Сквозь стены и мосты

Когда они выходят на улицу, Сол обнаруживает, что опять пошёл снег, только гораздо более густой, чем несколько часов назад. Серж натягивает старую бордовую шапочку, рыжие волосы торчат из-под неё пухом одуванчика, Сол прячет собственную коротко стриженную голову под капюшоном. Мета-очки снова отправляются в карман куртки, сейчас они без надобности. — Тебе никогда не доводилось разговаривать с богомолами? — спрашивает Сол. Серж на некоторое время задумывается, потом отвечает: — Нет. С богомолами не доводилось. Но у меня есть знакомый доберман. Сейчас мы идём к нему. Надеюсь, ты не против взломанных патентов?.. Они доходят до высокого старого дома и поднимаются на лифте на семнадцатый этаж. — Вот это наша квартира, — указывает Серж на одну из дверей на маленькой лестничной клетке. — Наша с женой, — поправляется он. — А тебе сюда… — Он прикладывает руку к  второй двери, когда-то чёрной, а теперь покрытой множественными наслоениями из аэрозольных баллончиков. Дверь почти мгновенно отъезжает в сторону, и на пороге появляется обещанный Сержем доберман. Сол понимает, что неприлично, наверное, так вот откровенно пялиться на персону, которую Серж представил ему как «Риза», но не может отвести взгляда. Абсолютно восхищённого взгляда. Когда-то в прошлой жизни Сол читал о генетической архитектуре и патентах, а — имя проносится в мозгу Сола без звука, острой бирюзовой молнией — однажды добыл ему редкие сведения из ТА, где можно было узнать о способах «вуалирующих» модификаций. Но никогда Сол не думал, что ему доведётся увидеть подобное существо своими собственными глазами. Сол покорён. Высокий и худой парень, чьё лицо представляет собой жуткую маску переплавленной бледной плоти, скалится, демонстрируя длинные и острые зубы, и, вывалив язык, облизывает тонкие пятнистые губы. Один глаз у него карий, другой — снежно-голубой. Он обнажён до пояса, и Сол замечает ещё одну особенность — двойной набор маленьких сосков. На парне простые чёрные «комбаты», обрезанные под шорты, и вьетнамки. Парень полу-рычит, полу-произносит нечто невнятное, но Сол с удивлением понимает, что смысл фразы каким-то образом дошёл до него напрямую. «Мы тебя ждали», — вот что говорит доберман. (Риз, его зовут Риз, напоминает себе Сол.) — Сол. — Сол снимает капюшон и протягивает руку. Риз сжимает его ладонь в своей (у него очень красивые длинные пальцы, отмечает Сол). — Мы жжли т’быа сыллллд, — говорит он, пропуская Сола и Сержа внутрь. «Мы ждали тебя, солдат». — И т’ пррррш’л. — «И ты пришёл». — Солдат? — Сол склоняет голову, прислушиваясь к собственным ощущениям от этого слова. Пожалуй, оно соответствует правде. — Три дома? — спрашивает Серж. Доберман мотает головой (капельки слюны срываются и падают вниз). — Оуэх’ллл загррр’от н’ зд’лллку. — «Он уехал за город на сделку». — Выррр’са птзз’су. — «Вернётся в пятницу». — Эх, надеюсь, у него там всё пройдёт хорошо! Передавай ему привет, Риз! Я оставлю Сола с тобой? — Рука Сержа сжимает плечо Сола. Риз кивает. — Не беспокойся ни о чём. — (Теперь Серж обращается к Солу.) — Всё будет хорошо. Я за стеной. — Он указывает назад большим пальцем. Сол улыбается и говорит «спасибо». Серж, кивнув напоследок Ризу, уходит, закрыв за собой дверь. Риз некоторое время молча изучает Сола, а затем порывисто обнимает его. И это совсем не неприятно. Как и обещал Серж, информация от Оракула начинает приходить позже. Словно из ниоткуда возникают цепочки связей, вопросов и ответов, вариантов и вероятностей. Сол приподнимается на локтях, его тело охвачено жаром, лоб пылает. Рядом тут же оказывается Риз со стаканом воды, которую Сол жадно выпивает. Квартирка, в которой они находятся, производит впечатление очень маленькой, но это потому, что в ней слишком много вещей, в основном — разнообразной техники на разной стадии сборки (или разборки). Не крысиная нора, а скорее склад. Вещи Сола и его сумка находятся рядом с низкой кроватью, на которой он сейчас пытается уснуть, Риз спит где-то в другой части комнаты. Сол уже принял душ (душевая кабинка тоже маленькая, но чистая), помедитировал, а потом Риз предложил ему ужин — жареное мясо с овощами. Свою порцию мяса доберман съел сырой. Они пока что толком не разговаривали, но Сол знает, что ему здесь по какой-то причине рады. Вечером он, используя инструкции, полученные от Саботажника, очень осторожно вышел в стрим, но никаких следов Сета не увидел и немного успокоился. Может быть, Сету всё-таки удалось исчезнуть. Сол решил лечь спать и даже на некоторое время действительно заснул. Ну а потом началась информационная «распаковка». Образы в сознании Сола сливаются в единый белоснежный луч, заполняют его мозг, словно заливая его ярким молочным светом, ещё немного — и свет лучами вырвется через глазные впадины, ноздри, уши, рот… Каким-то образом Сол знает, что нужно делать, а нужно — не сопротивляться, стать прозрачным, дать свету проходить насквозь. Энергия, идущая через него, разжигает огонь внутри; может быть, это не свет, а пламя? Сол приподнимается на локтях, выпивает воду из заботливо подставленного Ризом стакана. Дежа вю. Свет постепенно растворяется, уходит; уходит и жар. Сола начинает бить озноб, но Риз — опять рядом, на этот раз с дополнительным одеялом и собственными объятиями. Сол засыпает, свернувшись калачиком, голова — на нечеловечески тёплой груди между двойными сосками добермана.