узнать контакты и адреса ваших поставщиков в Канто, — хриплым голосом ответил Рёма. — И отжать их у вас после того, как порешим.       — Вот видишь, не так уж и сложно, — пожал плечами Ран. — Неужели это стоило жизни твоего уродского приятеля? Впрочем, неважно. Где ваш офис?       — Ты спятил? — усмехнулся Рёма, облизнув губы. — Хочешь заявиться туда? Да тебя там катком раскатают, и мокрого места не останется. Тем более, после еще одной смерти нашего.       — Двух смертей, — поправил Ран и выпустил всю оставшуюся обойму в грудь Рёме, не моргнув глазом. Мужчина остался стоять, будто не понимая, что с ним произошло, потом осоловело перевел взгляд на свою рубашку с растекающимися по ткани багровыми пятнами, потрогал грудь руками и тут же свалился огромной кучей прямо в дорожную пыль.       Ран опустил руку с пистолетом, глубоко вздохнул и принялся искать глазами, куда бы присесть. Рядом со входом на стройку покоилась огромная груда ржавых балок, на одну из которых Хайтани не замедлил приземлиться. Он отложил оружие, еще раз глубоко втянул носом воздух и крепко задумался. Как все-таки наивно было полагать, что Нага будут выжидать, прежде чем решиться «поговорить». А теперь в опасности оказалась еще и Юкихина… Юкихина!       Ран вскочил с места, отругав себя за то, что взял передышку. Не время рассиживаться! То, что он убил двоих придурков из клана не значит, что другие не заявятся к ней! А Риндо? При мысли о брате Ран похолодел. Что, если их взяли одновременно?       Хайтани тщательно вытер пистолет краем своей футболки и вложил его сначала в руку Рёме, а потом Сюхею, оставив оружие в итоге у последнего. Пусть копы думают, что они подрались и поубивали друг друга. Сейчас не было времени избавляться от тел.       Тяжело рухнув на водительское сиденье своей машины, Ран тут же завел двигатель и покатил назад к дому Юкихины, на ходу выискивая Риндо в журнале звонков. «Дьявол тебя раздери, только будь в порядке!» — билась в мозгу судорожная мысль. Или сначала набрать Юкихине? Другие солдаты Нага могли заявиться сразу к ней… При мысли об этом Ран был готов задохнуться от собственного бессилия. Через десять минут он будет у нее, но десять минут — это целая вечность! Как все успеть?!       Сбросив звонок Риндо, Ран набрал Сандзаки. Долгие гудки в телефоне были хуже любого приговора. Когда автоматический голос оператора вежливо сообщил ему, что абонент не может быть вызван, у Рана внутри все похолодело. Твою мать, неужели они до нее добрались? В голове Хайтани сразу же замелькали картинки одна ужаснее другой: вот ее скручивают, вот засовывают в машину, а потом везут в какой-нибудь притон и… Ран на секунду зажмурил глаза, так как выносить все это дольше было невозможно. Он прекрасно знал, что якудза могут сделать с обычной молодой девушкой, и сердце было готово выпрыгнуть из горла от паники.       Когда пятью минутами позже он влетел во внутренний дворик дома Юкихины и снес наповал все мусорные баки, которые там стояли, то был уже на грани помешательства. Хлопнув дверцей машины и за секунду взлетев на третий этаж, Хайтани дернул на себя дверь квартиры Сандзаки и с ужасом понял, что та не заперта.       — Юкихина! — заорал он, вваливаясь внутрь и тут же бросаясь в комнату. Никого. Никого! Ран сам от себя не ожидал, но он издал какой-то звук наподобие всхлипа и поспешил прислониться плечом к стене, потому что у него закружилась голова.       — Хайтани! — раздался удивленный голос у него за спиной. Ран, не веря своим ушам, оттолкнулся от стенки и резко крутанулся на носках. Перед ним стояла изумленная Сандзаки с полотенцем на голове и озадаченно смотрела на него, слегка приоткрыв рот.       — Юкихина… — выдохнул Ран исступленно и облегченно одновременно. Ничего не видя перед собой, он бросился к ней и буквально повис всем телом на девушке, так как ноги у него подкашивались от облегчения. Она в порядке! С ней ничего не успели сделать!       — Уф, отцепись от меня! — надсадно пропыхтела Сандзаки. — Мне ногу больно!       Ран действительно отпустил ее и немедленно крепко взял за плечи, заглядывая в лицо.       — Все нормально? Ты цела?! — буквально выкрикнул он, бешено сверля ее глазами. — Сюда никто не приходил?!       — О чем ты говоришь? — непонимающе спросила Юкихина, нахмурившись.       — Я звонил тебе, но ты не взяла трубку!       — Я была в ванной, мыла голову… — Сандзаки дотронулась до тюрбана у себя на голове. — Ты скажешь, что случилось? На тебе лица нет. Или это какая-то очередная уловка?       — На этот раз никаких уловок, — выдохнул Ран, прижимая руку к груди и пытаясь унять бешеное сердцебиение. — Риндо же тебе говорил про наши дела, так? То, что происходит сейчас, — издержки бизнеса.       — Какие такие издержки? — понизившимся голосом спросила Юкихина, и на ее лице начало медленно проступать понимание происходящего.       — Ты только не волнуйся, ладно? — нервно улыбнулся Ран. — Все под контролем. Типа. Короче, делаем так. Быстро собирай все самое необходимое, и мы сваливаем.       — Что? Куда? — ахнула Юкихина. — Ты скажешь, что случилось, или нет?!       — Нас с Риндо крупно прижали! — сверкнул Ран глазами. — И это все, что тебе нужно знать!       — Риндо… в опасности? — едва разлепляя губы, спросила Сандзаки, и Рану вдруг захотелось убить ее за то, что в такой момент она волнуется о брате, а не о нем. Стало так противно и обидно, что Хайтани в ужасе понял: он готов буквально разреветься от такой несправедливости, как какая-нибудь сопливая девка! Как же он ненавидел себя в этот момент, как же ему хотелось самому себе свернуть шею! Ран так мчался сюда, так рвался, пристрелил этих двоих только потому, что они посмели угрожать Юкихине, а она..! Он предчувствовал поистине кошмарный раскол внутри себя, и его затрясло. Это невыносимо, просто невозможно терпеть!       — На тебя напали?! Ты не ранен?! — Юкихина подошла к нему и внимательно пробежалась глазами по телу Рана. От этого его из ледяной воды мгновенно перекинуло в кипяток. Как будто его взяли и из вечной мерзлоты засунули в раскаленную печь. Он вскинул изможденные глаза на девушку и с неописуемым торжеством увидел в ее глазах испуг и беспокойство… за него?       Ран, не думая ни секунды, сгреб Юкихину в охапку и поцеловал, крепко зажав ее лицо меж своих пальцев, потому что знал, что она будет вырываться. Так и случилось, но у них все равно не было времени на долгие сантименты.       — Ненавижу тебя, — тихо проговорил он, и его губы почти соприкасались с ее ртом. — И люблю.       Юкихина ошалело хлопнула глазами, и к ее щекам внезапно прилила краска. Увидев это, Ран выдохнул, торжествующе улыбнувшись. «Твою мать! Лед тронулся!» — вопило его сознание, но ликование можно было отложить на потом.       — Собирай самое необходимое, — как можно более спокойно проговорил он, отпуская девушку, — и через пять минут мы мотаем. Нехорошие дяди могут заявиться сюда в любую минуту.       — Надо позвонить Риндо! — спохватилась Юкихина, тут же осматривая комнату на предмет телефона.       — Я сам ему позвоню! — властно сказал Ран, хватая ее за запястье. — Бери только самое нужное, и мы уходим.       Трижды повторять девушке не пришлось. Юкихина сдернула с головы полотенце, позволив мокрым, спутанным волосам рассыпаться по плечам, и заковыляла к ванной. Бесноватая радость, перемешанная со страхом за то, что может случиться, пожирала Рана целиком, когда он искал в журнале звонков номер брата. Пока он думал обо всем этом, телефон послушно звонил, и в трубке вдруг раздался заспанный голос Риндо:       — Алло?       — Ты в порядке?!       — Да, я спал просто… — брат зевнул. — Чего кричишь? Что случилось?       — Ублюдки из Нага начали действовать! — Ран запустил руку в волосы, полностью растрепав одну из кос. — Меня прижали недалеко от дома Юкихины!       — ЧЕГО?! — Хайтани-старший услышал грохот и оглушительный скрежет. — Блять, сука, твою мать! Ебучая кофеварка! Нахрена мы ее купили?!       — Братишка, ты там? — позвал Ран, с трудом сдерживая смех. Несмотря на всю нервозность ситуации, хохот почему-то так и рвался наружу.       — Что значит — прижали недалеко от ее дома?! — продолжил орать Риндо. — Где ты?!       — Я сейчас у нее, — сглотнув, осторожно ответил Ран. В трубке воцарилось молчание. Ран тоже молчал и ждал логичного вопроса от Риндо.       — Как ты там оказался? — неожиданно спокойным голосом спросил младший. У Рана вдруг взмокли спина и шея несмотря на то, что он уже в деталях продумал, что и как будет врать. Как оказалось, столкнуться с надобностью лгать Риндо, что называется, в лицо, было довольно трудно. Ран мысленно порадовался тому, что как раз лица брата он сейчас не видит.       — Я возвращался из Татэиси, — затараторил он, чтобы не дать Риндо возможности вставить и слова, — и меня на заправке остановили двое. Точнее, сели ко мне в машину, пока я платил за бензин. В подробности вдаваться не буду, ибо не по телефону, но один из них обмолвился, что следил за тобой, и вот так они вышли на нее. Братишка, они ей угрожали. Я был неподалеку и сразу рванул к ней, ведь я знаю… что она значит для тебя.       Сказать последнее предложение оказалось так трудно, что под конец своего монолога Ран едва ворочал языком.       — Почему она сама мне не позвонила, как увидела тебя? — после еще одного короткого сеанса молчания спросил Риндо. Рану совсем не понравился его голос — спокойный и сдержанный. Братец обычно так разговаривал на их «деловых» встречах. Это был плохой знак.       — Риндо, у нас на всю эту херню нет времени! — попытался Ран в корне пресечь все эти неудобные для себя вопросы. — Я только-только к ней доехал и вывалил на ее мокрую голову всю эту информацию! Она хотела тебе позвонить, но я сказал, что сам это сделаю! Чего тебе еще надо?!       — Ладно, — выдохнул Риндо и неожиданно издал тихий смешок. — Фух, чего это я? Извини, меня занесло. Я просто офигел от всего этого, прямо не знаю, что…       — Зато я знаю! Она сейчас соберется, и я отвезу ее в какую-нибудь безвестную дыру, пока эти уроды не нагрянули сюда!       — Хорошо. Но только не в какую-нибудь, а в ту, адрес которой пришлю тебе я. Сразу езжайте туда, встретимся там через час.       — И что это за место?       — Это больничка Дзюна в Нериме, помнишь? Она действительно находится в чертовой жопе мира. И брось свою машину, возьмите лучше такси, так будет безопаснее.       Прежде чем Ран успел что-либо сказать, Риндо отсоединился. Только после того, как Хайтани убрал трубку от лица, он понял, что придется ехать к Дзюну. К Дзюну, который зашивал ногу Юкихине только вчера! «Надо будет отвалить ему еще бабла за молчание», — лихорадочно соображал Ран, закусив губу. — «Еще только не хватало, чтобы братишка что-то заподозрил. Блять, ну почему именно Дзюн?!»       — Я готова! — объявила Юкихина, выходя из ванной с закрученными в высокий узел все еще влажными волосами и с большой матерчатой сумкой в руке. Ран облегченно вздохнул. Телефон пиликнул, и Хайтани-старший с неудовольствием увидел адрес «больницы» Дзюна в Нериме.       — Отлично, теперь вызываем такси, — он зашел в приложение и заказал машину. — Должна приехать через три минуты. Выходим.       Ран направился к выходу, забрав у Юкихины сумку. Девушка, слегка подволакивая за собой ногу, пошла за ним, морщась.       — Нет, так дело не пойдет, — Хайтани закинул сумку на плечо и решительно повернулся к Сандзаки. — Вашу руку, миледи.       — Что? Но…       — Вашу руку.       Поколебавшись мгновение, Юкихина действительно протянула ладонь Рану, который тут же ее ухватил и взял ойкнувшую девушку на руки.       — Конечно, в такой диспозиции нам полагается заходить в квартиру, а не выходить из нее, но оставим это для другого раза, — разве что не промурлыкал Ран.       — Давай уже просто уйдем, — устало попросила девушка, и Хайтани с ней на руках вышел из квартиры. Сандзаки, пребывая в горизонтальном положении, как раз закрывала дверь ключом, как на пролет выглянула та самая вездесущая соседка, которая только сегодня днем наорала на Рана.       — Божечки мои, и что происходит! — фыркнула она, скривив рот, накрашенный малиновой помадой. — Поосторожнее с ним, Юкихина-тян! Это он сейчас льет тебе в уши сказочки о вечной любви, но на самом деле…       — Спасибо, Синохара-сан, но мы спешим! — перебила ее Юкихина, убирая ключ и махая соседке рукой из-за плеча Рана.       — Никакого стыда у современной молодежи! — вслед им тявкнула соседка, захлопывая за собой дверь.       К дому как раз подкатила желтая машина с характерной для такси красной полоской, и Ран заспешил к ней. У задней двери он с неохотой опустил Юкихину на землю и задержал руку на ее талии чуть дольше, чем того требовала простая вежливость. Сандзаки скинула с себя его ладонь и с неожиданным для своей раны проворством юркнула внутрь. Ран, скрипнув зубами от досады, последовал за ней.       — Нерима, Дзюкати три? — вяло спросил у них пожилой уставший мужик за рулем, лениво жуя зубочистку.       — Да, — ответил Ран и с облегчением захлопнул дверцу. Машина тронулась в путь.       — Ты расскажешь мне, что случилось? — на ухо спросила у Рана Юкихина, наклонившись к нему. Ее шепот приятно защекотал Рану кожу, и по ней побежали мурашки. — Ты так ничего и не…       — Я не буду делать этого в машине, красотуля, — зашептал ей Ран в ответ, чуть ли не прижавшись губами к ее уху. — Хотя ты можешь пошептать мне на ушко всякие прелести, если хочешь.       — Пожалуй, я откажусь, — ледяным голосом отрезала Юкихина, отпихнув его и отвернувшись к окну. Но Рана эта показная холодность больше не могла обмануть. Он видел, с каким беспокойством Сандзаки спрашивала у него, не ранен ли он, и как покраснели ее щеки, когда он… Ран замер. Минуточку, он что, правда сказал ей, что любит ее? Хайтани невольно издал тихий, удивленный смешок. Он никому до этого не говорил этих слов и всегда думал, что счастливо проживет всю жизнь без подобных глупостей и банальностей, а вот поди ж ты… Ну и ну! Еще буквально вчера он ни за что бы не поверил в то, что кому-то признался в любви. Ран не имел даже близкого представления о том, что это такое, да и абсолютно не хотел иметь. Очевидно, до сегодняшнего дня.       Ран попытался взять Юкихину за руку, но та, сверкая глазами, выдернула ее у него из пальцев. Тогда Хайтани все равно еще раз потянулся к ней и, сжав запястье девушки, все равно поймал непослушную руку в свой капкан. Водитель, все так же жуя зубочистку, пялился на них в зеркало заднего вида.       — Посиди хоть минутку спокойно и не вертись, — прошипел Ран Юкихине. — Я ничего такого не делаю.       У девушки, судя по ее плотно сжатым губам, было на этот счет иное мнение, но она, тем не менее, прекратила попытки вырваться и снова отвернулась к окну.       Ран расправил свою ладонь и удобно положил на нее руку Юкихины. У нее были совсем короткие ногти с бледно-бежевым маникюром, а пальцы — на полторы фаланги короче, чем у самого Рана. Такие тонкие… Но когда они собирались в кулак, то держись… Хайтани улыбнулся своим мыслям и накрыл ладонь Юкихины второй рукой. Сандзаки дернулась, метнула на Рана косой взгляд, но на этот раз руку убирать не стала.       — О боже! — вдруг воскликнула она.       — Что случилось? — приподнял брови Ран.       — Во сколько Риндо приедет туда же, куда и мы?       — Сказал, что будет через час. Мы примерно тоже. А что такое?       В ответ Юкихина все-таки выдернула руку из пальцев Рана и принялась судорожно копаться в своей большой сумке.       — Как хорошо, я ее не забыла! — облегченно сказала она, извлекая из сумки что-то вроде пенала.       — Рисовать собралась? — поинтересовался Ран, втайне раздосадованный, что их небольшой интимный момент в такси прервался.       — Почти, — вздохнула Юкихина и потянулась корпусом к таксисту. — Простите, вы не могли бы включить в салоне свет?       — Нет, не мог бы, — сварливо ответил тот. — К вашему сведению, девушка, я тогда не увижу, что происходит на дороге.       — Тогда посвети мне ты, телефоном, — попросила Сандзаки у Рана. Тот по-прежнему ничего не понимал, но послушно достал телефон и включил фонарик, осветив лицо девушки. Она вытащила из пенала какую-то плоскую темную коробочку и кисточку.       — И зеркало еще подержи, — Юкихину всучила Рану небольшое круглое зеркальце. Тот молча сделал, что просили. Сандзаки открыла коробочку, и Ран увидел, что это, похоже, тени для глаз или что-то вроде того. Юкихина набрала на кисть самый темный оттенок и провела у себя под глазом.       — Ты что делаешь? — засмеялся Ран.       — Мне вот совсем не смешно, — мрачно ответила Сандзаки, продолжая орудовать кистью. — Я сегодня сказала Риндо, что не хочу его видеть, потому что мне разбили лицо на тренировке. Теперь придется подстраиваться под эту ложь. Ложь, в которую меня втянул ты!       Ран страдальчески закатил глаза и цокнул языком. Ну, сколько можно? Он решил даже никак на это не реагировать. К слову, в замысле Юкихины действительно был резон, правда, оба Хайтани волею судеб отлично разбирались в синяках, и Риндо, скорее всего, быстро все это раскусит… Какая-то часть Рана на самом деле хотела, чтобы братец так и сделал, и их бы отношения с Юкихиной на этом закончились. Однако, что делать с этим дальше, Ран не знал и сейчас.       — Ну как? — спустя минут десять спросила Сандзаки, поворачиваясь к нему. Увидев ее лицо, Ран, не выдержав, прыснул.       — Ты похожа на алкоголичку, — с трудом удерживаясь от того, чтобы не расхохотаться в голос, сказал Хайтани. — Или на проститутку, которую приласкал клиент.       — Замечательно, — удовлетворенно кивнула Юкихина, совершенно не обидевшись на сравнения Рана. — Значит, все-таки похоже получилось. На пару часов этого хватит.       Хайтани, удивленный и даже уязвленный тем, что его колкости совсем не задели девушку, только хмыкнул.       Оставшийся путь проделали в молчании, а таксист, продолжавший наблюдать за ними в зеркало, похоже, решил, что больше ничего интересного он не увидит, и занялся дорогой.       Минут через сорок Ран и Юкихина вышли из машины уже где-то на окраине Неримы. Этот район производил еще более гнетущее впечатление, чем Уэно, хотя, возможно, что-то эдакое было именно в этой улочке. Дома на ней жались друг к другу почти вплотную, а из узких проходов между ними то и дело раздавался смех, звук бьющегося стекла и сплевывания.       Юкихина, оглядев всю эту картину, поежилась.       — Нам нужен третий дом и спуск в подвал, — сказал Ран вслух, перечитывая сообщение Риндо.       — О господи… — закрыла глаза Сандзаки с самым обреченным видом.       — А ты что хотела, связавшись с наркодельцами? — усмехнулся Ран, все еще не терявший надежды ее поддеть. — Да-да, красотуля, наше дело именно так и называется. И мы с Риндо зарабатываем себе на жизнь толкая то, чем ты тоже успешно травишься.       Разумеется, слова Рана имели целью не только поддеть Юкихину, но и лишний раз указать ей на то, что Хайтани Риндо — не какой-то там принц из доморощенной сказки, а самый обычный преступник, потому что законной деятельность братьев Хайтани считаться никак не могла. То, что это также подчеркивало факт принадлежности самого Рана к точно такому же миру, ему в голову как-то не приходило.       — Мне плевать, чем занимается Риндо, — словно услышав его мысли, с вызовом бросила Юкихина. — Это нисколько меня не отвращает. Каждый пытается дожить до утра по-своему, я это знаю лучше всех. Я просто волнуюсь за него, вот и все.       Каждый пытается дожить до утра по-своему… Такого обоснования тому, что они с Риндо проворачивали, Ран еще не слышал. Они в свое время действительно договорились о том, что их бабы не будут знать ничего о бизнесе, но Ран, признаться, любил давать им легкий намек на то, чем зарабатывает на хлеб насущный. Обычно девиц это приводило в неописуемый восторг, и они еще больше старались в постели, чтобы удержаться рядом с ним как можно дольше. Правда, это все равно не работало, и бумага в принтере мелькала с умопомрачительной скоростью. Конвейер не прекращался. И вот — он застопорился. Нет, даже не так: встал намертво, наотрез отказываясь работать, стоило в нем застрять толстенной книге под названием «Юкихина».       — Как же ему с тобой повезло, — колким голосом проговорил Ран и достал из пачки сигарету. — Ты просто какой-то сумасшедший идеал. Оцени иронию, кстати. Сумасшедший. Идеал. Как раз про тебя. Значит, ты будешь и гудяш варганить и патроны подавать? Риндо отхватил джек-пот.       — Не гудяш, а гуляш, — тихо поправила Юкихина и отвернулась. При виде этого горечь нахлынула на Рана с новой силой, и он уже хотел было что-то сказать, как вдруг где-то совсем недалеко от них скрипнула железная дверь, и недовольный голос вопросил:       — Вы еще долго там трындеть будете?       Ран закрутил головой в поисках источника звука и перевел взгляд вниз. На углу дома, внизу совсем неприметной лесенки, ведущей, очевидно, куда-то в недра земли, загорелся свет. В полумраке Хайтани разглядел худощавую фигуру Дзюна.       — Я вас аж изнутри слышу. Живо спускайтесь вниз! — скомандовал тот. Юкихина вопросительно посмотрела на Рана. Всем своим видом показывая, что не потерпит возражений, Хайтани быстро схватил Сандзаки на руки и, перешагивая длинными ногами через две ступеньки, спустился к Дзюну.       — Заходите уже, — все еще недовольно буркнул тот, пропуская их куда-то внутрь и снова выглядывая на улицу. — Надеюсь, вы на такси добрались? Без твоей тачки, которая так и вопит, что на ней едет долбанный пижон-бандюк?       — Что вы все прицепились к моей ласточке? — оскорбился Ран, отпуская Юкихину. — Нормальная у меня машина. Самая обычная.       — Ну да, «Ауди ТТ» зеленого цвета — это норма, — хмыкнул Дзюн, запирая железную дверь на внушительный засов. — Каждый первый офисный трудяга в Токио ездит на такой.       — Опять ты много болтаешь, — вздохнул Ран. — Риндо ввел тебя в курс дела?       — Да он толком ничего и не сказал, — пожал плечами Дзюн. — Заорал только, что заплатит кучу денег, лишь бы я спрятал вас в своей маленькой частной клинике.       Лицо Юкихины, обводившей взглядом низкие потолки явно подвального помещения так называемой «клиники», вытянулось. Ран, бывавший здесь и раньше, когда Риндо подстрелили, понимающе усмехнулся. Больничка и вправду производила гнетущее впечатление. Источником света в ней служила только одна огромная передвижная хирургическая лампа, висевшая на шине над одной из больничных коек, которых в подвале было четыре. Рядом с каждой стоял высокий железный столик с полочками и поблескивающими стальными плошками, а также стойки для капельниц. На крайней кровати слева багровело огромное, но уже подсыхающее пятно, а на столике лежал ворох окровавленных тампонов.       — Не успел тут прибраться, сорян, — проследив за взглядом Сандзаки, сказал Дзюн и взъерошил у себя волосы на затылке. — Кстати…       Парень взял Рана за плечо и отошел с ним в сторонку.       — Риндо по телефону сказал, что это — его девушка, — заговорщицким голосом начал Дзюн. — Ты что, отделал его девчонку? Серьезно? Я, блин, вчера штопал дамочку Риндо? Я думал, она твоя!       — Мало ли, что ты думал! — прошипел Ран в ответ. — Я сам с тобой об этом хотел поговорить. Когда Риндо придет, ему ни слова о том, что ты вчера зашивал ей ногу. Она поскользнулась на тренировке, понятно?       — И что у нее с лицом? — продолжал вопрошать Дзюн, словно его не слыша. — Ты ей и в табло успел надавать?       — Я тебе в табло надаю, если не будешь держать язык за зубами! — процедил Хайтани, чувствуя, что еще секунда, и он действительно припечатает Дзюна головой о стену или еще чего похуже. — Разумеется, не за просто так. Плачу столько же, сколько и вчера. Риндо должен думать, что она поранилась на тренировке. Ты понял?       В подтверждение серьезности своих слов, Ран красноречиво достал из кармана бумажник и быстро отсчитал Дзюну весьма приличное количество банкнот. Глаза задающего слишком много вопросов подпольного хирурга пристально за этим следили.       — Понял, конечно, — довольно сказал он, складывая пачку пополам и убирая ее в задний карман. — Я — могила, как говорится.       — Вот и славно, — кивнул Ран и направился к Юкихине. — Располагайся, красотуля. Это, конечно, не Рэдиссон, но на ночь нам придется…       Он оборвал себя на полуслове, когда увидел, что руки у Сандзаки сжаты в кулаки, а глаза закрыты. Плечи ее дрожали, а губы прыгали.       — Теперь ты расскажешь, наконец, что происходит? — спросила она, поворачиваясь к Рану. Хайтани, тяжело вздохнув, уже собрался ответить, как вдруг в железную дверь забарабанили.       — Это я, Дзюн, открывай! — раздался из-за нее глухой голос Риндо. Юкихина прижала руки ко рту и всхлипнула. Ран плотно стиснул зубы, уставившись в пол и скрестив руки на груди. Кажется, сейчас ему предстоит увидеть не самое прекрасное для себя зрелище.       Дзюн заспешил к двери и поднял тяжелый засов. Дверь тут же распахнулась, и на пороге показался взмыленный Риндо с до ужаса растрепанными волосами и в мятой футболке.       — Рин! — коротко воскликнула Юкихина, и в этом восклицании было столько всего, что Ран все тело прострелила физически ощутимая боль. Он моментально почувствовал себя преданным, ведь в тот миг, когда ее щеки залила краска при его признании, Ран ей доверился, и вот он, результат. Ран стиснул пальцами переносицу и увидел, что у него рука ходит ходуном. Вот дьявол, еще только не хватало сорваться при брате… Нет, спокойно, держи себя в руках, нельзя, нельзя… А почему, собственно, нельзя?! Ран неожиданно для себя вдруг испытал такой прилив злости, что сам поразился, и на сей раз злость была направлена не на Юкихину, а внезапно — на Риндо. При мысли об этом Ран похолодел. Еще никогда, абсолютно никогда в своей жизни он не держал на брата зла. Их прекрасные отношения он полагал незыблемой константой, которая должна оставаться таковой во веки веков, но сейчас, глядя на то, как его руки вот-вот обнимут тело, которое он так хотел заполучить себе, разве что пена изо рта не шла от бешенства! Рану нравилось думать о том, что ему было нужно только тело, ничего более, так он себя успокаивал, хотя, откровенно говоря, верить в это и дальше уже казалось верхом глупости и нелепой упертости.       Хайтани проследил за тем, как Юкихина заковыляла к Риндо, изо всех сил стараясь не зарыдать (слезы определенно смыли бы ее виртуозный грим), и тут же рухнула к нему в объятья.       — О господи, Юкихина! — разве что не простонал Риндо, прижимая ее голову за затылок к своему плечу. — Господи… Что… Как… Прости! Это все из-за меня!       — Ты в порядке! — глухо прохныкала Юкихина, глотая окончания слов. — Ты в порядке! Больше я ничего не хочу знать!       — Что с твоим лицом? — ошарашенно проговорил Риндо, и Сандзаки тут же отступила в тень, чтобы он не смог разглядеть подробности. — И с ногой! Ты хромаешь! Это точно случилось на тренировке?!       Ран увидел, как Дзюн вздернул брови и покачал головой, и исподтишка погрозил ему кулаком. Тот тут же поднял руки перед собой в знак покорности.       — Да-да! — торопливо закивала Юкихина, отворачивая свою голову в бок. — Я влетела прямо в стенку с перекладинами, и так неудачно… Рин, это неважно, не обращай внимания, это все пройдет! Боже, это такое облегчение, ты даже не представляешь, вот так видеть тебя здесь… Можно я… прися… ду…       Сказав это, Юкихина прижала руку ко лбу и прислонилась поясницей к самой крайней койке. Ран обеспокоенно на нее посмотрел. Сандзаки была белой, как мел, и выглядела так, будто прямо сейчас хлопнется в обморок.       — Юкихина! — Риндо бросился к девушке и схватил ее за плечи. Ран с мрачной обреченностью осознал, что практически ненавидит его в этот момент за то, что у него при таких вот обстоятельствах есть полное право ее касаться, а у Рана такого права, выходит, нет.       — Дзюн, ты можешь ей помочь?! — Риндо резко обернулся к хирургу, изо всех сил старавшемуся удержать лицо в режиме покер-фейса.       — Да что помогать? — пожал плечами тот. — Она перенервничала просто. Смотри, как ей досталось на этой тренировке, или чем она там занимается. Могу дать ей нюхнуть нашатыря, но лучше ты свою девчонку просто оставь в покое и дай полежать.       Риндо коротко поцеловал Юкихину в обе щеки и помог ей лечь на койку. Девушка устало и благодарно закрыла глаза.       — А теперь давайте-ка поболтаем, — тихо проговорил Риндо, в упор глядя на Рана.