Цепная реакция

      Ран сумрачно наблюдал за тем, как две безвозрастные тетки споро наводили в квартире порядок. Риндо поехал в «Махараджу» — клуб в Роппонги в упадническом стиле с огромным световым танцполом, являвшимся местом притяжения для сброда самого разного типа и вида: от якудзы и до малолеток, страстно желавших сойти за взрослых и безуспешно отстаивавших перед секьюрити свое право на вход. «Махараджу» лично Ран не особо любил — слишком открытое пространство, слишком липкий контингент, но там всегда можно было найти девчонку на вечер. Именно там в свое время он познакомился с Айкой, которая даже умудрилась подзадержаться в его жизни на пару-тройку недель, что для Рана по всем меркам было необычайно продолжительным сроком. И вот Риндо решил снять для празднования именно этот клуб (Ран в выборе заведения участвовать категорически отказался) и отправился туда обо всем договариваться, чему сам Ран был несказанно рад, так как ему этим заниматься хотелось в последнюю очередь.       Хайтани-старший сумрачно дымил сигаретой на приведенной в божеский вид кухне и думал о том, что отдал бы сейчас правую руку за чертов суп в хлебушке, который готовила ему Юкихина. Голова привычно раскалывалась, сердце билось гулко и неравномерно после травяного угара, а желудок крутило с похмелья.       В холодильнике не нашлось ничего съестного, кроме пачки просроченного апельсинового сока, и рука сама собой потянулась к мобильнику, чтобы набрать Сандзаки и оповестить ее о своем приезде под не вполне благовидным предлогом позавтракать, но Ран тут же понял, как это глупо. Его так бесил тот факт, что ему вообще надо придумывать предлоги, чтобы ей позвонить, что голова болела еще пуще.       Пока он размышлял, что бы такого сказать девушке, телефон зазвонил сам. Окрыленный безумной надеждой, что его эмпатическая связь с Юкихиной работает, Ран вцепился в телефон, но это был всего лишь Мицуоми.       — Да? — разочарованно бросил Ран, подняв трубку.       — Провода! — хохотнул Мицуоми в ответ и тут же выпалил: — Ран, брат, мы слышали о фейерверке, вы с Риндо — просто нечто! Честно, когда ты мне позвонил с просьбой дать их адрес, я и подумать не мог, что вы сами все устроите!       Ран с трудом сдержался от того, чтобы прямо не сказать ублюдку из Иокогамы, что это вообще-то они должны были помогать им с Риндо разруливать ситуацию, но вместо этого протянул:       — Да-а, хорошо повеселились.       — Старик Ямагами, я слышал, в полном восторге, наши дельцы нам все уже передали! Вам бы надо встретиться с ними и все обговорить. Сам понимаешь, мы здесь тоже заинтересованная сторона…       — Ага.       — А чего ты так не весел? Вы же с Риндо голову из петли вытащили, когда удавку вот-вот должны были затянуть! Где счастье в голосе?       «В пизде», — закатил Ран глаза, однако вслух сказал:       — Да мы вчера всю ночь отмечали, я просто еще не отошел.       — А, ну понятно, — Мицуоми снова рассмеялся. — Поотмокай в ванне с девочками, выпей еще шампанского! Ты это заслужил.       — Кстати, насчет встречи с Ямагами… — Ран затушил окурок о дно пепельницы. — У меня днюха через неделю. Мы бронируем «Махараджу» в Роппонги и ждем с вашей стороны всю гвардию.       — О, а я и забыл уже! В прошлый раз, надо сказать, круто оттянулись.       — В этот раз будет не хуже. Ладно, я тебе еще звякну, когда будут детали, бывай.       Ран повесил трубку и хотел было сразу набрать Юкихину, но снова остановился. «И что я скажу?» — мрачно подумал он. — «Привет, ну как потрахалась вчера с Риндо? Ножка не болит?» Почему-то мысль о том, что она спала с ним (в этом у Рана не было ни малейших сомнений) даже со всеми этими жуткими швами на ноге, злила его до невероятия. И Риндо тоже хорош. Срать он хотел на физическое и моральное состояние Сандзаки, в тот момент ему хотелось одного — присунуть. А она и рада! Порочный круг.       Наплевав на все свои хаотичные размышления, Ран все же нашел в списке контактов Юкихину и нажал на зеленую трубку. Послышались неспешные гудки. На третий гудок усталый голос Сандзаки без приветствия спросил:       — Что тебе надо?       Ран буквально задохнулся от возмущения. Он что, не заслуживает даже простого «привет, как дела»?       — Ну, если ты так ставишь вопрос… — Хайтани с размаху плюхнулся на диван. — То я очень хочу есть. Веселая ночка была, знаешь ли.       — И при чем тут я?       — Я просто вспомнил, что ты — превосходный кулинар. Постараешься ради меня через часик?       В трубке воцарилось напряженное и, казалось, какое-то обреченное молчание.       — Вот, значит, как, — первым нарушил его Ран, стискивая зубы. — Ради меня ты стараться не готова, а вот ради братишки, который вчера приехал к тебе со стояком наперевес — пожалуйста, так?       — О чем ты?       — Не строй из себя дуру, тебе это слишком идет! — мгновенно взорвался Хайтани. — Несмотря ни на что, ты ему дала, ведь так?       — Это не твоего ума дело.       — Это мое дело! — Ран вскочил с дивана и принялся мерить кухню огромными шагами. — Или все те сигналы, что ты мне посылала — просто вранье?!       — Какие сигналы?       Ран задумался. А действительно?       — Ты… готовила для меня! — выпалил он. — Мы целовались! Я держал тебя за руку! Я сказал, что… ты мне не безразлична!       Повторить свое спонтанное признание в любви Ран был не готов и за сотню миллиардов йен. Он до сих пор не понимал, как это слово у него выскочило, и, откровенно говоря, понимать не хотел.       — Я… просто не знаю, что на это сказать, — горестно вздохнула Юкихина на другом конце невидимого провода. — Все эти… сигналы были до или после того, как ты меня изнасиловал и исполосовал мою ногу дубинкой?       Ран в бешенстве закусил нижнюю губу. И как она умудряется вывести его из себя всего-то парочкой предложений?! Сколько можно об этом вспоминать?! Он уже тысячу раз извинился!       — Значит, ты не хочешь, чтобы я приехал? — отчеканил Хайтани просто потому, что ему нечего было больше сказать.       — Нет, не хочу, — после короткой паузы ответила Юкихина. Ран запрокинул голову к подвесному потолку и принялся пересчитывать в нем лампочки. Одна, две, три… Что еще он мог сказать на это? Зачем он вообще ей позвонил? Надо было приехать без предупреждения, но нет, он вечно корчит из себя джентльмена, и вот результат.       — Тебе надо снять швы, — судорожно втянув носом воздух, проговорил Ран. — Я позвоню Дзюну, и…       — Он приезжал сегодня утром и все снял. Мы обменялись номерами, пока я ждала вас в том подвале. Так что спасибо за беспокойство, но уже все сделано.       Корпус телефона жалобно скрипнул в сжавшихся на нем до побелевших костяшек пальцах Рана. Аргументы на приезд стремительно заканчивались, и на их место приходила старая, как мир, злоба.       — Ты — неблагодарная свинья! — гаркнул Ран в трубку, убрав ее от уха и тут же швырнув на диван. Хайтани особенно не обольщался на свой счет и прекрасно понимал, что ведет себя как законченный идиот, но перебороть все эти порывы было выше его сил. «Алло, пора заканчивать!» — вопило его подсознание. — «Ты сделал все, что мог, отступись!» Но нет, оставалось последнее, и теперь Ран был на сто процентов уверен, что это — единственное, к чему можно и нужно прибегнуть.       Неделя до дня рождения тянулась мучительно долго, но, чем ближе была знаковая дата, тем тошнотворнее Ран себя чувствовал. Он полностью умыл руки от подготовки и скинул все на Риндо, который всю неделю либо торчал у Юкихины и ходил счастливый, как дебил, либо мотался по каким-то встречам, совершенно не интересовавшим Рана. Последний все это время провел в компании множества косяков и шишек (не в переносном смысле), задымил всю квартиру и наотрез отказывался от предложений знакомых пойти развлечься.       Единственное, что Хайтани сделал полезного за все эти семь дней, так это крепко задумался над тем, кого позвать на пати в качестве своей официальной половины. Должна быть единица женского пола, которая не уступает во внешности Юкихине и будет смотреть на него с немым обожанием, не разевая при этом рот без лишней надобности. Только в этот момент Ран подумал о том, что ему весь вечер придется созерцать, как Риндо обжимается с Сандзаки. При мысли об этом в желудке поднялась мутная волна, но он решил, что должен это перетерпеть ради того, чтобы поставить во всей этой затянувшейся истории точку.       Разумеется, выбор пал на Айку. До всего этого кошмара с Юкихиной они встречались (если это можно было так назвать) почти три недели, что было достаточно внушительно. Айка была на седьмом небе от счастья из-за его приглашения, поныла на тему того, что Ран ее забросил, и объявила, что немедленно понесется опустошать магазины в поисках идеального наряда. Все складывалось как нельзя лучше.       Ближе к вечеру обозначенного дня Ран и Риндо вместе отправились в «Махараджу», чтобы за всем проследить. Точнее, следить собирался Риндо, Ран же надеялся просто опрокинуть бокальчик, пока не пришли гости.       Внутри клуба царило знатное оживление. По нему сновала такая толпа, что Ран на секунду задумался, куда денутся все пришедшие, если обслуги уже так много. На подиуме, сооруженном прямо за танцполом, группа девушек в белых блестящих бикини и с ангельскими крыльями на спине репетировала какой-то номер под предводительством жеманного хореографа. На верхнем этаже с десяток монтеров докручивали последние болты в системе освещения. Еще несколько рабочих возились с двумя пеногенераторами у подиума. Хозяин клуба (кажется, его звали Сугиура) отдавал последние распоряжение барменам и официантам.       — По плану запускать начинаем через полчаса, — сообщил Риндо Рану, прихлебывающему виски. — Иокогама припрется к восьми полным составом.       — Кака-а-ая радость, — фыркнул Ран в свой бокал. — Глаза б мои их не видели.       — Сам понимаешь, это нужно для бизнеса. Эй! Прожекторы должны быть не на этой шине!       Риндо умчался на верхний этаж, и Ран не успел спросить у него, когда приедет Юкихина. Ему не терпелось как можно быстрее со всем этим покончить. Взгляд Хайтани привлекла открытая подсобка за главной стеклянной стойкой бара, и он заглянул туда. На черном лаковом столе лежал большой поднос, на котором были рассыпаны маленькие конвертики. У Рана зачесалось в носу. Снег он не особо уважал, так как видел слишком много тех, кто им злоупотреблял, но сейчас, возможно, пара дорожек как раз было тем, что ему нужно.       Прикрыв за собой дверь, Хайтани взял один из конвертиков, развернул и высыпал весь порошок на гладкую поверхность стола, после чего разделил ее на дорожки все тем же куском бумаги, скрутил из него трубочку и нюхнул. В первую долю секунды ему показалось, что он вдохнул соль, но почти сразу в голове расцвел вишневый сад. Приятное онемение от лица распространилось по всему телу, достигнув кончиков пальцев на руках и ногах, и внезапно дало в пах.       Прихватив с собой еще парочку конвертиков, Ран вернулся в зал, и настроение у него улучшилось на порядок.       — Ра-а-а-ан! — Айка, похоже, пришедшая в клуб, пока он был в подсобке, бросилась ему на шею, тут же на ней повиснув. Ран, не сразу собравшийся с силами, чуть не рухнул при этом на колени, но в итоге удержался.       — С днем рождения, милый! — заворковала Айка, припечатывая его контрольным поцелуем в губы.       — Спасибо, — кашлянул Ран, отстраняясь от нее и придирчиво оглядывая девушку. Она была в ярко-зеленом мини-платье с полностью открытой спиной, очень сильно напоминавшим бодикон из фильмов 80-ых, которое, несмотря на кажущуюся простоту, ей шло и подчеркивало слегка приплюснутый зад и впечатляющий бюст. Свои шоколадные волосы девушка уложила в высокий узел, закрепленный прямо на темени, а губы накрасила нестерпимо блестящим розовым блеском, который Ран поспешно стирал у себя со рта. Что ж, не идеал, конечно, но на этот вечер сойдет. С ним тоже должен кто-то быть, чтобы хоть как-то уравновесить всю эту ситуацию. В конце концов, уже никакой ситуации и нет. Ран глубоко вздохнул. Да, именно так. Весь этот бред теперь его не волновал, финита ля комедия, ему все это больше не нужно…       — Привет, — сказала Сандзаки Юкихина, подходя к Рану и Айке, и при одном взгляде на нее все плавные размышления Хайтани моментально раскололись на куски. Сегодня вечером она отказалась от столь любимого ею белого цвета и надела крошечное черное платье-футляр на тонюсеньких бретельках. Волосы были уложены в замысловатую высокую прическу из локонов, но Ран смотрел даже не на все это, а на губы. Они пунцовели от красной помады. В сочетании с зелеными глазами и родинкой под правым глазом смотрелось все вместе просто убойно.       Ран пытался заставить себя оторвать от Юкихины взгляд, сделать так, чтобы в нем тут же вскипели привычные злоба и ненависть, но ничего не получалось. Сознание молило о пощаде и моталось из стороны в сторону рваным белым флагом, вопя «сдаюсь!»       — Привет, — протянула тем временем Айка, подозрительно сощурившись и переводя взгляд на замершего столбом Рана. — А ты кто?       Ее бесцеремонный вопрос, похоже, несколько застал Юкихину врасплох, но Ран, с трудом сглотнув ком в горле, осипшим голосом сказал:       — Познакомься, это девушка братишки.       — Девушка Риндо-о-о? — Айка округлила умело подведенные глаза и облегченно рассмеялась. — Ну, ничего себе! Значит, мы с тобой теперь подружки?       По слегка скривившемуся лицу Юкихины Ран понял, что та явно не в восторге от подобной перспективы, но девушка быстро взяла себя в руки и начала:       — А ты…       — Можешь звать меня просто Ай-тян! — заулыбалась Айка. — Я девушка старшенького.       Юкихина в упор посмотрела на Рана, и тому стало жарко от этого взгляда: открытого, глубокого и чувственного. Хайтани был готов до умопомрачения смотреть на эти трепещущие ресницы и отдал бы все, лишь бы сомкнуть руки на этой талии и ощутить теплую гладкость ткани, облегающей тело.       Ему не понравилось, что Айка вот так просто объявила себя его девушкой, и он уже было хотел что-то сказать по этому поводу, как вдруг грянула музыка. Биты мгновенно отдались в голове зубодробительным маршем, и Ран невольно прижал пальцы к вискам. Когда он открыл глаза, то увидел, что рядом с Юкихиной уже стоит Риндо, тыкается мордой ей в шею и смеется. Девушка улыбалась ему в ответ, и Рану нравилось думать, что Сандзаки ничего другого и не остается.       — Гости начали заходить! — проорал Риндо на ухо Рану. — Пойдем встречать!       Хайтани-старший машинально кивнул, ничего толком не видя перед собой, потому что глаза могли и хотели видеть только удаляющуюся спину Юкихины, которую Айка уводила к диванчикам, приобняв за плечи.       «Великие боги, у нее полоска сзади на чулках…» — простонал Ран про себя. Ему хотелось верить, что это именно чулки, они представлялись более эротичными, чем колготки. Ну, почему Юкихина не могла просто надеть мешок из-под картошки?! Зачем весь этот наряд? Чтобы потрепать ему нервы? Тупая женская мстительность?       Сгорая от желания нюхнуть еще снега, Ран пошел вместе с братом к главному входу в клуб, в дверях которого уже столпилось приличное количество народу.       — Вы посмотрите, кто у нас здесь! — заулыбался им Такуми, отделяясь от толпы и идя им навстречу, широко раскинув руки. — Герой сегодняшнего вечера и его звездный брат-подрывник!       Ран увидел, как Риндо рассмеялся, и у него возникло неконтролируемое желание съездить ему в челюсть. В последнее время это желание как будто просыпалось в нем все чаще, и причина этого была очевидна. Ран еще в начале вечера был полон решимости исполнить свой красивый план завершения всей этой истории, но теперь эта решимость вся пребывала в трещинах. На виске пульсировала вена, отдавая тупой болью, а десны невыносимо чесались, требуя новой дозы белого порошка и того, чтобы по ним прошелся влажный язык Юкихины. Нет, об этом нельзя думать! Надо думать о деле!       Риндо и Такуми хлопнули друг друга по рукам, и настала очередь Рана.       — Ран, ты призрака увидел, что ли? — усмехнулся Такуми, тряхнув его за плечо. — На тебе лица нет. Сегодня же твоя днюха, бро, давай повеселее!       — Нюхну еще и буду повеселее, — сказал Ран, и Риндо на этих словах бросил на него неодобрительный взгляд, но никак не стал это комментировать.       Такуми вместе с Мицуоми направились к подиуму, на котором уже вовсю отжигали красотки с крыльями, а через Рана и Риндо потянулась внутрь цепочка их общих знакомых, большинство из которых лично Ран совсем не узнавал. Все их лица сплавились в одну мутную вереницу, напоминавшую огромный ком жвачки, растянутой между двумя не менее огромными пальцами. Ран машинально жал руки, хлопал кого-то по плечу, даже, кажется, шутил, но при этом смотрел на себя как будто со стороны и ужасался тому, что похож на какой-то бледный манекен.       — Ямагами все нет, — сказал Риндо на ухо Рану, но тот только пожал плечами.       — Он появится, — с трудом ворочая языком, проговорил Хайтани-старший. — Это в его интересах. Слушай, я задолбался тут торчать. Пойдем к девкам?       — Девка у тебя, а у меня девушка, — поправил его Риндо, на что Ран только скривился. «Весь такой из себя утонченный мистер Галантность, но я-то знаю, чего ты стоишь», — прошипел он про себя. — «Притащил ее сюда, чтобы эти гиены на нее пялились!»       Подумав с секунду, Риндо кивнул, соглашаясь, и они вместе заспешили к диванчикам, оба выискивая глазами Юкихину. Несмотря на то, что Сандзаки была одета в черное платье, она почему-то все равно выделялась среди других гостей ярким пятном. Девушка сидела на одном их полукруглых диванов с бокалом шампанского в руке, закинув ногу на ногу, и Ран, приблизившись, впился глазами в подол ее платья, с мрачным удовлетворением разглядев ажурный верх чулок.       — Ты же не пьешь, — ледяным голосом проговорил Ран, садясь напротив нее рядом с не затыкающейся Айкой. Юкихина в ответ смерила его не менее ледяным взглядом и ничего не ответила.       — Фух, дальше на входе справятся и без нас! — объявил Риндо, садясь на диван рядом с Юкихиной и тут же обнимая ее за плечи. От глаз Рана не укрылось, что Сандзаки при этом слегка поежилась. Этот, казалось бы, ничего толком не значащий жест выбесил Рана так, что его затошнило. Перед кем она тут играет?! Ежу понятно, что ее отношения с братцем трещат по швам после всех тех сигналов, что подал Ран, так почему она продолжает упорно гнуть линию о том, что у них великая любовь, и отшивать его? Что за дебилизм?!       — А мы как раз говорили с Ю-тян о том, какая чудесная получилась вечеринка! — замахала руками Айка, обдавая Рана запахом тяжелых, приторно-сладких духов. — И вот эти девчонки с крылышками — просто пушка!       — Просто пушка сидит вот здесь, — сказал Риндо Юкихине на ухо, прижимая ее к себе, но Ран все услышал.       «Щас сблюю», — подумал он и тут же забрал бокал с виски у проходившего мимо официанта. Все эти кошмарные слащавые пассажи требовалось запить как можно скорее.       Риндо продолжал что-то нашептывать Сандзаки, а та слушала с пустой и грустной улыбкой. От этого зрелища Рану захотелось вскочить на стол, схватить ее в охапку и за один прыжок оказаться на другом полушарии. Что ж, раз его маразм уже дошел до такой степени, то самое время начинать задуманное.       Ран достал из кармана мобильник и быстро набрал Юкихине короткое сообщение: «Выйдем на улицу на пять минут». Сандзаки, от уха которой Риндо все никак не мог отлипнуть, отстранилась и достала телефон. При виде сообщения Рана ее губы сжались в нитку, и она поспешила убрать мобильник. Ран уже было подумал, что она просто проигнорирует его писульку, но нет: Юкихина наклонилась к Риндо, что-то ему сказала и направилась к выходу из клуба.       — Куда это она? — с абсолютно наплевательским видом спросил Ран, повысив голос. Идиотский диджей зачем-то врубил музыку погромче.       — Говорит, что хочет подышать, — пожал плечами Риндо. — О, смотри! Ямагами явился!       — Я тоже хочу подышать, — заныла Айка, дергая Рана за рукав. — Тут на самом деле жа-а-арко!       — Ты сиди здесь! — чуть ли не рявкнул Ран, и девушка изумленно притихла. Через секунду ее лицо обиженно скуксилось.       — Пойдем, нужно поздороваться, — Риндо встал с места и направился ко входу,       Ран, костеря все происходящее, на чем свет стоит, последовал за ним.       Двое солдат, которых Ямагами привел с собой, уже снимали с него легкое пальто. Когда якудза увидел братьев, его поблескивающее от жира лицо озарилось широкой улыбкой.       — Мои новые партнеры! — возвестил он, хлопая по плечам обоих. — Не знал, что у вас такие большие медные яйца. Говорят, вдвоем на офис поперли? Я удивлен. Приятно удивлен.       — Мы как раз хотели обсудить с вами детали, — проговорил Риндо. — Если не возражаете, пройдем за столик.       Вообще-то Рану было лучше поприсутствовать при этом обсуждении, но ноги сами собой ловко понесли его через толпу к выходу, отделив его от Риндо и Ямагами. Ничего, он как-нибудь отбрехается и найдет объяснение тому, куда внезапно делся.       После гула битов и стонущих голосов неведомых певиц относительная тишина улицы показалась Рану раем. Юкихина стояла недалеко от входа, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди. Хайтани подошел к ней и замер напротив. Все закончится сейчас, прямо здесь и сейчас. Мысль об этом одновременно была невыносима и сладостна, ведь после этого он сможет забыться, натянуть Айку пару раз, сдуть несколько дорожек у нее с задницы и на этом успокоиться. Да, все верно. Все должно быть именно так.       Юкихина сверлила Рана напряженным взглядом, и тот, распахнув объятья, всем своим видом показывал, что ждет, когда она в них бросится. Когда этого не произошло, Ран театрально вздохнул и вернул руки в исходное положение.       — Как обычно, холодна, словно антифриз, — сказал он, хотя не был до конца уверен, что антифриз — штука холодная. Сердце навязчиво толкалось где-то в горле. — Ну да ладно.       — Ты только за этим попросил меня выйти? — поджав алые губы, спросила Юкихина, испытующе глядя на Рана.       — Кстати, отлично выглядишь, — полностью проигнорировав ее вопрос, развязно улыбнулся Ран. — И чулочки я заценил. Ты надела их прямо на повязку, когда Риндо тебя имел в ту памятную ночь?       Юкихина прикрыла глаза, но ничего не сказала.       — Вот скажи, тебя, правда, все устраивает? Тебе нравится быть тупой куклой, на желания которой всем наплевать? — продолжил Ран, чувствуя, что у него дрожит голос, и он теряет контроль. Это было очень плохо.       — И это говоришь мне ты? — во все глаза уставилась на него Юкихина.       — Он использует тебя! — рявкнул Ран, не справившись с собой. — Ты для него — лишь красивый аксессуар! Именно за этим он тебя сюда и притащил! Ты ведь не хотела приходить?! Скажи, не хотела?!       — Да что ты знаешь?! — крикнула в ответ Сандзаки, сжимая руки в кулаки и открывая рот явно для новой порции бесполезных воплей, но Ран прервал ее властным жестом.       — А, впрочем, мне похуй, — бросил он, стараясь взять себя в руки. — Это твое дело. Со своей стороны я хотел сказать другое. Несмотря на то, что день рождения сегодня у меня, подарок я хочу сделать тебе.       Ран плохо слушающимися руками достал из кармана свой телефон, нашел то самое видео, из-за которого все началось, и продемонстрировал экран замершей столбом Юкихина.       — Видишь? — ухмыляясь, спросил он, затем нажал на значок «удалить» и снова показал телефон Сандзаки. — Этого видео больше нет. Я его удалил при тебе. Никаких копий у меня тоже нет, так что возрадуйся! Я оставляю тебя в покое, ты свободна.       Торжествуя и трясясь, Ран возвышался над Юкихиной, в бешеном волнении ожидая ее реакции, и та незамедлительно последовала, но оказалась той, которую Ран, признаться, ожидал меньше всего.       Сандзаки размахнулась и влепила ему такую пощечину, что у Хайтани клацнули зубы. Схватившись за щеку, Ран уже было хотел возопить, но его оборвала новая пощечина не меньшей силы — на этот раз по другой щеке.       — Видео?! — прошипела Юкихина, и ее глаза бешено сверкали. — Ах, видео?! Ты говоришь, что делаешь мне чертов подарок и удаляешь его?! Ты сейчас смеешь все еще говорить мне про видео?!       Ран едва успевал прикрываться руками от все не прекращающихся оплеух Юкихины, которые сыпались как из рога изобилия. Он пребывал в полнейшем шоке и искренне не понимал, что сказал не так. Юкихина же должна быть на седьмом небе от счастья, выдохнуть с облегчением и пойти повеситься на шею братцу!..       — Эй, хватит! — закричал Ран, безуспешно пытаясь поймать мелькающие запястья. — В чем твоя проблема?! Ты чего взбесилась?!       Сандзаки, тяжело дыша, замерла, опустив руки и голову.       — В конце концов, и для тебя я просто кукла, — проговорила она и, развернувшись на каблуках, рванула назад ко входу в клуб.       Ран замер на месте с горящими от пощечин щеками. Он решительно ничего не понимал. Что эта идиотка несет? Какая еще кукла?! Это же был чистейший порыв души с его стороны, а она вот так с ним обошлась!       Хайтани от досады изо всех сил треснул ногой по стене, но только зря отбил себе пальцы. Тогда в ход пошли кулаки, на которых кожа вскоре треснула до крови. Эта самая кровь бурлила в нем с такой силой, что Ран, казалось слышал в ушах ее шипение. Пусть его благородный жест пошел псу под хвост, но зато все кончено, наконец-то! Юкихина может идти куда подальше со своей обиженной хер знает на что невинностью, он больше не хочет думать об этом ни секунды!       Ран ворвался назад в клуб, расталкивая зевак, толпившихся у входа, и бросился к диванчику, на котором в обиженном, но гордом одиночестве сидела Айка. Подскочив к ней, Ран буквально сдернул девушку с сиденья и проорал ей в ухо:       — Мы уходим!       Айка в ответ только захлопала глазами, но спорить не стала. Они как раз прорывались назад к выходу, как рука Риндо поймала Рана за плечо.       — Ты куда собрался? — спросил он разозленно. — И куда тебя черти понесли, когда мы должны были разговаривать с Ямагами?!       — Извини, братишка, но я собираюсь трахаться, пока у меня член не отсохнет! — язвительно пролаял Ран ему в ответ и, не оборачиваясь, потащил Айку за собой к выходу.       — Ран, лапуля, что случилось? — осторожно спросила та на улице, пока Ран вызывал такси до ее дома.       — Ничего, — отрезал тот, стараясь успокоиться, шумно дыша через нос. Клокочущая ярость все никак не желала униматься. В его памяти намертво отпечаталось лицо Юкихины, когда он при ней удалил видео. На нем были написаны злость, гнев и возмущение, но чему именно она так возмущалась? Что на сей раз он сделал не так?       — Куда мы едем? — продолжила канючить Айка. — Боже, и что с твоими руками? Они все разбиты!       — Да заткнись ты хоть на секунду! — рявкнул Ран в ответ, и девушка испуганно сжалась.       — Мы едем к тебе домой, — постарался сказать Хайтани как можно спокойнее.       — Но почему? Здесь же так весело! И это твой день рождения!       — В жопу его. Я хочу тишины и покоя. Дай лучше мне свою сумку.       Явно ничего не понимая, Айка все же подчинилась и протянула Рану свой блестящий плоский клатч. Хайтани, держа его одной рукой, другой достал из кармана черный конвертик и попытался высыпать содержимое на него, но в итоге не удержал клатч в руках и выронил его.       — Блядство! — коротко ругнулся Ран.       — Ран, давай хотя бы подождем до дома, — тоненьким голосом начала Айка, сразу поняв, что именно Ран хочет высыпать на сумочку, но тот лишь снова сунул клатч ей и коротко бросил:       — Держи вот так. Горизонтально, мать твою.       Девушка и на этот раз послушалась, со скорбным видом наблюдая, как Ран высыпает на сумку белый порошок и делит его конвертиком на две дорожки. Затем он быстро скрутил из конвертика трубочку и занюхнул по очереди обе. Мозг тут же будто окутала щекочущая пленка, приносящее небывалое облегчение.       — Вот так… — выдохнул Ран, шмыгая носом и сжимая его двумя пальцами. — Вот так гораздо лучше.       Как только он со всем покончил, к бордюру подъехала желтая машина, призывно мигнув огнями.       — Внутрь. Живо, — скомандовал Хайтани, и Айка заспешила к дальней от себя дверцы машины.       — Синдзюку, Дакайдо шесть? — устало спросил у них таксист, мужчина средних лет с огромными синяками под глазами.       — Да, — подтвердила Айка, и машина тронулась в путь.       — У тебя все в порядке? — спросила девушка у Рана спустя несколько минут дороги, беря его за руку.       — Нормально все! — Хайтани вырвал ладонь из ее пальцев. — Будь добра, просто посиди спокойно, пока мы едем до тебя, и не мешай мне.       — Да больно мне все это надо! — воскликнула Айка и с очевидным протестом отвернулась к окну.       Ран откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза. В носу приятно зудело от принятого снега, а мысли стали кристально чистыми. Что ж, Юкихине не понравился его подарок, но это уже не имело значения. Дело сделано, и, возможно, даже лучше, что они так расплевались — будет меньше сожалений. Однако, количество оных у Рана почему-то от этих мыслей не уменьшалось, наоборот — оно неуклонно росло. Как все было бы прекрасно, если бы на этой поганой вечеринке Ран сидел на одном диване с Юкихиной, гладя ее по коленкам, а Риндо — с какой-нибудь шлюхой… Вот тогда расклад был бы просто замечательным. Но этому все равно не суждено случиться. Ведь так? Ты пожертвовал бы своими отношениями с братом, чтобы быть с ней?       Этот вопрос спонтанно возник в мозгу, и Ран сразу понял, что на самом деле он зудел у него внутри уже достаточно давно, но Хайтани просто не хотел выпускать его на поверхность. Ран оперся локтями о колени и прижал кулаки к глазам. Какая, к черту, разница, чем бы он готов был пожертвовать, если она все равно не хочет быть с ним?       Машина остановилась у высокой многоэтажки, и Айка первой вышла наружу. Ран последовал за ней, закрыв дверцу. Девушка быстрым шагом сразу же отправилась к подъезду, но Хайтани поймал ее за предплечье.       — Ну, стой, куда ты рванула? — спросил он со своей фирменной полуулыбкой. — Извини, детка, просто я был в плохом настроении, вот и все. Сейчас оно прошло.       Айка обернулась к нему, все еще супясь, но ее лицу уже было видно, что Ран прощен.       — Ты такой гадкий, у меня просто слов не-е-ет, — закатила она глаза и притопнула ножкой. — Ладно, идем. Найдем, чем еще больше поднять тебе настроение.       Вместе они нырнули в подъезд и поднялись на лифте на седьмой этаж. Айка открыла ключом дверь своей квартиры и вошла внутрь.       — У тебя есть что-нибудь выпить? — спросил Ран, скидывая кеды в коридоре.       — Только смородиновый ликер, — ответила Айка, собираясь снять свои шпильки, но Хайтани ее остановил.       — Стой. Останься в них, — повелительно сказал он, и девушка, плутовато улыбаясь, подчинилась.       — Давай сюда свою бурду, — Ран бухнулся на диван в гостиной, раскидывая руки по спинке и запрокидывая подбородок. Через мгновение он услышал тихий булькающий звук наливаемой жидкости и увидел, как Айка, сильно качая бедрами, подходит к нему, держа в руках бокал с ликером.       Остановившись прямо рядом с Раном, девушка отпила из бокала и, наклонившись, прижала свои губы к губам Хайтани-старшего. Тот с готовностью открыл рот, и туда хлынула невыносимо сладкая , но при этом безвкусная жидкость, слегка отдающая спиртом. Ран оторвался от губ Айки и с отвращением сглотнул. Он всегда терпеть не мог эти приторные ликеры.       — Ну а теперь… — девушка обогнула диван и уселась Рану прямо на бедра. — Что же мы будем делать?       — Отделаем тебя до потери сознания, — сказал Хайтани, и это послужило сигналом к началу действа. Айка снова его поцеловала, и Ран изо всех сил попытался почувствовать хоть отголосок возбуждения, но поцелуй его не вызвал. Айка, тем временем, задрала свое платье, покрывая его шею новой серией поцелуев, и принялась расстегивать ширинку на штанах Рана.       — Милый, ты устал? — удивленно спросила Айка мгновение спустя, когда ее рука нырнула под ткань трусов и явно не ощутила там твердой плоти. — Или не в настроении?       — Я очень даже в настроении! — раздраженно бросил Ран, которого прошиб пот от страха. Это что еще за дела? У него никогда не было проблем со стояком, какого хрена происходит?!       — Давай, помоги мне немного! — Ран за плечи толкнул Айку вниз, и та покорно опустилась перед его раздвинутыми ногами на колени, извлекая из трусов вялый член. Когда язык Айки коснулся его, Ран не ощутил ничего от слова совсем, и испугался еще пуще прежнего. Такая херня происходила с ним впервые, и он вообще не понимал, что творится! Может, это от кокаина? Нет, он и раньше трахался под снегом, от этого все было только еще круче… Тогда в чем же дело?!       — Эй, милый… — мягко позвал до боли знакомый бархатный женский голос, и Ран, сфокусировав свой взгляд на его источнике, ахнув, увидел перед собой Юкихину. Ее красные губы блестели от слюны, а помада слегка размазалась.       — Может, ты по мальчикам? — улыбнувшись, спросила Сандзаки, и Ран пронаблюдал за тем, как из ее прически на плечо падает крупный локон. Хайтани ошалело моргнул, и лицо Юкихины будто растворилось, уступив место лицу Айки. Кровь ударила в голову Рану с такой силой, что он дернулся как от электрошока и вскочил на ноги, судорожно застегивая ширинку.       — Да что с тобой такое?! — закричала Айка, тоже вскакивая, но Ран, не отвечая, отвернулся от нее, силясь справиться с чертовой молнией.       — Я с тобой разговариваю! — девушка дернула его за плечо, и это была большая ошибка. Ран мгновенно отвесил ей по щеке оплеуху и справился, наконец, с ширинкой, тут же направившись в коридор.       — Ах ты урод! — взвизгнула Айка, хватаясь за щеку. — Импотент гребаный!       Ран, у которого лицо загорелось от этой последней фразы, на секунду замер, а потом в два шага снова оказался рядом с Айкой и отвесил ей вторую пощечину. Из глаз у девушки покатились слезы.       — Тупая шалава, — сплюнул Ран и вылетел из ее квартиры как пуля, оглушительно хлопнув дверью. Его мотало из стороны в сторону, а перед глазами стоял образ Сандзаки со смазанной помадой. Сказать, что она была соблазнительной, значит, не сказать ничего. Что ж это за проклятье такое, все должно было закончиться сегодня, в ту же секунду, как он удалил видео! Но было глупо скрывать: его состояние от этого только ухудшилось. Сука, да у него теперь, оказывается, даже и не стоит на других девок!       Ран оперся обеими руками о какую-то машину и попытался выдохнуть. Безуспешно. Сердце готово было разорваться, а легкие — вылезти наружу прямо из глотки. Тогда Ран ударил кулаками по капоту машины, а затем еще и еще… Он не знал, сколько это продолжалось, пока вдруг будто со стороны не услышал, как сигнализация заходится воем, а его самого не оттаскивает от тачки какой-то бугай.       — Ты че, сдурел, патлатый?! — орал он Рану прямо в ухо, взяв его в локтевой захват. — А ну-ка отошел от моей машины, или я тебе все кости переломаю!       Рану только этого было и нужно. Адреналин вскипел в жилах, и он вслепую ударил мужика кулаком прямо в нос. Послышался громкий хруст, и хватка тут же ослабла. Ран развернулся и, не глядя, рубанул сверху локтем по спине согнувшегося мужчины. Тот рухнул как подкошенный, звучно ударившись лицом об асфальт и расплескивая хлещущую из носа кровь.       Затравленно оглядевшись по сторонам, словно раненый зверь, Ран увидел, что к нему спешат двое патрульных в желтых жилетах со светоотражающими полосками и во всю дуют в свисток.       Хайтани потребовалась ровно секунда, чтобы сообразить, что происходит, и он припустил с места как заправский бегун, но копы не отставали.       — Остановитесь немедленно! — прокричал Рану один из них, нагоняя, и вдруг прыгнул вперед, будто пантера, сбив его с ног. Оба покатились по земле.       — Вот, так-то лучше, — надсадно проговорил полицейский, приподнимаясь и защелкивая на запястьях у Рана наручники. — Эй, Асито, мы можем это засчитать за сопротивление при аресте?       — Еще бы! — согласился второй, утирая пот со лба. — Вон как с места преступления дернул!       Ран, когда его поднимали с земли, изловчился вывернуться и зарядить ногой в корпус одному из копов. На глаза упала багровая пелена, он практически ничего и никого не видел перед собой. Почти сразу же ему прилетела ответочка в виде удара в левую скулу, и голову прострелила белая вспышка, милостиво принося за собой полный мрак.